Чужие

1. Чужие
Пролог
16 ноября 1974 года из обсерватории Аресибо в Пуэрто-Рико в космос ушло послание. Радиосигнал, закодированный в 1679 битов, он был направлен в шаровое скопление М13 в созвездии Геркулеса — величественный рой из сотен тысяч звезд, до которого было двадцать пять тысяч световых лет. Человечество, еще не научившееся толком лечить простуду, уже кричало о своем существовании на всю Галактику. Кто бы мог подумать, чем обернется эта детская выходка…
________________________________________
Глава 1. Голодные глаза
2029 год. Первая планета системы Проксимы Центавра. Штаб цивилизации «Юлианцев».
Зал Вершителей Судеб представлял собой идеальную полусферу из полированного обсидиана. В центре, на возвышении, парил Главный Хранитель Луциос XIV. Его кожа, отливающая перламутром, туго обтягивала вытянутый череп, а огромные черные глаза, лишенные век, непрерывно увлажнялись прозрачной пленкой. Он был стар, даже по меркам своего народа, и чувствовал, как жар Стеллуса — их родной звезды — с каждым годом становится все более невыносимым.
— Уважаемые Вершители Судеб! — голос Хранителя звучал не из гортани, а рождался прямо в сознании присутствующих. — Наш разведывательный крейсер «Анора», находящийся в секторе три-семь-один, принял радиосигнал от неизвестной планеты. Расстояние до источника — пятьдесят пять аллюсов.
По залу прокатилась волна ментального напряжения. Пятьдесят пять световых лет по их меркам — не близкая прогулка, но и не запредельная даль.
— Сигнал не поддается полной расшифровке, — продолжил Луциос XIV. — Его структура… примитивна. Неэффективна. Но сам факт его существования неоспоримо указывает на наличие разумной жизни. Телескопы «Аноры» дали уточненные данные. Планета немногим больше нашей, атмосфера голубая, богата кислородом и азотом. Водная поверхность занимает более семидесяти процентов.
Вершитель Агнус, чье тело было покрыто сетью серебристых шрамов — метками прежних войн, подал знак.
— Какова динамика сближения Юлианы со Стеллусом? — спросил он, хотя все уже знали ответ.
— Неотвратима, — голос Хранителя дрогнул впервые. — Через два цикла температура на поверхности достигнет ста магнусов. Нам нужна новая Юлиана. И этот голубой мир, который аборигены называют… — он сделал паузу, — «Земля», выглядит более чем аппетитно.
Луциос XIV обвел присутствующих взглядом. В его мыслях не было сомнений. Только холодный расчет.
— Предлагаю составить план вторжения. Аборигенов поработить. Лишних утилизировать. Прошу высказать мнение.
Агнус поднялся. Его шрамы тускло блеснули в полумраке.
— Согласен, Хранитель. Но сначала — разведка. Отправим приказ на «Анору»: подойти ближе, запустить зонды в атмосферу. Нужно расшифровать их методы общения, точный состав воздуха и, что самое важное, боевой потенциал. Если эти создания обладают технологиями, способными нам навредить, мы должны знать об этом до того, как наш флот войдет в их систему.
Он замолчал, а затем добавил то, что все чувствовали, но боялись произнести:
— И подготовить разведывательную миссию из числа юлианцев. Отправить их в ключевые районы планеты. Мы должны подготовить почву для вторжения, прежде чем ступить на нее.
Решение было принято единогласно. В ту же ночь кодовый импульс ушел к крейсеру «Анора», уже висящему на краю Солнечной системы, за орбитой Нептуна.
________________________________________
Глава 2. Первый контакт
2030 год. 1 мая, 21:00. Вашингтон, округ Колумбия.
Шарлотта Тейлор ненавидела свои туфли. Она ненавидела их с той самой секунды, как вышла из дома подруги после вечеринки. Три часа танцев в «маноло бланик» с восьмисантиметровыми каблуками превратили ее изящные ступни в сплошной сгусток боли. Каждый шаг отдавался пульсирующей вспышкой в пятках и пальцах.
— Дура, дура, дура, — шептала она себе под нос, стараясь идти ровно по Висконсин-авеню. — Надо было взять сменку.
Майский вечер в Вашингтоне обманывал теплом дневного солнца, но к девяти ветер с Потомака стал ледяным. Шарлотта поежилась в своем коктейльном платье цвета шампанского и уже почти решилась снять проклятые туфли и пойти босиком, когда заметила его.
Мужчина шел ей навстречу. Обычный с виду: среднего роста, в темном пальто, с аккуратно подстриженными темными волосами. Он двигался плавно, почти бесшумно. Но что-то было не так. Шарлотта прищурилась.
Его глаза светились.
Она моргнула раз, другой. Может, мартини? Она выпила три порции, но этого явно недостаточно, чтобы галлюцинировать.
Глаза продолжали светиться. Холодным, пронзительным синим светом, который не имел ничего общего с человеческим зрением.
Говорила мне мама — не ходи поздно одна.
Страх пришел не сразу. Сначала было любопытство, затем тревога, и только когда незнакомец сократил расстояние до десяти шагов, в ней проснулся животный инстинкт жертвы. Шарлотта застыла, как кролик перед удавом.
Он подошел вплотную. Шарлотта хотела закричать, но голос пропал. А потом его глаза вспыхнули — ярко, невыносимо, словно кто-то включил синий прожектор у нее в черепе.
Сознание отключилось.
Тело перестало подчиняться. Она стояла, как кукла, глядя в пустоту, а в голове, откуда-то из глубины, зазвучал голос. Красивый, бархатистый, но совершенно бездушный. Голос, который не спрашивал, а приказывал.
— Отвечай мне. Я не сделаю тебе больно.
Шарлотта не могла сопротивляться. Она даже не пыталась. Ее рот открылся сам собой, и слова полились помимо воли.
— Какое самое сильное оружие в вашей стране?
— Я… я не знаю точно. Наверное, атомная бомба, — услышала она собственный голос, словно со стороны.
Пауза. Голос в голове стал напряженным.
— Значит, на Земле владеют секретами атомной энергии?
— Да.
— У каких стран есть атомные бомбы?
Она не хотела отвечать. Но губы зашевелились, перечисляя, как на уроке:
— Америка. Россия. Китай. Северная Корея. Индия. Пакистан. Израиль. Великобритания. Франция.
Она только недавно смотрела документальный фильм на эту тему. Случайно. Просто переключала каналы. Какая ирония.
Голос смягчился. В нем даже почудилась благодарность.
— Спасибо. Ты хорошая девочка. Иди домой.
Свет погас. Мир вернулся — мокрый асфальт, желтые фонари, запах выхлопных газов. Шарлотта покачнулась и чуть не упала, но вовремя оперлась о фонарный столб. Незнакомца не было. Исчез, растворился в вечернем Вашингтоне, как не бывало.
Она ошарашенно огляделась. Ноги больше не болели. В теле появилась странная легкость, словно после хорошего массажа. Но в голове царил хаос.
Кому могут быть интересны страны с атомными бомбами?
Она побрела домой, переваривая случившееся. Первая мысль была идиотской: «Русский шпион». Она якобы выдала государственную тайну, и теперь ее посадят на электрический стул. Но тут же сама себя одернула: о странах с ядерным оружием трубят по телевизору каждый день. Это не тайна.
Тогда кто он?
Ответа не было.
Дома она скинула ненавистные туфли и ткнула их ногой, отправляя в угол. Надела любимые тапочки с нарисованными котятами — пушистые, теплые, такие земные. Заварила кофе, хотя пить его на ночь не стоило. Но кофе действовал на нее как снотворное, и сейчас ей нужно было успокоиться.
Она сидела на кухне, обхватив кружку ладонями, и понимала, что не может оставить это при себе. Ей нужно с кем-то поделиться.
Джек? Нет, он начнет домогаться.
Питер? Этот посмеется и назовет дурой.
Гарри. Гарри Уилсон. Положительный, спокойный, работает то ли в институте, то ли в академии — она так и не запомнила. Но он нравился ей. С ним можно поговорить.
Она нашла его номер в телефоне и нажала вызов.
— Слушаю, Уилсон, — раздался усталый голос. Было слышно, что он не спит.
— Гарри, добрый вечер. У тебя есть минутка? Мне нужен твой совет.
— Шарлотта? — голос потеплел. — Солнце, я всегда рад тебя слышать. Что случилось?
Она рассказала все. Про вечеринку, про туфли, про незнакомца со светящимися глазами. Про вопросы и про свои ответы. Когда она закончила, в трубке повисла тишина. Такая долгая, что Шарлотта испугалась, не оборвалась ли связь.
— Гарри? Ты здесь?
— Здесь, — голос его звучал странно. Взволнованно. — Шарлотта, послушай меня внимательно. Больше никому об этом не рассказывай. Ни подругам, ни семье. Никому.
— Но почему?
— Потому что здесь… — он запнулся, — здесь замешана государственная тайна. Я не могу тебе всего раскрыть. Но обещай, что будешь молчать.
Шарлотта похолодела.
— Гарри, ты меня пугаешь.
— Не бойся. Просто… давай встретимся на днях. Я по тебе скучаю, правда.
Она слабо улыбнулась.
— Хорошо. Давай в субботу вечером. Сходим куда-нибудь.
— В субботу, — повторил он. — И, Шарлотта?
— Да?
— Береги себя.
Он отключился. Шарлотта осталась сидеть на кухне, глядя в темное окно, и чувствовала, как страх, утихший было после кофе, возвращается, сворачиваясь холодной змеей где-то под сердцем.
________________________________________
Глава 3. Операция «Синий взгляд»
2030 год. 2 мая. Штаб ЦРУ, Лэнгли.
Зал совещаний на седьмом этаже штаб-квартиры был залит холодным светом люминесцентных ламп. За длинным столом из черного дерева сидели начальники отделов. Во главе — директор ЦРУ Роберт Маккоу, мужчина с лицом, высеченным из гранита, и глазами, видевшими слишком много.
Главный аналитик, доктор Сэмюэль Вонг, щелкнул пультом, и на экране за его спиной появилась фотография Шарлотты Тейлор.
— Вчера вечером, в 21:37, в Вашингтоне, округ Колумбия, был зафиксирован первый подтвержденный контакт с внеземным разумом, — его голос был бесстрастен, словно речь шла о погоде. — Объект мужского пола, внешность — европеоидная, рост около ста восьмидесяти сантиметров. Отличительная черта — глаза светятся синим светом в темноте. Жертва — Шарлотта Тейлор, гражданское лицо. Была подвергнута воздействию, напоминающему гипноз. Под воздействием объекта выдала информацию о странах, владеющих ядерным оружием.
Маккоу нахмурил брови.
— Всеми странами?
— Всеми. Включая Северную Корею.
В зале зашептались. Маккоу поднял руку, и шепот стих.
— Выводы, доктор Вонг?
— Объект вел целенаправленную разведку. Интерес представляет ядерный потенциал Земли. Вероятно, у нас не один гость, а несколько. Предположительно, они действуют независимо и нацелены именно на страны ядерного клуба.
Маккоу медленно кивнул. В его голове уже складывался план.
— Операцию назовем «Синий взгляд», — сказал он. — Подключить все городские камеры в Вашингтоне к нейросети. Каждую ночь — сплошной мониторинг. Ищем светящиеся глаза. Передать информацию всем союзникам, владеющим ядерным оружием. Пусть подключаются к поиску. Цель — захват одного из гостей живым и получение полной информации об их целях и возможностях.
Он обвел взглядом подчиненных.
— И да поможет нам Бог.
________________________________________
Глава 4. Огонь изнутри
7 мая. Лондон. Район Мейфэр.
Камеры сработали в 3:15 ночи. Нейросеть, обученная распознавать биометрические аномалии, зафиксировала мужчину, чьи зрачки излучали кобальтовое свечение. Сигнал ушел в штаб МИ-6.
Через двадцать минут шесть агентов в штатском окружили гостя в узком переулке между Беркли-сквер и Маунт-стрит. Пути к отступлению были отрезаны.
Объект остановился. Огляделся. И улыбнулся.
Агенты не успели сделать и шага. Инопланетянин поднес левую руку к правому запястью, где тускло поблескивал тонкий браслет из металла, похожего на платину. Нажал.
— Во имя Юлианы! — голос его прозвучал как приказ, а не молитва.
Огонь вырвался изнутри. Не пламя снаружи — тело засветилось изнутри, словно внутри включили солнце. За три секунды он превратился в столб белого каления, еще через две — осел кучкой пепла на брусчатку. Браслет исчез вместе с ним, расплавившись в непостижимо высокой температуре.
Операция провалилась.
12 мая. Париж. XIV округ.
То же самое. Обнаружение, преследование, окружение. Короткая пауза, во время которой гость успел выкрикнуть «Во имя Юлианы», и нажатие на браслет. Пепел.
14 мая. Исламабад.
15 мая. Мумбаи.
17 мая. Иерусалим.
Каждый раз одно и то же. Инопланетяне не сдавались. Они предпочитали смерть плену, и у них была для этого совершенная технология.
Остался только один. Тот, который «засветился» в Вашингтоне. Но он, словно чувствуя опасность, исчез из поля зрения камер. Умные глаза нейросетей не могли его найти. Он стал тенью.
________________________________________
Глава 5. Последний шанс
18 мая. Лэнгли. Кабинет директора.
— У нас остался один гость, — Маккоу стоял у окна, глядя на бескрайние леса Вирджинии. — Остальные уничтожили себя с криком «Во имя Юлианы». Это наш последний шанс.
Доктор Вонг разложил на столе фотографии браслетов — увеличенные, детализированные.
— Анализ пепла показал, что температура самоуничтожения превышает шесть тысяч градусов по Цельсию. Никакой известный нам материал не выдерживает такого. Браслет срабатывает мгновенно. Единственный способ предотвратить — не дать нажать.
— Как? — спросил начальник отдела специальных операций.
Вонг переглянулся с Маккоу. Директор кивнул.
— Из Пентагона нам передали экспериментальные образцы, — сказал Вонг. — Лазерные пистолеты. Мощность позволяет резать сталь толщиной в два сантиметра с расстояния десяти метров. Цель при захвате — отсечь гостю правую руку по локоть. Браслет на запястье. Без руки — не нажмет.
В комнате повисла тишина.
— Кто поведет операцию? — спросил кто-то.
— Специальный агент Гарри Уилсон, — ответил Маккоу. — Он в Вашингтоне. Знает город. И у него есть личная мотивация.
Он перевел взгляд на фотографию Шарлотты Тейлор, все еще висевшую на экране.
— Девушка, которую допрашивал гость, — его знакомая. Уилсон будет осторожен. И он будет точен.
________________________________________
Глава 6. Час волка
Ночь на 20 мая. 3:47. Вашингтон, офис ЦРУ.
Гарри Уилсон сидел перед четырьмя мониторами, вглядываясь в серую рябь ночных камер. Третий час ночи. Вчера он не спал — был с Шарлоттой в ресторане, танцевал с ней медленный танец под живую музыку. Она пахла ванилью и весной. Он почти влюбился. И теперь эта влюбленность мешала сосредоточиться.
Он тряхнул головой, встал, налил себе кофе. Крепкий, черный, почти кипяток. Выпил залпом, обжег горло. Сел обратно.
Писк.
Громкий, режущий тишину сигнал. Левый монитор высветил изображение — угол Висконсин-авеню, дом 411. Лицо, повернутое к камере на секунду. Глаза светились синим.
Гарри замер, потом застучал по клавишам.
— Докладывает Уилсон. Гость обнаружен на Висконсин-авеню, — голос его был ровным, хотя сердце колотилось где-то в горле. — Отправляйте группу захвата. Лазеры готовы.
Он замолчал, а потом добавил тихо:
— Да поможет вам Бог.
________________________________________
4:00. Висконсин-авеню.
Гость шел медленно. Усталость навалилась на него после двух недель скитаний. Он передал на крейсер информацию от пяти загипнотизированных людей. Получил новое задание: найти высокопоставленного военного и выведать места расположения ядерных пусковых установок. Он нашел подходящего — полковника ВВС в отставке, жившего в доме 411. До цели оставалось три минуты.
Он не заметил их сразу. Люди научились маскироваться лучше, чем он ожидал.
Четверо возникли из темноты, словно материализовались из воздуха. В руках у них были странные предметы — короткие, черные, с раструбами на конце. Гость не знал, что это такое. Но он знал браслет на правой руке.
Во имя Юлианы.
Он потянулся левой рукой к правому запястью.
В ту же секунду его правую руку пронзила боль. Невыносимая, жгучая, ломающая. Он не понял, что произошло, пока не услышал глухой стук упавшего на асфальт предмета.
Его собственная рука. Отсеченная ниже локтя. Браслет все еще был на ней.
Боль пришла секундой позже — оглушающая, всепоглощающая. Гость закричал. Впервые за свою долгую жизнь он закричал от ужаса и боли, не в силах сдержать этот животный, неразумный звук.
Агенты окружили его. Кто-то накладывал жгут, кто-то держал на мушке. А он смотрел на свою руку, лежащую на тротуаре, и не мог поверить, что его — юлианца, существо высшего порядка, — победили эти примитивные создания.
________________________________________
Глава 7. Допрос
20 мая. Офис ЦРУ, Вашингтон. Подвальное помещение.
Стены допросной были обиты материалом, поглощающим любые сигналы. Пленника посадили на металлический стул, зафиксировав его тело ремнями. Культя правой руки была перевязана их стерильными бинтами — странная забота для тех, кто только что отрезал ему конечность.
Допрос длился четвертый час. Сначала гость молчал. Сидел, уставившись в одну точку невидящими глазами — сейчас они не светились, потускневшие, серые.
— Если вы не начнете говорить, мы применим силу, — сказал доктор Вонг, сидящий напротив.
Гость поднял глаза. В них мелькнуло что-то похожее на усмешку.
— Ваши пытки примитивны. Но вы правы — я буду говорить. Только потому, что смысла молчать нет. Вы все равно умрете.
Вонг не отреагировал.
— Начнем с простого. Как вы путешествуете между звездами?
— Телепортация, — гость произнес это так, будто речь шла о прогулке до магазина. — Мгновенный переход через подпространство. В любую точку Вселенной. Мы овладели этой технологией двести ваших лет назад.
— Зачем вы здесь?
— Наша планета, Юлиана, умирает. Она приближается к Стеллусу — вашей Проксиме Центавра. Жар звезды скоро убьет все живое. Нам нужно новое жилье. — Он криво улыбнулся. — Ваша Земля… подходит.
— Какое у вас самое мощное оружие?
— Мезонный луч. Он заставляет планету взрываться изнутри. Расщепляет ядро на уровне квантовых флуктуаций. Одна установка способна уничтожить мир размером с ваш.
Вонг записывал. Лицо его оставалось бесстрастным, но пальцы слегка дрожали.
— Как вы связываетесь с вашим кораблем?
— Каждые сутки. В двадцать ноль-ноль по вашему времени. Я передаю информацию и получаю задания. Следующий сеанс — сегодня вечером.
Вонг откинулся на спинку стула.
— Вот что ты сделаешь, — сказал он тихо. — Под нашим присмотром, во время сеанса связи, ты сообщишь на крейсер, что Земля владеет мезонным, адронным и нейтринным оружием. Скажешь, что мы можем уничтожить любой корабль и любую группу захвата, которая к нам приблизится.
Гость изумленно моргнул.
— Но у вас нет такого оружия.
— А ты скажешь, что есть. Или мы найдем способ сделать так, чтобы твоя смерть была не такой быстрой и чистой, как у твоих товарищей.
В комнате стало тихо. Гость смотрел на человека напротив и впервые за долгое время чувствовал… страх.
— Хорошо, — сказал он наконец. — Я сделаю это.
— И еще, — Вонг сделал пометку в блокноте. — Почему у вас светятся глаза?
— Генная модификация. Для ночного видения. Мы живем в вечном сумраке — Стеллус слишком слаб. Мы сделали себя такими, чтобы видеть в темноте.
Вонг кивнул, словно это было самым обычным делом в мире.
В 20:00, под прицелом трех лазерных пистолетов, гость активировал свой передатчик. Голос его был ровен, почти спокоен:
— Крейсер «Анора», докладывает разведчик номер семь. Планета Земля обладает мезонным, адронным и нейтринным оружием. Повторяю: уровень угрозы — максимальный. Любое вторжение приведет к уничтожению флота. Рекомендую отменить операцию.
Ответ пришел через несколько секунд:
— Принято, разведчик семь. Ожидайте дальнейших указаний.
Связь прервалась.
________________________________________
Глава 8. Отступление
2030 год. Первая планета системы Проксимы Центавра. Штаб цивилизации «Юлианцев».
В зале Вершителей Судеб было холодно, несмотря на жар Стеллуса. Луциос XIV сидел на своем троне, перечитывая донесение с крейсера «Анора» уже в пятый раз, словно надеясь, что текст изменится.
— Нейтринное оружие, — произнес он вслух. — Над ним мы работаем уже сто циклов. Без прогресса. А эти… земляне… владеют им.
Вершитель Агнус выглядел потрясенным.
— Это невозможно. Они даже не вышли в свою звездную систему. Их технологии…
— Очевидно, они развивались иначе, — перебил Луциос XIV. — Возможно, их агрессивность и короткая жизнь заставили их открыть то, до чего мы не дошли. — Он помолчал. — Миссия по захвату Земли откладывается на неопределенный срок. Риск слишком велик.
— А разведчики? — спросил Агнус. — На Земле их осталось семеро. Шестеро уничтожены. Один… в плену.
Луциос XIV закрыл глаза.
— Передайте приказ на «Анору». Разведчиков, оставшихся на Земле, ликвидировать дистанционно. Никто не должен узнать о нашем провале. История этого похода будет удалена из всех архивов.
Он открыл глаза, и в них не было ничего, кроме ледяной пустоты.
— Продолжайте поиски. Нам нужна другая планета.
________________________________________
Эпилог
Захватчики отступили. Земля, не подозревавшая о том, как близко была к порабощению, получила шанс.
Гарри Уилсон и Шарлотта Тейлор поженились через год. Церемония была скромной — в мэрии, с двумя свидетелями. Шарлотта была в белом платье и босиком, потому что туфли снова натирали. Гарри смотрел на нее и улыбался, а в голове прокручивал отчеты, которые так и не смог ей показать.
— Гарри, — спросила она потом, уже дома, сидя у него на коленях и потягивая кофе. — Ты так и не сказал, кто был тот незнакомец с синими глазами.
— Просто… психически больной, — отшутился он. — У нас такие бывают.
— Гарри.
— Солнце, я не могу.
Она вздохнула, но настаивать не стала. Она давно поняла, что муж хранит тайну, которую не в силах ей открыть. И может быть, так даже лучше.
А инопланетянин, лишившийся правой руки, сидел в закрытом интернате для заслуженных агентов, финансируемом ЦРУ. Ему сделали протез — примитивный, неуклюжий, но работающий. Он смотрел в потолок и думал о Юлиане, которую больше никогда не увидит. Иногда он пытался вспомнить имя той девушки — той, первой, которую он допрашивал. Она казалась ему глупой и слабой. Но именно из-за нее его план провалился.
Впрочем, он уже почти не злился.
На Земле ему дали новое имя, новую жизнь. И каждую ночь, глядя в окно на звезды, он замечал, что его глаза перестали светиться.
Он становился человеком.