Две минуты до тебя

Глава 1. Алиса

Я ненавижу опаздывать. В новой обстановке это ощущается в десять раз острее: ты еще не знаешь коридоров, не помнишь расположения аудиторий и чувствуешь себя нашкодившим котом, который мечется в поисках выхода.

Звонок прозвенел две минуты назад. Мои кеды громко шлепали по пустому коридору, разнося эхо по всему этажу. Все приличные люди уже сидели по парам, и только я, как последняя растяпа, пыталась сообразить, куда мне бежать.

Но сейчас мне опаздывать нельзя. Не здесь. Не сейчас. Перевод в этот университет для меня — шанс. Самый настоящий. И если я его провороню из-за того, что не могу найти чертову аудиторию, я себе этого не прощу.

— Четвертый, четвертый... — бормотала под нос, выискивая глазами табличку.

Коридор был прямым и пустым. Я прибавила шаг, почти срываясь на бег.

Краем глаза уловила движение справа. Из бокового прохода вынырнула фигура. Высокий парень. Он даже не повернул головы — просто вылетел, уткнувшись в телефон, и с уверенностью танка надвигался прямо на меня.

Я дернулась в сторону, но он двигался слишком быстро. Инерция, скорость, полное отсутствие зрения у этого товарища — все сложилось в одну дурацкую секунду.

Бац!

Удар от столкновения был глухим и довольно ощутимым. Я отшатнулась к стене, сумка сползла с плеча и шлепнулась на пол. На секунду потерялась в пространстве.

Придя в себя, я подняла глаза, чтобы высказать все, что думаю о людях, которые не смотрят, куда идут. Но то, что увидела, заставило меня замереть с открытым ртом.

Парень, видимо, на автомате пытаясь сохранить равновесие после столкновения, сделал шаг в сторону. И угодил ногой в синее пластиковое ведро, которое сиротливо стояло у стены. Ведро, полное мыльной воды.

Он замер. Я замерла. В коридоре воцарилась звенящая тишина.

Медленно он перевел взгляд вниз, на свою ногу. Дорогая кроссовка, явно не чета моим скромным кедам, полностью скрылась в мутной жиже. Он постоял так пару секунд, будто не веря своим глазам, потом резко дернул ногой. Ведро с грохотом пошатнулось, вода веселым потоком разлилась по полу.

И тут он посмотрел на меня.

Взгляд был такой, будто я лично подставила ему это ведро. Будто это я была заговорщицей, мировым злом и причиной всех его бед.

— У тебя с головой проблемы? — начал он ледяным тоном. — Или со зрением?

Я опешила. Честно слово, почти ахнула от такой наглости.

— Я?! — переспросила я, не веря своим ушам. — Это ты в меня врезался! Шел и пялился в телефон!

Он убрал ногу подальше от лужи. Кроссовка жалобно хлюпнула. Из нее потекло. Но это не смутило его ни на грамм. Услышав мои слова он посмотрел на меня с таким удивлением, будто я была тараканом, который посмел заговорить с человеком.

— Что-то не видел тебя здесь раньше, — процедил он, пропуская мимо ушей мои слова.

Меня понесло. Обида, злость и абсурдность ситуации смешались в гремучий коктейль.

— Вот именно, что не видел, — продолжила я, не сбавляя оборотов. — Влетел в меня, как лось в брачный период, и еще смеешь мне что-то предъявлять?

Он молча приподнял одну бровь. Открыл рот, чтобы ответить, но в этот момент из-за поворота, откуда он вылетел, вышла уборщица.

Пожилая женщина с тряпкой в руках замерла на месте. Она перевела взгляд с перевернутого ведра на лужу, потом на него, потом на меня. Ее лицо вытянулось, глаза округлились. Она тихо ахнула и прижала ладонь ко рту. Но молчала. Просто стояла и смотрела на него с таким неподдельным ужасом, будто перед ней стоял не просто мокрый студент, а сам дьявол во плоти.

Мажор глянул на нее, потом на меня, затем, развернувшись, зашагал прочь по коридору.

Я смотрела ему вслед. Каждый его шаг сопровождался громким, отчетливым хлюп-хлюп. Вода выжималась из его дорогущих кроссовок и оставалась на полу мокрыми следами. Со стороны это выглядело настолько нелепо, что внутри у меня что-то дрогнуло.

Я прикусила щеку. Потом губу. Смех, истерический смех, поднялся откуда-то изнутри и рвался наружу.

Я перевела взгляд на уборщицу. Она по-прежнему стояла, прижав руку к губам, но теперь смотрела не вслед уходящему мажору. Она смотрела на меня.

И в ее взгляде не было и тени улыбки. Только страх. Самый настоящий, застывший страх. Она медленно, очень медленно покачала головой из стороны в сторону. То ли осуждающе, то ли предупреждающе.

Я замерла.

— Что? — одними губами спросила я.

Но уборщица ничего не ответила. Она просто развернулась и ушла обратно в боковой проход, даже не взглянув на лужу.