Цена твоей жизни

С трибун - в сердце.

Глава 1. «С трибун — в сердце».

Шум трибун был оглушающим. Казалось, воздух вибрировал от напряжения — от каждого вздоха, каждого удара по мячу.

Диана сидела почти на самом верху — далеко от корта, но всё равно чувствовала, как дрожит сердце, когда он выходил на подачу.

Александр Рейнс.

Имя, которое она произносила про себя, будто заклинание. Она знала его лицо слишком хорошо — по десяткам интервью, коротким роликам и редким, почти застенчивым улыбкам, но от которых у тысячи женщин замирало сердце.

В жизни он был то спокойным, то очень эмоциональным — с тем редким чувством юмора, которое обезоруживает. Но на корте превращался в совсем другого человека. Там, где мяч летел со скоростью грома, он был хищником — злым, эмоциональным, не стесняющимся крика, грубого слова, вспышки ярости.

И всё это — в нём. В одном человеке.

Диане всегда нравилось это противоречие. Он был живой. Настоящий. И пусть между ними пролегала целая пропасть — трибуны, экраны, города и страны — она всё равно чувствовала, будто знала его. Не строила мечтаний, не рисовала сказок — просто представляла, каково это — быть рядом с ним, таким мужчиной. Хотя бы раз.

И вот — подача. Удар. Очередная победа.

Он поднял взгляд, и ей показалось, что смотрит прямо на ее сектор. Наверное, просто совпадение. Но в этот миг Ди поняла, что всё вокруг исчезло — шум, люди, камеры. Остались только он и это странное ощущение, будто что-то должно произойти.

Она ещё не знала, что так и будет.

Что шум трибун вскоре сменится не тихими разговорами, а настоящим сюжетом для романтического триллера, где за каждым взглядом и шагом скрывается что-то большее, чем просто чувства. Где - опасность и страсть идут рука об руку. И что теперь — она часть этой истории.

Её новой главы. Ее жизни, которая больше никогда не станет прежней

Дождь начался внезапно — холодный, как будто сам город пытался остудить напряжение, которое витало в воздухе.

Диана вышла из метро, поправила капюшон и ускорила шаг. Вечерний поток людей гудел, машины шипели по мокрому асфальту, и ей казалось, что она просто растворяется среди них.

Пока он не появился.

Мужчина лет пятидесяти — тяжёлый взгляд, грубое лицо. Она узнала его сразу. Отец того самого парня, которого приговорили за преступление, ставшее скандалом много лет назад.

И Диана — та, кто не поддалась на уговоры замять это дело, даже за огромные деньги, угрозы и манипуляции. Это было не то, что дело принципа, а ее жизни, ее будущего - которое отняли у подростка. К сожалению, его выпустили спустя время, но неприятностей она им доставила. Ту ситуацию уже взрослая девушка вспоминала с болью, но страх той ночи до сих пор сидел в глубине ее души.

— Значит, ты решила прогуляться, да? Я ждал тебя, упрямая сука — его голос был сдавленным, почти рычанием. — Думаешь, я просто так оставлю тебя в покое?

Сердце ударило в грудь, но страх уступил место злости.

— Вы лучше сына своего учили бы, — ответила она холодно, но почти рычанием. — А теперь — отойдите.

Он шагнул ближе, грубо схватил ее за локоть. Диана резко вырвалась, ударив его по руке, так, что тот отшатнулся.

— Тронешь меня ещё раз — пожалеешь, тварь.

Люди начали оглядываться. Кто-то замедлил шаг, кто-то ускорил — как всегда бывает, когда чужая беда пугает, и именно в этот момент она почувствовала чей-то взгляд. Он стоял чуть в стороне, под навесом у входа в отель. Высокий. В спортивной куртке, с капюшоном, но черты лица невозможно было перепутать.

Александр Рейнс.

Он наблюдал, не вмешиваясь — пока не понял, что это не просто ссора. Шаг, второй — и вот он уже рядом. С реакцией у спортсмена все было в порядке.

— Эй! — его голос прозвучал резко, твёрдо. — Отпустите её.

Мужчина обернулся.

— Не твое дело, парень.

— Теперь моё, — коротко ответил он, делая шаг вперёд встав между Дианой и мужчиной заслонив от нее своей широкой спиной словно стена.

Взгляд Александра стал тем самым — тем, который она видела на корте. Холодный, опасный. И вдруг всё стихло — даже дождь, даже шум машин. Мужчина отступил, буркнув что-то невнятное, и растворился в толпе. Но на прощание более громко сказал «мы еще обязательно встретимся, не скучай». Она выдохнула, чувствуя, как дрожат руки.

— Спасибо…

— Не стоит, не люблю - когда обижают женщин, эээм… точнее девушек —он развернулся и посмотрел внимательно, оценивающе. — Вы сами справились.

На секунду он улыбнулся — неофициально, без телекамер, без поз.

— У вас сильный характер, — добавил он. — Не ожидал, что такая… — он снова замялся, оглядывая ее с головы до ног, с лёгкой растерянностью, — девушка с внешностью модели способна так поставить на место мужчину, который вдвое старше.

— Иногда выбора нет, — ответила она. — Или ты защищаешь себя, или потом жалеешь, что промолчал.

Он кивнул.

— Хорошие слова. Запомню.

На улице всё ещё моросил дождь. Капли блестели на её волосах, падали на воротник пиджака. Она стояла напротив — мокрая, хрупкая на первый взгляд, но внутри очень сильная женщина внутри.

— Всё в порядке? — спросил он, чуть мягче.

— Теперь да, — ответила она и впервые посмотрела прямо ему в глаза.

Ее чёрные, глубокие, почти блестящие в тусклом свете фонаря — глаза, в которых не было страха, только усталость и упрямая сила.

— Спасибо, еще раз, — тихо сказала она. — Но я бы справилась и без Вас.

Он едва заметно усмехнулся.

— Не сомневаюсь.

Она свернула локон за ухо, улыбнулась уголком губ — как будто не собиралась продолжать разговор. Потом просто развернулась и пошла прочь, оставляя за собой шлейф дождя, запах ночи и какое-то странное ощущение — будто с её уходом исчезло что-то важное. Он смотрел ей вслед, не сразу осознавая, почему не может отвести взгляд. Он привык к вниманию — к крикам фанатов, вспышкам камер, приторным улыбкам журналистов.

Город, в котором мы снова стретились.

Глава 2 «Город, в котором мы снова встретились».

Александр не понимал, почему это не проходит. Обычно всё просто: эмоция — вспышка — и дальше жизнь идёт своим чередом. Но не с ней. Прошло меньше недели, а её образ всё ещё преследовал его — как тень. Стоило закрыть глаза, и он видел ту самую сцену: дождь, фонари, капли на её ресницах. А потом — удары по рингу, голос тренера, движение её тела или же ее взгляд, когда она застала его почти голым, сдержав свои эмоции как будто увидела не мировую звезду тенниса, а пацана со двора.

Всё слишком ярко. Слишком реально и интересно, чтобы забыть. Он решил — нужно узнать, кто она. Просто имя. Без причины. Без планов. Хотя бы имя.

Сначала он вернулся в тот самый спортзал. Поздно вечером, когда там было почти пусто. Те же зеркала, тот же запах металла и резины, но уже без ее черных глаз.

— Привет, — сказал он администратору. — Мне нужно узнать, как зовут одну из клиенток. Она занималась тут недавно, с тренером по боксу.

Парень за стойкой пожал плечами.

— У нас сотни клиентов, сэр. Может, фамилия есть?

— Нет. Только глаза, — усмехнулся Александр. — Чёрные. И взгляд такой, что забыть невозможно. Брюнетка!

Администратор неловко рассмеялся:

— Звучит как полгорода. Извините…

Рейнс вздохнул, поблагодарил и ушёл, но внутри вспыхнул азарт. То самое чувство, которое он знал с детства — когда не можешь позволить себе проиграть. Он начал искать в другом месте — среди фанатских видео. Листал сторис, комментарии, любительские съёмки с трибун. Тысячи лиц, крики, движения…

И вдруг — кадр.

Его собственное видео из спортзала, выложенное кем-то со стороны. И там, на заднем плане, она. Он замер. Поставил на паузу. Приблизил. Да — это точно она. Эти движения, эти глаза, то, как она поправляет волосы.

В описании — только тег зала. Он открыл страницу клуба, просмотрел сторис, потом отметил каждого, кто был отмечен. Один за другим, пока не попал на профиль тренера по боксу. Перелистал фото, и наконец — увидел. Снимок: тренер, девушка, смех, надпись — “новая клиентка, сильная девчонка, будет бить точно”.

Он замер.

Имя.

Вот оно.

Рассмеялся. Он не ожидал, что сердце дрогнет. На аватарке — взгляд, уверенный и чуть вызывающий, губы в лёгкой полуулыбке, будто она знает что-то, чего не знает он. Вся страница — как смесь контрастов: жара пляжей, неон ночных городов, чёрно-белые кадры, где она почти кинематографична. Он пролистал вниз.

Она в элегантных платьях и в купальниках, то смеётся на фоне моря, то сидит в роскошном интерьере, словно кадр из фильма.

“Диана Ленсен | ON THE TOP” — так было написано в профиле.

Ему понравилось, как это звучит. Не “милая”, не “девочка”, не “принцесса”.

На вершине.

Она будто заявляла миру: “Я не жду, пока меня заметят. Я сама выбираю, куда смотреть.”

Он поймал себя на том, что уже пятый раз возвращается к одному видео — где она, в чёрном топе и с лёгкой улыбкой, поправляет волосы и говорит что-то с озорным блеском в глазах. Он даже не слышал слов — просто наблюдал.

— Красивая… — пробормотал он, но тут же усмехнулся. Красивая — слишком простое слово. Она была живая. В каждом кадре чувствовалось, что это не просто глянцевая обёртка — за ней есть что-то острое, непредсказуемое, настоящее.

И это пугало.

Потому что таких девушек не ищут просто из любопытства. Таких — или хочешь забыть сразу, или запоминаешь надолго.

Через два часа он уже сидел в полутёмном баре — месте, где можно быть не спортсменом, не лицом с афиши, а просто мужиком, уставшим от вечных матчей и внимания. Напротив него — Игорь, его старый друг, журналист и вечный циник.

— Ты выглядишь так, будто проиграл финал, — хмыкнул Игорь, делая глоток виски. — Что, новый хейт от фанатов?

— Хуже, — ответил Александр, крутя бокал. — Нашёл девушку.

— И?..

— Ну че И? не могу перестать о ней думать.

Игорь замер, потом медленно улыбнулся:

— Вот это да. Сам Александр Рейнс, который не может выбросить девушку из головы. Я должен это записать в календарь — день, когда ты стал человеком. Я уже хочу с ней познакомиться.

Александр отмахнулся, но усмехнулся краем губ.

— Ага, я тоже бы хотел… Я серьёзно. Она вообще не та, кто бегает за такими мужчинами как мы с тобой. У неё свой мир, в котором я просто парень. Свой стиль. Глаза такие... будто смеются и режут одновременно.

— Ага, и ты, конечно, уже всё о ней знаешь? Поплыл Санек, даже мило наблюдать за тобой сейчас.

— Немного. Я нашёл её инстаграм.

— Ну, так напиши ей! Или эта штука на плечах окончательно перестала работать — усмехнулся Игорь.

— Я не могу. Это будет слишком прямолинейно и в последнюю встречу мы нагрубили не много друг другу. Захочет ли вообще отвечать?

— Прямолинейно?! Брат, ты человек, который орёт на судей на весь корт! А, подожди, нагрубили? Вот это я понимаю, уже интересно!

Оба рассмеялись. Потом Игорь посмотрел на него внимательнее:

— Значит, хочешь поиграть в тонкую игру?

— Хочу понять, как она реагирует, не зная, что я — это я.

Игорь на мгновение задумался, потом хитро прищурился:

— Знаешь, у меня есть идея. Пусть я ей напишу. Я же твой друг, кому ты еще сможешь такое доверить? Тем более понаблюдаешь за этим с первого ряда, так сказать.

— Что? Так, я хоть и теннисист, но тебя точно уложу. – Долго смеялись над его резкой фразой.

— Ну ты же сам сказал — не хочешь сразу светиться. Я напишу ей как журналист, который готовит материал о женском взгляде на спорт, теннис, эмоции игроков. Ты ведь говорил, она разбирается в теннисе?

— Да, увидел на ее странице — ответил он, медленно начиная улыбаться. — Она даже фанатка.

— Отлично. Вот и посмотрим, фанатка ли она мужчины или игры. Хотя если она на тебя – накричала, зная кто ты… то не понятно.

Александр впервые за вечер ощутил знакомый азарт. Не спортивный — человеческий. Нечто между охотой и судьбой. Он подался вперёд, локти на стол: