Жкх для Тёмного Властелина. Служба Захвата и Благоустройства

ЖКХ для Тёмного Властелина

ЖКХ для Тёмного Властелина, или «Служба Захвата и Благоустройства»

Завоевание мира, строительство Тёмной Башни, содержание армии, всё это требует не только злой воли, но и... банальной бюрократии.

Кто отвечает за вывоз мусора из логова драконов?

Почему принцесса-заложница подала в суд на Тёмного Властелина за невыполнение условий контракта по питанию?

Нужна управляющая с твёрдой волей и крепкими нервами.

Спасти положение может только чудо. Или та, для кого хаос – это родная стихия.

* * *

Нашей соотечественнице предстоит возглавить новое подразделение – СЗБ «Службу Захвата и Благоустройства».

И горе тому дракону, который не оплатит квитанцию за вывоз мусора и отопление.

Глава 1

* * *

— КРАКЕМОН —

Если вам кажется, что у вас на работе бардак, вы просто не видели моё рабочее место.

Меня зовут Кракемон и я главный бухгалтер Тёмного Властелина Рэйгара Мрачного, (по совместительству его советник и улаживатель всех-всех проблем, потому что на расширенный персонал денег нет).

И сегодня я проклял тот день, когда согласился на эту должность с множеством функций.

Впрочем, проклинаю я её уже тысячу двести тридцать четвёртый год подряд, так что ничего нового.

— Уму непостижимо! – мой вопль разнёсся по кабинету, заставив клавиши на древних счётах жалобно звякнуть. – Расходы на коммунальное хозяйство превысили расходы на армию!

Тишина.

Никто не разделил моего праведного гнева.

Ещё бы, в кабинете, кроме меня, только старый призрак в банке.

— Ну, надо же, – раздалось ехидное из-за стеклянной стенки. – Какая трагедия. Мир перевернулся? Или просто драконы опять обкакали всю бухгалтерию?

Я медленно повернул голову и уставился на банку из-под варенья, стоящую на углу стола.

Внутри банки в виде бесформенной субстанции с глазами и ртом, сидел Грымз, мой помощник, призрак, которого триста лет назад заточили в эту дурацкую тару по причине, потому что он не хотел на тот свет, а хотел ещё пожить. А умер он, так как его убила собственная жена, когда узнала обо всех его изменах.

— Грымз, – процедил я, – ты вообще понимаешь, что здесь написано?

— Откуда? Я ж призрак, – он зевнул, и его призрачная челюсть вывалилась, просочилась сквозь стекло и снова втянулась обратно. – Я буквы только на том свете вижу. И то если они из чистилища приходят.

— Тогда заткнись навсегда, пока я не решу все проблемы!

Я вцепился в отчёт всеми щупальцами.

Их у меня, на минуточку, восемь.

И каждое нервно дёргалось, перелистывая пергаменты.

Цифры плясали перед глазами, как пьяные гоблины на корпоративе.

«Отопление подземелий смерти №3, №4 и №7 вышло в сорок пять тысяч золотых…»

Почему их три?!

Мы же закрыли седьмое ещё в прошлом веке!

Или не закрыли?

А, Великая Бездна, там же до сих пор не убрали скелеты!

«Водоснабжение Логова Дракона Игниса обошлось в двадцать восемь тысяч золотых».

Игнис, чтоб его чешуя повылезала, требовал себе отдельный бассейн с подогревом.

Якобы холодная вода портит его благородный цвет.

Какой цвет, простите?

Он серый, как мой рабочий день!

У него от роду цвет серый, потому что он пыль собирает тысячу лет и не чешется!

«Вывоз мусора…»

Проклятье, откуда столько мусора, что пришлось вывозить за двенадцать тысяч золотых!

Ах, это тот самый мусор, который драконы производят в промышленных масштабах, потому что жрут баранов целиком, а кости потом выплёвывают и вообще гадят, где попало.

И плевать они хотели на все договорённости.

И самое больное…

Судебные издержки по иску принцессы Лиары Элорис (питание, моральный ущерб, сквозняки в башне) за квартал обошлись нам в шестьдесят семь тысяч золотых.

— Гры-ы-ымз! – заорал я так, что банка подпрыгнула. – Иск от принцессы больше, чем мы тратим на наёмников-орков!

— А оркам просто мало всего надо, – философски заметил призрак, выскребая прозрачным пальцем остатки несуществующего варенья со дна банки. – Сидят в казармах, в ушах и носу ковыряются, былины сочиняют. Хочешь, расскажу? Там про то, как один орк победил монстра, потому что монстр подавился костью...

— Я сейчас сам щупальцем подавлюсь от этих цифр! – рявкнул я.

Грымз только хмыкнул.

— Кракемон, друг мой страшный, – произнёс он. – Ты уже четыреста лет орёшь на цифры. Цифры не меняются. Меняется только цвет чернил.

Я вскочил, обошёл кабинет в надежде на просветление, как решить все проблемы, просветления не наступило.

Вернулся к столу и рухнул в кресло.

Кресло жалобно скрипнуло, последний мебельщик, который его чинил, уволился полгода назад без выходного пособия и с проклятиями.

— Грымз, – устало произнёс я, массируя среднее левое щупальце. – У нас катастрофа. У нас... дефицит бюджета.

— Это когда денег нет?

— Это когда мы тратим больше, чем зарабатываем!

— А-а-а, – Грымз понимающе кивнул. – Ну так выпустите ещё монет.

— Мы не можем выпустить ещё! Золота нет!

— А магия тебе на что?

Глава 2

* * *

— КЛАРА —

Знаете, есть такая поговорка: «Утро добрым не бывает».

Так вот, люди, которые это придумали, просто никогда не работали в ЖЭКе.

Меня зовут Клара Игоревна Мур.

Я начальник управляющей компании «Плюс Уютный Сервис».

«Плюс» в названии означает, что мы делаем ровно ту же хрень, что и все, но за меньшие деньги и с большим количеством нервных срывов.

На часах было почти восемь утра.

Я стояла по колено в ледяной воде в подвале дома №14 по улице Строительной и смотрела на то, как фонтан горячей воды бьёт из лопнувшей трубы.

— Твою ж дивизию, – прошипела я, пытаясь не заорать в голос.

Рядом со мной стоял слесарь дядя Петя.

Дяде Пете шестьдесят три года, у него больная спина, золотые руки и глубочайшее убеждение, что все бабы – дуры, а особенно те, которые командуют.

— Я ж говорил, – философски заметил он, почёсывая за ухом разводным ключом. – Трубы давно менять надо. Ещё позапрошлой зимой. А вы...

— Я! – перебила его, включая режим «сталь в голосе». – Я, Пётр Иванович, предлагала, это сделать, собирала подписи. Я стучалась в каждую квартиру. Объясняла, как малым детям, что если мы не соберём деньги сейчас, то потом будет потоп. И знаешь, что мне сказали в одной из квартир?

Дядя Петя мудро промолчал.

— Мне сказали: «Вы, мол, только деньги драть умеете! А у нас пенсия маленькая, а тут ещё вы со своими поборами! Вот лопнет, тогда и чините!» Нормально?

Я перевела дыхание.

Вода продолжала хлестать.

— Ну вот оно и лопнуло, теперь «чиним».

Дядя Петя вздохнул и полез в воду с разводным ключом.

Я полезла за ним, потому что если я не проконтролирую, он забудет перекрыть стояк и зальёт ещё и подъезд. Если он ещё не залит, надо бы проверить.

В кармане надрывался телефон.

Пришлось ответить, а то кто-то явно терпит бедствие.

— Мур слушает, – рявкнула я, пытаясь одновременно удержаться на скользкой ступеньке и не уронить трубку в воду.

— Клара Игоревна! – голос диспетчера Наташи вибрировал так, что динамик дребезжал. – Тут это... В общем, вызывайте срочно полицию! А лучше сразу ФСБ!

— Зачем?

— В третьем подъезде нового дома, который мы взяли на обслуживание, странные мужики обосновались, подрались там уже с кем-то из жильцов, стекло выбили. Жильцы звонят, орут, что мы бездействуем!

Я закрыла глаза. Сосчитала до трёх. Открыла.

— Наташа, милая, а вызвать полицию ты сама не можешь?

— Я вызывала! Но они говорят, что уже приезжали, это не их компетенция. Что это, типа, социальный вопрос. А социальные службы говорят, что нужен протокол от участкового. А участковый...

— Поняла, – перебила я. – Сейчас буду.

— А как же подвал? – закричал дядя Петя.

— Чёртов подвал... – я огляделась. – А подвал пусть дальше стоит, куда он денется. Перекрой пока воду, откачаем тут всё, потом решим, что с трубами делать, залатать или всё-таки найдём денег. Пойду гляну, что вода ещё не в подъезде…

Вылезла из подвала.

С меня текло, с волос капала ржавая вода.

На белой блузке расплылось грязное пятно.

Сапоги хлюпали.

Красотка.

Я зашла в подъезд дома, который обслуживает моя компания.

Запах там стоял такой, что сразу можно в кому.

Коты, кажется, решили, что это их личная резиденция, и пометили всё, до чего дотянулись. А дотянулись они, похоже, до всего.

Навстречу мне вылетела баба Зина из пятнадцатой квартиры.

Бабе Зине восемьдесят пять лет, у неё клюка, склероз и полное отсутствие тормозов.

— А-г-а-а-а! – завелась она с порога, едва завидев меня. – Явилась! Краля наша! А почему у меня в туалете вода не сливается и телевизор не показывает?! А почему в подъезде вечно воняет?! А почему мне почту не носят?!

Я сделала глубокий вдох. Раз. Два. Три.

— Баб Зин, почту носит почтальон. Я к почте отношения не имею.

— А кто имеет?! – она потрясла клюкой. – Ты за всё имеешь! Ты начальница, вот и отвечай!

— Я отвечаю за трубы, крышу, уборку подъезда и территории, и ещё по мелочи. Уборщица приходит по вторникам и пятницам. Сегодня среда. Если вам не нравится, вы можете...

— Ах, ты падлюка! – перебила меня баба Зина. – Да я на тебя в прокуратуру напишу! Да ты знаешь, кто я?! Я ветеран труда! Меня сам президент знает!

— Правда? – я подняла бровь. – Передавайте ему привет, когда на чай к нему пойдёте.

— Чего?!

— Ничего. Баба Зина, идите домой. Я сейчас разберусь с водой в подвале и отправлю ребят к вам. Обещаю.

Глава 3

* * *

— КРАКЕМОН —

Есть два способа призвать существо из другого мира.

Первый, он самый правильный.

Используются редкие ингредиенты, сложные заклинания, круг защиты, магические жесты и обязательное жертвоприношение (козла, барана или, на худой конец, особо наглого шпиона).

Второй вариант – это наш.

— Кракемон, ты уверен, что это сработает? – голос Грымза доносился из банки, которую я собственноручно примотал скотчем к поясу, чтобы не потерять в суматохе.

— Нет, – честно ответил я, разворачивая на полу тронного зала пергамент с древним заклинанием. – Но выбора у нас всё равно нет.

Тронный зал выглядел... ну, скажем так, за годы лучше он не стал.

Пыль веков лежала такая толстая, что в ней можно было сажать картошку.

Паутина свисала с люстр, как гирлянды, только мрачные и с дохлыми мухами.

В углах шевелилось нечто, что издавало звуки и периодически чихало.

Портреты предков Рэйгара на стенах были затянуты той же паутиной, так что теперь суровые тёмные властелины прошлого выглядели так, будто их законсервировали.

Посреди всего этого великолепия стоял я, Кракемон, главный бухгалтер, по совместительству советник и вообще, у меня уже много должностей, с банкой призрака на поясе, и пытался вспомнить древний язык, на котором было написано заклинание.

— Хала-бала-мала... – бормотал я, водя щупальцем по строчкам. – Нет, это не то. Хара-мара-бурда? Бездна, да тут же всё стёрлось!

— Дай угадаю, – ехидно заметил Грымз. – Ты эту бумажку в лавке у тролля купил? Которая «Древние тайны за полцены»?

— Заткнись, – огрызнулся я. – Это фамильный пергамент! Мне его пра-пра-пра-дедушка оставил!

— И сколько пра-пра-пра-дедушке было лет, когда он его писал?

— Не помню. Тысяча. Или две. А что?

— А то, что он, возможно, был уже того... – Грымз покрутил прозрачным пальцем у виска. – Может у него уже был сенильный склероз?

Я задумался.

— Мой дедушка на старости лет начал считать, что он иногда чайник. Ходил по дому и свистел. Но пергамент всё равно настоящий!

— Ну-ну, – только и сказал Грымз.

Я решил не обращать на него внимания и сосредоточиться на главном.

Согласно инструкции, мне нужны были: магический круг, пять чёрных свечей, кристалл тьмы, кровь древнего (моя, то есть), и, самое главное, предмет, принадлежащий тому, кого мы хотим призвать.

С предметом была проблема.

Потому что кого мы хотели призвать? Супер-управленца. Существо любой расы, способного навести порядок.

А где взять предмет, принадлежащий этому существу из другого мира, которого мы ни разу не видели?

— Грымз, – спросил я. – Что у нас есть из других миров?

— Ну, – задумался призрак. – В казне лежит зеркальце светлых эльфов. Но оно проклятое.

— Чем?

— Тем, что показывает не кто на свете всех милее, а кто, сколько должен налоговой. Очень депрессивное зеркало.

— Не подходит. Ещё?

— Ковёр-самолёт, но он самолёт только по праздникам, а в будни просто ковёр, и то он весь поеден молью.

— Не то.

— А, вспомнил! У дракона Игниса есть коллекция носков. Говорил, что он притащил их из другого мира.

Я замер.

— Носки?

— Да, разные носки. Полосатые, в горошек, с оленями. Один даже с очень странной надписью. Игнис очень дорожит этими трофеями.

Я задумался. Супер-управленец, кто он? Наверняка серьёзное существо в строгом наряде, с папкой бумаг и вечным недовольством на лице.

И мы призовём его... носками?

— Других вариантов нет, – вздохнул я. – Будут, значит, носки. Грымз, иди на дело.

Грымз, будучи привязанным к банке, никуда идти не мог, поэтому мне пришлось отвязать его магией, выпустить из банки и отправить к дракону.

Через час Грымз вернулся с двумя разными носками.

Носки были... странные.

Один был розовый с чёрными черепами и чёрными сердечками.

А другой кислотно зелёный с толстым котом с сардельками и странной надписью.

— Это что за уродство? – спросил я, рассматривая артефакты.

— Говорят, модно в том мире, – пожал плечами Грымз. – Игнис сказал, это китч. Я не понял, но звучит угрожающе.

Я вздохнул, поставил кресло в центр магического круга, который нарисовал мелом (потому что специальный песок для ритуалов закончился ещё в прошлом столетии).

На спинку кресла положил носки.

— Начинаю призыв, так что молчи, – объявил я, зажигая свечи.

Свечи были не чёрные, а красные, потому что чёрные тоже закончились.