Драконов не обслуживаем

Пролог

— Да чтоб тебя, — пробурчала я, закрывая за собой очередную дверь. — Кто, блин, придумал делать туалет в стиле «сто дверей в никуда»? Это что, квест такой, да? Найди выход и получи бесплатный десерт?

Я обернулась. Десятки одинаковых дверей, гладких, блестящих, с золотыми ручками. На каждой — номер, шрифт одинаковый, без намёка на логику.
— Лена, — процедила я в пространство, — вот почему я тебя слушаю? Мало того, что дорого, мало того, что шумно, так ещё и из туалета выйти нельзя!

Постояла, вздохнула и потянула ближайшую ручку. За дверью — стена. Отлично. Следующая — тоже. Ещё одна — тьма.
— Ну супер. Кафе «Лабиринт» — говорили они, «новое модное место», — пародировала я голос подружки. — Модное, ага. Психбольница для перфекционистов, не иначе.

На пятой попытке дверь всё-таки открылась.
— О! Аллилуйя, — облегчённо сказала я и шагнула вперёд.

Я ожидала увидеть коридор или зал с неоновыми вывесками и звоном бокалов. Но вместо этого передо мной оказался... магазин.
Странный. Узкий, пахнущий сухими травами и чем-то сладковатым, как ладан. Полки до потолка, всё заставлено стеклянными бутылочками, банками, подвешенными амулетами. За прилавком стояла девушка в длинном чёрном платье и перебирала какие-то перья.

— Простите, — начала я, немного растерянно. — А как отсюда попасть обратно в ресторан?

Девушка посмотрела на меня с лёгким удивлением, как будто я спросила, где тут ближайший портал в преисподнюю.
— Выйдите через дверь, перейдите дорогу, и будет прямо напротив.

— А, отлично, спасибо, — улыбнулась я, хотя внутри уже начинала злиться. Ну конечно, ресторан, у которого туалет через улицу. Гениально. Правда, непонятно, как реализовано. Почему вошла я в туалет в ресторане, а вышла тут. Боже, оторви голову дизайнеру этого места и пришей архитектору.

Я вышла.

И сразу застыла. Где я? Они же не могли и улицу переделать, пока я была в туалете? Я словно в другом городе. Что за бред?

Фасады — блестящие, гладкие, как будто из стекла, но не отражали ничего. Воздух чуть мерцал, небо — какое-то слишком голубое, будто с фильтром. На дороге — странные машины без колёс, скользящие почти бесшумно. Люди одеты красиво, но непривычно — как будто фэшн-показ, где все решили быть футуристами.

— Так, — сказала я себе, медленно оглядываясь. — Снимают кино. Точно. Рекламный ролик или сериал. Вот сейчас кто-нибудь крикнет «Стоп, снято», и я просто извинюсь, что влезла в кадр.

Я огляделась — камеры не было. Только женщина в серебристом плаще с татуировкой на шее и мальчишка с белыми волосами, который что-то рассматривал в воздухе, будто там был экран.

— Простите! — крикнула я первой встречной. — Подскажите, ресторан «Лабиринт» где?

— Что? — она даже не остановилась, просто взглянула на меня поверх плеча. — Я не знаю такого места.

— Как не знаете? Он прямо... — я обернулась. Магазина за моей спиной не было.
На его месте — гладкая стена с какими-то светящимися линиями. Ни вывески, ни двери.

— Что за… — я тронула поверхность. Тёплая.

Сердце ухнуло вниз.

— Ладно, Данка, спокойно, — пробормотала я. — Просто ты не выспалась. Или кофе был не кофе. Сейчас вернёшься, спросишь ещё раз.

Я снова подошла к женщине, которая теперь уже разговаривала с кем-то через браслет на руке.
— Простите, а вы уверены, что здесь нет ресторана «Лабиринт»? Ну, нового такого, модного, с дверьми, как из сказки?

Она моргнула.
— Лабиринт? У нас нет такого. И… — её взгляд стал настороженным. — Вы откуда?

Я открыла рот, потом закрыла.
— Из туалета, — честно ответила я.

Её брови поднялись.

— Я... я только что вышла из магазина с травами, — растерянно произнесла я, обращаясь к прохожей женщине с блестящими светлыми волосами. — Вот буквально... вот там. — Я обернулась и указала рукой. — Но его... его тут больше нет.

Женщина нахмурилась.
— Магазина? — переспросила она. — Здесь никогда не было лавки с травами.

— Но я же... — Я осеклась. В горле пересохло.
Я попыталась вспомнить хоть одну вывеску, хоть одно знакомое лицо, хоть запах кофе, но вместо этого чувствовала только странный сладковатый аромат в воздухе и лёгкое головокружение.

— Вам помочь? — раздался мужской голос за спиной.

Я обернулась — и буквально на секунду забыла, что хотела сказать.
Мужчина стоял в нескольких шагах. Высокий, плечистый, в чёрной рубашке с закатанными рукавами и с волосами чуть длиннее, чем положено офисным работникам. Серебристые пряди отливали в свете фонаря, а глаза — такие светло-серые, почти стальные — смотрели внимательно, но без давления.
На поясе у него поблёскивала металлическая цепь — не оружие, но явно не украшение.

— Вы в порядке? — уточнил он.

— Да, просто... я хочу вернуться в «Лабиринт», — выдохнула я. — Ресторан. Я из него вышла минуту назад.

Он чуть приподнял бровь.
— Единственный Лабиринт в городе — через мост, — сказал спокойно.

— Это ресторан?

— Нет. Это живая изгородь, но всем нравится.

Я моргнула.
— Изгородь? — переспросила я, уже чувствуя, что где-то между «туалетом» и «изгородью» я потеряла связь с реальностью. — В этом городе никогда не было живой изгороди.

— Вы понимаете, что вы в Левкусе? — спросил он после короткой паузы.

— Где? — выдохнула я. — Нет. Я... точно не из Левкуса. Я вообще не знаю, что это такое.

Он смотрел на меня какое-то время — спокойно, внимательно, будто пытался решить, стоит ли говорить дальше. Потом сказал:
— Кажется, я знаю, что с вами случилось.

— Со мной? — переспросила я, чувствуя, как что-то внутри неприятно ёкнуло.

— У меня знакомый в другом городе рассказывал о похожем случае, — продолжил он, делая шаг ближе. — Если хотите, поехали со мной. Я объясню по дороге.

— Нет! — я резко отступила, прижимая сумку к груди. — Я не поеду с незнакомцем, особенно когда не понимаю, где нахожусь.

Глава 1

Двери открылись сами, и я увидела двоих. Мужчина и женщина. На них форма — вроде бы похожая на полицейскую, но слишком... аккуратная. Материал поблёскивает, воротники какие-то высокие, а значки выглядят как гравированные камни.

— Вызывали? — спросил мужчина из машины, бросив взгляд на моего «спасителя».

— Да. Девушка утверждает, что не понимает, где находится. Я думаю, её перебросило, как ту девушку из Оилна, — говорит мой собеседник.

— Что?! — я сделала шаг назад. — Вы серьёзно собираетесь рассказывать им этот бред?!

Я ждала, что сейчас кто-нибудь из них закатит глаза и вызовет ему психиатра, но вместо этого они переглянулись — как врачи, которым подтвердили диагноз.

Женщина вышла первой. Её движения были слишком плавными, голос мягким, почти убаюкивающим:
— Всё хорошо. Мы просто хотим убедиться, что вы в безопасности.

— Я не поеду с вами! — я шагнула назад. — Вы вообще кто такие? Покажите удостоверения!

Они обменялись взглядами, потом мужчина достал что-то вроде металлической карты и протянул мне.
На карточке был герб — корона, три символа, похожие на буквы, и блестящая надпись.
Я смогла разобрать только несколько слов: Королевская служба порядка... Лангория... город Левкус.
Остальное — смесь узоров и непонятных знаков.

— Это что, шутка? — прошипела я. — Какая ещё королевская служба? Это розыгрыш!

— Поверьте, — сказал мой первый знакомый, — никто вас не разыгрывает.

— Да ну? — я обвела их рукой. — Вы в зеркало-то на себя смотрели? Хоть один значок нормальный есть? Я не поеду никуда с неизвестными, вы ещё в свое «королевство» меня увезёте!

Мужчина, который их вызвал, вздохнул, провёл ладонью по затылку.
— Попробуйте просто представить, что вы — вот эта самая попаданка, — сказал он спокойно. — Хоть на минуту. Иначе вы действительно рискуете сойти с ума.

Я уставилась на него, чувствуя, как дрожит подбородок.
— Вы больной, — сказала я тихо. — Все вы…

Я зажмурилась, пытаясь хоть немного выровнять дыхание.
Внутри всё металось: злость, страх, непонимание, усталость. И где-то под рёбрами неприятное ощущение, что если открыть глаза — реальность уже не станет прежней.

— Это нормально бояться в такой ситуации, — раздался тихий голос.

Я открыла глаза. Это говорил тот «полицейский». Значит, я сказала это вслух.

— Я не боюсь, — соврала я.

— Конечно, — мягко ответил он. — Вам нечего бояться. Никто не причинит вам вреда.

А потом он сделал шаг ко мне — и от того, как спокойно он это сделал, мне вдруг захотелось бежать.

— Пожалуйста, — сказала женщина-полицейская мягко, чуть наклоняясь ко мне, будто разговаривала с ребёнком. — Мы не хотим вам навредить. Просто поедем, разберёмся спокойно, хорошо?

— Да я не... — я осеклась, сжимая ремешок сумки.
Двое мужчин и эта женщина смотрели на меня слишком внимательно, слишком спокойно. Не угрожающе — но от этого было только хуже.

— Девушка, — снова заговорил мужчина, тот, что меня «нашёл», — вы же не знаете, где вы сейчас. Может, действительно стоит поехать с ними, убедиться, что всё в порядке?

— А если это похищение? — выпалила я. — У вас хоть одна камера здесь есть? Снимите их!

Никто не достал телефона. Никто даже не оглянулся.

Я медленно вдохнула, потом выдохнула. В голове мелькнула мысль: если это шутка, то она слишком далеко зашла.
Окей.
Хорошо.
Если им нужна игра — я сыграю.

— Ладно, — сказала я, стараясь, чтобы голос звучал спокойно. — Поедем. Но я требую адвоката. И кофе.

Мужчина, тот самый, чуть усмехнулся.
— С этим могут быть сложности, но кофе — попробуем.

Я подошла к машине. Сначала подумала, что у неё просто странный дизайн. Потом поняла — дверей у неё нет. С боков словно сама поверхность раздвигается, открывая проём.
Внутри — гладкие сиденья без обивки, панели без кнопок, и всё... дышит светом. Неоновая подсветка струится мягко, почти живо.

— Красиво, да? — заметил тот, кто сидел за рулём.

Я не ответила, просто села. Сиденье само подстроилось под меня.
— Удобно, — пробормотала я. — Вы хотя бы скажите, куда мы едем.

— В управление городской стражи, — ответила женщина.

— В полицию, — поправила я.

— У нас это называется городская стража, — спокойно согласилась она.

Машина двинулась. Мир за окнами слегка размазался, будто кто-то взял кисть и размыл реальность.
Город за стеклом казался невозможным: башни из стекла и металла переплетались с каменными зданиями, по небу скользили яркие полосы света — не дроны, не самолёты, просто... свет.

Я сжала пальцы на коленях, чувствуя, как ногти впиваются в кожу.
Спокойно. Играем. Всё это — просто дурной сон или шутка. Они сейчас довезут тебя до кафе, все рассмеются, и ты пойдёшь домой. Всё нормально.

Через какое-то время машина замедлилась. Дверь открылась сама, и передо мной предстал «участок».

Но полицейским участком это назвать было сложно.
Скорее — стеклянный павильон, внутри которого сверкали полупрозрачные панели, похожие на экраны, и в воздухе плавали светящиеся символы.
Люди в форме двигались спокойно, каждый — как будто по отточенному ритуалу.

— Прошу, — женщина сделала приглашающий жест.

Я вышла, чувствуя, как под ногами чуть пружинит пол.
— Это и есть ваш... участок? — уточнила я.

— Управление городской стражи Левкуса, — подтвердил мужчина, который ехал рядом. — Не волнуйтесь, вам ничего не угрожает.

— Да уж, — хмыкнула я. — Обычно так и говорят перед тем, как угрожать.

Он взглянул на меня, уголки губ дрогнули.
— Шутите. Это хорошо. Вы быстро адаптируетесь.

Я не ответила. Внутри росло неприятное чувство — как будто я переступила черту, за которой обратной дороги уже нет.

Я сидела за столом, на котором стояла кружка с парящим кофе. Пахло приятно, по-настоящему. Хоть что-то нормальное в этом безумии.
Комната была почти пустой — гладкие серые стены, ни окон, ни часов. Я сделала осторожный глоток.
Горячо. Настоящий кофе.
Дверь мягко открылась. Вошла женщина — лет сорока, в форме, но без излишнего блеска. Короткие тёмные волосы, уверенная походка, взгляд прямой, усталый.
— Добрый день, — сказала она спокойно, садясь напротив. — Я начальник отдела внешних пересечений, капитан Вера Лиар.

Глава 2

Дверь открылась почти сразу, будто ждала этого момента. Вошла другая женщина в форме — моложе капитана, ниже ростом, с собранными в гладкий хвост тёмными волосами и внимательными глазами оттенка янтаря.

— Добрый день, — она кивнула коротко. — Лейтенант Ирма Сэйн, отдел адаптации межмирных. Меня приставили к вам на первые дни. Буду сопровождать и помогать с документами, бытом и базовыми правилами. Можно на «ты», если удобно.

— Лена, — выдохнула я. — Мне пока неудобно вообще всё.

— Это нормально, — спокойно ответила Ирма. — Возьмёшь кофе? Или воду?

— Кофе уже есть, спасибо.

Она скользнула взглядом по кружке и мягко продолжила:

— Тогда поехали. Тебе выделили муниципальное жильё на год — стандартный пакет для смещённых. Ближе к центру, чтобы легче было добираться до управления и служб.

— Муниципальное… — повторила я. — Звучит, как шкафчик в бассейне.

— Почти, — на секунду блеснули у неё глаза. — Но со шторками.

Я не улыбнулась, но благодарно отметила попытку.

Мы вышли в коридор. Пол уводил куда-то внутрь себя мягкой упругостью, а стены под пальцами были прохладными и гладкими, как матовое стекло. Ирма приложила ладонь к панели — в воздухе вспыхнул знак, дверь отъехала в сторону. Патрульная машина ждала у входа, всё так же без ручек и без звука.

— Пристегиваться не нужно, — сказала Ирма, садясь напротив. — Система удержания сама подберёт крепёж под твою… эм… анатомию.

— Система удержания, — повторила я сухо. — Прекрасно.

Машина мягко тронулась, и город снова потёк за стёклами, слишком гладкий, с тёплыми линиями света, которые не принадлежали ни фонарям, ни вывескам. На одном из перекрёстков по воздуху проплыл полупрозрачный прямоугольник — как вывеска, но без опоры, — и на нём появилось слово, которое я не смогла прочесть. Буквы были похожи на узоры.

— Это навигационные метки, — пояснила Ирма, заметив, куда я смотрю. — Обучаемые. Твой переводчик подтянет алфавит за пару дней.

— Мой кто?

— Персональный переводчик, — она кивнула на тонкий браслет, который незаметно оказался у меня на запястье. Я дёрнулась. — Не пугайся. Это базовый модуль. Устанавливают всем смещённым перед оформлением. Он адаптивный, съёмный, без отслеживания личных разговоров. Только безопасность и язык.

— Без отслеживания, — пробормотала я. — Конечно.

Ирма не спорила. Просто сидела ровно.

Через несколько минут машина мягко замедлилась у здания, которое я сперва приняла за витрину галереи: высокий полупрозрачный фасад, внутри — объёмные силуэты лестниц и тёплые пятна света. У входа — знак-нить, как отпечаток тонкой спирали.

— Здесь, — сказала Ирма. — Поднимемся наверх.

Внутри пахло чем-то чистым, будто прохладным ветром после дождя. Лифта не было — по крайней мере, привычного. Мы встали на круг, в пол под ногами втекла серебристая рябь, и через секунду мир мягко перешагнул один этаж. У меня заложило уши и я скривилась.

— Первый раз всегда так, — заметила Ирма. — Глубокий вдох — и отпустит.

На третьем подъёме круг-«лифт» выдохнул нас в коридор. Стены — светлые, с едва заметными линиями, будто кто-то писал по ним мелом и тут же стирал. На полу — мягкие полосы света к дверям. У нашей — номер и символ, похожий на букву с хвостом.

— Это твой знак, — сказала Ирма, ловко набирая на воздухе пару взмахов пальцами. Замок щёлкнул — не звуком, а лёгким теплом. — Он будет стоять на документах и метках до тех пор, пока ты не выберешь себе имя по местной записи. Потом обновим.

— У меня есть имя.

— Я знаю, — спокойно ответила она. — Здесь оно будет записываться иначе. Не переживай — звучание можно сохранить.

Дверь сдвинулась. Я шагнула внутрь.

Небольшое пространство — скорее студия, чем квартира. Слева — ниша с низким диваном, который расправлялся в кровать одним движением руки. Прямо — окно во всю стену, за которым город дышал светом. Справа — компактная зона с гладкой поверхностью стола, над которым висел… дождь из маленьких прозрачных коробочек. Когда я приблизилась, одна плавно опустилась на уровень глаз и раскрылась — внутри лежала матовая ложка и тонкая кружка.

— Кухонный блок адаптивный, — сообщила Ирма всё тем же ровным голосом. — Распознал, что ты смотришь, предложил стандартный набор. Можно «учить» его своим привычкам.

Дальше — дверь со знаком волны. За ней — «гигиенический модуль»: крошечная, но продуманная кабина, в которой зеркальная поверхность меняла оттенок под углом, а вода появлялась, стоило поднять ладонь. Рядом — дверь с каплей и листом — узкий шкаф с мягкими развешенными полотнищами, похожими на бумагу. Я осторожно коснулась — ткань. На полке — аккуратно сложенные базовые вещи: мягкие брюки, рубашка, короткая куртка, бельё в запечатанном пакете без размеров — просто слово «адаптивное».

Возле окна — тонкая стойка с кругом-панелью. На ней вспыхнули значки, когда я приблизилась: карта города, «связь с куратором», «быстрые запросы». В углу — маленький контейнер со знаком чашки: я открыла — внутри аккуратно лежали капсулы, пахнущие кофе и чем-то пряным.

— Стартовый набор, — сказала Ирма, ставя на стол плоскую папку. Папка распустилась биолистом, и на «странице» вспыхнули строки. — Кредитный счёт на год — базовая ставка, покрывает питание, транспорт, связь, базовую медицину. Компенсации — по заявкам. Вот браслет-идентификатор, он же пропуск, он же ключ от двери. Код на случай потери — здесь. Документ личности временный — на биоподписи. И сим-метка — для связи со мной в любое время суток.

Она говорила спокойно, ровно, как объявляют остановки в метро. Я кивала в такт словам, но внутри всё саднило. Квартира была, правда, уютной, аккуратной, свет мягкий, воздух чистый. И от этого становилось только хуже. Казённая ухоженность. Как гостиница, в которой не собираешься жить.

— Здесь тихо, — добавила Ирма после паузы. — Соседи из адаптационного блока — такие же смещённые, ты их увидишь в ближайшие дни. На лестничной платформе — общая зона: небольшая читальня, стол с синтезатором еды, мед-стенд. Если что-то нужно — скажешь мне или отметишь в панели запросов. Реагируем быстро.

Глава 3

Я долго стояла у окна, пока чай окончательно остыл. В комнате было тихо, а окно открывать мне не хотелось. Просто смотрела на молчаливые пейзажи за окном. Потом всё-таки заставила себя шевельнуться.

Душ оказался… странно умным. Стоило шагнуть в прозрачную капсулу, как тёплый поток сам подстроился под меня. Вода текла мягко, пахла чем-то свежим, как воздух после грозы, и не обжигала, даже когда я пробовала изменить температуру.
Вместо обычного крана — светящиеся символы, и если провести по ним пальцем, вода превращалась в пар или наоборот, охлаждалась, будто играла со мной.
Я смеялась от нервов, не понимая, куда я блин попала. Это магия или технологии? Этот мир казался совершенно непонятным. Одновременно слишком продвинутым и не продвинутым вообще. Я пыталась представить, что думала моя подружка, когда не нашла меня. Стала ли она паниковать или просто ушла? Может меня уже ищут под каждым кустом… А я вот она. В королевстве. Боже, это же моя детская мечта. Жить в королевстве, выйти замуж за принца. Вот только теперь это кажется кошмаром каким-то, да и принцев не видно.

Выйдя из душа, я долго смотрела на одежду, аккуратно сложенную в шкафу.
Материал казался лёгким, почти невесомым. Стоило коснуться, он подстраивался под форму тела, будто жил своей жизнью.
Я выбрала мягкие брюки и простую светлую рубашку — ткань холодила кожу, но через минуту стала тёплой.
— Адаптивная, — вспомнила я слова Ирмы и чуть усмехнулась. — Ещё бы адаптировалась к моему настроению.

На столе мерцал слабый огонёк. Я коснулась её, и он мигнул, будто желая спокойной ночи.
— Спасибо, железка, — пробормотала я и выключила свет.

Кровать оказалась слишком мягкой. Я ворочалась, зарываясь в одеяло, чувствуя, как мысли соскальзывают, путаются и исчезают.
Последнее, что я успела подумать, прежде чем заснуть: а вдруг всё это действительно сон?

Проснулась я от резкого звука. Будто кто-то стучал. Нет — не просто стучал. Тарабанил. Настойчиво, быстро, требовательно.

Я приподнялась, прислушалась. Тишина. Показалось?

Повернулась на бок — и снова. Три удара, потом ещё два. Глухие, но отчётливые, будто кто-то колотил по стеклу.

Сердце ухнуло в пятки. Я села, глядя на окно.
За полупрозрачной шторкой — отблески света, и… движение.

— Это что за фигня, — прошептала я.

Поднялась, стараясь не дышать громко, и медленно подошла. В голове мелькнула глупая мысль: может, это Ирма? Нет. Ирма бы не лезла через окно.

Я отдёрнула штору. Снаружи — тёмная фигура. Мужчина. Высокий. Стоял на внешнем выступе, будто на карнизе, и — да, стучал. В моё окно.
Наши взгляды встретились через стекло. Сердце сделало кульбит. Он приложил палец к губам — тише.

Серьезно? Вообще-то, это он тарабанит, как дурной и наверняка разбудил не только меня.

Я не успела даже решить, что делать, как окно само мягко щёлкнуло и распахнулось внутрь.
Мужчина шагнул — нет, ввалился в комнату, приземлившись почти бесшумно, и сразу захлопнул створку за собой.

— Что за... — я отпрянула, хватаясь за край кровати. То, есть он все это время мог его просто открыть? Я совсем ничего не понимала от шока, накатывающей волны страха и абсурда происходящего.

Он поднял ладонь — короткий, властный жест.
— Тихо, — сказал он хрипло. — Прошу. Не кричи.

Голос низкий, глухой. Я видела теперь его лицо — кожа слегка подзагоревшая, будто он только вернулся с курорта, короткие тёмные волосы, на виске порез, кровь подсохла. Глаза — янтарные, чуть светятся в темноте.
Одет не как местные. Кожаная куртка, перетянутая ремнями, сапоги с засохшей грязью. От него пахло металлом, дымом и какой-то терпкой травой.

— Кто вы?! — выдохнула я, не находя ничего умнее в своей голове.

Он бросил короткий взгляд на дверь, потом снова на меня.
— Позже. Сейчас — просто спрячь меня.

— Что? — я моргнула. — С чего бы я…

— Пожалуйста, — прервал он тихо, но так, что воздух будто сжался. — Если я останусь на улице — они найдут меня. А если найдут — будет хуже, чем ты можешь представить.

Я растерянно смотрела на него. Он был крупный, сильный, и от него исходила такая энергия, что тело само отреагировало — тревогой.
Он выглядел не как преступник, но очевидно, именно им он и был. Как минимум в данный момент. И прятаться ему явно было непривычно.

— Кто «они»? — спросила я.

Он подошёл ближе, осторожно, но шаги казались хищными.
— Потом. Обещаю, я все тебе объясню. Просто… не открывай никому.

— Так вы же сами вошли. Зачем вообще стучали… То есть, спасибо, что постучали, но…

Он осмотрелся, будто оценивал квартиру.
— Здесь окно без датчиков. Удачное место.

— Что? — Я не знала, смеяться или бояться. — Без датчиков? Что вы вообще…

Он взглянул на меня снова.

— Я не причиню тебе вреда, — сказал он медленно, будто клятву давал. — Но если откроешь дверь кому-то этой ночью, погибнем оба.

Я молча сглотнула.
Мир, где я не понимала ни правил, ни людей, вдруг стал ещё на шаг безумнее.
— А давайте-ка, вы сами уйдете?

*****

Дорогие читатели, приглашаю Вас в свою новую пикантную МЖМ-новинку

https://litnet.com/shrt/0CDS

“Внимание: Брак удвоен”

❤️ АННОТАЦИЯ

Я просто хотела избежать нежеланного брака. План был прост, но судьба распорядилась иначе. Теперь у меня два мужа. И один из них давно желает засадить второго.

Смогут ли враги найти общий язык или мне придется сделать невозможный выбор? И догонят ли меня тени прошлого?

Глава 4

— А давайте-ка, вы сами уйдёте? — сказала я, стараясь, чтобы голос звучал твёрдо, хотя внутри всё уже сжималось.

Он приподнял бровь. Похоже, собирался что-то ответить, но не успел — в дверь резко постучали.
Глухо, настойчиво. Да, что за ночь!

Стук повторился и был намного настойчивее, чем то, как тарабанил в окно этот супер герой. Интересно, как он сюда взлетел вообще?

Я замерла.
Он — тоже.

Мы одновременно посмотрели в сторону двери, потом друг на друга. Взгляд мужчины стал острым, как лезвие.
— Не открывай, — прошептал он.

— Ага, щас, — ответила я так же шёпотом, но ноги уже сами понесли меня к двери.
Он сделал шаг за мной, но я резко обернулась и подняла ладонь.
— Стой. Не трогай меня.

— Я не… — начал он, стук повторился, я посмотрела на мужчину еще раз и… Боги, что я делаю?

— Лезь под кровать. Быстро! — прошипела я, ткнув рукой в сторону кровати.

На секунду он просто смотрел на меня, будто пытался понять, с кем имеет дело — с идиоткой или сумасшедшей.

Я сделала шаг, чтобы подтолкнуть его и в тот же миг ощутила резкий жар под рёбрами слева, стоило мне его коснуться.
Будто кожу изнутри обожгло.
— Ах! — вырвалось у меня.

Я схватилась за бок, скривившись, чувствуя, как боль отдает в дыхание.
Он внимательно смотрел на меня. В его янтарных глазах мелькнуло что-то… странное. Тревога?

— Что с тобой? — шепнул он.

— Ничего, — выдохнула я сквозь зубы. — Просто… не время обсуждать. Быстро!

Потом коротко кивнул, без лишних слов, и опустился на колени, скользнул под кровать. Движения быстрые, кошачьи, уверенные.

Он задержался на секунду, словно хотел возразить, но я буквально подтолкнула его под кровать.
— Тихо! — процедила я. — Не двигайся.

Он исчез в темноте под кроватью.
Я, морщась от боли, схватила ближайшее одеяло и бросила его на пол, прикрывая следы грязи, оставленные его сапогами. Пыль поднялась лёгким облачком.
Стук повторился — громче.

Я сглотнула, проверила, не слишком ли дрожат руки, и, как могла, выпрямилась.
— Да-да! Иду! — сказала я, стараясь, чтобы голос звучал бодро.

Щелчок панели — дверь мягко открылась.

На пороге стоял мужчина в форме.
Высокий, строгий, с прямыми плечами и каким-то усталым спокойствием в лице. Его форма поблёскивала, значок мерцал синим, но в целом он выглядел не угрожающе.

— Добрый вечер, — произнёс он ровным голосом. — Извините за беспокойство. Городская стража.

— Эм… здравствуйте, — я чуть дёрнула плечом, не зная, куда деть руки.

— Были зафиксированы попытки проникновения на этот этаж, — продолжил он. — Предположительно, очень опасный преступник. Мы проверяем каждое жильё.

— Вот как… — повторила я глухо.

— Да. — Он чуть кивнул. — Вы ничего не слышали?

Я почувствовала, как ладони становятся холодными.
— Я… слышала какой-то стук, — призналась. — Но ничего не видела.

Он нахмурился, сделал шаг вперёд и заглянул через моё плечо.
Мой мозг судорожно просчитывал всё: угол обзора, расстояние до кровати, тот дурацкий комок одеяла на полу.
Конечно, он его заметил.

— Простите, а почему у вас одеяло на полу? — спросил он с вежливым интересом, но взгляд стал внимательнее.

— Это… — я открыла рот и поняла, что придумала отмазку только наполовину. — Это для… гимнастики.

— Простите?

— Ну, у нас, — я быстро выпрямилась, пытаясь выглядеть уверенно, — в моём мире есть такая тренировка. На полу неудобно — холодно, вот и кладу одеяло.

Он пару секунд просто смотрел на меня. Я уже почти слышала, как сердце бьётся где-то в горле.

Потом уголки его губ чуть дрогнули.
— Гимнастика, — повторил он, как будто смаковал слово. — Интересно. У нас тоже есть что-то подобное.

— Вот, — я кивнула чересчур быстро. — Вижу, у нас много общего.

Он чуть улыбнулся.
— Простите за беспокойство. Просто мера предосторожности. Если услышите что-то ещё — сразу сообщите.

— Конечно, — выдохнула я.

— Спокойной ночи, — сказал он, шагнул назад, и дверь плавно закрылась сама.

Щелчок. Тишина.

Я стояла, прислонившись лбом к двери.
Сердце грохотало так, что казалось — услышат даже на соседнем этаже.

— Что я творю, — прошептала я в никуда. — Прячy преступников в муниципальном жилье. Умница, Лена. Просто аплодисменты.

Я обернулась — комната казалась слишком светлой, слишком тихой. Из-под кровати не доносилось ни звука.

Я выдохнула и медленно сползла вниз по двери, садясь на пол.
Зачем я это сделала?
Я обхватила колени руками, глядя в сторону кровати.
— Если ты окажешься маньяком, я тебя сдам, — пробормотала я вполголоса. “Если успею”, подумалось мне, но говорить я этого не стала. В ответ — тишина. Только слабое мерцание света на браслете.

Глава 5

— Эй… ты там? — позвала я, осторожно приближаясь к кровати. Голос прозвучал тише, чем я хотела, почти шёпотом.

Ответа не было.

Я остановилась, чуть нагнулась и приподняла край одеяла, пытаясь заглянуть под кровать.
Пусто.

Совсем пусто. Ни человека, ни сапог, ни даже тени.
Только гладкий, чуть мерцающий пол, на котором колыхались блики от ночного света за окном.

— Что за… — я выдохнула, моргнув. — Может, мне всё это и правда привиделось?

Отступила на шаг, потом всё же подняла одеяло, которое бросила на пол.
И сразу увидела грязные следы от ботинок. Смазанные, неровные, но вполне себе настоящие.

— Не привиделось, значит, — пробормотала я. — Ну прекрасно. Теперь у меня не только галлюцинации, но и их доказательства этих самых галлюцинаций.

Сердце стучало быстро, но я всё равно пошла проверять.
Открыла шкаф — пусто. Заглянула в нишу у окна — никого. Даже под столом — пусто.

Я выпрямилась, потерла виски.
— Отлично, Лена. Теперь у тебя в квартире гуляет мужчина-призрак. Прекрасное начало новой жизни в Лангории.

И тут — звук. Тихий, но отчётливый. Щелчок двери в ванной.

Я вздрогнула и резко обернулась.

Из ванной вышел он, но уже без куртки и сапог. В одной тёмной рубашке, закатанные рукава, ворот расстёгнут. Влажные волосы прилипли к вискам. На коже — капли воды, блестящие в мягком свете панели.

Он выглядел так спокойно, будто просто зашёл ко мне в гости, а не вломился через окно ночью и не прятался под кроватью от городской стражи.

— Ты... — я запнулась. — Что ты вообще делаешь в моей ванной?

Он поднял на меня взгляд — ровный, внимательный, немного усталый.
— Смывал следы, — ответил просто. — И грязь. Не хотел, чтобы они что-то нашли.

— А предупредить нельзя было? — возмутилась я, хотя голос почему-то сорвался на хрип. — Я чуть с ума не сошла! Я решила, что ты мне привиделся!

Он пожал плечами.
— Предупредить — значит выдать себя. А я не знал, ты уже одна или еще нет.

— Ну спасибо, что хоть не решил проверять это в кровати, — огрызнулась я.

Он чуть прищурился.
— Ты смелая, — сказал он тихо, и почему-то это прозвучало не как комплимент, а как констатация.

Я скрестила руки на груди, пытаясь не смотреть, как рубашка чуть липнет к его телу.
— Я глупая. Прячy преступника и ещё разговариваю с ним, вместо того чтобы звать стражу.

Он кивнул, будто соглашаясь.
— Возможно. Но если бы ты не спрятала меня, тебя бы сейчас уже допрашивали до утра и я сомневаюсь, что так легко бы отпустили после.

— О, чудесно, — усмехнулась я. — Так я должна сказать спасибо?

— Не обязательно, — тихо сказал он и шагнул ближе. Движение было мягким, но настойчивым. — Но не кричи. Мне нужно немного времени.

— На что, прости? — приподняла я бровь, чувствуя, как раздражение подступает к горлу.

Он посмотрел прямо в глаза — спокойно, уверенно, будто действительно имел право задавать тон в моей квартире.
— Чтобы понять, могу ли я тебе доверять.

— Серьёзно? — выдохнула я, хмыкнув. — А ничего, что всё вообще-то наоборот? Что я — в чужом мире, в муниципальном жилье, с мужчиной, который вломился через окно?! Может, это мне решать, можно ли тебе доверять, а не наоборот?

Он не ответил сразу. В его взгляде мелькнуло что-то — не злость, нет, скорее… интерес. А потом он сказал совсем тихо:
— Почему тебе стало больно, когда ты коснулась меня?

Я моргнула.
— Что?

— Под рёбрами. Слева. Ты схватилась за бок, когда я прятался. Почему?

Я машинально коснулась того места.

— Я… не знаю. — Сказала честно. — Я вообще забыла об этой боли, пока ты не напомнил.

Он выдохнул — медленно, будто решаясь на что-то. Потом, не отводя взгляда, поднял свою рубашку.

На его коже, чуть ниже ребер, тянулась свежая татуировка. Чёрная, резкая, но будто чуть светилась изнутри.
Символ. Закрученный, в форме спирали, переходящей в знак — такой же, как был у меня на двери.

Я уставилась.
— Эм… это что?

— Полагаю, твоё имя, — ответил он просто. — Если читать по-нашему, тут написано Лиена.

— Лена, — поправила я автоматически. — Не Лиена. Лена.

Он хмыкнул.
— Тут написано Лиена, — повторил спокойно, словно спорить смысла нет.

— Да хоть Пельменина, — выдохнула я. — Мне всё равно, что у тебя там за татуировка и кто такая эта твоя Лиена. Я — Лена.

Он чуть улыбнулся.
— Хорошо. Приятно познакомиться.

— Вот и прекрасно, — огрызнулась я. — А теперь, может, объяснишь, зачем вообще показывать мне своё пузо?

Пуза, к слову, у него не было вовсе. Был идеальный, нет, просто шикарный торс и таким прессом, что закачаешься.

Он опустил рубашку, движение было спокойным, уверенным, и только после этого произнёс, как будто обсуждал погоду:
— Я Каспиян. Твой муж, полагаю.

Мир на секунду замер, а может просто я замерла? Я моргнула. Потом ещё раз.

— Что? — выдавила я. — Что-что-что?!

Он кивнул, будто подтвердил что-то само собой разумеющееся.
— У нас в Лангории такие метки появляются только между связанными драконами. Почти уверен, что на тебе проявилось мое имя.

— Связь?! Какими еще, блин, драконами? — я чуть не рассмеялась, но смех вышел нервным. — Мы даже не знакомы! Я спрятала тебя под кроватью — всё, это теперь считается браком?!

— Если бы всё было так просто, — усмехнулся он. — Но, к сожалению, это именно то, что произошло.

Я отступила на шаг, пытаясь уложить всё это в голове.
— Нет, — выдохнула я. — Нет, спасибо. Я в отношениях не заинтересована. Был у меня один раз негативный опыт. Мне второй такой не нужен.

— Я не негативный опыт, Лена, — сказал он спокойно, глядя в мои глаза. — И я не «второй». Я твой единственный муж.

Глава 6

— Знаешь, — сказала я, стараясь, чтобы голос не дрожал, — я вроде как тебе помогла. Спрятала, не выдала, даже не задушила подушкой, хотя могла. Так что, может, дальше ты как-нибудь сам, а?

Он посмотрел на меня внимательно, словно решая, насколько сильно стоит меня напугать правдой.
— Сначала я должен увидеть метку на твоём теле.

— Ага. Конечно. Размечтался. — Я фыркнула. — Я раздеваться при тебе не собираюсь.

— Я уйду, как только её увижу.

— Ну знаешь, — я скрестила руки на груди, — раздеваться перед преступником — не лучшая идея.

— Как и пускать преступника домой, — спокойно ответил он.

— Я тебя не пускала! — отрезала я.

Он приподнял бровь.
— Ты открыла окно.

— Нет. Ты стучал, а потом сам его открыл. Совершенно внаглую!

— Нет, Лена, — возразил он мягко, но твёрдо, — я стучал, потому что окно было закрыто. Когда ты подошла, ты разблокировала его. И только тогда я смог войти.

— Я ничего не разблокировала! — почти выкрикнула я. — Просто подошла!

— Ты сняла блокировку, — спокойно сказал он, но в его голосе прозвучало нечто, отчего по коже пробежал едва ощутимый ток. — Это может сделать только хозяин жилья. Я бы не смог открыть снаружи, не повредив стекло.

Я открыла рот, чтобы возразить, но он поднял палец к губам.
— Потише, — тихо сказал он. — Уверен, после ночного обхода стража ещё не ушла с этажа.

Я сжала губы, подавив ответ.
Воздух стал слишком плотным, напряжение будто впитывалось в стены.

— Ладно, — прошептала я. — Тогда объясни, наконец, что ты вообще натворил. Почему тебя ищут?

Он опустил взгляд, провёл ладонью по мокрым волосам и выдохнул.
— Я не из этого королевства.

— То есть шпион? — уточнила я, чувствуя, как брови сами взлетают вверх.

Он пожал плечами.
— Ну, выходит, что да.

Я заморгала.
— Прекрасно. Просто прекрасно. Я, значит, попала в другой мир и теперь, выходит, укрываю шпиона.

— Что-то в этом роде, — спокойно согласился он.

— Отлично! — я тихо хлопнула в ладоши. — Это прям пункт в моём списке дел на неделю: “выучить местные законы, сходить в душ, спрятать межкоролевского шпиона-дракона под кровать”.

Он чуть склонил голову набок, уголки губ дрогнули.
— У тебя хороший список.

— Спасибо, — огрызнулась я. — И что, за такое у вас — что? Тюрьма? Или тут принято сразу казнить? Что вообще делают с теми, кто помогает… таким, как ты?

Он чуть замолчал, как будто прикидывая, насколько правду стоит выдать.
— Зависит от королевства, — наконец сказал он. — В Левкусе — казнят. В восточных землях — стирают память. В северных — используют как приманку.

Я сглотнула.
— Очаровательно. А ты, стало быть, выбрал самый гостеприимный вариант, да?

— Я не выбирал, — сказал он просто. — Меня выбросило сюда, как и тебя. Только меня — раньше.

Я прищурилась.
— Так. Подожди, — сказала я, поднимая руки, словно пытаясь физически остановить поток безумия. — Ты хочешь сказать, что ты тоже… смещённый? Так тут же всё просто. Дают жильё, документы, адаптацию, чай с печеньем. Я сама только что через это прошла.

Он чуть улыбнулся, но без радости.
— Не совсем. С драконами не всё так однозначно.

— Я не понимаю, — честно призналась я.

— Могу объяснить, — сказал он, глядя прямо в глаза. — Но тогда мне придётся задержаться в твоей спальне.

— Прекрасно, — фыркнула я. — Я знала, что твои истории закончатся именно этим.

Он не улыбнулся.
— Я могу поклясться, что не причиню тебе вреда.

— Прости, но я не верю в клятвы, — сказала я, скрестив руки. — В моём мире ими обычно разбрасываются те, кто собирается врать.

— Это не просто слова, — ответил он тихо. — Это магическая клятва. Её нельзя нарушить и остаться в живых.

Я моргнула.
— То есть, если ты… соврёшь — умрёшь?

— Если я причиню тебе вред, — поправил он спокойно. — Да.

Я выдохнула, чувствуя, как странно дрожит воздух между нами.
— Ну ладно, дракон-шпион. Докажи.

Он кивнул.
— Как скажешь.

Он сделал шаг вперёд, стал прямо напротив, и, не отрывая взгляда, произнёс:
— Я, Каспиян Рэй’Арен, клянусь магией крови и огня: не причиню вреда женщине, что стоит передо мной. Не коснусь её с намерением боли. Не предам, пока жив.

Последние слова будто пронзили воздух.
От его голоса пошёл тихий гул, на мгновение запахло металлом и чем-то горячим, как после грозы.

На его коже, чуть выше сердца, вспыхнул знак — маленькая, чёткая капля крови, сияющая алым светом, который я смогла увидеть только благодаря тому, что мне его продемонстрировали. Потом вспышка погасла, оставив тонкий след, словно ожог.

Я непроизвольно сделала шаг назад.
— Это… сейчас что было?

Он опустил взгляд на свою грудь, коснулся пальцами следа, будто проверяя, остался ли.
— Клятва, — сказал он спокойно. — Теперь ты можешь быть уверена, что в безопасности рядом со мной.

— Или убедиться в твоей смерти, — пробормотала я.

Он чуть улыбнулся уголком губ.
— Лучше не проверяй.

Я посмотрела на него, на этот едва тлеющий след на коже — и впервые за всё время почувствовала, что страх отступает.
Появилось что-то другое. Не доверие, нет. Но... любопытство.

— Ладно, — сказала я наконец, выдыхая. — Тогда говори. Всё, что ты хотел рассказать. И, пожалуйста, не начинай со слов «давным-давно в одном королевстве».

— Хорошо, — ответил он сдержанно. — Начну со слов «в ту ночь, когда драконы потеряли небо».

Глава 7

— В ту ночь, когда драконы потеряли небо, — произнёс он тихо, так, будто вспоминал что-то личное. — Всё произошло одновременно. Без предупреждения. Ни заклинаний, ни знаков — просто вдруг... никто из нас больше не смог обратиться.

Он говорил спокойно, но в голосе слышалось что-то это еще отзывается где-то в нем болью. — По всему миру, — продолжил он. — Одна ночь — и вся наша сила, то, что делало нас драконами, наши крылья… все ушло. Но магия осталась. Прошло много лет, прежде чем мы научились выживать с тем, что осталось и принимать то, что больше никогда не взлетим. Драконы служат своим королям, как и раньше. Не смотря ни на что.
— И ты, выходит, служишь своей? — спросила я.

Он кивнул.
— Да, Лена. Я — служу своей короне. Но меня... выбросило. Эти смещения начались тогда же, когда мы потеряли крылья. Мы не можем их контролировать. Никто не знает кого и когда перекинет. А главное, куда именно мы попадем. Для некоторых такие перемещения оказываются подарком, для кого-то, как для меня, проклятьем.

Я переваривала это молча. Каждая новая фраза звучала, как приговор — не только ему, но и мне.
— Так, — выдохнула я наконец. — Значит, я укрываю не просто шпиона, а шпиона-дракона. Из другого мира. Великолепно.

Он чуть улыбнулся — коротко, грустно.
— Не из другого мира. Из другой части этого мира. Я из другого королевства. Думаю, это не так далеко, как то, откуда ты.

Я скрестила руки.
— Ну ладно. Допустим, я поверила. Тогда объясни, что за метка на теле? И почему она — с моим именем или его вариацией?

Он чуть наклонил голову, глядя на меня как-то слишком нежно для преступника.
— Потому что, когда дракон прикасается к женщине, дарованной ему судьбой, драконьи боги венчают их сразу. Без обрядов, без согласия. Просто... связь. От неё не сбежать.

— Что? — я чуть не рассмеялась, но голос всё равно дрогнул. — Ты хочешь сказать, что вот этот один несчастный контакт — и всё, я теперь замужем?

— Не просто замужем, — сказал он спокойно. — Ты моя истинная.

— Это безумие, — выдохнула я.

— Возможно. Но боги не ошибаются.
Он чуть приблизился и добавил мягче:
— Не показывай мне метку, если не хочешь. Проверь сама. Она будет у тебя на рёбрах, как и у меня знак твоего имени. И выглядит как две линии, сходящиеся в кольцо, и над ними три искры. Это моё имя.

Я постояла секунду, потом мотнула головой и пошла к ванной.
Свет включился сам, когда я вошла. Холодное отражение встретило меня в зеркале — взъерошенные волосы, глаза, в которых отражалась усталость и недоверие.

— Вот идиотизм, — пробормотала я и приподняла рубашку сбоку.

На коже, у самых рёбер, сиял тонкий узор. Не просто татуировка — он будто жил. Линии дышали слабым золотым светом, сходились в кольцо, и от них вверх тянулись три крошечные искры, как звёзды.

— Вашу ж мать, — выдохнула я. — Нет. Нет-нет-нет.

— Я же говорил, — раздался знакомый голос за спиной.

Я вздрогнула, обернулась. Он стоял в дверях ванной, опершись плечом о косяк, спокойно, будто был у себя дома.

— Ты не должен был заходить, — выдавила я.

— Я должен был убедиться, — спокойно ответил он. — Не каждый день я обретаю жену.

— Я тебе не жена, — прошипела я, чувствуя, как по спине пробежал жар.

Он улыбнулся уголком губ, но взгляд был серьёзен.
— Она самая.

— Нет, — сказала я твёрдо, не давая себе даже секунды сомнения. — Это бред. Ты просто обманываешь меня.
Он чуть приподнял бровь.
— Обманываю?

— Да, — я ткнула пальцем себе в бок, где всё ещё тлела метка. — Ты наколдовал мне эту штуку. Хотел, чтобы я поверила во все эти «божественные браки». Очень удобно, между прочим. Вломиться к женщине, навешать ей лапши на уши про какую-то истинность, заставить пожалеть тебя — классика.

Он тихо усмехнулся.

— Если бы я хотел тебя обмануть, Лена, я бы выбрал способ попроще. Без клятв, без меток.

— Я не знаю, как всё это работает, — отрезала я. — Но знаю, что ты преступник, и тебе нужно уйти.

Он молча посмотрел на меня, потом кивнул.
— Уйду, — сказал он наконец. — Как только почувствую, что облаву сняли.

— Надеюсь, это не займёт много времени, — пробормотала я, стараясь не смотреть на него.

— Не займёт, — согласился он. — Но всё равно я найду тебя позже.

— Что? — я обернулась.

— Мы связаны, — сказал он спокойно, как факт. — Даже если я уйду, даже если ты уедешь в другой конец Лангории — я всё равно почувствую, где ты. И ты тоже будешь ощущать нашу связь.

Я не нашла, что ответить. Несколько секунд мы просто стояли молча.

Потом я выдохнула:
— А магия? — спросила тихо. — Я не понимаю, как это вообще возможно. Это ведь… не сказка? Тут же всё будто на технологиях.

Он посмотрел в сторону окна, где за стеклом мерцали линии света, похожие на дорожные потоки.
— В Лангории технологии и магия давно смешаны. Мы не отделяем одно от другого. Всё, что ты видишь — города, транспорт, даже эти квартиры, — работает на основе симбиоза. Часть — из разума умнейших мужей, часть — из силы сильнейших магов.

— Из силы, — повторила я. — И ты ею владеешь?

Он кивнул.
— Да. Я же дракон. Магия это часть меня.

— Прекрасно, — хмыкнула я.

Он усмехнулся едва заметно.
— У всего есть цена, Лена. Даже у выбора, кого впустить через окно.

Я закатила глаза.
— Ты невыносим.

— Возможно, — сказал он тихо. — Но теперь я твой муж.

Я отвернулась к окну, чтобы не видеть, как его янтарные глаза отражают свет города.
— Утром уйдёшь, — сказала я. — И забудем, что это случилось.

— Я уйду, — ответил он. — Но не забуду. И ты — тоже не сможешь.

Он сел в кресло у окна, спокойно, почти по-хозяйски, и закрыл глаза.

Глава 8

Стоит ли говорить, что до утра я так и не сомкнула глаз.
Хотя, если честно, не до утра — до того момента, как он наконец сказал:
— Теперь я могу уйти.

Я не стала спрашивать, куда, зачем и всякие такие глупости. Просто кивнула.
Он не прощался — будто уходил не навсегда, а просто в соседнюю комнату.
Когда за ним мягко закрылось окно, я впервые за ночь выдохнула по-настоящему.
Ушёл.

Я постояла несколько секунд, глядя на темноту за стеклом, потом наконец позволила себе выдохнуть. Только теперь до меня дошло, насколько я устала от этого дня. От дурацкого перемещения, от магии, от этого странного мира и от того, что неожиданно оказалась замужем за преступником. Мало того, за драконом! Черт бы его побрал!

Я залезла в кровать, уткнулась лицом в подушку и не успела даже подумать, что могу не заснуть.
Мир провалился во тьму в ту же самую секунду.

Вот это ночь...
И если она хоть немного отражала, что ждёт меня дальше — то мне срочно нужен отпуск.
Или психиатр.
Желательно оба сразу.

Когда я проснулась, солнце уже било прямо в глаза — яркое, беспощадное, ему было плевать, что я провела ночь в компании дракона-шпиона.

Похоже, было уже далеко не утро. Может, день. Может, вообще скоро вечер — понять это я не могла. Ни часов, ни привычного телефона, ни даже банальных уведомлений на панели.
Я какое-то время просто лежала, пытаясь собрать мысли в кучку. Всё казалось сном — окно, он, метка… даже собственная усталость будто приснилась.

Потом всё же заставила себя подняться, привела себя в порядок — насколько могла. Волосы собрала, умылась, натянула рубашку.
В зеркале отражалась та же я — только глаза чуть темнее, чем обычно.

Комната встретила привычной тишиной.
Я бродила по ней без цели, то касаясь стены, то глядя на город за окном. Он всё такой же — слишком чистый, слишком совершенный и совершенно не имеющий никакого отношения ко мне. И тут я вспомнила: утром за мной должна была заехать Ирма.
Обещала отвезти в этот их центр адаптации, на оформление документов, и прочее.

Но никто не приходил.
Решила проверить, что происходит снаружи — вышла к двери. Она среагировала на прикосновение ладони: чуть потеплела, светлая линия по контуру вспыхнула, и створка скользнула в сторону.

На пол прямо из-под неё выпал листок.

Я автоматически его подхватила.
Плотная бумага, гладкая, со странными символами, которые я вчера едва могла читать.
И вдруг… кое-что стало понятным.

Не всё, но часть знаков будто превращались во вполне понятные буквы и складывались в слова.
Я нахмурилась, напрягаясь, и через несколько секунд смогла разобрать куски фраз:

…приходила утром…
…новая жительница не ответила…
…приеду завтра в то же время…
…в случае необходимости обратиться к соседям…
…предупреждены…

— Так, — пробормотала я, морща лоб. — То ли я и правда начинаю понимать местный язык, то ли у меня галлюцинации.

Я перечитала записку ещё раз. Нет, похоже Ирма действительно приходила.
Я просто спала, как убитая, и не слышала. И теперь она появится завтра.

С одной стороны — хорошо. С другой — неприятно, что даже тут я умудрилась пропустить что-то важное.

Я машинально глянула на браслет на запястье. Маленький экран ожил, мигнул — на секунду высветилось что-то вроде отметки о доставленном сообщении. Это о том, что я записку получила? Ничего не понятно.
Я аккуратно положила листок на стол и уселась рядом, глядя на него.
Я провела пальцем по строчкам, и буквы едва заметно дрогнули, как будто откликнулись на моё прикосновение.

— Ладно, — выдохнула я. — Адаптироваться будет сложнее, чем я думала.

Стоять без дела в квартире стало невыносимо. Пустота звенела, а солнце уже так ярко било в окно, что казалось — день давно в разгаре. Что делать было непонятно и от этого внутри скреблась тревога.
Я выдохнула, решилась и вышла в коридор.

Свет там был мягкий, рассеянный. Стены — будто из матового стекла, а под ними шли тонкие линии света, реагирующие на шаги. Пол чуть пружинил, отдавая приятным теплом. И вдруг я уловила запах — такой домашний, до боли знакомый.

Булочки.
Свежие, с корицей и чем-то сливочным.
От этого запаха внутри всё сжалось — словно я вернулась на секунду в детство, на кухню, где мама пекла по воскресеньям.

Я пошла на запах.

Проходы здесь были одинаковые, и я шла почти наугад, пока не оказалась перед дверью, из-под которой тёплый аромат выпечки буквально вырывался наружу.
Постучала.

Дверь открылась почти сразу.

На пороге стояла женщина — полная, с добрым лицом и серебристыми волосами, собранными в пучок. На ней был фартук, а руки пахли тестом и маслом.
Она посмотрела на меня — и улыбнулась, как давней знакомой.

— А вот и ты, — сказала она. Голос мягкий, немного певучий. — Новенькая, да?

Я моргнула, растерялась.
— Э… да. Наверное.

— Конечно, новенькая, — хмыкнула она. — Выглядишь растеряннее, чем я сама, когда переместилась.

— Вы… тоже смещённая? — уточнила я осторожно.

— А как же, — кивнула она. — Семь лет уже тут живу, привыкла. Иди, не стой. У нас гостей на пороге не держат.

Я замялась, но запах свежей выпечки убедил лучше любых слов.
Зашла.

Внутри у неё было по-домашнему уютно — не так, как в моей квартире, где всё блестело и пугало стерильностью. Здесь стояли настоящие вещи: кресла, покрытые тканью, книги, живые цветы. На столе — чайник и тарелка с горячими булочками.

— Я Элара, — сказала женщина, ставя передо мной чашку. — А ты у нас кто?

— Лена, — ответила я.

— Красивое имя, — улыбнулась она. — Нежное. Давно таких не слышала.

Я осторожно взяла чашку, вдохнула аромат. Тепло от пара будто растопило холод под рёбрами, оставшийся после вчерашней ночи.

Глава 9

Элара кивнула, разливая чай по чашкам.
— Так-то да, — сказала она с улыбкой. — Обычно дают жильё, наставника, пару курсов — и через год человек должен уже сам разбираться. Но у меня случай особенный.

— Особенный?

— Я осталась помогать новым, — объяснила она. — Таких, как ты, каждый месяц прибавляется. Ну, может, не каждый — иногда реже, иногда сразу несколько. А я… остаюсь рядом, пока они не привыкнут.
Она пожала плечами. — Вот и вышло, что меня решили «оставить на программе» и дальше. Можно сказать, работаю на полставки.

— То есть ты… вроде как координатор?

— Что-то вроде, — улыбнулась она. — Слежу, чтобы новенькие не потерялись, не впали в панику, не устроили чего лишнего.

Я откусила кусочек булочки — мягкой, сладкой, с лёгкой горчинкой пряностей.
Боже, какой она была вкусной. Настоящей.
— Это невероятно вкусно, — выдохнула я.

Элара довольно хмыкнула.
— Секрет в масле. Здесь оно другое. Попробуй испечь что-то на местном — поймёшь. Я уже давно пришла к тому, что делаю его сама.

Мы посидели немного молча. Чай был тёплым, ароматным, а уют её кухни как будто укутывал изнутри. После всего, что случилось, это было как свежий воздух.

— Скажи, Лена, — вдруг произнесла она, глядя на меня поверх чашки, — ты уже думала, чем займёшься после программы?

— После? — я нахмурилась. — Ну… нет. Я вообще не уверена, что доживу до «после».

Элара тихо рассмеялась.
— О, доживёшь. И, уверяю, гораздо быстрее, чем думаешь. Не жди год, начинай думать уже сейчас.

Я отвела взгляд.
— Я… ничего не умею.

— Глупости, — мягко сказала она. — Каждая женщина что-то умеет. Просто не всегда это сразу понимает.

Я задумалась.
Перед глазами всплыли строки книг, которые я когда-то любила, и ароматы кофе, и усталые глаза людей в моём старом мире. Всё это казалось таким далёким, будто произошло с кем-то другим.

— Мне надо подумать, — сказала я тихо.

— Это и понятно, — согласилась Элара. — Только не откладывай слишком надолго, дорогая. Здесь время умеет ускользать незаметно.

Я кивнула, глядя в золотистую поверхность чая.
Впервые за всё это время во мне появилось чувство, что, может быть, я действительно смогу здесь выжить.
Может быть — даже начать сначала.

Мы с Эларой ещё какое-то время болтали. Она оказалась удивительно лёгким собеседником — из тех, кто умеет говорить и слушать так, что рядом с ними всё тревожное постепенно теряет остроту, а местами и актуальность. Естественно, о Каспияне я не рассказала ничего. Мы обсуждали еду, жильё, даже то, что местные растения тут пахнут как духи, но вкус у них отвратительный. Я поймала себя на том, что смеюсь — впервые с того самого момента, как очнулась в этом мире.

Когда разговор наконец иссяк, я вспомнила, что совершенно не понимаю, который час.
— Элара, а как здесь вообще время определяют? У вас же часов нет.

— Есть, просто другие, — улыбнулась она. — Смотри.
Она показала на небольшую стеклянную пластину, встроенную прямо в стену кухни.
Там двигались мягкие световые кольца — одно золотое, другое серебристое.
— Когда золотое внутри серебра — утро. Когда они совпадают — день. Когда расходятся — вечер. Сейчас видишь? — Она указала на кольца, и я заметила, что золотое почти вышло за границу серебристого.
— Уже поздно, — догадалась я.

— Именно. — Элара встала, положила мне ещё одну булочку в бумажный пакет. — Иди отдыхай, милая. Утром Ирма опять приедет.

Я поблагодарила её, обняла — она пахла ванилью и чем-то тёплым, домашним — и вернулась в свою квартиру.
Коридор был тихий, мягкий свет струился из стен. Сна не было, но я понимала: если не заставлю себя лечь, утром опять просплю всё, что можно.
Сняла одежду, пошла в душ.

Вода здесь была тоже не совсем привычная. Во всяком случае, в душе. Ни звука, ни напора, просто ровное тёплое течение, скользящее по коже.
Я закрыла глаза, подставила лицо под поток и позволила себе минуту покоя.

Потом, уже выходя, поймала взгляд на зеркале.
Метка на боку виднелась отчётливо — ровные линии, сходящиеся в кольцо, и над ними три светлых искры.
Красивая.
Если бы я не знала, что она значит, — может, и правда сделала бы себе такую татуировку.

— Каспиян, — произнесла я вслух, кончиками пальцев проведя по рисунку.

Перед глазами сразу всплыл его образ: светящиеся глаза, лёгкая усмешка, чуть хриплый голос.
Что-то внутри дрогнуло, отдаваясь приятным, тянущим теплом под кожей. Так странно и непонятно. С чего бы мне так реагировать на преступника.

Я резко опустила руку и фыркнула:
— Бред какой. Муж. Ага, муж объелся груш.

Зеркало, кажется, ухмыльнулось отражением. Я закатила глаза, завернулась в полотенце и направилась к кровати.
Пора спать.
Пока этот странный мир не решил добавить мне ещё одно «приключение».

Глава 10

Проснулась я на этот раз почти вовремя — если вообще можно говорить о времени в мире, где часы светятся кольцами и воздух пахнет электричеством.
Свет за окном был мягкий, золотистый, и я впервые почувствовала себя… почти выспавшейся. Почти.

Потянулась, сбросила одеяло и только собралась идти умываться, как в дверь постучали.
Не резко, а уверенно — три раза, с паузой, как будто кто-то ждал, что я не открою с первого.

— Минуту! — крикнула я и, на ходу натягивая рубашку, приложила ладонь к панели двери.

Она с тихим звуком открылась.
На пороге стояла Ирма — аккуратная, подтянутая, в форме, которая и не форма вовсе, а больше напоминала сочетание костюма и кителя. Волосы собраны в высокий пучок, в глазах — спокойствие и терпение.

— Доброе утро, Лена, — сказала она, с лёгкой улыбкой осматривая меня с ног до головы. — Сегодня вы выглядите куда бодрее.

— Спасибо, стараюсь, — ответила я, машинально приглаживая волосы. — Простите, что вчера… ну, я, кажется, не услышала вас.

— Не страшно, — мягко сказала Ирма. — Это бывает. После перемещения телу и разуму нужно больше времени, чем кажется. Иногда день, иногда три.

Или ночь с драконом, как в моем случае, пробормотала я себе под нос, но она, естественно, не расслышала.

— Готовы? — спросила Ирма. — Нам нужно оформить ваши документы и доступ к системе. Всё займёт часа два, не больше.

— Готова, — выдохнула я, чувствуя лёгкое волнение.

Я надела куртку, поправила браслет, теперь он выглядел как привычная часть запястья, и вышла вслед за Ирмой.

Лифт все еще поражал меня свое необычной работой.

— Это безопасно? — уточнила я, когда лифт, не дёргаясь, начал движение.

— Абсолютно, — ответила Ирма. — Он работает на магоэнергии.

— Магии и энергии? — уточнила я, вспоминая слова Каспияна.

— Да, — кивнула она. — У нас давно нет разделения. Здесь всё переплетено: технологии питаются силой, а сила обретает форму через технику. Удобно и стабильно.

— До первой грозы, — пробормотала я.

Она улыбнулась.
— Не волнуйтесь, грозы здесь контролируются погодными магами.

Довольно быстро мы добрались до… в общем туда, куда мы добирались. Как называлось здания не знала.

Когда входные двери открылись, я сделала шаг внутрь, прямо в огромный зал, похожий на смесь банка, регистрационного центра и… музея будущего.
Прозрачные панели, линии света, голограммы, парящие документы. Люди в формах и те, кто явно был такими же «новенькими», как я, стояли у стоек.

— Сначала регистрация, — сказала Ирма, провожая меня к одному из пунктов.

За стойкой сидела женщина с мягкими глазами, перед ней парил экран, похожий на стеклянный лист.
— Имя? — спросила она, не поднимая взгляда.

— Лена, — ответила я.

— Полностью, пожалуйста.

— Эм… Елена Соколова, — сказала я.

Женщина кивнула, пальцы мелькнули по воздуху — и на экране появились строки символов.
— Мир исхода?

— Земля.

Она подняла взгляд — короткий, оценивающий, потом кивнула снова.
— Вы подтверждены как смещённая. Поздравляю с регистрацией.

— Поздравляю? — переспросила я.

— Это формальность, — вмешалась Ирма, сдерживая улыбку. — Просто так у нас принято.

— Да уж, у вас тут много интересных традиций, — пробормотала я.

Следующий этап — биометрия.
Пальцы, взгляд, короткий анализ крови — всё занимало секунды, но техника делала это бесшумно и странно красиво: линии света скользили по рукам, будто рисуя узоры. Ауру с меня не снимали, потому что сделали этого раньше, а повторный слепок так часто, как выяснилось, вреден.

Потом Ирма отвела меня к другому столу.
— Сейчас вам оформят карту доступа и платежную систему, — объяснила она. — Это аналог вашего банковского счёта. Все выплаты программы будут поступать туда.

Молодой парень с рыжими волосами, который сидел за терминалом, улыбнулся.
— Впервые у нас?

— Да, — призналась я.

— Тогда держите. — Он протянул небольшой прямоугольник, похожий на металлический кристалл. — Это ваша карта. Прикладываете к панели, и система сама всё делает. Наличных у нас нет, но обмен всегда можно настроить.

— Удобно, — сказала я, хотя понятия не имела, что значит «обмен».

Он кивнул.
— У нас всё просто. Главное — не теряйте ее. С этим у вас теперь и личность, и доступ, и защита.

— Защита?

— Да, — пояснила Ирма. — В случае опасности карта активирует оповещение в службу безопасности, если сжать ее определенным образом. Только не проверяйте без причины, ладно?

— Поняла, — кивнула я.

Мы прошли ещё пару пунктов — подписи, выдача временного разрешения на передвижение.

К концу процесса я чувствовала себя как после десяти собеседований подряд.
Но Ирма выглядела довольной.

— Всё. Теперь вы официально зарегистрированы как гражданка Левкуса на время программы адаптации, — сказала она. — И, если честно, справились вы быстрее многих.

— Это потому что я уже натренирована подписывать всё, не читая, — усмехнулась я.

Она улыбнулась.
— Не волнуйтесь, ничего опасного вы не подписали. Хотя… если бы что-то случилось, я бы уже знала.

— У вас тут, похоже, всё под контролем.

— Мы стараемся, — ответила она. — А теперь — домой. Отдыхайте, Лена. Завтра начнётся знакомство с вашим новым миром.

Я кивнула, чувствуя, как в груди странно сочетаются усталость и лёгкое волнение.
Когда все подписи, проверки и магические сканирования закончились, Ирма вернулась ко мне с аккуратной папкой.
— Это справочник адаптации, — сказала она, протягивая тонкую книгу в гибкой обложке. — Здесь всё, что нужно знать: как работают службы, где получать питание, жильё, помощь, и даже список ближайших магазинов.

Я приняла папку — тёплую на ощупь, создалось ощущение, что ее только что напечатали. На обложке мерцали слова “Совет для новых граждан”.
— Благодарю, — сказала я. — Думаю, это будет полезно почитать.

Глава 11

— Если не слишком далеко, — ответила я, хотя на самом деле мне очень хотелось увидеть этот город.

— Отлично. Тогда пойдём.

Главная улица Левкуса оказалась совсем не такой, как я представляла себе «столицу королевства».
Никаких мостовых, ни асфальта, ни привычных тротуаров — всё вокруг будто создано из гладкого камня и прозрачных линий света. Дома тянулись вверх, словно росли из земли, меняя оттенки в зависимости от солнца: от нежно-золотого до глубокого голубого.

Между зданиями текли потоки людей — одни шли пешком, другие двигались на плавных платформах, похожих на антигравы. Они не гудели, не шумели — просто скользили по воздуху, как по невидимым дорогам.

— Это и есть главная улица, — сказала Ирма. — Здесь находятся все основные учреждения: Совет, Архив, Академия магии, Дом культуры, рынок, и несколько кафетериев.

— А… булочная? — спросила я на автомате.

— Булочная? — переспросила она, приподняв бровь.

— Ну, что-то вроде. Место, где можно купить свежий хлеб, пирожки, булочки, сладости… что-то тёплое, ароматное, вкусное, — пояснила я, чувствуя себя немного глупо.

Ирма задумалась.
— Таких мест нет, — ответила она. — Еда в Левкусе создаётся автоматически — с помощью сборщиков. Их можно вызвать через браслет, а продукты поступают из центра распределения.

— То есть… всё готовит машина? — уточнила я.

— Да. Идеально сбалансировано, быстро, без потерь.

Я моргнула.
— Без вкуса, наверное, тоже?

Она чуть улыбнулась.
— Некоторые новенькие говорят, что так. Но вы привыкнете.

Мы шли дальше, и город вокруг поражал своей чистотой и совершенством — ни мусора, ни суеты, ни запахов. Всё было слишком правильным, слишком… безжизненным.
Люди двигались упорядоченно, сдержанно, почти бесшумно. И где-то в глубине этой идеальной симфонии мне не хватало простого — запаха теста, кофе, карамели…

— Здесь всё под контролем, — продолжала Ирма. — В каждом квартале есть страж, энергопункт и связи. А вот там — зона отдыха.

Она указала на небольшой сад, где над водой плавали светящиеся рыбы.
— Красиво, — сказала я.

— И безопасно, — уточнила она. — В Левкусе безопасность превыше всего.

— Надеюсь, смеяться у вас можно без разрешения и не только в специально отведенных местах? — спросила я.

Ирма посмотрела на меня с лёгким удивлением.
— Мы не запрещаем эмоции, — ответила она.

Я усмехнулась.
— У всех получается привыкнуть, — сказала она мягко. — Даже у тех, кто поначалу думает иначе.

Мы прошли ещё немного — мимо высокого здания с узкими окнами, мимо фонтанов, которые текли не вниз, а вверх, превращаясь в облака света.
Возле транспортной станции Ирма остановилась.

— Отсюда вы сможете добираться до своего дома. Просто приложите карту к панели. Система сама определит ваш маршрут.

Я кивнула, стараясь запомнить каждое слово, каждый поворот, хотя город всё равно казался непостижимым.
Или мне просто требовалось больше одной прогулки, чтобы запомнить что тут где находится.

— Спасибо, Ирма, — сказала я, когда мы уже стояли у входа в станцию. — За всё. И за прогулку тоже.

— Не за что, — улыбнулась она. — Отдыхайте. Завтра начнётся ваш первый учебный день.

— Учебный? — переспросила я, но она уже уходила, оставив после себя лёгкий аромат холодных трав.

Я ещё немного постояла у станции, глядя, как световые потоки людей плавно расходятся в разные стороны. Ирма уже скрылась за поворотом, и вокруг стало удивительно тихо.
Наверное, я могла бы сразу вернуться домой.
Наверное.
Но внутри зудело чувство, что если сейчас не пройду по этому городу сама — не поверю, что он настоящий.

— Просто немного прогуляюсь, — сказала я себе и шагнула в сторону ближайшего переулка.

Левкус оказался совсем не таким однозначным, как показался сначала.
С высоты — идеальный, ровный, блестящий. А если свернуть с центральной линии, начинались узкие проходы, живые витрины, странные киоски, где продавали непонятные вещи: кристаллы, цветы, какие-то устройства, похожие на музыкальные шкатулки.
Я шла, всматриваясь, запоминая, стараясь понять, как устроено это место.

Только через какое-то время заметила, что улицы перестали выглядеть знакомыми.
Свет стал мягче, вывески — плотнее, а прохожих почти не осталось.

— Отлично, — пробормотала я. — Турист года.

Открыла браслет, провела пальцем — он мигнул, выдал символы и замер.
— Карта, — сказала я вслух.
Ноль реакции.

Я нажала сильнее, потом дотронулась до панели снова.
Экран оставался чёрным, будто обижался на меня за что-то.

— Прекрасно. Заблудиться в городе, где даже пешеходные переходы, наверное, разговаривают, — буркнула я. — Молодец, Лена.

Глава 12

Попробовала вспомнить дорогу назад, но все эти сияющие улицы сливались в один и тот же блестящий лабиринт.
Я пошла быстрее, потом ещё быстрее, пока шаги не превратились почти в бег.
За каждым поворотом надеялась увидеть хоть что-то знакомое — ту самую станцию, лавку с кристаллами, хотя бы знакомый фасад.

Но город будто менял форму.
Свет дрожал, отражения множились, и я не понимала, то ли теряю ориентацию, то ли с ума схожу.

— Спокойно, просто спокойно, — шептала я себе, чувствуя, как дыхание становится рваным. — Главное, не паниковать.

Паника, естественно, послушно пришла. Сердце билось слишком быстро, а в груди всё сжималось. Я обернулась, потом снова пошла вперёд, пытаясь хоть что-то рассмотреть сквозь этот идеальный глянец мира, все по прежнему было крайне незнакомым. Я ускорила шаг и, кажется, двигалась исключительно на животных инстинктах. Вертела головой, как ненормальная и бежала, бежала, не разбирая дороги, пока не врезалась.

Удар вышел ощутимым. Воздух выбило, мир качнулся, и я уже приготовилась встретиться с полом, но кто-то успел схватить меня за руку.
Сильная ладонь, тёплая, уверенная, удержала на месте.

Я судорожно втянула воздух — и посмотрела вверх.

Передо мной стоял мужчина.
Высокий, в тёмной одежде, с выражением лица, будто я влетела в него не случайно, а по совершенно коварному плану.
Его пальцы всё ещё держали меня — крепко, но не больно.

— Осторожнее, — сказал он низким, спокойным голосом. — Здесь перекрёсток магических линий. Если не привыкли — можно потерять ориентацию.

— Я… да, уже заметила, — выдавила я, пытаясь вырвать руку. — Извините, я просто... заблудилась.

Он не отпустил сразу. Его взгляд был внимательным, оценивающим.

— Вы… не местная, — сказал он скорее утверждающе, чем вопросительно.

— Не местная, — призналась я, чувствуя себя при этом так, будто в этом городе это худшее, что можно сказать.

— Откуда вы? — спросил он после короткой паузы.

— Из другого… места, — начала я, но потом махнула рукой. — Ладно, я смещённая.

Он кивнул, будто ожидал этого ответа.
— Так и подумал.

— Вы часто встречаете таких, как я? — уточнила я.

— Не часто, но достаточно, чтобы узнавать по растерянному взгляду, — сказал он.

Я усмехнулась.
— О да, прекрасное описание. Только я ещё не поняла, куда бежать-то.

Он слегка склонил голову, и уголки губ дрогнули.
— А из какого вы королевства?

— Эм… если скажу, что из другого мира, — сказала я, — вы решите, что у меня с головой не всё в порядке?

— Нет, — ответил он спокойно, проводя ладонью по правому боку, в который я врезалась своим правым боком. Мой тоже поднывал и я надеялась, что синяки там не особо огромные. — Это многое объяснит.

Он подошёл ближе, коснулся моего браслета — и экран, который раньше упрямо не включался, ожил.
— Вот. Навигатор сбился из-за линии пересечения. Я подстроил его под вашу ауросеть. Теперь не потеряетесь.

— Спасибо, — сказала я, искренне. — Вы спасли меня от нервного срыва и бесславной гибели где-то между сияющими домами.

Он коротко усмехнулся.
— Это частое место для гибели новичков. Пойдём, я провожу вас до дома.

Мы пошли рядом. Он шагал спокойно, уверенно. Я шла рядом, слушала — он рассказывал, ненавязчиво, почти в полголоса:

— Это хороший город, я почти уверен, что вам тут понравится. Возможно, вам покажется тут многое странным, я часто слышал, что у нас отличается свет, воздух, даже движение людей. Магические линии питают здания, поддерживают климат, энергию, транспорт. Я читал, что не во всех мирах есть магия. — Он посмотрел на меня. — Но магия — это не все, что есть в нашем мире. Главное, тут любой сможет найти себе достойное место.

Я посмотрела на него внимательнее. В его спокойствии чувствовалась сила. Не знаю, кем был этот мужчина, но возле него было довольно спокойно. Пока мы шли, он рассказывал о простых вещах — о парящих садах на севере города, о том, что ночью здесь загораются золотые ленты вдоль крыш, и даже о том, как чай в местных кофейнях варят прямо в воздухе.
Он говорил негромко, и мне вдруг стало легче — будто мир перестал быть таким чужим.

Когда мы подошли к моему дому, он остановился.
— Вот и всё. Дальше вы справитесь сами.

— Пожалуй, — кивнула я. — Ещё раз спасибо. Без вас я, возможно, так и кружила бы по этим вашим магическим линиям.

Он улыбнулся чуть теплее.
— Не за что. Но, если снова заблудитесь, просто подумайте, куда хотите попасть. Ваш браслет со временем начнет считывать ваши желания в этом плане. Но также, я уверен, скоро вы выучите большую часть маршрутов и самостоятельно.

— Ментальный навигатор? Отлично, — усмехнулась я. — Надеюсь, не понадобится.

Он собирался уйти, но вдруг остановился и спросил:
— А как вас зовут?

— Поздновато для этого вопроса, — заметила я. — Мы ведь уже прощаемся.

— Да. Вы правы. Просто я только сейчас понял, что не спросил вашего имени.

Я пожала плечами.
— Лена.

— Онс, — представился он в ответ. — До встречи, Лена.

— Если наша следующая встреча будет при таких же обстоятельствах, то надеюсь, что нет, — ответила я, но улыбнулась.

Он чуть наклонил голову, и пошёл прочь, растворяясь в сиянии улицы.

Глава 13

Я ещё секунду смотрела ему вслед, потом вошла в здание.
Когда дверь за мной закрылась, браслет на запястье мигнул — коротко, будто реагируя на что-то.
Я опустила взгляд и хмыкнула:
— Когда-нибудь, я научусь тобой управлять, странная штука.

Когда я наконец дошла до своей квартиры, дверь послушно распахнулась.
Внутри было всё тем же: идеальная чистота, ровный свет, гладкие поверхности.
Я сняла куртку, села на край кровати и долго смотрела в стену.

Это — мой дом?
Слова звучали странно. Всё здесь было продуманно, удобно, стерильно… но нет,не моё.
Я не чувствовала запахов, не слышала звуков, не ощущала дыхания жизни — как будто комната ждала, когда в неё кто-то вдохнёт душу.

Я легла, потом снова села, потом просто закрыла глаза. Хотелось не думать.
Несколько минут я просто дышала, слушая, как где-то далеко гудит город.

И вдруг — стук в дверь.

Я вздрогнула.
Сначала хотела не открывать — мало ли кто там. Но потом услышала знакомый тёплый голос:

— Леночка, милая, это я, Элара. Можно войти?

Я подошла и провела ладонью по панели. Дверь мягко отъехала в сторону.
На пороге стояла соседка — та же, уютная, улыбающаяся, с плетёной корзинкой в руках.

— Я тут подумала, — сказала она с добродушной улыбкой, — что ты наверняка устала после всех дел, а ужина у вас, смещённых, чаще всего не бывает. Уверена, ты не покупала еду ни в магазине, ни где-то еще. Так что принесла кое-что вкусненькое.

Она вошла без приглашения, как будто была у себя дома, и поставила корзинку на стол.
Оттуда сразу потянуло ароматом ванили и свежего теста.

— Булочки? — спросила я, не веря своему счастью.

— Ага, — подмигнула она. — Местные ингредиенты, но я уже освоила, как из них выжать человеческий вкус.

Я невольно рассмеялась.
— Вы, кажется, самая полезная соседка в истории всех миров.

— Просто опытная, — хмыкнула Элара. — Когда я сюда попала, неделю ела синтетический суп, пока не поняла, как это все приготовить нормально. Не рекомендую, дорогая.

Я взяла одну булочку, горячую, мягкую, и откусила.
Никаких слов. Только тепло. Привычное такое, домашнее.

— Боже, как же это вкусно, — выдохнула я.

— Знаю, — довольным тоном сказала она, устраиваясь на стуле. — Вот с этого и начинается привыкание к Левкусу. Не с документов, не с правил, а с того, что ты находишь себе маленький кусочек тепла.

Я посмотрела на неё и улыбнулась.
— Спасибо, Элара. Правда.

— Не за что, — ответила она, поднимаясь. — Я рядом, если что. Просто стучи — или даже не стучи. Дверь у меня всегда открыта.

Дом по-прежнему был чужим, но запах ванили и теста потихоньку наполнял его — и впервые за всё время здесь стало по-настоящему уютно.

Может, это и был первый шаг к тому, чтобы назвать это место своим.

— Знаешь, Элара, — сказала я, когда мы доели по второй булочке, — кажется, я знаю, чем хочу заняться.

Она приподняла бровь, чуть прищурившись, будто уже готовилась услышать что-то экзотическое.
— Ого. Это ты быстро. Обычно люди месяцами ищут себя, а ты уже определилась. Ну, рассказывай.

Я отставила чашку с ароматным чаем, вздохнула и сказала с самым серьёзным видом:
— Я хочу продавать мороженое.

Элара моргнула. Потом моргнула ещё раз.
— Мороженое? — переспросила она, будто проверяя, не ослышалась. — Прямо… вот мороженое?

— Ага, — кивнула я. — Только оно не пахнет, как эти булочки. И тут я подумала: а почему бы нам не объединиться? Ты будешь печь свои бесподобные булочки, я делать сладости и мороженое. И… откроем магазин сладостей.

— Магазин, — повторила она, и уголки её губ начали предательски подрагивать.
— Да, — уверенно подтвердила я. — Настоящий, со сладостями, ароматами, с очередями и вывеской. «У нас тепло», или, не знаю, «Булочка и шарик».

Элара не выдержала — рассмеялась. Громко, заразительно, до слёз.
— Магазин, — повторила она сквозь смех. — Милая моя, ты тут всего три дня, а уже хочешь бизнес открыть?

— Почему бы и нет? — я пожала плечами. — Ты сама сказала: нужно искать своё тепло. Так вот, я хочу раздавать его ложками.

— Ложками… — она снова улыбнулась, качая головой. — Боги, я не могу. Это, пожалуй, лучший план из всех, что я слышала за эти семь лет.

— То есть ты согласна? — спросила я с надеждой.

— Согласна — на булочки и чай, — хитро ответила она. — А вот про магазин… Надо подумать. Тут не всё так просто.

— Но ты подумаешь? — уточнила я, стараясь не выдать восторг.

— Подумать — это святое, — кивнула она. — Но предупреждаю, если ты всерьёз вознамерилась покорить Лангорию сладостями, тебе придётся научиться обходить больше преград, чем просто рецепты.

— Преграды — моё второе имя, — усмехнулась я.

Элара посмотрела на меня с тем самым выражением, каким смотрят на человека, который собирается сделать глупость… но такую очаровательно безумную, что ему невольно хочется помочь.

— Ладно, — сказала она наконец. — Если уж открывать магазин мороженого, то только вместе с хорошими булочками.

Я улыбнулась во весь рот.
— Договорились.

Она засмеялась снова, качая головой.
— Вот знала, что ты не дашь мне спокойно жить, Лена.

— А я знала, что ты не сможешь отказаться, — подмигнула я.

И в этот момент впервые за всё время мне показалось, что жизнь в Левкусе действительно может стать началом чего-то хорошего.

Я не удержалась — просто шагнула к Эларе и обняла её.
— Спасибо! Спасибо тебе! — выпалила я, уткнувшись в её мягкий, пахнущий ванилью фартук.

Она засмеялась и погладила меня по спине.
— Ох, дитя, ну ты и буря, — сказала с нежностью. — Но ты хоть понимаешь, что на это уйдёт большая, если не вся часть твоих подъёмных денег?

Глава 14

— Понимаю, — уверенно ответила я, отстраняясь. — Но я готова. Я уверена, что мы с тобой их всех очаруем.

Элара прищурилась, глядя на меня с лёгкой улыбкой.
— Всех очаруем, говоришь?

— Всех до единого! — я всплеснула руками. — Люди будут стоять в очереди за нашим мороженым и булочками.

— Но... мороженое? — переспросила она, словно всё ещё не могла привыкнуть к этой идее.

— Поверь, — сказала я с самым серьёзным выражением лица, — это то, что я делаю лучше всего на свете! Подскажи только, где взять продукты, и я приготовлю тебе его прямо сейчас.

Она приподняла брови, но глаза уже светились смехом.
— Ох, я не сомневаюсь, деточка, — сказала она тепло. — Вижу, как твои глаза горят.

Я не удержалась и улыбнулась в ответ.
— Значит, ты со мной?

— Конечно, — вздохнула Элара, покачав головой. — Я ведь уже согласилась, дорогая. Да и я, признаться, тут подзасиделась. Ты же знаешь — семь лет на одном месте… Любому начнёт казаться, что жизнь где-то там, за дверью.

— Вот и отлично! — сказала я, чувствуя, как меня захлёстывает радость. — Мы с тобой просто обязаны сделать этот город вкуснее.

— Ага, — усмехнулась она. — Главное, не разорить себя в процессе.

— Не волнуйся, — я лукаво улыбнулась. — У меня план.

Элара рассмеялась и махнула рукой.
— Ну раз у тебя есть план, то всё, считай, пропали. Пошли, моя мороженщица, посмотрим, что можно найти на кухне.

Я подхватила корзину с остатками булочек и пошла следом, ощущая, как впервые за всё это время внутри расправляются крылья.
Не магические, нет.
Самые, что ни на есть, настоящие.

Мы ещё долго сидели с Эларой за столом, чертили на салфетке нелепые планы будущего магазина, спорили о названии и хихикали, как две школьницы. Она рассказывала, как устроена торговля в Левкусе, где можно взять разрешение, сколько стоят ингредиенты, как работает распределительная сеть. Я ловила каждое слово — впервые за всё это время чувствовала, что делаю нечто правильное.

Когда я наконец заметила, что за окном уже темно, кружочки на браслете показывали поздний час — почти полночь.
— Пора бы и спать, — сказала я, зевая. — Завтра начну воплощать безумие в жизнь.
Элара засмеялась и махнула рукой:
— Только не разбуди соседей своим энтузиазмом, мороженщица.
— Обещаю быть тише булочки.
Мы попрощались, и я вернулась в свою комнату.

Тишина встретила меня привычно. Я скинула одежду и пошла в душ. Тёплая вода текла по коже, смывая усталость, запах теста и чужого города.
Когда я вышла и поймала своё отражение в зеркале, взгляд зацепился за что-то странное.
На правом боку, чуть ниже рёбер появилась еще одна татуировка. Сначала я решила, что это метка Каспияна, но она была там же, где и раньше, на левой стороне.

— Что за… — я наклонилась ближе, вглядываясь.
Знак был другой — не такой чёткий, не изогнутый, как драконья вязь Каспияна. Линии резкие, будто прорезанные пламенем, и под кожей пробегала тёплая пульсация.
Я провела пальцем по символу — и он будто ответил лёгким откликом, словно под кожей прошла искра.

В памяти вспыхнула сцена: узкая улица, удар, сильная рука, что удержала меня, и его глаза — внимательные, спокойные.
Онс.

— Нет, — прошептала я, отступая от зеркала. — Только не это.
Боль в боку… Я ведь думала, что просто врезалась.

— Выходит… — я уставилась на метку. — Он тоже дракон?

Ответа не было, конечно.
Я попыталась прочесть символы, но линии расплывались, будто не хотели быть понятыми.
— Замечательно, — пробормотала я. — Ещё один мужик, оставил на моем теле свое имя. Я уже похожа на справочник. Я уселась на край кровати, чувствуя, как усталость накрывает с новой силой.
— Не может же быть, чтобы я… — я посмотрела на себя в зеркало и хмыкнула. — Ну вот как это вообще объяснить? Быть женой сразу двоих?

Тело казалось чужим, мир — ещё более безумным, чем вчера.
— Ерунда, — сказала я, отмахиваясь. — Это просто... остатки стресса. Аллергия на магию. Или на мужчин.
Но знак всё ещё мерцал под кожей — тёплый, упрямый, будто насмешливо подтверждая: нет, это не сон.

Я выключила свет, натянула одеяло и спрятала лицо в подушку.
— Всё, Лена, спи, — пробормотала я себе. — Завтра разберёшься со всем этим безумием.

Глава 15

Утром меня вытащил из сна привычный — но всё ещё неприятно резкий — стук в дверь.
Я с трудом открыла глаза, наощупь нашла халат и пошла открывать.

На пороге стояла Ирма — аккуратная, собранная, как всегда, с планшетом в руке и тем самым выражением лица, которое говорило, что выспаться мне не удасться.

— Доброе утро, Лена, — сказала она ровно, но всё же с лёгким теплом. — Готова? Сегодня первый день обучения для смещённых.

Я почесала висок, чувствуя, как волосы торчат во все стороны.
— Обучения чему, если не секрет?

— Основам адаптации, — терпеливо ответила Ирма. — Социальные нормы, устройство королевств, правила безопасности, базовые навыки. Три недели. Потом ты выбираешь специализацию — ремёсла, служба или частная торговля.

Я вздохнула и уткнулась в косяк.
— А если я уже знаю, чем хочу заниматься?

— Это отлично, — оживилась она. — Тогда обучение тебе поможет получить разрешение на деятельность.

— А если я скажу, что мне нужнее не разрешение, а само место, чтобы начать? — спросила я осторожно. — То есть, разрешение, конечно же, тоже, но я бы хотела для начала выбрать место. Чтобы понять, насколько это возможно.

Она прищурилась.
— Ты о чём-то конкретном?

— Да, — кивнула я. — Я хочу открыть пекарню-кондитерскую. Что-то вроде кафе. Ну, не кафе, а… магазин выпечки и мороженого.

На лице Ирмы промелькнуло то редкое выражение, когда человек одновременно удивлён и пытается не показать, насколько сильно.
— Мороженого, — повторила она. — Любопытно. Но, Лена, обучение — обязательная часть программы.

— Я понимаю, — сказала я, уже натягивая одежду. — Но если я займусь делом, которое само по себе даёт вклад в экономику, это ведь лучше, чем сидеть на лекциях?

Она задумалась, водя пальцем по планшету.
— Хм… официально — да, такое возможно. Но нужно обосновать.

— Вот и отлично! — я обрадовалась. — Тогда вы поможете мне найти помещение, а я покажу, что это серьёзно и мы сможем все обосновать…

Ирма вздохнула, но в её глазах мелькнуло одобрение.
— Ты быстро действуешь, Лена. Не каждый так решителен через… даже не неделю после перехода.

— Я либо начну жить, либо сойду с ума, — призналась я. — Так что выбора нет.

Я быстро доела булочку, оставшуюся со вчерашнего вечера, и, пока Ирма просматривала что-то в планшете, добавила:
— Можно, я возьму с собой Элару? Я планирую реализовать проект вместе с ней.

— Соседку? — уточнила Ирма, подняв бровь. — Если она не против, почему бы нет.

Через десять минут мы уже стояли втроём на улице. Элара держала в руках тканевую сумку, полную заметок и эскизов, а Ирма шагала впереди, как экскурсовод в деловом костюме.

Первое помещение находилось почти в центре — стеклянные стены, внутри мягкий свет, идеальный уголок под кофейню.
— Вот это да, — выдохнула я. — Тут можно устроить рай для сладкоежек.

— И заплатить за него втрое больше, чем дают тебе подъёмных, — сухо заметила Ирма.

— Так себе рай, — согласилась Элара, глядя на потолок с парящими линиями освещения. — Тут даже воздух, наверное, платный.

Мы посмеялись и пошли дальше.

Второе место оказалось на окраине — маленькое, тёмное, зато с уютным двориком. Но внутри стены явно когда-то обожгло магией: следы копоти и странные узоры шли прямо под штукатуркой.

— Это не пекарня, а декорации для фильма ужасов, — сказала я.

— Аура нестабильная, — подтвердила Ирма. — Вам здесь работать будет невозможно.

Третье и четвёртое были слишком тесными или слишком далеко от людей. В одном, судя по запаху, раньше держали алхимическую лавку.

— Я, конечно, люблю эксперименты, — сказала Элара, открывая окно, — но не настолько, чтобы пахнуть серой при каждой выпечке.

Мы уже начали уставать, когда Ирма остановилась перед старым зданием из светлого камня с арочными окнами.
Никаких неоновых надписей, никаких магических вывесок — только табличка с резным символом, который, как объяснила Ирма, означал «временно закрыто».

— А это что? — спросила я, чувствуя, как внутри поднимается любопытство.

— Это старый «кофейный дом», — ответила Ирма. — Место было популярным лет десять назад, пока владелец не закрылся.

Мы вошли внутрь — и я замерла.
Высокие потолки, стены, где всё ещё угадывались очертания полок и витрин, а в воздухе будто остался лёгкий запах кофе.
Через пыльные окна пробивался мягкий свет, ложась на старую стойку.

— Ох, Лена, — прошептала Элара. — Это же идеальное место.

— Я знаю, — выдохнула я. — Посмотри на свет! На пространство! Тут можно сделать витрину, вот здесь поставить машины для мороженого, а здесь — печь.

Я уже видела всё перед глазами — мягкие тона, запахи, улыбки. Магазин, в который будут приходить не просто за сладостями, а за ощущением дома.

Ирма стояла чуть позади, наблюдая за нами. В её взгляде смешались лёгкое восхищение и сожаление.
— Оно действительно прекрасно, — сказала она. — Только один нюанс: хозяин этого здания очень упрямый.

— Упрямый? — переспросила Элара. — Насколько упрямый?

— Настолько, что уже трижды отказал новым арендаторам. — Ирма вздохнула. — Говорят, никому не хочет сдавать. У него свои… причины.

— А кто он? — спросила я, чувствуя, как во мне загорается азарт.

*****

Дорогие читатели, приглашаю Вас в свою потрясающую МЖМ-новинку

https://litnet.com/shrt/hXoj

“Невеста промышленного масштаба”

❤️ АННОТАЦИЯ

Я попала в тело невесты богатейшего мужчины столицы. Казалось бы — живи, не тужи.

Глава 16

— Мужчина по фамилии Райден, — сказала Ирма, пролистывая данные на планшете. — Старый маг, один из бывших мастеров вкусовых чар. Сейчас живёт у моря. Не любит чужаков, насколько я слышала.

Я прищурилась, примеряя имя на вкус. Райден. Что-то в нём звенело — коротко, твёрдо, будто в нём был ветер и соль.

— Ну, это мы ещё посмотрим, — сказала я с лёгкой улыбкой. — Может, просто ему никто не предлагал достаточно вкусного мороженого.

И Элара, и Ирма переглянулись, как две женщины, которые поняли, что спорить со мной бесполезно.

— Цену я, кстати, не знаю, — добавила Ирма. — Но могу попробовать связаться с ним и назначить встречу.

— Конечно, попробуйте, — кивнула я. — Я готова к переговорам хоть прямо сейчас.

Она чуть усмехнулась.
— Так быстро? Ты даже не посмотрела другие варианты.

— А зачем? — я огляделась. — Это место дышит. Слышите? Оно будто ждало, когда кто-то снова вдохнёт в него жизнь.

Элара тихо хмыкнула:
— Или когда кто-то снова будет пахнуть тестом и ванилью.

Ирма отошла в сторону, включила браслет и начала говорить с кем-то по каналу связи. Мы с Эларой в это время бродили по залу, рассматривая старые арки, узоры на полу, облупившиеся витрины. В воздухе стоял лёгкий аромат карамели, будто здание само помнило, чем когда-то жило.

Через несколько минут Ирма вернулась.
— Хозяин согласился на встречу, — сказала она, слегка удивлённо. — Через час. Можем подождать здесь или прогуляться.

— Я бы прогулялась, — предложила Элара, поднимая на плечо свою сумку. — Нам обоим надо воздухом подышать.

Я покачала головой.
— А я останусь. Хочу осмотреть всё внимательнее, почувствовать место.

Ирма посмотрела на меня чуть внимательнее.
— Хорошо. Если ты не против, я пройдусь с Эларой и вернусь к встрече.

— Конечно, не против, — сказала я. — Только не опаздывайте, вдруг этот маг передумает.

— Не переживай, — ответила Ирма, уже направляясь к выходу. — Уж я сделаю всё, чтобы он не передумал.

Когда дверь за ними закрылась, я осталась одна.
Тишина сразу стала другой — не мёртвой, а живой. Мягкий свет из окон ложился на старую стойку, на узор плитки, где в пыли угадывались контуры бывших витрин.

Я медленно прошлась по залу, провела ладонью по стене — шероховатой, тёплой.
— Вот тут будут витрины, — пробормотала я вслух. — Здесь столики, а здесь, у окна… маленький уголок для тех, кто приходит просто помечтать.

С каждым словом внутри становилось теплее. Казалось, место слушает меня, как старый дом, которому наконец пообещали новую жизнь.

Я закрыла глаза, представив запах свежего теста, прохладу мороженого, тихие разговоры, смех.
— Это оно, — сказала я. — Моё место.

И, глядя на лучи света, что скользили по пыльному полу, я знала — если хозяин решит отказать, я уговорю его всеми правдами и неправдами.
Слишком долго я искала что-то, что заставит сердце биться так.

Я продолжала осматривать разные уголочки этого чудесного места, раздумывая, в какой цвет его покрасить, когда услышала, как позади меня открывается входная дверь. Ну наконец-то девочки вернулись!

— Я очень хочу это место, — сказала я, всё ещё осматривая зал, и, обернувшись, застыла.

На пороге стоял Онс.

— Хорошее вступление, — произнёс он с лёгкой улыбкой.

— Вы?.. — я не поверила своим глазам.

— Онс Райден, — подтвердил он. — Хозяин этого места. А вы, если не ошибаюсь, Лена.

— Да, — выдохнула я, чувствуя, как внутри всё похолодело.
Райден. Судьба не могла пошутить как-то иначе.

Он чуть приподнял бровь, глядя на меня так, будто изучал очередную загадку.
— И во что же вы хотите превратить моё место, Лена?

— В кондитерскую, — ответила я, пытаясь вернуть себе уверенность. — Хочу продавать здесь сладости и выпечку.

Он улыбнулся — спокойно, но в этой улыбке было что-то слишком личное. — Сладости, значит, — повторил он и коротко кивнул своим мыслям. — Пойдёмте в кабинет. Всё обсудим.

— Но я не одна, со мной… — начала я.

— С ними мы тоже всё обсудим, — перебил он мягко. — Пойдём, я не кусаюсь.

— Это ещё неизвестно, — пробормотала я, но всё же пошла следом.

Кабинет выглядел удивительно ухоженным — по сравнению с залом даже уютно. Старое кресло, массивный стол, пара стеллажей. Онс вошёл первым, провёл ладонью по поверхности, смахивая пыль, которой я, к слову, не заметила.

— Сладости, — повторил он, садясь на край стола.

— Да, — кивнула я, — я делаю отличное мороженое, а моя подруга печёт такие булочки, что мимо этого места никто не пройдёт.

— Не сомневаюсь, — сказал он. — А что насчёт кофе?

— Кофе?

— Этому всему не помешает кофе.

— Возможно, — ответила я, скрестив руки. — Я подумаю об этом.

Он чуть склонил голову, будто наблюдая за мной с интересом.
— В общем, Лена, я согласен отдать вам это место, но с парой условий.

— Слушаю, — осторожно произнесла я.

— Первое — здесь будет лучший кофе в городе.

— А второе?

— Варить его буду я.

— Что?

— Что? — передразнил он с ленивой улыбкой.

— Я не ищу третьего партнёра, — попыталась я возразить.

— И не нужно, — спокойно ответил он. — Партнёров будет двое.

— Я не понимаю, — сказала я, чувствуя, как сердце вдруг сделало лишний удар. — И вы ничего не сказали о цене. Это важно.

Он опёрся ладонями о стол, глядя прямо в глаза.
— Два моих условия — и никакой платы.

— Почему? — выдавила я.

— Ну разве я могу брать деньги с собственной жены?

Я замерла.
— Простите, кого?

Онс чуть усмехнулся.
— Не говори, что не видела метку на теле. Она появилась у меня сразу после нашего столкновения. Жаль, что я не сразу это понял, тогда наш разговор состоялся бы гораздо раньше. Так что… боги, конечно, любят шутить, но не настолько, чтобы ты не понимала, что стала моей женой.

Глава 17

— Я согласна, — сказала я, стараясь не выдать, что сама не понимаю, на что именно согласна.

Онс кивнул, будто это был самый естественный ответ в мире.
— Отлично. Тогда давай вернёмся к остальным. Думаю, они уже тебя потеряли.

Я выдохнула, собрала остатки самообладания и пошла за ним обратно в зал.

Элара и Ирма как раз возвращались — обе оживлённые, с пакетами и какими-то свитками в руках.
Увидев нас, Ирма чуть удивлённо моргнула, а Элара, заметив мужчину рядом со мной, едва заметно приосанилась.

— Господин Райден, — вежливо произнесла Ирма, будто только сейчас поняла, с кем имеет дело. — Вы ведь хозяин помещения, я права?

Онс кивнул.
— Да. Онс Райден. Рад познакомиться. Я готов предоставить это место под ваши идеи.

Элара замерла на секунду, потом улыбнулась — довольная, воодушевлённая.
— Правда? Это чудесно! Оно идеально!

— Рад, что вам нравится, — ответил он, переводя взгляд на Ирму.

Та же, как человек, привыкший к конкретике, сразу уточнила:
— Вопрос цены. Сколько вы хотите за аренду? Моя подопечная располагает фиксированной суммой.

Онс чуть приподнял уголок губ.
— Как я уже сказал Лене, госпожа Райден не должна платить за использование семейного имущества.

Тишина была такой оглушительной и наступила мгновенно.
Элара моргнула. Ирма застыла с планшетом в руках, будто зависла программа.

— Простите, кого сы имеете ввиду? — переспросила Ирма, глядя то на меня, то на него.

Онс, не меняясь в лице, спокойно ответил:
— Госпожу Лену Райден. Мою жену.

Ирма нахмурилась.
— Поясните, пожалуйста.

Онс спокойно скрестил руки.
— Вчера, после нашей встречи в городе, у нас с Леной появилась драконья брачная метка. Символ пары. Это древний закон — драконьи метки признаются без обжалований, уверен, вы в курсе.

Он говорил спокойно, размеренно, словно описывал нечто обыденное — бухгалтерский отчёт, а не внезапный брак.

— Иными словами, — продолжил он, — официально я заявляю, что с этого момента госпожа Лена Райден является моей супругой со всеми вытекающими.

— Что значит со всеми вытекающими?! — спросила я, чувствуя, как щеки вспыхнули.

Элара выглядела так, будто сейчас начнёт аплодировать.
Ирма же, наоборот, стояла неподвижно — строго, холодно, и медленно перевела взгляд на меня.

— Лена, — произнесла она, печатая что-то на планшете. — Подтвердите, что у вас вчера состоялся контакт с господином Райденом, в результате которого появилась его метка на теле.

Я сглотнула, чувствуя, как слова застревают в горле.
— Да, — ответила я наконец. — Метка появилась.

Ирма кивнула, тут же вбивая что-то в свой планшет.
— В таком случае, — сказала она деловым тоном, — по правилам адаптации вам придётся переехать к мужу. Смещённые, состоящие в браке, не нуждаются в муниципальном жилье.

— Простите, что? — я выпрямилась, чувствуя, как всё внутри вскипает.

— Это стандартное предписание, — невозмутимо продолжила Ирма. — Однако все финансовые и адаптационные преимущества сохраняются за вами. Вы по-прежнему имеете право на стартовую выплату, помощь в бизнесе и индивидуального куратора.

— Великолепно, — процедила я.

Онс, всё это время молчавший, наконец позволил себе лёгкую улыбку.
— Я совершенно не против забрать жену домой.

— Домой?! — я уставилась на него. — Вы серьёзно?

— Абсолютно, — спокойно ответил он. — Могу сделать это немедленно.

Элара, едва сдерживая смех, отвернулась к окну.
Ирма между тем выглядела так, будто мысленно уже заполняет все нужные формы.

— Госпожа Райден, — сказала она официальным тоном, — если вы желаете подать возражение, это возможно, но процесс займёт несколько дней. До тех пор место жительства по статусу супругов определяется автоматически.

Я медленно вдохнула, прищурилась и посмотрела на Онса.
Он стоял расслабленно, его определенно не смущало вообще ничего.

— Вам, случайно, не кажется, что вы слишком быстро взяли на себя роль хозяина моей жизни? — спросила я холодно.

— Возможно, — ответил он. — Но ведь кто-то должен позаботиться о семейном очаге.

Я закатила глаза.
— Боги, дайте мне сил… Это какой-то беспредел.

Он рассмеялся тихо, но искренне.
Ирма тихо кашлянула, явно записывая что-то в своём планшете, ее, кажется, вообще не тревожило, что мне надо перехать к неизвестно кому.

Элара мягко взяла меня за локоть и, пока Ирма что-то обсуждала с Онсом, отвела чуть в сторону, ближе к окну.
— Лена, — тихо сказала она, глядя на меня с тревогой, — ты уверена, что всё это ещё имеет смысл?
— Что именно? — я не сразу поняла.
— Ну… этот наш сладкий рай. Мороженое, булочки, витрины. — Она вздохнула. — Если ты теперь замужем... может, пока отменим?

Я посмотрела на неё и фыркнула.
— Единственное, что я пока планирую отменить — это этот странный брак.

Элара едва заметно улыбнулась, но прежде чем успела ответить, за моей спиной раздался знакомый спокойный голос:
— Боюсь, ты ничего не отменишь, Лена.

Я обернулась. Онс стоял на расстоянии пары шагов, всё такой же безмятежный и уверенный, будто обсуждал прогноз погоды.
— Драконьи браки невозможно разорвать, — сказал он ровно. — Метка не сойдёт, даже если её срезать. Проявится снова — на новом месте. Так что нам обоим придётся просто принять ситуацию, как есть.

— Прекрасно, — ответила я, скрестив руки. — Осталось только шампанское открыть.

— Можно и без шампанского, — невозмутимо отозвался он. — Хотя повод, согласись, достойный.

Я закатила глаза, но возражать не стала — не хватало ещё устраивать семейные сцены при Ирме.
Которая, кстати, как раз закончила со своими записями и обернулась ко мне.

— Лена, я уточню ещё раз, — сказала она строго, — вы по-прежнему намерены заниматься... сладкой деятельностью?

Глава 18

— Это какой-то бред, — сказала я, когда за Ирмой и Эларой закрылась дверь. — Я вообще не понимаю, что сейчас происходит.

Онс чуть усмехнулся и, облокотившись на стол, скрестил руки.
— Поверь, я тоже не рассчитывал стать женатым посреди улицы. Но я доверяю драконьим богам — они редко ошибаются.

— Серьёзно? — я подняла бровь. — А я, пожалуй, начинаю сомневаться в их… адекватности.

Онс тихо рассмеялся, глядя на меня своими светлыми глазами.
— Это зря. Они мудрее, чем кажутся.

Я промолчала.
Не потому что согласилась — просто не знала, как сказать ему, что у меня ещё одна метка.
Что если эти его «мудрые боги» и вправду всё решают, то они устроили мне чертовски сложный треугольник.

Онс, будто почувствовав, что разговор надо сменить, пошел по направлению к двери и сказал:
— Завтра вернёмся сюда. Или в любой другой день, как тебе будет удобно. План здания лежит в моём кабинете — можешь изучить, где хочешь разместить кухню, витрины и прочее.

— В твоём кабинете? — уточнила я, уже предчувствуя подвох.

Он кивнул.
— Именно. А теперь поехали домой, Лена.

— К тебе домой, — поправила я, делая акцент на местоимении.

— К нам домой, — мягко возразил он. — Теперь это и твой дом.

— Прости, но это звучит… слишком быстро.

Он пожал плечами.
— Возможно. Но местные женщины были бы счастливы на твоём месте.

— Почему это?

Онс улыбнулся чуть шире.
— Потому что знают, что драконы своим женщинам не отказывают ни в чём.

— Ни в чём, говоришь? — переспросила я с лёгкой иронией. — Звучит подозрительно как реклама, за которой всегда скрыт подвох.

— Подвоха нет, — уверенно сказал он. — Жена для дракона — это сокровище. Мы бережём, защищаем и заботимся.

Я скрестила руки на груди.
— А потом, видимо, прячете в пещерах или башнях?

Он посмотрел на меня с искренним недоумением.
— Эм... нет. Откуда вообще такие мысли?

— Из сказок, — буркнула я. — Там драконы всегда сидят на куче золота и не выпускают женщин наружу из своих огромных замков.

Он тихо рассмеялся, чуть склонив голову набок.
— Значит, у вас в мире драконы — жадные пленители?

— Что-то вроде.

— Тогда тебе предстоит открыть новую главу, — сказал он, приближаясь на шаг. — Потому что я не держу сокровища в башне, Лена. Я предпочитаю, чтобы моя женщина улыбалась.

Я почувствовала, как сердце на мгновение сбилось с ритма.
— Звучит красиво, — пробормотала я. — Но знаешь, я не особо доверяю незнакомцам.

Он улыбнулся — спокойно, чуть теплее.
— Уверен, разберёмся. Поехали.

Я долго стояла на месте, прижимая к груди сумку, будто это могла быть хоть какая-то защита от происходящего.
Онс ждал, не торопил меня, но больше и не уговаривал. Да и зачем, если меня из моего первого жилья все равно, что выселили.

— Ладно, — выдохнула я наконец. — Поехали. Только если ты думаешь, что я буду готовить, стирать и гладить — сразу предупреждаю, ошибаешься.

— Даже не сомневаюсь, — усмехнулся он. — У меня для этого есть системы самообслуживания.

— Замечательно, — пробормотала я.

Он только кивнул, и мы прошли к его… машине.
Нет, не машине.
Сфера из плавно перетекающего света, прозрачная и плотная одновременно. Когда створка открылась, изнутри повеяло прохладой, как из утреннего облака.

— Прошу, — сказал он спокойно.

Я моргнула, осторожно шагнула внутрь и села. Сиденья мягко подстроились под меня, поверхность под ладонями отливала светом.
Он сел рядом, провёл рукой по панели, и пространство вокруг будто растворилось.
Город за стеклом потёк, линии зданий вытянулись в полосы света, потом постепенно сменились видами пригородных террас.

— Красиво, — сказала я, чтобы хоть что-то сказать.

— Рад, что тебе нравится, — ответил Онс. — Хотя я понимаю, что сейчас тебе скорее… не по себе.

— Есть немного, — честно призналась я. — Всё это... чересчур.

— Согласен, — сказал он, не глядя. — Но иногда судьба действует без предупреждения.

Я усмехнулась.
— Да уж, особенно когда незнакомец, заявляет, что ты его жена.

Он тихо рассмеялся.
— Понимаю, звучит странно.

— Это мягко сказано.

Через несколько минут сфера замедлилась и мягко остановилась у дома, который выглядел как помесь старинной виллы и технологического чуда.
Три этажа, широкие террасы, стеклянные стены, по которым медленно скользили световые линии.
Вокруг — сад с растениями, переливающимися от мягкого золотого к серебристому, и что-то вроде фонтана, где вода не падала вниз, а парила в воздухе, складываясь в узоры.

— Ух ты, — выдохнула я. — И ты тут живёшь один?

— Ага, — подтвердил он, выходя первым и протягивая руку. — Дом пустует большую часть времени.

— Ну да, типичная скромная драконья берлога, — пробормотала я, глядя на сияние на фасаде. — Три этажа, парящий фонтан, светящиеся стены… минимализмом тут и не пахнет.

Он усмехнулся, не возражая, и повёл меня внутрь.
Дверь открылась бесшумно, и я вошла в просторный холл — высокие потолки, колонны, лестница, ведущая вверх, и мягкий свет, словно не от ламп, а от самого воздуха.

Никаких пыльных тряпок, никаких лишних вещей — всё идеально чисто, но не безжизненно. В углу, например, стояла чаша с пламенем — оно двигалось, будто настоящее.

— Это… красиво, — сказала я тихо.

— Спасибо, — кивнул он. — Я люблю, когда дом… дышит.

— А где все? — спросила я. — Ну, слуги там, или кто у вас отвечает за этот порядок?

Он повернулся ко мне, и в его глазах мелькнула тень улыбки.
— Я же сказал — живу один.

— Один, в таком доме. Совсем один? — переспросила я. — Это даже звучит подозрительно.

— Возможно, — сказал он. — Но так спокойнее. Ну теперь, я живу тут с тобой.

Я кивнула, чувствуя странное напряжение — не страх, нет, скорее лёгкое беспокойство от того, что я в огромном доме наедине с мужчиной, о котором знаю только то, что он дракон.

Глава 19

Я уже открыла рот, чтобы как обычно отмахнуться — сказать, что это была шутка, что я просто сказала про безопасность, не всерьёз. Но язык почему-то не повернулся.
После всего, что произошло за последние дни — после двух миров, меток, чужого города и дракона, который объявил меня своей женой, — я вдруг поняла, что… да, было бы неплохо, если бы хоть что-то в моей жизни сейчас стало по-настоящему безопасным.

— Да, — сказала я тихо, чувствуя, как слова будто проходят сквозь горло с усилием. — Было бы неплохо.

Онс посмотрел на меня внимательно, как будто эти три слова действительно что-то значили.
— Без проблем, — ответил он спокойно.

Он медленно опустил руку — ладонью вверх, и воздух вокруг будто дрогнул. Сначала я подумала, что это отражение света, но потом ощутила то же странное мерцание, что и тогда, когда Каспиян приносил свою клятву. Но было небольшое различие.
Если клятва Каспияна была похожа на горячее дыхание пламени, то энергия Онса — плотная, глубокая, холодноватая, как тихое море перед бурей.

Он произнёс на своём языке несколько слов — ритмичных, почти певучих, от которых в комнате стало чуть темнее.
Словно само пространство слушало все, что он говорит.

— Я, Онс Райден, клянусь драконьим богам, — сказал он уже на понятном языке, — не причинять вреда своей жене. Не словом, ни делом, не помыслом. Пока моё сердце бьётся и моё имя хранит силу, ей не будет причинено зла от моей руки или слова.

Воздух вокруг дрогнул, вспыхнул серебристым светом и исчез.
На его ладони осталась крошечная метка — похожая на каплю крови, как у Каспияна на груди.

Он закрыл ладонь, будто запечатывая клятву, и посмотрел прямо мне в глаза.
— Всё. Теперь можешь спать спокойно, — сказал он просто.

Я стояла, не зная, что сказать.
Всё это выглядело чересчур… просто. Почему драконы так легко разбрасываются клятвами, которые могут их убить? Может они не работают?

— И это… нельзя нарушить? — спросила я осторожно.

— Никак, — ответил Онс. — Магическая клятва связывает душу. Её не отменить и не обмануть. Даже если бы я захотел.

— Ну… — я сглотнула. — Тогда спасибо.

Он улыбнулся чуть мягче, чем прежде.
— Не за что, Лена. Я просто делаю то, что должен. Твоя безопасность — моя обязанность так или иначе. Ты ведь моя жена.

Онс провёл меня по коридору — широкий, залитый мягким светом, с окнами во всю стену. Снаружи уже сгущались сумерки, но дом будто сам создавал вокруг уют.
Он открыл одну из дверей, и я невольно остановилась.

Комната была просторной, но не вычурной: большая кровать с мягким покрывалом, шкаф, кресло у окна, а по стенам — лёгкие переливы света, словно дыхание живого пространства. Воздух пах свежестью и чем-то тёплым, чуть пряным.

— Здесь будешь жить, — сказал он спокойно. — Теперь это твоя комната. Как, впрочем, и весь дом.

Я обернулась к нему.
— Отдаёшь мне свой дом?

Он кивнул, чуть склонив голову.
— Я отдаю тебе всё, что у меня есть.

— Почему? — спросила я, глядя прямо ему в глаза.

Он не отвёл взгляда.
— Потому что ты моя жена.

Я тихо хмыкнула, качнув головой.
— Теперь понимаю, почему ты говорил, что другие женщины радуются, если становятся парой дракона.

Он улыбнулся — на этот раз по-настоящему, мягко, с какой-то теплотой.
— А ты?

Я пожала плечами.
— Я привыкла добиваться всего сама.

Он на секунду задержал на мне взгляд.
— Но ты больше не сама, Лена.

— Прости, — сказала я, отводя глаза. — Мне нужно время. Я не понимаю, как можно вот так — безусловно принимать, что твоя жизнь зависит от чужого выбора.

— Я понимаю, — тихо ответил Онс. — И это ничего.

Некоторое время мы просто стояли молча. Он не пытался приблизиться, не трогал — просто присутствовал. Это было странно… но по-своему успокаивающе.

Потом он слегка улыбнулся, будто возвращая разговор в более привычное русло:
— Ужинать будешь?

— Ты готовишь? — удивилась я.

— Нет, — честно признался он. — Я заказываю готовую еду.

Я фыркнула.
— Вот эту не очень настоящую?

Он посмотрел на меня с лёгким непониманием.
— Не очень настоящую?

— Ну, — я пожала плечами, — та, что выглядит как еда, пахнет как еда, но не оставляет ни вкуса, ни тепла. Как будто ешь… иллюзию.

Он задумчиво кивнул.
— Хм. Никогда не думал об этом. Может ты еще не привыкла к нашей еде?

— Возможно, — усмехнулась я. — Просто в моём мире, если что-то пахнет вкусно, оно должно и на вкус быть вкусным.

Он рассмеялся тихо, почти беззвучно.
— Значит, придётся найти что-то, что понравится и тебе. Или приготовить самому.

— Ты ведь сказал, что не готовишь.

— Для жены — можно и научиться, — ответил он, и от его спокойного тона у меня внутри будто что-то дрогнуло.

— Не торопись с этим словом, — пробормотала я, глядя в окно. — Я пока не готова быть чьей-то женой.

Он только усмехнулся.
— Хорошо. Тогда просто поужинаем. Друзья же могут есть вместе?

— Наверное, да, — сказала я, — но разве мы друзья?

— Почему бы не начать с этого? — спросил он и показал мне, куда идти.

Глава 20

Мы прошли по длинному коридору, где свет словно следовал за нашими шагами, и оказались в просторной кухне. Она, как и весь дом, была одновременно старинной и технологичной — деревянные шкафы с мягким золотым отблеском соседствовали с гладкими панелями, на которых светились едва заметные символы.

— Можно я осмотрюсь? — спросила я, проходя внутрь.

— Конечно, — ответил Онс с привычной спокойной уверенностью. — Это всё твоё, Лена.

— Моё, — повторила я чуть рассеянно и, открыв первый шкаф, едва не рассмеялась.

Полки были полны банок, коробочек и прозрачных контейнеров — какие-то явно с ингредиентами, но большая часть… готовая еда. Причём аккуратно подписанная и выстроенная рядами, будто он собирался пережить осаду, не вставая из-за стола.

— У тебя тут прямо музей готовых обедов, — пробормотала я, заглядывая в холодильник. — И всё однотипное.

— Эффективно и питательно, — сказал Онс, будто защищаясь. — Я не трачу время на готовку.

— Понятно, — усмехнулась я. — Ты не против, если я сегодня сама что-то приготовлю?

— Я только за, — ответил он, чуть приподняв бровь. — Даже готов помочь.

— Не откажусь, — сказала я, закатывая рукава. — Начнём с чего-то простого, а то ещё устроим кулинарный апокалипсис.

Я выбрала самые обычные продукты — овощи, немного крупы, мясо, какие-то травы, которые пахли странно, но приятно. Онс ловко нарезал всё, что я подавала, — движения точные, почти грациозные. Было видно, что у него хорошая реакция, но совершенно нет опыта на кухне: нож он держал так, будто собирался им сражаться, а не шинковать зелень.

— Осторожнее, — сказала я, когда он чуть не разлетелся с луком по столу. — Это не дуэль.

Он тихо хмыкнул.
— Для дракона каждая задача — испытание. Даже нарезка овощей.

— Ну, по крайней мере, ты честен, — усмехнулась я, помешивая еду на сковородке.

Запах постепенно наполнил кухню — тёплый, домашний, настоящий. Я чувствовала, как расслабляется даже воздух, и, когда он подошёл ближе, чтобы заглянуть через моё плечо, я даже не вздрогнула.

— Попробуй, — сказала я, зачерпывая ложкой и поднося к его губам.

Он не стал отстраняться — наоборот, чуть наклонился.
Сначала посмотрел мне в глаза и я уловила что-то крайне интимное в этом жесте, потом просто попробовал, закрыл глаза, будто наслаждался вкусом всерьёз.
— Это… невероятно, — выдохнул он. — Никакая магия не сравнится.

— Обычная еда, — сказала я, пытаясь не улыбнуться.

— Обычная? — он посмотрел на меня с тем выражением, как будто это кощунство. — Это лучшее, что я ел за последние… лет десять.

— Значит, тебе просто не везло, — пожала я плечами.

Он усмехнулся, отставляя тарелку.
— Мне повезло сейчас. С женой.

Я фыркнула.
— Не обольщайся. Я не собираюсь делать это каждый день.

— И я не прошу, — ответил он мягко. — Достаточно того, что сегодня в этом доме снова пахнет жизнью.

Я хотела что-то сказать, но не смогла.
Откуда-то из глубины поднималось странное чувство — будто это не просто ужин, а начало чего-то гораздо большего.
Мы сели за стол — без официоза, без золочёных приборов и прочих символов богатства, просто двое людей и тарелки с горячей едой. Свет мягко ложился на столешницу, за окнами дрожало отражение вечернего неба, и всё это почему-то казалось… правильным.
Онс ел с видимым удовольствием, будто каждая ложка приносила ему массу приятных впечатлений.

Я не понимала — он так искренен всегда, или это он играет роль, чтобы мне было приятно?

— Чем ты вообще занимаешься? — спросила я наконец, отставив вилку.

Онс поднял взгляд.
— Как и любой дракон, я служу короне.

— А как же твоя новая работа баристой? — уточнила я с лёгкой усмешкой.

— У меня отпуск, — ответил он просто.

— У драконов бывает отпуск? — не удержалась я.

Он улыбнулся уголком губ.
— Бывает. Редко, но бывает. В моём случае — два месяца. Когда мы встретились, это был первый день.

Я усмехнулась, качнув головой.
— И ты правда считаешь, что это божественное вмешательство?

— А разве нет? — спросил он спокойно. — После того, что произошло между нами, трудно не доверять богам.

Я сделала глоток воды, решив не спорить.
— А что ты делаешь на службе? Ну, когда не отдыхаешь.

Он пожал плечами.
— Разное. Иногда слишком много, иногда слишком опасно. Не уверен, что тебе это будет интересно.

— Я вообще любопытная, — заметила я.

Он рассмеялся тихо.
— Я уже заметил. Но давай первый ужин оставим лёгким. Обещаю рассказать потом.

Я кивнула, решив, что и правда не стоит превращать вечер в допрос.

— Хорошо. Тогда я расскажу тебе, как в моём мире все с ума сходят по кофе.

Онс чуть оживился.
— Кофе, значит? Отлично. Тогда, думаю, тебе понравится моя слабость.

— Варить кофе? — уточнила я.

Он улыбнулся.
— Угадала.

— Почему именно кофе?

Он на секунду задумался, взгляд ушёл куда-то в сторону, и в нём мелькнула тень грусти.
— Мой дед был женат на женщине, которая варила лучший кофе в Лангории. Ради неё он открыл кофейню. Говорят, туда приходили даже те, кто кофе не пил.

— Это твоя бабушка? — спросила я тихо.

Он покачал головой.
— Нет. Это была его вторая жена. Моя бабушка умерла довольно рано. Отец вырос уже с ней — женщиной, которую деду тоже, как говорили, выбрали боги.

Он чуть улыбнулся, глядя в сторону, как будто вспоминая.
— И они были счастливы. Не потому что должны были угодить богам, а потому что приняли то, что им дано и наслаждались каждым днем.

Я молча смотрела на него, не зная, что сказать.
— А ты думаешь, с нами тоже так будет? — спросила я осторожно.

Он перевёл взгляд на меня и улыбнулся чуть мягче, чем раньше.
— Думаю, Лена, да. Я склонен верить богам и их выбору. Как и все драконы. Мы принимает свою судьбу и выбранный для нас путь. Каким бы сложным он ни казался на первый взгляд.