Доктор для дракона. Я верну тебе крылья

1

Я возвращалась домой в предрассветный час. Город спал, фонари отбрасывали на асфальт длинные, зыбкие тени.

Ночная смена в больнице вытянула из меня все соки. В глазах от усталости стояла пелена. Наверное, я бы не обратила внимания на чернеющий провал в метре от подъезда, если бы не чувство холода, исходившее от него.

Он был не просто темным пятном в пространстве. Он был самой пустотой. Зияющей дырой в реальности, бездной, в которую проваливается свет, звук и весь окружающий мир.

Я зажмурилась, потерла виски.

“Галлюцинации, — обреченно констатировал внутренний голос. — Пора в отпуск. Или к психиатру”.

Мимо проходила женщина с собачкой, тявкающей на что-то в траве. Ни она, ни ее питомец не смотрели в сторону портала. Значит, точно "глюки".

Я сделала шаг вперед с твердым намерением игнорировать наваждение. Но ноги сами понесли меня к этой черноте. Не успела вскрикнуть, как невидимый вихрь втянул меня внутрь. Мир перекосился, скукожился, звуки оборвались, и наступила полная, оглушающая тишина.

Очнулась я от резкой боли в виске — видимо, ударилась головой о пол. В ноздри ударил запах воска оплавленной свечи, застарелой пыли и чего-то пряного. На этом сюрпризы не закончились.

Я лежала в центре круга, испещренного странными символами, которые ярко сияли фиолетовым. По периметру круга стояли высокие черные свечи. Их пламя не колыхалось, будто кто-то заморозил его. И оно тоже светилось призрачно-фиолетовым светом.

Надо мной возвышались двое. Девушка в платье старинного покроя, с очень светлыми тугими кудряшками, падающими на плечи. Хрупкая и невинная, как ангелок с рождественской открытки.

Рядом застыл высокий мужчина с весьма примечательной внешностью. Могу поклясться, что за все свои годы жизни на Земле никогда не встречала никого подобного.

У него были белые, как лунный свет, волосы, и почти прозрачная фарфоровая кожа… Альбинос, да. Вот только его глаза были иссиня-черными. И смотрели на меня с холодным, отстраненным любопытством.

Еще одна странность — я не могла сказать наверняка, сколько ему лет. Лицо гладкое, лощеное, без единой морщинки. Не юнец, но молодой парень лет двадцати. Но стоит приглядеться, думаешь: да нет же, ему все сорок. Взглянешь в эти бездонные глаза и уверишься: ему уже не один век.

Шок сковал тело. Это не сон. Сны не пахнут воском и не отдают болью в ребрах. Во снах невозможно разглядеть буквально каждую деталь.

Я сглотнула комок в горле. Сердце колотилось где-то в горле, а разум отчаянно цеплялся за обрывки логики, которые таяли, как дым.

— Я выполнил требуемое, Жизель, — бесцветным голосом сказал незнакомец.

Девушка с внешностью ангела наклонилась ко мне. И… ткнула меня пальчиком в щеку. Не больно, конечно, но вполне ощутимо.

— Вы правда вызвали ее из другого мира?

Альбинос с противоестественными черными глазами утомленно вздохнул.

— Мое время дорого.

— Да-да, конечно, — спохватилась Жизель. — Вы получите обещанное, господин Ван дер Гольт. Но для начала я должна проверить, та ли она, кто мне нужен.

В ее мелодичном голосе не было и капли тепла.

— Она — Исток, носительница силы Галатии, — раздраженно отозвался альбинос. — Я не привык обманывать по пустякам. Не для того я выдергивал ее из другого мира.

Жизель очаровательно надула губки. Еще немного — и ножкой топнет, как капризная маленькая принцесса. Однако в ее взгляде застыл не каприз, а упрямство.

— Пусть она проявит свой дар!

— На твоем месте я бы поумерил свой пыл, — холодно заметил Ван дер Гольт. — Если в ее мире не было магии, проснуться дар Истока может нескоро.

Хмурая гримаса Жизель совсем не шла — портила ее ангельский образ. Еще сильнее его испортили пальцы хрупкой на вид девушки, которые впились в мое запястье и рывком потянули на себя.

— Я устала ждать, — сдавленным шепотом сказала она. — Идем.

Последние слова были адресованы мне. А прежде эти двое говорили так, будто меня здесь нет вовсе.

Теперь же меня подняли и, не церемонясь, повели через тяжелую дубовую дверь и погруженный в полумрак коридор в соседнюю комнату.

Она была обставлена в том же старинном стиле: гобелены на стенах, кресла на массивных ножках в виде львиных лап и массивная кровать в центре. Под багряным балдахином лежал мужчина. Черные волосы, доходящие до плеч и разметавшиеся по подушке. Изящные черты лица, будто высеченного из мрамора.

Его глаза были закрыты. Он… спал? Нет. Тут что-то другое.

Все открытое пространство тела — ладони, шею и даже на лоб — покрывали диковинные символы, светящиеся золотым. Руны, совершенно мне незнакомые.

— Сделай то, чего не сумел никто, — впившись в меня взглядом, выдохнула Жизель. — Разбуди его.

2

Мой профессиональный интерес, дремавший под слоями страха и непонимания, на мгновение прорвался наружу.

— Как долго он не просыпается? — деловито спросила я.

— Полгода, — безжизненным, усталым голосом отозвалась Жизель.

Я вздернула брови. Выходит… кома?

Конечно, здесь не было капельниц и аппаратов ИВЛ… Зато были те самые золотые руны. Вероятно, они и поддерживали в нем жизнь.

— Над Раймондом бились лучшие колдуны и лекари, но никто не сумел помочь.

— С чего вы взяли, что справлюсь я?

Мне вполне хватало уверенности в себе. Но не в том случае, когда от меня требовалось вывести кого-то из комы!

— Ты — Исток! — воскликнула Жизель. В ее васильковых глазах вспыхнул фанатичный огонек. — Ты связана с эфирными драконами. А значит, и с Рэем тоже.

— С-связана с к-кем?

Я еще не смирилась с тем, что угодила в другой мир, а мне уже предлагали смириться с существованием драконов! Тех, что, судя по всему, способны обращаться людьми. Но что значит “эфирные”?

Хотя… так ли это сейчас важно?

— Послушайте, я не знаю, о чем вы говорите, — запротестовала я. — Может, вы меня с кем-то перепутали? Во мне нет магии, я всего лишь медсестра!

Потеряв терпение, Жизель подалась вперед и снова впилась в мое запястье. Рванула на себя, в очередной раз заставляя удивляться скрытой в ней силой. Откинула одеяло и с силой прижала мою ладонь к груди спящего.

Сквозь тонкую рубашку я ощутила тепло его тела. Неожиданно смутилась, хотя вся эта сцена была не просто нелепа, а абсурдна. Что я делаю здесь? Чего от меня хотят?!

— Хочешь вернуться в родной мир? — прошипела Жизель.

— Что за вопрос? Разумеется, хочу.

— Тогда найди путь к душе Рэя. Найди и приведи его обратно!

Стоит ли говорить, что понятнее мне не стало? Как я, во имя всех святых, должна это сделать?

“Думай о родном мире, — мягко сказал внутренний голос. — Пусть желание вернуться станет твоим маяком”.

Я закрыла глаза, пытаясь сосредоточиться. Но в голове был лишь хаос. Я не чувствовала ничего, кроме тепла под тонкой тканью и едва уловимого сердцебиения под пальцами. Никакого пути к душе спящего. Да и как он вообще должен выглядеть?

— Ничего не выйдет, — раздался голос альбиноса. — Она сейчас как слепой котенок, барахтающийся в крынке с молоком. Но я могу помочь. Разумеется, за отдельную плату.

Его голос не был вкрадчивым, елейным, убеждающим. Он звучал все так же холодно и отстраненно. Казалось, этому Ван дер Гольту было все равно, согласится ли Жизель на сделку.

Та поморщилась, но кивнула.

Колдун подошел ко мне. Его длинные, холодные пальцы коснулись ямки между моих ключиц. Я вскрикнула, почувствовав резкий, жгучий толчок. Он напоминал легчайший разряд электрошока. По всему телу пробежала дрожь, и где-то в самой глубине, в подкорке, вспыхнула искорка.

Неужели… магия?

Она заструилась по моим венам. Нет, не так. Она всегда была во мне, просто прежде я ее не ощущала. Колдун же это чувство пробудил.

— Дальше все зависит от тебя, — безразлично произнес он. — Ты должна понять, кто ты такая.

В задумчивости я снова положила руку на грудь спящего. Закрыла глаза, отгоняя страх, и попыталась ухватиться за тот странный, новый импульс внутри. Я искала его, как ищут забытое слово, что вертится на кончике языка.

И вдруг что-то щелкнуло. Мое сознание рвануло вперед, за пределы тела. Дремлющая сила выплеснулась из меня. А мир… переменился.

Пространство вокруг оказалось пронизано бесчисленным множеством тончайших, переливающихся нитей. Они сплетались в причудливый, невероятно сложный узор, похожий на паутину. Но одна из них, ослепительно сияющая, серебряная, тянулась от моего сердца прямо к нему. К Раймонду.

Мысленно я ухватилась за эту нить и понеслась по ней, как по радуге. И очутилась там, где не было ничего, лишь белесая пустота. В центре сияла слабая искорка. Не магия, нет — его душа.

Она была бледной, почти угасшей, и в ней зияла глубокая трещина, расколовшая ее надвое.

Что-то сжалось у меня внутри от страха и сострадания. Я протянула руки, которых здесь не существовало. Прошептала то, что говорят всем, кто застрял на грани:

— Вернись. Тебя здесь ждут.

В тот же миг меня отбросило назад, в собственное тело. Я открыла глаза, едва держась на ослабевших ногах.

Веки Раймонда дрогнули. Жизель ахнула. С силой отдернула мою руку от его груди и грубо оттолкнула меня в сторону. Я едва не налетела на стену, однако “ангелочка” это мало беспокоило. Она склонилась над Раймондом, заслонив его от меня.

— Добро пожаловать в мир живых, — прошептала Жизель, нежно проводя пальцами по его щеке.

Через ее плечо я видела, как он медленно открывает глаза. Темные, бездонные, как сама пустота, из которой я его только что вытянула.

— Это… ты меня пробудила?

Его голос был хриплым от долгого молчания. Но что-то дрогнуло у меня внутри. Дыхание перехватило.

— Да, любимый, — ласково проворковала Жизель.