За окном было довольно тепло и солнечно. Дул легкий ветерок и слышалось пение соловья. Денек обещал быть обычным. Ничего примечательного. А пустота внутри все ширилась и росла. Я уже очень давно не ощущала настоящего счастья. не знаю, с чем именно это связано…
Да, у меня были проблемы. Но, у кого их нет? Никто не идеален. А чувство и осознание собственной беспомощности, слабости… просто угнетают.
Прозрачный термометр с бабочками, показывал +17° C. Природа по-тихоньку пробуждалась от зимнего сна. Уже пробивалась молодая зеленая трава и проклевывались почки на деревьях. В воздухе витал запах жженой листвы и прелой земли, пропитанной влагой.
У всего есть свой цикл. У всего. Есть начало, и есть конец. Вот только, почему все именно так?
У меня столько вопросов. Столько мыслей. Столько желаний. Но, никто не может дать ни одного ответа. Я бы столькое хотела еще изучить, увидеть. Но, боюсь не хватит ни времени, ни возможностей.
Запустив пальцы в волосы, шумно выдохнула и опустившись на диван, задумалась. Мне все это до жути осточертело! Да, черт подери, я устала от всего этого дерьма! От такой жизни, которую и жизнью — то назвать нельзя, а лишь выживанием.
И только во снах все было иначе. Я бывала в разных местах и участвовала в приключениях. Иногда, у меня даже получалось манипулировать сновидениями. Это, если сон неожиданно прерывался и засыпая вновь я очень желала его досмотреть.
Это, совсем уж печально, если подумать. В смысле, что в реальной жизни совсем нет ничего примечательного, раз во снах интереснее.
Я поглядела в окно и уже в который раз задумалась: почему все именно так, а не иначе? Моя жизнь напоминала карандашный набросок — бледный, незаконченный, без ярких цветов. Работа от случая к случаю, картины и рассказы, когда-то бывшие отдушиной, теперь покрывались пылью в углу комнаты. Вдохновение покинуло меня так же незаметно, как утренний туман растворяется в воздухе. Счета и долги только множились с угрожающей скоростью, а цифры в них становились все больше.
По ночам, глядя в окно на звезды, я мечтала о волшебстве. О том, как кто-то могущественный однажды постучит в мою дверь и скажет: «Я знаю что ты желаешь заключить сделку. У меня есть предложение». Порой я даже шептала эти просьбы в тишину, словно заклинание, надеясь, что кто-то услышит.
Весна пришла рано в том году. Первая гроза разразилась в конце марта — буйная, яростная, словно природа, проснувшись от зимней спячки, решила напомнить о своей силе. Я вышла на крыльцо, укрывшись под небольшим козырьком. Было что-то первобытное в желании наблюдать за этой стихией — молнии разрезали небо, как серебряные вены в черном куполе, а гром эхом отдавался в груди.
Я стояла, обхватив себя руками, всматриваясь в темноту, когда что-то изменилось. Боковым зрением я уловила движение, присутствие. Резко повернув голову, я увидела… силуэт. Темный, размытый, словно сотканный из теней и дождя. Он стоял у края соседнего участка, почти у самых деревьев. И различить его можно было лишь только когда земля на миг освещалась от вспышек молний.
Сердце пропустило удар. Я моргнула, и видение исчезло. На месте, где только что стояла фигура, теперь были лишь стволы молодых акаций, качающихся под порывами ветра.
«Показалось,» — сказала я себе, но внутри разливалось странное тепло уверенности — меня услышали.
Вернувшись домой, я долго не могла уснуть. Что-то неуловимо изменилось в воздухе, словно гроза принесла не только свежесть, но и что-то еще, неосязаемое.
Следующий день был серым, пропитанный влагой, прохладой и туманом от прошедшей грозы. На улицу выходить совсем не хотелось. Вот только мне нужно было съездить за заказом. А на машине, как на зло спустило колесо. Восстановлению оно не подлежит, нужно покупать новое. Поэтому, пришлось ехать на велосипеде. Кожу рук довольно быстро зажгло от холодного ветра, который усиливался если я начинала крутить педали быстрее. Глаза слезились, нос начало закладывать.
В хорошую погоду, мне даже нравилось кататься. Чувствовать ветер в волосах, наблюдать, как мелькают деревья и дома, слушать шелест шин по асфальту. Еще одна радость, которую я отложила в долгий ящик из-за повседневной рутины и апатии.
Но сегодня все казалось другим. Ярче, чище, словно мир отмыли от серой пелены, которая застилала мой взгляд последние месяцы. Но все же, наслаждаться дорогой не вышло, из-за паршивой погоды. Поэтому, я выбрала обычный, короткий маршрут.
Путь лежал через узкий пешеходный мост через реку. Я всегда проезжала по нему как можно быстрее. Потому как если попадется встречный человек — разъехаться будет весьма проблематично.
И вс же, на середине моста я заметила человека, идущего мне навстречу. Мост был достаточно узкий, и нам требовалось аккуратно разойтись. Я притормозила, слегка наклоняясь вправо, чтобы дать ему больше пространства. Внезапно переднее колесо велосипеда наехало на что-то скользкое — видимо, мокрый после дождя лист — и резко вильнуло в сторону.
Все произошло за доли секунды. Потеряв равновесие, я почувствовала, как велосипед накреняется к перилам моста. В ужасе я увидела внизу мутную, грязную после зимы воду. Инстинктивно закрыв глаза, я приготовилась к холодному погружению…
Но вместо этого почувствовала сильную хватку на своем запястье. Кто-то удержал меня от падения в последний момент, одновременно схватив и руль велосипеда.
— Осторожнее, — произнес спокойный мужской голос.
Распахнув глаза, я увидела своего спасителя. Высокий молодой мужчина лет двадцати пяти держал крепко и меня, и велосипед, не давая нам рухнуть за ограждение моста. У него были темные волосы, чуть вьющиеся на концах, серьга в ухе, высокий лоб и тонк губы. Но больше всего меня поразили его глаза — невероятно голубые.
— Вы в порядке? — спросил он, аккуратно возвращая велосипед в устойчивое положение и помогая мне встать прямо.
— Да, спасибо, — я улыбнулась, пытаясь унять дрожь в коленях. — Спасибо, что поймали. Я могла бы… — я посмотрела вниз на реку и содрогнулась.