Да сгорит наша любовь в драконьем пламени

Глава 1. Как «не» быть выбранной

“Как не быть избранной?” — пробормотала я, не отрывая голубых глаз от обложки тонкой чёрной книжки, которую только что вытащила из белых костей вместо пальцев.

Слабый свет лампы рисовал жуткие тени от надгробных плит, но я держала страх под контролем. Я должна что-то делать, даже если это значить бродить по кладбище и откапывать книги.

“Простите за беспокойство…” — пискнула я хозяйке гроба, умершей пятьдесят лет назад. Она была кандидаткой в драконья невесты и почти спаслась.
Еще раз попросила у нее прощения и выбралась из могилы, стряхивая землю с платья.

Я надеялась, что никто меня не заметит. А то опять будут плеваться вслед.
Я и так славлюсь испорченной репутацией — спасибо моим не самым популярным способностям — а тут ещё и могилы граблю.

Таких называют Отверженными. Или, попросту, — нелюбимыми детьми, в которых поселилась Сила. Но не от Светлого.

— Есть! — радостно подпрыгнула я, когда поняла, что смогу прочесть мемуары Катарина Сеймур — девушки, которую не выбрал дракон.

Книга была изрядно потрепанная, так что буквы на ней едва читались. Да и чернильная ночь на кладбище на отшибе города, тоже не помогали.

Катарина была дочерью князя.

В восемнадцать лет она, как того требовали правила, прошла Ритуал Выбора — и чудом избежала участи быть избранной. Тогда-то она и написала эту книгу. Почти каждая девушка в королевстве принялась её читать — всем хотелось верить, что им повезёт так же, как автору. Но потом, в двадцать пять, её всё-таки выбрали. Люди стали вышвыривать книги из окон, понимая: даже она не спасёт от той гибели, которую называли королём. Похоронили её, конечно, вместе с её обманом. Но я верю, что смогу понять то, что не поняли остальные.

Прошлой ночью я услышала зов Катарины — и вот я здесь, копаю могилу и пытаюсь найти выход из безвыходной ситуации.

Ритуал Выбора существовал столько, сколько я себя помню. Каждый год на него приводили всех девушек от восемнадцати до двадцати семи лет, кто не была замужем и не была беременной.

Семерых из них Король-Дракон отмечал как кандидаток в невесты: они уезжали с ним в замок, а через несколько дней или недель шестеро возвращались.

Шестерых, что возвращались, обычно лишали памяти о днях, проведённых в замке. А та, которую избирали невестой, оставалась там. Её больше не видели. И не слышали о ней — никогда. Одни говорили, что избранных невест убивают. Другие — что он скармливает их своему дракону. Теорий было много. Ни одна из них не сулила ничего хорошего. Правда заключалась в том, что никто не знал, что на самом деле происходило с невестами — и зачем вообще существовал Ритуал Выбора. Но никто не смел задать вопрос Королю-Дракону. Он был беспощаден и могуществен. Всякого, кто осмеливался противиться ему — хоть немного, — ждала мучительная смерть. Некоторые шептали, что Король-Дракон вовсе не человек.

Может, так и есть.

Его лица никто никогда не видел. Многие полагали, что он скрывает его потому, что оно безобразно, чудовищно. Потому что он не человек.

Мне тоже кажется, что хорошему человеку незачем скрывать лицо.

Я быстро привела могилу в презентабельный вид и поспешила на выход. В висках стучали чужие, отчаянные зовы — другие, забытые мёртвые, тоже звали. Но я пообещала себе не поддаваться на манипуляции мертвецов.

Да, к сожалению, они говорили со мной с самого детства. Это принесло мне немало слёз и множество брезгливых взглядов — от людей и даже от моей семьи. Я была им непонятна.

Их тошнило от того, что меня тянет к могилам. Но ещё сильнее родным не нравилось, когда я пыталась исполнить последнюю волю давно умерших. Вот и сейчас — почувствовав, что их отвергли, они умоляли: «Скажи ей, скажи ему, маме, жене, мужу, — как сильно мы их любим...» Я закинула лопату на плечо и поспешила домой. Дай Светлый, получится проскользнуть незамеченной. Уже в своей комнате я сяду читать это пособие.

Даже если сейчас отчаянно хотелось отдыха, мне нельзя отпускать руки. В княжестве сейчас все жили в страхе.

Если бы могли — сбежали бы вместе с семьями. Но нельзя: стража Короля-Дракона выслеживает беглецов и тащит обратно.

Из королевства Солан ещё никому не удавалось бежать — и, скорее всего, не удастся. Я почти не ела и не спала. Все искала способ. По правде говоря, мне и волноваться-то было не о чем. Через три дня я уже не имела бы права участвовать в Ритуале Выбора.

Почему? Потому что я выхожу замуж. Я невольно улыбнулась. При мысли о женихе в животе вспорхнули бабочки.

Лисандр. Он был мужчиной без изъяна. Тем, о ком мечтали все девушки.

Скромный, красивый, сдержанный — и обладал всеми теми качествами, какие только можно ждать от мужчины. К тому же он был первенцем нашего градоначальника и лучшим дельцом во всей округе.

Иногда я даже удивлялась, почему он выбрал именно меня.

Лисандр был тем, кто не обращал внимания на мой маленький «изъян». И за это я была готова сделать его самым счастливым мужем на свете.
И правда — мне не о чем было тревожиться.

Однако всё это я делала не ради себя. Надрывалась — ради младшей сестры.
Лиора, моя сестра, уже подошла к тому опасному возрасту. Ей было девятнадцать. Она не была замужем и не была беременной.

Из-за этого я готова была копать могилы и читать забытые фолианты — лишь бы найти способ ей помочь. Приготовления к свадьбе тоже не давали покоя. Но больше всего я волновалась за Лиору — добрую, беззащитную сестру.

Я изо всех сил пыталась придумать, как вытащить её из этого проклятого списка «возможных» кандидаток — и при этом ни капли не запятнать её репутацию. В который раз подумала о Лисандре…

И, стараясь не шуметь, проскользнула в дом через задний ход.

Половица скрипнула, но я быстро спрятала лопату в кладовку и, не зажигая лампу, поднялась в тёмный коридор на втором этаже.

Странно, что дома ещё никого не было. Я заметила: из замочной скважины моей двери тонкой струйкой пробивался жёлтый свет. До слуха донёсся странный, непривычный шум. Приглушённые стоны.

Глава 2. Предательство, поданное тёплым

Лиора стояла на четвереньках на кровати, тяжело опираясь на ладони, шелковистые чёрные волосы прилипли к потному лицу, выдавая ее удовольствие.

Её полная грудь покачивалась, пока Лисандр вновь и вновь брал её. Она тянулась навстречу, глаза закрыты, розовые губы слегка приоткрыты.

Комнату освещал лишь тусклая лампа на туалетном столике, и всё же увиденное обожгло мои глаза.

— О… Лисандр, — услышала шёпот Лиоры.

Я как завороженная перевела взгляд на мужчину. И правда, это был мой Безупречный жених.

Густо заросшая грудь Лисандра блестела от пота; узкие ладони крепко держали тонкую талию Лиоры. Он был весь поглощён тем, что делал и не видел меня.

Я инстинктивно отступила на шаг, крепко сжав губы; в миг исчезли все краски, а сердце превратилось в бесполезный кусок мясо.

— О… Лисандр! — простонала Лиора и распахнула глаза. — Ли… — голос оборвался.
Она заметила меня.

Её большие карие глаза расширились от потрясения. Мы встретились взглядом — тяжёлым, пронзительным.

В ее взгляде плескались страх, шок и стыд; в моем боль. Но это длилось лишь миг.

Потому что, несмотря на первый ужас, в следующую секунду тело Лиоры подчинилось наслаждению: она выгнулась, веки сомкнулись, по маленьким щёчкам покатились слёзы, а громкий стон заполнил комнату.

Я судорожно сглотнула, медленно вышла и прикрыла дверь.

Этого было достаточно. Пытаясь пробраться в темноте, цепляясь пышным платьем за мебель, я случайно опрокинула в гостиной маленький столик; бутылка со светящейся жидкостью разлетелась в дребезги.

Воздух наполнился спиртом. Я оглянулась на дверь, понимая, что грохот наверняка услышали наверху, — но видеть их я не хотела.

Спрятав боль поглубже, я бросилась прочь из дома. Я бежала и бежала, не в силах прогнать из головы увиденное.

Я чувствовала как ледяные когти сжимают мою душу так что не могла ни плакать, ни закричать, ни вообще что-либо сделать. Я медленно, но верно умирала.

Я была в нем влюблена с девятнадцати лет. Он был тот кому я подарила свой первый поцелуй и кого защищала от задир. Я была уверена: он любит меня и только меня, ну по крайне мере до сегодняшнего дня.

И всю жизнь я любила сестру. Что бы я не делала — сперва думала об Лиоре.
Как они могли так со мной поступить?

В этот момент подол платья зацепился за сухую ветку на полу, я споткнулась и, потеряв равновесие, рухнула на спину — прямо в грязную лужу.

Я долго лежала в грязи, позволяя ей пропитывать платье и волосы, и пустым взглядом смотрела на звёзды. Как они могли так со мной поступить?

Я не могла разобрать собственных чувств — знала лишь, что их слишком много, настолько, что внутри всё онемело. Мне хотелось рассердиться или расплакаться — хоть как-то.

Хоть что-нибудь. Но не получалось ничего. Лишь глухая пустота.

Спустя, казалось, часы, я поднялась и огляделась — и только тогда поняла, что лежала на детской площадке. Неудивительно, что никто не подошёл спросить, что я здесь делаю.

Я пошла домой, не обращая внимания на прохожих. В этот раз дверь оказалась заперта, и мне пришлось постучать. Гостиную заливал яркий свет лампы на столе.

Родители сидели на одном конце единственной длинной скамьи в комнате и говорили с Лиорой, которая устроилась на другом конце той же скамьи; хоть она и была обнажена, теперь её закутали в простыню.

Лиора подняла взгляд на меня — и тут же опустила его, уткнувшись глазами в узкие колени. Ее щёки резко вспыхнули от смущения и стыда.

Стоило всем заметить мое присутствие, как в комнате воцарилась тишина.

Моя мать, Силвия — полная невысокая женщина с большими карими глазами и коротко остриженными чёрными волосами, — смерила меня взглядом, полным отвращения.

Сморщила вздёрнутый нос и покачала головой:
— Вид у тебя отвратительный, Аделин! Они переспали только один раз! Мир ещё не рухнул иза соития.

Я улыбнулась — и засохшая грязь на лице, чуть треснула.

Поведения матери меня не удивило. Мать никогда и ни в чём меня не поддерживала.

— Папа, тебе есть что сказать на поведение твоей дочери? — я посмотрела на него, сорокалетнего мужчину.

Его тускло-коричневая рубашка на пуговицах кое-как скрывала выпирающий живот; в коротко остриженных волосах уже мелькали седые пряди. Он тоже располнел, но был на пару дюймов выше мамы.

Мужчина тяжело вздохнул и покачал головой.

И это меня не удивило: ему почти всегда нечего было сказать.

— Спокойной ночи. – холодна сказала всем.

Отдаляясь, я услышала, как за спиной снова зашептались.

Как кукла упала на кровать. Мысли обрушились на меня одна за другой. Как давно они встречались? Сколько времени это продолжалось за моей спиной? Неужели я всё это время была слепой дурой?

Утром я проснулась — и вместо того чтобы чувствовать себя такой же грязной, как ночью, ощутила странную чистоту, даже запах был другим.

Тело не было покрытой подсохшей грязи, и волосы не отдавали ею.

Я зевнула и открыла глаза.

Мне показалось что на меня смотрел Лисандер — теми самыми мечтательными ореховыми глазами и с чудесной улыбкой.

Я как во сне ответила улыбкой и подняла руку, чтобы коснуться его длинного лица.

Но это должно быть сном, уверяла я себя: Лисандер никак не мог оказаться в моей комнате. Он здесь ещё ни разу не был.

Я скользнула взглядом по его свободной белой рубашке и чёрным штанам. Улыбка медленно сошла сползла. В памяти вспыхнуло изображение — его ягодиц и тонкого ствола ритмично входящий в Лиору. Моя рука отдёрнулась, так и не дотянувшись до его лица.

В одно мгновение к мне вернулось всё, и холод в душе тоже. Почувствовав перемену. Лисандер шагнул назад, огляделся; рука прошлась по его золотистым вьющимся волосам, затем он почесал затылок.

— Наконец-то ты проснулась, любовь моя, — выдавил он с нервной улыбкой, показав безупречно белые зубы.

Но я осталось холодной. Он никогда ещё не видел меня такой.

Глава 3. Ничья вина

— … Я был пьян, и тут как раз объявилась твоя сестра…

Я стиснула зубы. Предательство семьи сегодня жгло мое сердце сильнее, чем вчера.

Как они могли так со мной поступить? Постаралась дышать ровно и говорить бесстрастно:
— Я вижу. Вижу всё, Лисандр. Но плакать не собираюсь. Я слышала про такие зелье и думаю что ты сам знаешь что они безвредны если у человека или мага нет таких намерений.

Лисандр на миг застыл в полном шоке, а затем выпрямился как драконий страж. Из его взгляда исчезла вина. Больше он не казался мужнином который меня любит. Сейчас я смотрела на жестокого и расчетливого незнакомца.

— Твои родители обсудили всё это с моими… насчёт «инцидента».

«Инцидент… конечно, именно так они это и назовут», — подумала я, но вслух сказала только:
— И?..

— Лин, я хочу, чтобы ты знала: я очень тебя люблю, но у жизни есть свои планы на меня.

— Уверена, к такому выводу ты пришел после «инцидента». И больше не зови меня так. Меня зовут Аделин.

Мужчина сжал и разжал кулаки, потом сунул руки в карманы:
— Я должен жениться на Лиору. Так будет лучше. И для моей репутации, и для репутации твоей сестры. К тому же это предотвратит дальнейшие… неприятные слухи.

— Конечно. Делай ровно так, как они хотят.

— У меня нет выбора. Разве ты не понимаешь, как мне тяжело? — Он снова шагнул ко мне, будто хотел дотронуться, но удержался. — А если её выберут, а потом выяснится, что она носит моего ребёнка? Король-Дракон в ярости скормит её и всю вашу семью своему дракону. И потом… это будет мой ребёнок. Я должен быть достаточно хорошим отцом, чтобы защитить его, — сказал он, уставившись в пол.

— Хм… твой ребёнок.

— Ты ведь никогда не позволяла нам быть… так близки. Ты не идёшь на риск. — я не отреагировала, и в нём вдруг вспыхнула злость. — Ты теряешь меня, Лин. Ты собираешься хоть что-нибудь сделать?!

— Что именно? Плакать? Кричать, умоляя жениться на мне? Лисандр, пожалуйста, мы больше не дети.

Мне было двадцать один, ему — двадцать три; для меня это звучало вполне «взросло».

Он глубоко вдохнул и наконец поднял на меня взгляд:
— Я понимаю, ты злишься. Но это не моя вина. Можно сказать, что отчасти виновата и ты.

— Я? Виновата?

— Да… возможно, если бы ты позволила нам быть близкими в те разы, когда я пытался… может быть, к этому времени… — Голос его иссяк, слова застряли во рту, потяжелев. — Прости.

Он подождал, надеясь на ответ, но вскоре понял что мне больше нечего ему сказать.

— Лин??
Но все уже было не так уж и важно. Я медлено тонула в той боли которуй мне причинила моя семья. Поняв что больше ничего не скажу, он повернулся к окну и так же, как пришёл, выбрался наружу.

Спустя какое-то время из гостиной донёсся шум. Я вышла из своей комнаты посмотреть, что происходит. И, как вчера, едва меня увидели — смолкли.

Я криво улыбнулась:
— Я что-то пропускаю? Похоже, у нас большие радостные новости для меня, не так ли мам?.

— Аделин, дитя, от тебя всё ещё пахнет сырой земли, и выглядишь ты отвратительно, — сверкнула на меня взглядом мама и ушла к себе в комнату, неся большую коробку.
Там мое свадебное платье?

Сразу за ней прошёл папа, и в комнате осталась одна Лиора.

— Сестра, может ты скажешь мне что вы делаете?

— Я… я… — начала она своим привычным невинным тоненьким голоском. — С завтрашнего дня я больше не… не подхожу под список в-возможных кандидаток, потому что… — она запнулась, а потом быстро выпалила: — С завтрашнего дня я буду занята.

— О, наконец-то! — мой холодный тон совсем не подходил радостной новости, и я даже хлопнула в ладони. — Об этом я и молилась, сестра!

Лиора обняла себя в защитном жесте. Она даже не подозревает что я в этот момент медленно умираю и продолжила:
— Я завтра выхожу замуж.
— Ах! — широко улыбнулась ей, наполняя голос притворным восторгом. — Значит, мы поженимся в один день! В храме будет яблоку негде упасть. И за кого же ты выходишь, дорогая?

Молчание. Долгое, оглушительное.

Потом Лиора бросилась ко мне и обняла. Она была ниже потому прижалась к моей груди и расплакалась, наполняя мои легкие запахом алоэ.

Я не ответила на объятия. Стояла неподвижно; улыбка с лица медленно сползла как восковая маска.

— Я чувствую себя ужасным человеком, сестричка. Мне так жаль! Это мама заставила. Она сказала… если я хочу жить, я должна так поступить, — выдавила Лиора сквозь рыдания.

— Ты ведь знаешь, что я изо всех сил старалась снять тебя с этого проклятого списка «возможных»? Сделать так, чтобы ты не подходила под условия — и при этом никого не ранить? — тихо, слишком тихо прошептала ей.

— Знаю, — кивнула сесира.

— Тогда зачем ты ударила меня в спину?

Объятия сестры разжались.
— Я не хотела. Мне так отвратительно от всей этой ситуаций. — она плакала, беспорядочно повторяя, как ей плохо.

— И должно быть плохо, — сказала я не выдержав ее жалость к самой себе.

Лиор сделала шаг назад.
— Я не хотела. Мне так мерзко… — всхлипывала она, сбивчиво твердя одно и то же о том, как ей плохо.

— Мне тоже плохо, сестра....

Лиора на миг замерла, подняла на меня непонимающий взгляд. Я продолжила:
— Что ты хочешь услышать? Что ты просто жертва маминых козней, и ни в чём не виновата? Зачем все эти слова? Ты ищешь прощения? Я не могу дать его тебе, сестрёнка. Ты сделала самое ужасное что может сделать сестра! Переспала с моим будущем мужем!

Я уже повернулась к своей комнате, когда меня остановил тихий голос сестры:

— Я думала, ты порадуешься за меня.

— Ты переспала с моим будущим мужем! Порадуюсь завтра, когда умещу эту новость в своей голове!

— Я думала, ты обрадуешься, что твоей младшей сестре больше не грозит быть избранной, — её губы задрожали, по щекам, как река, потекли слёзы. Она все еще не понимала почему я такая. — Порадуешься, что твоя младшая сестра теперь в безопасности.

Глава 4. Как «не» стать его невестой

В её руках был длинный чёрный кожаный кнут, распадавшийся на восемь ремней.

Он рассёк воздух и обрушился на мою спину. Я вскрикнула от боли и осела на пол, длинные белые кудри рассыпались по щекам. Я сразу свернулась клубком, прикрыв лицо.

Это не в первый раз случается — и не во второй, и не в третий. Сколько раз мать уже делала со мной такое, и не сосчитать…
Женщина взмахнула кнутом снова и снова, хлеща куда придётся — по спине, по рукам, по всему, куда попадал удар.

Она тяжело дышала; кисти ныли от долгих взмахов, но ярость застилала глаза, и остановиться она не могла.

— К-как… ты посмела?!

Я прикусила губу до вкуса крови, металлический запах ударил в ноздри. Умолять я не стала — знала, пощады не будет.
С шести лет, когда мама едва не забила меня насмерть за разбитую тарелку, я обещала что никогда у нее ничего не буду просить, даже пощады.

Мать присела у меня за спиной, наматывая кнут на кулак. Когда заговорила, голос звучал хрипло, с одышкой.

— Как ты посмела заставить мою девочку страдать?! Она ни в чём не виновата, просто получила своё по праву. Почему спасать должны тебя? Спасать надо её! Ты даже ударила её! Да как ты посмела?! Отрава!

Уходя она крикнула к двери:

— Внеси!

В комнату вбежал папа с коробкой. Он протянул её маме, но та только раздражённо зашипела, и он торопливо открыл коробку сам, вынул из неё платье.

Она кивком указала на кровать. Он подскочил, разложил наряд, получил от неё ещё один знак — и вышел.

Мама снова присела рядом, заговорив резко.

— Лиора очень хочет видеть тебя на свадьбе, и ты обязательно туда пойдёшь. Увидев тебя, она поймёт, что ты простила её, и перестанет себя корить. Радуйся, что она тебя ценит, а иначе… — голос мамы затих, став молчаливой угрозой.

Я не шевельнулась, так и лежала клубком. Не хочу и не могу пока двигаться.

— Наденешь платье, что на кровати, и на свадьбе явишься вовремя. Иначе я собственными руками придушу тебя, прежде чем отправить на верную смерть.

С этими словами она поднялась и направилась к двери, пряча кнут под серым хлопчатобумажным платьем до колен.

Уже взявшись за ручку, она обернулась к всё ещё свернувшейся на полу меня:
— Если Лиора из-за тебя прольёт ещё хоть одну слезу — клянусь Светлым, если тебя не убьёт Король-Дракон, я убью сама!

Она вышла, с силой хлопнув дверью. Я слушала быстрые сердитые шаги матери, пока те не стихли. Потом выждала ещё несколько секунд — убедиться, что та не вернётся. Медленно распрямилась. Тело распухло жутко болело — каждый шаг давался с трудом и болью.

Мое платье сейчас было густо перепачкано кровью. Наконец я поднялась и подошла к кровати. Пусть внутри было пусто, тело всё равно отзывалось на боль и побои. Дрожащими руками я подняла платье и осмотрела ее. Зелёный шифон, длина до пяток, силуэт песочные часы, с очень длинными рукавами. Изначально его шили для сестры — как для подружки невесты, — но теперь оно принадлежало мне.

А значит, Лиора получила свое собственное платье.

И вот наступил день свадьбы. Арфы, трубы, флейты, барабаны — всё как положено. Храм был полон людей — всё-таки Лисандр был сыном богача.

Те, кто ожидал увидеть невестой меня, изумились, когда на алтарь в пышном белом платье невесты появилась Лиора.

Они переговаривались вполголоса, но не спрашивали нас. И всё же всем было ясно: что-то пошло катастрофически не так. Я сидела в первом ряду вместе с родителями.

Лиора, стоявшая у алтаря, обернулась и посмотрела мне в глаза. Широко улыбнулась мне, но я не ответила. Я хотела чтобы это все было лишь сном!

Когда пары, взявшись за руки, произносили клятвы, Лисандр время от времени бросал на меня короткие взгляды, но я посмотрела на него как на пустое место. Он хотел чтобы я его спасла? А он хоть раз подумал как мне на все это смотреть?

Вскоре обряд завершился, и всем пришло время расходиться по домам.

Сестра подбежала ко мне и крепко обняла, рассыпаясь в благодарностях за то, что я пришла на свадьбу, и жалуясь, как ей было тяжело из-за вчерашней ссоры.

— Но теперь ты меня простила — иначе тебя бы здесь не было. Я так счастлива!

Я промолчала, лишь кивнула и отступила. Интересно она правда настолько наивна?

Сестра завертелась:
— Ну как тебе моё платье? Красивое, правда?
— Разумеется, — безжизненно откликнулась я.
— Спасибо за понимание, — добавил Лисандр, подойдя и благодарно сжав мою руку.

Я тут же выдернула руку и подняла на него взгляд. За его спиной стояли родители.

— Конечно. Я очень понимающая. – саркастично выдавила.

— И спасибо, что не устроила скандал, — произнёс его отец, высокий сухощавый мужчина. — Мы так тяжело трудились ради своей репутации. Ты молодчина, что не запятнала её, — добавила его жена, такая же худощавая женщина.

Лисандр был так похож на своих родителей. У всех у них была светлая кожа, почти одинаковый рост, одинаковая худоба и одни и те же ореховые глаза.

Различия были лишь в мелочах: у Лисандра и его отца волосы золотистые, у матери — каштановые.

В отличие от отца, парень не носил бороду. Я всегда удивлялась, как такой волосатый мужчина может обходиться без бороды.

Кроме того, от Лисандра вечно пахло рыбой — работа такая. Со временем я к этому запаху привыкла, но сейчас вновь уловила его — лёгкую, но явную нотку.

Раньше мне казалось, что в нём есть что-то притягательное; теперь — ни капли. Сейчас от Лисандра исходил лишь запах рыбы… и предательства. Я не знала, как пахнет предатель, но была уверена: именно так, как он.

У меня внезапно скрутило живот. От них от всех пахло предателями.

— Разумеется. Я ведь очень хороший человек. А теперь, с вашего позволения…

Сказав это, я вежливо откланялась. Выходя из храма, я заметила, что бывший жених, когда держал меня за руку, незаметно сунул мне клочок бумаги.

Я развернула его и увидела ровный почерк.

Глава 5. Идёт Король-Дракон

Там было написано:

«Просто подожди меня, любовь моя. Я найду способ, и мы снова будем вместе».

Должно быть, у Лисандра вместо мозгов одна лишь тухлая рыба, что он ловит, раз он способен давать такие нелепые обещания.

Я ещё раз пробежалась по клочку бумаги и пробормотала:
— Какой же ты мерзавец!

Затем бросила бумажку в огонь — как раз там, где женщины готовили к очередной свадьбе, — и направилась в библиотеку. Стоило мне переступить порог, как библиотекарь приветствовал меня:

— Вот ты, где, дитя. Жена мне всё рассказала. Твоя матушка — настоящая ведьма.

Глэдиc, его жена, каким-то образом всегда знала всё, что происходит в городе.

Я всегда считала их парой, созданной на небесах: жена разбиралась во всём, что творится в княжестве сейчас, а её муж отлично помнил и знал, что случалось прежде.

Их я нередко называла родственными душами.

— А твоя сестрица — змея. И отец у тебя бесхребетный.
— Технически он мне не отец.
— Знаю, знаю, но… — он осёкся и продолжил: — Я страшно разочарован твоим женихом и его семьёй.

Я пожала плечами:
— Что ж…
— Если бы я мог, я бы за тебя со всеми ними подрался.

В моем воображении на миг вспыхнула картинка, и едва не прыснула со смеху: уж слишком нелепо библиотекарь выглядел в моем мысленном поединке.

— Единственное, с чем мне сейчас надо сражаться, — это с тем, чтобы меня могут выбрать.

— Ах да! Я нашёл для тебя книгу!

Он достал том из ящика и протянул мне.

Это оказалась та самая книга, которую позавчера нашла и тут же отложила. Как же многое успело измениться с тех пор.

— Похоже, это единственная книга на эту тему. – благодарна кивнула ему.
— Увы, так и есть.

— Тогда мне нужно взяться за чтением.
— Если что понадобится…
— Вы уже и так очень помогли.
— В конце всего этого с тобой всё будет в порядке, дитя. Будь сильной.
— Спасибо, сэр.

Я вежливо улыбнулась и скрылась между стеллажами.

Все семьи, у которых были дочери подходящего возраста, были известны — и каждая была обязана «поставить» девушку для Ритуала Выбора.

Если семья не справлялась, стража Короля-Дракона обычно забирала их — и больше их никто не видел.

Одни говорили, что дерзких бросают в темницу за то, что вызвали на себя гнев Короля-Дракона; другие, как водится, шептали, будто он скармливает их своему дракону.

Что бы это ни было, люди знали: ничего хорошего. И чтобы моей семье не пришлось отвечать за устроенную ими подмену, меня принялись готовить к обряду.

Ритуал назначен на вечер, и поскольку девушек велено являться на Поле Избрания в длинных гладких белых платьях, мама возложила на себя миссию сделать меня самой красивой из кандидаток. Так ей не терпелось от меня избавится.

Пока мама суетилась, она без конца говорила о том, как всем станет хорошо, если именно меня возьмут в жёны.

Я молчала и вновь и вновь прокручивала в голове правила из книги, стараясь не забыть ни одного:

«1. Веди себя как можно тише.
2. Не позволяй ему слушать твой голос.
3. Будь невидимкой…»

— Вот и всё, — мама отступила, недовольно скривившись.

Когда я посмотрела в зеркало, охнула. Я и правда была прекрасной. Длинные белые кудри убраны в высокий пучок.
— Знаешь, зачем я сделала тебя такой красивой?
— Чтобы принести в жертву, — ответила я, не отводя взгляда от своего отражения.
Мама широко улыбнулась и, поймав мой взгляд в отражении, медленно провела пальцем по моему предплечью.

Под этой линией скрывался длинный заживающий порез — ловко прикрытый гримом, один из многих, что она «нарисовала» на моей коже.

Это была угроза, безмолвное напоминание: возвращаться мне некуда.

— Да. А теперь иди — и не возвращайся.

На Поле Избрания всё было разделено на две части: одна — для семей «возможных избранниц», где на передней скамье сидели староста с домочадцами, другая — для самих девушек.

Мои заняли места на стороне семей и присоединились к Лиоре с мужем на длинной лавке впереди, где те уже ждали их.

Сестра улыбнулась родителям и помахала им — её рука была сплетена с рукой мужа, пока они обменивались любезностями. Затем все расселись и перевели взгляд вниз, туда, где сидели «возможные избранницы».

Их было двадцать три — все в простых белых платьях. Я присоединилась к ним, став двадцать четвёртой.

Следуя правилам, которые твердила себе накануне, я выбрала место где-то посередине, ссутулилась, чтобы казаться меньше, и не проронила ни слова, тогда как остальные перешёптывались между собой.

Я не знала, чего ждать: потому что впервые присутствовала на Ритуале Выбора, никогда не видела ни короля, ни его дракона, хотя слышала, что Король-Дракон явится вместе со своим чудовищем. Как делал всегда, на каждом таком обряде.

От этой мысли у меня завязалось узлом живот: страшно было не только от того, что сюда явится сам грозный король, но и от того, что с ним будет его свирепый зверь.

Они должны были появиться с минуты на минуту. В воздухе явственно чувствовался страх.

Сначала донёсся тяжёлый гул — издалека, ровная поступь воинов в доспехах, сапоги ударяли о землю в унисон.

Все разом смолкли. Наконец воины вошли на Площадь Избрания и остановились. Я вцепилась пальцами в край скамьи, уставившись в землю.

Раздалось ржание коня — и тишина. Конь? Разве не говорили, что он явится с драконом? Я медленно подняла голову — и увидела, что это был не король, а женщина. Один из воинов подал ей руку, и она легко спрыгнула с лошади.

На ней было длинное, струящееся, без рукавов платье цвета крови. В лунном свете оно слепило глаз, подчёркивая её светлую кожу и чуть полную фигуру. От середины груди бедра тянулся разрез, и ещё один — от середины правого бедра до самого низа.

От неё исходила сила — столько силы, что, хотя я сидела далеко, казалось, будто та сила поглощает меня целиком.

Глава 6. Возложите венцы возможным невестам

Все разом рухнули на колени, склонив головы.

Я, хоть и повела себя неловко, всё же сумела не привлечь внимания.

— Встаньте, — велел Король-Дракон. Голос у него был низкий, повелительный; в нём звучало такое право приказывать, которому невозможно было противиться, даже если осмелишься. Казалось, даже едва заметный взмах его пальца излучал силу.

Мы поднялись на ноги.

— Сядьте!
Мы подчинились. Затем Король-Дракон направился к ряду «возможных избранниц», а за ним пошла та самая женщина, что прибыла раньше.

Я поспешно опустила взгляд в землю и обхватила себя руками, будто защищаясь. Я услышала, как они остановились прямо перед нами.

— Начинай, — сказал Драконий властитель женщине, теперь стоявшей у него за спиной.

Та шагнула вперёд и, проходя меж скамей, переводила взгляд от одной девушки к другой.

— Встать, — распорядилась она.

Теперь, когда она больше не объявляла о прибытии короля, её голос звучал твёрдо, но с хищной мягкостью.

Девушка поднялась медленно, всем телом дрожа от страха.

— Туда.

Женщина кивком указала на место, где поодаль стояли стражники.

К счастью, это было довольно далеко от дракона.

Отбор продолжался в том же духе: женщина выбирала «возможных невест», девушки поднимались и шли к уже отмеченным, принимая свою участь без борьбы, хоть внутри и все замирало.

Кое-кто оглядывался на родных — безмолвно прощаясь, — а у других голова не поднималась вовсе. В глазах застилали слёзы.

Мои правила пока работали: по крайней мере, я всё ещё сидела на скамье — не выбранной.

Наконец настала очередь выбирать седьмую потенциальную невесту. Я не могла дождаться, когда всё это закончится, чтобы собрать свои вещи и убраться подальше от родительского дома.

Чувства внутри всё ещё путались, я так и не разобралась в них. Мне хотелось, но не получалось, пока. Будь у меня возможность выплеснуть всё наружу, может осознав что я именно чувствует и как на это реагировать, — я бы наверное знала как себя защитить.

Щелканье женских каблуков вырвали меня из мыслей.

Я застыла пока женщина приближалась. Она… идёт ко мне?!

О нет!

Я поспешно сжалась ещё сильнее, хотя спина и без того нестерпимо ныла.

Лучше уж так, чем быть выбранной. Девушка, сидевшая справа от меня, вдруг задрожала. Она схватила мою руку и стиснула так крепко, что кости хрустнули.

Держала, будто от этого зависела её жизнь. Что за безумие?

И тут я заметила что глаза трусихи крепко зажмурены, губы дрожат. Девушка едва слышно, очень быстро шептала что-то.

Показалось, что в шёпоте звучит «пожалуйста», но не была уверена.

Вдруг шёпот оборвался, тело девушки застыло. Я не успела понять почему, пока не увидела — под подбородок соседки скользнули два тонких пальца с длинными, накрашенными в красный ногтями.

Я дёрнула руку, но хватка всё ещё была слишком крепкой. Я так увлеклась попыткой понять, что происходит с соседкой, что перестала прислушиваться к цоканью каблуков той самой женщины, что делала выбор, — глупая оплошность. Но, похоже, меня хотят подставить, потому-что мою руку держали слишком крепко!

Что за безумие творится?!

— Встать.

— Нет, — едва слышно выдохнула соседка, но всё равно поднялась, разжав пальцы и выпустив мою руку

— Потенциальные невесты выбраны, — объявила женщина и принялась произносить привычную речь, которой завершали отбор.

Мне это было неинтересно. Уверившись, что миновала беду, я подняла взгляд на выбранных девушек. И тут я заметила кое-что.

В глазах той самой девушки, что держала меня за руку, стоял животный ужас. Впрочем, это было не ново — все выбранные выглядели так же перепуганно. Разница была лишь в том, что эта смотрела вверх, туда, где сидела её семья, мотала головой, а губы у неё мелко дрожали.
Не знаю почему мне это показалось странным!
Но вскоре я поняла что искала низенькая и испуганная кандитатка!

Выход! О нет. У меня екнуло сердце. Плохая идея!

Ей точно не удастся сбежать без последствий. Не то чтобы я её осуждала за желание — просто казалось, что у той ещё есть шанс вернуться, если смириться с участью.

Повезёт — окажется одной из шести возможных невест, которых отпускают обратно. Но если она кинется наутёк сейчас, Король-Дракон поступит с ней так же, как уже поступал со многими прежде.

А может, и хуже: ещё никто не смел бросать ему такой вызов.

Бегство точно ничего не решит. Единственное, чего она добьётся наверняка, — всё станет ещё хуже. Даже она должна это понимать.

Окаменевший от ужаса взгляд девушки скользнул по мне, и я едва заметно покачала головой. Лицо у нее стала белее снега, на лбу выступили капли пота, грудь тяжело вздымалась и затряслась точно заяц.

Я снова мотнула головой: «Не надо», — прошептала одними губами. Все было бесполезно. Она бросилась бежать.

— Нет! — я рывком вскочила на ноги.

Тут же вспыхнула суматоха: один из воинов перехватил беглянку и закинул её себе на плечо, будто она ничего не весила. Она забарабанила кулаками по его спине, лягнула его в живот, отчаянно пытаясь вырваться.

— Нет! — закричала она, голос разрывался от боли. — Только не я! Пожалуйста, другую! Не меня!

Она умоляла, её крик рассекал ночной воздух, а взгляд не отрывался от семьи.

Я проследила за этим взглядом.

Теперь ее семью было легко различить. Хоть они и сидели высоко, факелы позволяли разглядеть: старик с двумя мальчишками на коленях. Мальчики уткнулись лбами ему в плечи и всхлипывали, а он смотрел прямо перед собой, крепко обнимая всех.

Страж швырнул девушку на землю — она рухнула на колени перед королём. Прежде чем он успел задать хоть один вопрос, её скрючило и вырвало прямо на землю. Толпа ахнула, зашумела, и кто-то выкрикнул:

— Она беременна!

Старик мгновенно вскочил, подхватив обоих сыновей, и бросился вперёд.

Далеко уйти он не успел: воины тут же схватили его и мальчиков и поволокли к королю. Вся семья теперь стояла на коленях перед владыкой. Король-Дракон лениво постукивал пальцем по маске, взирая на них сверху вниз.

Глава 7. Я стану королевой!

С того момента, когда я поняла, что предала саму себя и позволила им меня выбрать, сознание будто заволокло дымкой.

Семерых возможных невест повели к длинной карете, что прибыла за ними; карета помчалась сквозь ночному лесу к замку. Мы сидели плечом к плечу, сжав ладони меж колен, не отрывая глаз от пола, — пока, наконец, не добрались до замка и не стали выходить одна за другой.

Всё казалось сплошным размытым пятном.

Я ожидала увидеть мрачный, заброшенный замок где-то посреди диких лесов, откуда доносится зловещий шёпот деревьев.

Я ошибалась.

Замок оказался самым прекрасным зданием из всех, что я когда-либо видела. Огромный изящный фонтан за воротами, длинный разноцветный сад вдоль дорожки; огни заливали всё строение мягким сиянием, и в сочетании с ласковым светом луны оно казалось по-настоящему волшебным.

Мне было так же страшно, как остальным возможным невестам, а может, и больше. К тому же я злилась на себя: была уверена, что ничего этого не случилось бы.

Зачем вообще я встала?!

Но увиденная снаружи красота ничто в сравнении с тем, что ждало нас внутри.

Там было ослепительно: всюду мерцали чудесные огни. В воздухе стояли сладкие ароматы — благовония и аппетитные запахи кухни; слуги сновали по залам так стремительно, словно готовились встречать особых гостей.

Это совсем не походило на то, что мы себе представляли.

Шёпот между возможными невестами усилился — страх будто немного отпустил.

— Клянусь Светлым, какое богатство! — прошептала одна.

— Может, всё, что мы слышали, — ложь? Здесь всё иначе, чем нам рассказывали.

— А вдруг это всего лишь иллюзия? — возразила другая, тоненьким дрожащим голосом. — Не забывайте, что он сделал сегодня с Эньей и её семьёй. Он бросил их в подземелье — на корм своему дракону. Может, дракон уже пирует ими прямо сейчас! — вскрикнула она. — Что, если всё это — просто уловка, испытание?!

— Уловка — это сплетни, вот что, — фыркнула другая и хихикнула. — Он ищет невесту, которая полюбит его, невзирая на шрамы.

Я подняла голову и узнала в говорившей Нити — подругу сестры, одну из тех барышень, что презирали меня за “дар”.

Нити была полноватой, среднего роста и очень миловидной. Главной её приметой была пышная грудь — природа щедро наградила её.

Собеседницей Нити была Рина. Она была самой высокой из нас, с длинными ногами. Выглядела почти спортсменкой, хотя единственной «зарядкой» в её жизни были тяжёлые, огромные книги, которые она перетаскивала вверх-вниз по городской библиотеке.

На носу у неё была родинка. Никто её за это не дразнил, но Рина всё равно стеснялась и часто склоняла голову — что, впрочем, мало помогало, ведь она была высокой.

— Я хочу стать его невестой, — продолжила Нити. — Представьте: королева Нити. Конечно, он и распускает слухи, чтобы вычислить тех, кто готов прикипеть к нему из-за богатства и власти. Теперь-то я поняла!

— Я не… я… — попыталась возразить Рина, но Нити мгновенно её оборвала.

— Тем лучше, что вы так напуганы. Конкуренции меньше. Похоже, я уже выигрываю это испытание. Приветствуйте свою будущую королеву. — она покружилась на месте. В её глазах вспыхнул жадный огонёк. — Всё будет моим!

Некоторые из девушек, похоже, поверили в теорию Нити и тоже отправились разглядывать зал.

— А как же те невесты, которых выбирали раньше? — тихонько спросила Рина, подняв взгляд на меня. — Слухи правда. Он опасен.

Я лишь пожала плечами.

Опасен или нет — мне хотелось одного: выбраться отсюда. На этой неделе я и так пережила слишком многое; ритуал Избрания был последним, чего мне хотелось.

В отличие от остальных, я не купилась на теорию Нити. Как и сказала Рина: куда подевались все те невесты, которых король забирал год за годом?

Он вообще человек?

Этого ещё предстояло узнать, но у Нити ума — как у рыбы, а вместо приманки для неё служит золото. Недостаток сообразительности она, правда, с лихвой компенсировала самоуверенностью.

Как можно быть такой глупой и при этом такой дерзкой?

— Слышала, твоя сестричка ловко тебя обвела, — хихикнул кто-то у меня за спиной, и я закатила глаза.

Я прекрасно знала, кто это. Селия.

У Селий между передними зубами была широкая щель, и из-за неё слова у неё обычно получались немного свистящими.

Если и была здесь хоть одна, кого замок окончательно покорил и кто уже был готов стать избранной невестой, так это Селия.

К несчастью для Нити, Селия сочетала в себе и ум, и красоту. Вот уж соперница так соперница — с такой не справиться ни в каком испытании.

Впрочем, меня это волновало меньше всего.

Мне хотелось лишь одного — спать.

— Она сказала, что так и поступит, — Селия встала у меня на пути. Её наряд и причёска были продуманы, чтобы выглядеть привлекательно, но я была уверена: знай Селия, какие богатства и власть стоят на кону, она явилась бы «убийственно» наряженной а не просто привлекательной.

— Мне нечего тебе сказать, Селия.

Селия тихо фыркнула, откинула прядь с лица и медленно облизнула полные, накрашенные алым губы.

— На твоём месте мне было бы стыдно показываться людям. Она увела его прямо из-под твоего носа. Сыграла в невинность? Она говорила, что так и сделает.

Если уж весь город знал что-то наверняка, так это то, что Селия доверять нельзя. Почему? Да потому что она обожала драму!

Она и жизнью бы поклялась — пусть даже ложью — лишь бы выжать из человека слезы.

Так что я была уверена: Селия врёт. К тому же она сама ещё не разобралась со своими чувствами к происходящему.

Где-то в глубине души всё это копилось, и чем дольше я отказывалась это признавать, тем сильнее меня затягивала в болото из боли.

— Возможные Невесты, — раздался сверху голос той, что вела нас всю ночь. Женщина медленно спустилась по широкой лестнице.

Я усмехнулась про себя.

Похоже, не одна Селия сегодня настроена на спектакль.

Глава 8. Хочу сбежать

Леди Кара развернулась и ушла наверх. Слуги повели нас по коридору к семи разным дверям.

Каждой назначили по паре слуг — мужчину и женщину. Та, что сопровождала меня, была на пару сантиметров ниже и старше — лет тридцати с небольшим: тёмные круги под глазами, пара морщинок. Мужчина, наоборот, чуть выше меня, с ровным, спокойной мимикой.

Оба были в тёмно-синих, добротных униформах. Мне досталась пятая дверь. На ней висела дощечка с вырезанным именем: Катарина Сеймур. Я недоумённо свела брови.

Это было имя прежней невесты — той самой, что написала книгу с правилами, которую я читала. Все были уверены, что она станет последней. Неужели это была её комната?

Я не успела толком все додумать, как служанка рванулась вперёд, неловко сорвала табличку с двери и, оглянувшись на меня, виновато улыбнулась.

«Пожалуйста, не говорите об этом Королю», — шепнула она тоненьким, испуганным голосом. Мужчина-слуга внешне сохранял спокойствие, но по тому, как напряглись плечи, было видно — нервничает и он.

– Мы должны были убрать имя раньше, но она задержалась дольше всех, и…
– Ракель!»— одёрнул её мужчина.

Ракель прикусила губу и шлёпнула себя по щекам.

Поступок Ракель только подогрело мое любопытство — вместе с ней вырос и страх. Зачем служанка так себя ведет? Что вообще происходит? Но разум тут же оборвал эти мысли: какое мне дело, если при правильной игре я вскоре вернусь домой?

Дом — ещё тот ад, но всё же там я придумаю как обустроить свою жизнь… Ракель шагнула вперёд и распахнула дверь.

— Прошу, входите, — теперь её голос звучал ровно, не осталось ни следа от прежней паники.

Я обернулась: остальных возможных невест тоже приглашали в комнаты, некоторые уже скрылись внутри. Я вошла, и Ракель зажгла лампы.

На этот раз служанка улыбнулась широко — без нервозности, хотя в глазах ещё теплился страх. Тут же вперёд выступил мужчина, заслонив её от моего пристального взгляда.

— Как вас зовут, миледи? Повесим табличку у двери.

— Аделин, — ответила я, и сердце внезапно пустилось в галоп.

В голове снова мелькнули все события вечера, и меня вдруг насторожило: назвать им своё имя — будто отдать что-то важное, о чём потом будешь жалеть. В этом месте было что-то не так, тревожно неправильное. Хотелось бежать сверкая пятками.

— Миледи? — напомнил слуга. — Аделин и как дальше?

— Аделин Соул, — выдохнула я, смирившись.

Мужчина улыбнулся:

— Нужны ли вам какие-нибудь вещи, Аделин? Или у вас есть пожелания?

Я покачала головой. Мужчина кивнул, и, не оглядываясь, ушёл, Ракель — следом.

Оставшись одна, я упала на кровать. Я всего лишь назвала своё имя — а ощущение такое, будто этим навеки привязала себя к этому месту.

Уснуть я не могла, но тело ныло после материнских побоев и долгой дороги. Усталость смела все на своем пути — я все таки провалилась в сон.

Уже вскоре я возненавидела ужины: это была уже не еда, а бесконечные уроки правил, как угодить Драконьему королю.

Я поняла, что если хочу вернуться домой, мне нужно делать всё наоборот тому, чему учит леди Кара — только осторожно, чтобы не переборщить и не стать кормом для дракона. Неделя тренировок подошла к концу. Леди Кара устроила опрос за столом, проверяя, не пропали ли её наставления даром.

Она спросила:
— Леди Ромия, что вы ответите Королю, когда он спросит, почему именно вы должны стать его невестой?

Ромия ответила с улыбкой:
— Скажу прямо и честно перечислю свои уникальные достоинства.

Кара одобрительно кивнула.

Девушку уже выбрали в прошлый раз, когда проходил Ритуал Выбора в другом княжестве, и теперь — снова. Я невольно задумалась: неужели она и правда не помнит, что с ней здесь случилось раньше? По ее выражению лица и по тому, с каким энтузиазмом Ромия стремилась угодить королю, было ясно что не помнит. Странно, но те, кто возвращаются, никогда не помнят произошедшего.

— Леди Аделин! — резкий голос Кары выдернул меня из мыслей.

Вздрогнула и неловко поднялась. На меня уставились все, в том числе сердитые глаза нашей надзирательницы. Кажется я пропустила вопрос.

— Не вздумай так себя вести в присутствии Драконьего Короля! — зашипела леди Кара глядя на мою растерянность. — Иначе это плохо для тебя закончится.

— Прошу прощения, леди Кара. – насмешливо склонила голову чтобы не показать как я улыбаюсь.
Благодаря этому инциденту поняла что сделать чтобы не понравится таинственному королю.

Кара продолжила давить: — Одними извинениями не отделаешься, если снова ошибёшься, то тебе не понравится! Радуйся, что я великодушна сегодня. Итак, что ты сделаешь, когда войдёшь в королевскую трапезную?

— Останусь у двери и буду ждать приглашения, — выдавила.

— Значит, не совсем такая бесполезная как кажется! Все правильно! Садись.

Я села, а Кара продолжила опрашивать остальных.
А я заставила себя быть предельно внимательной: иначе можно сорвать весь план. Ещё не хватало случайно угодить Королю — тогда мне конец. Поэтому я ловила всю информацию.

Ночь сменилась новой ночью и начались испытание. Уже четыре вечера подряд каждая из девушек садилась за ужин с Драконьим Королём.

У каждой из девушек была своя история, но больше всего леди Кара пока благоволила Ири и Ромие. Ири это, мягко говоря, не радовало, а вот Ромия сияла. Рина и Нити были уверены, что после их ужинов они тоже сумеют покорить сердце леди Кары. Сегодня была пятая ночь и по несчастной случайности оказалось моей ночью.

Пока служанка укладывала мне волосы в привычный низкий пучок, а слуга — вполголоса напомнил правила поведения, я смотрела в зеркало и прикидывала, как бы аккуратно нарушить каждое из этих правил. Главное — чтобы это не выглядело нарочно.

— Готово, — сказала Ракель. — Удачи, моя леди!

Я изобразила вежливую улыбку. Я была одета в простое красное шёлковое платье — к моей досаде: этот цвет совсем мне не идет.

Глава 9 Что в подземелье?

Приземление могло бы быть жёстким, если бы внизу этого безумного тоннеля не лежала куча одеял.
— Сбежать решили, миледи? — раздался голос.
— Я… нет… — вздрогнула от неожиданности.

Поднявшись, я увидела мужчину за обеденным столом расположенным прямо в подземелье! Вальяжная расставив ноги, великан сейчас больше всего походил на своего зверя. Иза золотой маски мне не удалось увидеть его выражение лица, но по мерцающим радужкам, кажется он вселится.

Он молчал, и у меня похолодело внутри: а что если на пятый день недели он как раз кормит своего дракона сбежавшими невестами? Быстро отряхнула подол платья и заговорила.
— Признаю, это было глупо с моей стороны прийти на ужин такими окольными путями!

Король усмехнулся, но ничего не сказал. Откинулся широкой спиной на спинку стула и медленно с каким-то германским прищуром оглядел меня.
О Светлый! Он и правда присматривается откуда откусить кусок по сочнее!

Дыхание перехватило; я отчаянно перебирала в голове, как именно исправить ситуацию.

— Твоё имя, — коротко потребовал он, наконец прорезав тишину. Вот в чём промах: раньше он уже спросил, а она не поняла, что это вопрос.
— Аделин. Аделин Соул.
— Подойди ко мне! – приказ хлестнул по нервом не хуже маминого кнута.

Я подошла к столу, трясясь всем телом. Ужин явно начинался «не с той ноты».

Король больше ничего не спросил — просто принялся есть. Всё шло совсем не по моему плану.

Я следила за его тарелкой: еда обычная — значит, он, возможно, не ужинает на пятый день невестами? Но как вообще есть, не снимая маску?
Когда он доел, отложил вилку, сделал глоток из кубка и откинулся на спинку стула, будто смертельно скучал.
— Почему я должен сделать тебя своей невестой? — спросил у меня.
О! Вот и мой выход! Ну держись король! Сейчас ты узнаешь все причины
— Потому что я… — начала я, но в голове зазвучали наставления леди Кары: «Расскажи о своих уникальных качествах».

Я осознанно их проигнорировала.
— Я такая же, как все. Во мне нет ничего особенного. – от радости что нашла правильные слова чуть захлопала в ладони.

Он поднял голову и посмотрел на меня — то ли заинтригованный, то ли оценивая мою дерзость. Я решила, что лучше пусть он заинтересовался, чем разозлился, и продолжила гнуть свою линию:
— Вообще-то я не подхожу ни одному мужчине. Ваше Величество, вам не стоит выбирать меня! Если хотите женщину как того желает общества, то знаете я вас опозорю!

Он склонил головуу и затряся. Интересно что это с ним?

От этого молчания во мне вскипел гнев: я здесь борюсь за своё будущее, мечтаю вырваться на свободу, а он содрогается!

Кто он такой, в конце концов?

— Ладно! Достаточно! — приглушенно меня остановила как раз когда я описывала как буду ходить по домам и передавать сообщения от умерших родственников.

С минуту, мужчина хохотал как сумасшедший, а потом стал серьезным отчего вырастила и моя нервозность.

Я кипела от злости и боли; все чувства, что всю неделю пыталась подавлять, разом хлынули и смели остатки здравого смысла. Сейчас я могла только чувствовать — и все эти чувства были раскаленное стекло. Кромсала все живое что еще во мне осталось.

— Дай-ка подброшу вам ещё поводов для отказа от меня! — сказала я, упершись ладонями в стол и не отводя от него взгляда. — Я не хочу быть вашей невестой, о великий Драконий Король! Меня вообще не должно было здесь быть. Я должна была выйти замуж за того, кого люблю. Всё шло прекрасно, пока они… — голос сорвался, я моргнула и отвела глаза чтобы не показать своих слез.

Я выпрямилась, прижала руку к груди — там где медленно кипела боль.

— О-они… — дыхание сбилось, ноги подкосились, и я опустилась на пол. Губы дрожали, пока до меня, наконец, не вся дошла правда обо всём произошедшем. Я снова и снова била кулаком по груди — там, где под кожей должно было стучать сердце.

Говорить стало невыносимо тяжело: горло саднило от слёз. Я открывала рот снова и снова — но проглатывала лишь солёный вкус слез.
— Они меня предали, — наконец выдохнула я едва слышно. Пальцы вжались подол, взор затянуло пеленой. — В-все… все меня предали!

Силы покинули меня окончательно: я разрыдалась, а в голове, будто только что случившееся, снова и снова прокручивалась та ночь и всё, что пришло после. Оцепенение, в котором я пряталась, рассыпалось — остались только боль и разбитое сердце. Слишком много. Слишком.

Драконий Король устало вздохнул, щелкнул пальцами и свет погас.

Я почувствовала как горячие руки меня поднимают и куда то несут.
В другом состояний, я бы кричала и билась, а так осталось только глотать слезы и молится чтобы когда нибудь забыть всю эту боль!

Не помню как оказалась в своей комнате. Опомнилась только когда услышала вопрос.

— Моя леди, что вы наделали? — Ракель вбежала, опустилась рядом и попыталась приподнять меня. — Моя леди?.. Проверь, Колин. Она… умерла? Что с ней сделал Король, во имя Светлого? Посмотри, какая бледная. Она…

— Успокойся, Ра-кель, — слуга присел, затем подхватил меня и уложил на кровать, — Дышит.

— Воды, — предложила она, едва Колин опустил меня на постель.

Я отрицательно качнула головой.

— Что вы сделали, моя леди? — Ракель опустилась рядом на кровать, всё ещё проверяя, жива ли я. — Слышала от Несты (а та — от Джамина, который от Ч…): ходит слух, будто вы разгневали Драконьего короля, и он может скормить вас своему дракону.

— Колин, что нам делать? — Ракель вскочила и заходила по комнате, теребя ногти.

— Не тревожься. Я составлю прошение и отправлю леди Каре от имени нашей леди, — спокойно ответил Колин.

— И ещё Неста говорила, что…что леди Кара тоже в ярости, — выдохнула Ракель. — А если она не прочитает или не станет просить Короля за неё?
— Тогда мы уже ничего не сможем сделать.
— Но, Колин…
— Какой бы ни была участь нашей леди, Драконий король объявит её в день коронации выбранной Невесты.
— А если её участь — смерть? — выкрикнула Ракель.
— Тогда это будет не впервые.

Глава 10 Кто невеста короля?

— Чёрное платье? Нельзя, миледи. Сегодня же Церемония Выбора, — твердили мне.

«Церемония… больше на похороны похоже», — усмехнулась про себя, глядя в зеркало.

За прошедшую неделю я испереживалась так, что теперь чувствовала себя выжженной.

После вспышки в присутствии короля я заперлась в комнате и никуда не выходила. По дворцу ползли слухи, что король не простил такого неуважения.

Говорили, что к концу сегодняшней церемонии меня и правда скормят дракону.
Ходили и другие слухи: будущей невестой, скорее всего, станет леди Рина — леди Кара осталась в восторге от её «ужина-испытания».

Слухи мне были безразличны, но Ракель всё равно приносила их, рассказывая взволнованным шёпотом.
— Для меня это и есть похороны. Сегодня я наконец уйду, — сказала я, проводя пальцем по месту, где чёрное платье закрывало мою молочную кожу. Когда-то мои яркие голубые глаза теперь потускнели, будто в них не осталось жизни.

— Не стоит ещё больше сердить короля, — пискнула Ракель, уже стягивая молнию на чёрном платье.
Я резко мотнула головой и отошла от служанки. Колин вопросительно приподнял бровь на Ракель.
— Она отказывается надевать наряд, — пожаловалась Ракель. — Так будет только хуже. Умоляет… уговорите нашу леди… — голос её дрогнул.
Колин кивнул и шагнул вперёд.

— Если вам дорога собственная жизнь, лучше надеть рекомендованный цвет, миледи, — сказал Колин.

Повисла тишина. Ракель, затаив дыхание, следила за мной.

Я сорвала ленту, стягивающую волосы в низкий пучок: белые кудри свободно упали на спину, короткие завились над бровями.

В дверь постучали: страж известил, что пора спускаться на церемонию.

— Миледи? — мягко поторопил Колин, напоминая и о платье, и о том, что времени почти не осталось.

— Пожалуйста, — Ракель шагнула вперёд, протягивая белое платье; в её глазах смешались страх, надежда и слёзы.

Я отвела взгляд от зеркала и уставилась на ослепительно белый наряд.

В памяти всплыли слова матери: «Иди и не возвращайся». Я потянулась к молнии.

Финальная церемония проходила не в Бальном зале, как все ожидали, а в одном из больших садов замка. Шум фонтана наполнял ночь, а потенциальные невесты сидели на длинной скамье — их белые платья сияли в лунном свете и в мерцанье цветных огоньков, оплетавших садовые цветы.

Мне это напомнило ночь Ритуала Выбора: бескрайнее море белых платьев и мои собственную попытку раствориться в нём, стать незаметной.

Но сегодня всё было иначе. Страха во мне не осталось. Грань уже перейдена, предательство прожгло все до костей.

Я понимала что терять мне нечего. Ну разве что жизнь...

Поэтому на церемонию я пришла в чёрном.

Другие девушки перешептывались при моем появлении. Неделю я сама держалась в стороне, да и слухи висели как меч над моей шее, — меня встречали как изгнаннику и так же относились.

Лишь Ири показала участие, но я была слишком разбита, чтобы это оценить.

На возвышении поодаль сидела леди Кара — в неизменно ослепительном алом платье, с теми же властными серебрябристыми глазами. В центре помоста, на ступень-две выше, расположился король — в красно-чёрной мантии, с золотой короной. Вместе они почти походили на пару. Лица короля из-за золотой маски не видно, но я была уверена: он смотрит на меня с холодом.

Я откинулась на спинку стула, скучая. «Когда уже начинается последний акт уличной пьесы? Всё равно исход нам известен. Зачем ждать?».

Леди Кара поднялась и заговорила: «Потенциальные невесты…» — но я пропустила речь мимо ушей: пользы от неё не было никакой. Я услышала, как леди Кара произнесла: «…а те, кто нарушил правила, будут наказаны сегодня», — я застыла, ожидая собственного имени.

«…Аделин Соул.

Вот и всё. По рядам прокатился гул, но я не обратила внимания.

Я сразу поднялась, отошла к краю сада и стала ждать, когда стража поволочёт меня на казнь, прикидывая, мгновенной ли будет смерть, если меня разорвёт дракон.

Подняв взгляд на помост, я увидела, что мое имя произнёс сам король. Леди Кара сидела на месте с расширенными от изумления серебряными глазами, будто окаменев. Шёпот невест стал громче; на меня направились злые взгляды и шипение.

Я нахмурилась: неужели наказание мне уготовили ещё хуже, чем быть разорванной драконом, раз все отреагировали так?

Король поднял руку — леди Кара умолкла и села.
– Подойди к помосту, леди Аделин Соул, — велел он. Я подчинилась, гадая, какое наказание приготовлено, раз все так перепуганы.

У подножия помоста король сам спустился и приказал: «На колени».
Леди Кара вскрикнула: «Но, Ваша Милость!» — однако король резко осадил её взглядом, и та сжала губы и замолчала.

Мое смятение только усилилось. Что он собирается сделать на глазах у всех?

– Он что выбрал меня в невесты? Вот почему все возмущены?! Но как же наказание за мою дерзость?

Погружённая в мрачные мысли, я даже не заметила, как что-то лёгкое водрузили мне на голову. Всё прояснилось лишь, когда король произнёс:

– Я объявляю тебя своей невестой!

Глава 11 — Наедине с ним

Снова всё поплыло перед глазами. Мир словно отступил куда-то вдаль, а она так и застыла, ошеломлённая безумием того, что только что произошло.

Как так вышло, что короновали именно меня?
Как это вообще возможно?

Мысли так захлестнули разум, что, когда я спохватилась, уже оказалась в чужой комнате: стражники успели уйти, дверь плотно захлопнули.

Я рывком вскочила на ноги и огляделась. Комната была выкрашена в красный; от этого цвета у меня зарябило перед глазами — к тому же, красный никогда не был моим цветом.

Я металась по комнате, бормоча под нос все что говорилось на церемоний и на что я сразу не обратила внимание.

В этот момент послышались ржание лошадей, шум выезжающего из замка экипажа и скрип тяжёлых ворот, открываемых где-то вдалеке.

Я поспешно стала искать окно — разодрала все красные занавеси, какие попадались под руку, пока наконец не распахнула те, из-за которых открывался как раз нужный вид. Отсюда была видна карета; на одной стороне занавес был приподнят.

Не та ли это самая карета, в которой меня привезли несколько недель назад?

Постой… у окна — Ири?

Я нахмурилась: даже с такого расстояния было видно, что взгляд у Ири будто прожигал во мне дыру.

Тут тонкая рука с длинными, до блеска накрашенными красными ногтями потянула занавес — и карета свернула за огромные чёрные ворота, растворяясь в ночи. Ворота снова закрылись.

Я моргнула.

Леди Кара везёт их обратно в город? Перед внутренним взглядом всплыло пустое, безжизненное выражение Ири, и я подумала о том, что же с ней сделали.

«Шесть невест, которых отпускают, никогда не помнят своих дней в замке».

Я вспомнила одну из бесчисленных слухов о Ритуале Выбора. Тишина вибрировала в голове как воздух перед грозой.

Пока далёкое, громкое рычание Дракона не разорвали это состояние— и в сознании прозвучало одно слово.

«Нет-нет-нет-нет-нет, нет, нет, нет!» Я отпрянула от окна, бросилась к двери и со всей силы принялась бить в ней, сердце колотилось, как никогда.

– Выпустите меня отсюда! — закричала я. — Я должна быть в темнице или на обеденной тарелке у дракона! Выпустите меня!

До меня наконец дошло: я — Невеста, и какая бы несчастная участь не постигла прежних невест, из-за чего их больше никто не видел и не слышал, то же самое теперь ждёт и меня.

Почему-то перспектива быть разодранной его драконом казалась куда утешительнее, чем стать его женой. Меня до ужаса пугала именно неизвестность, скрывающаяся в короле.

Тайнственого, в конце концов, и следует бояться больше всего.

– Выпустите меня отсюда! — закричала я сквозь стиснутые зубы, пнув дверь. Часть этой таинствености — сам Драконий король. Была большая вероятность, что он не человек, но никто точно не знал, кем он является.

Понимая, что из этого места сбежать невозможно, я, отчаявшись, не могла просто слоняться и умолять отпустить меня. Знала, что этого не будет. Я его невеста!

Поэтому начала обыскивать всё вокруг, дёргая за одно, тянув за другое, чтобы посмотреть, не поддастся ли хоть что-нибудь — потайная дверь или проход.

Хоть что-нибудь, чтобы выбраться из этого забытого Светлым места, которое они называли замком!

Этим я и занималась всё время, пока не вымоталась.
Я рухнула на пол, едва не ударившись головой о стол, который слегка качнулся от моего падения. Сам стол не упал, но стоявшая на нём ваза разбилась о кроваво-красный ковёр.

В этот момент дверь распахнулась, и я вскочила на ноги, не желая показывать слабость.

— Что вы теперь со мной сделаете? — спросила я, стараясь звучать уверенно, насколько могла, но его золотая маска всё равно ставила меня в крайне невыгодное положение.

Он закрыл дверь и быстрым взглядом оглядел комнату.

— Я н-не хочу быть… вашей н-невестой, — выдавила я. На этот раз голос меня выдал.

Сердце колотилось так сильно, что слова получались прерывистыми, пока я пыталась перевести дыхание.

Он подошел к мне, на каждом шагу тяжёлыми ботинками с хрустом давили осколки разбитой вазы. Я попыталась отползти, но была слишком слаба, чтобы даже поднять палец.

Неожиданно он задрал мой подол до бедра, обнажив ноги. Сердце ухнула в пятки и там и замерло. Неужели на этот раз он собирался взять меня силой?

Я порывисто положила ладонь на его руку в слабой попытке остановить короля, но он не обратил на это внимания. Вместо этого я почувствовала на коже его грубые чёрные кожаные перчатки: его руки скользили по моей обнаженной коже, взгляд был сосредоточенным, пока он вытаскивал осколки разбитой вазы, которых она и не заметила как впились мне в ноги.

Неудивительно, что я была так слаба: я истекала кровью из множества крошечных порезов!

Словно весь мир разом упал на меня. Я бессильно упала на спину, уставившись на потолок с росписями, но из-за пелены не могла оценить эту красоту.

Я почувствовала, как он поднял меня на сильные руки, прошёл через комнату и уложил на самое мягкую кровать, на каком меня когда-либо доводилось лежать.

Я не понимала, что он сделал, но кровь из порезов больше не сочилась. Тем временем, король молча подоткнул мне под бок подушку, вызываю у меня еще больше удивления.

В конце концов устав боятся, зевнула.

– Спи, — тихо приказал он.

Глаза начали закрываться, пока я пыталась удерживать взгляд на курильнице с благовонием, что теперь тлела на маленьком керамическом подносе на столе.

Разве это штука была здесь всё это время? Почему я заметила её только сейчас?

Глава 12: Странные королевские жесты

Когда я в следующий раз открыла глаза, меня встретило заплаканное лицо Ракель.

— Миледи, — Ракель опустилась у моей постели. — Ты заставила меня так… так… — снова слёзы. — Так волноваться! — наконец выпалила она.

Я моргнула, пытаясь вернуться в реальность после странного сна. Затем все вспомнила и мои глаза распахнулись от шока.

— Я спала! — воскликнула я, будто это было самое странное, что со мной когда-либо случалось. В этот момент у меня заурчало в животе — И есть хочу! Аргх, как же я хочу есть.

Глаза Ракель загорелись; она вскочила и потянулась за тележкой с едой. Чудесный аромат проник в ноздри, и мне стоило больших усилий дождаться, пока Ракель вручит мне тарелку, а не выхватывать её прямо из рук.

— Я знала, что ты будешь голодна, ты же…

Что бы ни говорила после этого Ракель, я уже не слышала. Мурча набросилась на еду, как тот самый дракон, запивая её бокалом воды и время от времени запихивая в рот ещё больше еды.

— Полегче, миледи. Ещё подавитесь, — хихикнула Ракель; кажется, это был первый раз, когда я слышала её смех без тени страха в голосе.

Я в ответ широко ей улыбнулась. Ракель расхохоталась.

— Миледи!

Я хихикнула и снова уткнулась в тарелку, не отвлекаясь, пока не расправилась с ней до конца. Я попыталась встать, но Ракель сразу её остановила.

— Куда вы миледи?

— Отнести тарелку, — улыбнулась благодарно.

Ракель покачала головой и взяла у меня пустую тарелку.

— Я здесь, чтобы сделать это за вас и оказать много других услуг, — сказала она и поставила тарелку на тележку.

Голос Ракель внезапно стал тихим, а беззаботность, которая была у неё совсем недавно, улетучилась.

Тяжёлый вздох сорвался с её губ, когда она задумалась, бормоча себе под нос: «…просто отложено… всё равно случится… как и раньше…»

— Что случилось раньше?

— Ч-что? Подать вам ещё порцию, миледи?

Я покачала головой.

— Вы говорили, что раньше что-то произошло и что это повторится.

— Я-я не…

В этот момент дверь распахнулась, и вошёл Колин; Ракель сразу подкатила тележку в угол, сгорбившись, будто хотела спрятаться от него.

— Жива! — начал он, лицо спокойное и внимательное, как обычно. — Добрый вечер, миледи!

«Добрый вечер?!» — я вскочила на ноги и заметалась по комнате, чуть не ударившись головой о стену.

«Куда делась ванная… Подождите! Это не моя комната!»

Ещё недавно я всё помнила, но голод почему-то заставил меня забыть.

– Вы в покоях короля, миледи.
– Короля…! — мой голос стих, когда я быстро посмотрела на своё платье.

О Светлый!.

– Я принесла вам несколько платьев, миледи, — сказала Ракель, подходя ко мне. — Какое вы хотите надеть?

Но меня слишком занимали другие, более важные вопросы, чтобы думать о наряде.

Я прислонилась к стене, всё ещё тяжело дыша, прижимая ладонь ко лбу, чтобы унять внезапную головную боль.

– Я невеста… Его невеста. Меня короновали!

— Вас устроит фиолетовое, миледи? — спросила Ракель, раскладывая платья одно за другим на кровать.

– Никаких чёрных, — сказал Колин, стоя на некотором расстоянии от двери.
– Конечно, Колин.
– Что теперь со мной будет?! Свадьба?! — спросила я, глядя на них обоих. Губы Ракель слегка дрогнули, а Колин заложил руки за спину.

– Вы узнаете через год, миледи, — наконец нарушил напряжённую тишину Колин.
– Почему не скажете сейчас?
– По-настоящему это знает только король, — ответил Колин.

Я посмотрела на Ракель, которая, избегая моего взгляда, чуть не споткнулась о кровать.
Она что-то знает?

– Король просит вашего присутствия.
– Король! Какое платье? О Светлый, какого оно должно быть цвета, миледи? Колин, почему ты не сказал раньше?
– Он велел, чтобы её светлость как следует отдохнула и поела, прежде чем появиться.

Мой взгляд медленно переместился к туалетному столику и к маленькому керамическому подносу, в котором теперь осталась лишь немного пепла.

И тут меня осенило. Ладан усыпил меня. Холод ужаса пробежал по венам.

Что он сделал со мной, пока я спала? Я принялась искать ванную, нажимая на дверные ручки многочисленных дверей.

Заперто.
Заперто.
Заперто.
Заперто!

Почему здесь так много бесполезных дверей?!

Щёлк. Ванная — наконец-то!

Я юркнула внутрь, захлопнула дверь и задрала подол платья, чтобы осмотреть себя.

Я изумлённо приподняла брови, всё ещё сжимая в руках край платья. Он не сделал ничего, кроме как наложил повязки на мои порезы. Когда я сняла бинты, заметила: раны ещё и обработаны — всё это было сделано, пока я спала.

В этот момент в дверь постучали, и Ракель просунула голову.

— Колин сказал, что король велел мне помочь тебе обработать раны, когда закончишь, — прошептала она.

Я растерянно огляделась. Что вообще происходит?

Почему король внезапно стал со мной мил после того, как сам выставил меня из обеденного зала? Зачем он сделал меня своей невестой? Зачем он всё это делает?

Глава 13: Подарок для невесты

Красный цвет мне никогда особо не нравился — казалось, он делает мое лицо измученной. Но возражать я не стала, когда выбранное Ракель платье оказалось длинным и красным.

Сейчас у меня были проблемы поважнее, например понять, зачем король велел позвать меня и почему он так со мной любезен. По замку сновали десятки слуг, каждый был занят своим делом, пока я торопливо двигалась к неизвестность.

Мы спускались по стольким тёмным лестницам, от чего заподозрила неладное!

Вчера мысль о смерти казалась почти утешительной, но сегодня всё было иначе. У меня появились вопросы, требующие ответы, а чтобы их получить, мне нужно было остаться в живых. Ещё один пролёт вниз — и в нос ударил запах сырости.

Наконец Колин остановился: мы пришли. Он отпер решётку, и я вошла внутрь. На стенах висело несколько факелов.

Король стоял совсем близко, всего в нескольких шагах, рядом — молчаливая стража. Он смотрел вниз, за ограждение, которое отделяло нас от бездны внизу. Неужели там — его дракон?

Как статуя самого себя стоял гордо задрав подбородок и ожидая мое приближение! На лице поблескивала золотая маска в свете факелов, развешанных по стенам. Когда я приблизилась он кивнул и посмотрел на бузду внизу.

— Ты пришла, — произнёс король, не отрывая взгляда.

Протянул ко мне руку призывая.

— Моя Невеста. Подойди. У меня есть для тебя подарок.

Я застыла. Медленно протянула ему руку, не сводя взгляда с его руки. А если он потянет — и я сорвусь вниз?

Но отступать было некуда. Я сделала шаг к мужчине.

Едва мои пальцы коснулись его, он властно прижал меня к себе — и вновь опустил взгляд туда, за край.

— Это прибыло прямиком из столицы соседнего княжества.

Я нахмурилась. Что это за подарок?

Я медленно опустила взгляд вниз, стараясь быть готовой к чему угодно. В ушах тяжело билось сердце.

Но вся моя «готовность» рассыпалась в прах: от увиденного холод прошёл по спине, дыхание сбилось, грудь сжала паника. Сердце сорвалось в бешеный галоп, и из приоткрытых губ вырвался едва слышный всхлип.

Он стоял у меня за спиной и говорил почти шёпотом — так тихо, что казалось, его слова просачивались в уши, как яд.

— Тебе нравится мой дар? — спросил он.

Я вцепилась в железные перила так сильно, что пальцы онемели. Глаза жгло — от слёз, от ужаса. Но я не могла отвести взгляд от того, что лежало внизу.

Как я должна была на это отреагировать, если он называл «подарком» мою семью, закованную в цепи в темнице?

– Я знаю, что они сделали с тобой.

Шероховатость его чёрной кожаной перчатки, скользнувшей по моей обнажённой ключице, заставила меня вздрогнуть. Я почти ощутила холод его золотой маски у самого уха — король стоял так близко что я ощутила его запах – мыло с запахом кедра, мох и сладкий орех. Перед глазами заплясали маленькие точки пока мои легкие наполнялись им.

— Я слышал истории что рассказывали твои соседи.

Он заправил прядь моих кудрей за ухо — наверное, пытаясь успокоить, но это не сработало.

Снизу, из темницы, до меня пробивались глухие крики моей семьи. Они подняли на меня глаза, умоляя о пощаде, слёзы текли ручьями по измазанным щекам. Там был даже Лисандр, закованный в цепи вместе со своей семьёй.

Я вгляделась так пристально, что заметила: под обтягивающим грязно-коричневым платьем сестры слегка выпирающий живот.

Резко зажмурилась — вспоминая обожгли как в первый день.

— Я видел шрамы на твоем теле от кнута. – хриплый голос не давал отдалится от этой реальности.

Я снова открыла глаза, удивляясь, когда он мог их увидеть. Потом вспомнила: прошлой ночью мужчина перевязывал мои порезы — значит, тогда и увидел всё.

Меня считали ненужной и наказывали за это — даже собственная семья. Как бы я ни убеждала себя, что всё уже пережито, по щеке всё равно скатилась слеза.

Больно до сих пор.

— Они стоят прямо над логовом моего дракона. Щёлкну пальцами — пол разойдётся, и от них останутся лишь пепел и обугленные кости.

Внизу послышалось низкое рычание дракона. Это было точно под нами. Приглушённые крики моей семьи и семьи Лисандра усилились; они вопили так громко, как позволяли кляпы, звенели цепями и дёргались изо всех сил.

Они знали свою участь и понимали, что стоят прямо над смертью.

— Одно твоё слово — и всё свершится.

Я резко втянула воздух, чувствуя, как тяжесть ложится на плечи.

— И, если пожелаешь, я позволю тебе смотреть.

Руки на ограждении задрожали; грудь то сжималась, то справлялась, дыхание сорвалось на хрип..

Слишком… слишком много…

Я огляделась и, не сказав ни слова, вырвалась из его объятий, проскочила мимо решётки и споткнулась в темноте. Но не остановилась — на ощупь добралась до лестницы и побежала наверх, оступилась и полетела вперёд.

Я уже приготовилась удариться лицом о ступени и закричать от боли, но чьи-то сильные руки в перчатках подхватили меня и мягко поставили на ноги.

Всё произошло так быстро, что мне потребовалась секунда, чтобы устоять.

Как он…? Неважно!

Я выдернулась из его хватки, моргая в темноте. Короля почти не было видно — как, впрочем, и всё остальное.

— Ты в порядке? — спросил меня

Ничего не сходилось. Вообще ничего!

— Почему…? — выдохнула я.
— Почему — что?
— Зачем вы всё это делаете, Ваше Величество?
— Потому что ты — моя Невеста.
— И что это вообще значит?

Что бы он ни имел в виду, я была уверена: точно не то, что слышится. Он снова заправил за ухо прядь моих волос. Как он вообще меня видит в этой тьме? Я его — нет.

— Это значит, что я буду защищать тебя и заботиться о тебе, как о своей второй половине, — пока через год то же самое не сделаешь ты.

— То же самое? — теперь в моём голосе было уже не дыхание паники, а тихое любопытство. — Как?

— Узнаешь, когда придёт время.

Тьма понемногу отступила; я услышала шаги стражи и увидела, как отблески золотого света их факелов снова заиграли на его золотой маске.

Глава 14. Тайна — это «следующая беда»

Королевские знаки внимание продолжались: то он приглашал меня на завтрак, то на обед, то на ужин, то посылал убедиться, что со мной всё в порядке, то и вовсе велел ночевать в его покоях — не позволял возвращаться в мою комнату.

С этим я ещё могла смириться — всё равно его почти никогда не было в собственных покоях. Но я по-прежнему понятия не имела, что он затеял и что я должна буду сделать через год. То, что мне предстоит, — это то же самое, что пытались сделать прежние Невесты и у них не вышло?

Я была уверена, что они провалились: иначе зачем ему раз за разом требовать новую Невесту? Если задание настолько трудное, что все прежние не справились, с чего мне верить, что у меня будет иначе?

Правда в том, что, скорее всего, провалюсь и я. Ещё одна мысль, от которой меня пробирала дрожь, — что случается с Невестами, которые провалились?

Понимая, что теперь это моя жизнь, я стала искать ответы любым способом: сблизилась со слугами, подружилась, каждый день разговаривала с ними и предлагала свою помощь.

Они были со мной милы, смеялись, болтали… но стоило мне осторожно вклинить вопрос о том, что стало с прежними Невестами, как все мгновенно замолкали — будто были заколдованы чтобы ничего не говорить.

Я пыталась допытывать что-то у Ракель, но, словно чуя мои намерения, она почти не показывалась на глазах. В основном рядом вертелся только Колин.

Его расколоть было труднее всего.

На любой мой вопрос у него был один и тот же ответ:
— Свои ответы вы получите через год, моя Леди. Истинну знает лишь Король и Истинная.

Поначалу я даже испугалась, что Ракель слегла от болезни, так резко она исчезла. Но однажды в коридоре случайно заметила, как она бегом несётся вниз по лестнице, только бы со мной не столкнуться.

С того момента я была уверена: Ракель избегает меня. И вообще во всём этом определённо было что-то не хорошее. Значит, придётся самой разобраться, для чего я здесь, — и лучше бы успеть до того, как «мой срок» истечет.

К счастью, сегодня днём Король не звал меня на обед, и я с удовольствием провела время в одиночестве.

О семье я уже почти не вспоминала — сейчас у меня были дела поважнее.

Особенно после той истории с «подарком». К тому же я была уверена: если Король почувствует, что я всё ещё злюсь на своих, он в этот раз и правда может лишить их жизни, не спросив моего мнения.

В который раз его поступки казались мне совершенно непостижимыми.

Почему Король, которого все — и я тоже — так боятся, так старается мне угодить? У меня нет ничего, чего он не мог бы получить от кого-нибудь другого.

Я вышла из своей комнаты, зажав в руке блокнот, куда записывала все подозрительные мысли и теории, и в этот момент в меня случайно врезалась служанка.

– Прошу прощения, моя леди! — пробормотала она, даже не сбавляя шага.

Она и многие другие спешили к входным дверям. Я нахмурилась, не понимая, что происходит. За прошлуюу неделю, я ни разу не видела замок таким живым. Горим?! Дракон вырвался на свободу?!

Или почему все куда-то спешат? От последней мысли я тоже рванула к входу, но увидела лишь, что слуги выстроились по обе стороны широкой лестницы. Внизу остановилась длинная карета, и кто-то как раз из неё выходил.

«Значит, пожара нет», — пробормотала я и уже собиралась уйти, как вдруг меня остановил восторженный голос:

– Да это же моя дорогая леди Аделин?!
Я резко обернулась — и на миг застыла под её властным взглядом.

— Леди Кара.

Она вернулась?!

Погодите… она только что назвала меня «дорогая»? Дорогая?! Я не успела ничего осмыслить, как леди Кара уже обняла меня, притянув в тёплые дружеские объятия. От неё чудесно пахло — нежными фиалками. Вопреки её уверенной, даже дерзкой манере, аромат был мягким и умиротворяющим.

Помимо воли я расслабилась в женских объятиях, чувствуя себя… в безопасности?

— Наша Невеста.

Она отстранилась, положив руки мне на плечи, посмотрела прямо на меня и ослепительно улыбнулась.

— За работу, — резко бросила она слугам, и те тут же исчезли. А когда снова повернулась ко мне, голос её снова стал мягким и успокаивающим.

Леди Кестра взяла меня за руку, будто мы лучшие подруги с детства.

– Скажи, Белл… — она осеклась и мягко поправилась: — Аделин, нравится ли тебе наш Замок?

– Вы со мной слишком добры, леди Кара, — выпалила я, не позволяя себя снова запутать. — Почему вы все так добры ко мне?

– Все? Ты и короля считаешь? А почему бы нам не быть добрыми? Ты ведь Невеста.

– И что это вообще значит? — спросила я, послушно шагая рядом. — Я уверена, это никак не связано с бракам.

– Не зарекайся.
– То есть это всё-таки о браке? — я медленно уточнила.

Леди Кара тихо рассмеялась:

– Лишь король знает истину. Не забивай свою чудесную головку, просто позволь себе это… — она мягко коснулась моего плеча. — …почувствовать. Имею в виду сердце!

От этого объяснения всё стало только запутаннее, чем раньше.

Прежде чем я успела задать новые вопросы, леди Кара уже увлекла меня обратно вглубь замка.

– Так что, тебе нравится замок?»=

Я кивнула, всё ещё пытаясь разложить по полочкам её слова.

– А король? — улыбнулась она ослепительно, — Тебе нравится король?

Что, во имя Светлого, тут вообще происходит?!

Глава 15 — «Не» запретная комната

Как ни странно, дерзкая просьба леди Кары, чтобы мне понравился король, была ничто по сравнению с теми странностями, что начались потом.

Приглашения на завтрак, обед и ужин стали ещё регулярнее. В трапезной я проводила всё больше времени — король каждый раз хотел со мной говорить.

Леди Кара постоянно приходила ко мне: помогала с нарядом и причёской, чтобы я выглядела ещё красивее. И без конца расхваливала, какой король чудесный.

Куда всё это вело — я не понимала. Я просто продолжала делать записи, надеясь, что вскоре смогу соединить все точки, и в этом появится смысл.

В какой-то момент, видя, сколько заботы и широких жестов обрушились на меня, я записала теорию подруги моей сестры как один из возможных вариантов исхода всей этой странной ситуации.

В конце концов стало казаться, что он и правда хочет королеву и брак. Но одновременно было очевидно, что дело не в этом.

Так что же это тогда? Всё было до невозможности запутанно.

Король снова пригласил меня на ужин. И хотя аромат жареной птицы и соуса щедро политого на мягкой тушки был восхитителен, я была уже на грани, чтобы по-настоящему оценить вкус.

— В прошлый раз тебе, кажется, не очень понравилась курица, — сказал он. — Я велел приготовить другие виды птиц с другой заправкой. Надеюсь, на этот раз тебе придется по вкусу.

— Спасибо, Ваше Величество! Но мне кажется что вы зря старались.
— Почему?
— Ценить утонченные вкусы можно лишь тогда, когда ты их знаешь. А в нашей семье, как вы помните, деликатесы были не по карману.

По правде, я вообще не ощущала вкусы. Как тут насладится, когда в паре шагов от тебя сидит источник всех народных страхов?

Он был один большой знак вопроса, а неизвестность я ненавидела.

После множества совместных завтраков, обедов и ужинов мой страх постепенно поблек. Хотя он по-прежнему не снимал свою золотую маску, я всё ещё была почти уверена, что он — не человек.

— Твоё платье прекрасно, — его низкий голос прокатился через весь длинный стол и сжал мое сердце. — Ты делаешь его прекрасным.

Правда, за эту красоту приходилось расплачиваться: леди Кара снова прожужжала мне все уши о том, какой Король величественный и чудесный.

Ей это, кажется, никогда не надоедает.

— Благодарю, Ваше Величество. Вы и сами… привлекательны, — сказала я, решив, что без ответного комплимента это прозвучит однобоко и неловко.

Он тихо усмехнулся!
От его бархатного и приятного смеха я замерла пораженная тем, что он вообще на такое способен.

Постукивая пальцами по своей золотой маске, мужчина лениво произнес:
— Вы, должно быть, имеете в виду мою внутреннюю красоту. Вы ведь знаете такое выражение?
— Внутрен… красоту?
— Да.
— Знаю, Ваше Величество.

Он хмыкнул, и за столом на какое-то время воцарилась тишина.

— Что случилось с твоими прежними невестами? — вырвалось у меня раньше, чем я успела остановиться. — Ваше Величество, — поспешно добавила я.

— Ешь! — приказал он.

Холод от его приказа потревожил пламя на всех свечах в канделябрах.

— Мне нужно знать, что они сделали такого, чего мне нельзя делать! Моя теория: они провалили испытание и каким-то образом были стерты навсегда… или, может быть, прячутся…

— Перестань говорить и ешь!

— Я не хочу такой же участи! — отчаянно продолжила я, и голос дрогнул от страха. — Я не хочу исчезнуть так, чтобы обо мне больше никогда не слышали и не видели! Скажите, что мне делать?

— Вон отсюда! — он яростно ударил кулаком по столу. Ощущения безопасности, которое он пытался во мне вызвать всё это время, разлетелось на осколки, мгновенно сменившись страхом. — Сейчас же!

Я тут же вскочила, схватила свою книгу и выскочила.
Легко ли заблудиться в огромном замке ночью, когда коридоры освещены только свечами, а в голове паника и глаза полны слёз, потому что ты бежишь без оглядки?

Оказалось, да.

Я могла бы подтвердить это: поднялась и спустилась уже больше чем по трём длинным лестницам в поисках своей комнаты и сейчас была уверена — я заблудилась.

Заблудилась в замке!

Даже когда спустилась ниже, я услышала далёкое рычание дракона и тут же стремительно рванула обратно наверх.

Пару дней назад мне казалась заманчивой мысль столкнуться со драконом лицом к лицу. Теперь — нет.

Дальше я стала нажимать на дверные ручки — вдруг в каких-нибудь комнатах есть кто-нибудь, кто сможет мне помочь.

Я пару раз позвала на помощь, но мой голос только эхом возвращался ко мне.

Может быть, утром заметят моё отсутствие и найдут меня?
Слава Светлому, я успела поесть. И ещё один «слава Светлому — ни один из этих коридоров не считался запретным.

Значит, я вполне могу исследовать всё вокруг, пока меня не найдут. Надо было отвлечься от того, как Король ухитрился напугать меня до икоты.

Я нажала на первую ручку справа, вошла и огляделась.

На стенах висело множество больших рам. Старые портреты мальчишек, какой-то семьи и ещё много всего — повсюду.

Потом — следующая дверь. Там стеллаж за стеллажом полных книг. Пахло пылью и было душно. Видимо, библиотека.

Обидно, если весь замок выделил под библиотеку вот такую крошечную комнатку.

Третья комната оказалась самой чудесной. Там на искусно вырезанных статуях мерцали драгоценные камни.

Больше всего меня заворожил синий камень на столике слева от входа. Логично было бы уйти — место выглядело очень дорогим. Но я не устояла и потянулась к этому синему камню среди прочих.

Я подняла его. Вблизи синий цвет оказался таким живым что напомнил мне кое-что.

Мои глаза.

Казалось, когда я впервые его заметила, оттенок был другой. Вкрапления белого и красного падали внутри, словно снег.

Щёлкнул замок. Я поспешно вернула камень на место и спряталась за стеллажом.

С чего я вообще прячусь? Наверное, потому что где-то в глубине знала: мне нельзя тут быть.

Глава 16 — Письма от короля

Случилось ли той ночью что-нибудь странное?

Ну…даже не знаю.

Единственное что меня беспокоило это бормотание моей служанки.

— Ты ведь ничего не трогала, — шептала Ракель. — Королю об этом и не нужно знать. Н-никто не видел, никто не сможет сказать, что видел что-то подозрительное. Если он… ес-если он не спросит, вы не так скажете, это не будет ложью.

— Тише, Ракель! Твоё бесконечное бормотание пугает леди, — одёрнул её Колин, и впервые за всё время я была ему за это благодарна.

Добравшись до покоев короля, они пожелали мне спокойной ночи, и я закрыла дверь.
Заснула в страхе, что что-то может настигнуть меня во сне и убить.

Но проснулась с просто замечательным настроением! Видимо не по зубам я дракону! Какая же драматичная женщина моя служанка или, может, она и правда нестабильна? Или её травмировало что-то совсем не связанное со всей этой историей — иначе почему она ведёт себя так?

Бедная женщина. Я села на кровати, волосы растрепались. Пропустила пальцы по прядям и пожалела, что на ночь забыла их заплести.

Но сейчас меня куда больше тревожила Ракель. Придётся уговаривать Колина помочь ей прийти в себя.

Ей это действительно нужно, и наблюдать, как она мучается от своей травмы, — это очень грустно.

За окном послышались далёкое хлопанье крыльев. Подскочила с кровати, бросилась к окну и отдёрнула красную портьеру. Прищурилась — хотелось понять, угадала ли я. Было ещё очень рано, в воздухе пахло росой; щиплющие глаза лучи рассвета заставили меня пару раз моргнуть, прежде чем я привыкла к свету.

Губы сами приоткрылись от восхищения: над стенами замка, высоко, пролетал дракон, пока не исчез.

Как-то раз, разговаривая с одним из слуг неделю назад, я услышала, что за стенами — вовсе не лес, а деревни. Значит, замок стоит не в глухомани.

Стук в дверь оторвал от утреннего созерцания.

— Войдите, пожалуйста.

Я провела здесь столько времени, а ко всему этому так и не привыкла.

Дверь распахнулась, и страж вошёл, толкая тележку доверху гружённую книгами.
Он прикрыл за собой дверь и остановил тележку на почтительном расстоянии.

— От его величества, — произнёс он.

Дальше он что-то говорил, но я уже не слышала — слишком зачарованно смотрела на книги и даже не заметила, как он ушёл.

Я нехотя отошла от окна и подошла к тележке. Наверху, поверх стопки книг, лежал конверт — письмо от руки, с, пожалуй, самым красивым почерком из всех, что я когда-либо видела.

«Моей Невесте,

я заметил, что ты любишь книги, но, увы, не успел как следует разузнать, какие именно. Надеюсь, хотя бы одна из этих придётся тебе по душе и станет моим мирным даром для тебя.

Прошу простить мою несправедливую вспышку во время ужина. Я глубоко сожалею об этом. Я бы с удовольствием вручил тебе этот дар примирения лично: я и сам люблю книги и подбирал их для тебя собственноручно. Но королевства дела, украли у меня еще одну ночь, которую мы бы смогли провести вместе. Однако не позволяй этому поколебать твою уверенность в собственной значимости для меня — она больше, чем ты можешь вообразить.

Искренне твой,
Твой Драконий Король».

Я опустилась на край кровати, сжав письмо в руках. Я нахмурилось от недоумения. В этом замке вообще есть хоть один нормальный человек? То выгоняет меня в слепой ярости, то присылает подарки с посланием, в котором тонко намекает, что мы принадлежим друг другу.

Злая и растерянная, я бросила письмо на туалетный столик, отодвинула тележку и ушла в умывальную, решив, что к этим книгам даже не притронусь.

И как будто всего этого было мало — через несколько часов в мою дверь постучала леди Кара.

– Я слышала, что случилось», — леди Кара влетела ко мне в комнату, снова в одном из своих ослепительных алых платьев. Она вообще когда-нибудь устает от этого цвета?

К её глазам я уже привыкла, хотя они всё ещё умели притягивать и заставляли слушаться.

— Добрый день, леди…

— Я знаю, ты не виновата, — перебила она, взяла меня за руку и повела к кровати; стук её каблуков почти не слышался на красном ковре. — Вообще никто тут не виноват. С королём порой нелегко справляться.

Ну вот это уже совсем не похоже на её прошлую реакцию, когда король выгнал меня из обеденного зала. Снова и снова ловлю себя на мысли: есть ли в этом замке хоть один нормальный человек? И каков у них у всех скрытый умысел? Потому что он у них точно есть.

— Ты, наверное, думаешь, откуда я всё знаю? — леди Кара ослепительно улыбнулась. — Король рассказывает мне всё. Я его правая рука.

Она усадила меня к туалетному столику и принялась за привычный ритуал — приглаживать волосы, поправлять ленты и между делом расписывать, какой король великий и удивительный.

Я даже не стала задавать важные для меня вопросы. Если кто и умолчал бы о правде, так это она — правая рука всегда на стороне короля. Когда леди Кара закончила, я даже не взглянула в зеркало. Поднялась, буркнула «спасибо» и опустилась на край постели. Честное слово, я уже устала от всех в этом замке.

— Тебе что-нибудь нужно? Хочешь куда-нибудь? На рынок, к примеру? Или… — Она уже шла к двери и вдруг обернулась.

— Да. Чтобы я вышла. — я не удержалась.

— Моя милая Аделин, — мягко сказала она. — Ты здесь не пленница. Ты — Невеста. Это лучшее, что может быть, — и король хочет, чтобы ты это знала.

Она ушла, тихо прикрыв за собой дверь.

Взгляд снова скользнул к книжной тележке у кровати. Я подошла, провела ладонями по корешкам, вдохнула смешанный запах старой и новой бумаги.
Наконец выбрала том — «Сердце огня». На первой странице аккуратным карандашом была выведена знакомая по письму безупречная рука:

«“Сердце огня”? Должно быть, из-за твоего строптивого нрава».

Я невольно улыбнулась, но продолжила читать.

«Честно говоря, я надеялся, что ты начнёшь именно с этой книги. Я тоже её люблю и провёл всю ночь над страницами, оставляя пометки — тут и там. Давай читать вместе. Надеюсь, ты не против такого… спутника для чтения. Или спутника вообще».

Глава 17 — «Флирт на полях книги»

Уже несколько дней я не выпускала из рук «Сердце огня»: таскала книгу везде, засиживалась с ней и даже меньше доставала слуг бесконечными вопросами. Дело было не только в том, что роман оказался увлекательным. Между строками то и дело всплывали пометки короля.

Именно эти заметки цепляли меня сильнее сюжета.

Какие-то из них я горячо оспаривала, над какими-то смеялась, а с какими-то кивала и соглашалась — словно он сидел рядом, и мы читали вместе, переговариваясь между собой.

Ещё сильнее меня сбивало с толку то, что благодаря этим комментариям я будто начинала его узнавать. По обрывкам заметок я понемногу понимала, что ему нравится, чем он жил раньше, и совсем немного — что вызывает у него отвращение. Почти каждый комментарий заканчивался вопросом о моём мнении, и я отвечала прямо на полях. Так мы болтали дальше и дальше, как будто он и правда сидел передо мной.

Большую часть времени я как будто видела его рядом: слышала глубокий голос, чувствовала тепло его сильных рук.
Я была так близко к нему и не дрожала от страха. Закрывала глаза и отпускала себя. Улыбалась искренне чем моему бывшему жениху.

Я много раз одёргивала себя, пыталась перестать растворяться в этом ощущении, но момент был слишком сладок — я не могла не наслаждаться им.
К тому же, если бы я вынырнула из этого хрупкого счастья, снова скатилась бы в скуку и страх перед будущим.

Поэтому я просто читала.

— Ты не понимаешь, Есин. Я хочу летать, — говорилось в книге.
— Летать? И что это вообще значит?
— А ведь люди считаются такими… умными. Как жаль что это не так!

Глаза у меня зажглись: у слова «осведомлёнными» была приклеена маленькая сложенная вчетверо бумажка. Комментарий от него? Наконец-то!

Последняя его пометка попалась страниц пять назад — я уже успела соскучиться. Я развернула листок и прочитала, что он написал.

«Не согласен с Есин. Я считаю, люди достаточно умными.»

В том, как была написана эта пометка, было что-то такое, будто он сам к людям не относится. Словно он другой вид.

Я бы ещё обдумала эту мысль, если бы следующая запись не зацепила сильнее:

«Раскрою маленький секрет. Я не люблю летать…»

Но у него же есть дракон! И я не раз видела, как он поднимается на нём в небо.

«…Знаю, что ты сейчас подумала, но я просто терплю это. А ты любишь летать?»

Я захлопнула книгу и уставилась в потолок, где плясали тени свечей с длинного обеденного стола. Летать? Это чувство — когда тебя отрывает от земли, а тело обретает легкость. Я и сама не знала, понравилось бы мне это или нет. Я никогда этого не пробовала. Я снова раскрыла книгу и принялась читать дальше.

«Думаю, ты просто не знаешь.»

Я невольно улыбнулась. Как у него вообще получается всегда угадывать что у меня в голове?

«Как только вернусь в замок, обещаю прокатить тебя на моём Драконе. Для тебя, моя Невеста, — обещаю чудесные, незабываемые впечатления. Если, конечно, ты позволишь. Позволишь?»

Я так вскочила со стула, что тот грохнулся на пол. Прокатиться на драконе?! Да это же мечта! От шума ворвались стражники, ловко поставил стул на мест.

Эти стражи будто умели растворяться в тенях и возникать только тогда, когда сами решали, что нужны. Мне понадобилось время, чтобы привыкнуть: они здесь всегда. И они повсюду.

Я опустилась на стул, пытаясь утихомирить сердце. Снова раскрыла книгу — и поняла, что его комментарии на этом закончились. Хотелось читать дальше, но желудок громко возмутился.

Нехотя отложила книгу и сняла крышку с блюда. Пар успел превратиться в капли и стёк по внутренней стороне крышки.

Еда остыла.

— Если хотите другое… — начал один из стражей, но я быстро качнула головой.

Они уже спрятались в тени, и я их не видела, но ощущала, как внимательно отслеживают каждый мой шаг, выражение лица — лишь бы вовремя сделать то, что меня обрадует. Честно говоря, от этого было немного не по себе.

— Нет, спасибо, всё в порядке, — сказала я.

Я быстро доела.

Затем снова схватила книгу и почти бегом поднялась в покои Короля. Не терпелось устроиться на подушках, которые я всегда бросаю на пол, и продолжить чтение.

В прошлый раз это закончилось тем, что я проснулась с догоревшей свечой в подсвечнике, растрёпанными волосами (опять забыла их заплести) и книгой на лице.

Я утонула в мягких подушках и снова раскрыла страницы. Часы тянулись один за другим.

Солнце медленно поднималось, веки слипались.

Книга потихоньку выскользнула из моей руки, задев лампу; та перевернулась, масло пролилось на пол — и огонёк лизнул крошечный уголок ковра.

Пока огонь неторопливо расползался, а дым всё гуще стлался в воздухе, я всё глубже проваливалась в сон.

-----------

Дорогие мои читательницы, заходите в «Как отомстить дракону. Измена».
Лили возвращается домой — и застает Инара в объятиях его «официальной жены», а следом слышит унизительное предложение остаться рядом «первой» до рождения ребёнка. Если вам по душе истории о предательстве, женской силе и мести, от которой даже драконам жарко — открывайте книгу и проживите эту бурю вместе с героиней.

https://litnet.com/shrt/9wE-

Глава 18 Впервые вместе

Комнату поглотил огонь. Пламя — повсюду. Дым, густой, чёрный. Я захлебывалась им, судорожно потянулась к двери, пока не потряла сознания.

Всё это — и, возможно, хуже — стало бы итогом моего ночного чтения, если бы Колин не влетел как раз вовремя и не взял ситуацию под контроль.

Ракель носилась вокруг меня, осматривая ладони, ноги — меня всю — проверяя, цела ли я.

— Ожогов нет, ожогов нет, ожогов нет, — бормотала она.

— Со мной всё в порядке, — я дёрнула руку, не понимая, что вообще происходит.

Окончательно пришла в себя от ее слишком громкого осмотра.

— Вы оставили фонарь гореть всю ночь, миледи, — сказал Колин. — Видно, в лампе было слишком много масла, — пробормотал он.

Рывком вскочила масируя виски.

— О боги… что случилось?! — Везде был огонь, дым, я… — словапоморшилась от головной боли.

— Загорелся этот край ковра, миледи, — спокойно пояснил Колин. — Пожалуйста, будьте осторожнее. Если нужно, чтобы кто-то погасил лампу или свечу и проводил вас в постель, когда дочитаете, просто скажите. Мы сделаем.

— Но я читаю допоздна… вам придётся караулить до самой ночи. А то и до рассвета.

— Лучше так, чем быть мёртвой, — отрезал он.

Сердце екнуло от последних слов. Я перевела взгляд на Ракель: она всё ещё стояла на коленях, внимательно разглядывая обуглённое пятно и опять озираясь по сторонам. И тут мне стало гадко от мысли, насколько беспечной и эгоистичной я была.

— Прости… мне так жаль.

— Моя ле… что? Вы… жалеете? — Колин растерялся, спокойная маска сползла с лица. — Вам не за что извиняться, миледи. Вы не можете поступить дурно.

— Но я только что…

Я не успела договорить — и вдруг услышала то самое, чего, оказывается, тайком ждала последние дни.

Громкое хлопанье кожистых, огромных крыльев.

Он вернулся! Ковры быстро заменили, комнату привели в порядок — будто ничего и не случилось. Я тоже привела себя в чувство и переоделась.

В дверь постучали, и в комнату вошла леди Кара.

Она ослепительно мне улыбнулась, хлопнула в ладоши — и остальные слуги тут же растворились за дверью, оставив в комнате только Колина, Ракель и меня.

— Доброе утро, ле…

— Драконий король вернулся, — перебила Кара, беря меня за руку и подталкивая к туалетному столику. — Давай приведём тебя в порядок. Сегодня тебя ждёт сюрприз. Я же говорила: он рассказывает мне всё. — Она легонько ущипнула меня за щёку, как ребёнка. — Хочешь узнать, какой? — спросила она, собирая мои волосы в низкий пучок.

Смотря на ее ослепительную улыбку, я начинала тихо звереть.

— Я… – прикусила губу чтобы не спросит когда она наконец отстанет от меня?

— Его дракон! — Кара наклонилась к самому уху и быстро прошептала; её притягательные серебряные глаза в зеркале не отрывались от моих. — Он надеется, что ты захочешь полетать, — она на миг запнулась, а потом процедила через идеальные белые зубы: — Вместе с ним. — Ну, что скажешь?

— Про… причёску?

— Нет же, глупая, — усмехнулась Кара. — Про всё. Слово «всё» она произнесла так, будто имела в виду совсем другое.

— Великолепно.
— Конечно, великолепно! Наша маленькая, прекрасная Невеста, — она заправила мне прядь за ухом. Улыбка стала шире, она тихо рассмеялась: — Наслаждайся и чувствуй всё. Он того стоит, обещаю.

Едва Кара выскользнула за дверь и прикрыла её, как в неё отчаянно оттарабанили. Стражник объявил о прибытии короля. Я успела только выдохнуть «войдите», и он уже был в комнате.

— Здесь был пожар. Ты в порядке? — спросил он на ходу, быстро сокращая расстояние между нами.

— Я… всё в порядке, — выдохнула.

Я машинально отступила на шаг.

Видеть его рядом оказалось совсем не то, что читать его пометки в книге. Его присутствие напомнило, кем является на самом деле, и о силе, что его окутывает.

Он вообще человек? Книга и правда отвлекла меня от прежней паники — от вопросов «зачем я здесь» и «что значит быть его Невестой». Но стоило ему появиться — в маске, с короной, окутан в мантию власти, — как реальность ударила наотмашь.

Снова стало путано и немного страшно.

«Книжный король нравился мне больше. Там он жил в моих мыслях, мягкий и почти домашний. А вот сейчас — вот он, передо мной, слишком настоящий. И все мое нутро дрожало.

Мужчина, кажется, прочитал это по моему лицу — и сразу остановился.

— Как ты провела время в моё отсутствие, Аделин?
— Читала.

Он подошёл к кровати и поднял книгу, небрежно оставленную на покрывале.
— Понравилась?

Мой взгляд невольно скользнул по книге — потом по его мощной груди, и я тут же отвела глаза. Он спрашивал не просто о книге. О всём сразу — о её словах на полях тоже.

Именно эти заметки я полюбила больше всего: с ними казалось, что я узнаю его как друга, а не как короля, от одного присутствия которого у меня подкашивались колени.

Только вот «разговор», в который меня так ловко втянуло собственное воображение, был односторонним. На деле мы вовсе не общались. Между нами, по сути, ничего ещё не произошло. Мы по-прежнему оставались друг для друга незнакомцами.

Я промолчала.

— Знаю, ты растеряна и тебе трудно мне доверять. За мою резкость прежде — прошу прощения. Я не желаю причинять тебе лишнюю боль.

Тишина.

— Мы не с того начали, — сказал он тихо. — Мне горько думать, что у тебя сложилось неверное мнение обо мне.

Мы помолчали. Он изучающе смотрел на меня, будто ждал ответа, а я ёрзала под этим испытующим взглядом.

— У меня есть вопросы, Ваше Величество.
— Всему своё время, моя Невеста. — сделал шаг ближе, и на этот раз я не отступила. — Давай начнём заново. С самого начала. Отбрось слухи, что ты слышала… — его ладонь поднялась, осторожно заправила прядь за ухом; голос стал низким, ласкающими: — …и узнай меня. По-настоящему. А я — тебя.

Я моргнула и кивнула, подняла взгляд — и снова упёрлась в золотую маску. Эта маска всегда ставила меня в заведомо проигрышное положение. Попросить его снять её? Вдруг ответы окажутся прямо там. Но это показалось мне слишком дерзким для меня.

Глава 19. Этот зверь кусается

В отличие от прошлого раза, когда меня вели в подземелье за моим «подарком», теперь мы обошли половину замка и спустились к открытому полю.

Он шел за мной шаг в шаг. Я пыталась оглядываться или встать в ряд с ним, но кажется ему нравилось просто смотреть на меня. Вскоре я смирилась и вздернув подбородок ускорила шаг. Услышала смешок за плечом, но продолжила идти. Сердце превратилась в маленькую птичку и застряла где-то в горле. Почему-то именно сейчас мне захотелось ему понравится. Откинула длинную косу назад наслаждаясь моментом. Невольно сравнила наши отношения с Алесандром. С ним я должна была его завоевать. А тут я как будто впервые почувствовала что значит женщиной.

Наконец мы вышли на поле, где я была уверена, что увижу дракона. Но его не было.

В этот момент король коснулся маленького алого камня в перстне на среднем пальце левой руки. Виднелся только сам камень — остальное кольцо пряталось под чёрной кожаной перчаткой.

Камень светился, точно один из тех самоцветов в той самой «запретной» комнате. В кольце сверкнуло молния. Земля под ногами задрожала, и из приоткрытого разлома вырвался дракон, поднимая стену из пыли.

Король тихо рассмеялся и сделал шаг вперёд.

— Она терпеть не может, когда её будят во время «сна для красоты».

— Она? — уточнила я, держась на безопасной, как мне казалось, расстояний.

Раньше я даже не пыталась задумываться о поле дракона, но почему-то была уверена, что это самец.

— Да, её зовут Ирис, — он провёл ладонью по чешуе, и из груди драконицы прокатилось низкое рычание. — Когда-нибудь нам придётся найти ей пару — самца, чтобы она отложила яйцо.

Драконица снова рыкнула. Безопасно ли вообще стоять рядом с таким сварливым, огнедышащим, крылатым чудовищем?

Ирис сегодня явно не в духе. Кажется, злится ещё больше, чем в день Ритуала Выбора.

— Почему ты там стоишь? Подойди и оцени всю её красоту, — сказал король.
— Я? Пф-ф-ф! Мне и отсюда все видно! — дрожжи пальцами схватилась за косу.
— Только не говори, что боишься. Аделин, у тебя есть я. Я защищу тебя при любых обстоятельствах!

Он звучал так уверенно, но все равно от вида драконицы всё равно холод пробирался под кожей.

— Я лучше не буду рисковать. Кто знает что у женщины на уме, даже если она дракое?

— Мне больно слышать, что ты не доверяешь моей способности защитить тебя, Аделин! – не смотря на упрек я услышала смешок в его словах.

Я пожала плечами. И разве меня можно за это винить?

Драконица рокотала, и по размерам она запросто могла расплющить его одним-единственной лапы.

Удивительно, как король умудрялся оставаться таким спокойным рядом с этой машины для убийства.

— Не бойся. Дракон мой и полностью мне подчиняется, — сказал он и поднял левую руку, опуская её медленно, чтобы я увидела. В ту же секунду драконица резко склонила голову к земле, а когда он опустил ладонь — подняла обратно.

Контроль. Власть.

Мужчина подошёл ко мне, осторожно взял мою руку и положил на ее чешую.
Я вздрогнула, когда драконица глухо рыкнула. Как ошпаренная отшатнулась и буквально врезалась в его широкую грудь.

— Не бойся, моя Невеста. Я здесь. – прозвучало у самого ухо.

Я едва заметно кивнула. Почему-то его слова и правда успокоили.

Медленно подошла к драконице, обошла её кругом, приглядываясь, словно знакомясь заново. Зверь тоже опустил голову, изучая меня.

Я не могла отвести взгляд от этой величественной твари. Вблизи она казалась во много раз массивнее, чем издалека. Наконец я остановилась прямо перед ней. Драконица склонила голову и посмотрела мне в глаза.

И тут я увидела её взгляд — и ощутила, будто меня приковали к месту магией.

Ее глаза были прекрасны. Это чувство сбивает с толку.

Зрачки у неё — как длинные, тёмно-синие линии, а из них, будто молнии, расходятся алые прожилки по всему глазу. Драконица снова глухо зарычала, и вибрация прошла сквозь меня.

Эти цвета я уже где-то их видела… только не могу вспомнить где.

Где же это было? Где?

Вдруг драконица шагнула вперёд угрожающе рыча.

Я ещё не успела отступить, как король уже рывком спрятал меня за свою спину. Как он двигается так быстро? Неважно!

Рык усилился, зверь оскалил клыки.

Король поднял руку с перстнем — точно так же, как раньше, — и по камню на кольце пробежали вспышки, пляшущие, как молнии.

— Подчинись, — приказал он, опуская ладонь к земле, будто невидимая сила по его жесту давила драконице на голову.

Она сопротивлялась, мотала мордой из стороны в сторону, словно что-то невидимое тянуло её вниз с неумолимой тяжестью.

Наконец тяжело рухнула и уткнулась лбом в землю.
— Вернись, — прозвучал второй приказ.

А я могла думать только об ее глазах. Они волновали меня до дрожи — я где-то уже их видела.

И тут меня осенило. Камень! Тот самый, из запретной комнаты!

-------

Дорогие мои читательницы, заходите в «Верни моё сердце, ведьма!».
Брошенная невеста, сбежавшая от брака со стариком-садистом, случайно становится ведьмой на самой границе земель — и привлекает к себе злого инквизитора, который упорно требует вернуть ему сердце. Если вам близки истории про первую любовь, предательство и врага, к которому тянет сильнее, чем к спасению, — открывайте книгу и знакомьтесь с Тео и его ведьмой.
https://litnet.com/shrt/7pZ-

Глава 20 Служанка больна?

— Прошу простить Ирис за сегодняшнее поведение. Она не всегда такая», — повторил он в который раз, когда мы подошли к двери.

Я уже чувствовала себя намного лучше и улыбнулась ему.

— Возможно, она просто не привыкла к новым людям.

Он тихо хмыкнул, и из-за маски я снова не смогла понять, что именно это означало.

Я — первая Невеста, с которой он знакомит драконицу? Или я… какая по счёту? Сколько у него вообще было Невест раньше? Я быстро отогнала эти вопросы, вспомнив наше обещание — идти шаг за шагом.

Вместо этого я просто поблагодарила его за этот день. После истории с драконом король отвёл меня в дворцовый сад. Тот же сад, где проходил Ритуал Выбора, только теперь мы были одни и цель у встречи была совсем другая. Мы пообедали на аллее и просто болтали — о всяком, в основном о его пометках на полях книги.

Когда я уже собиралась войти в свои комнаты и попрощаться, заметила, как он медлит у двери, и подумала: может, он скучает по своим покоям?

— Я могу переселиться, если хотите вернуть себе комнаты.

Он покачал головой.

— Это самые защищённые покои в замке. Тебе лучше оставаться здесь. Так безопаснее.

— Мне кажется, я лишаю вас вашего места, — пробормотала я.

— Если я вернусь в свои покои, — спокойно ответил он, — я не собираюсь спать на полу. И не собираюсь позволять тебе спать где-то ещё.

Я подняла на него взгляд.
— Вы намекаете, что нам придётся делить одну постель, Ваше Величество?
Он снова заправил прядь моих волос за ухо.

— Именно.

Я сглотнула и упрямо смотрела куда угодно, только не на него.

Мужчина заговорил снова почти шёпотом. Хоть и не приблизился ни на шаг, я слышала каждое слово:
— Ты ещё не готова. Я знаю.

Он стоял шагах в двух от меня, но вдруг показалось, что слишком близко, и воздух вокруг стал обжигающим. Он тихо усмехнулся от чего у меня подпрыгнуло сердце в груди.

— Ох… уже и правда поздно, — выпалила я, будто только сейчас спохватилась. — Спокойной ночи, Ваше Величество!

Не дожидаясь ответа, я скользнула за дверь и повернула ключ. Снаружи послышался его мягкий смешок и удаляющиеся шаги. Что это сейчас было? И это точно тот самый Драконий Король, который явился на Ритуал Выбора каких-то три месяца назад?

Он казался другим после всего, что произошло всего минуту назад.
Или это я опять накручиваю себя — со мной такое случается.

Как и тогда, когда годами неправильно толковала поступки своей семьи. Ситуации вроде бы не похожи, но именно эта мысль первой ударила в голову. Я зажгла свечу — и едва не подпрыгнула: Ракель стояла рядом.

— Ты меня напугала!

Я прижала ладонь к катящемуся сердцу и поставила свечу на подсвечник.

— П-п-простите, м-миледи, но… — она внезапно перестала запинаться, стиснула моё лицо дрожащими ладонями. — Ты влюбляешься в него. Не будь дурой! Он в этом мастер. Они все в него влюблялись!

Я застыла, похолодев.

— Что? Что ты… — перевела дыхание и быстро, почти шёпотом добавила: — О чём ты говоришь?

Она задышала тяжело, глаза расширились от ужаса.
— Тебе нужно выяснить, что это.
— Что — «это»? — не сразу поняла я.

Ракель отпустила моё лицо и вдруг вцепилась себе в горло, хрипя, хватая воздух. Осела на пол, я опустилась рядом, уже готовая звать на помощь, как она резко вскочила — будто и не боролась секунду назад. Только грудь всё так же резко вздымалась, словно ей не хватало воздуха.

— Ты в порядке? — я тоже поднялась, сердце замерло. — Позвать кого-нибудь?..

— Твоё предназначение! — отрезала она. Я впервые услышала у Ракель такой жёсткий, властный голос. — Сосредоточься… н-на этом. О-он…

Голос снова сорвался на привычное дрожание — и тут в дверь яростно забарабанили. Я распахнула створки, и вошёл Колин, спокойно кивнув мне в приветствии. Ракель шумно втянула воздух и принялась шлёпать себя по щекам.

Колин плотно сжал губы — кажется, впервые я уловила в нём злость. Прекрасно. Сегодня вообще много всего случилось «впервые». Он подошёл к женщине, взял её за руку и повёл за собой. Она шагнула следом послушно, уставившись в пол.

— Она… что-то мне говорила, — напомнила я.

— Миледи, что бы она ни говорила, в этом нет смысла. Ракель больна.
— Какая у нее болезнь? — вырвалось у меня.
— Её серьёзно травмировали. Из-за этого она говорит странные вещи. Нам нужно идти: лекарь ждёт, ей пора принять снадобье.

И они ушли — вот так просто.

Едва успела устроиться в постели, как очутилась в другом месте. Это сон?

Я слышу негромкое перекатывание воды, лёгкий ветер шевелит мои кудри, а ступни уходят в холодный песок. Только тогда понимаю: это пляж. Ночь. Пустота. Сон? Похоже на то. И почему-то здесь кажется безопасно.

Я подхожу к воде, плескаю тёплой водой в лицо, пробую на губах соль. Почти по-настоящему. И до невозможности спокойно.

– Море тоже освобождает меня, — произнёс кто-то у меня за спиной. Я уже хотела обернуться, но глубокий голос вовремя предостерёг:
– Не смотри. Ты ещё не готова увидеть моё лицо.

Я медленно поднялась, не оборачиваясь.

— Кто ты?
— Я люблю плеск воды, шёпот волн и ночную тишину. Для меня они — как золото. Или, может быть, просто потому, что я знаю: мир спит, и на короткое время он весь принадлежит мне — без помех.

— Мир… спит?

Раньше я никогда так об этом не думала.

— Мы можем сделать это место нашим, — голос стал ближе; глубокий, уверенный. Мне стоило большого труда не обернуться. — Мы можем сделать любое место нашим, если ты позволишь.

По коже побежали мурашки — и тут я заметила, что на мне всего лишь лёгкая ночная рубашка. Это был сон. Я знала это наверняка — и всё же казалось, будто это нечто большее.

— Кто ты?
— Ты знаешь.
— Я не знаю, кто ты.
— Знаешь. Я тот, кем ты хочешь меня видеть. Ты так сильно хотела увидеть меня — вот почему я здесь.
— Я никого не хочу видеть так сильно.
— Хочешь. Просто подумай об этом.

Глава 21. Мой сон

За моей спиной шевелились ветви, и в темноте проступил смутный силуэт мужчины.

Я не успела рассмотреть его — сон пошёл рябью. Тупая боль впилась в виски, я рухнула вниз — и вместо мягкого холодного песка провалилась сквозь него в чёрную пустоту.

Я закричала от страха. Проснулась и сразу села. Грудь ходила ходуном, ночная рубашка прилипла к телу от пота. Боль всё ещё давила на виски.

— Всего лишь сон, — выдохнула я. — Не взаправду. Просто сон.

Я повторяла это снова и снова, прежде чем снова легла в постель, но так и не смогла заснуть. Мысли всё возвращались к кошмару. Тот мужчина сказал, что он — тот, кого я хочу увидеть. По кому я так сильно скучала, что могла бы вызвать его даже во сне?

Я когда-то где-то читала: если чего-то хочешь так сильно, то оно непременно придет во сне. Это мог быть Алисандр? Сердце кольнуло только от одного воспоминания о нём. Уже не так остро, как два месяца назад, но боль всё ещё жила где-то в глубине души.

А может, это была сестра?

Как бы я ни отвлекала себя делами, мне стоило огромных усилий вытеснить сестру из мыслей. Часть души всё ещё ныла и ненавидела ее, а часть — по привычке скучала по нее.

Я перебирала в голове всех, кого знала, но голос мужчины из сна не совпадал ни с одним.

А может… король? Стоило этой мысли возникнуть, как я тут же её отмела.

Ничего подобного я к королю не чувствовала! Для меня он всё ещё чужой, разве что друг.

— Глупости! Просто сон. Пустой сон! Я не жажду видеть никого настолько сильно! — почти вслух огрызнулась я на саму себя.

Проснувшись, я сразу принялась приводить себя в порядок. Не стала ждать обычного приглашения от короля — я знала, что он всё равно будет ждать.

В комнату влетела Кара.

— Этот дракон — сущий ужас! Ты как, в порядке после знакомства? — спросила она, и в её голосе я уловила лёгкий акцент, которого раньше не замечала.

Вот только из какой части королевства бывает такой выговор, я так и не поняла. На ней снова было её любимое — ослепительное, без рукавов, алое платье. Щёлканье каблуков глухо тону́ло в бордовом ковре. Я выдавила улыбку: если честно, мне уже осточертела эта утомительная рутина и ее непрошеное появления.

Как же хотелось, чтобы хоть кто-нибудь занял ее на целый день, — пусть хотя бы раз я передохнула от этой напористой «стилистки».

— Слышала, она вела себя мерзко по отношению к тебе. Бедная ты, — её длинные тонкие пальцы обхватили моё лицо, наклоняя мою голову то в одну, то в другую сторону.

— Всего лишь… чуть агрессивная, — ответила я, дёрнувшись от её прикосновений.

— О, сладкая, сладкая Аделин, — улыбнулась Кара и легонько щелкнула меня по носу, как ребёнка. — Всегда готова спасать честь всем и вся — даже если речь о драконе. О дышащим огнём чудовище, которое видит в тебе только возможный обед. Моё глупое хорошенькое дитя!
Почему она всё время говорит со мной как с идиоткой?

— Просто знай что король не позволит, чтобы с тобой что-то случилось. — её голос снова вспыхнул возбуждённой искрой. — Я слышала, как он тебя спас, и… вы проводите вместе так много времени! Он тебе уже нравится?

Я снова поёрзала на стуле.

— Ты мне не мать, — слова сорвались от кипящей злость в груди. Злости на мою настоящую мать и на то, что Кара, пусть и другими поступками, но чем-то её напоминала. — Почему ты всё время требуешь, чтобы я перед тобой отчитывалась?

Я успела поднять глаза как раз в тот миг, когда в серебряных глазах Кары мелькнула боль — и тут же исчезла.

— Ты думаешь, я лезу не в своё дело? Прости. В этом замке так пусто, — тихо сказала она. — Мне казалось, мы могли бы стать подругами. Я не пыталась заменить тебе мать, никогда бы так с тобой не поступила.

Я растерялась от её извинения. Особенно от последних слов — в них было что-то слишком личное. Будто Кара знала, какая моя мать на самом деле.

Я хотела что-то ответить, но от удивление проглотила язык.

— Вот это да… С твоими глазами творится что-то очень странное! — она быстро моргнуло и поспешно направилась к двери. — Нужно заняться ими. Боюсь, сегодня я ничем не помогу. Прости меня, Аделин. Я заглажу вину завтра.

Я не успела ничего ответить — Кара уже вышла. Даже не подумала, что мои слова её заденут. Совсем не думала! Может быть, Кара вовсе не та, за кого я её принимала?

Приглашения на завтрак, обед и ужин стали приходить всё реже — король был занят.

А странный незнакомец во сне больше ко мне не приходил. Я и вовсе о нём забыла, увлёкшись чтением своих книг.

Наконец-то я дочитала «Сердце огня». Потушила фонарь, растянулась на постели — и заснула.

И вдруг — пляж. Холодный песок просачивается между пальцами ног, солёный запах воды щекочет ноздри, над головой — небо, усыпанное звёздами, а прохладный ветер играет с моей шелковой ночнушкой до колен. Я снова в том странном сне?

За спиной зашуршали листья. Я уже оборачивалась, но знакомый голос прозвучал так близко, что я застыла.

— Я же просил тебя не смотреть. Зачем ты это сделала?

Мои любимые читатели, позвольте пригласить вас в историю
«Магнолия снежного волка».
https://litnet.com/shrt/Ljsx

​​​​​​​

Глава 22 — Отведи меня в Страну Снов

— Кто ты?
— Я уже говорил: я стану тем, кем ты хочешь меня видеть — тем единственным, кого ты больше всего жаждешь встретить.

Кого же я так стремлюсь увидеть, что даже зову во сне? И почему он прячет лицо? Неужели этот таинственный мужчина — Король?

— Вы… Его Величество? — подпрыгнула я от нетерпение.

Он тихо усмехнулся — я узнала этот смех сразу. Это король.
— Вот это да. Такое со мной ещё не случалось, — сказал он ровно.
— Значит, это и вправду вы? – у меня сердце пропустила удар пока ждала ответ.
— Я тот, как ты меня назовёшь.

Я дёрнулась, собираясь оглянуться, но жёсткий голос остановил:
— Не оборачивайся. Помнишь, чем в прошлый раз все закончилось?

— Если это и вправду вы, почему приходите ко мне только во сне? Почему не… — мысли путались, пока я пыталась не показать насколько я взволнована. — Я ничего не понимаю… – выдохнула.
— Я здесь потому, что ты этого захотела.
— Правда?
— Слишком много вопросов.

Он рядом, но прячется за оговорками, проверяя меня намёками о «ком-то другом» — как будто он ревнует? Я сознательно не называю его по титулу: здесь, во сне, он не Король, а мой тайный гость. Его голос эхом гуляет в моих снах, кажется что уже всегда его узнаю.

Вполне может быть, что это он. В последнее время Король пропадает по делам; мы уже целую вечность не ужинали вместе. Я знала, что скучаю, но не представляла, что до такой степени — чтобы звать его во сне.

— Давай просто поговорим, — сказал он. — Я тоже скучал. Здесь мы можем побыть вдвоём.

Луна отражалась в тёмной воде; пока мои ступни тонули в холодном, шершавом песке. Он скучал? Но почему тоже?! О, Светлый, он все знает…

— Игде мы? – сама не знаю зачем насупилась.
— В моем укрытие. Тот самый тихий кусочек мира, о котором ты мечтала.
— У него есть имя? — прошептала я, обняв себя за плечи, будто так можно спрятаться от наваждения. — Как называется это место?
— Ты знаешь, Аделин. — ответил он. — Теперь… просто дыши. Здесь для тебя безопасно.

Я кивнула быстро — больше чтобы не спорить, чем согласиться.

— От кого мы скрываемся?
— От мира. Помнишь? Мира, который сейчас спит, — его голос низко прошелестел у самого уха. Он стоял совсем рядом; ладонь зависла над моими плечами, тёплое дыхание коснулось щеки.

Я не ошиблась: он приближался всё ближе, пока расстояние между нами почти не растворилось.

Шершавые кончики его пальцев едва черкнули по моей ключице и медленно поползли вверх, к шее. Кожа отозвалась мурашками, и на миг мне захотелось запрокинуть голову, прижаться — но внутри туго стянуло, как от внезапного сквозняка. Страх поднялся волной.

— Что ты делаешь? — я резко шагнула назад, ловя воздух и выравнивая дыхание.
— Снова отстраняешься. Забавно, — он усмехнулся. — Тогда как ты хочешь провести время?

Я моргнула и уставилась в тёмную гладь океана.
— Скажи — и я исполню.

Мысль сама сорвалась с губ:
— Ты можешь перенести нас куда угодно?
— Нас, значит. Быстро учишься. Могу, — горячее дыхание мягко коснулось моей шеи, словно он втянул мой запах.

Этот сон выбивает почву из-под ног. Во мне проснулись желания, о которых я не подозревала. Он предстал иначе — и всё ощущается слишком реально.

— Радужный Источник, — прошептала я, заранее готовясь к разочарованию: я ведь знала о нём лишь из книг и не была уверена, что он вообще существует.

— Закрой глаза, — попросил мужчина.

Я послушалась.

Мгновение — и его спокойный голос вновь коснулся слуха:
— Открой глаза.

Я распахнула глаза — и сердце вспыхнуло восторгом. Совсем рядом переливалась огромная радуга, гул воды поглощал тишину, краски горели на чёрном небе. Ничего прекраснее я никогда не видела.
«Вот бы сейчас был бы день…» — успела подумать, и небо просветлело; тёплый свет залил всё вокруг, коснулся моего лица, и повсюду появились бабочки.

— Почему именно здесь? — его голос прозвучал за спиной, но будто ближе, чем раньше.
— Я и не знала, что это место реально, — прошептала я, всё ещё не веря глазам.
— Тогда как ты догадалась попросить именно об этом?
— Книги, — выпалила я, словно он мешал мне досмотреть чудо.
— Значит, читаешь?

Меня тянуло обернуться, но я удержалась и бросила в ответ:
— Ты и сам это знаешь. Это ты подарил мне книги, — запнулась и по привычке добавила: — Ваше Величество.
— Здесь не называй меня так.

Я нахмурилась:
— И как мне тогда тебя звать?
— А как ты хочешь меня звать? – в голосе короля проскользнула неприкрытая любопытство.
— Я…я не знаю.
— Подожду, пока придумаешь. – бархатный снег сжал мое сердце сильнее любого страха.
— Но у тебя ведь есть имя! Или нет?
— Всё не так просто моя любопытная невеста.
— Это связано с тем, почему я здесь? И почему я не вижу твоего лица?
— Вопросы, вопросы… ты никогда не устанешь их задавать, да?

Он мягко сжал мои ладони — и я, к собственному удивлению, прыснула тихим смешком. Забавно, но это успокаивало: быть далеко от дворца и всей той суматохи, что тянется за ним шлейфом. Домом это не назовёшь — мой единственный «дом» всегда пах адом, — но сейчас мне было по-настоящему хорошо. Я не знала, как назвать это чувство, просто знала: это — хорошо.

Я закрыла глаза, вдохнула солоноватый запах моря. Спокойствие.

— Нам пора, — его голос мягко выдернул меня из неги.
— Почему? — недовольно спросила я.
— Мир просыпается.
— И мне тоже пора?

Так не хотелось уходить.

— Да, — его дыхание едва коснулось моего уха. — Закрой глаза.

Я нехотя опустила веки — уже знала, что будет дальше.
— Когда я увижу твоё лицо?
— Скоро.
— Насколько скоро?

Ответа не последовало: сон поплыл и тихо растаял.

Глава 23. Магия разума

Неожиданно для меня Король позвал на завтрак. Служанка, как всегда, суетилась, приводя меня в порядок; Колин был невозмутим и собран, а леди Кара, так и не показалась. Не из-за того ли, что случилось в прошлый раз?

Я так привыкла к его маске, что она стала для меня настоящим лицом. Он поднялся из-за длинного стола, подошёл и, как обычно, сделал комплимент:
— Ты всегда делаешь любое платье красивым.
— А вы — свою маску, — ответила я.

Мужчина тихо рассмеялся, и этот звук сразу вернул меня к ночному сну.

Да, я скучала по нему. Сон лишь обнажил это — там я тоже просила показать лицо, потому что действительно хотела этого. Возможно, мой разум просто дорисовывал желаемое, пытаясь примирить меня с такой реальностью.

— Я велел подать несколько блюд из курицы и сделать их не слишком острыми, — сказал он.
Жаль. Я люблю поострее.

— Таким образом хочу загладить свою вину за отсутствие. Прости, я был очень занят.

— Знаю, ваше величество. Я постоянно слышу хлопанье крыльев вашего дракона над дворцом — и днём, и ночью. Вас почти не бывает, вы всё время заняты.

Он тихо хмыкнул и прошёл к своему месту по другую сторону стола.

— Соскучилась по мне, Аделин?

Соскучилась. Спорить с собой бессмысленно — я уже признала это. Скучала так сильно, что даже видела его во сне, но вслух этого не скажешь, поэтому просто поднесла кубок к губам и медленно отпила.

— Я тоже скучал. Очень. С каждым днём без твоего лица у меня будто каменеет сердце.

Сердце? Он сейчас сказал «сердце»?

— Попробуй курицу. Надеюсь, тебе понравится.

Мы едва начали есть, как в дверь постучали и вошла леди Кара. Она одарила меня ослепительной улыбкой — такой широкой, что у меня самой заныли щеки.

— Кажется, ты успела соскучиться по мне этим утром, дорогуша! Но были дела и пришлось сорваться среди ночи, — защебетала она. – Поэтому и не успела зайти к тебе.

У меня вырвалось беззвучное «о», и я поспешила сказать:
— Я думала, вы сердитесь на меня.

Король застыл с вилкой в руке, а леди Кара посмотрела так, будто я сморозила величайшую глупость.
— С чего бы мне сердиться на тебя?
— Из-за моих слов.
— Ты же моя дорогуша. Никогда, — пропела она.

Почему она всё время так со мной? Это её «дорогуша» резало слух.

Кара что-то шепнула Королю, он резко поднялся: «Нужно идти». Успела спросить, что случилось, — «не случится, если уйду сейчас», — и в тот же миг он оказался рядом, взял мою руку и… коснулся её губами.

Я онемела.

– Ирис бузит, надо приструнить, — бросил он буднично, обещал загладить вину и ушёл вместе с ней. Дверь захлопнулась, а я только тяжело выдохнула.

Быстро доела и ушла к себе: больше Короля я не увидела. Скучно бродить по дворцу, Ракель не показывается. Открыла мой «блокнот теорий» и поняла главное: ему нужна Королева, чтобы она его любила. Вспомнила наш поцелуй, отогнала эту мысль в страхе застрять в тех воспоминаниях.

Король действует осторожно. Долгие часы чтения всетаки вымотали и я опять оказалась в нашем сне.

— Куда леди желает отправиться сегодня? — знакомый голос струился по коже как капля горячей воды. Я невольно улыбнулась.

Я снова стояла на том самом пляже; он — за моей спиной, внимательный, готовый исполнить любое мое желание.

— Какое чудо ты хотела бы увидеть?

— Ты доверяешь мне? — его губы едва коснулись моего уха, и от голоса по коже побежали искры. Это было странно и в то же время успокаивало.
— Нет, — выдохнула я.

Он тихо рассмеялся — низко, хрипло; у меня свело живот.
— Научишься.

Его ладонь мягко сжала мои плечи; он наклонился ниже, и горячие губы скользнули по мочку уха. Я не понимала, что именно он со мной делает — и нравится ли мне это. Но сейчас это казалось допустимым; важен был только миг.

— Закрой глаза.

Это всего лишь сон: ничего настоящего, только мои желания. Здесь мне ничто не грозит. Король не сможет причинить мне вреда.

— Открой глаза.

Я послушалась — и обомлела. Передо мной раскинулись Семь Небес Эффидела. Ещё одно книжное чудо, в которое я никогда не верила. Внизу — вода, вдали — вершины гор, теряющиеся в семи разноцветных небесах.

— Где мы? Это внутри Солана? — выдохнула я.
— По ту сторону Великих Стен.

Я наморщила лоб. Если это за стенами, откуда он вообще знает что там? Я никогда не слышала, чтобы кто-то покидал Королевство. И не думала, что места из книг, «за стенами», существуют на самом деле. Что там, по правде? Звери? Люди, такие как мы? Или демоны?

— Откуда ты знаешь об этом месте?
— Когда летишь выше высоких и могучих стен, разве есть чудо, которого не увидишь?

Я невольно улыбнулась. Этого ответа было достаточно.

Я всегда мечтала увидеть мир — узнать, что там, за Великими Стенами, и своими глазами взглянуть на все чудеса из книг. Я сделала шаг вперёд… и только тогда поняла, что под ногой — пустота. Холод страха стиснул мою грудь: я сорвалась со склона. Чья-то сильная рука резко обвила меня, прижала к себе; лбом я стукнулась о его железную золотую маску.

Не больно.

Я часто задышала и, бросив взгляд вниз, увидела, как вода переливается разными цветами. Камень, ускользнувший из-под моей ступни, падал всё ниже, пока не исчез — и я так и не услышала, как он ударился о воду.

До дна было очень далеко. Если бы не он — я бы погибла.
А потом я спохватилась: это же сон. В снах вообще можно умереть? Проверять не хотелось.

Я плотнее прижалась к нему, осознав, какая пропасть была в шаге от меня.
— Я едва не…
— Не со мной. — спокойно перебил он. — Я всегда буду рядом, чтобы защищать тебя.

Я накрыла его ладонь на своём животе, будто впуская в себя это чувство защиты. Разум твердил: «Это сон, ты в безопасности — и с ним, и без него». Но недавний ужас был слишком настоящим. Как и то, что он удержал меня.

Я в безопасности. Здесь. С ним.

Глава 24

Я метнулась к зеркалу, сшибла пару флаконов. Моргнула, провела пальцами по волосам и уставилась на сорочку: всё тот же синий.
Но как такое возможно если это был просто сон? Хотелось поймать тот самый ответ который вертелся у меня в голове, но в дверь постучали.
— Леди Кара! — объявил страж.
Я поправила сорочку и открыла. Безукоризненная, как статуя самой себе, Кара улыбнулась и торжественно объявила:
— Выходим в город! Готовься!

Площадь кипела жизнью. Я с восторгом смотрела на гудящую толпу, на ряды с лавками, на товары. Торговцы спорили с покупателями. Голоса звенели и смешивались, дети бегали стайками, зазывалы надрывались, расхваливая товар.

Мы петляли по рядам, когда прямо перед нами выскочила местные циркачи — в пышных подпрыгивающих костюмах они делали сальто; следом шли певцы и барабанщики. Люди бросали дела, тянулись смотреть и кричали им «браво!».

Кара рывком оттащила меня в сторону, чтобы мы не попали в возбужденную толпу, и, не выпуская моей руки, повела следом на безопасном расстоянии.

Я счастливо улыбнулась. Наконец в моей жизни что-то происходит еще кроме замка и странных снов. Я как будто вырвалась из клетки и не могла надышаться свободой!
— Что происходит? — шепчу женщине.
— Сейчас начнут. Это стоит увидеть! Будет интересно. – отозвалась она, не сбавляя шага.

Мы протиснулись к самому центру площади: там как раз освободилось просторное для труппы. Зрители сомкнули круг; не знаю как, но Кара ловко протащила нас в первый ряд.
Подтянулись певцы — и представление началось.

Среди танцоров я заметила мужчину в алом до пола одеянии, в кожаных перчатках — и, главное, в золотой маске. Я узнала бы её из тысячи. Это был король, точнее изображали его.

Актер в маске танцевал как ветер. Это была история, рассказанная движениями. На площадку вышла женщина в длинном белом платье, и я сразу поняла что артисты показывают Ритуал Выбора.

Между зрителями прошёлся парень с раскрытым мешком — монеты звякали одна за другой. Добравшись до нас, он взглянул на леди Кару. Она едва заметно кивнула и, улыбнувшись, опустила в мешок золотой.

Парень вспыхнул радостью:
— Объявить, что вы пожертвовали больше всех, миледи?
— Не будем перебивать представление и портить момент, — подмигнула она.
— Как скажете. Примите нашу благодарность, — и двинулся дальше.

Толпа скандировала: «Благословения Королю! … Его Правой Руке! … Его Невесте!» — артисты поклонились, площадь разошлась.
— Это было великолепно, леди Кара, — выдохнула я.
— Просто Кара. Мы ведь друзья? — улыбнулась она.
Я кивнула, и мы двинулись дальше. По периметру площади стояли городские стражники, люди на ходу легко кланялись Каре — без страха.
— С чего им бояться? — удивилась она. — Я служу тому, кто не задумываясь отдаст за них жизнь.
До меня наконец дошло что король заботится о своих, поэтому любят и его, и тех, кто при нём.

Мысли вернулись к прошлой ночи: мог ли тот сон быть настоящим?

Я наконец решилась спросить об этом:
— Ты знаешь о Семи Небесах Эффидела?
Кара застыла, окинула меня острым взглядом:
— Откуда ты знаешь? Об этом мало кто слышал. Это — за Великими Стенами королевство! Поверь, врагу не пожелаешь туда попасть. Опасно. – на миг задумалась, а потом продолжила, – Королевская семья многими жизнями заплатила за строительство Стен, чтобы защитить нас от тварей. Стены держат нас в живых.

Я слушала и думала о другом: где теперь Королевская семья? Связано ли их исчезновение с Запертой комнатой? И не оберегают ли стены нас ещё и от чего-то другого?

— Откуда ты знаешь про это место?
— Я… читала о нём.
— А, наверное, в одной из книг, что подарил тебе король. Почти уверена, там было упоминание об этом.
— Да, да! — быстро закивала. Как сказать, что ещё и снилось? Решит, что я совсем сума сошла. — И в книгах из библиотеки моей деревни.
— Инайми?
— Да.
— Конечно, моя милая книжница. В книгах можно обо многом прочитать.

Мы прогуливались пока не не остановились у роскошной витрины.

– Ты не против если зайдем и посмотрим что сейчас в моде? – хитро спросила она.
Как ей сказать что я никогда не знала что в моде и тем более не заходила в такие помещения? Поживала губу, плюнула на скромность и первая шагнула внутрь.

Нас встретили слишком радушно. Похоже, дело в высоком положении леди Кары в королевстве. Ее все знали.

Платья я обычно шью сама, из старых занавесок и прочих обрезков. Всё остальное — изношенные вещи «сестренки». Единственное исключение когда-нибудь могло бы быть свадебное платье…

Я мотнула головой, отгоняя мысль. Не время.

Впервые в жизни мне собирались сшить новое платье. Совершенно не похоже на мою жизнь. У меня никогда не спрашивали что я хочу! Слова портнихи о фасонах, как и спокойный голос Кары, которая подносила ко мне то одно, то другое платье, растворялись где-то вдалеке.

Я слышала только материнский крик, свист плёток и собственние, срывающиеся болью вопли. И вот я уже снова там: в доме, её каблуки впиваются мне в бёдра, ремни секут кожу…

Будто всё началось снова. Я даже почувствовала запах крови — своей.
И вдруг сквозь этот кошмар прорезался чужой голос, всё громче, ближе, пока воспоминание не рассыпались как прошлогодний горох на заднем дворе.

— Ты в порядке, дорогуша!? Ты меня слышишь? — это была Кара.

Я пошатнулась, моргнула и огляделась.
— Я… я… — выдавила хрипло.

Стало жарко, лоб вспотел, дыхание сбилось — и тут я заметила, что вцепилась в платья мёртвой хваткой.

— Стакан воды! — коротко скомандовала она портнихе, забрала у меня платья и усадила на стул в примерочную.
Портниха метнулась и вернулась почти сразу, с водой. Я осушила его в три больших.
— Всё в порядке, ты в безопасности, — тихо сказала Кара.
— Как вы… поняли что я…Что… — голос сорвался.

Она подняла подол алого платья чуть выше бедра и показала то от чего я захотела расплакатся:

Глава 25. «Яд — но в хорошем смысле»

Из лавки одежды мы вышли лишь с одним платьем — шопинга мне не хотелось, Кара это поняла.

Следом был трактир. Мы взяли столик в углу и по кружке пива. Первый глоток обжёг горло, но Кара убедила меня что дальше будет лучше.

Голова быстро поплыла, накатило чувство всемогущества, хотя прошлое всё равно лезло в голову. Я встала Реалом и плясала, кажется, даже пела; толпа хлопала, Кара тоже. Потом были чьи-то руки, карета и моя комната.
— Спокойной ночи, — сказала леди Кара и ушла.

Я хихикнула весело. Даже не помню чтобы когда-то чувствовала себя так легко.

Но улыбка скоро сползла, перед глазами пронесся вереница колючих воспоминаний: Алисандр с моей сестрой, материнские побои ради «её» свадьбы, сам день свадьбы… и день, когда Король предложил их смерть «в подарок»

Может, Кара права — мы с ней не так уж различаемся.

Я закрыла глаза и провалилась в сон.

И опять попала в водоворот сновидения: тёмная вода, отражение ночного неба, я на холодном песке в красном платье, купленном сегодня. Звёзд нет, словно луна притаилась и наблюдает.

Кто-то лёг рядом — я знала кто, но не оглянулась. Невольно по щеке скатилась слеза.

— Ты когда-нибудь любил? — тихо спрашиваю, глядя вперед.

Мы молчали. Прибой бился о берег, вода где-то глубоко гудело, будто сам океан говорил с тысячами голосов сразу.

— Возможно. — наконец ответил он.

— А я — да. Влюблялась. И меня больно ранили.

Солёные слёзы жгли губы, а на языке стояла горечь, грудь стягивала тяжесть. Я была уверена, что если зажиму себя чем угодно, то удастся забыть, но я лишь спрятала боль: выстроила стену и так и не дала ране затянуться.

Мне нужно выговориться. Не понимая что делаю, я сбивчиво рассказываю все что со мной произошло.

Король молчал и слушал.

— Они причинили мне боль. Слишком много боли! И хоть я иногда думаю о мести — заставить их заплатить за всё, что сделали, — знаю что не смогу этого сделать.

Говорить становилось всё труднее — дыхания не хватало после столько рыданий и слов.

— У меня… н-нет на это сил. Я… я… не могу.

— Можешь! Закричи! Выпусти все эту мглу! Освободи себя от чужих поступков, за которых ты никогда не могла отвечать! — твердо взял меня за плечи и приказал.

От его близкого дыхания, волоски на виске зашевелились.

Я и правда хотела выть во всю глотку, но казалось, что так нельзя. Не прилично…

— Я потревожу людей. — выдохнула не в силах двигаться.

— Людей? Здесь никого. Только мы.

— А ты?

— Я — твоё безопасная гавань. Был и буду.

Этого хватило. Я закричала — громко, долго — пока не устала и всё снова не стихло, оставаясь лишь с далёким эхом моего крика.

Я почувствовала шершавость его кожаных перчаток, когда накрыл мою ладонь своей.

— Закрой глаза, Ади. – вроде бы простая просьба, но я чуть не вскрикнула услышав сколько в его голосе нежности.
— Не сейчас… Пожалуйста! Давай никуда не уйдем. Хочу просто побыть здесь.
— Доверься мне! Прошу. — прошептал у самого уха.

Холодок пробежал по коже. Я опустила веки и замерла.
— Открой глаза. – сказал спустя секунду король.

Я открыла — и ахнула. Над нами висела вода прозрачной дугой, словно потолок из моря. Плавали мерцающие, разноцветные рыбы, и губы сами растянулись в улыбке.

— Нравится? – приблизился и прикусил мочку уха.
— Очень… — кивнула я, чувствуя, как глаза снова наполняются слезами.
— Тогда почему ты опять плачешь?

В голосе короля была такая искренняя растерянность и тревога, что мне стало тепло и уютно в груди. Он переживает!
— Я просто… просто так счастлива! – прикусила губу чтобы не расплакаться как моя ненаглядная сестричка.
— Хм. Рад это слышать, — он ласково сжал мою руку. — Тебя называли Аделин потому что…?
— Да, — ответила я, заметив, что он не собирается договаривать. Раньше я упомянул об этом. — Для них я — яд. – в наших землях обитал очень ядовиты цветок под названием Адолла. Имеет черновато-синие лепестки, горький аромат, нежный вид и смертельный сок.
— Тогда не буду звать тебя так.
— Для тебя я тоже яд? — усмехнулась я, болезненно.
— Да, — у меня екнуло сердце, — Но хороший.
— Так вообще бывает — быть для кого-то хорошим ядом?
— Бывает.

Иногда этот мужчина из моих снов говорит самые странные вещи.

------

Друзья, в блоге горячие скидки на книги — экономьте до -50!

https://litnet.com/shrt/VPYL