«Две полоски… Нет! Не может быть…»
Тест падает на пол туалета пафосной «Кофемании».
Я медленно опускаюсь на крышку унитаза, откуда только что вскочила.
«Это ошибка. Просроченный тест. Или я не так прочитала».
Но полоски четкие. Две. Как приговор, который обжалованию не подлежит.
- Ну что же, дорогая, поздравляю. Очень вовремя! – почти ору.
За дверью кто-то деликатно кашляет. Я смотрю на тест, который лежит на дорогущей итальянской плитке, и думаю о том, что жизнь - очень смешная штука.
Особенно когда – в последнее время - чувствуешь, что что-то не так. Не с животом - с ним как раз проблем не было.
С ним.
Все реже остается у меня. Прячет телефон…
Я не параноик. Я маркетолог. Я замечаю детали – это у меня проф-деформация.
Поднимаю тест. Убираю в сумку. Смываю воду - просто так, для порядка. Выхожу из кабинки.
В зеркале на меня смотрит Маруся Чащина, двадцать шесть лет, и, по всей видимости, уже не одна.
- Ну, - говорю я своему отражению. - Мы, кажется, влипли.
Он открывает дверь в домашних футболке и брюках. И даже в этой простой одежде он красив как модель из рекламы какого-нибудь дорогого мужского парфюма. Два года я смотрела на это лицо и думала: мне повезло.
«А ведь я уже думаю о тебе в прошедшем времени…».
- Ты не предупредила, - стоит в дверях.
- Сюрприз, - выдавливаю улыбку и протискиваюсь мимо него внутрь.
Квартира пахнет кофе и чем-то еще. Легким, цветочным. Женские духи? Явно не мои. Я предпочитаю свежие морские запахи.
- Ну? – складывает руки на груди. – Что случилось?
Достаю тест. Кладу на стеклянный журнальный столик рядом с книгой о саморазвитии, которую он никогда не читает и свечой из дорогущего бутика ручных изделий, которую никогда не зажигает.
- Вот, - поднимаю на него глаза.
Он смотрит на тест. Потом на меня. Глаза сужаются. В них – злость? Или страх? Или… презрение?
«Понятно…».
- Это не мои проблемы, - пожимает плечами.
Вот так. Пять слов. Без паузы, без «подожди», без «давай поговорим». Просто - не мои проблемы.
Горло сжимается.
«Нет, не сейчас! Никаких слез!»
- Интересная позиция, - произношу тихо, ровно. Почти получается. - И с чего бы вдруг? Кажется, не я одна участвовала в мероприятии…
- Я не хочу детей, - он смотрит мне в глаза совершенно спокойно. - И не говори, что ты об этом не догадывалась.
Опускаю глаза.
- Я… не… хочу… их… в принципе, - цедит по словам. - Залетела – ну так и решай. Я-то тут при чем?
Медленно поднимаю взгляд.
Да, я предполагала, что бурной радости не будет. Ждала испуг, или растерянность, или хотя бы нормальный скандал. Но вот эта ровная ледяная холодность…
- А, - хлопает себя по лбу. - Тебе денег на врача подкинуть?
«На врача? Подкинуть?».
- Иди нахуй, Лешенька, - вырывается из меня.
Моргает. Потом губы начинают кривиться.
- Слушай ты...
- Нет, это ты послушай, - вскидываю руку. - Ты только что предложил мне деньги на аборт вместо того, чтобы… просто… просто поговорить?
- О чем поговорить? Я не хочу никакого ребенка. Поняла?
- Какой же ты… зайчик, - шепчу. - Белый, пушистый, мудацкий зайчик-побегайчик. А кстати! – делаю большие глаза. - А она в курсе что ты не хочешь детей?
- Кто? – выплевывает.
- Да какая теперь разница? – разворачиваюсь, делаю шаг к двери.
- Стоять! – хватает меня за плечо, разворачивает лицом к себе.
- Передумал? – растягиваю губы в улыбке.
- Как же ты мне надоела, - произносит он - и в голосе появляется что-то новое, почти брезгливое. - Ты как липучка. Прилипла к подошве и хрен очистишь. А она… Она клевая. Легкая. Смешная. В отличие от тебя. Поэтому пока, детка. Мне не нужны ни ты, ни твой ребенок.
Я чувствую, как сжимаются зубы.
«Детка».
«Не нужны».
- Спасибо, - тихо, почти не разжимая челюсть. - Это было важно услышать.
На лестничной площадке я стою, держа спину ровно. С абсолютно спокойным лицом.
Двери лифта открываются. Захожу. Нажимаю кнопку первого этажа.
Двери закрываются - я медленно сползаю по стенке на пол.
«Дыши, дура, дыши!»
Больно. Господи. Как же больно.
Я засовываю кулак в рот и впиваюсь в него зубами. Чтобы не заорать. Чтобы не зарыдать в голос.
«Липучка? Потому что любила? Потому что верила, что у нас может быть какое-то будущее? Потому что хотела быть с ним рядом? Просто быть рядом…».
Лифт останавливается. Двери начинают расползаться в стороны.
Я рывком поднимаю себя на ноги. Бросаю взгляд в зеркало. Смахиваю со щек темные ручейки туши. А потом быстрым шагом иду из подъезда.
На улице останавливаюсь. Понимаю, что забыла, где припарковалась.
Моргаю.
«Соберись. Теперь тебе нужны силы».
Так.
Тачка.
И?
Серега Мухин!
Серега живет в десяти минутах. Лучший друг Лешки с универа, знает все его секреты, боится конфликтов как огня. Идеальный источник.
Я звоню в домофон.
- Кто? - осторожно.
- Маруся. Открывай.
Пауза.
- Маруся, я...
- Серега. Я не уйду пока не откроешь.
Раздается писк.
Захожу, поднимаюсь на третий этаж. Он уже стоит в дверях в футболке с динозавром. Выглядит как человек, которого поймали на месте преступления.
- Маруся? Что случилось?
- Можно войти? – киваю на проход.
Он делает шаг назад и пускает. Серега не умеет говорить «нет» женщинам. Я это знаю.
Захожу. Сажусь на диван. Мне сейчас надо. Потому что ноги меня не очень держат.
- Ты чего? – в его глазах испуг.
- Кто она.
- Маруся...
- Серега. Кто она.
Он смотрит в пол. В стену. В потолок. Потом выдыхает.
- Лиана какая-то. Я особо не в курсе.
- Фамилия.
- Не знаю фамилию, честно. Борцова? Боровкова? Что-то такое.
Киваю. Встаю. Ухожу не оборачиваясь. Он не останавливает.
В машине включаю обогрев и печку на полную. За окном жаркий август. Но меня трясет, как будто я внутри снежной бури.
«Так. Какая-то Лиана».
Нахожу быстро. Ну в принципе не удивительно. Была бы Маша Иванова – пришлось бы сыщиков нанимать.
Лиана Боркова. Двадцать лет, каштановые волосы, дорогая белозубая улыбка. Последнее фото - веранда какого-то ресторана. Она и Алексей.
Лешенька. Зайчик-побегайчик мой ненаглядный.
Она смеется, он смотрит на нее как на приз.
Я листаю дальше.
Борков Геннадий Игоревич. «Борков Медиа». Рекламный холдинг, средний масштаб, большие амбиции. Обслуживает в основном девелоперов.
«А что если… если он не просто влюбился?».
«Да, красивая. Да, младше меня. Да, с грудью и ногами от ушей».
«Но ведь еще и очень богатая!».
Значит Лешенька ставку сделал?
Ну что же. Ставку можно и перебить.
Я закрываю соцсети.
Открываю контакты.
Имя, которое я не набирала два года смотрит на меня с экрана.
Велехов Р.
«Ты серьезно?».
Смотрю на имя. Думаю про Лешку, про «липучку», про «на врача».
Думаю про маленький тест в сумке.
«Да».
«Абсолютно серьезно».
Нажимаю вызов.
______________
Роман пишется в рамках литмоба «Бывшие. Месть негодяю»
https://litnet.com/shrt/5cKp
«Любовь, измена, месть: беременную, брошенную ради дочери босса, спасает и берет в жены ее богатый бывший…».