Фиктивный жених

Глава 1

Глава 1. Ночь слез

Все девчонки влюбляются в лучших друзей старших братьев. Я считала, что это не мой случай ‒ мои симпатии к Игнату растворились под тяжестью времени. Но именно к нему я пришла, когда мне стало плохо.

Сидела на лестнице под его дверью и слушала тишину. Слезы скользили по щекам без остановки. Все пальцы оказались измазаны в туши, но мне было все равно. В груди разрасталась черная дыра. Сейчас я уже могла дышать, а всего час назад казалось, что кислород мне перекрыли.

Я влюбилась в него в седьмом классе. Не в Игната, нет. Он занял мое сердце чуть раньше, но всегда был недосягаем. Смотрел на меня как на младшую сестру, не замечая, что я стала взрослой. Это обижало, но не более.

Моим же наваждением стал новенький Андрей. Крутой парень перевелся к нам из другой школы.

Как это было наивно. Засыпая, я мечтала о первом поцелуе с ним. Мы с Катькой часами обсуждали его по мобильнику: в какой одежде пришел, как улыбнулся, что сказал.

А потом в девятом классе мы с Катькой разругались. Она разбила мой новый телефон и сделала это специально. Даже не отпиралась. Сказала, что мне слишком легко все достается. Но разве я виновата, что у меня родители нормальные?

Затем было первое лето, которое мы провели порознь. И первое сентября, на которое Катя и Андрей пришли вместе.

Для меня их отношения стали ударом. Я горевала неделями, даже скатилась до четверок. А потом смирилась.

Но все изменилось месяц назад. Андрей подкараулил меня после первого экзамена и проводил до дома. В тот день я узнала, что они с Катей расстались. Оказалось, что все эти годы ему нравилась я, но подступиться ко мне у него не хватало смелости.

Красивая история любви длиною в месяц закончилась сегодня. Андрей бросил меня прямо на выпускном на глазах у всего нашего класса и параллели. Если бы он просто предложил расстаться, мне бы было не так больно. Но он публично унизил меня, объявив всем, что это был развод.

Он просто развлекался, а я поверила. Дура.

Громче всех смеялась Катька. Потому что все это время они не расставались. Они самоутверждались за мой счет.

После такого унижения я не могла и дальше оставаться в клубе. Меня накрыла паника, и я сбежала. Следовало бы пойти домой, но туда не хотелось. Родители были в отпуске и возвращались только через четыре дня – эти недели я жила с братом, а он...

Он бы не понял меня, моего побега, и пошел бы разбираться с моим обидчиком. Егор часто решал проблемы обыкновенным мордобоем.

Драка – последнее, что мне сейчас требовалось. Душа рвалась в клочья, щеки горели от стыда, а тело казалось неподъемным. Хотелось спрятаться ото всех, но даже позвонить было некому.

Ноги сами принесли меня к дому Игната. После его переезда я заходила к нему всего раз, чтобы занести папины инструменты, а потому знала номер квартиры.

По площадке летал мотылек. Он стукался о лампу, желая достичь света, не зная, что этот свет его сожжет.

Я поднялась на некрепких ногах. Пыталась успокоиться, взять себя в руки, но слезы все равно катились по щекам.

Сделав глубокий прерывистый вдох, я гулко выдохнула и все же надавила на звонок. Прошла целая вечность, прежде чем Игнат мне открыл.

– Мультяшка? – спросил он удивленно, щурясь от света.

Квартира за его спиной была погружена во мрак.

– Ты что? Что-то случилось? – испугавшись, он шагнул ко мне босиком.

Взяв за плечи, встряхнул, но сил остановить его не нашлось.

Взглянув в его синие глаза, я шепотом призналась:

– Игнат, мне так плохо.

Этой фразы хватило, чтобы Ках завел меня к себе и щелкнул свет в прихожей. Пальцы не слушались, а потому он сам расправился с застежками на моих босоножках.

Глядя на него сверху вниз, я поймала себя на подглядывании. Откровенно рассматривала черноволосого парня. В последний раз мы виделись около года назад, когда обменялись ничего не значащими приветствиями.

Не верила, что он стал таким. Другим и неуловимо чужим, незнакомым. Я будто прозрела в единый миг. Под черной майкой перекатывались четко очерченные мышцы. Вязь татуировок на обеих руках притягивала взгляд.

Игнат выглядел настоящим бруталом. Я знала, что он гонял на мотоцикле, часто участвовал в гонках, занимался ремонтом мотиков. Сколько же крови они с Егором попили нашим родителям своими увлечениями.

Ках явно не вылезал из тренажерки. Но сколько же осторожной нежности было в его сильных руках. Сколько заботы и беспокойства в серо-синих глазах. На свету они всегда казались мне именно такими.

Когда он посмотрел на меня, когда выпрямился, у меня мурашки побежали по рукам. Я обняла себя за плечи, пытаясь согреться. Так пронзительно.

– Можно я останусь на ночь у тебя? – попросила я, запинаясь.

– Тебя обидели? Кто это сделал, Поль?

Его голос стал холодным, пробирающим. В нем слышалась едва сдерживаемая ярость.

Опустив глаза, я покачала головой. Не хотела рассказывать. Не хотела еще раз переживать это унижение. Все равно ничего уже было не исправить.

– Можно я просто лягу спать?

– Если тебя изн...

Я махнула рукой так резко, что сама испугалась. Хотела остановить Игната жестом, но не рассчитала.

Коварное шампанское, всего бокал.

Мои пальцы впечатались в его губы. Одним движением он круто перехватил мою руку за запястье, и я вздрогнула. Сердце заколотилось сильнее. Я пожалела, что пришла к нему.

– Меня никто не трогал. В этом плане, – выдохнула я, глядя на парня во все глаза. – Никто не бил и не нападал.

Я замолчала и опустила взгляд. Так мы и стояли какое-то время. Я рассматривала его майку, часть которой пряталась под резинкой домашних черных штанов.

В прихожей Игнат стоял босиком. Он все еще сжимал мое запястье.

Я уже хотела уйти, когда Ках наконец отмер:

– Постелю тебе в гостиной. Иди умойся пока.

Я закивала, испытав облегчение. Слишком отчаянно. Сделав шумный вдох, шагнула в уборную да там и застряла.