Дар беглянки

Глава 1. Побег.

Смотрю на город и стараюсь не показывать своего отвращения — грязный, вонючий, нет канализации и все отходы выливают в канаву. Хорошо, если в канаву, а не под ноги прохожим, а порой и на голову. Омерзительно! У сестры этого тела сегодня посвящение в лучницы. Элита города и королевства.

— Ты не рада за меня? – спрашивает сводная сестра, принцесса по рождению.

— Неоднозначное ощущение, — говорю ей честно – Мне сложно в полной мере радоваться, когда понимаю, что тебе придется стрелять в кого-то живого. Пусть ты и не знаешь, кто погибнет, менее мерзко от этого не становится.

— Тебе то, что переживать, сестра. Погибнет кто-то из черни. Для них это за счастье.

Внутри все содрогается от ее слов. Так, легко относиться к смерти своих подданных. Знать, что собственноручно убьешь сегодня кого-то, мерзко.

— Тем более смертники получают специальный жетон и могут успеть попрощаться с семьей. А кто-то под наше посвящение избавляется от балласта.

— От балласта говоришь.

Говорю тихо и смотрю на металлическую монету в руке, сегодня утром мне ее лично вручил отец. Значит, от меня хотят избавиться. Он вручил эту монету и приказал сопроводить сестру на площадь, поддержать ее. Хорошо, что успела зайти к матери, она, увидев монету, испугалась. Хорошо хоть, успела подсказать как выжить и отвести от себя беду. А то одной монеткой наудачу тут не спастись. Просто так выкинуть данное клеймо нельзя, его можно только отдать кому-то. Мать подсказала сделать подмену из глины и моей крови.

— Сестра, — зову негромко, Мила оборачивается на меня – Я дальше не пойду, мне отсюда будет лучше видно и тебя, и как ты стреляешь.

— Хорошо, сестра. После увидимся, поздравишь меня.

— Обязательно сестра.

Хм, видимо, она не знает, что должна убить меня или тут, как жребий упадет? Пока сестра уходит, я стаскиваю у беспризорника шапку. Ребёнку лет пять — его и еще других сирот привели на этот «праздник» из приюта. Боюсь, они сегодня погибнут. Мальчишка сразу пытался возмутиться, я кинула ему медную монетку. Поймал на лету и поклонился. А я, отойдя в сторону, к мосту, где людей почти нет. Достала кусочек глины, что дала мама, и слепила из него чашу, внутрь положила монетку и маленьким ножиком вскрыла вену на запястье, налила полную чашу крови. Заклинанием затворила кровь, а чашу накрыла другим кусочком глины. Действовала осторожно, чтобы не пролить кровь раньше времени. После это импровизированное сердце положила в шапку беспризорника и подвесила на краю моста, возле которого стояла.

Речка тут очень условная и грязная. Насколько невежественны люди этого королевства, поражаюсь постоянно. Я в Алихандии всего неделю, точнее в этом теле, и никак не могу привыкнуть. Ведь до этого я жила в магической стране — королевстве Гритония, и там было чисто везде. Настолько чисто, что было слышно запахи цветов с клумб! Мотнула головой, не время вспоминать прошлое. Заметила, что беспризорников оставили за мостом в конце площади. И тот мальчишка, у которого я забрала шапку, отдал здоровяку монетку-клеймо. А здоровяк вручил ему конфету! Бедные дети!

Послышалось звучание труб и на сцене что-то объявили. Видимо о начале посвящения детей благородных лордов. Слышу обрывки доносящихся фраз: «их стрелы будут разить, не зная промаха. И сейчас нам это продемонстрируют. Ведь жертвы были выбраны заранее и другим нечего бояться». Глашатый не говорит по какому принципу их выбрали. Но видимо местный люд что-то знает и озирается. Послышался свист, я отошла в сторону и постаралась осторожно уйти прочь. Стрела попала в мою обманку. А потом я заметила, как упал мальчишка что купил монетку клеймо. Мальчишка, что продал быстро сложил причину и следствие и дал деру с площади. А вот другие беспризорники упали мёртвыми. У каждого в груди была стрела.

Народ загудел, никто не смел возмущаться. Кто-то решил, что представление закончено и можно расходиться. Я ушла к магазину, которым владеет матушка, возле него меня окликнул здоровяк. Но не успела я что-то ему сказать в него попала стрела и он упал к моим ногам уже мёртвыми. Я вздрогнула и едва не осенила себя обережным кругом. Вовремя спохватилась. Послышался звук труб, объявляющих об окончании посвящения. Я сразу рванула в замок к матери. Она просила прийти к ней если я выживу. Успела вовремя.

Матушка обняла и протянула мне сумку.

— Тут два твоих платья, сменное белье и немного денег. Еще положила документы твои и сверток, который отдашь Ливсам. Марийка знает, что там. Я ей говорила пару лет назад, что такое может случиться. Оба магазина теперь будут их.

— А ты?

— Меня Арон не отпустит и скорей всего сегодня убьет. Он быстро поймёт, почему ты выжила. Потому, используй дар и уходи к магазину и используя дар переносись за город. Пешком сама не иди, только, используя дар, перемещайся. Иначе отец тебя поймает и просто свернет шею. Иди к моему брату и расскажи, что я погибла, а ты чудом выжила. Но он и так поймет, что я мертва. Все иди дитя.

Обняла на прощание матушку и перешла к магазину. Стоило зайти сразу встретила женщину с мужем. Он высокий, крепкий мужчина, немного полноватый, Марийка тоже крепкая женщина с добрым лицом.

— Матушка передала вам сверток, говорила вы знаете, что в нем.

Отдала конверт с документами и письмом. Марийка сразу вскрыла и стала проверять. Заметила, что она уже читает письмо, а ее муж Седрик смотрит документы. Их дочка вынесла свежую выпечку.

— Даша, мне пирог с собой положи.

Она кивнула и завернула в тряпицу свежий пирог с картофелем. Я отдала ей деньги.

— Не стоит, - замахала девушка.

— Стоит, я уважаю твой труд. Тем более оба магазина теперь ваши.

— Это что мы последние пару лет зря деньги ей платили? – прогудел Седрик.

— Нет, - шикнула на него женщина и поставила свою подпись в документах – Госпожа говорила, что не знает точно когда она передаст нам свои магазины. Потому захлопни рот и поблагодари госпожу за щедрость!

Глава 2. Передышка.

Стража переглянулась и одела специальные рукавицы, а потом поймали обезумевшую служанку.

— Линда, ты цела?

— Да, - сказала с облегчением – Я могу уже открыть?

— Уже безопасно.

Дядя внимательно осмотрел меня и показал на модистку. Что ждала меня в спальне. А потом осторожно передал мягкий маленький мешочек телесного цвета.

— Зайди и одень его на монетку.

Кивнула и юркнула в ванну. Одела мешочек на монетку и завязала. Было ощущение словно ткань ожила и плотно покрыла монетку и теперь чтобы ее снять нужно вспороть. Но при этом я ощущаю действие монетки. Вышла из ванны. Дядя уже ушел, а модистка была с помощницами. Они ловко разобрали мои волосы и высушили их артефактом и заплели в простую косу. После сняли с меня халат и помогли примерить нижнюю сорочку и подали панталоны. Одежда оказалась немного великовата. Мне дали померять другую нижнюю сорочку, она села идеально. И была такой приятной и нежной на ощупь.

Я заметила, как женщины с грустью смотрят на меня, и сама по новой посмотрела на себя в зеркало. Слишком худая, словно всю жизнь недоедала. А потом воспоминание моей предшественницы – едой их с матерью никогда не баловали. И порой кормили хуже, чем слуг. А те деньги что матушка зарабатывала шли на образование полностью.

Платья мне немного подогнали, оставив немного свободными. Модистка шепнула что кормить меня теперь будут нормально и мясо на костях хоть нарастет, а там может и формам будет из чего сформироваться.

Как раз с платьями мы разобрались к обеду. Мне принесли в гостиную небольшой стол на двоих, два стула, все гармонично стало недалеко от окна. И потом слуги принесли обед. Это был какой-то суп пюре, запеченные овощи, мясо и свежий хлеб. Хорошо, что меня оставили одну. Потому что вид еды вызвал слезы, и я с трудом смогла взять себя руки чтобы не рыдать. Я прожила в этом теле неделю и уже истосковалась по нормальной еде. Но это тело не привыкло к такому количеству еды, потом пришлось есть осторожно и растянуть прием пищи почти на час. Но я съела все! И это было божественно вкусно.

Сложно сказать который час и когда удастся поговорить с дядей Брандоном. И чем сейчас занять себя, тоже не понятно. Но дядя словно ощутив, что я затосковала прислал за мной слугу.

— Господин поспросил меня прогуляться с вами по саду. А перед этим показать замок. Я покажу вам картинную галерею, в ней вы сможете увидеть портреты предков.

— Благодарю, - сказала негромко.

Пока молодой слуга это говорил служанка убрала посуду после обеда. Когда вышли из комнат он сказал:

— Осмотритесь и приметьте что-то чтобы вы запомнили, где ваши комнаты.

Чуть скованно улыбнулась. Осмотрелась. Рядом были картины с охотой и приметная ваза. Будем надеяться, что я запомню.

— Как я могу к вам обращаться?

У слуги так глаза увеличились.

— Что вы госпожа, к слугам на ты и по имени. Я Стивен госпожа.

— Линда.

Он просто кивнул. Шли неспеша я могла спокойно вертеть головой и рассматривать дворец. Он уютный, обставлен со вкусом. И не похож на ту каменную коробку, что у родного отца. Там ни красоты, ни уюта.

— А кто занимался убранством дворца?

— Большая заслуга вашей бабушки, - сказал гордо Стивен – Королева мать будет рада вас увидеть. Понимает, что сейчас вам нужно привыкнуть к обстановке, и так вы преодолели большой путь. Потом эта полоумная напала на вас.

— С ней все будет хорошо?

— Да. Посидит недельку в темнице, над ней обряд проведут и изгонят беса.

— Прости за вопрос, а дедушка?

— Старый король жив, просто это не афишируется.

Кивнула. Это настолько не афишируется, что я прошлая об этом не знала.

— А дядя женился?

— Нет, но поклонниц у короля много, но пока никто не приглянулся. Даже фаворитки нет!

В картинной галерее были недолго. Голова шла кругом от обилия информации. Но нужно отдать должное мое образование, той меня прошлой не прошло даром. Я видела все эти портреты в книгах по геральдике королевской семьи. После галереи неспеша дошли до выхода из дворца.

В первое мгновение было страшно, но видя чистоту и красоту вокруг внутренний узел расслабился. Я дома, это странно, замок отца даже моя предшественница не могла назвать домом. Прошли мимо фонтана, на котором еще недавно сидела и пошли в сад. Множество запахов, красивых цветов – наслаждение для глаз и души. Почему у отца рядом ничего подобного нет?! В небе громыхнуло, Стивен тяжело вздохнул:

— Новый садовник никак не совладает со стихией для полива сада. Есть риск что мы промокнем до нитки.

Стоило упасть первой капле, я схватила Стивена за локоть и переместила нас к моей комнате. Он смотрел на меня широко раскрытыми глазами.

— У вас дар вашей матушки! – сказал он едва слышно, шокировано и не веря, что-только произошло.

— Может еще по замку пройдемся. И теперь я точно найду свои комнаты.

— Это точно, - улыбаясь сказала слуга.

Мы неспеша прошлись по этажам, мне показали, где происходит общий прием пищи. Любимая гостиная бабушки, кабинет дедушки и приемная дяди. Аристократы смотрели на меня с любопытством, но пока никто ко мне не подходил и не общался. И хорошо! О чем мне с ними общаться?

Дошли даже до библиотеки и погуляли по ней. И уже в ней нас нашел другой слуга. Пора было идти на общий ужин. Руки дрогнули, сама сжалась непроизвольно. Стивен заметил мою реакцию, но никак не комментировал. А я стала анализировать откуда это? Это явно ощущения моей предшественницы. И одно событие всплыло в памяти. Ее отец один раз привел на общий ужин, и она стояла смотрела как он с женой, дочкой и знатью ели, а девочка стояла смотрела. Ей как собаке кидали объедки. И потом следующие дни слугам запретили кормить. Мать тогда чудом достала ребенку еды. А все из-за того, что она посмела назвать короля «папа». Больше она такой ошибки не позволяла.

Пока дошли до общей столовой смогла взять себя в руки и уже не дрожала. Я твердила себе как мантру: «Я дома, я в безопасности».

Глава 3. Первый курс.

Дни потекли размерено. Утром тренировки с капралом. С ним же я оттачивала владение своим даром. Я не ощущала какого-то напряжения, когда перемещала не только себя, а еще десяток или сотню людей. Количество мы увеличивали постепенно, Торин боялся, что я перенапрягусь. Но я ему честно говорила если чувствовала усталость. И пока она была только от физических нагрузок и танцев.

Так за полтора месяца мы увеличили число перемещаемых до нескольких тысяч. Дядя с дедушкой наблюдали за этим с доброй улыбкой. Я бы, наверное, должна думать, что меня используют. Но дяде и дедушке я доверяю в разы больше, чем родному отцу, которых хотел меня убить, считая, что я бездарность.

А один раз я стала невольной свидетельницей переговоров дяди с отцом. Он заметил меня и жестом показал, чтобы зашла к нему в кабинет и тихо села в кресло.

— И после всех расшаркиваний может скажешь зачем ты со мной связался? – жестко спросил дядя.

— Верни мою дочь.

— Дочь? – спросил иронично дядя – Твоя дочь дома.

— Ты прекрасно меня понял, верни Линду!

— Зачем? Чтобы ты ее все же убил, как убил ее мать?!

— Что? От куда? Не важно! Верни мою дочь.

— А ты ее признал? Нет. Для тебя она какое-то недоразумение, которое не стоит чтобы о ней заботились.

— Я не знал, что у нее открылся дар. Гвендолен скрыла от меня ее дары.

— По твоей логике детей стоит любить только за их таланты, которые можно использовать?

— А зачем они еще нужны, - фыркнул отец – Я уже подготовил указ, по которому признаю Линду своей дочерью.

— Поздно, - сказал дядя жестко. – Она к тебе не вернется. Не после того, что она там пережила и что ты сделал с ее матерью. Я благодарю судьбу что твоя жена не родила тебе больше ни одного ребенка. И сожалею что пришлось именно ей расплачиваться за твою подлость.

— От куда ты все знаешь?!

— Потому что я ему рассказала, - сказала так чтобы отец меня услышала – Я видела, как ты убил маму и слышала твой приказ отдать ее тело свиньям. Я видела, как умерла твоя жена и что Мила тебе сказала.

— Милая вернись домой, — попытался он сказать ласково — Иначе кое-кто пострадает.

— Только твоя гордость, — сказала колко – Меня ничего не держит там.

— Даже те простолюдины, которым твоя мать отдала магазины. Я же их убью.

— Я знаю. Они это тоже знают. Даже Милания знает, что ты можешь легко ее убить.

— Если не вернешься я испорчу твою жизнь. То, как ты жила у меня тебе покажется раем.

— Пф, папа, ты себе льстишь. Ты не представляешь в каких условиях нам с мамой пришлось жить. Сам поживи в них, и попробуй не сдохнуть. Хотя если помрешь в канаве никто о тебе скучать не будет.

Дядя разорвал сеанс связи по артефакту связи.

— Чувствую первый раз ты так высказалась, - сказано было с каким-то уважением.

— Давно мечтала все высказать. Я его ненавижу, - сказала, стирая слезы – Это плохо?

— Нет. Ты имеешь право не только не любить его, но и ненавидь.

Дядя меня обнял и я в его объятьях чувствовала себя защищенной.

— Не знаю доходили ли тебе новости пока ты жила у отца, но я собираюсь расширять наши владения. Пока за счет мирного поглощения, если получиться. И да, признаю, твои способности нам очень помогут.

— Но войско — это не тысяча человек, - сказала хмуро.

— Да. Потому твои тренировки продолжатся. Я не говорю, что это случиться в ближайшие пару месяцев. Может через полгода или год. А еще тебе скоро поступать в академию. И должен с тобой поговорить по поводу академии. Те, кто тут живут, знают один секрет хорошей подготовки наших студентов.

Дядя сделал паузу. Посмотрел, что внимательно слушаю сказал:

— Обучение в академии для всех длиться год. А внутри академии проходит десять лет. Но при этом студенты на старятся и не меняются так если бы для них прошло десять лет в обычной жизни.

— Удобно.

— Да. И за это время получается хорошо подготовить студентов по выбранным специальностям. А некоторых и даже по нескольким.

— А я по какой специальности буду там учиться?

— Военная подготовка — это основной курс. И чуть расширено целительство и артефакторику. Не бойся, ты успеешь не только восстановиться, а даже окрепнуть. И там помогут отточить твои способности до идеально владения. Возможно, там ты встретишь возлюбленного.

— А мне хватит знаний и физических способностей для поступления? – занервничала я.

— Хватит. Для тебя экзамены больше будут номинальные и за одно чтобы проверить что ты знаешь. И даже речи не идет что тебя не примут.

Кивнула. Десять лет – сложно представить себе это.

— Сложно поверить? – спросил дядя, кивнула – Да, это будет непросто для осознания. У тебя будет проходить десять дней, а тут один день. Общаться мы сможем по артефакту. Но предупрежу заранее – не злись на нас. Все же у тебя время идет быстрей чем у нас.

— Рост самостоятельности, - сказала с натянутой улыбкой.

— Ты у меня очень самостоятельная девочка. Я горжусь тобой малышка. У меня ощущение что я обрел дочку, а не племянницу.

Улыбнулась и решилась спросить.

— Вы знали о моем рождении?

— Не сразу узнали. Пошли покажу семейное древо. Именно благодаря этому артефакту узнали, что ты появилась на свет. Твоя бабушка каждый день приходила к нему и молилась чтобы ты с мамой выжили и вернулись домой. Именно на нем появилось твое имя.

Дядя привел в комнату рядом с его кабинетом. На стене было дерево с портретами и подписями к ним – имена, фамилии и титулы, а так же годы жизни. Дядя показал на мамину миниатюру и от нее была веточка с моей миниатюрой. И что странно или скорей закономерно фамилия была дяди и девичья мамы. Потому что отец меня так и не признал. Чтобы он там не говорил про подготовленный указ. Он меня не признал.

— Вот вы где, - зашла бабушка – хорошо, что ты ей показал. Только и могла что смотреть на ваши портреты.

Я только сейчас заметила, что у мамы миниатюра черно-белая, а моя цветная. Теперь понятно, как различаются живые и мертвые.

Глава 4. Академические будни.

— Нужна была удача чтобы выскользнуть из замка и не попасться. Тут даже лишний раз в город было сложно выйти. Даже используя дар. Ведь я должна была скрывать наличие дара от него. Мое путешествие за монеткой было сложным приключением. Сложно было выбраться за пределы города. Мама тогда устроила пожар в дальней части замка. Просто чтобы отвлечь внимание отца и стражи и я тогда используя дар ушла из нашей комнаты. С удачей стало легче, я смогла пережить посвящение сестры и выжить.

— Это правда, что на посвящении они убивают простолюдинов? – спросил Том.

— Да.

— Кошмар! Меня бы убили! Я ведь не из аристократов.

— Но и не бедный, - получил тычок парень от друга.

— Тебя бы скорей всего не тронули. Убивали сирот и тех, кого называли отребье. Тех, кого не жалко. Мне отец лично вручил монетку-клеймо. Именно в обладателя такой монетки попадает стрела. Первый раз я сделала обманку из глины и своей крови. Второй раз меня случайно закрыл собой здоровяк. Он буквально встал на пути стрелы. Я потом успела добежать до мамы и уже уходила из города. Успела выполнить ее последнее поручение и ушла уже не таясь, использовала дар.

— На этом расспрос заканчиваем, - сказал с нажимом магистр. – Как собственно первая разминка тоже закончена. Линда, забирай их в академию.

— Все на одном этаже живем?

— Да, - мигом ответили парни.

Через секунду уже были на этаже.

— До встречи в столовой, - сказал Том быстро заскочил в комнату и побежал в душевую. Парни, проводив его удивленным взглядом поняли, что в душе будет сейчас очередь. Тоже быстро разбежались.

Это у меня свой личный душ, и я смогла спокойно привести себя в порядок и одеть форму. После чего перенеслась в столовую. Студентов было еще мало и очереди практически не было. Спокойно выбрала что мне хочется на завтрак и пошла кушать. Села за наш стол факультета. Парни появились через пятнадцать минут. Я все еще кушала неспеша. Целитель мне рекомендовал не спешить и хорошо наедаться.

Учеба на удивление давалась мне несложно. А вот физическая подготовка выматывала почти до обморока. Это притом, что мне давали нагрузку меньше, чем парням. Но даже так в первую неделю я пару раз упала в обморок. Чем сильно напугала магистра, он сам относил к целителю. Тот только покачал головой и привел в сознание. После чего отправляли меня уже в свою комнату.

На занятиях, на улице, стали тренировать и мой дар. Я должна научиться, не видя и не зная всех в лицо и пофамильно переносить только «наших». Роль чужих выполняли с ребята с другого курса, но тоже с нашего факультета. Я научилась чувствовать живых и не живых, но вот отличить даже даром своих от чужих не могла. Для меня они все были людьми, и я переносили всех. Никто на меня не сердился, мы просто продолжали экспериментировать. Ведь поработать с даром моей мамы так никто и не успел.

— А в армии есть списки кто наш? – спросила через месяц тренировок.

— Конечно, - согласились оба преподавателя и переглянулись.

Мне выдали список ребят из другой группы. В академии не было первого или второго и третьего курса. Ведь для всех за ее переделами проходил один год. И раз поступил, то учишься тут до конца. И если сильно отставать будешь тебя через твое не хочу заставят все выучить и сдать. Потому если поступало очень много ребят на один факультет их в равных долях делили на курсы. Для того чтобы преподавателям было проще их обучать.

— Перенеси мне Алекса Майта, - поспросил Николас Хорк.

Настроилась на парня, дар показал его в его комнате несильно одетым. Смущенно сказала:

— Не могу, это будет неправильно. Он у себя в комнате не одетый, после душа.

— Линда, - с нажимом сказал Курз.

— Нет, это унизительно для него. Могу вас к нему отправить.

— Меня к нему, он оденется и перенесешь нас обратно.

Быстро сориентировался магистр Хорк. Кивнула и он сразу исчез.

— Так мы еще не пробовали.

— Да. Но добрался хорошо. Парнишка испугался немного, но быстро одевается.

Через минуту перенесла обоих.

— Молодец! – похвалил Хорк. – Это интересная особенность твоего дара. Можешь возвращать Алекса.

Кивнула и парень мигом оказался у себя в комнате. Выдохнул и плюхнулся на свою кровать.

— Магистры, спросить у вас, можно? – мне кивнули – Планируется война?

— К ней всегда нужно быть готовыми. Особенно пока твой отец жив. И ты должна уже знать, за последние семнадцать лет наше королевство малыми жертвами присоединило к себе еще парочку небольших. Идеальная война, когда победа одержана без единого выстрела.

— А зачем присоединять других?

— Удобней, когда большая страна, нет зависимости от соседей. Удобно развивать. Сама можешь сравнить, где лучше живется здесь в этом королевстве или у твоего батюшки.

Меня аж передернуло.

— Тут лучше. Даже если только столицы сравнивать тут чисто и опрятно. Там очень грязно и убого. Вроде и о магии знают и даже кто-то используют, но все выглядит отсталым. Не знаю почему так.

— Все просто у нас образование в том числе и магическое обязательное для всех слоев общества. Там, где ты родилась, магию могут использовать только знатные люди. Бедняки если и обладают даром, используют его украдкой или дар гибнет, если его вовремя не развить. А еще поговаривают что у бедняков изымают дар.

— Об этом слышала. У сильных одаренных детей отбирают дар и отдают его аристократам. Но это же из разряда темных обрядов. Мама говорила, что отец отберет мои дары, вырвет их и себе приживет либо Милании.

Ночью увидела сестру. Мою ментальную проекцию перенесло к ней. Она была уставшей, изможденной. Не просто ей сейчас.

— Тебя сложно дозваться. Ритуал часто срывался, показывал, что ты мало спишь, очень мало. Вернись, - поспросила Мила уставшей. – Отец признает тебя своей дочерью.

— Нет.

— Линда, прошу вернись! Он же твой отец! Он готов тебя признать своей дочерью и позволит называть отцом.

Глава 5. Магические близнецы.

Я была очень рада, что пойду все же не одна. И хотя бы на бал у меня будет кавалер. А в день бала, поняла, что у меня проблемы. У платья шнуровка на спине. Я сама физически не зашнурую.

Пришлось стучать к парням. Благо они были одеты.

— Кто умеет шнуровать корсет?

Все четверо стоят смотрят на меня как бараны.

— Я, — раздалось за спиной.

На выручку пришел куратор.

— Не стоит от молодых парней требовать уметь шнуровать корсет. Дай бог если смогут его расшнуровать. Через сколько мне подойти чтобы помочь?

— Две минуты, - сказала недолго думая – Прическу потом буду собирать.

— Жду под дверью. Кавалер нашелся.

Алекс поднял руку.

— Живо одевайся, пойдешь смотреть как утягивать даму.

Оделась я быстро и открыла куратору двери. Пригласила его, а потом заметила Алекса, он уже застегивал светло серую рубашку с серебряным отливом. Пиджак уже был на нем.

— Заходи, - сказала, придерживая платье за корсет, чтобы не потерять.

Повернулась к куратору спиной. Он взялся за корсет и сразу объяснял Алексу как правильно шнуровать.

— Всегда спрашивай, насколько сильно утягивать, чтобы потом обмороков не было.

Мужчина быстро зашнуровал.

— Туже уже не куда. Не потеряешь?

— Не смешно! – сказала на его подколку.

Не стала уточнять что корсет с моих бёдер уже не свалиться. А так платье еще немного великовато на мне. Корсет это скрывает, но я это ощущаю. Куратор ушел, оставив меня с Алексом. Тот тихо сидел наблюдал как я вожусь с волосами. Видя, что я скоро разревусь спросил:

— Ты скажи, что нужно помочь я помогу.

На сколько смогла объяснила как прическу делать. И какое же было мое удивление, когда у него все получилось. Это была коса, но ее нужно было сделать не обычной сосиской, а пышной. А самой себе косу заплести то еще удовольствие, особенно если на мероприятие. А у него получилось! Подала ему шпильки чтобы оформить прическу и вышло очень мило. К нам постучали. Оказалось его друзьям стало любопытно что мы делаем.

— О, какая красотка! – сказал Том. – Прическа супер.

Смущенно улыбнулась и стрельнула глазами на Алекса.

— Прическа его заслуга.

— Ничего сложного, - ответил он смущенно.

Косметики у меня не было, потому я была уже готова.

— Лин, а тут? – спросил Алекс показав на шею.

— Точно!

Достала подготовленное колье к платью, серьги и браслеты. Колье и застежки на браслетах Алекс мне застегнул.

— А ваши дамы? – спросила у его друзей.

Они спохватились и убежали. А я еще раз посмотрела на себя в зеркало, чтобы проверить что ничего не забыла. И преступив с ноги на ногу поняла, что про туфельки я забыла. Обула их и мы пошли к бальному залу. Все, кого встречали, смотрели на нашу пару с удивлением. Было ощущение что никто не ожидал что у меня будет партнер. А ведь и правда, если бы не Алекс я бы пошла одна.

К моему удивлению, много парней осталось без пары. Оказалось девушек в академии меньше, чем парней. И я не заметила ни одной девушки без пары.

— О чем ты так усердно думаешь? – спросил тихо Алекс.

— Если скажу можешь обидеться.

— Про меня?

— Нет.

— Говори тогда.

— Если бы ты не пригласил меня я бы пришла одна. И, кажется, была бы единственной девушкой без пары.

— Тебя что никто не приглашал больше? – удивился мой партнер.

Покачала головой. Увидела Ольху, ее перекосило, когда она увидела меня.

Нужно отдать должное бабушке натренировала она меня хорошо и на танцах я смогла наконец-то получить удовольствие. Алекс был замечательным партнером и хорошо поддерживал в танцах. Парни из моей группы подходили приглашали мне на танцы, Алекс спокойно отпускал. От ребят узнала, что кто-то пустил слух что я не пойду на танцы, и останусь у себя в комнате. Очень глупый слух, но ребята почему-то поверили. Зато сейчас интересовались, когда я успела выучить танцы. Пришлось много раз рассказывать, как бабушка меня вылавливала и обучения танцам. Во время небольшого перерыва на попить и перекусить меня с Алексом подловила Ольха.

— И после этого ты будешь отрицать что ты не переселенка?

— Что? – удивился Алекс – Ты о чем?

— В этом теле душа не нашей принцессы.

— Ты головой повредилась? – спросил Алекс.

— Типа за неполных два месяца я не могла выучить танцы? – спросила у Ольхи удивленно.

— Да! Это невозможно!

— Если ты не можешь быстро учиться, это не значит, что другие не могут.

— Да как ты смеешь?!

— Что не смею? Правду говорить?

Она едва не задымилась. Подошли наши кураторы и девушку молча оттеснили от меня. А мы Алексом съем несколько маленьких бутербродов вернулись к танцам. И уже на середине танца я ощутила, что задыхаюсь и в глазах темнеет. Мой партнер, заметив, что глаза у меня закатываются и я обмякаю мигом подхватил на руки и ушел к кураторам. Меня уложили на диванчик. Магистры заметили, как вены на груди стали чернеть.

— Темное колдовство, - сказал куратор – Нужно проверить купол. Кто-то через куклу пытается отнять ее дары.

— Это ее отец, - сказал Алекс – Линда говорила мне об этом.

Куратор с несколькими преподавателями стали читать защитные заклинания и окутывать меня ими. А потом заметили, как черноту в венах заменяет золото. И чернота полностью уходит. А я даже слышала, как отец ругается, ведь сгорела кукла с моими волосками которые он с большим трудом нашел в нашей комнате.

Очнулась под удивленные взгляды магистров.

— Сильна ты, - сказал ректор, он тоже помогал магистрам.

— Не могу сказать, что что-то сделала осознано, - сказала, ощущая боль в груди, приложила к ней руку.

— Болит, - догадался ректор – ближайшие дни лучше не колдоваться и отдыхать. Дождись пока боль прекратиться. Двигаться можешь?

Мне помогли сесть. А вот встать сама я не смогла, ноги просто не держали. Посидела на диванчике до конца бала. Алекс не захотел уходить и был рядом. Приносил мне перекусить. А после окончания на руках отнес к моей комнате. Помог расшнуровать корсет, а потом отвернулся пока я снимала платье и подал мою ночнушку с закрытыми глазами. После еще укладывал в кровать. Милый такой, искренне заботиться обо мне.