— Ты не можешь со мной так поступить, Дейн! Я отдала тебе невинность, подарила свое доверие, свою искренность! Ты не можешь растоптать это все и жениться на другой!
Мой голос звенел безумным отчаянием, обидой и злостью, а золотистые глаза напротив смотрели с таким отвратительным равнодушием, что я едва могла дышать.
Как же так получилось?..
Ведь еще вчера ночью я была в его объятиях, а сегодня он заявил, что намеревается взять в жены другую девушку.
Девушку, которую ему пообещали уже очень давно. Ту, которая по иронии судьбы звалась его истинной.
— Это слишком подло даже для тебя! — прокричала в сердцах, с размаху впечатав кулак в его плечо.
Мужчина продолжал притворяться невозмутимым, но я заметила, как на его скулах заходили желваки от едва сдерживаемого гнева. Снова замахнулась, чтобы ударить его, больше не находя иных способов унять огонь горечи в груди, но мою руку грубо перехватили в самый последний момент. Сильные пальцы сдавили запястье до красноты и неприятного покалывания под кожей.
— Стоит ли тебе напоминать, что ты и сама без пяти минут чужая жена? — резко притянув меня к себе, прошипел Дейн в лицо. — Мы всегда были чужими истинными, Эффи. Кого ты собираешься обмануть? Себя, меня? Или же тех, с кем нам суждено прожить всю оставшуюся жизнь?
Тяжелые слова эхом отразились в самом темном уголке души. Я мгновенно утратила весь свой пыл, всю решимость и злость — казалось, пламя моих эмоций окатили ледяной водой, и те потухли, оставив после себя лишь след пульсирующей и глубоко засевшей боли.
Я посмотрела на дракона совсем другими глазами. Не влюбленными, и даже без ненависти, с какой начался наш путь. Я посмотрела на него с неимоверным разочарованием, не понимая, куда делся тот страстный и нежный мужчина, обещавший мне помочь разобраться в нашей непростой ситуации.
Что ж... выход он все-таки нашел. Расставание — единственно верное для него решение.
Но не для меня.
— А как же... — прошептала, смотря прямо ему в глаза и все пытаясь отыскать хоть каплю тепла, что он проявлял по отношению ко мне пару дней назад. — Как же наша близость? То, что между нами было? Для тебя это ничего не значит?
— Всего лишь приятные моменты, не обещающие никакого продолжения, — жестким тоном припечатал Дейн, отпустив наконец запястье, а вместе с ним и все мои ожидания. Те разбились в одночасье, разлетевшись на тысячи мелких осколков. — Не думала же ты, что мы пойдем против истинности и останемся вместе? — он неожиданно усмехнулся, и этот глухой звук показался свистом стрелы, с дикой скоростью врезавшейся в грудь. — Или ты хочешь быть моей любовницей? Второй скрипкой при живой-то невесте?
Я сокрушенно выдохнула, не находя никаких слов для достойного ответа. Ведь и достоинства больше не было. Он все растоптал — безжалостно и окончательно.
— Не уверен, что тебя устроит такая роль, — спрятав усмешку, добавил с бесстрастным выражением лица. — Пора очнуться, мышка. И вернуться к тем, кому принадлежат наши сердца.
Дейн смерил меня взглядом, будто желая оценить причиненный вред — достаточно ли он потрепал мне душу. И вышел из комнаты, оставив одну в гнетущей тишине, поверженную, разбитую и униженную.
Вернуться к тем, кому принадлежат наши сердца.
Легко сказать...
Ибо отныне мое сердце никому не принадлежит. Оно разбилось вдребезги, как и все желания, все мечты, без возможности собраться воедино.
За несколько месяцев до событий в прологе...
— Давай, мышка. Я весь в твоем распоряжении. Чего же ты ждешь?
Золотые глаза, которые лишь гордячка, вроде меня, не назвала бы красивыми, смотрели насмешливо и внимательно. Слишком внимательно, вызывая в груди жар, едва сравнимый со жгучей злостью.
О нет, это было куда хуже злости. Это ненависть, заляпанная страстью и влечением.
Я ненавидела Дейна Талона всей душой. Меня злила его ухмылка, возмутительная самоуверенность и наглость, отношение к слабым и к тем, кто в него был влюблен. Он вытирал ноги обо всех, кого не считал достойным своего внимания. И наверняка сделал бы со мной то же самое, если бы я всякий раз не давала ему отпор.
А как иначе? Я — дочь дракона, одного из сильнейших во всем Дорд-Золе мага. Пусть я не обладала способностью к перевоплощению, моя магия была мощной и смертоносной, как у отца, а характер твердым ровно настолько, чтобы об него можно было сломать голову. И я явно была Дейну не по зубам. Поэтому он ко мне и цеплялся — желал сломать.
По правде говоря, с каждым разом он становился все ближе к достижению этой цели. Особенно после того, как сменил тактику боя, перейдя с грубости и насмешек к очаровывающему шепоту и зажиманию в угол при малейшем удобном случае.
Теперь он пытался не просто сломать меня и забыть. Он жаждал соблазнить и подчинить себе, как очередную податливую девицу, по щелчку пальцев раздвигающую перед ним ноги.
Проклятье.
Его поведение и отношение к другим не могло не выводить из себя. Но больше всего меня злило то, что, помимо ненависти, я испытывала к нему интерес. К нему! Своему главному врагу!
Боги тому свидетели, меня тянуло к Дейну Талону с такой силой, словно нас связывали цепи истинности. Но это попросту невозможно.
У меня уже есть истинный. И никто иной — особенно проклятый змей — не мог привлечь мое внимание.
— Еще раз назовешь меня мышкой, — прошипела, немного наклонившись вперед и покрепче сжав рукоять увесистого меча, — и я с превеликим удовольствием отрежу то, что ты зовешь своим достоинством.
Я говорила достаточно тихо, чтобы меня услышал только Дейн, но среди адептов, собравшихся на тренировочном поле, было немало тех, кто обладал острым слухом и зорким глазом. Потому уже спустя миг по толпе прокатилась волна удивления.
Ну, конечно...
Только сумасшедшие смели дерзить самопровозглашенному королю академии. Ведь грубость в свой адрес он никому не прощал, несмотря на то, что унижать других было его излюбленным занятием.
Увы, но месть ящера меня ни капельки не пугала. По крайней мере, мне так казалось.
— Впрочем... — я усмехнулась, перенеся вес на правую ногу, готовясь отражать первый удар. Уж не знаю, радовало ли меня, что магистр Родвуд — преподаватель боевых искусств — с утра пораньше поставил нас с Дейном в пару, но мне определенно нравилось злить недоделанного дракона всеми возможными способами. — Вряд ли у тебя там есть что-то, что можно отрезать.