Cry Of Pain: Iron And Blood 2.

Книга.

"Неизбежное."
Дни до мировой войны. 10:00:00
Громов Иван Сергеевич. - "Гром."
Убежище Ванина, Ублингтон.

Два месяца до того, как мир погрузится в хаос, в сердце непроходимых джунглей Амазонии, где воздух густой от влаги и ароматов экзотических цветов, а солнце пробивается сквозь изумрудный полог, создавая причудливые узоры на земле, разворачивается напряженная сцена. Небо, обычно ясное и лазурное, омрачено лишь силуэтом вертолета UH-60 Black Hawk, который, словно хищная птица, завис над небольшой поляной. Из его чрева, словно вырвавшись из плена, спускается Иван Громов, учёный элитного подразделения. Его лицо, обветренное и сосредоточенное, не выражает ничего, кроме тяжести новости, которую он несет. Его взгляд, пронзительный и холодный, скользит по лицам бойцов, ожидающих его.

"Бакайтис мертв," – его голос, резкий и обрывистый, эхом разносится по джунглям, словно предвестник грядущих бед. Это не просто смерть одного человека, это удар по всей структуре, по всему, что они строили. Не теряя ни секунды, он бросается к штабу – глубоко под землей, в сердце информационного бункера, скрытого от посторонних глаз.

Спуск в бункер – это погружение в мир высоких технологий и скрытых угроз. Стены, покрытые мерцающими экранами, отображающими спутниковые снимки, тактические карты и потоки данных, создают атмосферу напряженного ожидания. Здесь, среди холодных линий металла и пульсирующего света, Громов встречается с Ванином Глебом. Ванин – бывший офицер армии "Феникс", могущественной частной военной корпорации, чьи амбиции простираются далеко за пределы законности. Когда-то он предал своих, но теперь, по иронии судьбы, стоит плечом к плечу с Громовым, его верный, хоть и неоднозначный, союзник. В его глазах – смесь усталости и решимости.

"Многие АЭС и тоннели разрушены," – докладывает Громов, его голос звучит глухо в стерильном пространстве бункера. Он жестом указывает на один из экранов, где мелькают изображения разрушенных объектов. – "Изготовление незаконного ядерного оружия остановлено. Но это лишь временная победа. Они перегруппировываются."

Ванин слушает, его лицо искажается гримасой злости. Он сжимает кулаки, вспоминая те дни, когда он сам был частью "Феникса", когда видел их истинное лицо. Но гнев быстро сменяется задумчивостью. В его глазах загорается искра. План. Он рождается в его голове, дерзкий и рискованный, как и все, что связано с Ванином.

"Я стану заложником," – произносит Ванин, его голос обретает новую решимость. Он смотрит прямо на Громова, словно проверяя его реакцию. – "Армия "Феникс" спасет меня. Они не смогут устоять перед такой возможностью. Под прикрытием моей неизвестной пропажи я снова внедрюсь в их ряды. Я стану их глазами и ушами изнутри."

Громов кивает, его взгляд становится более острым. "Хороший план, Ванин. Дерзкий, но рабочий. Теперь нужно все обдумать. Нам нужно перекрыть им пути к отступлению, не дать им уйти с тем, что они успели накопить. И, что еще важнее, не дать им унести с собой возможность повторить это снова. Наша цель – аэропорт Ублингтона. Это их главный узел для переброски. Если мы его захватим, мы не только остановим их, но и получим рычаг давления. Не дать людям покинуть город, а если что-то пойдет не так, то унести всех с собой – это наш единственный шанс предотвратить полномасштабную катастрофу. Ты готов к этому, Ванин? Это будет игра на грани, где любая ошибка может стоить тебе жизни, а нам – всего."

Громов делает паузу, давая Ванину время осознать всю тяжесть предстоящего. В их разговоре всплывает имя Константина Аврамова, бывшего командира Ванина, человека, чья жестокость и безжалостность стали легендой в рядах "Феникса".

"Аврамов," – произносит Громов, его голос становится еще более напряженным. – "Он сумел сбежать. Мы потеряли его след после того, как он устроил диверсию на объекте в Сибири. И время его прибытия – лишь вопрос времени. Он – тот, кто может собрать остатки "Феникса" и направить их в новое, еще более опасное русло. Его возвращение – это худший сценарий, который мы можем себе представить."

Ванин встает из-за стола, его взгляд устремлен вперед, к неизведанному будущему, которое он сам же и призван изменить. Он подходит к одному из экранов, на котором отображается карта с отмеченными точками интереса, среди которых ярко выделяется аэропорт Ублингтона.

"Аврамов – это проблема, которую мы решим, когда придет время," – говорит Ванин, его голос обретает уверенность человека, готового бросить вызов судьбе. – "Но сначала – Ублингтон. Я знаю, как они мыслят, знаю их слабости. Я смогу использовать это против них. Пора приступать. Время не ждет."

Он оборачивается к Громову, в его глазах горит решимость, которая может как спасти мир, так и привести к его гибели. Это начало игры, где ставки невероятно высоки, а каждый ход может стать последним. Мир еще не знает, что за два месяца до хаоса, в глубине секретного бункера, уже готовится ответный удар, который изменит ход истории...

"Судьбоносные крылья."
Дни до мировой войны. 12:0:00
Громов Иван Сергеевич - "Гром."
Окраины Ублингтона.
Аэропорт, Ублингтон.

Неделя пролетела незаметно, оставив после себя лишь горький привкус пережитого и отпечаток усталости на лицах. Теперь Иван Громов, и его верный заместитель, Ванин Глеб, плечом к плечу с бойцами своего отряда, тряслись в тесном чреве броневика, пробиваясь сквозь предрассветную мглу к цели. Каждый шорох, каждый толчок отзывался в напряженных телах, словно струны, натянутые до предела. Внутри машины царила атмосфера предбоевой лихорадки: щелчки затворов, шелест снаряженных магазинов, глухие удары экипировки, надеваемой поверх уже привычной формы.

"Как настроение, бойцы?" – голос Громова, низкий и спокойный, прорезал напряженную тишину.
"Боевое, командир!" – хором ответили несколько голосов, и даже в темноте броневика можно было почувствовать их решимость.
Ванин, сидящий напротив Громова, кивнул. "Все готовы, Иван. Ждут только приказа."
Громов посмотрел на него, и в его глазах мелькнул огонек. "Отлично. Помните план: быстро, чисто, без лишнего шума. Аэропорт должен замолчать."