Хаджиевы. Аслан

ГЛАВА 1

Сама того не желая, я нахамила мимо проходящему мажору, даже не подозревая, что работаю в его клубе. Он неприлично богат и принадлежит известному клану. Их единственный наследник. Он помолвлен на девушке из такой же богатой семьи.

А я простая официантка, на которую он положил глаз и превратился в настоящего преследователя. Он не отпустит и не забудет. Он получит то, чего желает, ведь он Аслан Хаджиев.

ГЛАВА 1

Запах дорогого табака, крепкого кофе и приторно-сладких восточных сладостей забивал легкие. В доме Исмаиловых сегодня было шумно, но для Аслана этот шум превратился в однообразный гул, звенящий в голове. Он сидел в глубоком кресле, нарочито расслабленно откинувшись на спинку, и крутил в пальцах пустую чашку из-под кофе.

Его взгляд, тяжелый и недвусмысленный, был прикован к ней.

Залина сидела напротив, чуть поодаль, с другими женщинами. Ее, похоже, посадили так, чтобы было видно жениху. Не совсем по традициям, но так они хотя бы увидят друг друга до свадьбы.

Ее тонкие пальцы перебирали край шелкового платка, голова опущена так низко, что Аслан видел только длинные ресницы, которые подрагивали каждый раз, когда он позволял себе слишком пристальный взгляд.

Он рассматривал её бесстыже. Медленно скользил глазами по фигуре, скрытой за строгим платьем, по бледным щекам и худым плечам. Он делал это нагло, зная, что она чувствует его взгляд кожей.

Скромная. Как и полагается.

Именно это ему и было нужно. Наверное… Тихая, покорная девушка, которая не станет выносить мозг, требовать внимания или устраивать концерты, наподобие тех, что закатывали его сестры, когда еще жили в отцовском доме.

В венах Хаджиевых течет горячая кровь. Как кипящая лава. И Аслану вполне хватало домашних встрясок. Ему нужна была гавань, где всё будет по его правилам и без лишних звуков. Опять же, наверное…

Залина лишь на мгновение вскинула глаза. Короткий, испуганный взгляд на него и снова в пол.

— Ну, Саид, — раздался громкий, довольный голос отца невесты. — Думаю, наши дети станут достойным продолжением рода.

Аслан перевел взгляд на мужчин. Отец Залины сиял, вовсю улыбаясь Саиду Хаджиеву. Старейшины, включая деда, чинно кивали, обсуждая детали союза, каноны и традиции, которые Аслану сейчас казались душнее, чем эта жаркая гостиная.

Скука. Душная, тягучая скука. И что, так будет всю жизнь? У его отца с матерью все иначе. У них любовь, страсть. А ему пресная Залина? Или это она только с виду такая?

Аслану вдруг до зуда в кулаках захотелось сорваться с места. Выйти из этого дома, сесть в машину и выжать педаль в пол, чтобы ветер выдул из головы запахи старины и покорности. Традиции — это хорошо, когда они не сдавливают горло.

Аслан снова посмотрел на невесту. Она была идеальной по всем меркам общества. Но сейчас, глядя на её опущенные плечи, он почувствовал странный укол, то ли раздражения, то ли хищного интереса. Подождал пока она снова взглянет на него, но так и не дождался.

Аслан резко встал, заставив присутствующих на мгновение замолчать.

— Отец, — голос Аслана прозвучал тихо, но твердо. — Думаю, формальности соблюдены. Мне нужно переговорить с людьми по поводу завтрашней отгрузки.

Саид на мгновение сжал челюсти, и в его взгляде мелькнуло предупреждение. Он не любил, когда сын нарушал устои, но при гостях отчитывать его не стал. Да и поздновато уже. Аслану двадцать пять. Вышел из того возраста, когда надо воспитывать.

— У нас действительно есть дела, — сухо подтвердил Саид, обращаясь к будущему тестю, а затем коротко кивнул сыну. — Поезжай, Аслан.

Аслан поднялся, скупо попрощался с мужчинами, коснувшись плеча отца и обменявшись рукопожатием с Исмаиловым. На невесту он даже не взглянул. Времени на разговоры с ней у него впереди была целая жизнь. Сейчас ему нужен свежий воздух.

Выйдя из душного дома, сорвался с места. Черный внедорожник взревел двигателем, унося его прочь от тихих посиделок у камина и разговоров о чести, долге, традициях.

В двадцать пять лет кровь бурлила слишком сильно, чтобы тратить вечер на созерцание опущенных ресниц. Ему хотелось шума, скорости и того самого чувства вседозволенности, которое дарил ночной город.

В клубе его уже ждали. Как только Аслан подошел ко входу, мощный охранник в дверях выпрямился, коротко бросил:

— Добрый вечер, Аслан Саидович, — и тут же шагнул в сторону, освобождая проход.

Внутри по ушам ударил тяжелый бит, а в нос — смесь парфюма, пота и алкоголя. Пробираясь через танцпол, где в неоновом свете извивалась молодежь, Аслан почувствовал вибрацию в кармане. Достал телефон, надеясь, что это не отец с очередным наставлением.

В этот момент музыка стала тише, мир вокруг него на секунду замер, а затем взорвался звоном стекла и холодной липкостью.

Поднос, полный разноцветных шотов, врезался прямо в его грудь. Ярко-красная и желтая жидкость мгновенно впиталась в белоснежную рубашку, оставляя тошнотворно-сладкий запах дешевого спиртного.

— С каких пор тут слепые официантки работают? — процедил Аслан, зло стряхивая капли алкоголя с пиджака и рубашки. Он медленно поднял голову, готовый обрушить на девчонку весь накопленный за вечер гнев.