Эсмеральда. Путь судьбы.

Когда-то...

Эсмеральда с бабушкой жила в самой чаще волшебного леса. До поселений людей тут было неизмеримо далеко в любую сторону. А неизмеримо, потому что никто и не старался мерить. Нет, люди-то приходили к бабушке, когда им уж совсем плохо было. Она лечила их травами и светом зеленых глаз. Они расплачивались снедью. А вот бабушка с девочкой далеко от своей избушки не уходили.
У Эсми глаза были такие же. И травы, что собирала бабушка, она тоже запомнила годам к десяти. Но больше всего она любила сидеть на полянке в лесу и играть с лесными духами.
Когда ей исполнилось шестнадцать лет, их с бабушкой позвали в местное селение. Эпидемия у них началась, совсем худо жителям было. Бабушка собрала в корзину травы и отвары всякие, взяла камни, собранные у ручья, где жили сиды и, выслушав как причитают фейри и лесные духи, с грустью сказала:
- Мы не можем отказать в помощи, когда нас просят.

Несколько дней и ночей Эсми и ее бабушка боролись с болезнью. И когда, в одно прекрасное утро, все стало тихо в поселении. Люди больше не причитали от болезней и смертей близких людей. Бабушка стала устало собираться в обратный путь. Но (всегда есть место "но") на пороге появился инквизитор и обвинил и Эсмеральду, и ее бабушку в колдовстве. Они были брошены в темницу ожидать суда и расправы. И долго им ждать не пришлось. Вскоре они были осуждены на костер.
На площади собрался вылеченный ими народ и громко шептался, что это девчонка напустила мор на них, чтобы потом лечить и получить за это вознаграждение.
У Эсми из глаз потекли слезы от такой несправедливости. Она стояла босыми ногами на соломе и смотрела как языки пламени уже подбираются к ней.
В тот же момент в холмах закричала банши и весь люд повернул головы в ту сторону. Когда они посмотрели вновь на костер, пылающий высоко над площадью, ни бабушки, ни девочки в огне не было.
Гул пронесся над площадью. Все крестились и кивали своим мыслям...

Эсми шла за высоким мужчиной след в след. Он так велел. Молчать и не отставать. Он нес ее обессилившую бабушку с опалёнными ногами. А Эсмеральда почти бежала вслед за ними и рассматривала, охотника на нечисть, она знала, как они выглядят. В пабе у Эдны она видела их частенько. Свои арбалеты, что сейчас висел на спине у мужчины, они сдавали эльфу при входе. Она рассматривала это страшное оружие и даже, иногда, трогала. Тогда перед глазами проносились видения убитых существ. Страшных, с искаженными лицами и мордами. Но так как она многих этих существ и сама боялась, то не очень беспокоилась.
И вот сейчас она шла за таким охотником, который спас ее и бабушку. Со спины видны были только русые волосы до плеч, которые трепал ветер.
Эсмеральда, проходя мимо куста дрока, что-то шепнула и ветер стих.
Подойдя к дому, он ногой открыл дверь и пригнувшись вошел:
- Почему вы не запираете дом? Все в округе злятся на вас.
- Бабушка говорит, что нет злых людей, есть обиженные. Да и нет никого в округе, - Эсми пожала плечами. -Только лесные духи и фейри. Я дружу с ними. Ну кролики еще.
Охотник вздохнул, оглядел жилище и посадил бабушку на лавку.
- Ну, я думаю ты справишься с лечением. Я буду приглядывать за вами.
- Приглядывать?!- Эсми вскинула вверх длинные ресницы и посмотрела на охотника,- мы не сделали ничего плохого.
- Я знаю,- он отвел на мгновение взгляд-иначе бы я вас не спас. Я волнуюсь за вашу жизнь.
Охотник поспешно вышел. А Эсми стала поспешно толочь в ступке травы от ожогов. Бабушка, с волнением наблюдавшая за разговором внучки и незнакомца, повернулась к двери. В нее заглянул охотник:
- Дрейк. Меня зовут Дрейк.
И дверь со скрипом закрылась.

После Самайна

Утром вся трава покрылась инеем. Кутаясь в пушистый клетчатый платок, Эсмеральда шла вглубь леса, вспоминая вчерашнюю встречу. Замерев на мгновение, она снова прислушалась. Идущий сзади гном бубнил, что ей показалось. И даже если не показалось, то это проблемы скулящего существа. А морозить ноги в такую рань в первый день зимы — это не дело.
- У тебя же голова раскалывалась после ночи?! Вот и дыши прохладой.- она показала знаком, что бы он замер, и вновь прислушалась.
Поскуливание и вздохи были совсем рядом, потом покашливание и всполохи огня.
- Это дракон, я так и знал, что это дракон. А сегодня сэр Гарри должен прийти на обед-гном остановился и нахмурился.
- С каких это пор он "сэр"?!- рассмеялась Эсми, продираясь сквозь колючие ветки остролиста.
- Не знаю, — пробормотал гном запихивая в рот ягоды падуба,- он так велел его тебе представить. Мне так тоскливо, пошли обратно! Почему тебе всех надо спасать?!
- Прекрати есть ягоды, это от них тебе тоскливо.
Ведьма остановилась и смотрела сквозь ветки, как на поляне большой черный дракон выискивал что-то в траве. Он шумно втягивал в себя воздух и, видимо не найдя, выдувал его с шумом обратно, выжигая на поляне круг. Затем он переползал дальше и все повторялось.
- Смотри какой он опасный,- прошептал гном, который уже выплюнул ягоды и подполз к Эсмеральде-пойдем назад!
Эсми оттолкнула гнома, который вцепился в ее юбку, и вышла на поляну. Дракон поднял голову и замер. Он смотрел ведьме в глаза, и она слышала его мысли, обращенные к ней:
-- Ты ведь не причинишь мне зла? Я слышал о тебе, ты можешь излечить любую тварь из любого мира. Я не знаю, что со мной. Видимо, последняя злая ведьма, что я проглотил лет десять тому в северных землях, была насквозь пропитана ядом.
-- Ох уж эти северные земли, там столько зла и яда.- подумала Эсми.
-- Да-да-сказал уже вслух дракон- я Азантас
Гном нервно наблюдал за ведьмой и драконом и, не замечая, вновь объедал ветку падуба.
- Ты можешь лететь или идти? Я размещу тебя рядом со своим домом и подлечу, но это не быстро.- Она погладила морду дракона и повернувшись к гному, нахмурилась:

-Пошли обратно и выплюни эту гадость.
- Идите, я буду у твоего дома, когда ты вернешься.

Всю обратную дорогу гном ворчал, а Эсмеральда вспоминала вчерашний вечер в пабе. Надо кстати проведать лесного духа, поинтересоваться, как они справились с мороком. Она усмехнулась.
При выходе из падубовой рощи, она услышала чей-то разговор и, замерев, взяла за шкирку гнома и приложила к его губам палец. Гном замолчал, он знал, что когда Эсми в таком настроении, то лучше не спорить, наложит заклятье молчания и будешь всю жизнь только в мыслях болтать. А как тогда ворчать. Его диалог продолжался в мыслях, что мешало ведьме сосредоточиться. Она погладила его по голове и посадила на заросшие плющом корни падуба. Гном, сладко причмокивая, спал.
Эсмеральда раздвинула ветки и рассматривала мужчину в идеально сидевшем костюме мага средней руки, с черными волнистыми волосами, идеально уложенными под шляпой и аккуратно подстриженной бородкой. Он ходил вокруг черного дракона, что неподвижно лежал у входа в дом Эсми, и что-то нудно говорил. Периодически он нагибался и белоснежным кружевным платком вытирал росу с кончика черных кожаных сапог. При этом его манжеты из венецианских кружев, касались травы, что видимо выводило его из себя и он вновь начинал свою речь, обращенную к дракону.
Эсми сморщила нос, вздохнула и натянув улыбку, вышла на поляну.

Дрейк

Дрейк сидел у костра и задумчиво ворошил веткой падуба угли. Он вспоминал каждую встречу с Эсми. Меж ними всегда летели искры. Возможно, что разговор начинать надо с другого. Но работа накладывает свой отпечаток... Зная Эсмеральду с детства, он привык говорить с ней в повелительном тоне. Глаза. Какие прекрасные у нее глаза. Увидев их однажды, невозможно забыть. Впервые он встретил ее совсем маленькой девочкой. Она играла с кроликами на поляне, а Дрейк, укушенный болотным троллем, выполз из зарослей дрока и потерял сознание. Когда он очнулся, был укрыт теплым пледом, а сверху на него смотрели зеленые глаза. Когда он хотел что-то спросить, она приложила ладошку к его губам и погладила по голове. Он опять провалился в сон. В следующий раз Дрейк проснулся без жара, без боли, без дрожи во всем теле от яда тролля - он был здоров, а девочки рядом не было.
Когда он вытаскивал из костра ее и бабушку, Эсми его не узнала. Он поразился этому факту и сначала думал, что юная ведьма притворяется. Отсюда задался этот подозрительный тон и напряжение между ними. Наверное. А святую воду он никогда ей не подливал. Он подливал ей эликсир горной ведьмы от отравителей. Тот, что пил сам. Он знал, как ненавидят ее за отзывчивость и способность исцелить взглядом, руками, отваром из трав.
Дрейк со злости бросил палку в костер. Надо поговорить с ней. Нормально. Без подколов, намеков и шуток. Затушив костер он пошел к дому Эсмеральды.
У входа спал больной дракон. Дрейк прислушался к дыханию и хрипам, посмотрел чешую с мутным налетом, высунутый язык и сухой нос. Покачав головой, достал свой эликсир.
Дракон приоткрыл один глаз. Моргнул и поднял голову:
- Дрейк, дружище, как ты вовремя. У тебя был эликсир...
Охотник протянул ему бутылек. Дракон в одно мгновенье опустошил его.
- Что за гном с тобой?
Азантас приподнял хвост, на котором повис спящий гном. И удивленно посмотрел на Дрейка.
- Он же в дом шел. Это помощник Эсми. Он перенервничал, объелся ягод падуба и заснул. Видимо. Оооо, кстати, в доме весьма преинтересный экземпляр поедает жаркое ведьмы. Она сверкает глазами, как дракониха, и гремит посудой, как когда-то гремела Эдна. Я б его сжег, если бы она намекнула. Но, кажется, она и сама справится.
- Кто там? Мне приготовить арбалет?
- Гарри Уилсон. Помнишь мы охотились за мелким пакостником, что изводил скот у бедных крестьян? Он тогда только окончил академию и тренировался, на самых безобидных, кто не может ответить. Так вот он вырос, но не изменился. Мелкие пакостники, вырастая становятся подлецами, Дрейк. Он что-то хочет от нашей Эсми, и добром это не кончится. В конце концов вызовут тебя на расследование.
Дрейк, не дослушав, вошел в дом.