Эротические этюды

Часть 1

Утро.  
Она бегала по кухне в одних трусиках, то чайник поставит, то в холодильник заглянет. 
Он тихо стоял за порогом двери и наблюдал. Сейчас он пришел на кухню, потому что заурчало в животе. Ночная работа его доконала, и очень хотелось есть.
Она жарила глазунью и нарезала овощи на салат. 
Неожиданно, он почувствовал, как в штанах стало набухать, он прикрыл глаза, помял рукой энное место и тихо издал стон. Там где недавно урчало, приятно заныло, он закусил нижнюю губу, сжимая, то, что уже рвалось наружу, медленно, закипая. Усталость вылетела через открытое окно, при этом подняв желтую занавеску. 
Она оглянулась, будто услышав движение ткани. Подошла и прикрыла фрамугу. Приподнявшись на цыпочки, глянула вниз через стекло.
Он в это мгновенье резко рванул к ней, стянул ей трусики и плотно приник губами к ягодице. 
Она оцепенела, открыла рот, но не издала, ни звука. 
Он уже дрожал всем телом и страстно целовал ее округлую попку, при этом стягивал с себя мягкие домашние брюки. 
Вдруг его нога застряла в штанине, он завис на мгновение. А она глянула через свое плечо. Улыбнулась, прикусив большой палец левой руки. Дабы бы ни издать смешка.
Он, не отрываясь от своего наслаждения, резко выдернул ногу. Поднялся с колен и горячим орудием стал искать теплое местечко. Сегодня, на него напало какое – то безумие, его колотило, горели уши, он кусал ее нежную кожу.  И наконец!  Вот она, эта ласковая влажность. Он стал водить головкой между губ, глубоко дыша, нетерпимо наслаждаясь этим действом. Мыслей не было, он обожал ее, готов был насквозь пронзить своим безумством, занежить, залюбить. Сейчас и навсегда. 
Она уже постанывала и дергалась от его неожиданных покусываний.
Он въехал со скоростью в темный тоннель, на  новом серебристом Вольво! Теперь он гнал, не замечая редких, горящих на стенах, тусклых лампочек. Наслаждение нарастало, путь казался безграничным. И вдруг, яркий свет солнца ворвался в салон авто и открылась бесконечная панорама лазурного океана!
В безумстве, в унисон, вырвались их голоса. Сейчас, оба они, парили над Миром, и не важно, что делают за стенкой соседи, и есть ли в огороде бузина, главное сейчас - соитие и его триумф!
На кухне пахло горелой яичницей и убежавшим кофе, да это уже и не существенно!
Сладость забытых прикосновений.                                 
Его горячий рот неожиданно захватил  ее теплые мягкие губы. Касаясь языком, он начал нежно посасывать их.   Она вся сжалась в комок, будто боялась, что эти ощущения покинут ее. Сладость давно забытых прикосновений, растворяла ее разум, и уносила в потаенные уголки Вселенной. Нектар поцелуя разливался внутри, согревая и обволакивая нежностью, неожиданно, нахлынувших чувств. Она, то расслаблялась, то опять сжималась в комок. «Мурашки», от затылка до пят, бегали, перегоняя друг друга. 
Он обнимал ее мягкими прикосновениями за тонкую талию, прижав живот к животу, где пульсировало. Сладко пульсировало. Необыкновенно. Восхищая. То, отпуская, то прижимая. Время тянулось в бесконечность.  Они потерялись. Здесь не было их. Сейчас лишь любовь и страсть, владели этим Миром.

Арт – объект.

Дверь распахнулась, и ключи со звоном упали на пол. Он грубо рванул ее к себе, обнявши за талию, и начал  как сумасшедший сдергивать одежды. Она откинулась к стене, плотно прижавшись затылком, и стала выгибаться, будто сзади ее жгут огнем. При этом сбрасывая туфли, и одновременно стягивая с него сорочку. Они мягко сползали на жесткий палас прихожей. Время остановилось. 
Эхом, по пустому коридору, звучали то глухие, то звонкие стоны. Страстно целуя, он снимал ее кружевное белье, шаловливо двигая пальцами. При этом, она отталкивалась пятками о пол, сдвигаясь вперед, точно змея. Резко, откинув свою правую ножку, ее трусики полетели вверх, и повисли на бра возле двери бежевым абажуром. 
Он с трепетом коснулся ее обнаженных колен, и его поцелуи начали медленно двигаться вверх, по бархатистой коже бедра. Она вздрагивала, глубоко дышала. То замирала, то опять вздрагивала. Он приближался горячим дыханием к потаенным мирам ее существа, ее женского откровения. Ему это очень нравилось. Он тихо вздыхал, издавая непонятные, будто подземные звуки. При этом свободно приподнимал, свой мощный и красивый торс, от ее магнетического подвижного тела. 
Она тихо попискивала, будто шепотом, будто в отдалении. Хватала его за волосы, резко дергала,  впивалась в крепкие плечи ногтями.  То сжимала хваткой, его упругую спину, то неожиданно толкала ладонями  в грудь. 
Он вдруг замер. Она резко вскрикнула. Затихла. Тело ее судорожно задрожало, кожа покрылась пупырышками. Она вдруг выгнулась дугой, замерла. Глубоко вздохнула и грубо опустилась на пол. 
Он приподнялся над ее удовольствием. Улыбнулся, закусив нижнюю губу. Прищурил блестящий взгляд, и  пал навзничь, на ее горячий смуглый живот. 
На стене, возле двери, висел арт - объект. Бра с кружевными трусиками вместо абажура. Необычное творение страстной ночи.
Трепет  уснувших ощущений.
Приятная мелодия обволакивала. Он и она, парили в неге музыки на пустом танцполе. Его мягкие большие ладони, чуть касались тела, через легкую ткань платья. Она плавно играла бедрами в такт, изредка дотрагиваясь до его ног. От этих прикосновений, его взгляд менял окраску, а мысли хаотично носились в голове. Непроизвольно, рука спускалась ниже талии. От волнения ее ягодиц, перехватывало  дыхание.
Она тихо наслаждалась его реакцией. Флирт, не был для нее привычкой. Здесь и сейчас, она испытывала внутренний трепет, давно уснувших ощущений. 
Движения танцующих, выдавали их внутренний диалог. Она, невысокая и изящная, как бы выскальзывала, из его не крепких объятий. Он будто незаметно, подхватывал то, что пыталось ускользнуть. Его большие сильные, но мягкие ладони, словно желали зачерпнуть, этот струящийся источник.
Мелодия стихла. Приглушен свет. Они вместе вышли из зала, не проронив друг другу не слова.

Часть 2

В летнем лесу.
Внедорожник на бешеной скорости, мчался по пыльной дороге соснового леса. Она, насвистывая, свободно держала руль в своих изящных, но крепких руках. Он пытался сидеть на заднем сиденье, крепко обняв ее любимого пса. 
Вдруг на дорогу выскочила лисица. Она резко затормозила, и одновременно на нее посыпались громкие возмущения. Он открыл дверь и выпустил пса. Который был безмерно рад, поноситься по солнечному летнему лесу. 
Через мгновение, его сильные руки перетаскивали назад ее прыткое тело. 
- Иди сюда, сейчас я тебе покажу быструю езду. По ухабам.
Она кусалась и била его кулаками, 
- Отстань, я ведь не нарочно. Лиса живое существо!
Он, держа ее на весу, стянул брюки и усадил себе на колени, крепко сжимая в руках. Она схватила его за волосы и начала их трепать. Его горячий рот поглотил мягкие, нежные губы и стал сладко причмокивать скользящим языком. Она поддалась поцелую, и ласково начала нежить его голову, перебирая пряди густых волос. Они долго друг друга ласкали, наслаждаясь мгновением эротического откровения. Прелюдия любви закончилась феерией страстного наслаждения. 
За дверью громко залаял любимый пес. Он уже набегался и требовал его впустить. 
Они разнеженные и утомленные, улыбались, не глядя друг на друга. Он открыл  переднюю дверь авто. Пес заскочил на сиденье, и уселся мордой к ним. Его огромная пасть улыбалась, текли слюни и блестели коричневые глаза.
Кто здесь был счастливее определить сложно. 
Летний лес подарил им эти необыкновенные мгновения, эти счастливые времена.
Утренний свет.
Она распахнула шелковые зеленые шторы, и в комнату ворвался яркий утренний свет. Она изящно выгнула лопатки, потянулась руками вверх, и звучно зевнула. Он лежал на диване, облитый солнечными лучами и тихо за ней наблюдал. 
Ее стройное тело пронизывал свет, и она была похожа, на сладкий полупрозрачный леденец. Мягкий, тающий в утре. 
Он сполз с ложе и беззвучно, на корточках, подобрался к любимой. Выгнулся как леопард готовый для прыжка, и стал нежно языком касаться ее лодыжки. Она дернула ногой, и стукнула его в подбородок. Он поднял голову, шуточно издал звуки похожие на скуление, и принялся целовать ее обнаженные теплые ножки. Она поясницей оперлась на подоконник, откинула голову в ожидании чувств, и притихла. Солнце проникло в ее русые струящиеся волосы и зазолотило их. 
Он неспешно приподнимался, скользя нежными прикосновениями по бархатистой молодой коже.
Она глубоко вздыхала, изредка хихикая от неожиданной щекотки, немного извивалась и жаждала его.
Он, томительно испытывал ее безудержность. Легким порывом, повернул к себе ее спину, и стал покусывать гладкую кожу. Она оттопырила попку и прильнула к горячему пульсирующему органу страсти. Он нежно теребил ее груди и наслаждался ее нетерпением. Она уже кряхтела и изнемогала. Ее плоть источающая соки, ждала. Он резко схватил ее за талию, приподнял, и толкнул себя в горячую плоть. Она вскрикнула. 
Прерии любви открылись своим простором. Они мчались под раскаленным Солнцем, в горячей пыли. Страсть, гнала их своей ненасытностью. Ветер свободы оголял их чувственность, и дарил сильные порывы.
Солнечные лучи нитями протянуты от окна. На широкой бирюзовой постели  распростерты обнаженные тела. В воздухе господствует приятный, горький аромат свежесваренного кофе.
Клубничный вареник.    
 Под плюшевым, изумрудным абажуром, на кухонном столе, рассыпана мука.  Пара маленьких женских рук, ловко лепят вареники. В соседней комнате звучит приятная мелодия. 
За окном, в свете оранжевых фонарей, кружатся пушистые снежинки. Здесь, на уютной кухне тепло.  Пахнет мятой и лимоном.
Она стоит за столом, подергивая плечами и бедрами в такт музыке. В дверном проеме, прислонившись к косяку, он.  Высокий красавец. С прищуренным взглядом и очаровательной улыбкой. С великолепным обнаженным торсом, в обтягивающих домашних шортах. Мускулистые руки, сложены на груди.  Босые сильные и красивые  ноги, скрещены. Апполон.
- Иди сюда!
 Протянув руки, он ухватил ее за талию и поднял к потолку. 
– Мой сладенький клубничный вареник! 
Она ойкнула, высоко задрала руки, а с них, ему на лицо, посыпалась мука. Они оба захохотали. Он стал кружить ее в белом танце. Мука легким вихрем летела за ними. 
Он мягко поставил ее, на небольшой велюровый кухонный диванчик. Прильнул ртом к нежному плоскому животику и легкими движениями начал ласкать его. В руках она держала передник. Он развязал его и накинул себе на голову. Она ухмыльнулась и обняла его за крепкие плечи. Его голова,  под льняной тканью, двигалась вниз. Она, разомлев, опустилась на мягкую обивку диванчика. Прижалась  к спинке и поддала бедра на край. Его страстные пухлые губы, обняли лепестки горячей плоти. Громкий восторг фееричных ощущений, всколыхнул мятно – лимонный аромат кухни. Она прогнулась, он обнял ее мягкие ягодицы и начал покачивать их в руках. Возлюбленная млела от влажного подвижного языка. Запрокинув голову, она шептала абажуру слова одобрения. 
Он вдруг схватил ее! А она, чуть подпрыгнув, обняла ногами его талию. Постепенно опускаясь, ее лоно открылось горячему органу. Он держал ее в крепких руках, ускоряя движения. При этом, начиная вальсировать, по пространству комнаты, в такт звучащей мелодии. Музыка, вместе с нежной страстью,  уносили влюбленных в необъятную вселенную сладкой неги. 
За окнами, в свете ночных фонарей, кружили пушистые снежинки.
Звуки тамтама.
Под звучание струн гитары, яркое пламя костра, разрывало ночную мглу.  В тихом шепоте потрескивали поленья. Все давно уже спали, в цветных и уютных палатках. Здесь, лишь двое, сидели по разные стороны пламени. Она, задрав голову, смотрела, как в небо уносились блестящие искры. Он, перебирая струны, искал в них мелодии любви. 
Она вдруг встала и подошла к нему. Отобрала гитару и положила ее на бревно. Взяла его руку и повела туда, где ночная мгла растворяет даже звуки.
Они спустились на песчаный берег тихой реки. Недолго постояли у воды, посмотрели на звезды и упали на мягкий песок.
Он распластался, и неожиданно сказал: 
- Быть может, мы познакомимся поближе? 
Она легла на него,  небрежно поцеловала в кончик носа, и томно шепнула: 
- Непременно, и прямо сейчас! 
Он, не видимо для  ее глаз, был ошарашен. 
- Но послушай, ведь мы едва знакомы. Ты так привыкла?
 - Это комплимент или повод продолжить? - с усмешкой, отозвалась она. 
Запустила свои руки в его волосы, и стала  сладко целовать ему лицо. 
Он лежал как оловянный солдатик,  уже готовый к переплавке. Она все более горячилась. Порывы страсти, были вне ее сознания. 
Весь вечер она смаковала свои фантазии, слушая его мягкий баритон. Голос обволакивал, и манил к телу, где живут эти глубокие звуки.
- Теперь ты мой, я буду пить твой голос. Теперь он для меня нектар. 
Она страстно шептала ему на ухо, нежно целовала и ласкала руками его шею.
Вдруг неожиданно, он схватил ее за бедра, приподнялся и усадил туда, где рвалось наружу. Стал безудержно целовать ее грудь, быстро стягивая одежды. Она громко хохотала и расстегивала его брюки. Обезумив от чувств, они катались по песку, лаская друг друга. Он перевернул ее на живот. Она извивалась. То, открываясь, то прячась, от его горячего существа. 
Безумный ритуальный танец племени Тумба-юмба, накрыл их ритмичными звуками тамтама. 
Где-то в глубине ночного леса, прокричал филин. Будто передразнивая громкий хохот. Вдоль горизонта, рассвет протянулся розово-золотой нитью. В камышах, негромко плескались утки. Здесь царил мир и покой.
А те, что были в плену необузданной страсти, не подозревали об этом. Лишь заря, обнимающая небеса, дала им сознание. Разгоряченные и усталые, они лежали в песке. Долго, пока утренняя речная прохлада не прогнала их с берега. 
Солнце уже согревало утро. На костре в котелке кипела вода для чая. Они тихо спали, обнявшись,  не слыша пения птиц и голоса проснувшихся друзей.
 В эту ночь, ни один комар не сумел их укусить. Просто, не умудрился.
Ликующее пространство.
Разорванные сумерки блистали стрелами молний. Раскаты грома носились по лиловому небу. 
У камина, на бежевом мягком ковре лежали двое. Вокруг, в теплом пространстве, танцевали блики огня. Они, объятые ароматом горящей смолы и бергамота, молчали. Он поглаживал ее руку, она теребила его мочку уха.
Где-то в глубине дома, глухо начали бить часы. 
Они, в один голос, стали считать его удары.
… десять, одиннадцать, двенадцать. 
 Неожиданно, оба встрепенулись на встречу друг другу и, обнявшись, стали кататься по теплому ковру. В резких движениях, лаская друг друга. 
 Затихнув, их ласковость заобладала обоими. Переплетая руки и ноги, путая волосы и голоса. Нежные похлопывания, горячие губы. Неожиданные шлепки и пощипывания. Громкие звуки поцелуев. Охи и выдохи. Громкий хохот и тихое хихиканье, проскакивали сквозь ночные звуки комнаты.
По другую сторону огромных дубовых дверей, слышались тихие посапывания и вздохи.  Миниатюрная и стройная, одета в зеленую униформу с белым передничком,  она, стояла, согнувшись, оттопырив попку, заглядывая в замочную скважину. Ее правая рука, была под платьем у груди. Левая, зажата между ног, в маленьких розовых трусиках. Прищуренные глаза не отрывались от светящегося отверстия двери. Влажные пухлые губы приоткрыты, из  груди выходит глухое глубокое дыхание. Она прогибается в спине, и медленно двигает узкими бедрами. Причмокивает, сладко облизывается, ускоряя движения ягодицами. 
Вдруг, звуки ливня, заглушает сильный грохот небес, в унисон с фееричными криками трех голосов. Ликует пространство! Ликуют тела, потрясенные диким оргазмом! 
В большом старом доме все стихло. Лишь угли мерцают в темноте, будто танцуя под звуки шепчущего дождя.
Лавры на двоих.
Она шла по широкому пустому коридору. Высокая и  стройная. Ее упругие ягодицы, красиво двигались в спортивном костюме для аэробики. На затылке, собран плотный густой пучок каштановых волос. Голову опоясывает широкая спортивная повязка. Ее уверенная походка, говорит о красоте не только тела, но и духа.
Она, свободным жестом руки, отворяет широкую стеклянную дверь, и свет солнца, выливается на пол коридора. В сияющем зале с тренажерами, у окна, стоит он. Высокий молодой человек, с широкой спиной. Расставив сильные ноги, держит перед собой в руках огромную гирю.  Она мягко подходит к нему, шепчет на ухо, и на плечи набрасывает пушистое, изумрудное полотенце. Он, слегка повернув голову, чмокает ее в шею. Шумно поставив снаряд, обтирает влажное мускулистое тело и с прищуром улыбается ей. 
Она стягивает свой костюм и прыгает на мат, падая плашмя  на него животом.
Он бросается на нее, в упор на свои руки. Удерживаясь, раздвигает ее плотные ягодицы и рывком входит в тугое влажное лоно. Она кричит, выгибая спину, и подхватывает его движения. На холодном  спортивном мате, идет тренировка страстей. Здесь выносливость, сильнее чувств. Они горячие и потные. Сильные и красивые. В гонке за главным призом приходят к финишу - одновременно.  Лавры на двоих!
В огромном зале с тренажерами, сегодня выходной.
Солнечные лучи захватили свободное пространство, согревая металл и испаряя запах пота.
В стожке.
Влажная земля парила, нагреваясь утренним Солнцем. Она медленно шла по грунтовой дороге, босая. Ситцевый сарафан развивался, подхваченный легким ветерком. Над золотистой рожью со звоном летали неугомонные жаворонки. 
Она, разглядывая окрестности, и тихо мурлыкала себе под нос, непонятную песню. 
Внезапно, ее остановил чей - то свист. Она обернулась.  Из леса мчал всадник на красном коне. Длинная грива жеребца развивалась, закрывая лицо седока. Влажная земля, комьями, летела из-под копыт великолепного, грациозного животного. Поравнявшись, конь поднялся в дыбы и резко остановился. Она охваченная энергией стремительного бега, отскочила в сторону. Конь раздувал ноздри и громко фыркал, танцуя по кругу. 
- Марту на поле выгнала? - спросил наездник, крепко удерживая повод, загорелыми жилистыми руками.
- Пасётся уже! - С мягкой улыбкой ответила она.
Он спрыгнул с коня и отпустил его. Жеребец тряхнул огромной головой, как бы освобождаясь, и медленно побрел по полю. Губы коня захватывали пучок травы, и, зажав зубами, дергали ее.
Парень и девушка, сейчас стояли посреди дороги и целовались. Он теребил подол ее платья, а она обнимала его «медную» спину. 
Неожиданно, он поднял ее на руки, и понес, присвистывая, к небольшому стожку сена.  Она покорно уложила голову на плечи, свесила руки и закрыла глаза. Он бережно посадил ее в стог, разгреб чуть влажное сено и нежно толкнул ее в ямку.
Она скатилась и захохотала. Он прыгнул на нее, и начал покрывать страстными поцелуями. Она бросалась в него сухой травой, и хихикала. Он присел на коленки, и стал очень быстро закапываться сеном.  
Солнце нагревало травы, испаряя росу и высвобождая луговые ароматы. Жужжали шмели, над цветами парили бабочки. В воздухе носились мухи  и стрекотали кузнечики.
Из стожка доносились непонятные звуки. Можно было заметить, лишь торчащие из сухой травы чумазые стопы ног, и волнообразное движение сена. 
Конь, стоял с обратной стороны копны, жевал пахучую золотистую траву, изредка дергал задней ногой и обмахивался рыжим хвостом. Гармония царила повсюду. Она парила в облаках, шуршала рожью. Звенела лесным ручьем, под тенью дубовой рощи.
 

Часть 3

На диком пляже.
Надвигался шторм. На горизонте, свинцовое небо спускалось в изумрудные воды моря. Над обрывистым терракотовым берегом, с криками носились чайки. У кромки воды было пустынно. 
Там, где волны меняют свой цвет, слышны громкие голоса. Плеск воды и смех, постепенно приближаются к берегу. Мужчина и женщина играют в воде, как малые дети. Их поведение выдает полное доверие друг к другу. 
Они вышли из обнимающих волн и побежали под утес. Он поднял с земли два полотенца. Одно набросил на нее, другим стал обтираться сам.
Она принялась  вытирать ему грудь, затем стала плотно прижимать полотенце к плавкам. Он перемахнул свое полотенце ей на спину, и с нежность начал собирать им капли. 
Под его плавками, вырастало нечто горячее и крепкое. Она, бросив под ноги влажную махровую ткань, опустилась коленками на теплый белый песок. Он покрыл ее голову полотенцем и замер. Она с трудом стягивала мокрые плавки, при этом глубоко вздыхала, приоткрыв рот. Горячий и крепкий орган отпружинил от паха, и коснулся ее пухлых губ. Она неистово захватила его влажным ртом. Сладко посасывала и играла язычком по горячей плоти. Он пыхтел как огромный зверь с добычей. Резко вздыхал, подергивал бедрами, и теребил на ее голове мокрое полотенце. Вдруг, сильный и мужественный, он задрожал всем телом, подогнув колени. Обнял ее плечи, и закричал во весь берег. Она отпрянула, и на свободу вырвался перламутровый «кипящий крик». 
На пустынном диком пляже бешено плескали волны. Они силой загребали в себя белый песок, беспощадно таща его, в изумрудную бездну моря.
Следы влюбленных поглотила пучина, и лишь забытая соломенная шляпка, одиноко колышется, на белой, выжженной Солнцем коряге.
Стратегии не точны.
В подвальном помещении, в полумраке, было душно и тепло. Под огромной лампой посреди пустых стен, стоял большой стол. На нем, животом и грудью лежала молодая женщина. Ее ноги свисали от бедер, образуя прямой угол, и не доставали до пола. Она была одета в военную полевую форму. Головной убор лежал на краю стола. По другую сторону, стоял высокий и красивый офицер. Он внимательно наблюдал за тем, как его подчиненная, работает с картой. 
Неожиданно, она вздернула голову, выгнула спину, прищурила глаза и сказала:
- Все, надоело! Через час, мои ноги забудут, как ходить! 
Она сползла со стола и начала разминаться. Ее заиндевевшее тело, будто дремало. 
Он, выпрямился, поправил портупею и начал ходить вдоль стены. Не обращая на нее, никакого внимания. 
- Сержант, приступайте! - твердо приказал офицер.
Она вздохнула и забралась на стол, приняв прежнюю позу. 
Он нагнулся над картой, и стал указывать ее ошибки, поясняя, что эта стратегия не верна, и может привести к потерям. Она, как бы случайно дотронулась до его кисти. При этом притворно скривилась и сказала, что не понимает своей ошибки. Он перешел на ее сторону и стал пояснять позиции. Они были рядом. Она улавливала его запах и нарочно дотрагивалась локтем. Когда он перехватил ее руку, пытаясь взять циркуль, она нежно провела своими пальцами по его запястью. Он неожиданно сжал ей кисть, посмотрел в глаза и спросил:
- Чего Вы добиваетесь, сержант? 
Она притворно улыбнулась и сказала:
- Кто? Я? Товарищ капитан, как вы можете? - при  этом нехотя выдергивала свою руку, из крепкой ладони.
Он отпустил ее, и тут – же, схватил за плечи. Крепко прижав к себе, начал нервно ее раздевать.
Она от шока, даже не дернулась. Мысли ее остановились в пространстве. Повиснув в его объятиях, она поддавалась всему, что он сейчас творил. 
- Ах, ты дрянная девчонка. Добилась притворщица, - бурчал он себе под нос.
С каждой минутой они входили в безумство страстей. Она уже стягивала с него одежды, при этом целуя и покусывая его горячую кожу. Он как сумасшедший трепал ее, облизывал, щепал и нежил.
Когда нагота открыла свои прелести, он положил ее на стол животом, шлепнул по попе, и громко сказал:
- Ваши стратегии сержант, не точны, в сравнении с моей тактикой!
И начал сильно кусать, ее плотные прохладные ягодицы. Она извивалась, кричала, комкая под собой стратегические планы. Он, посмаковав ее соки, мягко и неторопливо проник в ее тылы откровения.  Они крикнули в один голос, от обжигающих ощущений, и задвигались в унисон.
Сладкие чувства уносили их в неизведанные миры. Время остановилось. Здесь не было влажного душного помещения. Здесь не было холодных ободранных стен, и даже тактика была нарушена. Они сейчас парили в открытом Космосе, в безумной медовой неге! Они - наслаждались. 
Наверху, выше цокольного этажа, на плацу, шла вечерняя поверка. С темного неба  медленно летел мохнатый снег. Все вокруг покрывалось серебристой белизной и переливалось в свете ночных фонарей. 
Возведены стратегия и тактика. Мир! Жизнь продолжается. 
«Бывший».
В дверь позвонили. Она открыла. На пороге стоял «бывший». 
- Я побуду у тебя? - робко спросил он, опустив голову.
- Проходи, - ответила она тихо, сделав жест рукой.
- Ты ужинать будешь? 
- Не беспокойся, я ел.
- Я приготовлю, и ты сам придешь на запах. Забыл, наверное, вкус хорошей еды? Сардельки да макароны.
- Угу. Я можно в душ?
- Полотенце в шкафу, намылишься без мочалки. Извини, не подготовилась.
Пока она возилась на кухне, он был под душем.
Затем они поужинали легким овощным салатом, пикантным сыром,  а к чаю был лимонный кекс.
За столом они не говорили. Не о чем было.
Она, в их союзе, была доверчива и открыта. Он всегда был лжецом и «тихоней».
Теперь, они чужие люди.
- Я на диван, можно?
- Отдыхай.
Он ушел в комнату, а она стала убирать со стола.
Пока она мыла посуду, он разделся и принялся фантазировать, закрыв глаза. Она неслышно вошла, и оторопела. Он лежал обнаженный и теребил свой тютюн. Она, молча, наблюдала, пока он ее не почувствовал. Открыл глаза, и заелозил на диване, натягивая на себя покрывало.
- Ничего не изменилось, - хмыкнув с пренебрежением, она вышла.
Он вдогонку начал извиняться и оправдываться. Звал ее к себе и вздыхал.
Но она уже стояла под теплыми струями воды в душе.
Сейчас он лежал и смотрел в потолок. Даже сегодня он не задумался: «Почему так»? На потолке играли свет и тени он ночного бра. 
В пустоту его безмыслия, вдруг ворвались звуки ее наслаждения. Она громко и протяжно вскрикивала. Им чуть не овладело отчаяние, за бесчувственность и эгоизм. Он знал, как сейчас струи воды ласкают ее горячее лоно. Его руки уже трепали вялый конец, а фантазии уносились в ванную комнату. Она поддалась инстинкту, который горячей пульсацией заиграл при виде обнаженного мужчины. Два года прошло с их расставания, и с того времени, у нее ни кого не было. Он быстро и вяло брызнул, вздохнул и начал шарить под подушкой. Раньше, там всегда, «на случай», лежало маленькое полотенце. Сейчас, его там не оказалось. Он вскочил, и согнувшись, побежал в туалетную комнату. Где обтерся мягкой бумагой и помочился. Они вышли одновременно. Он, опустив взор. Она улыбаясь:
- Ну, ну… 
Разошлись по разным комнатам в ночь. Она спала сладко. А он?  Он тоже. 
Утро разбудило ее звуком открывающегося замка.
Она вышла в коридор. Босая, в коротенькой  белой маячке и маленьких оранжевых трусиках. Он, оглядывая ее, сладко облизнулся.
- Я пошел. Спасибо тебе.
- Приходил зачем? А! Не важно. 
Она закрыла за ним дверь. Ненадолго задумалась, и пошла делать гимнастику.
Однажды…  
После бара в третьем часу ночи, вся толпа завалилась к Н. домой.
Один из гостей сварил кофе. На маленькой уютной кухне курили и неспешно беседовали. Когда ранее утро и дым,  начали закрывать глаза, гости разбрелись по квартире. Одна парочка, заперлась в ванной комнате. Они познакомились сегодня, на танцполе. Он молодой курсант, а она, уже побывала замужем. Весь вечер они переглядывались и шептались. Поймав момент,  они быстро юркнули в незанятое помещение.
Она коснулась его лица, он наклонился и стал нежно обцеловывать ее. Она играючи увертывалась и щипала его. Он усадил ее на край ванны, стянул легкие брюки и трусики. Припал к паху. Долго и бережно водил губами по гладкому лобку и играл пальцами между бедер.
Она подсунула под попу полотенце, ухватилась за сушилку одной рукой, а другой, начала перебирать жесткие волосы на его голове. Целуя ему макушку, она неожиданно вздрогнула. Сладкая нега поплыла по всему телу. Он пухлыми губами посасывал ее шелковистые губки. От них пряно пахло, и нектар стекал ему на язык. Он периодично глубоко вздыхал и тихо посапывал от медового смакования. Она, расставив ноги, то подавалась ему навстречу, то отстранялась. Он крепко схватил ее за бедра, и языком, проникнув в сладкое лоно, задвигал им. Она зажимала вырывающийся голос изнеможения. Он нежно обнял ртом маленький пестик любви и безумно смачно его засосал. Она встрепенулась. Выпустила громкий крик страсти в пространство узких стен. Он поднял ее и с неистовством вошел в кипящую лаву безумного оргазма. Фрикция…вторая…и его стон наполнил гулом чугунную емкость. 
Через пару минут, за дверью, послышался шепот и смешки. Но разгоряченным безумным телам, не было до этого дела. Они  уже стояли  под теплым душем. Ласкались и целовались.  
Утро позднее, их распрощало. Они встретилась, лишь однажды. 
Пипеточка.
Они познакомились у общего приятеля. Она с подругой пришла глубокой ночью, попить кофейку. Девушки весь вечер танцевали в клубе. У друга по выходным всегда можно было тихо посидеть и побеседовать о жизни. 
Она соблазнила женатика в темной кухне, на перекуре. Полночи липла к нему со своими нежностями, на которые он не реагировал. А на кухне в уединении, уселась к нему на коленки.  Он и не выдержал. Задрал ей блузку и со страстью вцепился ртом в большие розовые соски.
В начале, она не реагировала, а затем неожиданно, оказалась во власти необыкновенного сладкого оргазма. «О, Боги! Что это было? Есть ли этому объяснение»? Ее мысли путались с ощущениями, она откинулась на его плечо и долго мурлыкала от нежных прикосновений. 
Очнувшись, она приставала к нему с вопросом, как он это сделал. Он был серьезен, как и до этого. 
Этот вечер сделал их любовниками. Для нее было не свойственно, заводить отношения с женатыми мужчинами. В придачу он был лысоват и старше ее, лет на пятнадцать. Какой кошмар! Здесь сыграли роль, убеждения друга, что якобы они разводятся, отношения на грани, и живут раздельно. Хорошо. Только дура, может отказаться от такого любовника. Эгей! 
Сегодня, они встретились на квартире у товарища, который отбыл с семьей в отпуск. Оставил ключ. Она вся «напудрилась», и выглядела как начищенный гривенник. Он встретил ее спокойно, как в порядке вещей. Провел в комнату, предложил присесть, и кофе. Она подвинулась к стенке разложенного дивана, и вытянула босые ножки.
Он принес ароматный парящий кофе. Запах напитка наполнил небольшую, залитую Солнцем комнату. 
Открыт балкон, слышны звонкие голоса детей. 
Они пьют кофе. Молча. Он сидит на полу у дивана.  
Отставив кружечку, он берет в руки ее стопы, и начинает целовать. Нежно, чуть касаясь губами. Она обмирает. Это ее сокровенное место, это ее оголенные нервы. Кружка, поставлена на подлокотник дивана. Руки расслабленны вдоль тела. Она отдалась необыкновенным, чарующим сознание, ощущениям. Его гипнотические чары повергли ее. Прибывая в неге, она неожиданно ощутила горячесть живота. Куни. Искрой блеснуло  сознание. От щекотания приближалась пульсация. Мгновение! Ступор! Экстаз! 
Ее тело неудержимо забилось всем существом. Он отпрянул, и облизываясь, наблюдал, как она млеет от оргастической разрядки, выгибаясь, прерывисто дыша. 
Она немного полежала, поднялась с дивана и, возмущаясь, стала ходить по комнате. Волосы разлохмачены, надета лишь блузка, чуть прикрывающая пухлую попку. Она не понимала, почему он, оставил себя без удовольствия. А он, молча, сидя на диване, попивал остывший кофе.
Прекратив бесполезные расспросы, она стала к нему подкрадываться как кошечка, наблюдающая за птичкой. Он стал бурчать и сопротивляться ее ласкам. Она нежностью заставила его замолчать и продолжала целовать, всего, всего. Руки ее начали стягивать ему брюки. Он стал удерживать их. Она поднялась над ним. Серьезно взглянула и оттолкнула препятствие. Лаская его плотные бедра, она поцелуями дошла до …, и …?
«Такое бывает?» - пролетела мысль. Миг. Он не заподозрил. Торчала пипеточка, розовая и тверденькая. Она облизала ее, и смачно посасывая, вызвала вязкое и тягучее содержимое. Оно брызнуло ей на язык, пикантным вкусом. Она плюнула «секрет» наружу. Ему на живот. Он онемелый и глухой, лежал без чувств. Его небольшая, бледная грудь, колыхалась как море. 
Она глянула на него, не понимая, что это было, и прилегла рядом.  
- Не дуйся, я всегда тихий, – негромко сказал он, понимая, что происходит. 
Затем, целую половину лета, они баловали друг друга необыкновенными оргазмами. Не смотря на размеры и предпочтения. Гармония чувств и желаний, преобладала в их отношениях. Все резко закончилось, когда он абсолютно неожиданно, сделал ей «Предложение руки и сердца».
 Да! Ну и что? Такое тоже бывает.