Экстра 18 плюс. Единственный наследник

Первая встреча

/соответствует четвёртой главе/

Мои пальцы уже смелее прошлись по его здоровой ноге, от колена мужчины вверх по направлению к паху, сдавливая, поглаживая и разминая крепкие, даже напряжённые мышцы через тонкую ткань. Вверх. Вниз. И снова вверх, пока недвусмысленно не остановились на завязках кальсон.

Я никогда не трогала мужчину. Я никогда не была с мужчиной так близко – и вероятно, уже никогда не буду. Любопытство, хоть и не могло составить конкуренцию страху и смущению, прорастало в моей душе, как бамбук. Стремительно.

Единственная ночь. Для меня, женщины из рода Градалис, это будет единственная в жизни проведённая с мужчиной ночь. Он забудет меня, но я… я буду помнить её всю жизнь. Вспоминать о нём, глядя в глаза нашей дочери, о которой он никогда не узнает, как не знает обо мне мой собственный отец.

Впрочем, не уверена, что мать вспоминает о нём, глядя на меня. Жаль, что я совсем не похожа на неё не только внешне, но и в её непоколебимой душевной стойкости.

Я чувствовала, как живая плоть под моими пальцами реагирует на мои неумелые осторожные прикосновения. Твердеет. Теплеет.

Магия, это всё магия, будь она проклята! Если бы не она, он бы никогда и не взглянул на меня.

- Остановись, – прошептал Джен, отворачиваясь. – Безумие какое-то, девочка, я… Не нужно. Я не могу. Я связан обязательствами с женщиной… я не люблю её, но это было решено ещё в моём детстве, и я не вправе…Ты выглядишь такой неискушенной и чистой. Совсем невинной. Но ты прекрасна, как лесная нимфа. Не стоит нам…

- Внешность порой обманчива, ресс, – я стала расстёгивать пуговички на его сорочке. – Не волнуйтесь ни о чём. Всё будет хорошо.

Его грудь оказалась гладкой, хотя по книжкам у меня создалось впечатление, что все мужчины под одеждой волосаты.

Красивое сильное тело. Такие тела могли быть у богов Небесного чертога.

Он откинулся на подушки и сжал в кулаке синий камушек, висевший на его шее. Я уже знала, что это такое – мать рассказала. Артефакт, препятствующий зачатию при близости. Крайне удобная и очень дорогая вещица, говорившая о том, что его владелец – богатый человек. Богатый человек, вероятно, не гнушающийся порочными случайными связями – что бы он там ни говорит об «обязательствах».

И я – всего лишь одна из многих.

Вот только судьба женщин из Серого Ковена сильнее любых артефактов. Впрочем, Джену знать об этом необязательно. Пусть будет спокоен.

Я погладила его по голой груди, сперва осторожно, потом более уверенно, задела пальцами соски – странная шутка богов, и зачем они только ему нужны?! Скользнула рукой по впалому твёрдому животу, обвела аккуратный пупок и замерла на границе кальсон. Снова провела пальцем по тонкой ткани, слегка надавливая на выпуклую мужскую плоть. Его бёдра чуть двинулись мне навстречу.

- Это безумие какое-то, – хрипло повторил Джен. – Я должен прогнать тебя прочь, но мне кажется, что если ты сейчас исчезнешь, растворишься в воздухе, я просто умру. Прекрасное видение… я почти уверен, что это сон, но я не хочу просыпаться. Не понимаю, что со мной происходит, знаю, что надо остановиться, но не могу. Ты… Твоя мать крепко спит? Дверь закрыта?

Не отвечая, я повернулась к тумбе и дунула на свечу. Загасила масляную лампу – масло у матери было дорогое, отличного качества, не чадящее и без запаха. Джен чуть зашипел, приподнимая бёдра, когда я стягивала с него кальсоны – сломанная нога всё же причиняла ему неудобства.

Я замерла, не желая делать ему больно.

- Не останавливайся! – его ладонь скользнула по моему предплечью, не давая мне отстраниться.

- Как прикажете, ресс.

***

Из оговорок книжных героев и довольно скомканного объяснения матери – как только мне исполнилось восемнадцать, она в самых общих чертах обрисовала, что меня ждёт и какую экзекуцию я должна буду пройти, чтобы обзавестись дочерью – я представляла мужской член неким подобием ровной деревянной палки. Никогда бы не подумала, что эта часть мужского тела такая… чувствительная, бархатистая на ощупь. Я скользила по бугристой поверхности, чуть выступающей головке, тугой мошонке пальцами, всей ладонью, сжимая и поглаживая – и мой страх отступал, потому что это не было жутким орудием пытки, как казалось мне до того – а просто средоточием мужской чувственности, уязвимым и живым, откликающимся на ласки, восприимчивым к боли.

Джен выдохнул со свистом – и я отдёрнула руку, испугавшись, что сделала что-то не так.

- Вы правы, ресс, я не очень-то умела…

Он мягко взял мою руку, на мгновение сжав пальцы на запястье – и вновь потянул её вниз. Повинуясь его безмолвному приказу, я снова обхватила член ладонью и стала двигать вверх и вниз, а второй рукой Джен обнял меня за плечи и поцеловал, сперва совсем легонько, едва касаясь своими сухими губами моих влажных – я и не заметила, как прикусывала их, пока изучала его там, внизу.

Его язык скользнул ко мне в рот – я задохнулась от неожиданности, но отодвинуться уже не смогла: мягкая рука на моей спине вдруг оказалась крепче стального троса. В голове шумело, мысли, страхи и сомнения разбежались прочь. В какой-то момент он вдруг отвёл мою руку, и отпрянул сам, и я чувствовала его возбуждение, словно сам воздух вокруг нас изменил свою структуру, стремясь стать иной, твёрдой субстанцией.

- Не могу больше терпеть, – словно извиняясь, шепнул он. – Иди ко мне…

Я хотела спросить, куда мне идти, если я и так рядом, но он легко, почти без усилий стянул с меня домашнее платье. Обхватил ладонями грудь – я задержала дыхание, соски реагировали на его касания так странно, так обострённо, что это было скорее болезненно, чем приятно. Джен приподнял меня, ладонь скользнула мне между ног, пальцы раздвинули сжатые складочки, размазали по коже сливочную влагу, ещё и ещё, поглаживая их и бугорок между ними.

- Расслабься, девочка. Неудачный опыт?

- Чт-то? П-почему? – пробормотала я, действительно стараясь расслабиться, но это оказалось непросто. Совсем непросто.