Друг на месяц

Кража в деревне

«Однажды может стать поздно,
И твой последний поезд проедет мимо,
А ты, цепляясь за воздух,
Будешь сожалеть о непоправимом…»
Stim — Однажды

Конец месяца в отделе всегда проходит по-сумасшедшему — начальники подразделений готовят статистику о раскрываемости уголовных дел.

Все вроде бы работают, волнуются о статистике, но только у одного человека голова забита другими проблемами, поважнее работы — это всем известный Константин Щукин. Дело в том, что его маме срочно нужна дорогостоящая операция. Только вот у Кости нет таких денег, миллионы под кроватью не лежат. Никто из так называемых друзей не помог.

Чтобы как-то заглушить внутренние страдания, молодой человек приобрел весьма вредную привычку — начал курить. Вот и сейчас он вышел во двор, чтобы побыть наедине и выкурить сигарету «Кент». Вспышка зажигалки, легкий дымок бьет в нос и первая затяжка.

Чувство, как дым попадает в легкие, расходится по телу, сладкое и пьянящее. Но насладиться состоянием лёгкого дурмана ему не удалось — из отдела вышел начальник отдела Зотов.

— Что, курим? — спросил с издёвкой в голосе Михаил.

— Как видишь, товарищ начальник, — стараясь казаться равнодушным, проговорил Костя.

— Знаешь, Щукин, я уже сто раз пожалел, что вернул тебя на должность начальника следствия — статистика падает. С тобой вообще необъяснимые вещи происходят: ходишь, как зомби, отдел мне весь пугаешь, — произнёс Зотов.

— У меня есть на то причины, — жёстко ответил Константин, давая понять, что не желает продолжать этот разговор.

— Какие ещё причины?! То, что ты ходишь на работу протирать за зря стул, — вот эта твоя причина, да? — начал стебаться над ним Миша, будто и не замечая накаляющейся обстановки.

Щукин не знал, что ответить Зотову: дать в морду и послать, или рассказать как есть? Ему не хотелось окончательно всё испортить, тем более, он знал, что этот мальчик-одуванчик ударит в ответ так, что будешь ходить с двумя фингалами. Плакать в жилетку тоже не хотелось. Поэтому Костя просто потушил сигарету и прошёл мимо начальника, не проронив ни слова.

 — Стоять! — грозно скомандовал Михаил. Константин остановился и развернулся. — Что с тобой происходит? Наркоту употребляешь, да? — повысил тон нач.

— Я всё объясню позже, а сейчас разрешите идти?

— Идите, — проговорил Зотов. — …Вот работнички пошли! Угадывай, что с ними! — пробормотал мужчина и направился в свой кабинет.

***

Конечно, день в отделе полиции никогда не проходит без выездов на место преступления.
В этот раз дежурную часть поступил звонок о краже в деревне Клубничка, на Карачевской, 5. На выезд поехали опера и криминалист, а также нужен был следователь для написания протокола. Но Жигаева и Минаевой почему-то не было на местах, и вместо них начальник ОМВД приказал ехать Константину, мол, всё равно ничего не делает.

— Щукин! — позвал Миша, когда тот закрывал кабинет.

— Да, — отозвался майор юстиции.

— Кража пустячная, так что это дело надо раскрыть сегодня же, — приказал главный.

— Постараюсь, — проговорил Костя, и пошёл к машине.

Через двадцать минут полицейские уже были на месте преступления. Перед сотрудниками предстал типичный деревянный дом, каких в России миллионы. Возле калитки их уже ждала потерпевшая, маленькая сухенькая женщина, лет пятидесяти пяти, одетая в яркое цветочное платье и шляпку. Она сразу подбежала к следователю.

— Господи, слава Богу, вы приехали! Это просто ужасно! Вы обязаны найти мои вещи! Дорогой триммер, тачка садовая, горный велосипед за двадцать пять тысяч, моторная лодка, и бензиновую пилу, — затараторила женщина.

— Подождите, гражданка! Успокойтесь. Для начала разберемся: как Вас зовут, пройдём на место преступления, осмотрим его и вынесем вердикт, — проговорил Щукин, отстраняя потерпевшую.

— Ох, да, конечно. Прошу меня простить за столь излишнюю эмоциональность. Зовут меня Горшкова Елена Петровна, это моя дача. Ну, как «моя»: когда-то я переписала её на своего сына Диму, но он и его жена часто выпивают и почти не ночуют здесь. Увы, но я сделала большую ошибку, что так поступила.

— Ясно, — пробормотал Константин, записывая новые сведения в блокнот.

— Так Вы найдёте вора?

— Найдём. Главное, не мешайте следствию, — сказал Щукин. — Для начала разберёмся, как они сюда попали. Обрисуйте ситуацию.

— Я, значит, открываю эту дверь, и вижу, что какая-то ленточка привязана к ручке, мне это показалось очень странным, даже сначала подумала, что соседские дети играют. Но рядом же лежал замок, выдранный с корнем. Пройдя внутрь, обнаружила снятые окна и разбитый горшок с георгинами. Такие красивые цветы были… — описала как могла ситуацию Елена.

— Так, давайте пройдём в дом и снимем отпечатки пальцев, — обратился следователь к криминалисту. — Ещё бы кинолог не помешал, — добавил он.

Когда группа проходила во двор дома, для себя он отметил, что дом был никудышный, дверь деревянная, забор весь покосился, окна ровесники самого дома — конечно, кража не была неожиданностью, забирай что хочешь, так ещё и никто не живёт на участке.

Когда полицейские прошли на место преступления, они начали осматривать дверь. Был вырван кусок дерева, что говорило о неопытности нашего воришки, настолько работа была неаккуратна. Просто варварское отношение к делу.

Для начала специалист снял отпечатки с замка, с помощью алюминиевого порошка и фотоаппарата. Наложили ленточки, и прикрепили к карточке.

Константин тоже не стал сидеть на месте и решил осмотреть окна. Они были аккуратно спущены вниз на траву возле дома.

Костя снова позвал криминалиста, чтобы тот снял отпечатки.

— Знаете, — начала женщина, — у моего покойного мужа было всё забито досками, никто не воровал, а сын взял и отбил доски. Сказал, что новые окна вставит.

Нервный срыв

Полиция привезла воров в отдел. Щукин приказал, чтобы их отправили в допросную для дачи дальнейших показаний.

Костя зашёл в довольно маленькую и тёмную комнату, кинув несколько папок с бумагами на стол.

- Оставьте нас наедине, - потребовал майор. Опера послушно покинули помещение. - Ну что, признаваться будете или и дальше будем драму разыгрывать? - спросил Василия и его сестру Любу мужчина.

- Да пошёл ты! - кинул ему парень, а его сестра заулыбалась во весь рот.

- Ты разговариваешь с майором юстиции, а не с зеками в ходке! - начал повышать тон Константин.

- Перебьёшься, - продолжил огрызаться Василий.

- Скажи мне, как твои отпечатки могли оказаться на месте преступления? 

- Я требую адвоката! А ты, мальчик с пальчик, можешь идти дописывать свои бумажки. И вообще, приведите мне сюда нормального мента, - проговорил бандит, что и стало последней каплей в терпении сотрудника правоохранительных органов.

Щукин подошёл к нему ближе с обманчиво спокойным выражением лица. Улыбнувшись своему подопечному, майор ударил с разворота ногой в пах. Затем в ход пошли кулаки. С новым ударом он чувствовал, как каждая клеточка его тела воспламенялась от гнева, бушующего глубоко внутри. Любовь начала что-то истошно вопить, но Костя ничего не слышал. В голове стоял такой шум, будто его поместили в вакуум. Перед глазами возникла пелена, и он полностью потерял над собой контроль.

В это время мимо допросной проходил Зотов, направлявшийся за документами. Услышав отчётливый звук ударов, а потом и женский крик о помощи, он просто влетел в комнату. Оказавшись внутри, Миша буквально потерял дар речи от удивления. Константин, всегда спокойный и сосредоточенный во время допросов, избивает преступника. В глазах следователя - только гнев и безжалостность, желание прямо здесь прикончить Василия.
Быстро взяв себя в руки, Зотов подбежал к Щукину, схватил его за рукав и вывел из допросной. Михаил привёл его в свой кабинет, закрыв на ключ дверь, и усадил Костю на стул.

- Щукин, ты что творишь, паршивец?! Ты его чуть не убил! Что там произошло?! - начал Михаил приводить в чувства своего сотрудника. Конечно, во время допросов всякое случается, и до побоев доходило, но делать это достоянием общественности и огребать от выше поставленных лиц никому не хотелось.

- Я…я не знаю. Он сам меня спровоцировал, - проговорил, осознавая последствия своего поступка, уже пришедший в себя молодой человек.

- Кость, что с тобой происходит в последнее время? Ты просил не вмешиваться и подождать, но, по-моему, я ждал достаточно. Это переходит всякие границы. Может, в семье проблемы, а? - взволнованно спросил Зотов. Ему, как начальнику, нужно знать, что в голове у каждого из подчинённых. Как и нужен адекватный Щукин в отделе, так как тот один из лучших в следственном подразделении, они были в чём-то даже похожи.

В кабинете повисла мёртвая тишина. Было видно, как следователь борется с самим собой, а Миша терпеливо ждал его ответа, каким бы он не был.

Всё-таки душевная боль взяла верх, и Константин решил обо всём рассказать начальнику.

- Понимаешь, Миш, мою мать пять лет назад парализовало. Было очень трудно восстановиться после такого, но мы потихоньку справлялись. Ничего не предвещало беды, но в один день у неё случился инсульт. Это так страшно. Обойдя множество врачей, получили вердикт - следующий станет последним, - сдавлено проговорил Костя, чувствуя, как предательский комок подбирается к горлу.

Михаил, узнав причину, погрузился в свои воспоминания. Он понимал коллегу как никто другой, ведь мать Миши уже пятнадцать лет как мертва. Боль от утраты любимого человека навсегда отпечатывается шрамом в сердце.

- Есть какие-нибудь способы продлить жизнь твоей мамы?

- Как всегда один способ: заплатить деньги. Много денег.

- Сколько? - спросил Зотов, в уме уже рассчитывая, сколько может дать сам, а если не хватит, то и отдел подключить.

Костя, конечно, не понимал, зачем это его начальнику, они вроде как даже убить друг друга собирались, а тут такая сцена вышла. Молодой мужчина взял листочек бумаги и написал сумму. Старший посмотрел на шесть нулей.

- Я одолжу тебе эти деньги, - коротко сказал Михаил.

- Если это так, то я буду тебе благодарен всю жизнь.

- Не сомневайся в этом. Сегодня вечером заедешь ко мне, - заверил того мужчина.

- Спасибо огромное, - полушепотом произнёс следователь и прочистил горло. - Ну, я пойду, мне надо работать, - с этими словами Щукин удалился из кабинета.

Вечер 18:30, квартира Зотова.

Константин подъехал на машине к подъезду начальника. Он до сих пор не верил, что скоро все его проблемы решатся в мгновение ока. «Как в сказке», - усмехнулся про себя Костя.

Поднявшись на шестой этаж на лифте, он нажал на звонок чёрной массивной двери, и через минуту ему открыл Михаил:

- Проходи, - пригласили его внутрь. Следователь молча прошёл на кухню. - Деньги здесь, - хозяин указал на чёрный пакет, свёрнутый на столе.

- Я всё же проверю, - проговорил сотрудник. В полиэтилене лежало много пятитысячных купюр. Щукин покивал головой, а когда пошёл к выходу, развернулся со словами: - Спасибо за такой поступок, конечно. Но зачем тебе всё это делать?

- Мне нужен отличный начальник следствия, готовый работать и выполнять приказы, а не мальчик, который сопли жует, да ещё и с катушек слетает по поводу и без, - улыбнулся Миша и подмигнул своему нерадивому подчинённому. О своих истинных мотивах он говорить не собирался, ни к чему это, ведь он сам четырнадцать лет назад потерял мать... Зотов не любил об этом говорить, Михаил вообще никогда и никому ничего про себя не рассказывал, а зря... типичные коллеги видят в нём врага и карьериста, чем глубоко ошибаются. Майор способен любить человека, защитить...

- Ясно, я так и подумал, - ответил Костя и закрыл за собой дверь.

Зотов остался один в квартире, взял рюмку коньяка и выпил залпом.

Никто и не знал, что помощь Щукина ему тоже скоро пригодится

Ящик пандоры

Произошло чудо. Через четыре месяца после всех долгих и весьма болезненных процедур маме Кости удалось сделать шаг на пути к выздоровлению. Да и у самого Щукина дела пошли в гору - статистика поднялась на прежний уровень, помирился с Викой даже вроде, с Зотовым сдружился. В общем, жизнь вернулась в прежнее русло.

Это был самый обычный день. Никаких сенсационных преступлений, так, одно хулиганство да небольшая кража. Уже в конце рабочего дня мужчина решил навестить начальника, заодно разобрать детали по делу статьи 113.
 

Когда молодой человек зашёл в помещение, его накрыл полумрак. Неяркий свет шел лишь из настольной лампы, стоящей на столе из массивного дерева. Глаза сразу зацепились за сидящую фигуру в углу кабинета. Не трудно догадаться, кому она принадлежала. В руках Зотов держал полупустую бутылку водки.

- Миш, что произошло? - спросил Константин с тревогой в голосе.

Михаил с полуулыбкой поднял голову на него, но глаза его были словно стеклянные, не выражающие ничего.

- Мой отца убили, - простодушно ответил майор.

- Мне очень жаль, правда. …А ты уверен, что это было именно убийство, а не суицид? - спросил Костя с некой жалостью в голосе.

На это Миша только покивал головой. Он был похож на безвольную куклу, которую изредка дергают за ниточки: плечи сгорблены, взгляд направлен в пустоту…

- Я могу помочь с расследованием, - предложил свою помощь следователь. Он всё-таки имел большой опыт в раскрытии различных видов преступлений, будь то ограбление или убийство. Хоть и полиция не занимается трупами, но учились все в одном учебном заведении, как ни крути, одна сторона баррикад.

- Любезно с твоей стороны, только вот кто нам доверит дела моего отца? Сейчас возьмут и передадут всё СК или ФСБ, - обречённо пробормотал Зотов.

- Но мы ведь можем вести собственное расследование. В конце-то концов, это твой отец! Ты должен узнать, что случилось, - рассуждал Щукин, разводя руками.

- Не всё так просто, как ты думаешь, Костик, - проворчал Михаил.

А пока Константин думал, что ответить нудному начальнику, Зотову позвонили по телефону:

- Слушаю, - ответил тот.

- Миш, забери свидетельство о смерти и завещание отца - проговорил генерал-майор Громов - заместитель начальника московской полиции, генерал-лейтенанта Грачёва.

- Хорошо, куда подъехать?

- В Министерство, - на этих словах генерал завершил разговор.

- Что там? - спросил Щукин автоматом.

- Сейчас поеду забирать документы о смерти отца.

- Я с тобой! - утвердил майор юстиции, как будто так и надо.

- Зачем тебе это? - хотел остановить Костю нач.

- Во-первых, ты пьян, я сяду за руль, а во-вторых, ознакомимся с материалами, - проговорил следователь и подал руку Михаилу.

- Курица наседка, блин, - проворчал майор, и закрыл дверь кабинета на ключ.

Министерство внутренних дел.

Два человека подъехали к большому высотному зданию, внешний вид которого смахивал на готический стиль.

Мужчины поднялись на второй этаж, где их ждал Громов:

- Все бумаги тут, - генерал передал Зотову папку.

Получив документы в руки, Мишу по-настоящему затрясло. Всё до сих пор ему казалось каким-то ночным кошмаром, который никак не хотел кончаться. Проверив всё на подлинность, начальник «Пятницкого» передал документы Щукину, чтобы тот перепроверил.

- Где тело моего отца? - спросил майор.

- Не волнуйся, его похоронят с почестями завтра утром, - ответил Громов. Косте показалось это слишком странным.

- Кто займётся расследованием убийства?

- Умные люди, а ты не лезь, - кинул майору генерал.

- Вот так? А я значит не умный, да? - начал возмущаться Зотов. 

Услышанное поразило его до глубины души, а Костя только внимательно посмотрел на генерала, оторвавшись от бумаг.

- Не вздумай заниматься этим делом! Оно передано профессионалам, - тон Громова звучал уже как приказ.

- Может, ты и убил моего отца? Мотив у тебя есть - занять кресло начальника московской полиции, - начал подозревать Михаил.

- Не неси чепухи! - воскликнул генерал.

Миша не стал ничего говорить - он решил поступить по-своему, как он любит. Хук справа значительно улучшил настроение майора, и через секунду Громов уже лежал на полу. Дав чувствам волю, Зотик ввел в ход уже и ноги. Щукину потребовались все его силы, дабы отстранить коллегу от генерала, чтобы тот не усугубил и так плачевное положение.

Десять минут спустя они уже стояли на улице.

Проезжая по ночному городу, Михаил прервал установившуюся тишину:

- Ты не дал мне разобраться с этой мразью, - процедил Миша.

- Ты его душить начал. И не забывай: если бы ты его убил, тебя бы посадили. Раньше как было: Зотов не может - папа поможет, - проговорил Костя, сидевший за рулём.

- Я никого и ничего не боюсь, я сам хочу заняться этим делом, - истерично кричал Михаил.

- Спокойно, не кипятись, раскрутим это дело, - успокаивал его товарищ.

- Мы даже не знаем, где тело моего отца. Громов, сука! Он наверняка что-то замышляет, - произнёс Миша и закрыл руками лицо.

Сейчас, когда они уже приехали обратно в отдел, молодой человек положил свою руку на плечо начальника.

- Ты же слышал, его похоронят завтра утром, у нас впереди вся ночь, а это шанс, - с интригой проговорил Щукин.

- Шанс? То есть ты мне предлагаешь открыть гроб отца у всех на глазах и опять опозориться, чтобы на этот раз меня точно упекли в дурку, да?!

- Почему? При всех открывать ничего не надо. Единственное, что нужно сделать, это найти тело твоего отца до погребения.

- Пф… Мы даже не знаем, где оно примерно может быть.

- Миш, если соблюдать инструкции, то тело в холодильнике, а холодильник в морге.

- Кто нас туда пустит?

- Проберемся туда ночью, посмотрим что к чему и уедем, идёт? - спросил Костя.

- Идёт, а сейчас пошли в отдел, работать надо, - произнёс майор.

И Щукин с Зотовым двинулись в ОМВД.