Что делать если мир уже спасён?

Эпизод 1: Большое пиво по 2 империала

В таверне «Безголовый Всадник на ослице» — популярное среди авантюристов заведение, под веселый ритм флейты и лютни, а также запах уксуса, пива и мяса сидит группа молодых авантюристов за столом.


— Итого 20 империалов на каждого, — задумчиво говорит рыжая зеленоглазая девушка, одетая в черную тунику, под рукой стоит, опираясь на стол, её серебряный посох. Она раздает по 20 монет из медно-серебряного сплава каждому человеку за столом, — остальное на нужды группы, ага.

Черноволосый юноша в дорожной куртке ритмично стучит пальцем по концу рукояти меча и с наигранной обидой говорит:

— Гвиииииииин, ну почему так маааааало…

Сидящая рядом черноволосая девушка с янтарными глазами, одетая в простую плотную одежду, пихает его в бок:

— Хватит ныть, Элисед, надоел уже! Это хорошие деньги! Просто ты, балда, транжира!

— Хорошие, хорошие, ты транжира, — монотонно передразнивая, повторяет юноша, а затем оживляется: — Тебе легко говорить, Морги, ты-то ничего не делаешь, пока я рублю, а получаешь столько же!

— Я вам пожрать готовлю! Или, может, ты хочешь жрать баланду с хлебом?!

Элисед поднимает обе руки высоко вверх:

— Окей, окей, сдаюсь. Ты победила! Мы б без тебя все умерли, великая повариха!

Моргана фыркает, резко отводит от Элиседа лицо, скрестив руки.

— Окей… Окей… Опять эти твои словечки, Элис, — произнёс одетый в латные доспехи молодой блондин, пробуя странное слово на вкус, он, как и все, за месяц привык к этим странным словечкам своего товарища, — умер бы без похлебки Морганы только ты, привереда. Может, половину своих монет отдашь ей за труды? — насмешливо говорит блондин, его голубые глаза горят веселым огоньком.
Элисед жадно сгребает свои 20 монет в кошелек, злобно смотрит на блондина:

— Кыш, моё, Родри! И ведь сам за обе щеки её похлёбку уплетаешь!

Гвин хихикает в кулачок, сквозь смех говорит — Мальчики, хватит. На нас люди смотрят, ага, — а затем она осматривает зал и даже кому-то из старых авантюристов, оценивающе смотрящему на молодняк, неуверенно машет рукой.

— Пусть смотрят, — Элисед махнул рукой, — зато запомнят.

— Как дураков? — Моргана чуть повернулась к Элиседу, смотря на него одним янтарным глазом.

— Дуракам — горы по щиколотку! — гордо заявил юноша, скрестив руки на выпяченной груди.

— А камни по пояс, — нежным голоском добавила Гвин продолжение поговорки.

Черноволосый юноша откидывается на стуле и, явно недовольный таким печальным продолжением такой хорошей в начале поговорки, он вздыхает.


Родри, неловко потирая затылок, говорит с улыбкой — Может, по пиву?

— Давай, мне 2 кружки по 2 литра! — восклицает Моргана.

— Я откажусь, уже поздно, — быстро и деловито произносит Гвин.

— Тебя проводить? — оживаясь, говорит Элисед, смотря в зеленые глаза Гвин.

— Нет, Элис, спасибо, — девушка встаёт с легкой улыбкой, смотря на улыбающегося друга, а затем достает верёвочку из кармана и завязывает хвост, который кладёт на левое плечо, — как я выгляжу?

Элисед восклицает: «Хорошо!» — пока Родри и Моргана сдержанно кивают.

Гвин берёт в руки посох и, цокая каблуками сапог и стуча посохом по деревянному полу, произносит, не оборачиваясь — Спасибо, друзья, до завтра, ага?

— До завтра, — хором повторяют остальные трое.


Элисед провожает её потерявшим жизнь взглядом своих черных глаз и натяжно широко улыбается, но когда Гвин уходит, Элисед падает лбом на стол — Она же к нему пошла, да? У меня что, совсем никаких шансов? — жалобно протягивает он.

Моргана хлопнула пару раз по плечу юноши.

— Пива? — произносит молодой блондин, никто из товарищей так и не ответил ни на один вопрос Элиседа.

— Два! — не поднимая головы, говорит поникший от очередного вежливого отказа юноша и, поднимая руку, растопырив указательный и средний палец.

— Патрик! Шесть кружек пива нам! — кричит через весь полный людей зал Родри.

— Подойди и закажи, олух! — так же через весь кишащий народом зал кричит трактирщик.

— Ладно, я сейчас, не скучайте, — молодой человек в доспехах встаёт с места.

Элисед и Моргана остаются одни за дубовым столом, пока их товарищ пробивается через заполненный зал.

— Да ладно, в море полно рыбы, Элис, — говорит черноволосая девушка, явно чувствуя дискомфорт от таких слов.

Юноша в ответ вздыхает — Не люблю рыбу…

— Привереда, — цокая языком, говорит Моргана, — ну, кхм, вот Эпа, знаешь ли, на тебя заглядывается, да-да. Да… Вы люди не чужие — ты часто её домой провожаешь.

— Она же кентаааавр. Меня сестра не поймёт.

Моргана поднимает бровь от удивления, она впервые слышит о какой-то сестре — Она что, не любит… кентавров?

Элисед, отмахиваясь рукой, говорит в стол — Нет, нет, она сама кентавр.

Тишина повисает между молодыми людьми, ну как тишина, вокруг всё ещё шумно.

— Единокровная, — бурчит юноша, — понимаешь, неловко будет… наверное… Типа у меня сестра… той же расы, это же будет выглядеть как будто у меня… как его, комплекс сестры или типа того… — Элисед, поднявший голову, продолжает пытаться оправдаться потоком слов, но его перебивает сильный подзатыльник тяжелой латной перчатки Родри, от чего Элисед ударился лбом об стол, а Моргана весело фыркнула.

— Хватит оправдываться. Просто скажи, что тебе милашка Эпа не интересна, — произносит Родри, пока молодая официантка в милом колпаке ставит 6 кружек пива на стол, — кстати, с тебя 4 империала.


— Сколько?! — возмущенно говорит Элисед, потирая ушибленный лоб, но затем переводит взгляд на кружки и понимает, что Родри взял двухлитровые кружки, он протяжно вздыхает — Я ж не уточнил литраж... — посетовал юноша, а затем ставит на стол 4 империала, которые очень быстро забирает официантка.

Эпизод 2: Змея в кровати

Утреннее солнце пробивается в маленькую комнатку через небольшое круглое окно. Элисед, чувствуя легкую головную боль, нежится в своей на удивление для такой комнаты большой постели, обнимая большую подушку. «Откуда у меня большая подушка?» Юноша ощущает на своём носу, щеке и губе мимолетную влагу, щекочущую кожу. Парень, хихикая, переворачивается на спину, освобождая руки от подушки. Затем он открывает глаза, борясь с приступом легкой светобоязни, и садится, потирая нос, замечая, что заснул он в одежде. Он смотрит налево, на столе лежит его меч в ножнах и бронзовый жетон, а у шкафа стоит секира. «Секира?». Неожиданно из-под правого бока раздается нежный шипящий звук.

Элисед тут же оборачивается, всё похмелье как рукой сняло, и видит лежащую с открытыми голубыми глазами и большими округлившимися зрачками, беловолосую девушку-змею, одетую в зелёную рубаху и плотные брюки. Она с улыбкой на лице, местами покрытом чешуйками, начинает стучать своим чешуйчатым белым хвостом по кровати.

Пришедший в себя юноша кричит, отодвигаясь от девушки — ШИНЕЙД!

— Таки прос-снулся, милый? — девушка с легкой змеиной грацией довольно потягивается, поднимаясь на колени.

— Ты что тут забыла?! — он наблюдает, как зрачки её глаз сужаются, приходя в норму.

Шинейд пробует раздвоенным языком воздух, явно наслаждаясь ситуацией — Так ты не помниш-шь, милый? Крепко же тебя алкоголь ударил, раз ты не помнишь, как самоотверженно я утеш-шала тебя. — томно произносит девушка-змея, приложив руку ко лбу для драматизма: «Ш-шинейд, утешь меня! Ш-шинейд, мир так несправедлив! Ш-шинейд, давай…» Она не договаривает, ибо начинает ехидно смеяться, пока Элисед слегка краснеет от её слов. «Не переживай, дружок, шучу я! Ничего из этого не было. Я, как ты видишь, при параде, да и ты далеко не раздет». Шинейд подмигивает юноше.

Элисед тяжело вздыхает и массирует виски, краска спала с его лица, а сам он чуть расслабился — Шутки, шутками, но это всё равно не отменяет моего вопроса, что ты тут делаешь…

— О-о-о, какой с-серьезный мис-стер… Кмпф, никакого вес-селья. — скучающе произносит Шинейд, а затем начинает говорить, качая указательным пальцем: «Значит, вчера вечером пос-сле ус-спеш-шного задания я возвращ-щаюсь домой, и вдруг ты си-сидишь и с-спишь у входа в „Вс-садника“. В общ-щем, отнес-сла тебя, будь благодарен великолепной мне! — она выпрямилась, выпячивая грудь — А когда великодуш-шная я принес-сла тебя, ты со всей с-силы обнял ме-еня и утащил в пос-стельку. В общ-щем, ты использовал меня, одинокую с-самку, как плюш-шевую игрушку, бес-стыдник — Она снова ехидно хихикает

— Ты будто сильно против хотя бы такого мужского внимания, мисс разведёнка. — бурчит юноша, массируя лицо ладонями, но на щеках проступает румянец — не каждый день он затаскивает женщину в постель, даже если просто для объятий.

— Это удар ниже пояс-са, Элис-сед Морхайм! — Шинейд, обиженно надув щёки, села в позу лотоса, оперевшись руками на кровать, и уставилась на Элиседа.

Элисед встаёт с кровати и, потягиваясь, без задней мысли бросает — Знаешь, когда ты открываешь рот, я полностью понимаю, почему от тебя сбежал муж —после этих слов он незамедлительно получает сильный удар возмездия хвостом по заднице с характерным звуком удара хлыста, от которого Элисед протяжно стонет.

Юноша оборачивается, его черные глаза горят желанием слегка отомстить. Он складывает руки вместе и затем, выпрямив указательный и средний палец правой руки, говорит — Маза Зибцпульдзе! — И тут же в Шинейд устремляется слабенькая искра пламени, от которой та, хихикая, уклоняется, скатившись с кровати.

Искра падает на простыню, начиная медленно прожигать ткань.

Элисед в панике быстро произносит — Уденс Страуме! — И из кончиков пальцев вырывается поток воды, который тушит не успевший начаться пожар.

Он видит черное пятно на простыне и, потирая затылок, говорит — Блин, меня хозяйка убьёт.

Шинейд, хихикая в углу, говорит — Вот именно поэтому ты никогда не разбогатеешь.

Парень глубоко дышит, отгоняя остатки паники, а затем берет со стола у окна свой меч и прикрепляет ножны на поясе, одевает на шею бронзовый жетон. Шинейд не отстаёт от него, она медленной походкой, стуча мощными каблуками ботинок по полу, направляется к своей секире у шкафа. Она берёт её в руки и одним движением закидывает себе на плечо, привязанный к обуху золотой жетон слегка звенит, а на свету поблёскивает гравировка «Шинейд Уи Коннал»».

— Сегодня работаешь? — черноволосый юноша поправляет пояс брюк.

— Нет, вряд ли в гильдии с-сегодня будет что-то дос-стойное меня, буду дома отдыхать и лениться на вечнотеплом камуш-шке. — она потягивается на цыпочках.

— И читать свою… литературу? — Элисед краснеет, вспоминая содержание книг в коллекции подруги.

— Куда без этого… А ты чем займешься, токиец? — небрежно произносит Шинейд, откидывая рукой чёлку, но её язык пробует воздух.

Элисед же впал в небольшой ступор «токиец», его кулаки сильно сжались.

— Как?

— Ты сам выдал, пока великолепная я нес-сла тебя. — она разминает плечи. — Не знала, что ты из Герцогства Токио, не похож ты на фанатика, да и я не видела, чтоб ты хоть раз молился.

— Дурацкий стереотип. — Элисед выдыхает, расслабляет кулак. — Не все мы фанатики господина Ямамото.

— Э-э-э-эх, жить рядом с человеком, который с-спас-с мир, безопас-сно, да?

— Очень… И скучно.