Я неспешно брела домой. Была уже поздняя ночь, одинокая улица Бруклина, где редко встречался кто-то ещё. Сегодня было довольно холодно. Я куталась в свою старую тонкую куртку, которая почти не согревала, но выкинуть ее рука не поднималась — мне её купила мама, это была последняя память о ней. Мои шаги глухо отдавались по пустым тротуарам, смешиваясь с шёпотом ветра, который казался мне чужим. Русые волосы спадали по плечам, карие глаза смотрели в никуда, усталые от работы и от жизни.
Год назад умерла мама. Инсульт. Я до сих пор помню её голос, мягкий и усталый, когда она просила меня беречь себя. Но сама я была оставлена одна: после её смерти мир стал ещё холоднее...
Я ещё не успела дойти до дома, как почувствовала резкий рывок сзади. Двое людей схватили меня, и перед лицом появилась вонючая тряпка. Горло сжалось, лёгкие забились — я пыталась закричать, но вместо крика пришла тьма.
***
Сознание возвращалось постепенно, но вместе с ним возвращалась и боль. В голове гудел тревожный набат, в висках стучали маленькие молоточки. Горло пересохло, губы потрескались и саднили, а язык распух и казался чужим. Открыв глаза, я попыталась встать, но сразу же упала назад. Меня накрыл приступ головокружения и тошноты. Перед глазами замелькали разноцветные точки, сливаясь в сплошные полосы и спирали.
Я очнулась в другом мире! В огромной комнате, где каждый предмет сиял роскошью, до которой мне никогда не дотянуться. Мягкие ковры, изящная мебель, драпировки на окнах. За стеклом простиралась пустыня, бесконечная и чуждая.
Я села на кровати, дыхание прерывистое, глаза расширены от страха. Всё казалось нереальным. Тишина была почти давящей, нарушалась только шёпотом моих мыслей:
«Где я? Как я сюда попала? Это невозможно…»
Я осторожно огляделась. Дверь закрыта, комната полна роскоши, и каждый предмет казался ловушкой. Руки сжались в кулаки — малейшая попытка понять, что произошло, казалась одновременно необходимой и невозможной.
«Дыши, Элла. Просто дыши…» — шептала я себе, пытаясь вернуть хоть каплю контроля.
В сердце дрожь, в голове — поток вопросов, на которые нет ответа. Но одно знала точно: я — чужая здесь, и никто не спросит, хочу ли я быть частью этого мира.
И, может быть, впервые за долгое время, я поняла: прошлое, с его болью и утратой, не отпустит меня так легко, как пустыня за окном.
Alex and Ella
