Дай шанс на любовь

Глава 1.

«Безвыходная ситуация»

Алиса не могла поверить, что снова оказалась в такой ситуации. Три года назад они расстались, но в трудный момент ей пришлось позвонить Ване.

«Ты можешь звонить мне в любое время...» — его слова всплыли в памяти, и, не раздумывая, она набрала его номер. Сердце колотилось от страха, когда она услышала настойчивые стуки в дверь.

— Алиса? — ответил он почти мгновенно.

— Ваня, ты в Москве? — спросила она, заикаясь от нарастающей паники.

— Да.

— Можешь приехать? — произнесла Алиса, чувствуя, как страх сжимает её горло. — Мы с Миленой в ресторане, к нам пристали какие-то мужики. Мы отошли в туалет, и теперь они долбятся в дверь.

— Адрес? — ледяным голосом спросил он.

Она назвала его, стараясь говорить спокойно, хотя внутри всё кипело от тревоги.

— Милая моя, не бойся. Скоро буду, я недалеко от этого места. Закройтесь в кабинке и не выходите.

— Спасибо... — прошептала блондинка, чувствуя, как слёзы наворачиваются на глаза.

Слова Вани были как спасательный круг в бурном море её эмоций. Она быстро закрылась в кабинке вместе с Миленой и прислонилась к двери, прислушиваясь к звукам за пределами. Надежда и страх боролись внутри неё, но теперь у неё был план. Ваня был рядом, и это придавало ей сил.

Она отключилась, прижав телефон к груди. Его голос — тот самый, низкий, твёрдый, знакомый до мурашек, — действовал как укол адреналина. Паника отступила, уступив место острому, почти болезненному осознанию: *он едет*. Тот самый человек, с которым она три года пыталась не думать, от воспоминаний о котором бежала в новые отношения, работу, переезды.

— Что сказал? — шептала Милена, прижимаясь к ней в тесной кабинке. Её глаза были огромны от страха.
— Едет. Сказал ждать здесь и не высовываться, — голос её звучал странно спокойно, будто не её собственный.

Стуки в дверь туалета стали яростнее, послышались грубые голоса, смешки. Дверь затрещала. Милена вскрикнула.

И вдруг — наступила тишина. Не та, что пугает, а тяжёлая, властная. Снаружи раздались шаги, не те, пьяные и неуверенные, а быстрые, чёткие, тяжёлые. Голос, который она только что слышала в трубке, прозвучал снаружи, но теперь в нём не было ни капли льда. Была сталь.

— У вас пять секунд, чтобы исчезнуть. — Ни крика, ни угрозы в повышении тона. Просто констатация. И от этого стало ещё страшнее — но не им с Миленой.

Послышались бормотание, споры, затем — торопливые, удаляющиеся шаги. Ещё несколько мгновений тишины.

Тихо щёлкнул замок. Дверь в туалет приоткрылась.

— Алиса. Выходи. Всё чисто.

Она осторожно вышла, ведя за собой дрожащую Милену. Ваня стоял посреди пустого коридора, за его спиной — разбитая дверная ручка. Он был в чёрной водолазке и джинсах, выглядел так же, как и три года назад — только резче, будто все мягкие черты стёрлись, оставив только углы и напряжение в скулах. Он смотрел прямо на неё, не замечая никого вокруг. В его взгляде не было ни вопроса, ни упрёка. Была просто фокусировка. Как на задаче, которую нужно выполнить.

— Всё в порядке? — спросил он, и его глаза быстро скользнули по ней, оценивая, нет ли синяков, слёз или чего то другого.
— Да... Спасибо, — она снова прошептала, чувствуя, как ком подкатывает к горлу. От его близости, от этого взгляда, от всей этой нелепой, ужасной ситуации.
— Машина у выхода. Отвезу вас, — он кивнул в сторону двери, его тон не оставлял места для дискуссий.

Милена, придя в себя, засыпала его благодарностями. Он лишь коротко кивал, его внимание было приковано к Алисе. Он шёл чуть сзади и сбоку, как щит, как телохранитель. Как когда-то.
Они сели в его машину. В салоне приятно пахло его одеколоном и каким то ароматизатором для машины. Алиса и Милена устроились на заднем сиденье, и Ваня тронулся, в салоне повисло молчание. Музыка не играла. Было слышно только сбитое дыхание Милены и биение её собственного сердца.

— Куда? — наконец спросил он, глядя на дорогу.
— Меня домой, пожалуйста, на Тверскую, — быстро сказала Милена. Потом, осеклась и посмотрела на подругу: — А тебя?
Она растерялась. Ехать к себе одной, после всего этого? Страх снова, подлый и холодный, сжал желудок.
— Я... — начала она.

Ваня встретил её взгляд в зеркало заднего вида.
— Я отвезу тебя, не переживай, — сказал он просто, без интонации. Не «хочешь?», не «можешь поехать ко мне?». Просто констатация, как и всё сегодня. — Только сначала проводим Милену.

И в этой его уверенности, в этой взявшей на себя ответственности за неё снова, после всех лет, была такая странная, мучительная безопасность. От которой одновременно хотелось плакать и кричать. Потому что он появился именно тогда, когда всё рухнуло. И теперь она снова была в его машине. И мир снаружи, тёмный и угрожающий, отступил за стёкла, потому что он был здесь.
А что будет завтра — она боялась даже подумать.