Ее выбрала ночь

Пролог

Январь 1948 год

— Мой князь, это случилось. Парламент провозгласил наше королевство Румынской народной республикой. – В кабинет своего господина вошел мужчина, которой являлся его тенью и правой рукой вот уже пять сотен лет.

— Что с королевской семьей? – Хмуро поинтересовался судьбой короля Михая I владелец замка Бран.

⁃ Король отрекся от престола и вчера его сослали в Лондон, мой князь.

⁃ Отлично, Штефан. Значит, пора действовать. Для начала я хочу возродить род своей бабки - Батори. Как я и говорил, все последователи Ордена Дракона сами исчезнут с лица земли. Теперь, наш мир будет меняться со скоростью света. Парламент занятый внешней политикой даже и не заметит, как отдаст мне все то, что принадлежало моему отцу.

— Я подам документы на признание Вас наследником родового замка в Шимлеу под именем Михаила Батори. Но, чтобы власти проявили лояльность, возможно придется чем-то пожертвовать.

— Я отдам им этот замок. - Кивнул некогда бесследно исчезнувший князь Михаил Цепеш. — Это будет достаточным наследием для страны. Ведь все до сих пор считают его замком моего отца. Замком князя Дракулы. – С неприязнью добавил Михаил отвлекшись. — Пусть сделают из него музей. Это повысит приток путешественников в скором будущем, что будет приносить городу не малый доход и известность. Они должны согласиться. Не зря же мы столько лет поддерживали мистические легенды о моем отце вокруг этого замка.

— Но Вам подарил этот замок сам король. Никто не сможет оспорить это, даже после его свержения. – Напомнил Штефан своему господину.

— Который проиграл политический бой, и более не имеет власти. – Без сожаления ответил Михаил. — Моя цель в этой стране куда значительнее. Ради этого я готов пожертвовать этими руинами. Не переживай, Поенарь скоро будет нашим официально. И пусть дух моего отца возрадуется, что в его доме снова будет жить Цепеш.

⁃ Я верю в Вас мой князь. – Склонил голову Штефан.

— Тсс, - Приложил палец к губам пока неизвестный миру Михаилу. — Не называй меня так больше. Аристократии пришел конец, как и в целом мире. СССР давит на парламент в желании избавится и у нас от монархии. Считай, они уже сдались. Пора и нам приспосабливаться к новой жизни.

— Министр Петру Гроза легко заставил Михая написать отречение. Он может помешать нашим планам.

— Да, его стоит убрать.

2024 год

— Рабочие приступили к строительству замка Поенарь, господин Батори. – Поделился радостной новостью Штефан с господином Михаилом Батори.

Спустя пять лет после отречения от престола короля Михая I парламент все же признал Михаила кровным наследником из угасшего рода Батори и отдал ему полуразрушенную крепость Рышнов некогда принадлежавшую его семье по линии матери. Михаилу удалось встретиться с нужными людьми, подкрепив свое слово несколькими сделками и добиться признания. Род Батори считавшийся угасшим почти 500 лет вновь жил в единственном носителе фамилии. Возможно, именно поэтому высшие чине не были против. Ведь Михаил был один на этом свете и тогда не имел слова в политике.

Руины замка Поенарь считались культурным наследием и получить во владение второй замок было сложнее. Но Михаил умел ждать. Как ждал 550 лет, чтобы известить мир о себе. Михаил Цепеш, который пропал без вести 1483 году, решил, что этому миру пора узнать правду. За эти годы Михаил уделял много времени собственному развитию. Он изучал языки, юриспруденцию и политику. Благодаря своему уму и мудрости прожитых лет, он смог обратить на себя внимание власти Румынии. И вот уже четвертый год он занимал пост в нижней палате Румынии. Путем некоторых интриг и сделок он все же прибрал к рукам замок отца – Поенарь.

— Хорошо, я думаю пора напомнить людям кем был Влад Цепеш. Мне надоело слышать об отвратительных фильмах, в которых его представляют злобным графом Дракулой. Люди уже забыли, что он сделал для своей страны! Сколько он сделал для своего народа!

— Туристы любят мистические истории о вампирах. А мы с Вами сотни лет поддерживали слухи вокруг замка Бран.

— Это было лишь для того, чтобы однажды мне было что дать государству в обмен на новое имя.

— Вы успешно справились с этим. Вы смогли получить два замка своей семьи, спустя 600 лет и стать бизнесменом. Вы смогли занять место в нижней палате и ваше слово имеет политический вес.

— Именно потому я готов свободно говорить о своем отце и возможно, даже его якобы исчезнувшем сыне… о себе.

— Может, обратимся в какое-то российское издательство? Россия самая большая страна в мире, и их народ не настолько суеверен, как наш. Если их писатель напишет хотя бы статью о жизни Вашего отца, ее точно услышит мир. Слова русского писателя не утонут заглушаемые тысячами голосов рассказывающих истории о вампире Дракуле.

— Обидно, что моему павшему отцу приписывают то, чем стал его сын! Но это помогло мне. Я смог незаметно забрать его оскверненное тело из монастыря. И даже убить каждого причастного к его смерти.

— Орден Дракона, всегда будет с Вами, мой господин Дракул[1].

[1] Дракул – фамилию дали отцу Влада III при вступлении в Орден Дракона. Дракул означало сын дракона. Позднее, Влада III стали называть Дракула, чтобы отличать от его отца. Википедия.

Глава 1. Бран

Октябрь 2025года

За окном моего поезда, который вез меня в Румынию, мелькали самые удивительные пейзажи. Это были не просто горы и леса. Это был целый сказочный мир с нетронутой природой современными технологиями. Несмотря на то, что осень скоро должна была отступить, мелкие деревушки были еще окутаны золотом своих лесов. Даже многочисленная популяция медведей еще не собиралась засыпать. Периодически мое зрение выхватывало из осеннего пейзажа мишек. Я даже увидела, как мать медведица помогала своим трем медвежатам перебраться через небольшую речку. Наверное, они там рыбу ловили. Я зашла в сеть и удивленно прочитала, что популяция бурых медведей занимает 50% от всех мишек в Европе.

Когда мой поезд проезжал по узкой дороге проложенной между гор, то моя сторона поезда оказалась над пропастью. Пологий склон горы не менее, чем на тысячу метров вниз, а вокруг все те же леса. Это было страшно красиво. Вдалеке равнины с маленькими кирпичными домиками и это первозданная красота. Что же это за народ, который смог сохранить природу своей страны? Даже в деревнях сохранился свой уникальный стиль построек, который появился еще в 15 веке.

Так может, вся эта территория все еще Валахия, а не поделенная на районы и города Румыния королевской семьей?

Месяц назад меня пригласили в издательство, с которым я работала, на личную встречу с редактором. Мне предложили довольно странную командировку за их счет. Они оплачивают мне проезд, проживание и даже спонсируют на личные нужды в поездке, а я пишу небольшую статью о княжеской семье Цепеш жившей более пятьсот лет назад. В ходе этой поездки, если я смогу начать еще и новый роман основанный на румынских легендах, то мне продлят командировку, чтобы я смогла проникнуться историей и традициями страны в полной мере.

— Ваша главная задача, написать статью не опираясь на интернет-источники. - Вдохновенно рассказывал мне главный редактор. — Вам нужно лично увидеть церковные записи об этой семье, поговорить со старожилами, чьи семьи идут корнями от старой Валахии. Мы хотели отправить нашего журналиста, но заказчик требует именно писателя, который не будет удовлетворен сухими фактами и мифами. Ее нам заказал один из членов нижней палаты румынской власти. Его помощник окажет Вам необходимую поддержку на месте. - Редактор положил передо мной документы и встал, чтобы налить нам кофе.

— Почему именно я? - Задала я естественный вопрос, беря в руки договор.

— Тут все просто, - улыбнулся он, поставив передо мной чашку с ароматным кофе, который он сделал в кофемашине. — Каждый раз, когда Вы ездите в отпуск по России, Вы пишите прекрасные истории. Они намного ярче на эмоции чем те, которые вы написали из дома.

— Не могу не согласиться, - ответила я на его улыбку, ведь он был прав.

— Потому мы решили, что именно Вы поедите и напишите нужную им статью. У Вас будет неделя. Если сможете начать новый роман, присылаете нам заметки, начальный синопсис, хоть что-то и тогда мы продлим Ваше пребывание в Румынии.

— А Вы не находите странным, что упомянутый депутат решил обратиться в российское издательство?

— Это был наш первый вопрос на переговорах. Дело в том, что румыны суеверный народ. И с каждым годом, все исторические реалии искажаются мистикой и сказками. Они это делают для туристов, чтобы привлечь больше народа. В общем, они решили, что такая большая страна Россия сможет дать огласку истинной истории Влада Цепеша. А учитывая сколько материальной пользы нам принесет нам то сотрудничество, мне все равно зачем им именно мы.

— Не удивлюсь, если все это начал Брэм Стокер. - Хмыкнула я, вспоминая как когда-то и сама верила в эту историю.

— Он был основоположником всех последующих легенд. Хотя, авторы некоторых исторических справок и впрямь называли Влада III вампиром, ведь он пил кровь своих жертв на завтрак.

— Так говорили христиане с подачи обиженного священника, когда Владу пришлось перейти в католическую веру и жениться на дочери венгерского короля. - Я не удержалась и поправила редактора. — Христиане причащались вином и хлебом, а католики нет. Когда он принял католицизм и женился на принцессе католичке, злые языки разнесли, что он перестал пить вино, потому что перешел на кровь, которую пил за завтраком на поле боя. И никого не волновало, что все это было не ради трона, а ради своего народа. Чтобы вновь отвоевать свой дом.

— Я так понимаю, Вы знаете историю Влада колосажателя? Значит, Вы точно справитесь с заданием.

Спустя месяц, когда была оформлена шенгенская виза и подписаны договора мой поезд умчал меня до станции Бухарест-Норд. Это был мой первый выезд за границу. А от цели моей командировки, у меня даже подрагивали руки. Мне не верилось, что я смогу прикоснуться к истории знаменитого князя Влада Цепеша. Перед поездкой я постаралась найти в интернете как можно более точные сведения о его жизни. Оказалось, тяжело отделить правду от сказок. Общую информацию я смогла найти, но к примеру, сами историки так и не разгадали тайну его смерти. Или вернее сказать посмертия? Все знают, что Влада III предали и убили бояре и аристократы. По одной из версий ему отрубили голову и руку похоронив в монастыре Комана. По другой версии в монастыре Снагов. Вот только когда историки решили выкопать его тело, в обоих захоронениях оказался неопознанный труп сохранивший голову и все конечности. У каждого из трупов были найдены короны, и истлевшие остатки парчовой одежды характерной князьям того времени.

Еще одна тайна его семьи осталась не разгаданной связанная с его третьим сыном Михаилом. Он просто исчез примерно в 1843 году. Последнее его местонахождение было в Буде на службе у католического епископа.

Я надеялась найти ответы на эти вопросы. Я понимаю, что глупо на это надеяться. Где я и где великие умы всей Европы, которые так и не нашли их следов. Но я уверена, что никто не пытался поговорить с их прямыми потомками. Или же они сами не стали говорить с историками, чтобы не омрачать память своего предка новыми лживыми обвинениями в вампиризме.

Глава 2. Комана

Из Брана мы выехали рано, ведь день предстоял долгий по словам Штефана. Я разглядывала пейзажи за окном автомобиля, но не могла забыть свой сон. Точнее, я не могла перестать думать о нем, ведь я не помнила, что именно мне снилось. Я хорошо помнила только его черные глаза. Мне снился незнакомый мужчина. Когда я спала, не осознавала себя в своем номере отеля. Но при пробуждении поняла, что снился он мне именно здесь. Он пришел с прохладным ветром и туманом прямо из окна. Он говорил мне что-то на румынском бархатным голосом, от которого по моему телу разбежались мурашки. Это все что я помнила сейчас – его голос и черные глаза. Мне казалось, что если я сейчас увижу этого человека то точно узнаю.

За завтраком я не стала молчать. На вопрос моего сопровождающего почему выгляжу усталой призналась, что еще не отошла от странного сна. Конечно же он сказал, что накануне вечером я была слишком впечатлена вечерним замком Бран, потому мне снились странные сны.

До монастыря мы добрались за полтора часа. Комана, расположенный в коммуне Комана уезда Джурджу, был основан Владом Цепешем в 1461 году как монастырь-крепость, но пришёл в упадок ещё до конца XVI века. Место, на котором был построен монастырь, раньше было островом посреди болот, а попасть на его территорию можно было через ворота на севере. Мы припарковались перед деревянным мостом на береге у небольшой реки.

— Странно, что его еще не отстроили. Он будто такой, каким был первоначально.

— Так и есть. – Предложил мне локоть Штефан, когда мы ступили на мост. — Когда дерево рассыхается, монахи его собственноручно вновь отстраивают и укрепляют рассохшиеся доски. Они стараются сохранить историю. Например этот мост. Его специально построили из дерева, чтобы при опасности его можно было легко сжечь и защитить это место от врагов.

— Рад приветствовать Вас в нашем монастыре. – Просто из ниоткуда появился в конце моста перед нами монах. Лысый мужчина преклонного возраста, в мешковатой коричневой рясе подпоясанный бечевкой.

— Епископ Раду, рад Вас видеть в добром здравии. – Приветствовал монаха Штефан. — Позвольте представить Вам госпожу Романову.

— Молодая госпожа, которую интересует Влад Цепеш? – Монах смотрел на меня не моргая, словно сканировал. — Ну что же, я выделил Вам немного времени расскажу, что смогу.

Православный монастырь был окружен высоким забором. За ним здание было выстроено квадратом во дворике которого располагался храм с цветными витражами. Мы прошли в здание за монахом, который тут же увел нас в подвал. За очередной дверью оказалась узкая винтовая лестница круто уходящая вниз. Мы спустилась вслед за монахом древнего монастыря вглубь нижних уровней — в хранилище книг. Сердце билось чаще с каждым шагом, будто предчувствуя открытие чего-то сокровенного.

За очередной тяжёлой дверью обнаружилась узкая винтовая лестница, круто уходящая вниз. Её каменные ступени, истёртые веками, казались почти скользкими от времени. Стены коридора давили со всех сторон — настолько тесным был проход. Я невольно прижала ладонь к шершавой кладке, ощущая холод камня.

Наконец, лестница вывела нас в круглый холл с массивными каменными стенами. В них зияло шесть дверных проёмов, словно молчаливые стражи, охраняющие тайны подземелья.

Епископ Раду, не замедляя шага, направился к одному из них. Его длинная ряса едва слышно шуршала по каменному полу, а в руках он держал старинный фонарь, отбрасывающий дрожащие тени на стены.

Мы вошли в хранилище. Помещение освещали электрические канделябры, причудливо сочетающие современность с древностью. Их свет, тёплый и приглушённый, ложился на стены, подчёркивая текстуру старого камня.

В центре комнаты стоял круглый стол, окружённый стульями с резными спинками. Но главное — повсюду, от пола до потолка, тянулись стеллажи с ветхими томами. Переплёты из потёртой кожи, страницы, пожелтевшие от времени, свитки, аккуратно уложенные в деревянные ящики — всё это создавало ощущение, будто мы попали в сокровищницу знаний, бережно хранимую поколениями монахов.

Воздух здесь был особенным — густой, насыщенный запахом старой бумаги, воска и едва уловимым ароматом ладана. Никогда не любила его аромат – удушающий и тяжелый.

— Присаживайтесь дети мои, - кивнул нам монах на стулья, и на мгновение задумавшись посмотрел мне в глаза, — А ты, дитя мое, веруешь?

— Епископ Раду, боюсь, мой ответ может Вас разочаровать или обидеть. – Я отвела взгляд, так как я не хотела разводить полемику о вере и религии. Для меня это были разные вещи и свою веру, я бы не хотела обсуждать.

— Честный ответ не может обидеть. – Чуть нахмурился монах не отрывая от меня взгляда.

— Я была крещена в православной церкви. Но я не из религиозной семьи. Моя вера только в моей душе.

— Понятно. – Монах подошел ко мне ближе и едва касаясь похлопал меня по плечу. — Хотел бы я помочь заблудшей душе, что испытывает сомнения, да это вопрос не сегодняшней встречи. Обращайся ко мне Отец Раду.

— Благодарю, Отец Раду. Пожалуйста расскажите истинную версию постройки этого монастыря и все, что можете рассказать о князе Цепеш.

— Раз Вы спрашиваете об этом у меня, то надо думать, Вы не верите в общеизвестные источники.

— Каждый источник передавая из уст в уста искажает действительность. И с каждым последующим рассказом обретает все новые детали. Я хочу узнать правду. Считаю, что те, кто до сих пор служит Богу в монастыре построенном самим Владом не станет искажать реальность и не утратил истинную историю.

— Все верно говоришь, ну что же. Я расскажу. Первое упоминание о Комане относится к 1461 году. У нас сохранилась грамота Дракулы от 27 сентября 1461 года, где говорится, что монастырю даруются земли. – Отец Раду встал и поспешил к одному из стеллажей вдоль стены. Вскоре он принес мне копию древнего документа и продолжил рассказ. Я же достала из сумочки блокнот и стала записывать. — Сама обитель была основана, как сейчас говорят Дракулой, чуть ранее. Причина официально неизвестна, но легенда связывает появление монастыря с реальными событиями лета 1460 года, когда Дракула поссорился с турками.

Глава 3. Город Арефу

Я стояла на узкой улочке Арефу, задрав голову к черепичным крышам, и пыталась осознать: вот он, тот самый городок, о котором столько слышала. Воздух здесь пах по-особенному — смесью печного дыма, влажной земли после недавнего дождя и едва уловимой ноткой лаванды, будто кто-то рассыпал сухие цветы вдоль тротуара.

Штефан, как всегда, был поглощён делами. Он отошёл на пару шагов, прижал телефон к уху и зашагал вперед и обратно, бросая короткие фразы на румынском. Сейчас важнее было впитать каждую деталь этого места, пока оно не превратилось в размытый кадр из путешествия.

Дома здесь словно сошли со старинных гравюр: невысокие, с побеленными стенами, украшенными резными ставнями. На некоторых балконах висели горшки с геранью — ярко-красные пятна на фоне приглушённых тонов. Между зданиями петляли узкие проулки, уводящие куда-то в глубину городка, и мне отчаянно хотелось свернуть в один из них, чтобы разгадать, что скрывается за поворотом.

«Интересно, — подумала я, — сколько веков эти камни помнят? Сколько ног прошло по этим булыжникам? Может, здесь когда-то шагал сам Влад Цепеш — не как легендарный вампир, а как живой человек, князь, воин…» Мысль оборвалась, когда Штефан, закончив разговор, обернулся ко мне:

— Прости, дела не ждут. Так, замок не готов принять нас сегодня же. Отправимся к господину Батори с утра. Так что если ты не слишком устала предлагаю прогуляться по городку и где-нибудь перекусить.

Я улыбнулась, всё ещё глядя на старинную арку в конце улицы:

— Давай просто побродим. Хочу почувствовать этот город.

Он кивнул, и мы двинулись вперёд. Я то и дело останавливалась, чтобы рассмотреть детали: кованые ручки на дверях, выцветшие вывески с латинскими буквами, трещины в стенах, где пробивались тонкие травинки. В одном из дворов залаяла собака, и тут же распахнулось окно, откуда донёсся мягкий женский голос — вероятно, хозяйка успокаивала питомца.

— Знаешь, — сказала я Штефану, — здесь будто время замедлилось. Нет суеты, нет шума… Только эти дома, эти улицы и ощущение, что ты попал в другую эпоху.

Он усмехнулся:
— Это и есть настоящая Румыния. Не туристические маршруты, а вот такие уголки, где жизнь течёт по своим законам. Большинству они кажутся невероятно скучными.

Мы свернули на площадь, где стоял небольшой фонтан с каменной статуей нимфы. Вода струилась тихо, почти неслышно, и в её журчании чудилась какая-то древняя мелодия. Вокруг неспешно прогуливались люди. Они воспринимали это место своим домом и возможно, даже не задумывались, что живут в самом старом месте в мире. Ведь весь мир уже давно перестроил свои города, заложив асфальтами дороги и построив новые современные фонтаны. В городах перестраивались дома не оставляя и тени «пережитка прошлого». Я присела на край фонтана, коснулась ладонью прохладного камня.

— Вижу, восхищение в твоих глазах, девочка. – Передо мной остановилась старушка в драповом пальто с доброй улыбкой. Она говорила на чистом русском языке.

— Добрый вечер, Doamna. – Улыбнулась я ей. — Да, я впервые в таком старом городе, которые не затронули современные перестройки.

— О, они пытались поверь мне. – Старушка села рядом со мной полубоком к фонтану. — Господин Георге Батори, отец нашего депутата Михаила Батори, боролся с сенатом за это место. Жители этого места тоже не стояли в стороне. Верхняя палата все хотела перестроить, пустить по городу вонючие автобусы и прочее. Но мы не позволили трогать наше наследие. Этот камень, - она похлопала по бортику фонтана, - стоит уже триста лет. Как можно трогать наше прошлое.

— Вы большие молодцы, что боролись за историческое прошлое своего города. – Искренне поразилась я местному населению. Надо же – не позволили перестроить свой город. — Ведь оно живет не только в сердцах народа, но и в каждом камне по которому ходили ваши предки.

— Ну, а ты здесь какими судьбами? – Чуть прищурила глаза старушка, словно только и ждала возможности задать мне этот вопрос.

— А я здесь в командировке. Я писатель и работаю на господина Батори. – Решила я сразу утолить любопытство старушки.

— Та самая Doamna Романова, которая хочет открыть глаза всему миру на настоящую историю Влада Цепеша?

— Да, Doamna, - немало удивилась я незнакомой мне госпоже и присмотрелась к ней внимательно. Под ее стареньким и дешевым пальто оказалось не такое уж и дешевое платье, а в ушах блестели довольно дорогие изумруды. Я бросила взгляд на Штефана, который стоял от нас в двух метрах и пристально следил за ней.

— Не удивляйся, девочка. Я все знаю и всегда слежу за новостями. Когда покойный отец Михаила Батори только собирался уйти, он взял с меня обещание присмотреть за его сыном. Чем я и занимаюсь.

— Doamna Морригана, не ожидал Вас здесь увидеть. - Штефан чуть склонил голову перед ней, с чуть насмешливой улыбкой. — София, это экономка господина Батори в замке Поенарь. Я так понимаю, у нее сегодня выходной.

— Ну что ты все испортил. - Всплеснула руками старушка и усмехнулась. — Не мог подыграть?

— Не с этой госпожой, Морриган.

— А что такого? Зато я теперь знаю, что девочка искренне собирается лишь писать о Владе и ничего больше. - Пожала плечами старушка и чуть тише добавила, наклонив тело к Штефану, словно я ее не услышу. — Она даже у продавщицы в торговом центре ничего лишнего не спросила.

— София, прошу за нее прощения. Она искренне любит семью Батори. Очень переживает за них.

— Конечно, ведь у моего господина Михаила сынок маленький совсем. Я должна знать обо всех, что кто собирается жить у нас.

— У Михаила есть сын? - Только и вымолвила я, не успевая удивляться происходящему.

— Да вот же, принесли нам к порогу малыша четырех лет с запиской на курточке: вот ваш сын, господин Батори. И сбежала коза драная.

— Морриган, - укоризненно, но мягко остановил старушку Штефан.

— А что не так? - Чуть повысила тон старушка. Она была явно эмоциональна по жизни, наверное, потому не смогла сдержать эмоций, когда вспомнила, в каком состоянии попал к ним ребенок. — Мальчик был в грязной одежде и даже не разговаривал. Год потребовался, чтобы научить его говорить. Одним духам известно, что с ним было и по каким канавам его мать таскала!

Глава 4. Замок Поенарь

Первого ноября в Румынии еще не наступала зима. За окном было плюс девять градусов и дул достаточно теплый ветер. На удивление я выспалась как никогда. Несмотря на ночные игры моего разума, что пугают меня, как маленького ребенка. Интересно, что когда мужская тень смотрела на меня, я лишь мучилась любопытством не зная кто же это и почему он здесь. Страшно мне становилось лишь, когда эта тень исчезала. Не зря говорят, что люди не темноты боятся. Страх людей лишь в неизвестности. Вот и мой страх был такого же рода. Я гонялась за призраком ушедшего из жизни Влада III наслушавшись множество мистический историй о нем. Я искала его пропавшего без вести сына среди строк различных текстов. Вот мой разум и играл со мной будучи перегружен новой информацией и новыми впечатлениями за два дня.

Если бы я верила в магию, я бы решила, что мой интерес потревожил призрак одного из Цепеш. Вот он и приходит ко мне ночью, чтобы напугать. Или что-то показать? Может, мне и вправду нужно было лишь не отвлекаясь поговорить с ним?

Я рассмеялась собственному бреду в голове и уже готовая к завтраку отправилась вниз.

После завтрака, Морригана заставила меня надеть под мое пальто теплый свитер, как заботливая мать, и мы отправились на выход к ожидающему нас такси. С собой я решила взять только сумку с ноутбуком и пакет с одеждой для мероприятия.

Пока мы ехали в замок, Морригана о чем-то беседовала с водителем на румынском, как со старым знакомым. Возможно, так оно и было. Ехать нам предстояло на окраину города полчаса и я вышла в мировую сеть с телефона. Просмотрев краткую информацию по замку я ужаснулась. Единственный вход представлял собой подъем по ступеням, количество которых было близко к полутора тысячам. Оставалось надеяться, что Морригана знает короткий путь к замку.

Я не хотела уезжать из Румынии. Что-то держало меня здесь. Может быть, я просто еще видела здесь не все? А может, меня волновала разгадка моего ночного посетителя. Почему мое воображение подкидывало вновь и вновь этот таинственный образ мужчины? Вполне возможно, что так я видела Михаила Цепеша - исчезнувшего сына Влада III. Ведь я так и не смогла узнать о нем ничего. Словно его просто стерли со страниц истории.
Тем не менее, сегодня на приеме заказчика статьи, я хотела попытаться узнать, что известно ему на этот счет. Не зря же Штефан собирался нас познакомить. Думаю, они оба понимают, что я стану спрашивать о Михаиле Цепеш.

Я с нетерпением ожидала прибытия в замок Поенарь некогда принадлежавший Владу III, руины которого смог заполучить депутат Батори. Удивительно, но говорят, что часть замка успешно отстроена и это только начало. Строительные работы все еще продолжались.

Продавщица в магазине вечерних платьев, с радостью поделилась этой информацией. Несколько веков руины замка продолжали рассыпаться от времени и никто не хотел тратить личные средства на восстановление этого исторического места. А вот господин Батори захотел. Почему? Зачем ему это? Так же продавщица шепотом поведала мне, что в народе пошли слухи по поводу Батори. Его опасались. Он возник из ниоткуда и с успехом пошел по карьерной лестнице в политике. Он был самым молодым членом нижней палаты. Никто не знает откуда он приехал. Все были уверены, что он родился не здесь, потому что о его семье ничего неизвестно. Отец нынешнего господина - Георге Батори просто заявился около тридцати лет назад со своим сыном Михаилом и доказал кровное родство с легендарным родом Батори. Так ему и отдали родовой замок в форте Шимлеу Сильвании.

Совсем недавно старший Батори скончался и его сын Михаил занял место отца в палате. Многие были против юнца в политике, но каким-то чудом он доказал, что может занимать это место по праву. Теперь он председатель нижней палаты. Говорят, он метит в сенат и многие не сомневаются в его успехе. Его отцу принадлежал замок Бран, дарованный его прадеду последним королем, но он отдал его стране, как румынское наследие для развития туризма. Теперь стало понятнее, как нас пустили в свободную прогулку по замку со Штефаном.

За своими размышлениями я и не заметила, как быстро пролетело время. Таксист высадил нас на шоссе между лесными массивами.

— Ну что, Софи? - Подмигнула мне старушка. — Прогуляемся немного по лесу?

— На все согласна, только бы не подниматься в гору на полторы тысячи ступеней. - Намекнула я на лестницу ведущую в замок.

— Не переживай. Несколько доверенных лиц господина Батори удостоены чести быть посвященными в некоторые тайны замка. Потому для нас с тобой доступен подземный ход через гору.

— Мы будем идти по подземельям настоящей горы? - Уверена мои глаза в этот момент блестели от предвкушения. Так и вышло.

— Ох, и заблестели глазки. - Усмехнулась Морригана пробираясь через кусты с какими-то ягодами. — Смотри, что покажу.

Я подошла ближе рассматривая, как женщина набирает в ладонь красные маленькие ягодки. Она и по моему лицу поняла, что я не знаю их названия.

— Это брусника, девочка моя. Никогда не видела?

— Как растет нет. Но знаю, что у нее много полезных свойств.

— Вот, - она переложила мне в ладонь горсточку и сказала, — она кислая очень, но я вот люблю кисленькое, особенно если это содержит витамины.

— Спасибо, Морриган.

Мы шли по лесу не больше десяти минут, как старушка остановилась перед горой веток. Наверное, местные лесники обрубали засохшие ветки у кустов и деревьев. Но старушка каким-то образом прошла в самую середину наваленных веток размером с ее рост и села там на корточки скрывшись в них с головой.

Я позвала ее по имени, но под ворохом веток, что-то отъехало в сторону, потом глухо ударилось и затихло. Переживая за старушку я ринулась в этот ворох веток приподнимая их над головой и … полетела вниз.

— Эх, молодежь, все торопится. - Услышала я над головой голос Морриганы и огляделась сидя на пятой точке. Над моей головой зияла дыра в которую я провалилась, и через мгновение ее заслонил собой мужчина протянувший мне руку.