Цена верности: Дизайн моей свободы

Пепел роз

Алиса всегда верила, что жизнь можно спроектировать так же идеально, как интерьер в стиле минимализма. Главное — правильные акценты, качественные материалы и поменьше лишнего мусора.

В их с Марком квартире всё было «по стандарту» высшего класса: панорамные окна, запах дорогого кофе и та самая гармония, которую она выстраивала восемь лет. Она, ведущий дизайнер крупного бюро, знала толк в эстетике. И Марк был её главным «удачным проектом» — успешный, внимательный, идеальный муж.

— Алиса, я опаздываю на совещание, занесешь мой пиджак в чистку? — крикнул он из прихожей, на ходу поправляя галстук.

— Конечно, дорогой. Хорошего дня.

Он ушел, оставив после себя шлейф дорогого парфюма и привычное «люблю». Алиса улыбнулась, подошла к брошенному на кресло пиджаку и… почувствовала, как пальцы наткнулись на что-то острое в маленьком кармашке для платков.

Она вытащила скомканный клочок термобумаги.
Обычный чек из элитного цветочного бутика. Алиса хотела его выбросить, но взгляд зацепился за сумму. Сорок восемь тысяч рублей за букет? Она не помнила, чтобы дома стояли такие цветы. Вчера был обычный вторник.

Она развернула чек полностью. Внизу, в графе «Дополнительные услуги», была распечатана копия открытки, которую курьер должен был приложить к букету:

«Моей нежной Виолетте. Пусть эти 101 пионовидная роза напомнят тебе о нашей ночи в "Плазе". Считаю минуты до следующего вторника. Твой М.»

Мир вокруг Алисы не рухнул с грохотом. Он просто потерял цвет. Как будто кто-то выкрутил насыщенность на её профессиональном мониторе до нуля. Серый. Всё стало грязно-серым.

«Виолетте...» — Алиса медленно опустилась на дизайнерский стул, который сама выбирала в Милане. — «Пионовидные розы. М. Твой М.»

Она была дизайнером и знала: если в фундаменте трещина, всё здание — лишь вопрос времени. Её муж, её «идеальный проект», оказался дешевой подделкой.

Она не стала плакать. Не сейчас. В её голове, привыкшей к четким линиям и расчетам, начал простраиваться новый чертеж. Если Марк решил устроить «перепланировку» их жизни за её спиной, то он еще не знает, что Алиса — лучший специалист по сносу несущих стен.

Она взяла телефон и набрала номер своей знакомой — лучшего адвоката по разводам в городе.

— Привет, Катя. Мне нужен аудит. Глобальный. Я хочу знать, на кого на самом деле оформлена та квартира на Набережной, которую Марк «купил для инвестиций». И да… приготовь документы. Мы будем делить этот мир по моим правилам.

Алиса посмотрела в зеркало в прихожей. На неё смотрела красивая женщина с идеально уложенными волосами. Она взяла пиджак мужа и вместо чистки просто бросила его в корзину для мусора.

— Ну что ж, Марк, — прошептала она, — посмотрим, как ты впишешься в мой новый интерьер. Интерьер, где тебе больше нет места.

Алиса ехала по городу, и привычные улицы казались ей наброском, сделанным неумелым стажером. Она смотрела на вывески, на людей в кофейнях и думала о том, сколько из них живут в такой же иллюзии, как она еще полчаса назад.

Офис Катерины располагался в историческом здании с высокими потолками и скрипучим паркетом. Катя была полной противоположностью Алисы: резкая, в строгом мужском костюме, с глазами цвета грозового неба. Она не любила «дизайнерские нежности», она любила факты.

— Чек? — Катя бросила взгляд на клочок бумаги, который Алиса положила на стол. — Пионовидные розы. Классика. Марк всегда был предсказуем в своей щедрости за чужой счет.

— За чужой? — Алиса зацепилась за фразу. — Катя, мы оба работаем. У него строительная фирма, у меня бюро...

— Твое бюро приносит стабильный доход, Алиса. А фирма Марка последние полгода — это решето. Помнишь ту квартиру, которую он якобы купил как инвестицию? На Набережной?

Алиса кивнула. Она сама рисовала там планировку, мечтая, что когда-нибудь они будут сдавать её и путешествовать.

— Она оформлена на офшор, — Катя перевернула папку с документами. — А бенефициаром этого офшора значится некий гражданин... и его сестра. Которую, по странному стечению обстоятельств, зовут Виолетта. Та самая, которой он шлет розы за сорок восемь тысяч.

В кабинете стало так тихо, что Алиса услышала гул крови в ушах. Это было не просто предательство. Это было мародерство. Он строил гнездо для другой, используя её идеи, её время и, по сути, их общие деньги.

— Значит, он не просто спит с ней, — голос Алисы прозвучал удивительно ровно, — он переводит туда нашу жизнь. По кусочкам.

— По кускам, — подтвердила адвокат. — И если мы сейчас подадим на развод просто так, ты останешься с диваном из Милана и половиной кредита за вашу общую машину. Но... — Катя хищно улыбнулась, — у нас есть восьмой аркан справедливости в рукаве. Точнее, закон о преднамеренном выводе активов. Если мы докажем, что он тратил семейный бюджет на любовницу, мы сможем отыграть всё назад.

— Что мне нужно делать? — Алиса выпрямила спину.

— Вести себя так, будто ты ничего не знаешь. Стань лучшим дизайнером в своей жизни. Нарисуй ему картину «Счастливая семья». Мне нужно еще две недели, чтобы отследить все транзакции. Сможешь?

Алиса вспомнила пиджак в мусорном ведре. Нужно было его достать. Нужно было его почистить.

— Я справлюсь, — сказала она. — Я сделаю такой дизайн этой катастрофы, что он даже не поймет, в какой момент на него рухнет потолок.

Вечер того же дня. Квартира пахла запеченной уткой с розмарином. Алиса стояла у плиты в шелковом фартуке, который Марк подарил ей на прошлый день рождения.

Щелкнул замок.

— Ого, какой аромат! — Марк вошел в кухню, сияющий, в свежей рубашке. — Алис, ты сегодня превзошла себя. Есть повод?

Он подошел сзади, чтобы обнять её за талию. Алиса почувствовала, как по коже пробежал мороз. Ей хотелось схватить нож для мяса и... Но она лишь мягко отстранилась, поворачиваясь к нему с бокалом вина.

— Просто захотелось красоты, — она посмотрела ему прямо в глаза. — Знаешь, я сегодня думала о той квартире на Набережной. Может, нам пора начать там ремонт? Я придумала потрясающий проект. Стены цвета «вялая роза». Как тебе?

Идеальный фасад

Утро началось с запаха свежесваренного кофе и имитации счастья. Марк зашел в спальню, уже полностью одетый в свой идеальный костюм-тройку, и поставил чашку на прикроватную тумбу.

— Доброе утро, соня, — он наклонился, чтобы поцеловать её в лоб.

Алиса заставила себя не вздрогнуть. Вчерашняя сцена в квартире на Набережной стояла перед глазами, как кадр из фильма ужасов. Она видела его губы, которые вчера, возможно, целовали Виолетту, и чувствовала тошноту. Но она лишь сонно улыбнулась, потягиваясь.

— Доброе. Кольцо такое тяжелое, — она приподняла руку, на которой сиял танзанит. — До сих пор не верю, что ты его нашел.

— Для тебя — всё, что угодно, — Марк подмигнул ей в зеркало. — У меня сегодня тяжелый день, тендер по торговому центру. Буду поздно. Не скучай?

«Тендер или очередная примерка штор с любовницей?» — пронеслось в голове, но вслух она произнесла:

— Конечно. Я как раз хотела заняться аудитом архивов в бюро. Мы давно не проводили чистку старых проектов.

Как только дверь за мужем закрылась, Алиса отшвырнула одеяло. Маска счастья сползла, обнажив ледяную решимость. Она подошла к ноутбуку.

Через час Алиса уже была в офисе своего бюро «А-Студио». Сотрудники привыкли видеть её мягкой, вдохновленной, вечно витающей в облаках творчества. Сегодня в офис вошла другая женщина.

— Лена, принеси мне все финансовые отчеты за последний квартал по закупкам материалов, — бросила она секретарю, не замедляя шага.

— Но, Алиса Игоревна, Марк Борисович сказал, что он сам всё проверит в конце недели… — Лена запнулась, встретившись с взглядом начальницы.

— Марк Борисович занимается стратегией. А я занимаюсь выживанием этого бюро. Отчеты. На стол. Живо.

Алиса закрылась в кабинете. Она знала, что Марк использовал её счета для обналичивания денег под видом «закупки итальянского мрамора» или «эксклюзивного паркета». Но когда она открыла файлы, реальность оказалась куда грязнее.

Марк не просто воровал деньги. Он оформлял на работу «мертвые души» — дизайнеров-фрилансеров, которых Алиса никогда не видела. И среди них, в самом конце списка, она нашла знакомое имя.

Виолетта Снежина. Должность: «Младший визуализатор». Зарплата: в три раза выше, чем у ведущего архитектора бюро.

Алиса откинулась на спинку кресла. Смех, горький и сухой, вырвался из груди. Он заставил её саму оплачивать содержание своей любовницы.

В этот момент дверь без стука открылась. На пороге стоял Олег — её ведущий архитектор и, как она считала, преданный друг.

— Алиса, зачем тебе отчеты? Марк звонил, он… недоволен, что ты лезешь в бухгалтерию.

Алиса медленно повернула монитор к нему.

— Олег, скажи мне, как давно ты работаешь под началом «младшего визуализатора» Виолетты? И почему я узнаю об этом последней в собственном бюро?

Олег побледнел. Он отвел глаза, и Алиса поняла: предательство Марка было не одиночным. Он купил лояльность её команды. Весь этот «идеальный фасад» её бизнеса держался на лжи, как здание на гнилых сваях.

— Алиса, послушай… Марк сказал, что так будет лучше для налогов… — начал оправдываться Олег.

— Уходи, — тихо сказала она. — И скажи всем, кто «в теме», что аудит только начался. И если я найду хоть одну лишнюю копейку, ушедшую не по адресу, вы все пойдете соучастниками по делу о мошенничестве.

Когда он вышел, Алиса почувствовала, как стены кабинета начинают давить. Ей нужен был союзник. Кто-то, кто не боится Марка и его связей.

Она набрала номер Кати.

— Катя, мне нужно, чтобы ты проверила Виолетту Снежину. Она официально числится в моем бюро. И я хочу знать всё о её прошлом. Если Марк платит ей из моего кармана, я хочу знать, за какой именно «дизайн» идут эти деньги.

— Поняла тебя, Аля. Кстати, ты просила проверить квартиру на Набережной. Есть новости. Соседи говорят, что Марк там бывает почти каждый день, но не один. С ним часто видят мужчину, очень похожего на твоего главного конкурента из «Гранд-Проекта».

Сердце Алисы пропустило удар. Если Марк сливает её проекты конкурентам — это уже не просто измена. Это уничтожение её имени.

— Катя, подготовь документы на арест имущества бюро как обеспечительную меру по разводу. Я не позволю ему забрать даже сломанный карандаш.

Алиса вышла из бюро, когда солнце уже начало садиться. Она чувствовала себя так, будто провела день на стройке под дождем. Телефон завибрировал. Сообщение от Марка: «Заказал столик в том ресторане, где мы отмечали первую годовщину. Жду в восемь. Надень то черное платье, я его обожаю».

Она посмотрела на свое отражение в стеклянной витрине. Черное платье. Идеально. Для похорон его репутации оно подойдет лучше всего.
Вечерний город задыхался в неоновых огнях. Ресторан «L'Héritage» был воплощением пафоса: тяжелые бархатные портьеры, хрусталь и приглушенный джаз.

Алиса вышла из такси. На ней было то самое черное платье с обложки нашего Романа — лаконичное, идеально подчеркивающее фигуру, с открытыми плечами. На шее — ничего лишнего, только холодная кожа. Она оставила кольцо с танзанитом дома, на туалетном столике. Это был её первый ход.

Марк уже ждал за их любимым столиком в углу. Увидев её, он встал, и в его глазах вспыхнуло искреннее восхищение.

— Ты выглядишь… опасно, Алис. Но где же мой подарок? — он взял её за руку, целуя пальцы, на которых не было кольца.

— Оставила в сейфе, дорогой, — Алиса изящно опустилась в кресло. — Оно слишком яркое для этого платья. Сегодня мне хочется… лаконичности. И правды.

Марк на секунду замер, но тут же рассмеялся, разливая вино.

— Правды? В ресторане с французской кухней? Здесь подают только красивые иллюзии, ты же знаешь.

— Кстати об иллюзиях, — Алиса пригубила вино, глядя на мужа поверх бокала. — Сегодня заходила в бюро. Представляешь, Олег так разволновался из-за аудита, что едва не уронил стопку чертежей. Говорит, ты очень переживаешь за наши «налоговые маневры».