Дамир. Под его контролем

Глава 1

Последние годы моей ненормально-нормальной жизни держатся на двух столпах: работать, чтобы помогать брату, и забываться в ежедневной рутине, чтобы не поехать кукухой.

Хотя одно от другого неотделимо.

Мне двадцать три, но ощущаю я себя гораздо старше. Одинокая. Вечно загруженная. Ни на свидание не сходить, ни по парку погулять.

Думала домашнее животное завести для разнообразия. Но с моим графиком мне светят разве что рыбки.

Мои будни это бесконечная череда часов за компьютером в офисе. Часы, которые оплачивают еду и крышу мне и моему брату.

Брат, кстати, старший. Но после смерти родителей он бросил работу в продажах и взялся за оставленный в наследство ресторан - единственное, что осталось от мамы и папы. А я, только закончив институт, принялась за работу.

Пускай меня и взяли только ассистентом менеджера, но зато из-за большой нагрузки вполне недурно платят. На самое необходимое нам хватает - это главное. А дальше, я верю, что брат сможет вытащить нас из долговой ямы.

Оказалось, что вместе с недвижимостью мы унаследовали шаткое финансовое состояние и кучу кредитов. Квартира, в которой мы провели детство, ушла за долги. Было трудно прощаться, но самое главное останется навсегда с нами - воспоминания.

Несмотря ни на что, я скучаю по своим родителям. Они подарили мне самые светлые воспоминания и мне безумно не хватает их поддержки сейчас.

Ну что-то я совсем раскисла.

Видимо первый за серый декабрь снег и предновогодняя суета за окном навевают ностальгические настроения.

Новый год уже через неделю, подарок брату все еще не куплен. Планировала сделать это сегодня после работы, но тот самый брат неожиданно попросил меня о помощи. Какой-то важный постоянный клиент решил устроить предновогоднюю игру в покер “со своими корешами”, как выразился брат по телефону, и забронировал весь ресторан.

Конечно, я не смогла отказать. Этот ресторан важен для меня не меньше, чем брату. А бронь целого зала с депозитом по двойной ставке поможет выйти в ноль в этом месяце.

Это будет первый успешный месяц, после того как брат закрыл все долги ресторана. Мы даже не надеялись, что так скоро сможем выбраться из минуса.

И вот я, в пятничный поздний вечер, в новогодней униформе снегурочки, стою за барной стойкой и нервно протираю бокалы для виски. На них уже давно нет воды, но я никак не могу остановиться.

Я сразу напряглась как только свора “корешей” завалилась в ресторан. Каждому лет тридцать пять, вроде одеты прилично, в костюмах все, с бородами черными аккуратными. Сразу видно в барбершоп нет-нет да и наведываются. Но впечатление производят такое, будто питбуля к грумеру отвели и тот ему розовый бантик сверху нацепил. Грумер питбулю, конечно. Хотя не удивлюсь, если наоборот.

Вроде симпатично, но животный страх внушают в два раза сильнее.

В довесок к громким разговорам, перекатывающимися под рубашками мышцами, эти питбули час назад моего брата уговорили сесть к ним за стол.

Со своего наблюдательного пункта мне не расслышать, что там происходить. Но увидеть я могу. И то, что я вижу мне не нравится: руки брата держат карты и переставляют фишки.

Он же совершенно играть не умеет. Куда поперся? Непонятно.

Ладно, обычно же не на настоящие деньги играют. Мы же не в казино. Все нормально будет.

Громкий удар по столу и бранный вскрик моего брата заставляют меня подпрыгнуть на месте. Гладкое стекло выскальзывает из пальцев и разбивается прямо в металлической раковине. Но мысли о стоимости бокала не появляются, потому что мой взгляд прикован к брату, который полулежит на столе и держится за голову, вцепившись пальцами в волосы.

Дыхание перехватывает. Нутром чую - что-то не так, но не вмешиваюсь, наблюдаю.

Свора, во главе с постоянным посетителем, раскатисто смеется и матерится так, что доносится до моих скатанных в трубочку ушей. А я пытаюсь дышать, считая до десяти, и уговариваю себя, что ничего страшного не могло случиться.

— Дамир Асланович, — не своим голосом умоляюще произносит брат, догоняя того самого клиента.

Дамир надевает пиджак, направляясь к выходу вслед за друзьями, но услышав голос брата, останавливается прямо напротив барной стойки и поворачивается к нему.

— Чего тебе, Илья? — без эмоционально спрашивает Дамир, прищурившись.

Его взгляд направлен не на меня, но даже мои ноги подкашиваются от волны властной самоуверенности. Такой человек наверняка с одного слова завершает переговоры в свою пользу. Не зря даже его друзья с уважением общались с ним за игрой.

Я-то подумала, что это кавказская традиция, может он старше их. А теперь понимаю, что все его существо заставляет тебя общаться с ним почтительно и никак по-иному.

— Дамир Асланович, я вас по-человечески прошу, — Илья нервно сжимает кулаки в такт моему пульсу, который начинает отбивать чечетку. — Давайте как-то решим эту проблему мирно.

Боже, что происходит?

— Илья, я не вижу никакой проблемы, — Дамир со спокойным хладнокровием поправляет манжеты пиджака. — Ты пытался отыграться и поиграл снова. Разве твое мужское слово ничего не значит?

— Значит, — взгляд Ильи хаотично мечется по всевозможным поверхностям, лишь бы не смотреть на Дамира. Последний же не сводит с него глаз.

— Так в чем тогда твоя проблема, Илья? — его голос режет бумагу без усилий.

— Это ресторан моих родителей, Дамир Асланович, вы же знаете, — в голосе Ильи улавливаются нотки поражения.

При чем тут ресторан?

— Знаю, — кивает Дамир. — Но ты проебал его. Прими свой проигрыш с достоинством…

Он не успевает закончить, потому что мои ватные ноги сами выносят меня из-за барной стойки. Кусочки пазла встают на свои места с бешеной скоростью.

— Простите, что? — я перевожу ошалевший взгляд с Ильи на Дамира. Меня окатывает липким ознобом.

Будто только вспомнив о моем существовании, Илья с ужасом смотрит на меня, но потом отмахивается:

ВИЗУАЛИЗАЦИЯ

А вот и визуализация наших красавчиков. Представляли ли вы героев именно так или по-другому?

“Обояшка” Дамир)

Новогодняя снегурочка Аня

Покерный профессионал Илья

Глава 2

Кажется в это мгновение мир останавливается. Сердце гулко колотится в груди, легкие сжимаются, а перед глазами мелькают черные точки.

Словно пребывая в густой, вязкой консистенции, Дамир медленно опирается спиной на барную стойку и спокойно наблюдает за нашими реакциями. Его взгляд-сканнер вгрызается в лицо Ильи, а затем и в мое. Его глаза в очередной раз скользят по мне с ног до головы и цепляется за губы.

Не знаю, что он смог увидеть, но ему явно это понравилось - уголок его рта слегка приподнимается вверх, но при этом выражение лица остается таким же холодным и железобетонным.

Выглядит устрашающе.

— Дамир Асланович, я не понимаю, — заикается посреди предложения Илья спустя минутную заминку. — Что вы имеете ввиду?

— Ты отдаешь мне свою сестру, а я тебе оставляю ресторан. Что тут непонятного? — разжевывает Дамир, словно буднично делит кусок хлеба.

Илья явно растерян. Он не в силах выдержать взгляд Дамира и отводит глаза в сторону.

А я никак не могу прийти в себя и понять логику. Как на чаше весов могу стоять я против ресторана? Бизнес, который может принести прибыль, и без пяти минут бывшая студентка.

Продать меня что ли собирается?

По вспотевшей шее пробегает озноб.

— Если вы собираетесь сдать меня в рабство, то знайте я девственница и много прибыли не принесу, — выпаливаю я.

Дамир приподнимает бровь. Он безмолвно выпрямляется, поправляет лацканы явно дорогого пиджака и, стуча дизайнерскими ботинками, направляется в сторону выхода.

— Мой юрист приедет завтра, — сухо сообщает он.

Голова окончательно плывет.

Ни родителей, ни ресторана. Мы окончательно остаемся без последней частички от мамы и папы. Что они сейчас о нас думают, глядя сверху? Два дурака просрали все что можно было.

— Дамир Асланович, — справившись со страхом подаю голос я, — я выплачу весь долг.

Не знаю, как решаюсь на эти слова. Ведь если он согласится, то я всю жизнь буду должна ему. Но я что-нибудь обязательно придумаю.

Дамир резко останавливается и поворачивается к нам. В его зрачках, клянусь, пылает огонь.

— Илья, ты долбоеб или притворяешься? — щурит глаза он.

Илья непонимающе трясет головой. Он оглядывается на меня, всем естеством прося поддержки.

А я что? Я сама не понимаю что происходит. Все что крутится в моей голове - спасти ресторан любой ценой. Мы не можем отдать последнее от родителей в руки этому бандиту.

— Дами… — не успевает начать Илья.

— Тут два варианта: ты либо совсем рамсы попутал, либо в башке винтики отсутствуют, — обрывает его Дамир.

Обстановка накаляется так, что кожей ощущаю жар.

Чего так взбеленился то? Я же сказала, что готова отдать ему все деньги.

— Дамир Асланович, — предпринимает очередную попытку Илья, прокашлявшись, — вы все слышали. Мы вернем вам все деньги, которые проиграли.

Невольно кошусь на Илью. Мы?

— Запомни раз и навсегда, — голос Дамира хлещет больнее чем кнут, — женщина никогда не должна возвращать долг за мужчину. Особенно за брата. Ты несешь ответственность за свои долги и за ее тоже. Смысл уловил или повторить более понятным языком?

Илья лишь быстро кивает головой, его кадык дергается, когда кулаки Дамира сжимаются до белых костяшек. А у меня отчего-то щемит сердце после его слов.

Дамир снова смотрит на меня. Что-то оценивает, обдумывает.

— Так, — он снова выуживает из кармана брюк телефон и что-то нажимает на нем, — не бздим. Хотите оставить ресторан? Значит слушайте меня внимательно.

Я подбираюсь, сжимая меховой подол юбки так, что трещат швы.

— Ты, — он кивает подбородком на Илью, — у тебя есть семь дней, чтобы отдать долг.

Выдыхаю одновременно с Ильей. Семь дней очень мало, но мы вдвоем что-нибудь придумаем.

— А ты, — Дамир смотрит на меня, — на это время будешь со мной.

Чего?

Теперь очередь моей брови ползти вверх.

— Зачем? — только и вылетает из меня.

— Будешь залогом.

— Каким образом?

— Простым.

— Нет, вы уж, пожалуйста, объясните. Вдруг в темницу увезете или еще куда. Я имею право знать.

— Если моя квартира это темница, то хули пусть будет так.

— Спать я с вами не собираюсь!

Дамир лишь ухмыляется. Его явно забавляет наш разговор. А меня безумно бесит его наглость.

— Собираешься, не собираешься - увидим. А сейчас руки в ноги и в машину.

— Ноги в руки, — скрещиваю руки на груди.

— Похуй.

Уши уже горят от его словечек.

— Ругаться некрасиво, вас в детстве не учили?

— Меня улица учила. Там кучеряво разговаривать не возбраняется, — Дамир подходит к двери и хватается за ручку. — Пошли давай.

— Я свободный человек и у меня есть выбор: идти с вами или нет, — возражаю я.

Дамир вновь поворачивается ко мне, царапая острым взглядом по моим губам.

— У тебя нет выбора и ты это знаешь, — осаждает он.

Сопротивляюсь этой мысли, но он прав. У меня нет выбора. Я никогда не прощу себе, если упущу шанс спасти ресторан родителей.

— У меня есть несколько условий, — выпрямляюсь я.

Илья хватает меня за руку. Не знаю для чего именно: умоляет помолчать или не уходить с Дамиром.

— Ох бля, интересно, — заинтригованно говорит Дамир и, продолжая держаться за ручку двери, смотрит на меня прищурившись.

Восприняв это как знак согласия, я начинаю проговаривать свои правила:

— Вы не будете ко мне приставать, всячески склонять к сексу и я смогу ездить на работу. Деньги, заработанные там, отдам в часть долга, думаю вас это более чем устроит.

Дамир карикатурно делает вид, что обдумывает, а потом снова возвращает свое лицо-кирпич.

— Срать мне с колокольни на твои условия, но кто кого склонять будет это мы еще посмотрим.

Его слова ставят меня в тупик, а щеки заливаются пунцовым цветом.

— То есть вы не собираетесь предоставлять мне никаких гарантий? — пытаюсь настоять на своем.

Глава 3

Машина у Дамира под стать хозяину: темная, массивная, без единой лишней детали. Такая не сигналит, не мигает фарами и не суетится. Она просто едет. И все вокруг уступают. За рулем такой машины не надо доказывать власть. Все и так ее чувствуют.

Я сажусь на пассажирское сиденье, стараясь не показать, как трясутся колени.

— Надень, — на ноги падает мое пальто. Я и не заметила, что забыла его.

Откуда Дамир знает?

Я поднимаю на него глаза, но в этот момент дверь закрывается глухо, словно ставят точку. И я четко понимаю — выхода у меня больше нет. Теперь вся надежда на Илью. Он справится, он точно не оставит меня. Мы слишком многое пережили вместе.

Через тонированное окно виден ресторан, но там тихо. Ни взволнованного силуэта, ничего. Будто он неживой.

Глубоко вдыхаю, нос щекочет аромат пряного мускуса.
В машине тепло, будто она все это время ждала хозяина, поэтому мне не холодно. Но пальто накидываю на плечи и смиренно жду своей участи.

Дамир усаживается на водительское сидение, кидает на меня взгляд и выжидательно удерживает его. Я не понимаю что происходит, что я должна сделать? Он глухо вздыхает, перекидывается через подлокотник.

Я замираю. Ощущаю его горячее дыхание на своей коже. По спине бегут мурашки. Зажмуриваюсь и поджимаю ноги, не выдерживая напряжения.

Щелчок. Ремень безопасности. Фиксация. Мужское тело покидает мое личное пространство и только после этого мне получается открыть глаза.

— Расслабься, я не кусаюсь, — скалится Дамир. — Пока что.

Он заводит двигатель и выезжает с парковки так спокойно, будто мы едем не в неизвестность, а домой после обычного ужина.

Молчим.

Я смотрю в окно. Город уже живет предновогодней истерикой: гирлянды, елки, суета, люди с пакетами и счастливыми лицами. У всех планы. У всех выбор.
Кроме меня.

Где я буду справлять Новый год? Надеюсь, уже с Ильей, а не в логове этого неандертальца.

— Не трясись, — бросает Дамир, не глядя.
— Я не трясусь, — отвечаю автоматически.
— Трясешься.

Сжимаю холодные пальцы на коленях сильнее. Ну конечно. Ему виднее.

— Куда мы едем? — спустя минуту спрашиваю я.
— Ко мне.
— Это я уже поняла. Я про адрес.
— Узнаешь, — сухо.

Раздражает до зубного скрежета. Он будто специально не дает никакой информации. Держит в подвешенном состоянии. Как будто это часть сделки.

— Телефон не отберете? — пробую надавить.
— Пока нет.
— А потом?
— Зависит от твоего поведения.

Фраза звучит спокойно, но меня передергивает.
Пока нет. Отлично.

— Я не ваша собственность, — говорю я, глядя прямо перед собой.
— Ошибаешься. Ты залог, — поправляет он. — А залог всегда становится собственностью.

— Временно, — шепчу, но он все равно слышит. И молчит.

Сердце снова начинает колотиться быстрее. Но я не даю ему этого заметить.

— Значит, вы мне не доверяете? — прочистив горло спрашиваю.
— Я никому не доверяю.

Он поворачивает руль, машина уходит в сторону от центра. Районы становятся тише, дома дороже, улицы шире. Никогда не была в этом районе. Будто в другой мир попала, где никто не знает о грязных ботинках, дороги очищают два раза в день, а снег определенного оттенка белого.

— Сразу обозначу, — решаю идти в лоб. — Я не буду с вами спать. Ни сегодня, ни завтра, ни вообще.
— Я уже сказал, — он мельком смотрит на меня, усмехается, — увидим.
— Это не обсуждается.
— Для тебя да. Для меня нет.

Сжимаю зубы.
Ненавижу таких. Уверенных, спокойных, уверенных в своей безнаказанности.

— Вы привыкли, что вам не отказывают?
— Я привык, что женщины знают, когда стоит замолчать.

Мы снова замолкаем.

Чем ближе мы подъезжаем, тем сильнее сжимается внутри. Высотка с закрытой территорией. Охрана. Подземный паркинг.

Темница, значит.

Он глушит двигатель и поворачивается ко мне всем корпусом. Впервые за поездку смотрит прямо. Долго. Внимательно. Так, что хочется отвернуться, но я не делаю этого.

— Слушай меня внимательно, Анна, — говорит он тихо. — Эти семь дней ты живешь по моим правилам. Я не трогаю тебя без твоего согласия. Пока.
— Пока?
— Пока ты не начнешь провоцировать.

— Я не собираюсь вас провоцировать.

Он ничего не отвечает, лишь усмехается и выходит из машины. Обходит ее и открывает мне дверь. Жест вежливый, почти заботливый (если этот человек вообще знает, что такое забота). От этого только хуже.

— И еще, — добавляет он, когда я выбираюсь наружу. — Если твой брат не успеет, ресторан останется у меня.
— А я?
— А ты… — он чуть наклоняется ближе, понижая голос, — будешь мне должна гораздо больше, чем думаешь.

Вот теперь становится по-настоящему холодно.

Я поднимаю голову, смотрю ему прямо в глаза и улыбаюсь криво, зло.

— Тогда вам стоит быть осторожнее, Дамир Асланович.
— Это почему?
— Потому что я умею быть очень неудобной гарантией.

В его глазах мелькает что-то новое.
Интерес.

И это моя первая маленькая победа.

Дорогие читатели, поздравляю вас с Наступающим Новым годом! В качестве подарка новые главы будут выходить каждый день в течении новогодних каникул! (Воскресенье — выходной). Пусть в вашем доме будет только счастье! Желаю крепкого здоровья вам и всей семье!

Также хочу пригласить вас в книгу нашего литмоба:

Надежда Новикова "Отпусти, не ищи меня" https://litnet.com/shrt/Ytnt

Если бы Осман хотел, если бы он любил, он бы смог защитить меня. А он согласился на другую. Бегство – мой единственный шанс.