Должники смерти

Глава 1 - Должник

Глава 1 — Должник

Пол подлетел к лицу быстрее, чем я понял, что падаю. Голова ударилась о мокрый кафель, в глазах вспыхнуло и погасло. Где-то далеко заорал менеджер: «Ховард, твою мать, только не здесь!»

Я приподнялся на локтях. Грязная вода текла по полу, заливала рукава, штаны, затекала под куртку. Холодная. Вонючая. С разводами жира и остатками чьей-то жареной картошки.

Я сел, прислонился спиной к стене. Мокрая плитка холодила позвоночник. Перед глазами всё ещё плыло.

Менеджер уже стоял надо мной. Маленький, лысый, с вечно красным лицом. Руки в боки, губы кривятся.

— Ховард, ты охренел? — голос у него визгливый, как у дрели. — Тут тебе не богадельня! Люди жрать приходят, а ты тут разлёгся!

Я молчал. Слова кончились ещё вчера. Или позавчера. Когда в последний раз ел — не помню. Что-то жевал, кажется.

— Ты на себя в зеркало смотрел? — продолжал менеджер. — Доходяга! Кожа да кости! Работаешь через раз, через раз в обморок падаешь. Думаешь, я таких держать буду?

Он наклонился ниже, брызгая слюной:

— Ещё раз упадёшь — вычту из зарплаты. Ещё раз опоздаешь — уволю. Понял? Уволю к чёртовой матери, и будешь под заборами ночевать, как шавка бездомная!

Я кивнул. Кивать сил хватало.

— Встал! — рявкнул он. — Работай давай!

Я встал.

Спина отозвалась тупой болью, суставы хрустнули, как старые петли. В глазах снова потемнело, пришлось ухватиться за швабру, чтобы не упасть опять.

Менеджер плюнул под ноги и ушёл в подсобку.

Я остался один.

Взял тряпку. Опустился на колени. Стёр грязную воду там, где только что лежал. Потом пополз дальше, стирая следы чужих ботинок, чужой еды, чужой жизни.

Спина болела.

Суставы хрустели.

В глазах темнело.

Но работать нужно.

Потому что если не работать — не будет зарплаты.

Если не будет зарплаты — не будет квартиры.

Если не будет квартиры — не будет даже этого пола с грязной водой.

Только улица. Только холод. Только мать, которую нечем кормить.

Я тёр пол.

Вода текла.

Время тянулось.

Смена закончилась, когда посетителей уже не было. Ноги уже не могли держать моё и так обмякшее тело, и я плёлся по мокрому кафелю в сторону выхода. Дверь открылась с трудом, и я вывалился на улицу.

В лицо ударил холодный ветер. С неба моросило — та же вода, только без жира. Хотелось есть, но заплатили мне так мало, что хватит только на несколько дней, и то если буду экономить каждый цент.

Я стоял под дождём и дышал. Минуту. Пять. Десять. Горели окна в многоэтажках — чужие люди, чужая жизнь. У них, наверное, ужин на столе. А у меня — ветер в карманах и мокрые штаны.

Потом я поковылял к своей квартире, спотыкаясь у каждого бордюра. Дом был уже рядом. Я знал, что там пусто. Но идти больше некуда.

Я уже подходил к двери старой девятиэтажки, которую по недавно услышанному разговору собираются снести, а на её месте поставить новый торговый центр с точно такими же закусочными, с такими же работниками и такими же менеджерами.

Лифт был сломан уже второй месяц, поэтому я развернулся и пошёл по лестнице на восьмой этаж. Первый. Пятый... Восьмой. Лёгкие выдыхали и хватали воздух. Я же под хруст моих суставов достал ключи и открыл свой почтовый ящик. Писем было столько, что в них можно было утонуть. Было куча рекламы или предложений по работе, и это. Письма о том, что меня скоро собираются выселять за неуплату квартплаты.

Я смотрел сквозь эти письма, а не на них. Это уже стало рутиной, которую я прохожу каждый точно такой же, как и все предыдущие, день.

Меня окликнули. Я нехотя повернулся. В глазах двоилось, а зрение помутнело. Появились черты. Человек. Мужчина. На руке дорогие часы. Куртка тоже не дешёвая.

— В.. Вы это меня? — спросил я, выдыхая последний кислород из лёгких.

— Тебя. Больше здесь кроме нас никого нет. — Коротко произнёс низкий голос. — Тебя же вроде Томас зовут?

— Д... Да. А вы собственно кто?

— А, точно. Ты наверное меня не помнишь.

Мужчина вышел из тени седьмого этажа, где в прошлом месяце сломалась лампочка. Это был ухоженный мужчина с лёгкой щетиной, одетый, по-видимому, в дорогой деловой костюм, который, наверное, стоил примерно шестьдесят восемь тысяч долларов, а на руке у него красовались золотые часы. Этот человек всё так же был мне не знаком.

Мужчина покачал головой:

— Видимо, ты так и не вспомнил. — Потянулся в карман и достал сложенную вчетверо бумажку и протянул мне. — Мы с тобой в школе учились в одном классе. Забыл?

Я открыл бумажку. Там оказалось фото моего класса в старшей школе. Я увидел себя. Ещё такого счастливого. Думающего, что станет успешным. А в итоге сейчас ты работаешь в закусочной за двоих на ползарплаты.

Я ещё раз взглянул на мужчину, а затем обратно на фото. Мои зрачки расширились. Ком в горле застыл.

— Тед... Тед Кольман. Так же?

— Да, ты понял правильно.

Мои руки немного начали трястись. Я вспомнил школьные годы. Я был не самым крепким парнем в классе, а Тед был крепким, да и харизма у него была на высоте. Из-за этого он часто меня занижал перед классом в целях пошутить. И что теперь ему понадобилось?

Я немного отступил, и моё колено подкосилось:

— Что... Что тебе от меня нужно? Решил опять поиздеваться или совесть съела?

— Ну, что-то вроде этого. У меня к тебе есть предложение... — Его речь перебил мой звонящий телефон.

Я вытащил свой сломанный телефон из кармана. Там был номер моей матери.

— Л... Ладно. Давай завтра после десяти часов вечера поговорим возле моего подъезда. Пока.

Дверь захлопнулась за спиной, и я остался в темноте.

Свет отключили. Когда — неизвестно. Может, сегодня утром. Может, вчера. Я перестал следить за уведомлениями от энергокомпании — всё равно платить нечем.

Я прошёл в комнату на ощупь. Рукой провёл по стене, нашёл выключатель. Щёлк. Ничего.