Дракон, которого я не выбирала

Глава 1. Предательство 

Мужская любовь – насмешка! Она держится ровно до первого удобного случая. До первой юбки, первой возможности, первого соблазна, который поласковее, помоложе или просто оказался под рукой.

Я сидела напротив мужа, слушая его рассуждения о нашем браке. Тридцать лет! Нешуточный срок. Казалось бы, за это время можно стать по-настоящему родными людьми, а мы, наоборот, превратились в абсолютно чужих.

— Авриль, ты должна сама понимать, — Келиб на миг умолк, подыскивая слова, — так не может продолжаться. Мне нужен наследник, в конце концов! А ты…

Он снова молчит, и я не выдерживаю:

— Какая? Раньше я тебя устраивала, а теперь?

— А теперь ты старая, — выпаливает он неожиданно зло. — К тому же бесплодная. А Сандра носит моего ребенка, и я не хочу, чтобы из-за твоего упрямства он родился бастардом.

Вот он все и сказал. Горькая, болезненная правда о нашей совместной жизни уместилась в пару предложений. И ведь ударил по самому больному! По детям…

Шесть раз я могла стать матерью. И не стала. Я помнила каждую беременность. Как боялась лишний раз вздохнуть глубже или сделать резкое движение. Как разговаривала с еще не родившимися детьми. Я успевала придумать им имена. Представить, на кого они будут похожи. И каждый раз прощалась, даже не успев сказать «здравствуй».

После очередной потери во мне что-то умирало. А Келиб так спокойно говорит о наших нерожденных детях, словно ему плевать на них. И на меня тоже.

Старая. Бесплодная.

Я медленно вдохнула. Сердце болело так, будто его сжали в кулаке. Не от ревности. Не от предательства даже. От того, что мою самую глубокую рану муж только что использовал как аргумент против меня же.

А ведь когда-то я верила в наш брак. Любила и доверяла. Смеялась над историями о том, как мужчины меняются, как быстро забывают клятвы, как легко перечеркивают годы ради плотских утех.

Но Келиб доказал, что я ошибалась. Он точно такой же. Может, даже хуже, потому что никогда особо не скрывался от меня. Пятнадцать лет назад я впервые узнала о его измене. Случайно застукала с другой в нашем гостевом доме. Как потом выяснилось, он давно сделал его местом тайных встреч с любовницами.

Как же легко он предавал. Как буднично. Словно все, что было между нами – пустяк. А потом так же легко вымаливал прощение. Клялся, что подобное не повторится. И врал. Опять.

Быстротечнее любви мужчин только их верность. Стоит отвернуться – и все, улетела. Сгорела. Сгнила.

— А мне что предлагаешь делать? — спросила я.

Идти мне некуда. Родители умерли, братьев и сестер нет. Детей, которые могли бы обо мне позаботиться, я не родила. Чародейским даром Творец меня не наделил. Все свое наследство я передала в руки мужа, как и положено любящей жене. У меня за душой ни монеты. Если он выставит меня за дверь, останется только побираться.

— Не волнуйся, я о тебе позабочусь, — великодушно сообщил Келиб. — Я уже выделил тебе поместье в северных землях.

— Ты про ту халупу, что намеревался снести в прошлом году? — хмыкнула я.

Вот уж забота так забота – выставить меня в пустой, холодный дом на севере страны, где я непременно подхвачу пневмонию и скончаюсь в ближайший год.

— Как видишь, хорошо, что не снесли. Пригодился, — улыбается Келиб.

Нет, он издевается! Знает же, что у меня слабые легкие. Он не просто хочет расторгнуть брак, он жаждет избавиться от меня. Убить! Но так, чтобы не марать руки. За него все сделает зима.

Увы, все мои возражения смело решительностью Келиба. В своих мечтах он уже был женат на молодой, красивой любовнице, которая наконец рожает ему долгожданного наследника. А старая жена… что ж, она выброшена за порог и забыта. Как говорится, с глаз долой из сердца вон.

Трех дней не прошло, как я уже тряслась в экипаже в сторону северных границ империи. В руках сжимала свиток о расторжении брака. Это все, что у меня осталось от тридцати лет совместной жизни. Только клочок бумаги, подтверждающий мою никчемность.

Самым неприятным было осознавать, какую пустую жизнь я прожила. На что я потратила молодость? На мужчину, которому на меня плевать? От этого особенно горько. Жаль, второго шанса у меня не будет.

Долгая дорога вымотала. Все же возраст берет свое. Я уже не девочка и такие путешествия переношу все хуже. В итоге к поместью, как его любезно именовал мой бывший муж, добралась полностью разбитой.

Из слуг со мной остались лишь горничная и кучер. Оба помогали как могли. Кучер поспешил развести огонь в камине, чтобы хоть немного согреть дом. А горничная разбирала вещи.

Я же вышла изучить окрестности. Сама не знаю зачем, смотреть здесь было особо не на что. Только снег и горы. Бесконечные белые просторы. Но меня будто тянуло куда-то. А еще хотелось размять ноги после нескольких суток пути. И я пошла.

Тропинка вела вверх. Мне бы удивиться – кто ее тут проложил? Судя по нетронутым сугробам вокруг, здесь давно не ступал человек. Но я все равно упорно шла вперед. Словно там меня ждало что-то важное и очень мне нужное.

В какой-то момент горы расступились, и передо мной выросла… нет, не гора. По крайней мере, не из камня. А ледяная скульптура дракона.

Глава 2. Ледяной дракон

Земля дрогнула. Резкий порыв ветра ударил в грудь, и я едва устояла на ногах. А следом раздался странный скрежет. Сначала я подумала, что это просто гул в ушах – от ветра или собственного сердцебиения. Но звук нарастал. Глубокий, тяжелый, будто сама гора заворочалась.

Воздух уплотнился и завибрировал. Наверху что-то хрустнуло – резко, громко, как ломается гигантская кость. Запрокинув голову, я посмотрела на вершину горы и обомлела.

— Лавина! — страшное слово само сорвалось с губ, а следом за ним слетел нервный смешок.

Какая ирония! И дня не прошло на новом месте. Похоже, Келиб избавится от меня раньше, чем рассчитывал. Ну, почему ему так везет?

Снежная шапка уже скатилась с вершины и стремительно неслась прямо на меня. Бежать было поздно. Даже будь я моложе и крепче, все равно бы не успела. Нереально обогнать стихию. Я лишь могла попытаться спрятаться и надеяться, что мне повезет.

С этой мыслью я прильнула к ледяной статуе. Даст Творец, эта махина остановит снежный поток, и он просто обогнет меня. Конечно, потом надо будет еще как-то спуститься со склона, но это уже вторая задача.

Лавина летела вниз, сметая все. Гору трясло, гул стоял такой, что уши закладывало. Будто рычал дикий зверь. Снег не падал, он катился, набирая скорость, утрамбованный своей тяжестью.

Снежная пыль добралась до меня первой. Обогнув статую, она обожгла кожу ледяным прикосновением. Мир сузился до собственного дыхания, дрожи земли под подошвами и странного ощущения тепла. Я далеко не сразу поняла, откуда оно идет. Кроме меня здесь никого нет. Разве что… статуя?

Ледяной монолит источал тепло, а еще как будто дышал. Потом я вовсе ощутила спиной движение, но приписала его лавине. Она как раз добралась до статуи и была так близко, что казалась живой – дышащей и ревущей.

Тень перечеркнула небо. Сначала я решила, что это лавина, но, взглянув наверх, увидела крыло. Оно накрыло меня, создавая безопасную нишу, куда снегу не добраться.

Гул стал оглушающим. Все вокруг затянуло снегом. Мир исчез за белой стеной, а через минуту все стихло. Лавина отправилась дальше по склону. И только дрожь земли напоминала, что смерть прошла рядом – на расстоянии вытянутой руки.

Я так и стояла в тесноте – прижавшись спиной к статуе. Не чувствуя тела, не веря, что жива. Вокруг был только снег. Меня накрыло им с головой. Я оказалась в ловушке. Заперта в ледяной могиле!

Надо как-то выбираться отсюда. Пробиться наружу, пока не закончился воздух. Но прежде чем я успела об этом всерьез подумать, случилось невероятное. Статуя зашевелилась! И на этот раз это не было игрой моего воображения. Крыло отодвинулось, а следом за ним и весь дракон отряхнулся от снега.

От неожиданности я дернулась в сторону. Нога запнулась о снег, я упала и едва не скатилась по склону вниз, как лавина пару минут назад. Остановило меня все то же крыло. Просто встало на моем пути.

— Посмотрим, кто мне достался, — донеслось сверху.

Я не хотела об этом думать, но кроме меня и статуи дракона на склоне никого не было. А значит, говорит она. Или он? Да неважно, главное – оно живое!

С ужасом взглянув наверх, я увидела живого дракона. Он был не из плоти и крови, а как будто все из того же льда. И даже просвечивал на солнце. Но от этого не казался менее грозным.

Склонив голову на бок, дракон изучил меня и вынес вердикт:

— Не лучший экземпляр. Но выбирать не приходится. Сгодишься, — вздохнул он, а после заявил: — Я выполнил твое желание. Теперь твой черед.

— Д-для чего? — от пережитого шока я начала заикаться.

— Для оплаты. Ты же не думала, что драконы используют магию даром? Мы не благотворители, — хмыкнул он. — Я уж точно.

— Говоришь так, будто покупаешь меня, — я нашла в себе силы встать и отряхнуться от снега.

— Скорее, это ты купила желание, — поправил дракон. — Считай это сделкой.

— Но мне нечем платить, — я развела руками, показывая, что у меня ничего нет.

Это, между прочим, чистая правда. Муж оставил меня ни с чем. Едва ли дракон позарится на хижину, в которой я теперь живу.

Но ответ ящера напугал похлеще лавины:

— Ты отдашь мне себя, — заявил он. — Не переживай, я не возьму лишнего.

От его кровожадной ухмылки я чуть не лишилась сознания. Сначала вообще показалось, что он планирует меня съесть. Может, не всю, обещал же не брать лишнего, а только часть – руку или ногу. А что, за годы пребывание во льду он наверняка здорово проголодался.

— Я… я не вкусная, — пробормотала я и попятилась.

Дракон глянул на меня и неожиданно согласился:

— Действительно. К тому же я не ем людей, — сообщил он. — Ты отдашь мне себя иначе. Ночью.

Последнее слово упало между нами ледяной глыбой, оно прозвучало слишком многозначительно. Вот тут до меня дошло, что дракон хочет в уплату за желание. Несмотря на мороз, мне стало мучительно жарко.

У меня был всего один мужчина – Келиб. И, если честно, я была уверена, что бывшим мужем эта сторона моей жизни и ограничится. Не собираюсь я заводить интрижку. Тем более, с едва знакомым драконом. Уж лучше бы он меня съел!

Глава 3. Первая ночь 

Я не маленькая, давно поняла, чего этот кусок льда хочет от меня. Естественно, я возражала! Но преимущество было не на моей стороне. В каждом слове мужчины слышалась нечеловеческая сила. А в интонациях звучала решительность существа, для которого время, страх и смерть не имеют особого значения. Он ничего мне не предлагал. Он объявлял, как все будет. И это дико раздражало.

Я действительно встала с пола и даже поправила одежду. Это отчасти вернуло утраченную уверенность.

— Могу я заплатить за желание чем-то другим? — поинтересовалась я.

— Нет, — последовал категоричный ответ. — Таковы условия сделки. Дракон исполняет желание, дева платит за него своими ночами.

— Но меня никто не предупредил!

— Это не помешало тебе загадать желание.

От его слов внутри что-то щелкнуло. Словно трещина прошла по стеклу. Так вот она какая… безысходность. Борись, не борись, а результат один.

Ледяной двинулся на меня, но я пока не была готова сдаться:

— Нет, нет, — затрясла я головой. — Я не могу. У меня есть муж… был… Неважно! Я всю жизнь была верна ему одному.

— Это замечательно, — улыбнулся он. — Ты принесешь мне в жертву свою верность.

Чего? А мое мнение он не собирается учитывать? Я попятилась в сторону арки. Кажется, там выход. Шажок за шажком я приближалась к цели, но не отдалялась от ледяного мужчины. Все потому, что он шел за мной. Так же медленно. Преследовал меня, как хищник жертву, но не нападал. То ли давал мне привыкнуть к мысли о том, что сейчас произойдет. То ли наслаждался процессом охоты.

В итоге я добралась до арки и даже шагнула под нее, но что толку. Порыв ветра едва не сбил с ног. Я оглянулась и увидела перила балкона, а за ними – ничего. Только горы и снег. А прямо внизу – обрыв. Если прыгать, то с пониманием, что это будет конец.

Внутри взметнулась злость. Вот уж нет! Я не доставлю Келибу такого удовольствия. Я хочу и буду жить. А с остальным… как-нибудь разберусь.

— Не бойся меня, — Ледяной протянул руку и коснулся моей щеки. — Наша встреча была определена. Ты загадала желание и пробудила меня. Так имей смелость идти до конца.

Я не успела ответить. Даже подумать. Ледяной нагнулся, и мои ноги вдруг оторвались от земли. Он закинул меня себе на плечо!

— Ах! — выдохнула я и попыталась сопротивляться: — Отпусти!

Я обрушила кулаки на спину мужчины. Но с таким же успехом могла колотить кусок льда. Ноль эффекта! Так же спокойно, размеренно шагая, этот бесчувственный чурбан нес меня куда-то в одном ему известном направлении.

Впрочем, интрига длилась недолго. Коридор, несколько поворотов, и мы очутились в спальне. Такой же ледяной, как и все в этом странном жилище. Кровать вместо постельного белья устилали шкуры. Теплые и мягкие. На них Ледяной меня и опустил. Не грубо, а осторожно, но от этого было нелегче.

Нависнув надо мной, он принялся развязывать шнуровку платья на моей груди. Я отталкивала его руки, ерзала, пытаясь вылезти из-под него, но он не замечал моего жалкого сопротивления. Я не знала, как его остановить. Эту битву я проиграла, едва она началась.

В итоге я зачем-то выпалила:

— Как тебя зовут?

Как ни странно, сработало. Ледяной замер. Близость с посторонним мужчиной откладывалась хотя бы ненадолго. Пусть всего на пару секунд, но для меня каждая отсрочка была ценна.

— Мое истинное имя не для твоих ушей, дева. Но ты можешь называть меня Фрост, — представился он.

Он сказал мне… прозвище? Прямо сейчас он собирается взять меня, но его имени я не достойна. Это как вообще? Если драконы все такие ненормальные, то я на стороне тех, кто против их возрождения. Хорошо и без них жили.

На этом краткий миг передышки закончился. Фрост вернулся к процессу и больше уже не отвлекался. Я опомниться не успела, как он избавился от моей одежды. Впервые я предстала обнаженной не перед мужем.

Я была напряжена, как натянутая струна, но Фрост не обращал на это внимания. Он действовал пугающе уверенно. Придавил сверху, подготовил к близости – все четко и по делу. Ни одного лишнего движения, ни малейшего признака нежности.

Его прикосновения нельзя было назвать ни ласковыми, ни грубыми. Он не причинял мне боль, но и осторожности не проявлял. А еще он ни разу не поцеловал меня. Его губы не коснулись моего тела. Нигде.

Зато его руки, казалось, были повсюду. Холодные, твердые, решительные. Они удерживали, направляли, фиксировали, словно я была частью обряда, а не женщиной. И все же в этом не было жестокости. Скорее, отстраненность. Он не брал больше, чем считал необходимым. Не искал отклика. Просто делал то, что должно.

Сопротивление стало бессмысленным, и я закрыла глаза. Усилием воли заставила себя расслабиться. И тогда случилось неожиданное – ледяные прикосновения Фроста вопреки логике вызвали тепло. Оно разливалось изнутри, ломая старые зажимы, пробуждая тело, которое я давно считала чужим и бесполезным.

Во мне что-то шевельнулось и расправилось. То, что я испытала было не просто телесное удовольствие. Я будто пробудилась от долгого сна. Мир стал ярче, звуки – острее, а ощущение были полными.

Глава 4. Ледяная ловушка

Я осталась одна. Фрост будто забыл обо мне. Не навещал, не интересовался, как я. Время шло. День сменился ночью, ночь – днем, и снова по кругу. Но так не могло продолжаться вечно. Рано или поздно дракон явится, я точно знала.

При этом мне не на что было жаловаться. Еда, одежда, все необходимое для гигиены появлялось само собой. Как по волшебству. Точнее, по драконьему велению. Живи и наслаждайся. Вот только не получалось.

Одиночество, непонятное, пугающее будущее, угроза новой встречи с Фростом – все это висело надо мной. Как долго я просижу в заточении? Что еще должна буду сделать? Фрост ждал от меня жертв. А у меня ничего не осталось!

Возможно, меня уже признали мертвой. Келиб празднует. Женился на своей беременной распутнице. Что мне толку от второго шанса, если его нельзя использовать?

Я должна выбраться отсюда! Но как? Весь мой мир ограничивался ледяной спальней. Дверь – заперта, балкон нависает над бездной, других окон нет. Я превратилась в принцессу, томящуюся в башне злого дракона. И нет рыцаря, способного меня спасти.

Разве что… с момента заточения в ледяном дворце Фроста мне снился один и тот же сон. Слишком реальный. Каждый раз это была песчаная буря в пустыне, а она ничем не лучше лавины. Песок хлестал по лицу, забивался в рот, в глаза, под одежду. Воздух был густым, тяжелым, будто его можно резать ножом.

Я двигалась вперед наугад, прикрывая лицо руками, спотыкаясь и утопая по щиколотку в зыбкой, живой земле. Каждый шаг давался с трудом, но останавливаться было нельзя. Заметет. Стоило хоть немного замедлиться, как тут же начинало засыпать.

А еще мне все время казалось, что я там не одна. Сквозь завесу песка иногда проступал силуэт. Мужская фигура – высокая, темная, едва различимая. Он появлялся впереди, на расстоянии вытянутой руки, и в ту же секунду его скрывал очередной вихрь. Сердце каждый раз дергалось, будто узнавало его раньше разума.

Я ускоряла шаг, почти бежала, протягивала руку, уверенная, что вот сейчас коснусь его. Он тоже шел ко мне. Сквозь пелену песка я угадывала движение, напряженные очертания плеч, руку, поднятую так же, как моя. Иногда мне даже мерещились черты лица, но они тут же рассыпались подобно миражу.

Пару раз пальцы почти встретились, я уже ощущала тепло его ладони. Но всякий раз просыпалась за миг до того, как руки соприкасались, кашляя так, словно и правда наглоталась песка.

Я долго гадала, чем навеян этот сон. Тоской по теплу? Все же пустыня полная противоположность ледяным горам. Но с очередным сном во мне крепла уверенность, что это не просто сон. Видение!

С маниакальным упорством я каждую ночь боролась с песчаной бурей. Пока однажды не победила.

В ту ночь буря была особенно безумной. Песок жалил сотнями иголок, словно сама пустыня хотела от меня избавиться. Казалось, если мы с незнакомцем дотянемся друг до друга, что-то изменится – буря стихнет, мир обретет форму. Эта мысль гнала меня вперед, заставляла идти, когда ноги уже не слушались.

В какой-то момент я увидела его отчетливее. На мгновение буря разошлась, и я различила будто высеченное из тени и света лицо: резкие скулы, твердая линия рта, тонкий нос. Черные глаза сверкали сквозь песчаную пелену – глубокие, как бездонные провалы в скале, такие же беспощадные и притягательные.

Казалось, он был самой бурей – ее сердцем и волей. Песок кружился вокруг него, но не касался, словно признавал хозяина. Если я до него доберусь, если протяну руку и он возьмет мою – все может измениться. Или рассыпаться окончательно.

На миг я засомневалась – действительно ли я хочу, чтобы наши руки встретились? Такой мужчина не обещает покоя. Он приносит перемены. Разрушает и создает заново.

Но мой мир и так разрушен. От прежней жизни не осталось ничего. Прожитые годы и те стерты. Поэтому, отбросив сомнения, я сделала еще рывок. Песок взвился стеной, ослепил, сбил с ног. Я упала, задыхаясь, но в последний миг ощутила, как сильные руки подхватили и поддержали меня.

В тот же миг буря стихла. Весь песок разом упал на землю, образовав вокруг нас небольшие горки и целые барханы. Стихия успокоилась, пустыня выглядела тихой и безмятежной, словно не было никакой песчаной бури.

Я подняла голову и увидела мужчину. Получилось! Он стоял напротив меня. Живой, настоящий. И даже улыбался. Теперь я могла рассмотреть не только лицо. У незнакомца были короткие, чуть вьющиеся темные волосы, взъерошенные ветром.

Его фигура была безупречной в своей мужской мощи: широкие плечи, сильная грудь, уверенная линия рук, в которых угадывалась не просто физическая сила, а привычка повелевать. Он стоял так, будто земля под ногами принадлежала ему по праву. Даже когда вокруг ревела буря, в его позе не было ни капли неустойчивости.

Он был полностью одет в черное, разве что рубашку на груди украшала серебристая вышивка – тонкая, сложная, похожая на древние символы. И снова я поймала себя на том, что красота мужчины была суровой, почти пугающей – как гроза над пустыней или волна, готовая обрушиться на берег.

— Ты дошла, — восхитился он. — Невероятно, до чего ты сильна!

Я удивленно моргнула. Это меня он назвал сильной? Да я слабачка! В первую же ночь сдалась на милость Фроста.

Заметив мою печаль, мужчина добавил:

Глава 5. Отлов животных

С тех пор Белек регулярно наведывался в гости. Мы быстро сдружились, зверек доверял мне все больше, а я обдумывала план, как захватить его в плен. Вот как низко я пала!

Когда Белек сидел спокойно, свернувшись клубком, хотелось протянуть руку и погладить его, будто пушистого зверька. Но стоило ему насторожиться – и в его позе появлялась хищная собранность: лапы упирались в пол, когти блестели, а по меху пробегала волна морозного узора.

Он словно был создан из холода и снега, но при этом казался почти живой игрушкой – милой и чарующей, но в то же время опасной, как сама зима. Едва ли природа могла сотворить такое. Я все больше уверялась в мысли, что странного зверя сотворил сам ледяной дракон. Придал зимней стихии форму и оживил силой своей магии.

Обычную еду Белек не ел. Чем только я не пробовала его угощать, он от всего отказывался. А потом в один из дней был снегопад, и на балкон намело сугроб. Заметив его, Белек тут же кинулся туда и за пару минут съел весь снег. Он с таким удовольствием им хрустел, что я лишь диву давалась. Похоже, снег – его любимое блюдо. Это можно использовать.

Я успокаивала себя тем, что не собираюсь вредить новому другу. Мне просто нужно убраться подальше от Фроста, а потом я отпущу Белька, и он вернется к хозяину. Я же не чудовище.

Вскоре я обнаружила еще один талант зверька. Он умел общаться! Не как люди, по-своему, но все же нам удалось наладить контакт. Меня он явно понимал, а вот я его – не всегда. С этой проблемы все и началось.

В один из дней Белек чего-то добивался от меня. Он прыгал вокруг, заглядывал в глаза, но я не понимала, чего он хочет. Это очень его расстраивало.

— Просто покажи, что тебе нужно, — не выдержав, всплеснула я руками.

Белек на миг задумался, а потом вдруг запрыгнул мне на колени. Я замерла. До этого он соблюдал дистанцию. Даст себя немного погладить и отходит.

Но уже в следующий миг я поняла, в чем причина такой близости – Белек протянул лапку и коснулся моего виска. Аккуратно, не выпуская когтей, но я все равно не была готова к тому, что произошло дальше.

Он будто передал картинку прямо в мои мысли. Я увидела, как мы с ним играем – я леплю снежки и кидаю, а он ловит их и съедает на лету. Так он хотел поиграть!

Белек убрал лапу, спрыгнул на пол и выжидающе уставился на меня.

— Поняла, — кивнула я, все еще немного пребывая в шоке от его способностей.

Кто бы подумал, что он умеет общаться мысленно! Нет, это точно не обычный зверь.

Дни шли, мой план побега зрел. И вот, наконец, я поняла, что надо делать. Осталось придумать из чего соорудить ловушку. Это оказалась не так-то просто. В ледяной комнате особо не разгуляешься. В итоге выбор пал на шкуры. Те самые, что лежали на кровати. Всего их было две: одна служила простыней, вторая – покрывалом. Обе большие, добротные.

Я пыталась представить животное, с которого их сняли. По всему выходило, что оно намного крупнее медведя, а еще его серебристый мех длиннее и мягче. Одним словом, идеально для постели. Но одной из шкур надо пожертвовать.

Я смастерила из нее объемный мешок. Для этого пришлось повозиться. С нитками проблем не возникло. Я распустила подол одного из платьев, которыми меня здесь щедро снабжали. А вот иголки не было, и я создала ее буквально из ничего. Точнее, из воды.

Для начала занялась порчей имущества дракона – отколола немного льда от кресла. Частично растопила его в ладонях, придав нужную форму, и снова заморозила. Благо в ледяном дворце любая жидкость быстро превращалась в лед. Это, кстати, создавало немалые проблемы с питьем – чуть напиток остынет и все, уже замерз. Приходилось пить кипяток, обжигая язык и горло.

Так у меня появилась грубая, но все же игла. На мою удачу она неплохо протыкала шкуру. Опять же сказалась особая магия этого места. Лед здесь намного прочнее обычного. Думаю, я могла бы сделать из него кинжал и прикончить Фроста…

Я тряхнула головой. Нет, это не мой вариант. Да и вряд ли оружие навредит дракону.

Когда мешок был готов, я дождалась снегопада. К счастью, они здесь частое явление. На балкон намело целую гору снега. Я сгребла его внутрь мешка и предложила Бельку.

Зверек не почуял подвоха. Вероятно, он решил, что я использовала мешок, как переноску для снега, и без опаски полез за угощением. Мне осталось лишь подтолкнуть его под попу, а после затянуть мешок. Вот и все, попался!

Но словить Белька было намного проще, чем удержать. Через миг выяснилось, что я совсем его не знаю. До этого я имела дело с милым зверьком, а теперь столкнулась с его боевой формой.

Острые, как кинжалы, когти вспороли мешок изнутри. Я ахнуть не успела, как Белек превратил его в лоскуты. Крепкая шкура была уничтожена, зверь вырвался, а я осталась без ловушки.

Выбравшись, Белек встряхнулся и хмуро глянул на меня. Он не нападал, но чувствовалось, что злится. Я же ощущала себя полностью разбитой. Последняя надежда на спасение из ледяной темницы рухнула! Раздавленная этой мыслью, я всхлипнула.

— Мне нужно выбраться отсюда, понимаешь? — произнесла я. — Я не могу провести всю жизнь пленницей Фроста!

Белек затих, а я, действуя интуитивно, протянула руку и коснулась его виска, как когда-то он моего. Я не умела общаться, как он, но очень хотела передать ему всю степень своего отчаяния. Чтобы он почувствовал, как мне плохо.

Глава 6. Свобода 

Выбраться из дворца оказалось проще, чем я думала. Все благодаря Бельку. Едва я выскочила в коридор, как он завозился внутри мешка. Удержать его было нереально, пришлось отпустить, а то еще немного – и мои руки бы постигла участь первого мешка.

Вопреки ожиданиям зверек не бросился обратно к Фросту, а побежал вперед. На поворотах он останавливался и оглядывался – поспеваю ли я за ним. Белек указывал мне путь к выходу! По крайней мере, я на это надеялась. Выбора особо не было, и я пошла за ним.

И действительно, десяти минут не прошло, как я очутилась на улице.

Ледяной ветер ударил в лицо так резко, что чуть не сбил с ног. Передо мной раскинулся склон горы – бесконечно белый, уходящий вниз под опасным углом. Снег лежал нетронутым, ослепительно чистым – ни троп, ни следов, ни малейшего намека на безопасный спуск. Каждый шаг мог обернуться падением, скольжением, концом.

Я оглянулась назад на ледяной дворец. Он давил одним своим присутствием. Башни из темно-синего, векового льда поднимались за спиной, безмолвные и равнодушные, а узкие окна смотрели вслед, как глаза хищника, не привыкшего отпускать добычу.

Нет, туда я не вернусь. Стиснув юбку пальцами, я устремилась вперед в неизвестность. Вскоре я уже неслась по склону вниз. Белек бежал рядом, хотя мог уже вернуться к дракону. Но почему-то он не торопился меня покидать.

Ноги проваливались в снег. За каждый шаг приходилось бороться. Высоко же дракон построил свой дворец! Чуть ли не на самой вершине горы. Холодный воздух обжигал горло и наполнял легкие ледяными иглами. Но я все равно бежала – дальше, быстрее, не оглядываясь.

А потом словно сама ночь упала с неба, накрыв меня и все вокруг густой тенью. Глянув за спину, я ничего не заметила, кроме белоснежной горы. Тогда запрокинула голову и посмотрела в небо.

От увиденного едва не оступилась. Еще бы немного – и покатилась вниз по склону, ломая кости. Тень, что накрыла меня, принадлежала дракону. Его распластанные крылья заслоняли половину неба. Он кружил надо мной, словно ястреб над добычей. Или скорее, как стервятник, выжидающий, пока его жертва погибнет, чтобы потом обглодать ее кости.

Дракон чертил дуги на небе, играя со мной. Иногда отлетал подальше, и тогда тень металась по склону – отставала, ускорялась, а потом снова накрывала меня, вызывая приступ паники. Сейчас схватит!

Я старалась бежать быстрее, на пределе возможностей, в тщетной попытке скрыться от преследователя. Но что толку? На белом полотне я была единственной темной кляксой. Даже искать не надо – вот она я. Белек, в отличие от меня, прекрасно сливался со снегом.

Ветер хлестал по лицу, норовя забраться под одежду; дыхание стало резким и рваным. Пальцы, удерживающие юбку, онемели, руки дрожали от усталости. Позади раздался тяжелый взмах крыльев. Воздух содрогнулся. Спину обдало холодом. Дракон подлетел слишком близко, и у меня от ужаса подкосились ноги.

Я споткнулась. Пятка ушла в рыхлый снег, тело накренилось. Мир перевернулся, и я покатилась вниз по склону. Снежная пелена застила глаза, в уши ударил хруст. Остановилась лишь когда плечо больно врезалось в торчащий из земли камень.

Дракон снова взревел, и звук скатился по склону вслед за мной. Я вскочила и огляделась. Ого, я пролетела приличное расстояние. Пейзаж изменился. К снегу добавились серые камни. Они торчали то тут, то там, словно плавники рыб из воды.

Как вдруг – расщелина! Узкая, почти незаметная в тени скалы, а внутри Белек – машет мне лапой. Мол, иди сюда, спрячемся.

Я бросилась к нему, не думая. Чисто на инстинктах. Втиснулась внутрь, царапая плечи о неровные края, втянула ноги и прижалась спиной к холодному камню.

Снаружи по склону прошла массивная тень. Дракон искал меня, но не находил. Тень проплыла мимо, затем вернулась. Потерпев неудачу в небе, дракон приземлился. Треск льда под тяжелыми лапами эхом отдавался внутри тесного убежища. Дракон что-то вынюхивал и шипел, воздух аж вибрировал от его раздражения.

Я зажала рот ладонью, стараясь не дышать. Снежинки таяли на коже, стекая водой в рукав, но я терпела. Внутри все сжалось, стало маленьким, как эта трещина в скале. Казалось, если вдохну слишком громко – тень дракона снова упадет на меня, на этот раз окончательно.

Белек тоже переживал. Умные льдистые глаза глядели прямо на меня. Зверек как будто хотел что-то сказать. Несмотря на то, что я его похитила, он вывел меня из дворца, и я решила довериться ему еще раз.

Вспомнив, как он передавал мне картинки прямо в мысли, я наклонила голову, подставляя висок. Зверек вскинул лапу. От резкого движения с его шерсти сорвались ледяные искорки и затанцевали в воздухе точно пылинки.

Вот он коснулся моей кожи. Осторожно, без когтей, хотя при желании мог разодрать меня. Зверек только с виду такой милый, на самом деле это настоящий хищник.

В следующий миг я увидела картинку, как Белек бежит по склону, но не вниз, а вверх и куда-то в сторону. Он предлагал его отпустить! Очень хотелось ему верить. Но с ним я потеряю единственный козырь перед драконом. А его рычание, между тем, раздавалось все ближе и ближе. Совсем скоро он обнаружит наш укромный уголок.

Но именно аккуратное прикосновение лапы помогло мне решиться. Белек будто пытался сказать: «Я не причиню тебе вреда. Доверься». И я доверилась. А что еще мне оставалось?

Глава 7. Бывший

Путешествие с севера заняло несколько дней, но я провела их с комфортом, наняв благодаря драгоценностям удобный экипаж. И вот, наконец, родной дом показался из-за поворота. Внезапно, будто вынырнул из прошлого. Тот же кованый забор с гербом, дымок из трубы и мои любимые клены за оградой. Все осталось прежним. Только я была уже не той, что уходила отсюда.

Экипаж встал, я вышла, но долго не решалась открыть калитку. Сердце билось так сильно, что, казалось, его услышат за стенами дома.

Келиб узнает меня? Если да, то как отнесется к моему возвращению? Этот вопрос пульсировал в голове, заглушая все прочие мысли.

Зеркала у меня с собой не было, но я и без него знала – от прошлой меня осталось мало. Ни сутулых плеч, ни тяжелого взгляда женщины, прожившей много лет в разочаровании. Молодость сидела на мне непривычно, как чужая одежда, и от этого было еще тревожнее.

Возможно, я бы так и не отважилась войти, но тут к дому подъехал еще один экипаж. Из него вышла пожилая супружеская пара. Я знала их в той своей прежней жизни. Бургомистр с супругой.

— Милочка, вы тоже приехали на званый обед? — обратилась ко мне жена бургомистра. — Так не стойте на пороге, идемте скорее в дом.

Надо же, как удачно сложилось. Келиб созвал гостей. Среди них я смогу затеряться и войти в дом без лишних вопросов, кто я и зачем явилась.

Так и вышло. Дворецкий пропустил супружескую чету и меня вместе с ними. Вероятно, посчитав меня за их родственницу.

Стоило переступить порог, и прошлое сомкнулось вокруг меня капканом. Дом принял беззвучно, будто и не было разлуки. Половицы под ногами скрипнули ровно так же, как всегда. Этот звук я помнила лучше собственного имени.

И все же это был уже не совсем мой дом.

Я узнавала его и одновременно чувствовала себя здесь чужой. Занавески другие, легкомысленно-цветочные, там, где раньше висела плотная ткань, спасавшая от сквозняков. Ковер у входа – слишком яркий. Его дикие оттенки резали глаза.

В холле уже скопились гости, и дворецкий пригласил всех в гостиную для приемов. Я направилась вслед за остальными.

С каждым шагом внутри поднималось странное, болезненное сопротивление. Этот стол я когда-то выбрала сама. Долго спорила с мастером, добиваясь нужной ширины и высоты. Мы часто ужинали за ним, и Келиб любил класть на него локти, вопреки этикету. Теперь там стояла ваза. Грубая, тяжелая, с вычурным узором. Она была не к месту. Как заплатка на старой, но любимой ткани.

Я вложила в этот дом годы жизни. Силы. Заботу. Я знала, где зимой тянет холодом, и какие летом открыть окна, чтобы создать приятный сквозняк. А теперь посторонняя женщина прошлась по всему, не спросив, не поняв, изуродовав.

— Дорогие гости, мы с супругой рады приветствовать вас в нашем доме.

Я вздрогнула от знакомого голоса и обернулась. Келиб стоял в дверях. Он улыбался, на его согнутом локте лежала женская рука. Сандра… так, кажется, зовут его любовницу? Впрочем, судя по кольцу на ее пальце, она уже сменила статус.

Я невольно сравнила ее с собой. Была ли она красивее, интереснее, лучше? Теперь, когда молодость вернулась ко мне, сравнение, пожалуй, было не в пользу новой жены. Но одно преимущество у нее точно имелось. Буквально выпирало из-под платья, натягивая юбку барабаном на животе. Сандра была беременна. Срок уже приличный, через пару месяцев рожать.

Рука Келиба легла на ее живот. Не случайно, не мимоходом, а демонстративно. Он явно гордился беременностью жены. Как если бы хотел сказать: смотрите, вот что у меня есть.

А у меня – не было. Никогда.

Зависть накатила острой, ядовитой волной – стыдной и некрасивой. В этот миг я возненавидела Сандру, но вовсе не за то, что она заняла мое место. Слишком легко ей досталось то, за что я платила кровью и потерями. Разве это справедливо?

Как и положено гостеприимным хозяевам, Келиб с женой уделили время каждому гостю. Они подходили, здоровались и перекидывались парой слов со всеми по очереди. Я ждала своего часа, стоя в дальнем темном углу гостиной. Почему-то казалось, стоит Келибу взглянуть мне в лицо, как он непременно догадается, кто я. Мы ведь столько лет прожили вместе!

Когда Келиб подошел, его рука лежала на талии молодой жены. Этот жест был слишком знакомым. Прежде он так же обнимал меня. Гордость, уверенность, право собственности – все в одном жесте.

Бывший муж посмотрел на меня как на других приглашенных: с вежливым вниманием хозяина дома, который хочет быть любезным. Ни удивления. Ни тени узнавания. Ни дрогнувшего взгляда.

— Добро пожаловать в наш дом, — сказал он и замялся.

— Ирэна, — представилась я. — Я пришла с бургомистром.

— Разумеется, — широко улыбнулся Келиб. — Вы – его племянница. Он много о вас говорил.

Я не стала возражать. Какая разница за кого он меня принял? Значение имело только одно – он меня не узнал.

Я уповала на это мгновение, готовилась к нему, боялась, спорила с собой. Вот оно случилось… и оказалось совсем не таким, как я представляла. Не было ни потрясения, ни раскаяния, ни ужаса. Только пустота. И странное, обидное облегчение.

А чего я, собственно, ждала? Что Келиб вскинется, побледнеет и вдруг вспомнит, что когда-то любил меня? Теперь я уже и в этом сомневалась.

Глава 8. Пустыня

Я недолго думала, что делать дальше. Очевидно, что драконы пришли в мою жизнь навсегда, а значит, нужно учиться сосуществовать с ними. Пора брать все в свои руки. И для начала узнать об этих существах как можно больше.

Я отправилась в город на юге империи. Выбор пал на него по нескольким причинам. Во-первых, он славился своими академиями и библиотеками. Город был сосредоточением лучших умов империи. Настоящий кладезь знаний! Если можно найти где-то информацию о драконах, то только там.

Во-вторых, он граничил с пустыней. Тот странный сон все не шел у меня из головы. Я часто вспоминала его, пески манили меня, и я решила не сопротивляться.

Наконец, в-третьих, там было жарко. Очень! Едва ли такая погода придется по нраву ледяному дракону, обожающему зиму и холод. Есть шанс, что он не сунется туда.

На краю пустыни я прожила полгода. Искала информацию, читала пыльные манускрипты, говорила с мудрецами. Мне действительно удалось найти кое-что полезное. Например, я узнала, что у каждого дракона есть сокровище.

Видимо, Белек – сокровище Фроста. Я использовала эту слабость против дракона, сама того не ведая. Что ж, мне повезло, что у ледяного оно вообще есть. Хоть кто-то небезразличен его холодному сердцу.

Еще я выяснила про истинное имя, которое дракон хранит в тайне и крайне редко кому-то говорит. Ведь тот, кто им владеет, может управлять драконом. Поэтому Фрост назвался прозвищем. Такой, как он, никогда никому не доверится. Мне уж точно.

Но на этом открытия закончились. Мои находки были скудны. Все и так были в курсе, что драконы вернулись в наш мир. Началось все со стихийного, которого случайно пробудила наивная девочка СНОСКА НА 1 ЧАСТЬ, а потом завертелось. Вслед за первым проснулся второй дракон – огненный СНОСКА НА 2 ЧАСТЬ. И, наконец, не повезло мне – я разбудила ледяного.

Помимо этих трех в мире осталось еще два дракона, пока не пробужденных ничьим прикосновением. Один из них был водным. Он ждал на западе, неподалеку от моря. А вот статуя второго, сумеречного находилась неподалеку – посреди пустыни, что простиралась прямо за городом.

Не он ли снился мне? Что если еще один дракон взывал ко мне? Я понятия не имела, как на это реагировать, и что вообще делать. Откликнуться или бежать подальше? Если сумеречный дракон хоть немного похож на ледяного, то зачем мне вдвое больше проблем? Но не отпускала мысль, что он может стать моим спасением.

Хуже всего, что я не выяснила детали сделки с драконом. Все, что ее касалось, было покрыто мраком. Ни в одном манускрипте об этом не писалось. Я так и не узнала, можно ли ее расторгнуть, и чем это грозит.

Я уже совсем отчаялась, когда мне повезло наткнуться на старика-ученого. Он сам подошел ко мне, заметив, что я интересуюсь драконами.

Лицо у него было обычным, даже скучным: тонкие губы, вытянутый нос, морщины, седина. Но я поймала себя на том, что не могу определить его возраст: вроде бы старик, но спина прямая, движения точные, будто передо мной не дряхлый ученый, а актер, играющий эту роль.

Когда он поднял глаза, я невольно вздрогнула. Они были странные. Не по цвету, а по выражению. Слишком внимательные. Раньше я не видела его в библиотеке, хотя уже перезнакомилась со всеми местными учеными.

— Интересуетесь драконами? Я посвятил жизнь их изучению, но лишь слегка приподнял завесу над этими невероятными существами, — улыбнулся старик. — Вы знали, что драконы сражались с демонами и спасли людей от порабощения?

— Впервые слышу, — честно призналась я.

— Да-да, они практически все погибли в той битве. Выжили лишь несколько особей, но и те обратились в камень из-за проклятия.

— Проклятие? — насторожилась я. Вот это уже интересно.

— Демоны прокляли драконов на вечные муки в камне, пока не найдется та единственная, что оживит дракона своим прикосновением.

— Именно это и произошло недавно, — произнесла я. — Выходит, одного прикосновения достаточно для снятия проклятия?

— Едва ли. Демоны коварны. Уверен, они придумали целую цепочку условий, которые надо выполнить, чтобы проклятие окончательно спало.

Я кивнула. Наконец-то все сходится! Фрост пробудился, когда я дотронулась до него, но этого было мало. Ночь, которую мы провели вместе, тоже была частью этого процесса.

Жаль, я не знаю других условий. Они, похоже, известны лишь самим драконам. Но ни Фрост, ни сумеречный дракон со мной ими не делятся. И что же делать?

Не хотелось этого признавать, но мои поиски окончились ничем. Неужели я обречена на жизнь в бегах?

Но, как выяснилось, я зря переживала. Бегала я недолго. Вскоре моей вольной жизни пришел конец.

— Снег! Вы можете в это поверить? В пустыне выпал снег!

Тем утром меня разбудили восторженно-удивленные возгласы. Еще не до конца проснувшись, я выглянула в окно и обомлела. Действительно, снег, мне не почудилось спросонья.

Не сказать, что на улице лежали сугробы. Снег лишь слегка припорошил крыши домов и дороги. Но для южного города, граничащего с пустынью, даже это нонсенс. Большинство местных вовсе видели снег впервые в жизни.

Люди выбегали на улицу, полюбоваться невероятным явлением. Взрослые ловили снежинки и наблюдали, как они тают на ладонях, пока дети вовсю играли, кидаясь друг в друга снежками.