Его собственность

Глава 1

– Черт! – выпалила я и зажмурилась, вцепившись пальцами в край столещницы.

С самого утра все шло наперекосяк.

Я работала в небольшой кофейне на Таганке. И мое утро началось со звонка моей сменщицы, которая попросила ее срочно подменить. Сказала, что заболела. Я не смогла ей отказать, ведь сама могла оказаться в таком же положении.

Потом отключили воду и пришлось тащить из магазина шесть пятилитровок в несколько заходов. Пока руки и ноги не отвалились. Но помощи просить было не у кого. Да и зачем. Дело то вроде пустяковое.

После я отключила кофемашину с водопровода и перекинула шланг в бутылку. Вроде все заработало. Настало время кассы. Да только она не включилась. Я уже все принтера перепроверила, несколько раз переключила розетку. Все было бесполезно. Дисплей оставался черным.

Это точно издевательство какое-то. Я раз десять нажала на кнопку включения. Даже пробки проверила, не вышибло ли. Электричество есть, принтера для печати чеков были исправны. Так какого черта?

Я тяжело вздохнула и опустилась на высокий барный стул. Все тело пробивало мелкой дрожью. Можно было позвонить ребятам из кофейни напротив. Они неплохо в технике разбираются. Да только я беспокоить никого не хотела. Еще и время было совсем раннее. Они тоже еще не открылись.

Я прикусила губу и закинула голову, уставившись в потолок. Жгучие слезы подступали к горлу.

Алина, расслабься. Все в порядке. Ничего страшного не произошло. Это всего лишь компьютер. Дай ему отдохнуть и он включится.

А если не включится? Отец меня убьет, если не смогу разобраться.

Входная дверь резко распахнулась. Я вскочила со стула, выпрямилась и уставилась на вошедшего. До открытия было еще полчаса, какого…

На пороге стоял очень большой и красивый мужчина. Его широкие плечи еле помещались в дверном проеме. Грубая щетина подчеркивала острые черты лица. Темно-синий костюм сидел на нем идеально по фигуре. Будто был сшит на заказ.

Я уставилась на него, совсем растерявшись.

– Здравствуйте, мы еще закрыты, – пробормотала я себе под нос.

Все возмущение куда-то резко улетучилось. И голос совсем пропал. Я тупо захлопала глазами и старалась не пялиться. Но взгляд так и цеплялся за длинные пальцы и ярко-выраженный кадык. Да и рост его впечатлял. Он головой чуть об дверную раму не ударился. Точно под два метра.

Но мужчина даже не обратил на меня внимание, оглядываясь по сторонам. Он осмотрел помещение и достал из кармана телефон. Какой-то очень громоздкий смартфон, сложенный пополам. Я такие видела только в рекламе, если честно.

– Да, я на месте, – пробасил он в трубку, – ну вызывай своего дизайнера, пусть тут осмотрится. Жду план перестройки к вечеру.

Он о чем? Какой перестройки? Это он про наше кафе говорит?

Захотелось спрятаться под барной стойкой. Пусть сделает свои дела и уйдет быстрее. Он сбросил трубку и начал что-то быстро набираться в телефоне.

А я заставила себя широко улыбнуться и еще раз обратиться к нему. Не по себе конечно, но я все-таки на работе. Может не расслышал с первого раза.

– Мужчина, вам что-то подсказать? – уже громче проговорила я.

Он медленно поднял на меня глаза. Они были настолько темными, что отсюда казались черными. Я невольно поежилась. Стало как-то неуютно.

– Алину Смирнову позови, – произнес он с хрипотцой в голосе.

Я совсем оторопела. Алина Смирнова это я. Только почему-то признаваться ему в этом было очень страшно. Я сглотнула колючий ком в горле. Мурашки пробежали по позвоночнику. Не дождавшись моего ответа, он снова уставился в телефон. Я почувствовала тяжелый аромат табака и хвойных деревьев.

– Это я – Алина Смирнова, – выдавила я, стараясь сохранить невозмутимое лицо.

Да кому я вру. Вся красная как помидор уже наверное. Чувствую как кончики ушей нещадно горят. Хотела сначала выяснить, зачем я ему понадобилась. Да только язык не послушался. Не мог он связать больше пары слов сейчас.

Почему-то каждая клеточка тела затрепетала перед ним.

Он снова оторвал взгляд от своего телефона. И посмотрел на меня теперь по-другому. Изучающе, что ли. Прошелся по мне от макушки до пяток, задержавшись на фартуке в районе груди. Вряд ли он там бейджик рассматривал.

Я стушевалась, сложила руки на груди. Постаралась прикрыться. Стало совсем не по себе.

– Приятно познакомиться, Алина, – ухмыльнулся он, делая шаг к барной стойке, – С этого дня я твой новый босс. Можешь обращаться ко мне Дмитрий Александрович.

Я замерла на месте. Ноги словно прилипли к полу.

– Чего? – ошарашенно спросила я.

Бред какой-то. Это кафе принадлежит моему отцу. Что все это вообще значит? С папой все в порядке?

Я потянулась к телефону, который лежал на барной стойке. Будто он сейчас мог мне чем-то помочь. Позвонить папе? В полицию? Руки дрожали так сильно, что пальцы не слушались. Гладкий корпус выскользнул из ладони. Глухой удар мобильника о кафель прозвучал как выстрел в тишине. Но я даже не посмотрела вниз. Я не могла оторвать взгляд от мужчины в синем костюме.

– Заведение еще закрыто, – выпалила я, чувствуя, как голос срывается на писк. – Вы не имеете права…

Он даже бровью не повел. Мои слова для него были не важнее жужжания мухи. Дмитрий медленно, с пугающим спокойствием достал из внутреннего кармана сложенную папку документов и небрежно бросил её на стойку передо мной. Бумаги с шелестом проскользили по гладкой поверхности и замерли у моих рук.

На верхней странице я увидела знакомый размашистый почерк отца. И печать. «Договор купли-продажи…» и «Приложение №1: Передача обязательств».

Перед глазами все поплыло. Кровь отхлынула от лица.

– Это теперь мой бизнес, Алина, – его голос звучал ровно, как приговор.

Он подался вперед, нависая над стойкой, и его тень накрыла меня целиком.

– Теперь все здесь принадлежит мне. Стены, оборудование, посуда.

Он сделал паузу, и его тяжелый, черный взгляд впился мне в глаза. Я невольно задержала дыхание, почувствовав, как земля уходит из под ног.

Глава 2

Я подавилась воздухом от возмущения. Или от страха. Сама не поняла. Но в горле стоял ком. Да что происходит? Кто он вообще такой?

Я открыла рот, чтобы что-то возразить или что-то сказать. Только так и не смогла произнести ни звука. Он выставил перед собой ладонь, призывая меня к тишине. Я гулко сглотнула.

Он поднес свой телефон к уху и помолчав несколько секунд, направился к выходу. Выражение его лица стало совсем мрачным. Как хорошо, что не я стала причиной этому. Хотя, кто его знает.

В дверях он обернулся на меня снова. Я затаила дыхание. Помещение вроде огромное, а спрятаться негде. Ощущение, что с высоты своего роста он найдет меня в любом закутке.

– Документы отцу передай, – кинул он, обернувшись ко мне через плечо, – До вечера.

Мужчина скрылся за дверью.

До какого еще вечера?

Только когда он исчез в огромной черной машине я судорожно втянула воздух. Я заметила, что все это время не дышала. Меня словно ледяной водой с головы до ног окатило.

Я быстро подняла свой телефон с пола. По экрану расползлась паутина тонких трещин.

Черт, черт, черт. Серьезно?

Да что за день то такой!?

Я опустилась на корточки и закрыла лицо руками. Зажмурилась. Снова открыла глаза и огляделась. Не помогло. Я все еще в этом же кафе. И мой телефон все так же разбит.

Ладно, Алин, успокойся.

Я вспомнила про бумаги, которые он оставил на столе. Я быстро поднялась на ноги и достала их из файла. Окей.

Здесь было несколько документов. Сердце пропустило удар.

Все они были на имя Дмитрия Воронова. О Боже. Я слышала о нем от своего отца. Но никогда раньше его не видела. Так вот как выглядит этот человек… Впечатляет не только по рассказам.

Я точно не знала, чем он занимался. Но мой отец всегда говорил о нем с ужасом в голосе. Дмитрий был страшно богат и в его руках была огромная власть. Поэтому все партнеры отца боялись его. Как и сам папа.

Он говорил, что они связаны работой. И что если бы не Дмитрий, то его бизнес бы уже давно пошел ко дну. Но в детали меня никогда не посвящали. Я была просто девочкой на побегушках.

Я работала в заведении отца на пару с еще одной девушкой. Я так зарабатывала себе на жизнь. Платил мне отец стандартную зарплату, на которую я сама смогла покрыть оплату за учебу в университете.

Казалось бы, раз у папы свой бизнес, то я должна жить припеваюче. Да не тут то было. В 18 лет меня выставили из дома со словами, что пора бы уже учиться жить самостоятельно. Да и в детстве меня никто не баловал. Такие правила были у нас в семье. Нельзя полагаться даже на деньги папы, потому что кто знает, как все обернется в будущем.

Только вопреки своим правилам он взял меня к себе на работу. Мол, кому неопытный сотрудник нужен. А здесь я смогу и опыта набраться, и ему помочь. Так вот и живу уже несколько лет.

И даже благодарна за это папе. Зато выросла самостоятельной. Так сказать, полностью готовой к суровости жизни.

У мамы же было очень слабое здоровье. Поэтому с папой она никогда не спорила, ей нервничать было нельзя. А я тоже нос не воротила, не хотела лишний раз родителей расстраивать. Раз сказали, что надо так, значит так и надо.

Да вот только все равно было тяжело работать вдвоем в заведение в центре Москвы. И именно сегодня, когда Лиза не смогла выйти на смену, случаются какие-то беды.

Я сделала глубокий вдох. Кончики пальцев похолодели. Я начала вчитываться в документы. Если верить тому, что здесь написано, то теперь это заведение принадлежит Дмитрию Воронову. Как это вообще произошло?

У меня от одного его имени мурашки по спине бежали. А теперь еще и видеть его наверное часто придется.

И почему отец мне ничего не рассказал?

А что со мной и Лизой будет? Мы теперь должны работать на него?

Наверное поэтому он и вел себя так надменно. Дмитрий наверное не в курсе, что крепостное право уже давно отменили. Так почему он тогда считает, что я не могу уволиться?

Отложив первый документ в сторону, я потянулась ко второй бумажке. Нет, сначала нужно отцу позвонить. Все-таки документы ему принесли. У него и спрошу, что все это значит.

Я быстро нашла его номер в контактах. Он быстро снял трубку.

– Алина, привет, – дежурно поздоровался он, – что-то случилось?

– Привет, – ответила я, переключая звонок на громкую связь, – пап, тут мужчина заходил. Документы оставил. Просил тебе передать.

Отец помолчал несколько секунд. Я даже успела проверить связь. Но нет, звонок все еще шел. Но ответа так и не последовало.

– Все нормально? – уточнила я, обратив внимание на второй документ.

Я вчиталась в черные буквы на белом листе. Земля ускользнула из под ног. Я оперлась рукой на столешницу, чтобы удержаться на месте.

– Что все это значит?

Мой голос прозвучал как-то совсем слабо. Воздуха катастрофически не хватало.

– Пап, это шутка какая-то? – мой голос дрожал, – Совсем не смешно.

– Алин, я как раз тебе сказать хотел, – наконец раздался голос из телефона, – Что ты выходишь замуж на этой неделе.

– В смысле замуж? За кого замуж?

Я осела на пол, стянув телефон со стола на колени. Отец ответил мне не сразу. Словно он подбирал каждое слово. Как-то уже поздно думать о том, как радостнее преподнести эту новость.

– Пап, если это шутка, то она неудачная.

– Алин, я все уже решил.

Его голос прозвучал твердо и уверенно. Да только у меня в голове все это никак не вязалось в одну картину.

– В смысле решил? А у меня спросить? – взмолилась я, прикусив щеку изнутри.

– Алин, так надо. Так что давай без истерик. Ты же хочешь, чтобы у папы все хорошо было. Вот и папа позаботился о том, чтобы у тебя все тоже было хорошо. Обсудим детали позже, пока.

Он сбросил звонок. Я тупо смотрела на экран и ждала продолжения его монолога.

О моей жизни он позаботиться решил. Замуж меня пристроил. Как вещь какую-то.

Щеки начало щипать от жгучих слез. Я еще раз взглянула на документы.

Глава 3. Дмитрий

К утру в клубе стоял отвратительный запах. Когда за игорными столами остались только отчаянные лудоманы, здесь пахло дешевым потом и солеными слезами. И это совсем убивало приятную атмосферу.

Я сидел в глубоком кожаном кресле VIP-комнаты и крутил в пальцах фишку номиналом в миллион. Я не играл, а наблюдал за участниками за столом.

Казино для меня не хобби. Это моя работа. Каждое элитное заведение города принадлежало мне.

Напротив меня, обливаясь потом, сидел Сергей Смирнов. Человек, который когда-то держал половину ресторанного бизнеса столицы, сейчас больше напоминал загнанную в угол крысу.

– Дмитрий Александрович, умоляю, – Смирнов нервно сглотнул, комкая в руках влажную салфетку. – Дайте мне отыграться. Один бросок. У меня есть верняк.

– У тебя больше ничего нет, – ровным, тихим голосом произнес я.

От моего тона он вздрогнул.

– Ты просадил сеть, квартиру и кредитные. Твой долг перевалил за отметку, после которой людей обычно находят в лесополосе.

Смирнов побледнел. Но я не угрожал. Я просто констатировал факт.

– У меня есть… кафе! На Таганке! Оно прибыльное, я клянусь! И… – он вдруг суетливо полез в карман пиджака и достал телефон. – И дочь. Алина.

Я приподнял бровь. Серьезно?

Он включил экран и сунул телефон мне под нос. С фотографии на меня смотрела типичная девочка из золотой молодежи: профессиональный макияж, укладка, вечернее платье. Очередная пустышка, привыкшая жить за счет папочки.

– Она умница, красавица… Девственница, Дмитрий Александрович! – зашептал Смирнов. – Я отдам вам кафе и подпишу брачный контракт. Она станет вашей. Делайте с ней что хотите, только спишите долг!

Меня передернуло от брезгливости. Продать собственную дочь, чтобы спасти свою шкуру? Ублюдок.

Но девчонка была очень даже красивая. Глаза большие, волосы прямые и длинные. Через фотку чувствуется какая она вся из себя женственная. Прямо-таки настоящая куколка. Выросла в роскоши, а все равно сохранила свою природную красоту. Большая редкость.

Да и с деловой точки зрения предложение было выгодным. Женитьба давала мне полный, легальный контроль над остатками его активов. Да и звание приличного семьянина мне поможет выйти на новый уровень. Наконец смогу договориться с парочкой дорогих ресторанов о сотрудничестве. Они семейные ценности чтят. И я с семьей впишусь в их картину мира.

А девчонка… посидит годик в качестве красивой мебели, поработает админом в кафе. Хоть о человеческой жизни что-то узнает. Собью с нее спесь, а потом пусть живет как хочет.

Лучше так, чем он проиграет ее какому-нибудь отморозку.

– Готовь бумаги, – бросил я, поднимаясь с кресла.

***

На следующий день я сам отправился в ту самую кофейню на Таганке. Мне было любопытно посмотреть на это заведение. И на девчонку.

Нужно было понять во что я вложил бабки. И оно того очень даже стоило.

Я думал, что она будет там в качестве гостьи, ну или управляющей. А эта Алина стояла за баром в коричневом фартуке и белой футболке. Волосы слегка растрепаны, но фартук идеально подчеркивал ее фигуру. А там было, на что обратить внимание. И пахло от нее приятно. Сладкий цветочный аромат очень гармонировал с кофе.

Я то ожидал увидеть ту самую сучку с фотки. Но в жизни она еще красивее. У меня аж встал от одного ее вида. Давно такой реакции на женщин не было.

А когда она подняла на меня свои огромные, перепуганные глаза, меня прям пробило. Захотелось присвоить.

И как так вышло, что она тут за баром работает? Отец бизнесмен, а дочку заставил кофе разливать? Забавно.

Испугалась она меня сильно, конечно. Видимо Сергей предупредить не успел. И времени возиться с ней нет сейчас. Позже все объясню. Вечером, за ужином. Пусть пока переваривает. Надо нормально ее подготовить, чтобы она мне планы не порушила истериками.

Само помещение тоже нормальное. Можно сделать из этого крутое место. За пару дней ремонтик замутим, а пока персонал нужно нанять.

Я оставил документы на барной стойке. Юристы с утра все подготовили. Пусть Сергей ознакомится, на что он подписался.

Телефон в кармане завибрировал. Звонил Миша, начальник моей службы безопасности.

– Да, – рявкнул я в трубку.

– Шеф, новости дрянь, – голос безопасника был напряженным. – Смирнов должен не только нам. Он занял у ваших конкурентов. Они узнали, что активы уходят к вам, и взбесились. Только что взяли Смирнова за яйца. Выбивают, где его дочь. Хотят использовать девчонку как рычаг давления.

Я стиснул телефон так, что пластик хрустнул. Нужно было срочно браться за работу и решать это дерьмо.

Я захлопнул за собой дверь кофейни, оставляя Алину наедине с контрактом, и сел на заднее сиденье черного «Майбаха», припаркованного через дорогу.

Сквозь тонированное стекло было отлично видно, как девчонка медленно оседает на пол.

Конкуренты решили, что могут тронуть мое? Ошибка. Смертельная ошибка.

– Смирнова пусть забирают, – холодно произнес я, наблюдая, как Алина вытирает слезы. – А к кафе отправь Дениса и Глеба.

– Понял, шеф. Что им передать?

– Пусть пакуют мою будущую жену и привезут ее ко мне домой.

Я сбросил вызов. Хищный оскал сам собой тронул губы. Игра началась.

Визуализация Дмитрия

Дмитрий Александрович Воронов

34 года

Владелец элитных казино и клубов Москвы. Миллиардер.

Властный, жесткий, циничный. Никогда не спрашивает разрешения.

Особые приметы: Рост под два метра, тяжелый взгляд, запах дорогого табака и хвои.

Визуализация Алины

Алина Сергеевна Смирнова

22 года

Лингвист по образованию, по факту бариста.

Умная, но наивная. Гордая «фарфоровая кукла» с железным стержнем внутри.

Слабость: Любит семью больше, чем себя.

Та самая фотография:

Глава 4

Первая мысль, при взгляде на эти бумажки – просто порвать их. Только вряд ли это поможет. Конечно у них есть копии заверенных документов. Какой же бред.

И снова я подскочила от звука открывающейся двери. Вытянулась вся, как струнка, потому что ожидала на пороге увидеть Дмитрия. Но, к счастью, это был не он.

В кафе зашла моя подруга из универа – Катя. Мы не виделись с выпуска, целый месяц. Только переписывались иногда. Поэтому я невольно улыбнулась, почувствовав, как весь ужас этого дня постепенно отступает. Я быстро вытерла высохшие слезы салфеткой и вышла из-за барной стойки.

Мы поздоровались, крепко обнялись и сели за ближайший к бару столик.

Катя жила недалеко отсюда и раньше часто навещала меня в кофейне. Но последнее время она была занята поиском работы и наведением красоты в квартире.

– Алин, – заговорчески прошептала Катя, – а кто это из кафе вышел до моего прихода? Красивый такой, жесть!

Я напряглась, откидываясь на спинку кресла. Как быстро закончился мой покой. В горле опять встал ком. И врать ей не хотелось, и правду сказать не могла. Сама ее еще не переварила.

Взгляд невольно метнулся к барной стойке, на которой были разложены документы. Катя заметила мое напряжение. Она тоже посмотрела на бумажки, а после накрыла мою руку своей. Слегка сжала пальцы в подбадривающем жесте.

– Случилось что-то?

Она сразу все поняла. Конечно, расскажи я ей правду – не поверит. Но неладное почувствовала. Я видела это в ее напряженном взгляде.

– Папа продал кафе, – тихо начала я, – а это был мой будущий босс.

Катя поджала губы и нахмурила брови. Она посмотрела на меня с сожалением. А после опять глазками по хитрому блеснула и склонилась ниже над столом, приближаясь ко мне.

– Зато у тебя теперь начальник настоящий красавчик, – подмигнула она мне, – Может он обратит внимание на такую красивую сотрудницу и обеспечит ей безбедное будущее.

Я почувствовала, как холодок пробежал по спине. Перед глазами всплыло лицо Дмитрия. Серьезное, хмурое. До чертиков красивое и пугающее.

Улыбка быстро сползла с лица Кати. Я не смогла разделить ее радостный запал, как не старалась выдавить из себя улыбку. Она снова нахмурилась и выпрямила спину. Ее лицо стало до предельного серьезным.

– Так, походу это не все новости, – отрубила она все мои попытки сделать вид, что мне тоже весело, – выкладывай.

Слезы снова подступили к глазам. Но я держалась изо всех сил. Нельзя при Катьке плакать. Не хочу ее расстраивать еще и своими проблемами. У нее самой дел полно, некогда ей за меня беспокоиться. Я выдавила улыбку, которая мне казалась самой искренней. Да только Катя мне не поверила, недовольно покачала головой.

– Да я видимо его уже охомутала, – с горькой усмешкой выдавила из себя я, – я выхожу за него замуж.

Катя не смогла сдержать офигевшее выражение лица. Она чуть ли рот не раскрыла. Глаза распахнула широко и уставилась на меня. А у меня сердце замерло в груди. Я очень боялась ее реакции. Еще подумает, что я первому встречному на шею бросилась и умоляла взять меня. Аж передернуло всю от таких мыслей.

– Я честно этого не хочу, – попыталась оправдаться я, дрожащим голосом, – отец брачный контракт за меня подписал.

– Чего?

Катя еще несколько секунд просто хлопала глазами, прям как я, когда только услышала эту новость. А я уже вся извелась. Очень боялась, что моя единственная подруга от меня отвернется из-за таких новостей. У меня никого кроме нее и не было. Я только ей доверяла.

Наконец Катя сделала глубокий вдох и поджала губы.

– Прости, я же пошутила про обратит внимание, – медленно начала она, – подбодрить тебя хотела. А тут такое. Ужас какой.

Я не поверила своим ушам. Она меня даже не осудила? Не получилось у меня слезы сдержать. Все лицо в секунду стало мокрым и соленым. Катя сразу с места вскочила, взяла салфетки с барной стойки. Протянула их мне и что-то пробормотала под нос.

– Алинка, не расстраивайся ты так, мы с тобой что-нибудь придумаем, – успокоила она меня, погладив по волосам, – Давай я тебя у себя спрячу, а?

Я тихо рассмеялась сквозь слезы. Катя смотрела на меня так, словно я в конец с ума сошла. Я себя именно так и чувствовала. Вроде должна была думать, куда сбежать подальше от этого кошмара. Только не могла не радоваться, что моя подруга от меня не отвернулась. Так тепло на душе сразу стало.

– Я серьезно, Алин, – Катя резко помрачнела, – Нужно бежать от этого брака. Такое добром не заканчивается.

Не могла я ее волнение перенять. Сейчас я точно поняла, что со всем этим справлюсь. Сама не смогу, мне Катя поможет. Мы сейчас закроем смену, сбежим через черный ход и...

Додумать я не успела.

Колокольчик над входом звякнул, но не мелодично, как обычно, а тревожно, резко. Я подняла глаза и замерла. Катя тоже обернулась и ее рука на моем плече напряглась.

На пороге стояли двое. В строгих черных костюмах, с каменными лицами. Они выглядели здесь так же неуместно, как танки в песочнице. Один из них сразу нашел меня взглядом и направился к нашему столику. Второй встал у дверей, блокируя выход.

– Алина Сергеевна? – безэмоционально спросил первый, подходя вплотную.

Катя вскочила со стула, закрывая меня собой.

– Вы кто такие? Мы сейчас полицию вызовем!

Мужчина даже не взглянул на нее. Он смотрел только на меня.

– Дмитрий Александрович велел доставить вас домой. Машина ждет. У вас пять минут.