Цветочек для проклятого. Книга 2

27. Тьма

Я смотрела ему вслед и медленно умирала. Сердце колотилось, по щекам текли слезы, руки тряслись. Я до последнего надеялась, что Эрдан передумает и вернется, но он промчался мимо на резвом скакуне, даже не взглянув в мою сторону!

Спустя несколько мгновений тьма окончательно слизала его силуэт. Шмыгнув носом, я отвернулась, собираясь вернуться в спальню, когда услышала позади подозрительную возню.

Обернувшись, я вскрикнула, но холодные грубые руки тут же зажали рот и нос. Я попыталась вывернуться, но меня сжали до хруста костей.

– Наконец-то он убрался! – зло прошипел знакомый голос у меня над ухом. – Я уж начал думать, что он собрался проторчать здесь всю ночь. Но, видимо, ты все-таки не так хороша, сестренка?

Я вновь попыталась брыкнуться, но Ал больно потянул за волосы, заставляя шагать в спальню. Откуда он здесь взялся? Почему никто его не остановил? Что мне делать?

«Эрдан, зачем же ты уехал?» – с горечью подумала я.

Ал тем временем дотащил меня до кровати и грубо швырнул на красные простыни, предназначавшиеся нам с Эрданом. Полы халата, который я накинула после ухода императора, разошлись, оголив бедра.

Ал жадно уставился на мои ноги, и я поспешила прикрыться.

– Не трудись, сестренка. Сегодня я не покину эту спальню, не получив того, что мне полагается.

– Тебе ничего не полагается! – возразила я. – Если ты не заметил, я вышла замуж! Не за тебя!

Глаза Ала сузились, как у змеи. Будь у него хвост с трещоткой, уверена, сейчас бы она аккомпанировала нашим молчаливым гляделкам.

– Брак не был консуммирован, – торжествующе прошипел он и сделал шаг вперед.

– Кто ж тебе такое сказал? – не очень уверенно отозвалась я, отползая на середину кровати. – Все у нас было. Так что тебе наверняка будет противно… спать со мной… после него…

Ал презрительно скривился, и сделал еще шаг к кровати, не переставая пугать меня сумасшедшим взглядом налитых кровью глаз.

– Слушай, а давай, если ты уйдешь прямо сейчас, я сделаю вид, что ничего не произошло, – предложила я.

– А если не уйду? – ухмыльнувшись, уточнил Ангелиус, повернув голову набок.

– Я закричу, – ответила я.

– Тогда начинай кричать, – шепнул Ал, ставя колено на край кровати. – Охрана решит, что их господин немножко перестарался, исполняя супружеские обязанности. А если кто-то все же решится заглянуть сюда, что он увидит?

«Меня в объятиях старшего братца», – вмиг додумала я. Страшно представить, какие слухи поползут по Вейрасу, даже если я буду оправдана. У Эрдана и без того хватает забот, чтобы отвлекаться на защиту своей репутации. Значит, я должна решить эту проблему сама.

Осталось придумать, как спустить с балкона белобрысого человека-паука и остаться незамеченной…

Один рывок – и Ал навис надо мной. От его дыхания, отдающего крепким алкоголем, к горлу подступила тошнота. Он попытался поцеловать меня, но я умудрилась увернуться. Хоть Ангелиус физически явно уступал Эрдану, но для меня был слишком силен. Долго отражать его нападки у меня не выйдет, а значит нужно действовать иначе.

– Скажи, она просила о пощаде, когда ее убивали?! – в отчаянии выпалила я.

Ал отстранился, глядя на меня мутными глазами. Кажется, он не понял, о чем я спрашиваю.

– Моя мама, – пояснила я. – Просила ли не убивать ее ради ребенка, которого она носила под сердцем? Ради нашего брата?

Ал презрительно скривился.

– Он не был мне братом! – выплюнул он. – И я понятия не имею, о чем визжала твоя шлюха-мать, когда к ней заявились убийцы. Хотя после твоих слов даже любопытно стало…

Его слова, полные ненависти, жалили не хуже змеиных зубов…

– Теперь моя очередь задавать вопросы, – Ал провел языком по моей шее, и меня передернуло от отвращения. – Почему ты не ответила ни на одно письмо?

– Потому что не хотела! – сквозь зубы процедила я и что было силы толкнула Ангелиуса.

Тот откатился в сторону, на его лице застыло искреннее удивление.

– Значит, пока я сходил без тебя с ума, ты здесь развлекалась с этим монстром?! – воскликнул Ал.

– Сходил с ума? – переспросила я. – Мне казалось, я тебе неинтересна. Иначе стал бы ты меня отсылать «к этому монстру»?

– Замолчи! – перебил Ал и, схватившись за ворот халата, рванул на себя, впившись в мои губы.

Руки сами собой сжались в кулаки. По телу пробежала волна, черная, тяжелая, совсем не похожая на ту, которая раз за разом помогала вернуть Эрдана к жизни. Ал отпрянул, схватившись за горло. В его прозрачно-голубых глазах читался страх.

– Я… я… я любил тебя… – прохрипел он. – А ты… предала…

– Ты любил лишь себя, – отерев губы, заметила я. Дышать было тяжело. – А теперь – убирайся!

– Не делай этого! – истерично воскликнул он.

– Руки убрал! – предупредила я, не сводя пылающего взгляда с горе-императора, и Ал почему-то послушался.

– Ты пожалеешь, – пообещал он. – Приползешь ко мне на брюхе и будешь молить о пощаде! И знаешь что? Я приму тебя! Поняла? Возьму тебя назад!

28. Рассвет

У нашей комнаты топталась парочка крепких стражников, при виде меня вытянувшаяся по стойке «смирно». Я распахнула дверь и сделала два уверенных шага. На этом моя уверенность закончилась.

Ожидая Эрдана, я подготовила миллион пламенных речей, но сейчас, как назло, ни одна из них не приходила в голову. К тому же в моем воображении император был в сознании, а этот – лежал и болезненно постанывал, борясь с собственными демонами. Куда ему в таком состоянии еще с женой отношения выяснять?

Приблизившись к кровати, я вздохнула, и присела рядом с любимым. На изможденном, усталом лице застыла маска боли, между черных бровей залегла глубокая складка, а губы с едва различимым шрамом у левого уголка, который я прежде не замечала, шевелились – Эрдан что-то беззвучно шептал.

– Я тоже очень рада тебя видеть, – усмехнулась я. – Но знаешь, в другой раз не вздумай вот так внезапно бросить меня!

Я осторожно отвела со лба черную прядь, провела пальцами по слегка заросшей щетиной щеке. Эрдан затих, морщина между бровей разгладилась. Я никогда прежде не рассматривала его так беззастенчиво. А ведь он совсем еще молод – не больше двадцати пяти, – и уже несет на плечах ответственность за целую страну, борется с силами, о которых я прежде только фильмы страшные смотрела, поражаясь буйной фантазии создателей.

Вопросы роились в голове. Зачем он обрек себя на такое? Зачем забрал трон у Дэйвона, если знал, как дорого придется платить за полученную власть? Или поэтому и забрал?..

Каждый раз сам отправляется к этому чертовому Лесу, возвращаясь едва живым, а ведь он – император и может послать вместо себя целую армию!

– Жадина, – я покачала головой и осторожно приподняла край одеяла, рассматривая белоснежную повязку на плече. – Решил присвоить себе все геройства мира? – я осторожно положила ладонь к ране, и Эрдан вздрогнул. – Ничего не выйдет! Всегда найдется кто-то, кто захочет поучаствовать в твоей увлекательной деятельности! Или ты считаешь, что тебе одному все по плечу?

– Я больше не хочу… быть один… – вдруг прошептал Эрдан, и я вздрогнула от неожиданности: неужели он слышал все, о чем я болтала? – Но иначе… кто-то может пострадать…

– Кто-то и так постоянно страдает, – заметила я, возвращая одеяло на место.

Император застонал и повернулся набок, прихватывая мою руку вместо спальной игрушки. Одеяло сползло, оголив обнаженную спину.

– Не уходи… – попросил он, касаясь горячими губами моих пальцев. Сердце вмиг отозвалось тревожным постукиванием. – Такой светлый сон…

Выходит, он решил, что я ему привиделась? Губы сами собой расплылись в злодейской усмешке. Раз я – сон, значит могу кое-что проверить…

Я склонилась к Эрдану и едва ощутимо коснулась его губ поцелуем. Красные глаза наконец распахнулись. Я замерла, не в силах отвести взгляд от бушующих пожаром радужек.

– Привет, – улыбнулась я. – Вот мы и встретились… во сне.

Эрдан судорожно вздохнул, а в следующее мгновение меня сгребли в крепкие объятия, покрывая жаркими, желанными поцелуями. Я обхватила его шею, потянулась к нему всем существом. Он тоже нуждался во мне – теперь я это точно знала! Чувствовала, по мягким касаниям, нетерпеливым ласкам, едва ощутимой дрожи тела.

– Лана, – прошептал Эрдан, зарываясь лицом в мои волосы, вдыхая их аромат, – моя Лана… Если бы ты только знала… если бы я мог тебе сказать…

– Так скажи! – нашептывала я, чувствуя себя змеем-искусителем. – Ты можешь… сейчас…

Я задохнулась, когда его рука, пробежалась по ряду пуговок на спине. Характерное постукивание подсказало, какая судьба постигла жемчужные горошинки – Эрдан оборвал все до единой. Никогда еще я так не радовалась порче любимого наряда! Плотная ткань перестала сжимать талию. Эрдан провел рукой по моим плечам, избавляя от одежды – я с готовностью помогла себя раздеть.

На миг он отстранился и окинул меня затуманенным, полным восхищения взглядом.

– Такая красивая… – его слова распустились в моем сердце волшебным цветком, заставили нетерпеливо обхватить сильные плечи, притянуть к себе, вжаться в красивые губы с новой силой.

– Я… тебя… – Эрдан раз за разом прерывал поцелуй, чтобы шепнуть мне прямо в губы… – люблю…

Мне вдруг показалось, что я вот-вот расплачусь – от переполнившей сердце эйфории, от счастья, что затопило отчаявшуюся душу до краев… он меня любит!

…а в следующий миг я увидела ее. Тьма тянулась ко мне мерзкими, длинными щупальцами, желая разорвать на кусочки, впитать до последней капли, уничтожить чуждый ей свет.

28 (2). Рассвет

Эрдан среагировал быстрее, чем я. Разорвав объятия, он скатился с кровати, упал на колени.

– Это не сон! – он поднял на меня внезапно почерневшие глаза. – Лана, беги!

Я замерла, не в силах пошевелиться. Даже если бы очень захотела, мне ни за что не сбежать: тьма уже пропитала каждый миллиметр пространства, смешалась с горячим воздухом, заполнила легкие. Но кто сказал, что я собираюсь бежать?

– Я больше никогда не оставлю тебя одного! – пообещала я, поднимаясь с постели, чтобы присесть на мягкий ковер рядом с Эрданом. Голова кружилась, но ум оставался ясным. – Отныне мы – муж и жена, любимый! Твой ад – и мой тоже!

– Пожалуйста… – мотнул головой он. – Я не хочу, чтобы ты… уходи…

– Нет.

– Я не спрашиваю! Это приказ! – закричал Эрдан, хватаясь за голову.

– Королевы ходят, куда хотят… – задумчиво проговорила я, прислушиваясь к ощущениям. – А императрицы и подавно.

Тьма меня не пугала. Она не могла причинить мне вред, не могла испортить миг, к которому я так отчаянно стремилась. Потому что все это время она уже была внутри меня.

– Отпусти ее, – прошептала я, приблизившись к любимому. – Я хочу посмотреть…

– Нет! – Эрдан отшатнулся, но теперь меня было не остановить: я знала, что нужна ему, он сам мне об этом сказал. – Ты не знаешь, о чем просишь!

– А я не прошу, – возразила я. – Это приказ!

И пока Эрдан пытался осознать, какую власть, не задумавшись, вложил в мои ухоженные ручки, я потянулась к нему, заключила в объятия.

– Постой, что ты… – его слабая попытка сопротивления была подавлена.

Глубокий поцелуй вернул наш разговор в правильное русло. Я надавила на сильные плечи, и Эрдан поддался, мягко опустился на ковер, завороженно следя за моими движениями. Мотнув головой, я позволила золотистым волосам рассыпаться по плечам, упасть на обнаженную грудь.

– Ты мне кое-что задолжал. С первой брачной ночи, – напомнила я, пробежавшись пальчиками по мускулистой груди любимого.

– Почему ты все еще…

– Жива? – подсказала я, улыбаясь. – Может потому, что ты не хочешь меня убивать?

Я наклонилась, позволив Эрдану, приподнявшись, обхватить меня за талию, прижать к себе, коснуться губами ложбинки на шее…

– Я хочу совершенно другого… – хрипло произнес он.

– Я тоже, – призналась я.

Взглянув в его глаза, я замерла. Тепло-коричневые, с едва заметными серыми вкраплениями, они завораживали: в них не было тьмы. Она расползлась по углам, выжидая, боясь помешать. Потому что тьма, живущая во мне, была сильнее…

Эрдан усмехнулся, и, обхватив меня, без особых усилий перекатился на живот, оказавшись сверху.

– Сама напросилась, я предупреждал! – угрожающе проговорил он.

В ответ я закрыла глаза и потянулась за поцелуем… Теперь сомнений не осталось: я должна была оказаться именно здесь! Потому что он и я – созданы друг для друга! Потому что без него я не смогу. Как и он без меня.

Я подалась вперед, мечтая стать еще ближе, полностью раствориться в его силе, подарить любовь, что разрывала сердце на части. Его руки были осторожными, словно я – хрупкая снежинка, на которую нельзя неосторожно дохнуть – исчезнет, унося в небытие призрачную, неповторимую красоту.

Только вот я никуда исчезать не планировала. Сегодня Эрдан – мой! И я хочу сполна этим насладиться...

***

Проснулась я как никогда несчастная. Повернув голову, прикусила губу, едва не расплакавшись. Мне все приснилось. Снова. Почти каждую ночь Эрдан приходил в мою постель, чтобы сделать самой счастливой на свете и раствориться в первых лучах восходящего солнца. И каждое утро начиналось с разочарования, когда я вспоминала: любимый бросил меня, умчался так далеко, что до него не дотянуться. Все, что мне оставалось – мечтать встретить его в ночных видениях.

Сегодняшний сон превзошел все предыдущие. Слишком жаркими были его объятия, слишком хорошо я помнила, как утопала в наслаждении, цепляясь за мускулистые плечи… В этот раз Эрдан целовал меня как никогда… я коснулась рукой шеи, провела пальцами по груди и животу, воскрешая волшебство ночи… низ живота тут же свело приятной судорогой.

Нет, так не может продолжаться, иначе я просто сойду с ума! Я перевернулась, уткнувшись носом в подушку. Что-то было не так. Я принюхалась. Подушка совершенно точно пахла Эрданом. Только вот за время его отсутствия постельное белье менялось несколько раз, а потому не могло хранить для меня апельсиновую горечь, смешанную со свежестью гор…

Но подушка была передо мной. А я была голой. И почему я сразу не обратила на это внимания? Распахнув глаза, я протянула руки по сторонам, осторожно шаря в складках одеяла… Эрдан ожидаемо не нашелся, но тело отозвалось вялой болью, как после чересчур сложной тренировки.

Я перевернулась обратно и села, натянув одеяло на грудь.

– Просто у кого-то слишком бурное воображение, – вслух рассудила я, потирая лоб. Не может же быть, чтобы Эрдан в самом деле…