Чужая жена

Глава 1

Маша

- Вам можно только позавидовать! Вы такая красивая пара с Олегом Викторовичем. И он вас очень любит, это видно...

Голос Нади резким, внезапным эхом раздается в полной тишине, отвлекая меня от свадебного фото на моем рабочем столе.

Помощница входит в кабинет так тихо и неожиданно, что я невольно вздрагиваю.

- Я пришла за документами. Могу забирать? - спрашивает Надежда.

- Да, сейчас, пару минут… - я рассеянно мотнула головой, переключаясь на папку с накладными.

За полчаса я не смогла подписать и половину.

В свете настольной лампы черные ряды букв перед глазами поплыли, заплясали так, что мне было крайне сложно ориентироваться. Как я могла работать в таком темпе и все успевать раньше?! Как я вообще могла управлять целой клиникой?!

Сама себе удивляюсь…

Пока я вожусь с кучей бумаг на столе, Надя становится сбоку от меня и терпеливо ждет.

Не могу сказать, что моя помощница мне очень нравится, но причин уволить ее как таковых нет. Документы у Нади всегда в порядке, все мои поручения она выполняет с легкостью. А порой я без нее просто, как без рук.

Но есть одно «НО».

Мне сейчас снова не показалось.

Помощница безотрывно рассматривает моего мужа на нашем свадебном фото. Блондинка сканирует его, не отрывает глаз от высокого шатена в черном костюме с милой бутоньеркой в петлице. И этот оценивающий, томный взгляд я уже замечала раньше.

Олег красивый мужчина, сильный, притягательный и сексуальный. На него невозможно не смотреть, и я, как женщина, ее понимаю. Его безупречные, идеальные мужские черты и строгий взгляд серых глаз моментально въедается в сердце. Но этот мужчина выбрал меня, а не Надю.

- Вы здесь выглядите даже старше, чем сейчас. Будто вы знаете какой-то секрет вечной молодости, - неловко улыбается Надя.

Понимаю, что она делает комплимент, но я саму себя не узнаю на этом фото. Будто бы не я стою с моим красивым мужем в пышном белом платье, похожем на облако.

Слова помощницы отвлекли меня от документов снова. Черт, как же мне собраться?!

- Скоро у вас годовщина. Я слышала, Олег Викторович устраивает званый вечер? - не унимается назойливая девушка.

Я невольно перевела взгляд на фотографию в рамке на рабочем столе. Беру ее в руки, провожу пальцами по лицу моего любимого мужа, не стесняясь Надю.

- Да, пять лет совместной жизни, - тяжело выдыхаю. - Жаль, что из них я помню всего лишь полтора года.

Надя обходит вокруг стола и становится ровно передо мной, упираясь тонкими пальцами в столешницу. Я невольно поднимаю голову и ловлю на себе ее взгляд с явным, колючим оттенком жалости.

- Мария Александровна, все обратимо! Вы ведь уже прошли такой сложный путь! Вернулись к работе, руководите фирмой. Ваша память возвращается. И, как человек, который знает вас уже давно, скажу: вы ни капли не изменились!

- Спасибо, Наденька, - тяну уголки губ в слабой улыбке. - Я не говорю никому об этом, но мне чудом удается не разреветься на работе! Я читаю спецификации и не понимаю, что это за препараты. Ищу названия, перечитываю и не узнаю ничего! Будто в первый раз их вижу!

Помощница снисходительно улыбается. Как маленькому ребенку, показывает мне пальчиком на название и суммы.

Когда с накладными покончено, Надя с улыбкой подхватывает спецификации к ним, тщательно проверяет мои подписи на документах.

- Не отчаивайтесь. Много новых средств поступило в продажу. Наши врачи постоянно совершенствуются. Возможно, с тех пор как вы… кхм… заболели, мы просто стали закупать другие лекарства для работы, - она делает многозначительную паузу. - В любом случае, Олег Викторович всегда сам согласует поставки. Он ведь главный, все закупки контролирует он.

Дверь кабинета открывается, и без стука входит мой муж.

Олег заметно недоволен, как и всегда на работе он без улыбки. В последнее время муж, будто витает где-то в своих мыслях, но не рядом со мной. Иногда я думаю, что ему приходится тяжело из-за того, что я не могу быстро прийти в форму, по щелчку стать прежней Машей.

Обращаю внимание, что Надя бледнеет и шарахается в сторону, стоит Олегу приблизиться к моему столу.

- Маша, я думал, что ты одна. Почему вы сидите в темноте, что за секреты у вас? – спрашивает муж, переводя взгляд с меня на Надю.

- Нет никаких секретов, Олег. Лампочка перегорела, и Марина пошла искать нашего завхоза. Перед тем, как ты вошел, я говорила Наде, что не помню и половины из названий того, с чем работает наша клиника. Мне стыдно.

Твердые губы Олега машинально поджимаются. Он мне ничего не сказал, но смерил меня и Надежду пронзительным холодным взглядом. Всем видом показав, как устает возиться с беспомощной женой.

- Надя, считайте, что этого разговора не было. Оставьте нас с Марией Александровной, - с натянутой улыбкой произносит Олег и машет рукой, чтобы помощница покинула кабинет скорее.

Как только мы остаёмся в кабинете одни, Олег спешно расстегивает свой пиджак.

Муж подходит ближе и заставляет встать из-за стола, увлекая за собой.

- Машенька, ну что опять началось? - спрашивает он, покрывая поцелуями мою шею. - Я ведь просил не откровенничать с подчиненными. Ты хозяйка, что за неформальное общение с персоналом?

В полумраке стальной взгляд Олега скользит по мне, приходится сверху вниз и обратно, останавливаясь на моем лице.

Он внимательно изучает меня. Убедившись, что в моих глазах четко читается смятение, легко облизывает губы и притягивает к себе. Одни движением впечатывает в белую ткань сорочки, вышибая из моей груди еле слышный стон.

Олег обожает секс на работе. Ему безразлично, как громко я буду стонать, и что про нас подумает моя секретарша Марина.

Мои губы, мой запах возбуждают его с полуоборота.

Серые глаза мужа темнеют и он с тяжёлым, грудным рыком касается языком мочки моего уха. Схватывает за бедра и сажает на край стола так быстро, что не успеваю опомниться.

Глава 2

Маша

Я до сих пор не могу отделаться от навязчивого чувства после того, как пришла в себя и вернулась к жизни: мне все кажется чужим.

Будто рядом не мой муж, а совсем чужой человек.

Я привыкла к Левицкому, полюбила его, но порой я думаю, что просто играю чью-то роль. А поведение Олега и его вечная занятость на работе только подливают масла в огонь.

Он не дает повода для ревности, но я все равно в нем сомневаюсь. Я даже проверяла его мобильный, рабочий ноутбук, специально обшарила карманы пиджака. Опустилась, кажется, ниже некуда, но ничего не нашла…

Мягко впиваюсь пальцами в лацканы пиджака, отстраняю от себя мужа.

Олег нехотя отходит, сглатывает ком в горле и нажимает на кнопку селектора.

- Марина, принеси один черный кофе без сахара, - отрывисто говорит Олег.

Думаю, что своим поведением разозлила его окончательно и сейчас Олег взорвется, устроит скандал. Но он лишь пригладил лацканы пиджака, поправил галстук и с грустью обращается ко мне.

- Я все вижу, Маша. Тебе тяжело, девочка моя, но мы справимся. Завтра я иду к следователю, и, - берет меня за плечи, обнимает. - Я обещаю, что мы найдем этого урода. Я клянусь тебе, моя девочка!

Два стука в дверь означают, что Марина уже готова и несет кофе.

- Я принесла пару чашек. Вдруг, Мария Александровна тоже будет.

Олег сверкнул глазами и рассвирепел в момент.

Он становится пунцово-красным и строго отчитывает мою секретаршу, заставляя Марину пожалеть, что проявила инициативу.

- Если Мария Александровна захочет, она попросит, Марина! Унеси все нахер отсюда и впредь слушай своего руководителя!

Я сажусь в кресло и упираюсь локтями о стол. Он сорвался из-за такой мелочи, попусту накричал на Марину. Понимаю, что его вывел мой отказ, но я не знаю, что сексом на работе наше общение ограничится. А вечером у Олега будут другие дела.

Сквозь пальцы наблюдаю, как Олег взял красную папку со стола и присел на диван. Муж рассматривает статистику продаж услуг в клинике за последний месяц и удовлетворенно улыбается. Вот сейчас он по-настоящему доволен.

- Маша, нам нужно усилить контроль. Дела идут шикарно, но расслабляться никогда не стоит. Ты же доверяешь мне?

- Конечно, Олег,- выдыхаю я, понимая, что мало что знаю о своей фирме. - Скажи, Олег... А отмечать годовщину обязательно?

Он моментально оставляет чашку с остатками кофе и подходит к моему столу, присаживается около меня, прямо возле моего кресла.

- Как это, Машенька? Девочка, ты что-то меня совсем пугаешь. Соберутся все! Приедет моя мать, сестра, наши друзья, родственники... Все ждали, пока ты придёшь в себя, и сейчас будут только рады нашему празднику!

Муж сжимает в руках мои ладошки, целует и поглаживает каждый пальчик. Но он снова меня не слышит. Олег не посоветовался со мной, поставил перед фактом, даже не спросив, хочу ли я видеть всех этих людей?!

- Просто это ведь только наш праздник, - говорю ему. - Я же их не знаю совсем, Олег. Я не хочу, чтобы тебе было стыдно.

- Мне не стыдно, Машенька, - сухо отвечает муж. - Праздник будет, я не могу его отменить. Я вижу и понимаю, что тебя беспокоит. Если хочешь, можешь записаться к этому доктору... Как его? Антон или Илья?

- Андрей Сергеевич, - проговариваю имя моего врача. - Я запишусь к нему, но после его сеансов мне не легче. Можно, я выберу другого доктора?

Совсем недавно я нашла пару визиток в своем шкафу в кабинете, когда перебирала документы. Только я хотела рассказать об этом мужу, как Олег поцеловал мое запястье и нежно погладил по щеке.

- Маша, ты не должна менять специалиста. Андрей Сергеевич - профи, он работает с тобой с тех пор, как ты пришла в себя после нападения, - с улыбкой говорит Олег, меняя интонацию на более мягкую.

Я только плечами пожимаю.

За те три месяца, что я вернулась и работаю в своей клинике, только на днях успела добраться до личных вещей. Дома тоже все только предстоит перебрать и навести порядок. Может быть, я вспомню что-то еще...

- Поедем домой? У меня что-то голова разболелась немного, - говорю мужу и накидываю ремешок сумки на плечо.

- Эмм, Машуля, не получится. Мне позвонил Архипов. Просил сегодня приехать к нему, сыграть пару партий от скуки и заодно обсудить контракт. Он собирается поставить нам новое оборудование. Тогда клинику лучше твоей, в нашем городе будет очень сложно отыскать, моя девочка!

- Значит, я сегодня снова буду засыпать одна, Олег?

Я смотрю на мужа с укором, прожигаю его взглядом, будто он что-то скрывает от меня. Его постоянные ночные игры с друзьями или задержки на работе меня прилично напрягают.

- Маша, что за взгляд? - металл в голосе меня немного отрезвляет. - Ты же понимаешь, что я деловой человек. И пока ты сама не в состоянии заниматься клиникой, я должен работать за двоих! Или ты считаешь, что я тебе изменяю?

Олег снова нависает надо мной так, что я кажусь маленькой щепкой, против высокой и крепкой фигуры мужа.

- Я слышал такой тон в последний раз! Запомни, Маша, ты моя жена! Я тебя люблю и развод тебе никогда не дам, поэтому можешь успокоиться и не накручивать себя.

Олег молча поднимает меня с места и продолжительно смотрит в глаза. Только он умеет так смотреть: долго, цепко, обволакивая полностью.

- Поцелуй меня, Машенька, - шепчет мне в губы.

Отбрасывает светлые пряди моих волос за спину и проводит большим пальцем по контуру губ, разминая их. С жадность цепляется языком за мой язык, целуя глубоко и настойчиво.

Когда он ушел в первый раз месяц назад, я даже пошла за Олегом. Ночью стоя на пороге, задержалась в дверях и крепко обняла мужа.

Я чувствовала себя настолько беспомощной, будто больше в мире у меня никого и не было. Хотя, так на самом деле и есть.

После того, как на меня напали в нашем доме, я не знала никого кроме Олега.

Мой муж и стал моим миром, я растворилась в нем от бессилия, от того, что не могу вспомнить ничего и просто ему доверяю.

Глава 3

Маша

Муж уходит, поцеловав меня, как обычно, на прощанье, а я впервые иду за ним.

Замечаю, как выйдя из приемной, Олег ловит за руку Надежду.

Мой муж на минуту задерживается и о чем-то говорит с моей помощницей. Вроде бы невинный разговор, но Надя бледнеет, кивает и почти бегом удаляется по коридору, в мое сердце снова пробирается злость и ревность.

Сейчас я будто смотрю на все без розовых очков и вижу, что Наде Олег небезразличен.

За стеклянными дверями маячит силуэт моего секретаря. Марина идет с папками, едва не сшибая дверью стопу с отчетами в своих же руках.

- Ой, Мария Александровна. А вы чего тут? - запросто спрашивает у меня.

- Марина, скажи пожалуйста, а Николай уже повез бухгалтера в налоговую?

- Да, Мария Александровна. Если вам нужно домой, то я могу его вернуть, и Коля вас отвезет.

- Нет, нет, - спешно отвечаю ей. - Я поеду на такси. И не говори никому, хорошо?

- Как скажите, - отзывается улыбчивая Марина.

Машина Олег выезжает из больничного двора нашей клиники.

Перекладывая таблетку из кармана в контейнер и прячу ее в сумочку.

В этот момент мне как будто легче становится. Попутно цепляю со стола пару визиток, которые нашла среди папок в своем старом шкафу.

Подхватив сумочку, свой кардиган, я выхожу из здания как можно скорее.

С Садовой сворачиваю на Рижскую. Ноги сами ведут меня каким-то новым, непонятным маршрутом. Наконец-то, я решилась сбежать...

Мне так легко и свободно, а одурманивающие и необычно новые ощущения заставляют сердце биться быстрее.

Впервые за много месяцев я иду без сопровождения по улице.

Муж привык во всем контролировать меня. Он старше, и говорит, что просто так проявляет заботу. Но мне тесно в золотой клетке Олега. Как бы муж не старался, порой его забота принимает форму чрезмерной опеки. Душит, давит, связывает по рукам и ногам.

А что я получаю взамен? Одинокие вечера, отговорки и вечную занятость мужа.

Понимаю, что я - заложница собственного брака с Левицким. И если сейчас отношения с Олегом такие, значит, были такими и в прошлом. Прошлое, которое почти за два года я так и не вспомнила...

За последние пару дней я узнала о себе гораздо больше, чем мне помог узнать дорогой "светило" психиатрии, знакомый Олега, доктор Попов.

И приятного в этом оказалось мало.

Кого обрадует то, что в “прошлой жизни” ты была заносчивой сукой? Орала на подчиненных, штрафовала-увольняла всех без повода и демонстрировала на работе оттенки своего настроения?

Во всяком случае, именно такие слухи ходят о генеральном директоре клиники пластической хирургии “Грация” Марии Коротковой.

А еще я посещала аж двух психологов. Их визитки с записью времени приема я нашла между папок, в шкафу...

Я поеживаюсь. Думаю о себе, но как будто это не я.

В мыслях сворачиваю в тихую улочку и вскоре выхожу на набережную.

Прохожу по широкой аллее. Путаюсь в толпе людей, которые тоже спешат куда-то. Наконец, здесь я могу быть собой. Не Марией Коротковой, а просто Машей. Девушкой без памяти, без прошлого.

Минуя людской поток, усаживаюсь на одинокую лавочку вдалеке от всех.

Контейнер с таблеткой прожигает дыру в моей сумочке.

Боже, я впервые подумала, что Олег пичкает меня таблетками в дни когда он бывает у Архипова. Бред ли, но похоже, муж методично делает из меня овощ.

Нет, не верю.

Закрываю лицо руками.

Провалы в памяти делают меня уязвимой, я не знаю, почему сейчас все так, как есть. И моя ли это жизнь?

Мобильный телефон в кармане молчит, и я достаю его, чтобы набрать номер следователя, который ведет дело о нападении на меня. Закусываю губу и, в нерешительности, просто кручу телефон в руках. У него, наверное, рабочий день уже подошел к концу. Хотя, Роман очень отзывчивый и сказал, что я могу набрать его в любое время...

- Кхм, - кашляет возле меня какой-то незнакомый мужчина.

Он присаживается на другом конце лавочки, заставляя вздрогнуть от неожиданности. Вид у незнакомца отстраненный, но мне сразу же становится не по себе.

В первый раз посторонний человек оказался вот так близко. В первый раз я вышла одна. Без охраны или водителя, без мужа. Совершенно одна.

Мой страх имел очень четкие причины. И это не простая мнительность.

С тех пор, как в наш дом ворвался неизвестный, прошло уже два года. Полгода я пробыла в больнице, а еще полтора - пыталась понять, кто же я, и что со мной произошло.

Я не могла не заметить оценивающий, нескромный взгляд незнакомца и просто отвернулась, так как мне стало еще более неловко.

Мимо проходит вереница людей, и я гляжу в его сторону. Подумала, что мужчина ушел, но вместо этого, как назло, встречаюсь с ним взглядом!

Мои щеки вспыхивают пожаром, когда по лицу проходится прожигающий, быстрый и очень мужской взгляд. На меня никто так не смотрел, как он.

Мужчина рядом со мной - красивый брюнет, с четкой линией губ и выразительными, хищными чертами. Одет стильно и дорого, и слишком обаятелен для преступника, но мне все равно по себе...

Почему-то я неосознанно думаю о муже.

Олег делает многое, чтобы я забыла о случившемся. Он нанял охранника, водителя и не позволяет мне передвигаться одной по городу. Он говорит, что любит меня почти каждый день, вот только я не чувствую, что когда-то любила Олега.

Все эти мысли сменяются буйной чередой у меня в голове, а мужчина придвигается ближе и мягко, по-кошачьи, улыбается.

- Ты очень красивая. Тебе так идет этот цвет волос, - говорит незнакомец и легко касается моего плеча.

Меня будто калёным железом по руке полоснули, так жарко становится от простого касания.

- Простите? - мороз проходит у меня по коже. - Разве мы знакомы?

- Знакомы, - также с улыбкой отвечает. - Не бойся Машенька. Я давно хотел с тобой встретиться. Но твой муженек, мудак, держит тебя на цепи еще больше, чем когда мы встречались.

Глава 4

Маша

Я вернулась домой уже вечером. Шла по улицам, не спеша, и много думала о странном появлении моего психолога Ильи.

Действительно, все то, что я знала о себе - рассказал мне Олег. У меня нет ни родных, ни друзей. И как я жила до вторжения в дом, да и само нападение - вызвало только вопросы.

Ольга Генриховна, наша домработница, возится в кухне. Она не говорит мне ни слова о моем позднем возвращении домой, хотя с негласной указки Олега присматривает за мной. Проще говоря - следит, и я это знаю.

Пока домработница расставляет передо мной приборы и подносит блюда с салатом и закусками, замечаю, как она внимательно рассматривает меня. Становится неловко, как будто я сделала что-то неправильное. Видимо, слова Ильи так влияют.

- Ну, вот. Вы возвращаетесь постепенно к нам, - произносит она вдруг.

- Я сильно изменилась? - подстегнутая словами незнакомца, спрашиваю у Ольги.

- Вы очень изменились, Мария Александровна. Стали более тихой, добрее даже стали.

- А раньше я была злой? - наивно, почти по-детски, произношу.

- Требовательной, скорее. Но, это само по себе не плохо. Хотя, сейчас мне с вами легче работать.

- Ольга Генриховна, скажите, что случилось со мной в нашем старом доме? Мы с вами никогда не разговаривали на эту тему, но вы ведь работали у нас? - взмолилась я, отставляя красивую тарелку с гарниром и мясом в сторону.

Ольга выдыхает. Позволяет себе присесть за стол, как гостья. Теребит нервно краешек ажурной белой скатерти.

- Вы были дома одна. Олег Викторович оставался у вашей свекрови. Ночью в дом проник вор и шарил в холле, видимо, что-то выискивал. Вы проснулись, пошли по лестнице, чтобы позвать на помощь. Он напал, избил и бросил вас, а сам сбежал. Вот и все.

Как заученный текст, она повторяет мне это уже во второй раз. А я не верю.

- Я не помню ничего, - плаксиво проговариваю в ответ.

- Это неудивительно. У вас было сильное сотрясение, вы упали очень неудачно. Пришлось даже делать небольшую пластику. Но, знаете, все проходит. Скоро память вернется, и вы сможете жить прежней жизнью.

Когда она уходит, я снова застреваю в своих мыслях. Ем без аппетита, как робот, отправляю вкусный стейк по кусочкам в рот.

Два года я живу как во сне. Когда это все пройдет - не знаю. Уже потеряла надежду что-то понять, найти саму себя.

В голове стучит набатом: не может человек не вспомнить ни единой минуты из своего прошлого! Хотя бы детство, какие-то обрывки школьных лет или лица моих родителей.

Ничего. У меня в сознании вакуум длиной почти в двадцать пять лет.

- А мои родители? Вы что-то о них знали? - спрашиваю у Ольги, когда та возвращается в кухню, где я сижу одна.

Та только пожимает плечами безразлично.

У нас с ней натянутые отношения. Не знаю, как я относилась к ней раньше, но сейчас я внутренне напрягаюсь, будто в лице простой женщины муж приставил за мной надзирателя.

Складываю посуду в раковину, сама убираю со стола. В очередной раз поймала себя на мысли, что мне привычна работа по дому, а Ольга описывает меня как какую-то капризную белоручку.

Я поднимаюсь наверх, скорее спешу в душ.

В душевой кабинке мне комфортно, словно в коконе. Я намыливаю мочалку, растираю пену по коже, и все еще думаю о нем. Илья вихрем ворвался в мою сонную реальность, разделив жизнь надвое.

Трогаю руками плоский живот, провожу по коже вниз.

Илья сказал, что я была беременна. Получается, и это я забыла?

Мой муж ни разу не говорил, что ему нужен наследник. Видимо потому, что где-то подрастает его сын. Впрочем, Илью я совсем не знаю, и верить постороннему мужчине не могу.

После душа выхожу и вытираю волосы на ходу.

В спальне темно, Олега все еще нет.

Наугад набираю номер Татьяны Архиповой.

Это моя единственная подруга из новой жизни. Подругой Таню я могу назвать с большой натяжкой, но как и в случае с Романом, мне сейчас просто не к кому обратиться.

- Да, Машуля, - сонный голос тяжело выдыхает в трубку.

- Алло, Таня… Прости, что я звоню так поздно. Я забыла у вас свои очки в прошлый раз. Никак не могу без них, - потираю лоб, и сочиняю на ходу.

- Маша, мы с мужем в отеле. Мы сейчас не дома, - мягко улыбается жена Архипова.

- Прости, прости, - смущенно отстраняюсь от трубки.

- Ничего, все в порядке. Муж решил мне сделать романтический сюрприз, снял домик у озера. Здесь, за городом… - она потягивается в кровати, а на фоне я слышу голос Архипова, который спрашивает басом “кто звонит?”

Отшатываюсь, как ошпаренная. Лицо пылает, а душу разъедает ревность.

Если Таня и ее муж сейчас далеко за городом, тогда с кем сейчас мой Олег?

- Мы вернемся послезавтра, я поищу твои очки, - зевает Таня.

- Хорошо, спасибо. Извини, что я вас так поздно побеспокоила.

****

После недолгого прощания, Таня кладет трубку, а без сил опускаюсь на кровать.

Голова от переживаний наливается свинцом, а руки становятся ватными. Очередной приступ накатывает мощным цунами, заставляя почти кричать от головной боли.

Рука тянется за единственной таблеткой, которая лежит в моей сумке.

Но пить ее я не буду. Не хочу снова лежать в кровати утром, как овощ.

Я встаю, пошатываясь, иду к столу и наливаю стакан воды. Выпиваю залпом.

Холодный пот прошибает, но через несколько минут я снова сижу на кровати и чувствую облегчение. Боль не прошла, но я вполне могу выносить ее без таблеток, которыми пичкает меня муж.

Ложусь в постель, сворачиваясь калачиком. Натягиваю одеяло, закрываясь от всех.

Я никогда не могла бы подумать, что муж мне изменяет. Не контролировала Олега, терпела его постоянные задержки на работе, ночные совещания. А он мне просто врал. Муж пользовался тем, что я все забыла. Пользовался моим беспомощным состоянием, а сам спал с кем-то за моей спиной.

- Еще и ребенка успел сделать, - хмыкаю сама себе под нос.

Глава 5

Маша

Он наваливается, неистово сжав меня в руках. Поцелуи мужа, настойчивые и быстрые, сбегают дорожками по моим губам, опускаются на шею, языком он очерчивает выемку ключиц.

Олег поднимается надо мной, на минуту мазнув взглядом по моему лицу.

Муж стягивает тонкую ночную сорочку вниз. Грудь предательски наливается, чувствуя, что дальше будет жаркий и страстный секс, способный прогнать любые сомнения из моей головы. Но я не могу забыть то, что узнала об измене Олега.

Муж разминает грудь ладонью, глядя на меня. Его губы до томной боли сдавливают мой сосок, а руки уже скользят вниз по бедру, настойчиво отводя ногу в сторону.

Я привыкла его любить, привыкла подчиняться. Но сейчас нам нужно поговорить. Мягко убираю его руки.

- Олег, у меня был приступ. Теперь голова болит, - сдерживая стоны, шепчу ему.

- Не ври мне, Маша! Я вижу, что ты хочешь, - приказной тон сменяется откровенной грубостью.

Он отодвигает мои трусы и по-хозяйски пробует меня ладонью. Олег наклоняется, и губами касается самого нежного центра. Пальцами растягивает гладкую кожу и врезается щетиной в мое бедро, царапая его.

Под его губами становится горячо и влажно.

- Олег, я не хочу, - говорю, упираюсь острыми ногтями в его руки.

- Я хочу! - заявляет Левицкий.

Муж поднимает меня с кровати с усилием, и я утыкаюсь носом в изгиб его шеи.

Тяну запах и понимаю, что от чистой кожи с капельками воды исходит едва уловимый, тонкий аромат духов. Слишком мускусный, слишком женский.

Нет, не показалось. Это запах чужой женщины. У него правда есть любовница.

Левицкий садится на кровати, разворачивает мое тело к себе и мощным резким движением снимает с меня ночную рубашку. Характерный треск рвущейся ткани пронзает ночную тишину.

- Олег, ты делаешь мне больно! Отпусти, я закричу!

- Кричи, Маша. Жена должна кричать в постели, - с надменной улыбкой произносит.

Он с силой сжимает мою талию с своих руках, целует спину, стискивая грудь грубой хваткой. Его рваное, обжигающее дыхание я ощущаю всеми клетками.

Муж упирает мою попку в свой каменный пресс, заставляя ерзать у него на коленях. Я пытаюсь вырваться, а Олег утыкается стальным членом мне в промежность.

Я взрываюсь плачем, прошу отпустить меня. Но муж не слушает.

Он входит резким толчком, насадив на себя. Я встаю, сопротивляюсь ему, но он тисками держит меня за талию, продолжая двигаться во мне.

- Олег, хватит! Я звонила Тане! Они с мужем уехали на выходные! От тебя женскими духами пахнет! И ты после всего хочешь просто насадить меня на свой грязный член?

По лицу текут слезы, а Олег становится просто демоном, выходит из себя от злости и с силой отшвыривает меня на другую сторону кровати.

- Вот как ты заговорила? Духи твои, ты меня обнимала и больше никто! Где я был - не твое дело! Ты моя жена, и должна меня ублажать.

Он садится на постели, обхватывает голову руками. И кажется, сам жалеет, что снова повел себя грубо.

- Я хотел купить левое оборудование, без сертификатов и поставить в твою клинику, чтобы сэкономить гребаные бабки! Дела идут херово, Маша, я сам уже скоро стану оперировать этих капризных стареющих куриц! Тебе это нужно было узнать, твою мать?

Я ужаснулась еще сильнее. Я ничего не знаю о своей клинике. Олег принимает все решения за моей спиной, а я просто витаю в облаках.

- Ты должен говорить мне о том, что происходит в клинике!

- Не доверяешь? - ухмыляется муж и зверем смотрит на меня. - Хорошо, ты будешь знать все. Мне твоя клиника на хер не сдалась! Вообще, ты изменилась, Маша. И теперь мне ясно, откуда это все взялось вдруг!

Я отползла от него, нашла порванную рубашку и села на кровати, стирая слезы руками.

- Уже неделю повторяется одна и та же херня! Сначала ты отказывала мне в сексе, а теперь тебе показалось, что от меня духами разит, - холодно выдавливает он. - И все после того, как ты побывала у этого мудака Соколовского. Он тебе понравился?

- Нет, Олег! Я просто устала от твоих тайн! Ходят слухи, что у тебя есть сын, любовница. Как ты это все объяснишь? - стону, захлебываясь слезами.

- Какой сын?! Что за херню тебе внушили? Жанна распустила свой язык? Я ее уничтожу, стерва, блять!

Он на минуту вспомнил о своей бывшей жене, которая работает в моей клинике. Странно, но женщина, у которой я увела мужа, работает у меня и даже дружит со мной…

- Жанна не при чем! Олег, давай разведемся! Наша жизнь, наш брак... Это все не мое! Почему у нас нет детей? За пять лет брака ты не захотел ребенка?

- Ребенок у нас мог быть, - вдруг выдает муж. - Ты была беременна и сама избавилась от него. Ах, ты же ничего не помнишь! Блять, ты удобно устроилась, Маша!

Слова Олега о моей беременности тронули меня. Спутали мысли.

Что я за чудовище такое, раз смогла избавиться от малыша?

- Я не хотел тебе говорить, но ты меня вынуждаешь! - произнес он, видя мое состояние. - Ты молода, наш брак для тебя в тягость из-за разницы в возрасте. Я вижу, что ты хочешь себе молодого любовника. Но от меня ты уйдешь только вперед ногами, Маша!

Он встает, отшвыривает ногой мокрое полотенце, валяющееся на полу.

Подходит к окну и достает сигареты с полки, закуривая.

Его руки напряжены, Олег заметно заводится от каждого упоминания о нашем прошлом.

- Я хочу вспомнить, я хочу полюбить тебя, как раньше, а не выполнять твои команды, как кукла! - с болью в сердце, высказываю ему все, что накипело.

- По-моему, тебя как раз все устраивает, дорогая жена. Про ребенка ты не помнишь, сбежала сегодня неизвестно к кому без водителя и охраны. Следователю глазки строила прямо при муже. Охрененно, Маша! Будешь трахаться с Соколовским или кого-то другого нашла на набережной?

Я попятилась на кровати. Откуда он узнал, где я была?

Меня кольнуло острой шпилькой страха. Олег за мной следил?

- Я вышла прогуляться. Я твоя пленница или жена? - упираюсь в него взглядом.

Глава 6

Маша

Я уснула уже, когда за окном стало светать. Олег спит, перевернувшись на бок, прихватив меня рукой за талию. Освобождаюсь от его объятий и прохожу к вещам, небрежно брошенным на диване.

Рубашку вытаскиваю из-под кучи вещей, с самого низа. Беру в руки и тяну носом запах, который резкими нотами звучит от воротничка мужской сорочки.

Этот аромат я даже когда-то раньше слышала. Знакомая, мускусная сладость вызывает у меня массу эмоций. Олег мне врет, теперь все ясно.

Я проходила по дому до рассвета. Сварила себе крепкий кофе, не желая тревожить Ольгу. Без таблеток стало легче, а туман постепенно уступил место ясности и осознанию, что я не на своем месте.

Муж изменяет, ведет мою клинику в бездну и принуждает меня быть его рабыней.

Навязчивые мысли бродят в голове, и едва только начался рабочий день, я сразу же набираю номер Ильи, который написан на визитке. Мой бывший доктор и любовник словно ожидает моего звонка.

- Я рад, что ты быстро решилась, - говорит без приветствия Илья.

- Я хочу встретиться. Сегодня, - шепотом отвечаю, озираясь по сторонам, чтобы никто из домашних не услышал.

- О, конспирация, - хмыкает небрежно доктор. - Хорошо, Машенька. Я жду тебя в любое время. Я соскучился.

Последняя фраза острым лезвием полоснула по нервам, заставила напрячься от воспоминаний. Если он думает, что я приеду чтобы переспать, то Илья ошибается. Я не помню его, и я хочу вспомнить себя, мою беременность, а не то, как и с кем я развлекалась в прошлой жизни.

Удивительно, что про Илью я никогда не слышала от Олега. У меня был другой доктор, который работал со мной после выхода из больницы. С его помощью я начала спокойно относиться к мужу, приняла наш дом, семью и даже себя приняла.

Но тогда Олег сам настоял на прекращении сеансов, едва начались какие-то малые подвижки и воспоминания стали приходить.

Муж будто бы не хотел, чтобы я вспомнила, как мы жили раньше. Мое беспамятство было и ему на руку, не нужно лукавить.

Олег спускается в столовую через час. Он бодрый, довольный и просто светится. Муж не замечает круги от бессонницы и припухшие от слез глаза.

- Моя девочка, почему ты проснулась так рано? - шепчет, сжимая меня в объятиях прямо на глазах у Ольги Генриховны.

Олег зарывается носом в мою макушку, без стеснения сжимает грудь через халат.

- Олег, в офисе осталось много документов. Я не смогла вчера все подписать. Я возьму машину сегодня? - спрашиваю его, будто бы не имею права поступить самостоятельно.

- Да, Машенька, но зачем тебе машина? Я позвоню Семену, и он легко тебя отвезет, куда скажешь.

Ольга Генриховна топчется у плиты в ожидании приказа, что нужно приготовить на завтрак. Олег отвлекается на нее, говорит, что ему омлет, кофе и пару бутербродов. Перебросившись парой фраз с Ольгой, Олег идет наверх в душ, а моя просьба так и остается без ответа.

Я поднялась за ним. Вчерашний скандал, похоже, просто так замять не удастся.

- Олег, так я могу взять машину? - спрашиваю настойчиво.

- Конечно, можешь. Но, что-то тон твой мне не нравится, Маша.

- Олег, что запретного в вождении автомобиля? Я ездила раньше, с тобой. Мне нравится. Или… Я должна только плакать и рыдать каждый день? - упираюсь в него взглядом.

- Нет, не должна. Машина твоя, пользуйся, - говорит муж и с силой сжимает мои скулы в ладони.

Олег настойчиво притягивает меня к себе, целует, разминая губы до боли. Невольно вскрикиваю, и касаюсь рукой вишневых губ.

- Мы ведь вчера все выяснили? - повторяет, рассматривая мою реакцию.

- Да, все, - опускаю глаза.

Олег молча берет полотенце и выходит в душ, хлопнув дверью. Я быстро натянула на себя легкое платье, взяла в руки пиджак и сумочку. В моем шкафу до сих пор покоится старая шляпная коробка. Не знаю почему, но вид ее меня раздражает. Еще раз смеряю ее взглядом и понимаю, что пора избавиться от этого хлама раз и навсегда.

Я выхожу из дома с твердой решимостью поехать к Илье и узнать все, что было между нами.

Мне нужны были любые воспоминания из моего прошлого.

Кто я? Кто такой Олег?

И даже его измена сейчас представлялась только подтверждением того, что мы друг другу чужие.

Я подавляю в себе горечь. Сердце все еще болит после бессонной ночи и от осознания того, что у него есть другая женщина. Я боюсь мужа, но понимаю, что с Левицким я не останусь. Мой юрист тоже знает, как составить иск о расторжении брака.

За рулем я чувствую себя легко. Еду и ловлю свежий ветер, рвущийся в салон из окна. Наслаждаюсь последними теплыми деньками осени и старательно гоню от себя прочь дурные мысли.

В памяти проскальзывают слова мужа о следователе. Олег вчера наговорил столько, что я до сих пор не могу прийти в себя.

Не понимаю, с чего Левицкий решил ревновать меня к Роману? Я даже обрадовалась, когда Роман Алексеевич вызвал нас с мужем и сказал, что расследование по моему делу возобновилось.

Мужчина пытается помочь мне. Соколовский - единственный, кто говорит, что грабитель напал на меня не просто, чтобы ограбить…

Оставляю машину на парковке. Клиника, где трудится Илья, чем-то похожа на мою, но профиль несколько иной. Я управляю клиникой пластической хирургии, которая перешла ко мне после смерти отца.

- Ульяна! - закричал кто-то на улице и я невольно обернулась.

Парень бежал к девушке на той стороне улицы. Я останавливаюсь на минуту. Редкое имя вызывает странные вибрации. Я тряхнула головой, сбивая остатки тяжелого разговора с мужем.

У кабинета Ильи сегодня нет очереди. Приветливый, молодой мужчина рад меня видеть, и поначалу ведет себя очень формально.

- Я рад, что вы пришли, Мария Александровна, - говорит он в коридоре, встречая меня. - И на этот раз без мужа. Нам будет так проще поговорить обо всем. Проходите.

В кабинете любезности закончились. Едва мы с Ильей оказываемся наедине, в замкнутом пространстве, как он дает волю рукам.

Глава 7

Маша

- Что? - я не понимаю его полушепот.

Илья уже отлетел от меня в сторону и быстро натянул свой белый халат поверх рубашки.

- Почему ты сказал, что я - не она?

- Ты не она и точка! - твердо говорит, подбивая рукой какие-то тетрадки, сложенные на столе.

Странное поведение моего психолога вгоняет меня в еще больший ступор.

- Ответь! Иначе Олег узнает, что ты мне рассказал о его измене и внебрачном сыне!

Я улавливаю отчетливые вибрации страха. Илья боится Левицкого, и это заметно по его дерганым, острым движениям и жестам.

- Я любил Машу, целовал ее тысячу раз. А ты… просто копия!

Он весь пылает. Глазами шарит по кабинету, пытаясь собраться после нашего поцелуя. Я подхожу к столу и упираюсь руками, нависая над доктором.

Игра привела только к одному: теперь и доктор понял, что я - не Мария.

- Ты сказал недостаточно, чтобы я сделала выводы! - заявила ему. - Или ты мне говоришь все, что знаешь о моем муже и о ребенке Маши, или я прямо сейчас звоню Олегу и рассказываю, как ты трогал меня в кабинете. Мой муж очень ревнив!

Константинов вскочил и недовольно скривил рот.

- Идите к черту вы и ваш муж! Вы ничего не докажете, Мария Александровна. Я всего лишь ваш врач. Психотерапевт, к которому ранее вы обращались за помощью. Все. И я вынужден отказать вам в обслуживании по личным причинам.

- Но ты не можешь! - возражаю ему. - Вы были любовниками с Коротковой, и ты понял сейчас, что я другая женщина. Значит, ваша связь была довольно долгой, раз по одному поцелую ты узнал, что перед тобой не Маша! Так где ее ребенок? Олег сказал, что я избавилась от беременности!

Он быстро ретируется.

Уверенно встает напротив, опершись бедрами о рабочий стол. Складывает руки перед собой и с надменной ухмылкой уставляется на меня.

- Я лично виделся с Машей перед родам. Она любила меня и хотела оставить нашего ребенка. Ты просто подделка, девочка. И мне тебя очень жаль. Видимо, когда мудак Левицкий не смог подчинить настоящую Машу, он сделал себе ее куклу!

- Олег пластический хирург, но уже давно не оперирует! - выпаливаю в ответ.

- Ты так уверена в своем муже? Ты даже его не помнишь, сама же сказала! Пошла вон отсюда!

Константинов опустился в свое кресло и с силой потер руками виски, взъерошив волосы небрежно.

Он посмотрел на двери кабинета и полез в ящик рабочего стола. Достал небольшую записную книжку и раскрыл перед собой, перебирая пальцами листочки с какими-то номерами...

- Если бы ты ее любил, то помог бы разобраться кто я такая! Значит, Маша не настолько тебе дорога. Трус! - выплевываю ему в ответ и ухожу, хлопая дверью.

Я кричала довольно громко и вела себя так, как ранее не вела за эти два года беспамятства. Бездушный тон врача меня вразумил. Во мне проснулась буря, настоящий характер, а не та забитая покорность, о которой мне всегда твердил Олег.

Может быть Маша такая, но не я!

Вылетаю из кабинета, как пробка, скрываясь от блуждающего мужского взгляда.

После поцелуя становится еще более мерзко, как и о понимания, что я влезла в чужую жизнь и стала заложницей образа Маши.

Но все же слабая, совсем хрупкая надежда еще была. Неужели, я просто занимаю чужое место?!

Я подхожу к стойке ресепшн.

Пристаю с расспросами к милой девочке-медрегистратору в белом халатике и веду себя так, будто что-то забыла.

- Добрый день, Карина, - читаю имя на бейджике. - У меня очень личный вопрос. Я страдаю амнезией и уже замучила доктора Илью Сергеевича. Скажите, пожалуйста, как давно я посещаю его? Сколько у нас было сеансов?

Она попросила мой паспорт. Я предоставила документ и получила ужасающий ответ.

- Вы посещали Илью Сергеевича на протяжении двух лет. У вас были встречи по три-четыре раз в неделю. И последний раз вы были в нашей клинике два года назад. В мае. И все.

- А с чем я приходила два года назад?

- Депрессия, - кратко отвечает Карина. - Вам лучше обсуждать с доктором все эти моменты. Ведь его задача вас вылечить, чтобы вы вспомнили.

Я поблагодарила ее. С горечью понимая, что лечить нечего, как и вспоминать.

Доктору безразлична судьба его пропавшей любовницы и то, почему я занимаю ее место. Он боится Олега, не захотел помочь мне найти Машу, хотя за два годя личных встреч в таком количестве они стали очень близки. И на судьбу их ребенка ему плевать.

Усаживаюсь в машину и опускаю голову на руль, не знаю, куда мне ехать дальше.

Еще одна мысль прожигала меня. А как же Олег? Мой муж не знает, что я не Мария? Или его устраивает жизнь с покорной Мальвиной, наследницей богатого состояния покойных родителей Коротковой?

- Я не верю! Не верю, - говорю себе под нос, а с лица на руль капают горькие слезы.

Вопросов в моем воспаленном мозгу слишком много, а вот доказательств ничтожно мало. И снова моя рука предательски тянется к телефону.

В минуты слабости я всегда звонила мужу. Он приучил меня, выдрессировал, как собачку.

Олег - остался единственным близким человеком стал за эти два года... Я хочу спросить прямо, сказать ему о произошедшем, но боюсь его до трепета, до дрожи.

И я понимаю, что одной мне точно не справиться.

Я вытираю капли слез на века, поправляю макияж и завожу машину.

Набираю номер Олега, который успел позвонить мне, пока стояла на парковке у медицинского центра.

Я набираю воздуха в легкие, силюсь говорить с мужем, как ни в чем не бывало.

- Маша ты где гуляешь, признавайся, хитрюга?

Олег смеется. Он редко бывает веселым, как сейчас.

- Я была у моего доктора, которого ты мне выбрал. Все хорошо, он меня успокоил и сказал дальше принимать те таблетки. Ты был прав, дорогой. Как всегда, - коротко отвечаю ему. - Прости меня за выходку ночью, я просто эгоистка, Олег!

Я слышу, как он растягивается в улыбке. Мужу всегда нравилось беспрекословное подчинение.

Глава 8

Маша

Домой я вернулась в расстроенных чувствах. Ольга Генриховна возится в кухне, что-то готовит к вечернему ужину.

- Олег Викторович просил меня накрыть стол для вас и уйти к себе. Поэтому сегодня меня не будет, - предупредила она.

- Хорошо, - невольно ее слова вызывают у меня дискомфорт.

- Впервые вы ужинаете вместе за такой долгий период, - проговаривает Ольга, будто про себя. - Жизнь налаживается, Мария Александровна!

Наливаю в чашку черный, душистый чай из заварника.

- Мы плохо жили с Олегом? - спрашиваю ее, делая глоток.

- Мне неизвестно это, Мария Александровна. Но вы ужинали вместе до той роковой ночи, насколько помню. А потом как-то не получалось, - говорит кратко.

- Я никогда не спрашивала у вас... - решила попытаться разговорить ее. - А как давно вы у нас работаете?

- Примерно через год после вашей свадьбы с Олегом Викторовичем я поступила к вам на службу, - чинно выдает Ольга.

Не могу сказать, что она была рада моему желанию узнать события из прошлого. С экономкой мы никогда не были близки, а чисто по-человечески она вызвала у меня некое отторжение.

Но других свидетелей событий того времени просто нет.

- На днях я проходила мимо магазина детской одежды, - говорю, прокручивая чашку на блюдце. - Все эти маленькие вещички вызвали у меня столько эмоций. Мне кажется, я даже сама была беременна когда-то...

- Мне неизвестны настолько интимные подробности вашей жизни, Мария Александровна. Только ваш муж может быть в курсе, - холодно отсекает Ольга.

- А мои родители? Подруги? Разве кроме Олега в моей жизни никого не было?

Я не хочу обвинять Ольгу, моя неприязнь к ней мешает мыслить объективно. Но в ее лице я будто уловила какое-то лукавство, обман. Явно она знает больше, чем говорит.

- Вы всегда любили только своего мужа, - выдавливает, как заученный текст. - Подруг я в доме никогда не видела. Ну, а с родителями вы ведь знаете, что произошло. Они попали в аварию. Упали с моста на авто, когда ваш отец не справился с управлением. И не смогли выбраться из машины, утонули в реке. Олег Викторович при мне рассказывал вам это, в один из вечеров.

- Да, я, кажется, снова забыла... - отвечаю сбивчиво. - Я пойду наверх. Хочу приготовить Олегу сюрприз на нашу годовщину.

- Это очень похвально, что вы стараетесь угодить Олегу Викторовичу. И заботитесь о супруге так же, как он о вас, - пространно произносит экономка, пока я поднимаюсь наверх.

В комнате ничего не напоминает о настоящей Маше.

Нет в доме Левицкого ни чердака, ни каких-то потайных комнат. Ничего. Обычный дом, богатый, дорого обставленный, но хозяйка здесь не я. Сам Левицкий тоже не тянет на образ Синей Бороды, но факты говорят о другом.

Я покрутила в руках надоевшую шляпную коробку - единственный предмет который меня раздражал в моем шкафу. Но внутри были только мои старые аксессуары: ремешки, заколки… Мелочи, одним словом.

- Как я могла это носить? И где моя старая одежда, - хмыкнула вдруг.

Я не придавала значения, когда увидела новые вещи в своем гардеробе после больницы. Мне было не до этого. Головные боли меня выматывали, есть не хотелось, а от таблеток кружилась голова.

Теперь все выглядит иначе.

Мое лицо... Сейчас даже оно казалось не моим.

Я отодвинула ящик, перебирая свою косметику. Все вещи новые, дорогие вещи, но радости не вызывали с самого начала. Олег сказал, что это - мой мир, что я была такой до больницы. И я поверила, как дура.

На губах до сих пор горел поцелуй Ильи... Я заметила в отражении, как покраснела прямо в ту минуту, когда вспомнила, как он закусил мою губу и тяжело толкнулся языком внутрь.

Почему психолог не пожелал мне помочь, я тоже не понимала...

Я битый час рылась в комодах, шкафах и антресолях. У нас с Олегом даже не было семейного альбома, за столько лет совместной жизни. Теперь и это показалось странным.

Я знала, что в наш дом мы переехали сразу после моей выписки из больницы, и, скорее всего, фото от прошлой жизни могут быть в том доме, где на меня напали.

Но адрес мне был неизвестен. Даже во время расследования я не выезжала туда. Ольга здесь тоже не помощник. А спросить Олега о нашем старом жилище- это значит подписать себе приговор одним лишь упоминанием о тех событиях.

Я открыла гардероб мужа. Не хотела здесь ни к чему прикасаться, так как один раз уже получила жесткий нагоняй за то, что сунула нос в шкаф Левицкого. Но сейчас...

Я заперла комнату и отодвинула дверцы его шкафа.

Вещей у мужа не так много. Сплошь пиджаки, костюмы. Все в чехлах, дорогие и безумно ценные для него предметы роскошной жизни.

На полках все лежит в аккуратных стопках. Я просовываю руки под вещи и ничего не нащупываю. В памяти кадром возникает тот случай, когда муж устроил скандал на ровном месте только из-за того, что я полезла в его шкаф.

Темно-графитовую двойку в светлом чехле я решила подать мужу, когда он собирался на важную встречу. Олег же пришел в бешенство из-за того, что я тронула его костюм...

Сейчас я снова нашла этот чехол. Схватила его и перевесила на дверцу, ловко расстегнув молнию.

Руки сами собой лезут во внутренний карман пиджака. Пальцы касаются гладкой, скользкой поверхности ткани. Из внутреннего кармана я вытаскиваю небольшое фото. На фотографии рядом с моим мужем другая женщина.

Светло-русые волосы распущены по плечам, платье подчеркивает стройный силуэт. Она похожа на меня, но... Разрез глаз более резкий, хищный. В лице есть что-то неуловимо смелое, уверенное. Эта особо гораздо стервознее меня, простой и наивной дурочки.

- Так вот ты какая, - шепчу, касаясь лица девушки кончиками пальцев.

Я и правда ее копия.

“Хорошая подделка”, - как и сказал любовник Марии.

Пока вожусь в шкафу и обшариваю карманы в костюмах Олега на предмет наличия каких-то улик, мне приходит сообщение от Романа.

Нашей встречи я ждала весь день.

Глава 9

Роман

Мария меня боится, это очевидно. Я чувствую ее смятение и смущение, едва услышав нотки нежного голоса в трубке.

- Алло, Мария Александровна, вы где? - спрашиваю ее, уже проехав половину пути к ее дому.

- Роман Алексеевич, - отвечает, сдерживая волнение. - Простите, но я не знаю, куда бы нам с вам пойти. Может, вы подскажите тихое место?

- Да, - с улыбкой отвечаю. -Я подхвачу вас на углу, около аптеки.

- О, вы знаете, где я живу, - говорит Мария.

Конечно, я все о ней знаю.

С тех пор, как Короткова появилась в моем кабинете, я потерял покой. Мне интересно, что же с ней произошло, но не только как следователю. Маша понравилась мне, как женщина. Красивая, чужая жена будоражит мой разум одним своим невинным видом.

- Рома, трахает ее другой мужик. У нее есть законный муж, а ты слюни пускаешь, - стучит в голове голос моего напарника.

Саша прав, но я хочу ей помочь. Для меня работе в приоритете над инстинктами и чувствами к Марии.

Но вдруг на углу около аптеки я вижу высокую стройную фигуру, и беспощадно давлю на газ, чтобы успеть забрать ее, будто Маша растает или окажется фантомом.

Всячески гоню от себя нахлынувшие эмоции, просто открываю перед ней дверь авто.

- Добрый вечер, Роман Алексеевич.

- Долго ждете? - спрашиваю ее буднично.

- Нет, только вышла из дома. Куда мы едем?

Объясняю Марии, что поблизости знаю только одно кафе. Я бывал в “Ла террасе” всего лишь раз, но народу там точно не много.

Мы едем в полной тишине. Короткова рассматривает мое авто с интересом. Она тоже водит машину, что странно для человека с такой мощной амнезией. Мария забыла мужа, свое имя и родных, но не забыла, как крутить баранку.

- У вас Бентли? - спрашиваю ее на ходу.

- Нет, Порше. Бентли у мужа, - улыбается Мария.

Сука, мне не нравится сноб и напыщенный ублюдок еще больше. Явно, что Левицкий трется около ее денег.

- Странно, что у мужа машина дороже, чем у вас, Маша…

Ее имя я раскатывая на губах со смакованием. Мария ощущает мой неподдельный интерес, поправляет прядь волос, кокетливо и скромно. Как у нее получается занимать все мои мысли, просто присутствуя рядом, не понимаю.

Стараюсь сосредоточиться, а Маша отвечает, что мы можем перейти на “ты”.

- Мне неудобно, и так всем “вы”-каю, - запросто говорит она.

- Прости, что бестактно спросил про авто Левицкого. Просто в твоем деле, в твоей сегодняшней жизни много нестыковок.

- Я и сама стала это замечать, - с грустью выдает мне Мария. - Мужу нужен более представительский транспорт, чем мне. Он сейчас лицо нашей фирмы.

Ясно все. Еще бы, какой дурак не воспользовался бы состоянием жены, чтобы погреть руки и присвоить себе доходы ее клиники.

Мы приезжаем спустя десять минут, сделав необходимый круг из-за дорожных работ. В целом наша встреча ничем не походит на свидание, но не могу не заметить, как Мария озирается по сторонам.

- Ты боишься, что муж нас увидит? - спрашиваю ее.

- Да, - говорит, снова поправляя светло-русые пряди волос.

Вспоминаю, что в досье на старых фото, Короткова была блондинкой.

Эх, Рома! Не будешь же ты за пять минут знакомства с женщиной спрашивать, кто ей выбрал цвет волос и парикмахера-колориста!

Если Левицкий сделал клон своей жены, тот почему не удосужился сменить цвет волос?

В голове пчелиным роем множатся вопросы.

Мы присаживаемся в дальнем углу, без труда выбрав рандомный столик.

- Чай, кофе? Может, ты голодна? - спрашиваю, когда к нам подходит официант.

- Роман, спасибо. Кофе я бы выпила, но есть не хочу, - скромно тянет Маша.

Для наследницы состояния Короткова она совсем не избалована. Ведет себя более чем тихо, даже затравленно.

- Два кофе. Капучино и эспрессо, - Маша принимает мой выбор, даже не возразив.

Послушная Мальвина только улыбается.

- Ты не бываешь в кафе, ресторанах? - спрашиваю ее, глядя в красивые глаза цвета спелых вишен.

- Нет. Я очень плохо прихожу в себя после нападения. У меня было сотрясение, несколько пластических операций. Ах, я уже говорила тебе на допросе.

Я не могу сдержаться и просто кладу свою руку на ее ладонь. Маша не убирает руку, а наоборот поднимает на меня глаза.

- Маша, не бойся меня. Твой муж ничего не узнает о том, что мы будем обсуждать. У меня есть хорошая новость. Твое дело полностью передали мне, как я и говорил в прошлый раз. Материалы я сейчас разбираю и скоро приглашу твоего адвоката и тебя для ознакомления и подписания документов. Еще мне нужно будет опросить тебя повторно. Ты, случайно, ничего больше не вспомнила?

Маша слушает меня так внимательно, будто не верит в то, что происходит. Я ощущаю удары пульса под своей пятерней. Она заметно волнуется, ее сердце бьется с новой силой.

- Я даже не надеялась, что дело о краже из нашего старого дома возобновят. Я так хочу узнать, что произошло в ту ночь. Почему я была дома одна, почему на меня напали, и я перестала все помнить.

- Для меня более странно, что твой муж ничего не делает, чтобы найти виновного. Следователь закрыл дело с такими огрехами и нарушениями! А Левицкий, имея табун адвокатов в распоряжении, просто молчит!

- Пока я мало, что вспомнила, - отвечает неуверенно, все еще раздумывая. - Но я стараюсь изо всех сил... Я могу тебе доверять?

- Да, Маша, - твердо говорю.

Сомнения разрывают ее душу, но мой тон успокаивает Марию.

Мне кажется, она и сама понимает, что находится не на своем месте. Короткова сразу же сказала, что чувствует себя чужой. Я не знал ее до происшествия, мне трудно судить, но я верю ей.

- Получив ответы на вопросы, я могла бы понять, я и есть та самая Маша Короткова? Должна ли я принять то, как жила раньше, или нас подменили, и я живу чужой жизнью?

Тяжко носить сомнения и не понимать, кто ты на самом деле. Но незнакомому человеку очень трудно довериться. Я приближаюсь к ней, не обращая внимания на официанта, который маячит с подносом сбоку.

Глава 10

Маша

- Меня смущает не только то, что я ничего не помню, - говорю ему, когда мы уже едем в машине домой. - Наоборот, я понимаю все яснее, я не могу быть Коротковой. Как же другие люди не видят различия между нами? Ее работники, родственники мужа и сам Олег?

- Олег как раз таки все видит. Он фактически владеет твоей клиникой. В этом ответ, как мне кажется, - произносит Роман. - Маша, я позвоню завтра. Надеюсь, сегодня все будет в порядке.

- И я надеюсь. Спасибо за помощь, Рома, - ответно улыбаюсь ему.

После наших объятий в кафе должно последовать продолжение, видимо. Но я понимаю, что Рома просто хочет меня поддержать. Он строг, сдержан, но очень цепляет его проникновенный мужской взгляд.

Мы, как преступники или любовники, прощаемся за пару переулков от моего дома. Дальше я иду пешком, по дороге все еще прокручивая в голове детали со снимка, который нашла у мужа в пиджаке.

Почему не решилась предъявить это доказательство Олегу прямо в лицо? Причина всему - страх.

Куда пропала его первая жена и где теперь содержится Маша?...

Голова разрывается, когда прихожу домой. Ольги уже нет, кругом пустота.

Смотрю в окно свой спальни и хочу выть, сбежать из этой клетки куда угодно, как загнанный зверь!

Я с силой зажмуриваюсь, откидываюсь на кровать и просто лежу, пока не засыпаю.

Во сне случилось чудо, и я будто перенеслась в другой мир.

Вокруг меня квартира с совсем простым убранством. Обычная кухня со старой, квадратной плиткой вокруг мойки и потертыми, выцветшими обоями.

На плите уже не одну минуту навязчиво свистит чайник. У окна ко мне спиной стоит девушка со светлыми волосами. Она выглядывает в открытую фрамугу и небрежно сбивает пальцами пепел с сигареты.

Я подхожу ближе и вижу, как она разворачивается ко мне лицом. И я узнаю ту самую девушку, которая была на фото с Олегом.

- Не смотри на меня так, я все равно не оставлю ребенка! - говорит она недовольно.

****

Когда я проснулась, было уже темно. Сон так и остался сном, но я поняла, что знала Машу лично.

Муж опять задерживается на работе, хотя сегодня об этом меня и не предупредил.

Я переодеваюсь и иду по коридору в ванную комнату. В доме тихо так, что мне становится даже немного не по себе. Снова я одна, Ольги Генриховны нет, Олега тоже. Чувство беззащитности заползает под кожу.

Но мое одиночество было недолгим. Двери внизу открываются, и в дом вваливается Олег. Он пьян, возбужден, и ко всему еще очень рассержен.

- А! Не спишь, блять? - кричит он снизу. - Порядочная жена ждет мужа в теплую, супружескую постель?!

Я отхожу от лестницы, запахивая халат, не пойму, что на него нашло.

- Я не понимаю, Олег. О чем ты говоришь? - спрашиваю, а мужчина уже поднимается по лестнице семимильными шагами.

Первое, что прожигает сознание: Олег следил за мной и видел меня вместе с Романом.

Мне становится неимоверно страшно и жутко, когда я рассматриваю лицо Олега в свете коридорного светильника. Он в бешенстве. Глаза горят, а лицо перекосило кривой ухмылкой.

- Наивная овечка! Ты не устала жаловаться всем, что живешь с нелюбимым мужчиной?! Не устала ныть, как тяжело трахаться с надоевшим мужем? - кричит он, подходя ближе.

- Я ничего такого не говорила! - кричу в ответ и убегаю в спальню.

Олег быстро догоняет меня. С силой схватывает за халат, зацепив волосы так, что я вскрикиваю от боли. Он сам на себя не похож. Амбре от него настолько сильное, что даже не представляю, сколько он выпил.

- Говорила, Маша! Ты слишком много болтала языком на допросе у следователя! Ищешь себе новый член, сучка? Давай-ка мы восполним пробел в твоей памяти! Ты, кажется, стала забывать, что я твой муж!

Олег тащит меня к спальне, отбрасывает, как теннисный мячик по комнате. Я удерживаюсь и опираюсь рукой, попутно цепляю развязавшийся пояс халата.

Муж срывает одежду с меня и схватывает за талию, поднимает и легко швыряет на кровать. Я умоляю его оставить меня, прошу отпустить.

- Я никого не ищу! Хватит, отпусти меня! - я кричу так, что голос совсем охрип от надрыва.

Что делает Олег и чего добивается, представить несложно. Он высказал мне все, пока срывал одежду. Причина в том, что я просто слишком разоткровенничалась с Романом. И еще что-то не то сказала Ольге Генриховне о нашем браке.

- Ты бы лучше думала, как доставить мужу удовольствие, а не лежать в постели бревно! Развернись задом! Я забыл, что тебя надо драть так, чтобы ты никого не искала себе, сука!

Я вырывалась и поцарапала ему лицо.

Олег снова пригвождает меня к матрасу, нависает надо мной. Стягивает мои трусики, желая войти в неподготовленное тело. Рвется головкой прямо в мое лоно, но я не хочу! Он и так насиловал меня без моего согласия долгих два года, врал, что он мой муж.

Мне страшно, больно, синие следы от его грубых рук разбросаны по груди, а бедра сводит судорогой. Я, еле дыша и уклоняясь от жестких ласк, шиплю развернувшись к нему:

- Если ты сейчас не отпустишь меня, завтра же пойду в полицию, и все узнают правду, Олег! Я не буду молчать и всем расскажу!

Он дышит тяжело и откидывается на бок, отстраняясь от меня. Перекатывается на другую сторону, давая мне возможность встать.

- Я подаю на развод, - плача и потирая сдавленную кожу на руках, твержу ему. - Так нельзя, это не любовь, Олег! Ты меня не любишь, а просто подавляешь! Ты лжешь мне! Не удержишь, все! Я ухожу!

Он поднимается на локтях. Сцена ревности зашла слишком далеко. Он обхватывает голову руками и тихо воет, пряча лицо от меня в ладонях.

- Ты и раньше изменяла мне, - стонет он. - Помнишь ты это или нет, но так было! И теперь все повторяется...

Я оборачиваюсь и пристально смотрю на него. Что он говорит? Выходит, он знал о моей связи с доктором?

- Поэтому я и ограждал тебя от прошлого, - говорит он. - Прости меня, девочка моя. Я плохой муж, знаю это. Но, поверь, ты не лучше, Маша. Ты очень многое сделала, чтобы наш брак распался. И никогда не была верной женой.

Глава 11

Маша

- Все, Машуля, ты готова. Процесс заживления идет просто отлично. Никаких нежелательных последствий. Все, как говорится, прижилось, - с улыбкой заканчивает Жанна.

Я серьезно смотрю на нее и решаюсь задать вопрос, который прежде меня не мучал так сильно, как сейчас.

- Жанна, скажи мне. А почему пришлось делать сложную пластику лица? Что со мной было после падения с лестницы?

- А ничего не было, Маша, - улыбается она. - Ни носа, ни подбородка, ни лба. Каша сплошная. И твое лицо удалось вернуть чудом, дорогая.

- Почему тогда так мало швов? - спрашиваю я. - И зачем контролировать и докалывать еще что-то, ведь два года почти прошло?

- Ну вот, а говоришь, что ты не врач! - на выдохе говорит Жанна. - Понимаешь, ткани опускаются, объем уходит. Лицо меняется одним словом. А тем более, если оно было другим. В смысле, было повреждено и собрано вновь, как пазл.

- Я поняла теперь, спасибо, Жанна.

Я попрощалась с ней и вышла. Версия Жанны была не очень убедительной. Я потеряла память, но не рассудок. И та информация, что я изучила работая в клинике, говорила совершенно об обратном.

Я прихожу в свой кабинет и отшвыриваю белоснежный халат. Я до сих пор не могу привыкнуть к нему. И никак не могу заставить себя вжиться в эту роль.

Я оперлась бедрами о низкий подоконник и задумалась снова. Я понимаю, что Жанна никак не может быть моей подругой. Олег бросил ее из-за меня, и она вряд ли простила мне это по-настоящему.

До того, как я встретила психолога-любовника Коротковой, я никогда не анализировала, как жила до потери памяти. Я спала с лечащим врачом, страдала депрессиями, дружила с бывшей женой своего мужа и, по всему, терпела от него не только бранные слова, но и побои...

Это точно не я. Пара дней без таблеток помогают мне быстро прийти в себя. Чем дальше, тем страшнее становится.

Звонит внутренний телефон.

- Мария Александровна, Олег Викторович позвонил и передал, что сегодня его не будет в офисе. Просил вам сообщить, что вечером приедут ваши родственники.

- Спасибо, Марина, - кратко говорю ей. - Я сейчас выйду к тебе.

Для Олега стало привычкой передавать такие важные новости через секретаря. Я все больше ощущаю себя даже не заменой его пропавшей жены, а пустым местом в его жизни.

Плюс ко всему вечером дома меня ожидает персональный ад.

Родственники мужа относятся ко мне еще хуже, чем сам заботливый Олег. Благо, видимся мы редко, но в этом году пять лет со дня нашей свадьбы. Отвертеться не получится.

Я беру сумку, свою теплую кофту и покидаю кабинет.

- Мариша, я пойду домой. Если Надя принесет накладные, прими их, а завтра я уже все подпишу.

- Хорошо, Мария Александровна, - отчеканивает, как робот, секретарь.

Я выхожу и вдыхаю прохладный осенний воздух полной грудью. На улице, без надзора Олега и Ольги Генриховны, я чувствую себя спокойно и свободно.

Дорога снова ведет меня вниз. Я торопливо иду по лестнице туда же, где пару дней назад встретила Илью.

Хотела ли я увидеть его снова? Нет, не хотела.

Но я слишком уж легко отнеслась к его словам. А вот сейчас узнала бы гораздо больше, спросила бы о Марии еще что-нибудь, мне нужна была любая информация.

Я увидела, как высокий силуэт вывернул из-за угла, и невольно ускорила шаг.

- Хороший вечер для прогулок, - раздался позади уверенный, мужской голос.

Я оборачиваюсь, испугавшись, но тут же выдыхаю и успокаиваюсь. Оказывается, все это время за мной шел Роман.

- Прости, Маша, - с улыбкой меня приветствует мой новый знакомый. - Пришлось проследить за тобой. Я узнал кое-что по твоей просьбе и хотел обсудить все до вашего праздника.

- Я не ожидала тебя увидеть, - искренне радуюсь и улыбаюсь ему.

Не скрою, мне приятно видеть этого мужчину. И даже не смотря на ревность Олега, я хотела, чтобы он мне помог докопаться до истины.

- Я хотел прийти к тебе в офис, но решил, что Левицкий тоже может быть на работе. Не лучшее место для встречи. Но тут ты вышла из клиники, и я пошел за тобой следом. Прости, что напугал...

- Я рада, что ты приехал.

Мы идем почти той же дорогой, но уже не на набережную. Он предложил свернуть в проулок, и посидеть в одной из тихих кафешек в старой части нашего города. Я соглашаюсь.

- Как муж? Проблем не было? - участливо спрашивает Рома.

- Нет… почти, - говорю ему, видя, как острый взгляд сканирует весь мой образ.

- Маш, не ври, пожалуйста. У тебя глаза красные, ты не спала ночью. Веки припухшие, значит, ты плакала. Я не знаю всех ваших дел, не хочу лезть к вам в кровать, но... - с тяжелым вздохом многозначительно говорит Роман.

- Он ругался из-за того, что рассказываю всем о том, как мы живем. Но это не из-за тебя, Рома, - скомкано отвечаю о том, что Олег вчера устроил мне за откровения перед милым следователем.

Сильные мужские руки рывком разворачивают меня к себе. От внезапного движения в вздрагиваю, а Соколовский подушечками пальцев ведет по моей скуле вниз, переходит на шею и спускается до выемки ключиц.

Непонятые приятные токи пробегают по коже, становясь мурашками. Никто не касался меня в новой жизни. С тех пор, как я стала Машей, мое тело ласкал только муж.

Грубо, страстно, на пределе чувств и эмоций, но я приняла Олега таким, знала только его и впускала только его в свое лоно. А тут меня словно зацепило что-то другое. Роман не сделал ничего, но мне захотелось, чтобы он касался меня снова.

- Маша, ты хорошо замаскировала синяк, ссадину на шее. Но как ты замаскируешь то, что муж бьет тебя по любому поводу?

Я смутилась, отпрянула от него и опустила от стыда глаза.

- Я не смогу говорить очень долго, к сожалению, - говорю смущенно. - Сегодня к нам приехали родственники мужа, и очень жаждут со мной пообщаться. Я вынуждена, хоть никого из них и не помню.

Романа словно подменили в следующую минуту. Кажется, мужчина в минуту выпустил все, что хотел мне сказать:

Глава 12

Маша

Роман останавливается за пару кварталов от моего дома, чтобы муж не заметил нас вместе.

- Мы прячемся с тобой, как школьники, - смущенно произношу я. - Прости, что сама попросила помочь, и теперь морочу тебе голову этой конспирацией.

- Маша, не извиняйся, - говорит он, глядя мне в глаза. - Я еще раз повторяю, что пока ты у него перед глазами, ничего не получится. К сожалению, медлить нельзя. Есть предположение, что Левицкий будет активно влиять на ход следствия. Поэтому будь очень внимательна. Обо всем сообщай мне. Звони в любое время.

Роман очень напряжен. Я киваю, благодарю его в тысячный раз за то, что поверил мне и согласился помочь.

Я выхожу из машины и не спеша бреду вдоль витрин магазинов по улице, медленно перешагивая через желтые листья на тротуарах.

Впервые мне так легко. Роман единственный человек, которому я могу верить. Ничуть не жалею, что излила душу своему следователю. С ним просто и надежно, я впервые не боюсь, что на меня косо посмотрят, или сочтут за сумасшедшую.

Мы обсудили первые шаги, которые мы можем сделать уже завтра, и я стану на чуточку ближе к разгадке.

Я понимаю, что он рискует работой. Олег действительно имеет много знакомых в полиции и сможет надавить на Романа через руководство. Но почему-то мужчину это не пугает. Он больше переживает, чтобы я не пострадала от рук своего мужа-тирана.

Когда я вспоминаю его трепетные прикосновения, то мне становится немного не по себе. Вроде бы ничего такого. Все невинно и деликатно. С его стороны - просто забота обо мне, сострадание к заложнице ужасного стечения обстоятельств… Но где-то в глубине души одно лишь его присутствие рядом заставляет думать о Роме, как о мужчине.

Я иду неторопливо, без напряжения, даже невзирая на то, что дома меня уже ждет ненавистная чета Левицких.

Отец Олега, мой свекор, скорее всего не приедет, а вот свекровь и его сестра уже перемывают мне косточки, пока я добираюсь домой.

В сумке зазвонил телефон и я удивилась: Надя вообще редко беспокоила меня после конца рабочего дня. А теперь, когда я знаю, что она - любовница моего мужа, так и вовсе коробит от одного ее голоса.

"Маша, ты должна вести себя, как ни в чем не бывало, понимаешь?" - звучат в голове слова Романа.

- Мария Александровна, - милым голоском соперница приветствует меня. - Я пришла к Марине, чтобы забрать накладные. А вы ведь так ничего и не подписали...

- Надюша, мне не до этого сегодня, - выдыхаю. - Я была у Жанны по поводу моей пластики. Ты же знаешь, что это всегда занимает полдня.

Надя еле слышно цокнула. Сначала я решаю, что мне показалось, но нет. Определенно, она недовольна.

- Мария Александровна, - напрягается она. - Зачем вы все так тщательно перечитываете? Ведь я вижу, что вам сложно. Мы сверяем накладные с поставщиками по десять раз. А препараты заказывает сам Олег Викторович по остаткам. Вы можете просто подписать и все.

Чего мне стоит не высказать ей все, что я думаю! Надя лживая сука, прямо у меня за спиной спит с мужчиной, которого я считала своим мужем! У нее ребенок от Олега, и он родился, когда Левицкий уже жил с Машей.

С ужасом думаю о том, жива ли вообще Короткова?!

Сжимаю губы, чтобы не вылить все, что накопилось на Надю.

- Прости, Надюша, что вы и так мучаетесь со мной. Но я же врач, - говорю, улыбаясь в трубку. - Завтра все подпишу, но сначала обязательно перечитаю. Я не хочу подводить Олега.

- Хорошо, - лепечет Наденька и отключается.

Я подхожу к дому и уже с улицы вижу новое, дорогое авто свекрови - подарок моего мужа.

От злости все закипает внутри когда я вспоминаю, как плохо они приняли меня после выписки из больницы. Обвинили, что хранила деньги дома, не наняла охрану, хотя жила с мужем в загородном поселке и сама виновата в том, что на меня напали и изуродовали мое лицо!

Была ли эта агрессия адресована именно мне, или свекровь ненавидела ту бедную женщину Марию, которую я заменяю сейчас, неизвестно.

Олег сказал, что отношение у его матери ко мне вполне нормальное, а вот я ее почему-то недолюбливаю. Это и неудивительно. Мой муж всегда делал матери дорогие подарки за мой счет, пока я лежала в больнице овощем, у Тамары появилась квартира, а у его сестры - новый Порш.

Ведь фирма принадлежит мне, а у Олега ничего нет. Ему, как ни крути, выгоден наш брак. Имея копию Маши, он с легкой руки разбазаривает ее состояние, а все окружение Коротковой просто молчит!

Жуткое лицемерие, бесчеловечное отношение у всех, кто знал Машу! Хотя получается, что близких людей у Коротковой и не было, только шайка шакалов и предателей. И все.

Я захожу в калитку, перешагивая через порожек, и уже вижу полностью включенную иллюминацию в столовой. Мать и сестра моего мужа уже во всю хозяйничают в моем доме.

Мы редко обедаем в столовой с мужем, меня вполне устраивает большая и просторная кухня и обеденный стол, а вот моя свекровь предпочитает наслаждаться роскошной жизнью в полном объеме.

Но есть и плюсы в том, что родственники приехали к нам погостить на годовщину: при них Олег и пальцем меня не посмеет тронуть.

Я гоню от себя навязчивые мысли, и жду когда же наступит завтрашний день. Завтра годовщина свадьбы и… Роман сказал, что после праздника я смогу сбежать.

В прихожей уже стоят лишние три пары обуви. Это значит, что Левицкие приехали в неполном составе, как я и думала. Я не люблю родственников мужа от слова «совсем», и эта нелюбовь взаимна.

- Кто там пришел, Ольга?! - кричит Тамара Николаевна, слыша звук захлопнувшейся двери.

Ольга Генриховна выглядывает и докладывает, что я вернулась домой.

- Явилась! Гуляет где-то, а мы сидим, ждем ее! - с улыбкой выдавливает Тамара, стоя в дверном проеме. - И где же ты трудишься до такого часа, невестка?

- Я ушла с работы вовремя, просто решила прогуляться, - спокойно отвечаю ей. - Добрый вечер всем, я очень рада вас видеть.

Глава 13

Маша

Она протянула мне небольшую книжку в красивой, красной обложке.

- Спасибо, Лиза, в гостиной никого нет? - спрашиваю у нее.

- Нет, Тамара и Лика в своих комнатах. А Никита ушел, пока вы были наверху.

Точно. Я же видела в прихожей три пары обуви. Значит, племянник Олега тоже здесь и останется у нас.

- Лиза, скажи, - выдыхаю я, забирая альбом у нее из рук. - А ты когда-нибудь видела в старом доме моих подруг?

- К вам приходило всего три девушки. Но две редко, а одна чаще всех... Ой!

- Что случилось? - не понимаю ее странного волнения.

- Олег Викторович не разрешает мне разговаривать с вами на личные темы, простите меня! - на мое удивление пояснила Лиза. - Вы ведь болеете, вам нельзя нервничать. А я ляпнула, не подумав... Не говорите ему ничего, прошу вас!

- Я не скажу. Но это ведь я твоя хозяйка, так, Лиза? Поэтому ты ничего дурного не сделала. Не переживай. Скажи, ты знала этих девушек?

Лиза кивает своей круглой милой головкой. Я задаю ей еще один вопрос.

- Как звали девушек? Может, ты помнишь хоть что-то?

- Две просто так приходили. Вы выпивали вместе, отдыхали у бассейна. А вот третья была вам ближе всех, как сестра. Ее звали… Даже не помню. Простите.

Наш разговор четко врезается мне в память. Три подруги. И куда же они, интересно, подевались потом?

Я ухожу в гостиную, оставив Лизу возиться с заготовками для завтрашнего шикарного банкета. В комнате никого не было. Я развернула альбом. Впервые за два года после случившегося, Олег выполнил мою просьбу.

- Боже мой, это она... - выдавливаю, трогая лицо на фото.

Та же девушка. Смелая, дерзкая, в ярком платье, она прижалась к Олегу.

Я даже приревновала мужа к девушке на фото, настолько он был счастлив рядом с ней. Я пролистала две или три страницы и ничего не вспомнила. Просто изучала фото моего мужа с Машей.

Мы похожи, с небольшими отличиями во взгляде и уверенной манере, но меня почему-то не цепляют эти фото: ни места, ни люди… Точно, это не моя жизнь.

Людей на наших фото было крайне мало. Лишь на паре фотографий я увидела какое-то лицо в отражении витрин. Видимо, пока Маша позировала, ее снимала какая-то из подруг.

Я отложила альбом. Обхватила руками голову, провела по волосам до шеи. Опустила взгляд на красную обложку, и тут кто-то коснулся моих плеч сначала нежно, потом с нарастающей силой сжимая их.

Я вскрикиваю, но рот закрывает крепкая мужская рука.

- Тише, тише, Машенька, - ласково шепчет голос совсем над моим ухом. - Мы же не хотим, чтобы сюда все сбежались?

Он отпускает меня. Обходит и садится напротив в кресле.

Племянник моего мужа впервые так откровенно трогает меня. Его прикосновение меня смутило. Что, если это провокация?

От родни Олега я могла ожидать чего угодно, тем более, после того, что услышала…

- Никита, зачем ты так подкрадываешься?! - спрашиваю, приводя себя в порядок.

- Ха, я уже полчаса стою и жду, пока ты закончишь перебирать это барахло! - бросает он, расплывшись в слащавой усмешке.

Никита Левицкий уже давно оказывает мне знаки внимания. Точнее, недвусмысленные намеки стать ближе к нему. Пылкого молодого мужчину даже не смущает Олег. Еще бы, Никита на пару лет младше меня, и не видит конкуренции в лице моего взрослого мужа.

- Что ты чахнешь над вашими фото, Маша? Ну не помнишь ты прошлое, так создай себе новое, классное настоящее и сладкое будущее. Со мной!

Он пересаживается на диван, я хочу встать, но молодой мужчина хватает меня за талию и близко притягивает к себе.

- Такая молодая, красивая. Зачем тебе мой дядька? Никогда не понимал, чем он покорил тебя! Он ведь никто, а ты все терпишь. И я не думаю, что в постели он лучше меня.

Я краснею. Никита и раньше предлагал мне бросить немолодого мужа и выйти за него. Но тогда я только вернулась из больницы, еще не понимала, кто я, и что вокруг происходит.

- Я хотел встретиться на нейтральной территории, где ты была бы смелее, но Олег держит тебя, как в клетке здесь, - целуя мою руку, продолжает он. - Ты же хозяйка, а не пленница, Маша. А для меня ты будешь вообще королевой!

Он повторяет эти слова, и все ближе подбирается ко мне. Я хотела закричать, но свекровь и сестра во всем обвинят меня.

- Никита, я прошу, - упираюсь руками в его грудь, отодвигая. - Олег мой муж. А тебе нужны только деньги!

- Мне нужна ты! - с силой возвращая меня в объятия, говорит он.

Сверху послышались быстрые шаги.

Олег спускается со скоростью ветра, и в минуту стоит перед нами. Я едва успеваю отодвинуться от Никиты, но Олег, кажется, все понял.

- Что тебе нужно от нее, сукин сын? - рычит он на племянника.

- Да ничего, блять! - дерзко выпаливает тот. - Ей что, нельзя ни с кем общаться?! Какого хрена ты ее оградил ото всех?

- С тобой, мудаком, нельзя! Маша, он приставал к тебе?

- Нет, все в порядке. Никита не тронул меня, - краснея, отвечаю ему.

- Если я увижу тебя еще раз возле моей жены, то не посмотрю, что ты мой племянник. Чтобы после праздника тебя здесь не было, гребаный ублюдок! - рявкает на него строго Олег и вышвыривает зарвавшегося племянника из гостиной.

Они ушли, а я забрала с собой альбом и поднялась в комнату.

Пока Олег выяснял отношения с Никитой, орал на него и дрался, я забрала несколько фотографий Маши Коротковой, моей точной копии, и спрятала в сумку. Альбом положила на свой столик.

Я переоделась и уже собиралась спать, когда Олег вернулся. Он был зол, покраснел и только чудом снова не устроил мне истерику.

- Ты не меняешься, Маша! - холодно говорит он, допивая остатки коричневого виски из стакана.

Пока я смотрела фото, муж успел выпить почти бутылку. Причина его бешенства мне не ясна, но сейчас Левицкий снова ревнует.

- Олег, ты пьян! Я не буду ни о чем говорить. Я не трогала Никиту, он сам пришел, пока я листала альбом!

Глава 14

Маша

От нехватки воздуха я непроизвольно открываю рот, глаза подкатываются, приводя Олега в ступор.

Он разжимает мощную ладонь, выпуская меня. Откашливаюсь, а муж выдает, чтобы я не ломала комедию. Ему безразлично то, что он меня едва не убил минуту назад.

- Я уйду из дома прямо сейчас, если ты меня хоть пальцем тронешь! - говорю, ограждаясь от него.

Терпение покидает властного мужчину. Но и признавать, что муж давит на меня, он не собирается.

Решение приходит неожиданно. Ужасное решение, с учетом того, что передо мной якобы любящий супруг и единственный родной человек.

- Маша, твое поведение странное, - сухо говорит Олег, снова прикладываясь к стакану с виски. - Даже моя мать заметила, что ты стала слишком фривольно вести себя! Я вижу, что лечение не помогает...

- Меня никто толком не пытался лечить! - отвечаю ему, шарахаясь от мужа.

- Значит, мы положим тебя в клинику, - говорит он, усаживаясь с другой стороны кровати. - Я хотел, чтобы ты чувствовала себя нормально дома, в родной среде, но видимо...

Что я должна сделать? Сказать, что за последние дни всерьез поняла, что я не жена Олега, а совсем другой человек?

Я вижу, к чему он клонит. Одно мое слово против, и Олег сделает все, чтобы заточить меня в лечебницу. Да ему только это и нужно!

- И я не удивлюсь, что насчет таблеток ты мне соврала, - мягко говорит Олег, касаясь рукой открытой полоски кожи на моей шее. - Давай проверим, а?

Он отодвигает ящик моего туалетного стола, потом следующий, и там обнаруживает успокоительное, что прописал мне доктор.

- Смотри-ка, - он показал почти пустой, белый пузырек. - Нужно продолжить прием прямо сейчас. Или я, как единственный близкий родственник, буду вынужден настаивать на твоей госпитализации, Мария.

Слезы наворачиваются у меня на глазах. Он протягивает мне драже, дает стакан воды.

- Выпей при мне двойную дозу, чтобы снять напряжение, - с металлом в голосе требует Олег. - Давай же!

- Я буду кричать!

- Не поможет. Никто не придет, Маша, - улыбается тиран.

Я выпиваю пилюлю, вторую он запихивает мне в рот силой. Я откидываюсь на подушку, заливаясь слезами. Олег лег рядом, подмял меня крепкой рукой под бок.

- Ну вот, сейчас ты успокоишься, и мы продолжим. Я хочу, чтобы ты была такой же кроткой как обычно, Маша. Такой, как ты была раньше...

Таблетки оказали свое обычное действие.

Уже через какое-то время веки налились свинцом, а Олег все еще что-то говорит мне, обнимая и потягивая ткань ночной рубашки на себя.

Я почувствовала как муж языком ласкает мою грудь, снимает трусы и ночную сорочку. Я болталась в забытье, безмолвно принимая его ласки. Поцелуи поползли ниже, я ощутила, как горячие острые спазмы свернули все внизу живота.

Он вошел в меня резко, остро, но закричать я не смогла. Я привыкла к грубости, эмоции на грани от мужа принимала, как должное.

- Я тебя люблю, люблю, Маша, - шепчет муж, целуя мои закрытые веки. - Вот так. Хорошо, моя девочка. Ты самая лучшая.

Олег закинул мои ноги на плечи, вошел так глубоко, что колени непроизвольно задрожали.

- Перевернись, хочу тебя сзади, - прохрипел он.

Как куклу, переложил меня на живот, и всем весом крупной фигуры вдавил в кровать.

Он двигается ритмично, вязко, обжигающе, приводя парализованные мышцы в напряжение. Плоть покрывается липкой смазкой, тело реагирует на автомате на яростное вторжение. Я ощущаю всю длину мужского начала, но не могу ничего сделать, никак ответить или остановить его.

- Так как я никто тебя любить не будет, Маша, - снова говорит у уха. - Ты такая влажная, сладкая моя девочка.

Я еле слышно застонала от нарастающих ласк. Олег заерзал и затих, уткнувшись в мои волосы, он удовлетворенно выдохнул.

- Еще одно свидание с Соколовским, я вас обоих в бетон закатаю! - шипит он, дернув меня за волосы.

****

Утром Олег спускается к завтраку, как обычно. На работе сегодня было крайне мало дел, и больше его занимает вечернее мероприятие.

- Лиза, я пригласил несколько официантов непосредственно на фуршет, - говорит он горничной. - Ольга Генриховна придет к обеду и приведет вам в помощь еще кого-то. Думаю, справитесь.

- Хорошо, Олег Викторович, - кратко отзывается Лиза. - Когда мне подавать завтрак вашим гостям?

- О, ну мы же не в пансионе каком-то! Как встанут, так и накормишь. И еще, Лиза, у меня одна просьба к тебе, - он делает очень серьезный тон. - Марию Александровну не буди. Она устала, спать будет долго, может даже до вечера. Если к ней кто-то придет или будут звонить домой, сразу же дай мне знать.

- Хорошо, - также безэмоционально говорит Лиза. - Простите, у вас телефон звонит.

Олег поблагодарил девушку, дождался пока та выйдет и бросил быстрый взгляд на мой телефон, который забрал с собой из комнаты. Потом посмотрел на камеры видеонаблюдения, установленные в кухне, вышел в коридор, сжав телефон в руке.

- Вот сукин сын, Соколовский! - ругается он, глядя на номер входящего звонка. - Ты, блять, не понял по-хорошему? Так по-плохому точно поймешь!

Он закинул мой телефон к себе в карман пиджака. Вытаскивает свой мобильный и набирает номер одного своего знакомого.

- Алло, Сергей Палыч, приветствую тебя! - громогласно здоровается он, стоя уже у дверей нашей спальни.

Левицкий входит в комнату и склоняется над кроватью.

Отбрасывает прядь волос от моего лица, проводит указательным пальцем по моим губам, чертит линию по шее до выемки между ключиц.

Потом ведет рукой до ложбинки между грудей и с силой сжимает упругое полушарие, так, чтобы я пришла в себя. Сквозь муторный сон, слышу его напряженный разговор с кем-то.

- Привет, привет дорогой! Ну ты волшебник, Олежек! Моя киса просто как новая! - сальный смешок мужчины Олег принял за комплимент.

- Все для тебя, дорогой! Все, что захочешь, мои специалисты сделают! Хоть нового человека из твоей Людочки, - зычно смеется Олег.