Самая западная часть Кастл-Рока – окраина, словно сотканная из двух совершенно разных тканей. Его центр, пульсирующий энергией и криминальной суетой, кажется далеким и чужим по сравнению с этой территорией. Именно там, на периферии, город раскрывает свою истинную, чарующую душу, пропитанную теплом морского бриза и безмятежностью солнечных дней.
Когда городская застройка начинает уступать место просторным, утопающим в зелени улицам, воздух неуловимо меняется. Он становится легче, свежее, наполняя легкие едва уловимым, но таким знакомым ароматом моря. Здесь нет той давящей спешки, что царит в центре; люди не бегут, а неторопливо прогуливаются, словно вдыхая каждый момент, наслаждаясь его неспешным течением. Окраины Кастл-Рока – это настоящий оазис, где время, кажется, замедляет свой ход, а вечное лето разливается по улицам. Солнце здесь не просто светит, оно ласково обнимает кожу, а легкий, игривый бриз приносит долгожданную прохладу, словно шепча секреты океана.
Золотистый песок пляжей манит к себе, обещая часы блаженного отдыха под щедрыми лучами солнца. Шум прибоя становится естественным саундтреком к этой идиллической картине, унося прочь все тревоги и заботы. Атмосфера здесь настолько пропитана расслаблением, что кажется, будто сам воздух становится мягче, а мир вокруг – добрее.
Но истинное волшебство окраин Кастл-Рока раскрывается с наступлением вечера. Когда закатное солнце окрашивает небо в невероятные, огненные оттенки, воздух наполняется предвкушением чего-то поистине завораживающего. И это предвкушение не обманывает. На пляжах и вдоль набережных, словно по волшебству, появляются они – девушки с огнем.
Их грациозные, отточенные движения завораживают, а языки пламени, взмывающие в темнеющее небо, рисуют в воздухе причудливые узоры. Это не просто представление, это целое действо, где страсть переплетается с древней магией огня, где каждый взмах факела – это история, рассказанная без слов. Их танцы, наполненные энергией и силой, гипнотизируют, создавая поистине незабываемое зрелище, которое остается в памяти надолго, как яркая вспышка в ночной темноте.
Однако, в один из тех самых обычных вечеров, когда жители Кастл-Рока готовились к отдыху, всё изменилось в одно мгновение. Неожиданно, на самой окраине города раздался ужасающий звук падающего самолета, за которым последовал мощный взрыв, сотрясший окрестности. Катастрофа была чудовищной, превратившей место падения в искореженное месиво металла и обломков. Тем не менее, вопреки всему, небольшая группа людей, включая главного героя Сэма Барбаро, сумела выжить в этом кошмаре, оказавшись выброшенной из объятий смерти...
- Сэм: А... Какого черта?
Сэм моргнул, пытаясь сфокусировать зрение. Голова гудела, а тело ломило, словно его пропустили через мясорубку. Земля под ним была твердой, но вокруг царил ад. Обломки, искореженный металл, битое стекло – все это обрушилось на него разом, создавая картину полного разрушения. Воздух был густым от едкого дыма, который щипал глаза и обжигал легкие. Пронзительные крики раненых, стоны боли и отчаяния сливались в жуткую какофонию, проникающую, казалось, в самые кости.
Он был жив. Невероятно, но факт. Чудом, совершенно необъяснимым образом, он отделался лишь парой синяков, расплывающихся под кожей, и мелкими царапинами, которые неприятно саднили. Это была ничтожная цена за то, что он вообще дышал.
Но когда Сэм, превозмогая боль, поднял голову, сердце замерло. Это был не его мир. Вместо привычных, знакомых улиц, вместо родного пейзажа, его окружал совершенно чужой, сюрреалистичный мир. Яркие неоновые вывески, кричащие всеми цветами радуги, пульсировали, отражаясь в лужах и на мокром асфальте. Музыка, громкая, ритмичная, доносилась отовсюду – из открытых окон, из проезжающих машин, из каких-то неведомых источников, создавая ощущение постоянного, навязчивого праздника посреди разрушения.
На окраине раскинулся город, похожий на декорации к футуристическому фильму, а вдалеке, словно мираж, маячил силуэт центра города, окутанный таинственным, плотным туманом, который скрывал его истинные очертания. Это был Кастл-Рок, а точнее его курортный уголок...
- Медсестра: Молодой человек, вам нужно остаться. Мы должны осмотреть вас, убедиться, что нет внутренних повреждений.
Сэм кашлянул.
- Сэм: Нет. Мне не нужна ваша помощь.
Сэм приподнялся.
- Медсестра: Но куда вы пойдете? У вас ничего нет. Мы можем связаться с кем-нибудь...
- Сэм: Ни с кем. Я один. И я уйду.
Сэм отправился в путь по городским улицам, словно призрак, наблюдая за жизнью, которая казалась ему чужой и недостижимой. Мимо проносились яркие витрины, где сверкала блестящая, недоступная роскошь – меха, драгоценности, изысканные ткани, манящие ароматы дорогих духов, а в темных подворотнях, где пахло сыростью и гнилью, пряталась нищета – обшарпанные стены, мусорные баки, из которых доносился запах прокисшей еды, и люди, сгорбленные от холода и усталости. Слышался звонкий смех, доносящийся из уютных кафе, где люди пили горячий кофе и делились новостями, но за ним скрывались тихие всхлипы отчаяния, доносившиеся из холодных подъездов, где кто-то пытался укрыться от ветра. Голод и холод стали его постоянными спутниками, въевшимися в кожу, пробирающими до костей, заставляющими дрожать даже в теплых вещах, которые он нашел на свалке.
Он пытался найти хоть какую-то работу, заглядывая в окна магазинов, где требовались продавцы, или в двери мастерских, где нужны были подсобные рабочие, но без документов, без единой зацепки, это было все равно что биться головой о стену. Рекомендации? Кто даст их человеку, чье лицо стерто временем и лишениями, человеку, чья одежда пропахла пылью и отчаянием? Чувство безысходности, словно тяжелый камень, давило на грудь, сжимая легкие, мешая дышать, заставляя сердце биться все медленнее и слабее, с каждым шагом становясь все невыносимее. Казалось, город, полный жизни, шумный, яркий, пульсирующий энергией, был закрыт для него на все замки, оставляя лишь холодный, равнодушный взгляд своих окон и глухую тишину своих переулков.