Фатум

Глава 1. Неожиданное сотрудничество

Солнце уходило за горизонт, закат заливал каменные улицы города багряным светом, ветер нес соленый морской запах с пристани, а уставшие рыбаки медленно брели в таверну после тяжелого рабочего дня. Типичный вечер для бедных улиц вольного мегаполиса Кримэ́ин: куртизанки зазывают клиентов, воры и убийцы прячутся в темных закоулках.

«Отвратительное место», – подумала Зе́льма. Скрестив руки на груди, она наблюдала за входом в харчевню. Если бы не обстоятельства, то она в жизни не побывала бы в подобном месте. К ней со спины подошел мужчина с темной повязкой, закрывающей правый глаз. Его короткие ярко-рыжие волосы напоминали пламя на вечернем свету. Он уставился на Зельму единственным зеленым глазом в ожидании.

– Продолжим стоять и смотреть или зайдем внутрь? – Спросил её новоиспеченный напарник.

– Ты уверен, что они здесь?

– Уже поздно сомневаться, – взгляд мужчины остановился на лице девушки. – Может, снимешь эту тряпку? Привлекаешь много внимания.

– Нет, – твердо ответила Зельма, – волхвы-жрицы никогда не снимают вуаль при посторонних.

Мужчина пожал плечами и замолчал. Его звали Билли Зоркий глаз – наемник, который охотился за преступниками. На этот раз ему выпал хороший заказ за неплохую сумму. Многие уже успели его принять и начать охоту, но у Билли появилась помощница, которой не нужны деньги за помощь в поимке его цели.

Их с Зельмой свели странные обстоятельства: он ищет одну преступницу, а она другую. Они получали сведения о своих жертвах у одного информатора, он познакомил их за сутки до засады, в которой они сейчас находятся. Преступницы не были знакомы, но по стечению обстоятельств остановились в одном месте. Решив, что вдвоем легче справиться, жрица и наемник заключили соглашение помочь друг другу.

«Хватит рассиживаться», – мужчина накинул капюшон. Темно-синий плащ прикрывал его одежду, которая была сделана полностью из черной кожи. Он пошел в сторону харчевни, не дожидаясь ответа спутницы. Зельма последовала за ним. Белая полупрозрачная вуаль полностью закрывала её лицо, было видно лишь небольшую часть бледного подбородка. Решив, что она и правда привлекает много лишних взглядов, Зельма тоже накинула мантию на голову, хотя на фоне Зоркого глаза она всё равно выделялась в своем сером одеянии.

Как только они вошли в захудалую харчевню, в нос ударила смесь перегара и жареной рыбы. Было удивительно, как здание ещё стояло. В каких-то местах были старые и просевшие доски или вообще гнилые. Посетители харчевни кричали, пели песни и очищали желудок прямо под стол. От этого вида Зельма брезгливо поморщилась, а Билли спокойно подошел к старой потрепанной барной стойке. Жрица последовала за ним. Пытаясь получше прикрыть вуаль, она сильнее натянула капюшон мантии на голову.

– Здравствуйте, уважаемые, чего желаете? – Бармен обратился к странной парочке, протирая пивную кружку.

– Здравствуй, мы ищем кое-кого, – Билли кинул несколько монеток на стойку. – Между этим можно и выпить. Налей мне кружечку эля.

– Кого разыскиваете, уважаемый? – Бармен ловко подал напиток.

– Не останавливалась ли здесь гномиха? Ходит с двумя хвостами на голове, как дитя малое.

– А волосы золотистые?

– Да.

– Таких у нас не видел, но деньги помогают мне освежить память.

Недовольно вздохнув, Билли кинул ещё пару монет на стойку.

– Кажется, вспомнил. Кто-то похожий сидел на втором этаже.

– Моя знакомая тоже кое-кого разыскивает, – Зоркий глаз довольно ухмыльнулся и кивнул в сторону Зельмы.

– Помогу, чем смогу, если дама закажет выпить, – бармен сразу начал наливать эль, не дожидаясь ответа жрицы.

– Девушка, молодая, карие глаза, – кинув монетки на стойку, она продолжила. – Длинные каштановые волосы, заплетены в косу.

– У нас таких пруд пруди, поконкретнее, уважаемая.

– Носила кожаный плащ темно-кровавого цвета, – Зельма сразу подкинула ещё пару монет. – Родинка под левым глазом и на правой стороне подбородка.

Бармен глубоко ушел в свои мысли, пытаясь вспомнить подобных посетителей. «Неужели её здесь нет?» – Тревожно промелькнуло в голове Зельмы.

– Точно не скажу, – наконец заговорил мужчина, – похожую девушку видел. Сидит в дальнем углу, – бармен кивнул ей, указывая направление и пошел обслуживать следующих клиентов.

Зельма не притронулась к своему напитку, она ждала, пока наемник допьет эль. Когда мужчина закончил, они начали обсуждать план действий:

– Я пойду на второй этаж и загоню девчонку вниз, а ты в это время найдешь свою. Окружим их и повяжем.

– Нет, я убью её на месте.

– Если так хочешь от неё избавиться, то делай это после того, как мы их поймаем.

– Нет.

– Дело твое, – он раздраженно потер пальцами переносицу. – Не думаю, что хозяин скажет тебе спасибо.

– С ним я сумею договориться.

Билли не хотел тратить нервы на жрицу, в любом случае он легко поймает девчонку, но вдвоем всё равно больше шансов. Наемник считал, что это плевое дело – схватить наивную мелкую гномиху. Зоркий глаз направился на второй этаж, Зельма же пошла к дальнему углу, вглядываясь в лица посетителей. Некоторые выпивохи, приметив её вуаль, вульгарно присвистывали ей в след. Она старалась не замечать этот сброд, решительно ища свою цель.

Пройдя через пару рядов орущих грязных пьяниц, Зельма наконец нашла её. Вместо длинной косы у девушки были волосы чуть выше плеч: короткие и вьющиеся, напоминающие гриву льва. Девушка сидела и пересчитывала деньги. Почувствовав, что за ней наблюдают, она подняла голову. Увидев знакомую белую вуаль, с тремя вышитыми переплетающимися ромбами, она резко вскочила и взяла свой посох.

– Помимо того, что ты ослушалась приказа волхвы, убила человека, так ещё решила опозориться, отрезав волосы? – С призрением в голосе Зельма подошла к столу.

– Дерьмо. – Девушка сгребла монеты в карман и приготовилась к бою.

***

Ступая по скрипящей лестнице, Билли поднялся на второй этаж харчевни. Наверху располагались жилые комнаты, поэтому было мало столов. Ему не пришлось долго искать, он сразу заметил гномиху за одним из них, молодая девчушка сидела недалеко от лестницы. Гномы, в отличие от дворфов и полуросликов, были не такими крупными и имели заостренные уши, подобно эльфам.

Глава 2. Где деньги, Бримор? Где деньги?

Ко́лльбейн раздраженно шел по коридору, направляясь к кабинету начальства. На крайний случай дворф прихватил с собой свою верную секиру. Его мускулистое тело было облачено в доспех из поношенной грубой шкуры. Из-за того, что он копил деньги, ему пришлось экономить даже на броне, зато в драке шкура и кожа не стесняли движения.

Глава гильдии ремесленников обещал выплачивать ему кучу золота за работу, но вот прошло три с половиной месяца, а денег так и нет. Хоть Ко́лльбейн и не был гением в кузнечном деле, но ремесленники из дворфийских крепостей всегда ценились по всему Арка́ну, поэтому начальник пытался его удержать.

Свет из окон попадал на темно-рыжие волосы дворфа, придавая им медный оттенок. Пряди были неаккуратно забраны в короткий хвостик, но борода была заботливо расчесана и украшена заплетенной по середине косичкой, которая была скреплена серебряной заколкой. Лучи солнца подчеркивали его ореховые глаза, как и ребристый шрам, который проходил через левый глаз дворфа.

Дойдя до конца коридора к кабинету, Ко́лльбейн увидел у двери двух стражников в железных кирасах. Пытаясь не уснуть на посту, они опирались на свои алебарды, еле держа глаза открытыми. Как только эти двое заметили дворфа, то сразу встрепенулись. «Сейчас к Господину Бри́мору нельзя», – с преувеличенной серьезностью произнес один из них. Не обратив на него внимания, Колльбейн выбил дверь ногой, зайдя в кабинет с возмущенным криком: «Бримор, скотина, где мои деньги?!».

В кабинете всё было роскошно, показывая, насколько богат хозяин и насколько он хочет походить на дворян. Множество позолоченных украшений и дорогих редких книг, которые глава гильдии ни разу не читал. Кресла и диваны, обитые дорогой кожей, и мягкая шкура на полу. Начальник Колльбейна, уж очень тучный мужчина, сидел в нелепом дорогом костюме, как обычно за своим большим письменным столом. Его залысина отражала вечерний свет, шедший из открытого окна кабинета.

Напротив Бримора стоял мужчина. У него были красивые волнистые темно-каштановые волосы, которые струились чуть ниже плеч. И небольшая ухоженная бородка с закрученными усами. Глаза мужчины будто переливались блестящим золотом. У людей никогда не было таких зрачков – это означало, что в нем есть примесь эльфийской крови. На золотом полуэльфе была белоснежная рубаха, поверх которой надет прекрасный пурпурный жилет. Закрученные спиралью узоры, вышитые на нём, поблескивали от слабого вечернего света. Такой наряд отлично смотрелся на фоне коричнево-бронзовой кожи мужчины. «Видимо, клиент», – подумал дворф. Начальник и его гость ошарашенно уставились на Колльбейна.

В комнату за дворфом вбежала охрана. Пока один объяснялся перед начальством, второй попытался вывести Колльбейна, но тот с легкостью оттолкнул его. Бримор спокойно махнул рукой, показывая стражникам не трогать дворфа. Они оба встали у двери в ожидании указаний. Мужчина, что стоял напротив стола, предложил отложить их с Бримором разговор из-за неожиданно влетевших обстоятельств в лице Колльбейна. Но тот уверил своего гостя, что ничего серьезного не происходит, они продолжат, как только он всё уладит.

– На этот раз я спущу тебе грубость, – Бримор снисходительно посмотрел на дворфа. – Что стряслось?

– Не расслышал? Где деньги? – Угрожающе произнес Колльбейн.

– Ты получил их в прошлом месяце.

– Тридцать золотых, а должен был три сотни!

– Я же тебе объяснял, – пробормотал мужчина гнусавым голосом, – через месяц тебе выплатят обещанную сумму.

– Два месяца назад ты говорил так же. И месяц назад тоже.

– Потерпи немного, а теперь ступай. У меня ещё де…

– Нет денег – нет работника.

– Ты не можешь уйти. Ты один из лучших кузнецов! – Бримор возмущенно ударил пухлым кулаком по столу.

– Тогда плати как подобает.

– Подниму на пятнадцать золотых.

– Нет, – твердо ответил дворф, – триста золотых в месяц.

– Пятнадцать сверху и точка.

– Тогда я ухожу! – Только Колльбейн развернулся к двери, как охранники перекрыли выход скрещенными алебардами.

– Дворф, которого лишили клана, кому ты нужен? – Бримор злобно ухмыльнулся, – я приютил тебя, дал тебе кров.

– Я не собираюсь выслушивать эту ересь!

– А я не отпущу свою золотую жилу просто так! Не хочешь по-хорошему – будет по-плохому, – щелкнув пальцами, он отдал приказ страже.

Колльбейн покраснел от злости, набухшая вена проступила на его лбу. Мало того, что его развели на деньги, так ещё и этот наглец смеет ему угрожать! Рассвирепев, он пнул одного из стражников в ногу. Тот упал на пол, прокатившись по дорогой бурой шкуре. Бримор приподнялся с кресла и начал кричать остальной свите, чтобы те примчались на помощь. В это время его гость прижался к стене возле окна.

Второй стражник замахнулся алебардой, но дворф проскользнул под ним. Встав позади охранника, Колльбейн свалил того с ног, как и первого. Стражник упал и дворф вырубил его деревянной рукоятью секиры. Первый охранник решил, что ему не так уж много платят и остался просто лежать на полу, надеясь, что дворф забыл про него.

Колльбейн же запрыгнул на письменный стол Бримора и схватил того за грудки. Он поднял кулак, целясь начальнику прямо в нос. Бримор отвернулся и зажмурился в ожидании удара, но их прервала остальная стража, прибывшая на крики главы.

Колльбейн не боялся хорошей драки, правда, на этот раз он признал, что находится в меньшинстве и замкнутое пространство ограничивает его движения. Он завертел головой в поисках отступления и увидел, что гость Бримора пытается вылезти через окно. Решив последовать его примеру, он напоследок вмазал бывшему начальнику кулаком по лицу. Нос Бримора хрустнул и из него брызнула кровь.

Увернувшись от новоприбывших стражников, Колльбейн выпрыгнул в окно за тем мужчиной. Одна часть охраны подбежала к окну посмотреть, куда побежали те двое. А остальные хотели помочь начальству, но тот в ответ лишь накричал на них, держась за разбитый нос: «Идиоты, за ним!».

Глава 3. Пути судьбы неисповедимы

Обычно жрецы, прибывая в новый город, стараются навестить храм своего божества. Так и Ру́виан не был исключением. Эльф целый день пытался найти святилище своей богини. Как на зло уже был вечер, поэтому пришлось отложить поиски.

Ру́виан хорошо ориентировался по картам, но всё время после прибытия плутал по улицам. «Неужели Госпожа Фарэ́я испытывает меня?» – Задумчиво размышлял эльф. Золотая госпожа Удача обычно выбирает себе в жрецы немного другой контингент, видимо, богиня разглядела в его сердце то, что не видят другие, да и он сам.

Кожа Рувиана была бледной и отдавала нежным голубоватым подтоном, как у большинства серебряных эльфов. Его короткие светлые слегка пепельные волосы прекрасно подчеркивали аристократическую бледность и острые эльфийские черты. А серебристые глаза переливались в вечернем свете, словно ртуть. Он стал жрецом Удачи совсем недавно и в честь этого проколол себе правое ухо, вставив в него серебряное кольцо, что для его личности было тем ещё бунтарством.

Летом всегда темнеет поздно, поэтому было ещё достаточно светло. Эльф удрученно шел по улицам города в поисках гостиницы. Рувиан привык жить в достатке, не нуждаясь в подсчете своих средств. Он жил на широкую ногу от западного побережья Бескрайнего моря до Кримэина, поэтому по прибытию в город у него почти ничего не осталось. Походив по достойным постоялым дворам и поспрашивав о стоимости ночлежки, ему пришлось уйти в нищие районы в надежде найти кров.

Выйдя в бедные районы, жрец бродил в поисках более-менее достойного трактира. Везде были захудалые домишки и мусор. Улица была до ужаса неухоженной и серой не только по виду, но и по атмосфере. Народу было мало, в основном редкие прохожие и попрошайки. Обычно Рувиан всегда оставлял таким бедолагам пару монет, но в этот раз ему самому не хватало на жизнь. Эльф совершенно не представлял, как стоит вести себя в подобном месте, особенно когда ты выделяешься ухоженным видом и дорогими доспехами.

Решив свериться с картой, Рувиан остановился на углу дома. Развернув карту с типичным для бумаги приятным шуршанием, он три минуты внимательно всматривался, ища хоть какие-то пометки-ориентиры таверн и гостиниц. Как только эльф оторвал взгляд от карты, кто-то схватил его сзади и прикрыл рот грязной рукой, а другой скрутил его правую руку за спину. К нему с боку подошел ещё один мужчина и схватил его за плечи, не давая выбраться. Они затащили Рувиана в переулок, повалили на землю, и мужчина убрал руку от его рта.

Как только ладонь освободила рот эльфа, жрец начал плеваться от осознания, где могла побывать эта мерзкая рука с грязными нестриженными ногтями. Рувиана стало слегка подташнивать от этих предположений. Его держали двое неухоженных бедняков со спутанными бородами, от которых шел легкий шлейф помоев. Перекрыв выход на улицу, перед ними встал низкий черноволосый дворф, одетый в лохмотья.

– Климгор, ты был прав. На этом железном и правда дорогая кольчуга! – Произнес один из похитителей. Сразу видно настрой этих бродяг, для серебряных эльфов было оскорблением, когда их называли железными.

– Давайте договоримся и разойдемся с миром. Хотите кольчугу? Я могу сделать вам подарок намного лучше – благословить на удачу, – уверенно произнес жрец.

– Удача. Ха! – Дворф расхохотался до такой степени, что ему пришлось вытереть подступившую слезинку. – Стащите с этого вельможи одежки, а его самого продадим на шкуру. И карманы не забудьте проверить!

Услышав приказ главного, те двое попытались снять со жреца его изысканный, начищенный до блеска доспех. Искусно сделанная эльфийская кольчуга была легкой, но прочной.

Худощавый эльф оказался на удивление достаточно сильным. Не собираясь просто сдаваться, Рувиан брыкался, мешая бродягам снять с него броню. Он отдал молитву своему божеству и коснулся мужчины, который хватал его рукой за рот. По бродяге прошлась божественная магия: на его теле начали появляться гниющие язвы, причиняя тому адскую боль. Он ослабил хватку и скрутился от болезненных ощущений, хрипя от ужаса. Второй бедняк от шока отпустил эльфа и пополз от товарища, не пытаясь помочь.

Высвободившись, Рувиан побежал на выход из переулка, но там стоял дворф, который с разбега вошел эльфу головой в живот. Жрец отлетел, упав на колени. Пересилив болезненное ощущение, он хрипло произнес ещё одно заклинание, направив в дворфа сферу из божественной энергии. Божественная сфера осветила переулок золотым сиянием, но дворф ловко увернулся от неё. Сфера разбилась о каменную стену, вновь погружая закоулок в полумрак.

Пока дворф уклонялся от заклинания, эльф успел выбежать на улицу. Засветившись бирюзовым светом, он пустил божественную энергию по своему телу. Подлечив ушиб, он смог бежать намного быстрее. Те трое рванули за ним, как только дворф понял, что Рувиан сбежал. Раненный бродяга медленно тащился позади всех, придерживаясь за бок, с его щек всё ещё стекала кровь и желтоватый гной из язв.

Забежав на людную площадь, эльф смог ненадолго оторваться от бедняков. Он попытался обратиться к жителям за помощью, но его либо игнорировали, либо советовали пойти куда подальше. Поняв, что бесполезно обращаться к жителям, Рувиан думал дать отпор. Но отведенных ему божественных сил на сегодня осталось мало, а он был один против трех. Сзади уже виднелись фигуры тех маргиналов. Решив, что лучше попытаться оторваться, он незаметно прошел через узкий переход и очутился на одинокой дворовой улочке.

Медлить было нельзя и эльф побежал к новому проходу. Внезапно из его кармана выпал талисман – золотая монетка, у которой на одной стороне было изображение колеса судьбы. Отпрыгнув от земли, она покатилась прямо до канализационного люка. Покрутившись на нём пару секунд, она упала, звонко звякнув о металл. Свою счастливую монетку Рувиан держал глубоко в кармане, она не могла выпасть просто так. «Это знак!» – Решил жрец. Собрав всю волю в кулак, он бережно подобрал монетку, открыл люк и начал спускаться. Ему была отвратительна сама мысль о мерзостях и заразах, что обитали в канализации. «Она точно меня испытывает», – возмущенно рассуждал про себя Рувиан.

Глава 4. Долгая дорога к морю

Солнце потихоньку поднималось на небосвод – богиня Клирэ́и приветствовал мир слабыми утренними лучами. В комнату к компании вошла куртизанка. Уставшая после работы, она грубо разбудила их, передав, что Сильфус ждет в кабинете. Еле поднявшись и не успев навести утренний марафет, ребята пришли в кабинет к полурослику. Сильфус поприветствовал их, он и сам был уставший. Рядом с ним стоял Шэн, который зевал каждые две минуты. Полурослик рассказал, что им нужно пройти в гавань к северным докам, Шэн проведет их, там они поплывут на судне «Водная нимфа».

Отдав Ангусу мешок и отправив их вниз, Сильфус направился отдыхать. Перед этим он распорядился, чтобы компании подали завтрак. Еда была достаточно скудной: черствый хлеб, жирная невкусная похлебка и дешевый эль, который был разбавлен водой. Во время не самого приятного завтрака, Колльбейн предложил наведаться в гильдию. У него было немного накопленного золота, которое явно пригодится. Но от этой идеи отказались, его разыскивал глава гильдии, неразумно рисковать, заходя на его территорию. Дворф не показал этого, но он ужасно расстроился, что даже эта незначительная сумма, накопленная долгим трудом, пропадет зря.

Наконец выдвинулись, и мальчишка диамант повел их за собой, сокращая дорогу к докам. Город постепенно просыпался: птички напевали утреннюю песню, сонные работяги нехотя выходили из дома, а торговцы начинали открывать свои лавочки. В принципе, обстановка была достаточно спокойной. Но пройдя пару кварталов, Шэн почуял, что за ними следят. Рассказав остальным о своих догадках, Колльбейн подтвердил его теорию, он тоже чувствовал чей-то взгляд.

Надо было решить, что делать. Нельзя привести преследователей к докам, к месту их отступления. Аккуратно осмотревшись, они никого не заметили. Шэн предложил провести их в одно неплохое место для засады. После недолгих переговоров компания согласовала план ловушки.

Приведя их в нужный переулок, Шэн подал сигнал жестом руки. Все резко побежали за ним через небольшой каменный проход с аркой. Лили, Колльбейн и Рувиан прижались к стене у выхода из него. Шэн и Альва пошли в обход, чтобы обогнуть дом с другой стороны. Тем временем Ангус стоял в проходе арки, придерживаясь за бок и осторожно оглядываясь по сторонам.

***

Зельма и Билли целый вечер искали беглянок. Решив хоть немного передохнуть, они нашли ночлежку в дешевом трактире. Долго отдыхать было нельзя, так что через пару часов они вновь отправились на их поиски. Жрица и наемник бродили по улицам, но всё было тщетно, казалось, что они обошли почти весь город. От недосыпа и раздражения начались ссоры и обвинения в сторону друг друга.

Зельма шла и уныло рассуждала о провале их поисков, бросая на наемника недовольные взгляды. Безрезультатно побродив ещё час, жрица наконец решила сообщить Билли, что она уходит. Наемник стоял и выглядывал из-за угла дома, не реагируя на её слова. Разозлившись, Зельма подошла к нему из-за спины и хлопнула по плечу. Билли строго шикнул на неё и кивнул головой куда-то в сторону, показывая направление. Жрица выглянула и сначала не поняла, на что ей смотреть. Но потом увидела их. Два высоких золотистых хвостика гномихи ярко блестели в утренних лучах, даже через ткань вуали. Её было легко разглядеть среди группы. Приглядевшись, она заметила среди них и Альву.

Глаз Билли торжествующе вспыхнул, а Зельма удовлетворенно выпрямилась. Переглянувшись, они решили за ними проследить и пока не вступать в бой, раз эти двое нашли себе попутчиков. Осторожно следовав за ними какое-то время, Билли заметил, что группа идет зигзагами, резко изменяя направление. Он догадался, что их вычислили. Внезапно компания побежала вперед. Чтобы не упустить их из виду, Зельма рванула вслед. Не ожидав такого, наемник догнал её и остановил. Им всё ещё нужно держаться поодаль, а это очевидная и даже наивная западня.

Пройдя за ними, они увидела переход со светлой каменной аркой. В ней стоял мужчина, который оперся одной рукой о стену, а другой держался за грудь и кричал: «Стойте! Подождите меня, у меня слабое сердце...».

– Возьмем его в заложники и допросим? – Еле слышным шепотом предложила Зельма.

– Нет. Это ловушка, – Билли прищурил глаз, стараясь понять их замысел. – Попробуем...

Не успел Зоркий глаз даже предложить план, как сзади раздался удар ногой и его с Зельмой отбросило звуковой волной прямо к переходу с аркой. За их спинами стояла Альва, в руке которой уже вспыхнула молния. Обрадовавшись, что удержал арбалет, Билли выстрелил в чародейку. Но та отпрыгнула в сторону, спрятавшись за стеной дома.

В это время бард закончил свое “представление”, он достал из ножен изящную рапиру и направился к этим двоим. Не поднимаясь с земли, Зельма бросила в Ангуса божественную сферу. Золотисто-серебряный свет полетел прямо в него, и менестрель не успел увернуться. Ангус отлетел и упал на землю, свет сферы ослепил и дезориентировал его. После этого из-за угла, в выходе с арки, появилась Лили. В руке она держала свой железный магический прибор. Гномиха потянула за рычажок и из изобретения брызнула струя кислоты в сторону Зельмы. Жрица отскочила в сторону, наконец встав с земли, а кислота пролетела мимо. Едкая желто-зеленая жидкость начала разъедать каменные кирпичи дорожки.

Из прохода вышли ещё двое – эльф и дворф. Рувиан подлечил Ангуса и вернул его в строй. Билли, заметив гномиху, решил воспользоваться суматохой, схватить её и сбежать. Он перезаряжал арбалет стрелой с привязанной веревкой, чтобы быстро подтянуть её к себе. Натянув тетиву, он сконцентрировался, целясь в Лили, но позади него уже поджидал Шэн с булыжником в руках. Огрев наемника камнем по голове, он вырубил Билли и тот свалился на землю.

Зельма была сосредоточена на Колльбейне, который замахивался на неё секирой. Прошипев заклинение, жрица направила руку в его сторону. Из-под каменной дорожки проросли травы, крепко опутав дворфа, гномиху, барда и эльфа. Только Зельма собралась добить всех четверых, как в неё прилетела молния. Как она могла забыть про Альву, про её цель?

Глава 5. Недомолвки

Убрав трап и расправив паруса, корабль медленно отплывал от причала. Наши невольные мореплаватели стояли на палубе и наблюдали, как серые виды города сменяются на лазурные море и небо. Через какое-то время к компании подошел Кит и рассказал дальнейшие детали плана: «Плыть придется дней десять или двенадцать, как повезет. Мы отправляемся в Корнумбэ́л – столицу Лайонфи́ра. На карте отмечу точку, где вы должны передать товар. Деньги принесете мне, я буду ждать в таверне, тоже её отмечу. И чтобы ни один золотой не пропал, ясно? По прибытию нужно пройти регистрацию, там вас могут решить проверить, поэтому надо придумать, как пронести товар. И смотрите, чтобы мешок не обнаружили, тогда нас всех повяжут».

Кит отпустил их, ведь уже настало время обеда. На каждого им выдали черствые сухари, каменную солонину и ром. Колльбейн сказал остальным идти за ним и привел всех в каюты. В это время здесь никого не было, матросы обедали на палубе, пока солнце ещё не напекало голову.

В каюте Альва от усталости сразу плюхнулась на полку. Колльбейн быстрым движением поднес секиру к её горлу. Та от неожиданности вскрикнула и вскинула руки вверх. Остальные попытались успокоить дворфа, но тот стоял на своем, не давая им вмешаться.

– Ты что творишь?! – Альва вжалась спиной в стену, нервно смотря на лезвие у горла.

– Говори, что ты сделала северным жрецам?

– Ничего! Я сама из Руафи́м, успокойся.

– Я видел, как ты магичила, их жрецы носят амулеты с гербом. Где твой?

– Волхвы.

– Что?..

– Вы, иноземцы, приписываете их всех к жрецам. Правильно – волхвы. И в них входят ещё колдуны с чародеями, между прочим. И много кто ещё.

– Не дури голову. Ты не выглядишь как руафимка.

– В семье не без урода, вот меня и выгнали, – Альва попыталась отшутиться, на что Колльбейн придвинул острие секиры ближе. – Ладно-ладно, я всё скажу, только отойди.

– Отвечай, где амулет.

– Мне забыли выдать, – заметив, что дворф не оценил ещё один сарказм, девушка перешла на серьезный тон. – Если руафимец ослушается приказа волхвы – его наказание – смерть.

– У меня есть знакомые руафимцы, они много рассказывали про свою страну, так что не юли. – Колльбейн убрал секиру от шеи чародейки и отошел на шаг, – говори.

Альва встала и отряхнулась.

– Когда рождается ребенок с магией, его забирают волхвы, чтобы обучить тайному ворожейству, – потерев шею рукой, девушка продолжила. – По рассказам, когда в младенчестве меня пытались забрать у матери, я плакала и магия вырывалась наружу. В общем, я создавала много проблем. Они решили оставить меня с родителями в качестве, ну... – Она покрутила кистью в воздухе, подбирая слова. – В качестве эксперимента. Подставили знающего, как учителя, который помогал управляться с магией, а когда выросла обучили бы таинствам. – Чародейка одновременно злобно и горестно ухмыльнулась. – Но они не додумались, что кто-то может захотеть жить по-другому. Доволен?

Повисла напряженная тишина, после чего Колльбейн выдал: «Замнем». Альва недовольно посмотрела на него: «Мог бы и извиниться». Она вышла на палубу, даже не забрав свою порцию. Только чародейка скрылась за дверью, как все начали расспрашивать Колльбейна, с чего он так завелся. Тот коротко ответил, чтобы обедали и отстали от него со своими вопросами. Все занялись едой и только Ангус решил проверить Альву.

Выйдя на палубу, он увидел её у борта, смотрящую в даль. Её темно-русые волосы переливались в свете лучей. Он подошел к ней и встал рядом, опершись руками о леер.

– Чего надо? – Альва не отводила взгляд от моря.

– Я не могу оставить даму расстроенной. Думаю, он это не со зла. Я много слышал о твоей родине, даже пару знакомств завел. Ты и правда не очень походишь на их представителей. Одежда, повадки, волосы... – менестрель оглядел её с ног до головы, подмечая отличия.

– Я сама их отрезала, – заметив его взгляд, Альва пальцами покрутила вьющийся локон. – Дома меня за такое прозвали бы потаскухой.

– Да уж, странные на севере обычаи, на юге всё совсем по-другому. Если бы я дома отрастил длинную бороду, как ваши мужчины, меня бы назвали небритой обезьяной.

Альва хихикнула себе под нос и попыталась скрыть веселье, но улыбка всё равно расплылась на её лице.

– Эм, спасибо.

– Помиритесь ещё, – менестрель улыбнулся, продолжая смотреть на небо, время от времени щуря золотые глаза от солнца.

После перерыва ребята вновь приступили к работе. Рувиан так же помогал матросам, но уже пожалел, что обмолвился о своем увлечении. Он знал всю работу в теории и только пару раз ему показывали, как завязывать узлы или направлять паруса. Эльф понимал, что не может жаловаться другим, поэтому молчал и молился Фарэ́е о терпении.

А остальных запрягли драить палубу, как и было обещано. Главным испытанием было привыкнуть к качке корабля. Ангус и Шэн быстро переняли походку матросов, а вот остальным пришлось помучиться. Альве не удалось перекусить после размолвки с дворфом, и она работала голодной, под урчание своего живота.

Боцман решил не нагружать неумелых “моряков” в первый же день и наконец-то отпустил отдохнуть. Ребята медленно плелись в каюты, мечтая полежать, попутно жалуясь о больных спине и руках с коленями. К Альве подошел Колльбейн, когда она немного отстала от остальных. «Ты, это…извини», – неловко промолвил он и быстро зашагал вперед. Девушка кивнула ему, хоть дворф этого и не увидел.

На следующий день группу вновь подняли ни свет ни заря и заставили драить палубу. Ближе к полудню к ним отправили Рувиана, когда у него не осталось поручений. Отмыв всё к обеду, компания развалилась на палубе.

В свободное время матросы играли в кости. Наблюдая за ними и видя, как остальные скучают, Рувиан предложил сыграть в карты. От нечего делать остальные согласились. Эльф достал свою личную колоду. Было видно, что она создавалась искусным мастером на заказ. На картах были изображены боги, а на обороте золотой символ колеса судьбы.

Игроки, по началу нехотя следя за игрой, постепенно втянулись и начали биться с азартом. Колльбейн проиграл, оставшись в дураках. Он не часто играл в подобные игры и по его мимике было понятно, что у него на руках. Дворф пытался оправдать свои проигрыши, наговаривая, что карты эльфа зачарованы.

Глава 6. Фатум. Рождение

Плавание подходило к концу, корабль уверенно приближался к Корнумбэ́лу. Ребятам надо было заранее решить, как пронести мешок с розовым порошком так, чтобы в порту ничего не обнаружили. Из-за последних войн за свободные земли Лайонфи́р до сих пор был настороже, хоть после них и прошло четыре года.

Мешочек был совсем маленький, возьми гномиха его в руку, он бы полностью поместился в ней. Компания долго спорила между собой, как удачно всё провернуть. Сначала они придумали легенду о том, что обычные авантюристы, мечтающие о славе и приключениях. Но что делать с мешком? Лили предложила припрятать его вместе с её камнями, но при их взаимном недоверии эту идею не поддержали. Единственное, что пришло им в голову – это спрятать мешок в исподнее Ангуса, в которое он одет. Раз он отвечал за товар, то мешок и будет у него. Бард брюзжал, что самый опасный момент свесили на него, но в итоге всё равно согласился.

Стоя на палубе, компания наблюдала, как постепенно приближается к городу. Погода была замечательной, солнце по-летнему согревало, иногда прячась за ватными облаками, а прохладный ветерок гладил щеки. Вдалеке виднелись военные корабли Лайонфи́ра и торговые суда, которые отправлялись в дальние плавания. Рассекая зеленовато-синюю воду с маленькими волнами, корабль медленно, но верно подплывал к Корнумбэ́лу. Они с восхищением рассматривали величественную столицу. Корнумбэл окружали громадные каменные стены, а вдалеке виднелись башни королевского замка из темного кирпича.

Пришвартовавшись у торгового порта, команда корабля начала приготовления. Установив трап, Кит спустился вниз и к нему сразу же подошла пара солдат. Спускаясь с корабля, группу заметил боцман и подозвал к себе, чтобы представить Белым львам. На рыцарях сияли платиновые отполированные доспехи, а за спиной развивался плащ с их символом – белогривым львом на фоне глубокого синего цвета. Белые львы – солдаты Лайонфира, защита и гордость страны. Кит многозначительно кивнул ребятам и представил их, как авантюристов, которых они любезно согласились подвезти.

Боцман остался стоять с одним из рыцарей, а второй Белый лев попросил группу пройти за ним для проверки и регистрации. Их привели на таможню – это было маленькое унылое здание. Внутри, в центре зала, стоял простенький стол, за ним сидел таможенник и рядом стояла пара охранников, а на полках лежала куча конфискованных вещей. Лили отпросилась в уборную, чтобы быстро спрятать инспириум. Но рыцарь настоял, чтобы сначала все прошли регистрацию и раз она уже не может терпеть, то её проверят первой.

Сердце гномихи ушло в пятки, да и не только её. Она посмотрела в мольбе о помощи на остальных, но те лишь жестами и взглядами показали, что ей надо как-то выкрутиться. Каждый начал обдумывать какую-либо отмазку для изобретательницы, но ничего путного в голову так и не пришло. Рувиан молча молился за неё.

Короткая очередь перед ними быстро закончилась и Лили подошла к стойке. У гномихи вошло в привычку вставать на носочки у стоек, чтобы её было лучше видно, но сейчас она вся сжалась, словно её пригвоздили к полу.

– Кто вы и откуда? – Холодным тоном спросил таможенник, выглядывая из-за стола, чтобы лучше рассмотреть её.

– Ли́ли И́ппигор. Из небольшой деревеньки на западном побережье Бескрайнего моря, – гномиха соврала о доме и семье. – Мои родители, э-эм, трактирщики. У них свой бар! Да!

– Причина прибытия в страну?

– Мы с командой хотели, м-м-м, – пот проступил на её лбу, она пыталась сдержать дрожь в голосе. – Ну, попытать счастья в Лайонфире. На западе с работой туго. – Она неловко улыбнулась, но это было скорее похоже на гримасу, чем на вежливую улыбку.

– Хорошо, мне придется осмотреть ваши вещи.

Лили нервно сглотнула, чувствуя, как этот глоток комком застрял в горле. Её всю трясло, когда она открывала сумку. Всё – конец! Медленно, оттягивая этот момент, гномиха протягивала портфель таможеннику и представляла, как стоит на плахе с веревкой на шее.

Таможенник достал тетрадь с чертежами, инструменты, внимательно осмотрел бомбу, а затем её прибор и мешок. Он нахмурил брови, вертя в руках её изобретение, но сначала решил развязать мешок и заглянул внутрь.

– Что это? – Спросил он ровным тоном.

– О!.. – Бард не дал гномихе что-либо ответить, подойдя ближе к столу. – Это очень интересная вещица, – Ангус ловко выхватил мешок из рук таможенника и достал один из камней.

Хоть менестрель и не обладал магией, но легкую пульсацию в пальцах почувствовал.

– Это волшебный металл из руин древнего храма, который мы обнаружили на юге в свободных землях, – Ангус покрутил камень в руках, будто презентуя дорогое украшение.

– Мы хотели продать его здешним колдунам, – подключилась Альва, решив помочь менестрелю, – в заброшенном храме Теурги́... – Она осеклась, поняв, что назвала имя богини магии на руафимский лад. – В храме Эфи́р.

– Поэтому лучше лишний раз не трогать их, – Ангус убрал камень обратно в мешок и завязал его. – Мало ли мы, неопытные обыватели, нарушим ход магии и убьем всю ценность металла?

Таможенник слушал его, качая головой. Авантюристы приносят с собой множество сокровищ и древних артефактов, которые полезны королевским колдунам и ученым, так что он перенес свое внимание на изобретение Лили.

– А это оружие? – Таможенник покрутил в руках магический прибор.

Вот теперь все трое встали в ступор. С одной стороны, оружие было привычной частью мира, а с другой изобретения гномихи были чем-то абстрактным и странным, что не вызывало доверия. Лили больше не могла сдерживаться, правда так и лезла наружу и она судорожно закивала ему в ответ.

– Чтобы пользоваться оружием во время выполнения заказов и заданий, вам надо дополнительно зарегистрироваться в гильдии, – спокойно произнес таможенник, убирая её изобретение обратно в сумку. – А пока оно для вас под запретом.

Все выдохнули. Самое сложное позади. У Лили от облегчения закружилась голова, поэтому она, всё ещё подрагивая, доковыляла до скамьи и развалилась на ней. А когда зарегистрировали остальных, они отправились выполнять главное поручение, после которого можно будет наконец-то забыть о криминале и вернуться к более-менее привычной жизни. По дороге Альва и Ангус хвалились своими “актерскими способностями”, а Лили с лучезарной улыбкой благодарила их за спасение.