Госпожа Туманова. Коллекция проклятий

Глава 1.

Я проснулась внезапно, словно кто-то невидимый толкнул меня в плечо. Сердце сделало странный, рваный кувырок и затихло, возвращаясь к обычному ритму.

Приоткрыла глаза. Мир привычно расплывался, превращаясь в набор цветных пятен. В щели плотных штор, кажется, это был «блэкаут», за который мы переплатили тысячу рублей при аренде, – нагло пробивался яркий луч. День обещал быть солнечным, несмотря на то, что конец мая в этом году выдался плаксивым, и последнюю неделю небо над Подмосковьем напоминало грязную серую тряпку, из которой бесконечно выжимали воду.

В голове тут же всплыла примета, которую на днях щебетала Светка: «Дождь на свадьбу – к долгой и счастливой жизни, Полька, точно тебе говорю». Если верить народной мудрости, то мы с Димой были обречены на счастье железобетонно. Ведь, по сути, моя роспись состоялась неделю назад в обычном МФЦ под аккомпанемент унылой мороси и шуршание шин по мокрому асфальту за окном. Мы тогда быстро расписались, буднично, как будто ипотеку оформили, а не семью создали.

Но сегодня... Сегодня была «настоящая» свадьба. Та самая, к которой я шла семь долгих лет.

Я, Полина Андреевна Кравец, двадцати девяти лет от роду, наконец-то могла выдохнуть. Я стала женой. Не на бумаге, а перед лицом, так сказать, общественности.

Праздник должен был пройти здесь, в элитном коттеджном посёлке «Лесные Дали», недалеко от нашего микрорайона. Дима расстарался. На огромной, ухоженной территории, огороженной высокими туями, располагались два дома в стиле шале. Один – огромный, с панорамными окнами и террасой, отдали на растерзание молодёжи. Второй, поменьше и потише, предназначался для пожилых родственников, чтобы басы сабвуфера не провоцировали гипертонические кризы.

Димка потратил на это мероприятие кучу денег. По моим скромным подсчётам, вышло около миллиона. Может, даже больше, если учитывать банкетное обслуживание и тот элитный алкоголь, который закупал через знакомых. Он не скупился.

— Всё должно быть идеально, Поль, — говорил он, хмуря брови и сверяясь с таблицей в экселе. — Чтоб никто не сказал, что мы экономим.

Именно сегодня все родственники должны нас поздравить «как положено». Во дворе, на изумрудном газоне, рабочие уже установили кованую арку. Я представляла, как её сейчас увивают белыми розами и плющом (искусственными, конечно, но очень качественными, «премиум-класс», как уверяла флористка). Там весёлая тамада, переодетая в строгого регистратора, с папкой в руках, задаст мне сакраментальный вопрос: «Согласна ли вы, Полина...». А я отвечу «да», глядя в камеру нанятого видеографа.

Всё это — ради бомбических фотографий. Ради того, чтобы выложить их в соцсети с хэштегом #семья и, наконец, заявить всему миру и каждой бывшей однокласснице: я теперь замужем. Я – нормальная. У меня всё, как у людей.

Я посмотрела на циферблат. Через час должны прийти девочки-стилисты. Накрасить, соорудить на голове что-то воздушное и сложное. Приводить в порядок добрую половину гостей они уже начали. Вернее, гостьей. Родственников у Димы было много, какой-то бесконечный клан бабушек, тётушек, кузенов и троюродных братьев. С моей же стороны – жидкий строй: две подружки, Светка и Карина, да жена моего отца, Валентина Николаевна.

Назвать её мачехой у меня язык не поворачивался. Она появилась в нашей жизни, когда мне было десять, и тихо, без нажима, заменила мне маму, сгоревшую от онкологии за полгода. Валентина Николаевна была моим тылом. Единственным, который остался.

Папы не стало три года назад. Тромб. Мгновенно. Просто упал на кухне, пока наливал воду в чайник. Главного мужчины в моей жизни не стало за секунду, и мир тогда опасно пошатнулся, грозясь рухнуть мне на голову. Я выжила только благодаря привычке наблюдать и анализировать, а не истерить. Ну и благодаря Диме. Хотя тогда мы ещё только присматривались друг к другу.

У меня практически не было серьёзных отношений до него. Пару походов в кино с ребятами из архивного отдела, неловкие поцелуи у подъезда – это не в счёт. Я была слишком... сложной. Слишком внимательной. Мужчины не любят, когда на них смотрят так, будто читают мелкий шрифт в договоре.

Вот тогда и появился Димка. Серьёзный, ответственный, немного приземлённый. Ну и пусть он не любил телячьих нежностей и не писал стихов. Моей любви хватало на двоих. Иногда, конечно, его прорывало. Он мог, глядя в сторону, буркнуть что-то о том, как я ему дорога, но звучало это всегда как констатация факта: «Волга впадает в Каспийское море», «Ты мне нужна».

Когда я начинала заводить разговоры о свадьбе, он обычно раздражался.

— Поль, ну куда спешить? — морщился он, откладывая планшет. — Нужно крепче встать на ноги. Карьеру построить. Ипотеку закрыть. Куда нам сейчас этот балаган?

Но я по гороскопу – вода, умею точить камень. И после очередного повышения, став начальником отдела логистики – Дима сдался. Даже, кажется, воодушевился, хотя его воодушевление больше напоминало азарт менеджера перед датой сдачи проекта.

Вспоминая это, я улыбнулась сама себе, потянулась к прикроватной тумбочке и привычным движением нащупала очки. Мир мгновенно обрёл резкость. Пятна превратились в предметы: кресло с брошенным платьем, дорожная сумка, бутылка воды. Я повернула голову.

Подушка рядом была смята, муж уже встал. Он был жаворонком, любил посидеть с утра в тишине с чашкой крепкого кофе, просматривая новости. Но сегодня, скорее всего, Димка уже внизу, контролирует процесс. Гоняет рабочих с аркой, проверяет расстановку стульев. Перфекционист.

Я спустила ноги с высокой кровати, сунула ступни в мягкие тапочки. Собрала волосы в небрежный хвост, стянув их резинкой, и накинула белый махровый халат. Полы халата были длинноваты, и я выглядела в нём, наверное, как ребёнок в отцовской рубашке.

Внизу, в просторной гостиной, совмещённой с кухней, пахло вчерашним весельем и свежим кофе. На барной стойке громоздились коробки с пиццей, какие-то пакеты.

Каринка со Светой уже проснулись. Они сидели за столом, поджав ноги. Карина – в шелковой пижаме, Света – в футболке с принтом.