Дуб из «войны и мира»: взгляд с другой стороны

В густом берёзовом лесу, где‑то под Москвой, стоял дуб. Огромный, корявый, с обломанными сучьями и корой, заросшей старыми болячками. Он был старше всех вокруг — в десять раз старше берёз, в два раза выше их. И очень, очень недоволен.

— Весна, любовь, счастье! — ворчал дуб, глядя на улыбающиеся берёзы. — И как вам не надоест этот глупый обман? Всё одно и то же: почки, листья, птички… А потом — осень, листопад, холод. Нет никакого счастья! Вон ели сидят задавленные, всегда одинокие. И я стою, растопырив свои пальцы, и не верю вашим надеждам!

Мимо проезжал князь Андрей Болконский. Он посмотрел на дуб и подумал: «Да, он прав, тысячу раз прав. Наша жизнь кончена. Ничего начинать не надо. Доживать, не делая зла, не тревожась и ничего не желая».

Дуб, услышав мысли князя, довольно заскрипел ветвями: «Вот! Хоть кто‑то понимает! Наконец‑то нормальный человек!»

Прошло несколько недель. Князь Андрей снова ехал через тот же лес. Он уже забыл про дуб, но вдруг…

— Э‑э‑э, это что такое?! — князь аж привстал в седле.

Перед ним стоял тот же дуб, но совершенно другой. Вместо корявых пальцев — сочная зелёная листва. Вместо болячек — молодые побеги. Дуб сиял в лучах солнца, будто только что вышел из салона красоты.

— Ты… ты что, перекрасился? — недоверчиво спросил князь.

Дуб скромно шелестел листьями: «Ну, понимаешь… весна, всё‑таки. Тут птичка пролетела, солнышко пригрело, и я подумал: а почему бы и нет? Жизнь — она ведь прекрасна!»

Князь Андрей смотрел на дуб и чувствовал, как в душе рождается странное, почти забытое чувство. «Нет, жизнь не кончена! — вдруг понял он. — Всё только начинается!»

А дуб, довольный собой, продолжал шелестеть: «Вот видишь? Я всегда знал, что могу вдохновить кого‑нибудь. Главное — вовремя сменить имидж!»

С тех пор дуб стал местной знаменитостью. Берёзы шептались: «Видели, как он преобразился? Вот что значит — найти внутреннюю гармонию!» Ели ворчали: «Фи, показуха!» А князь Андрей, проезжая мимо, всегда улыбался и думал: «Если даже старый дуб смог измениться, то и мне всё возможно».

И только сам дуб знал правду: всё дело было в том, что весной он случайно нашёл под корнями забытый кем‑то пакетик удобрений. Но это уже совсем другая история