Драконы не смущаются!

Глава 1

Глава 1.

Я замерла за скалой, прижимая к груди потрёпанную карту. Сердце бешено колотилось, ладони моментально вспотели.

Вот проклятье! Карта, конечно, старая, она ведь ещё дедушкина! И, кажется, информация в неё устарела за эти годы…

Или просто я пропустила этот пункт в путеводителе, который так и не купила, но зато внимательно пролистала в книжной лавке.

«Смотровая площадка: живописный вид, чистый горный воздух, человеческое жертвоприношение». Не видела там такого пункта. А ведь он точно был, поскольку сейчас я видела то, что видела, и ошибиться в происходящем было невозможно!

Хотя хотелось бы ошибиться…

Туман окутывал каменную площадку на вершине холма, где возвышался древний алтарь из грубо отёсанного чёрного камня. Его поверхность испещряли выцветшие руны, а по краям выступали резные изображения ветров в виде завихрений, стрел и тому подобных символов. Алтарь стоял на трёх массивных каменных лапах, словно это было какое‑то древнее чудовище, готовое вот‑вот пробудиться.

По крайней мере, мне казалось именно так, потому что происходящее у алтаря было жутковатым даже при свете дня.

Вечерело, но солнце ещё светило… Хорошо, что я не наткнулась на это место в сумерках! Грохнулась бы в обморок сразу же! А так пока ничего, устояла на ногах, только сердце в пятки ушло и не желало возвращаться на место.

Наверно, из-за этого я плохо соображала, что делаю. Вернее, не делаю. Потому что в здравом уме надо было сразу же развернуться и бежать без оглядки. Но я этого не сделала.

И продолжала смотреть во все глаза.

Вокруг этого мрачного камня, бормоча заклинания, кружили какие-то монахи или жрецы в длинных рясах с вышитыми символами местных богов. И это бы само по себе меня не очень напугало, я уже повстречала в пути самых разных людей с самыми разными странностями…

Хотя то всё были безобидные чудаки, а эти выглядели довольно кровожадно, поскольку…

Поскольку на алтаре, связанный толстыми верёвками, лежал мужчина.

И это само по себе меня бы уже сильно смутило, но он к тому же ещё и был обнажён. Ну, практически обнажён, поскольку набедренная повязка его была совершенно жалкая и из столь небольшого куска ткани, что я старалась смотреть исключительно на верхнюю часть тела пленника.

Впрочем, это тоже было довольно волнительно, потому что фигура у него была идеальная! Его мышцы перекатывались под смуглой кожей, а на груди и плечах виднелся едва заметный узор чешуек. И это удивило меня едва ли не больше, чем всё прочее. Но мысли не задерживались надолго в моей голове, потому что я во все глаза таращилась на пленника. До чего же он красив!

Капли дождя блестели на его плечах, подчёркивая рельеф мышц. Дождь прошёл совсем недавно… И схватили этого красавца, выходит, тоже недавно.

Честно не хотела его рассматривать, но он был действительно прекрасен до неприличия: тёмные влажные от дождя волосы, слегка растрёпанные, но всё равно выглядящие небрежно и мило. Резкие черты лица, подчёркивающие упрямый подбородок и высокие скулы; взгляд, полный мрачного сарказма, с которым он наблюдал за кружащими вокруг него монахами.

Связанный, лежащий на алтаре, окружённый этими странными людьми… Занятно, что даже в таком положении он не выглядел испуганным. Скорее раздосадованным, словно его оторвали от важного дела ради какого‑то нелепого спектакля.

Почему же он тогда не освобождается? Впрочем, это не моё дело! Я должна идти, куда вознамерилась, и ничто не должно меня отвлекать! Особенно привязанные к алтарю красавцы со странными узорами на коже!

1-2

Сверилась с картой: всё верно. Иду, как и рассчитывала, с пути не сбилась. Забралась на этот холм, отсюда следовало полюбоваться видами на окрестности, а потом спуститься с другой стороны холма. Конечно, не рассчитывала здесь встретить подобное сборище, но что ж теперь… Надо, значит, как-то незаметно обогнуть эту сомнительную компанию и сделать вид, что я ничего не видела.

Хотя… Жертвоприношений в нашем мире почти не осталось, так что зрелище, конечно, уникальное. Увидеть подобный ритуал большая редкость! И, в некотором роде, удача. Для путешественника, коим я и являлась. Так что ритуальное убийство должно было меня заинтересовать всесторонне.

Хотя я милая девушка с хрупкой психикой, и потому мне такое смотреть ни к чему. Так решил разум. А вот природное любопытство было совершенно с ним не согласно, и потому я продолжила пялиться на мужчину. Точнее, на верхнюю его часть. А ещё точнее: стала разглядывать его лицо.

Только вот досматривать сам ритуал до конца всё равно не было никакого желания.

А ведь придётся досмотреть и увидеть печальный финал, если ничего не предприму. Да и что я могу? У меня и оружия-то нет…

Эх… Могло ли быть так, что родители, братья и сестра, отговаривавшие меня от этого путешествия, говорили и предупреждали об опасностях не только потому, что они занудные домоседы? А потому что, блуждая одной, можно действительно нарваться на неприятности?

Да ну, бред какой-то! Просто они занудные домоседы, и это факт!

Снова оглядела монахов, но они все были в рясах и так похожи друг на друга, что были скучны и неинтересны.

Не оставалось ничего иного, как уставиться вновь на пленника.

И тут наши глаза встретились… Я на мгновение испугалась. И ещё на мгновение залюбовалась: таких пронзительно тёмных глаз в жизни не видела! Но в его взгляде плескалась странная смесь иронии и затаённого страха, будто он одновременно и смеялся над всей этой ситуацией, и понимал, что она может закончиться очень плохо. А во мне всколыхнулось невольное восхищение: как он умудряется сохранять такое хладнокровие?

Он едва заметно мотнул мне головой. Резко, нетерпеливо. Раздражённо даже. Мол, проваливай, не на что тут глазеть.

Ага, как же! За столько дней пути впервые увидела что-то стоящее. И это я не про потрясающей красоты мужчину, а в целом про ситуацию.

Хотя, мой дедушка всегда учил, что нельзя мешать людям делать три вещи: спать, рассказывать одну и ту же историю в десятый раз… и умирать. Так что, уважая память о дедушке и его наставлениях, мне стоило прислушаться к незнакомцу и убраться отсюда. И не мешать ему принимать ритуальную смерть от рук этих жрецов или монахов.

Один из них как раз поднёс и торжественно передал главному жрецу длинный ритуальный клинок с выгравированными рунами, от которых исходило слабое свечение. Приняв оружие, монах торжественно поднял его над головой.

— Ты умрёшь, дракон, и твоя кровь возродит силу наших богов! — провозгласил он, и голос его зловещим эхом отразился от скал.

Ого! Дракон? Я могла бы догадаться… Но… они же никогда не спускаются к нам со своих высокогорных дворцов! А если бы и спустились, разве бы обычные верёвки могли удержать дракона? Хотя, верёвки могли быть зачарованы. И всё же драконы – это мощь! И каким бы красивым мужчина ни был, его положение вызывало сомнения в том, что он силён.

Дедукция подсказывала, что раз он связан, то вряд ли разлёживается тут по своей воле и хочет, чтобы ему не мешали умирать… Означало ли это, что мне стоит пренебречь наставлениями деда и как-то вмешаться?