
Это было так давно, что даже старейший из драконов, чья чешуя помнит рождение первых звёзд, не застал тех времён. Туманный Лес тогда называли просто Лесом, и туман в нём был редким гостем, а не вечным спутником.
Птицы и драконы ещё не враждовали.
Они жили в разных мирах - драконы в небе, птицы на земле -и не мешали друг другу. Иногда, очень редко, кто-то из драконов спускался к лесным озёрам напиться воды, и птицы не боялись их. Иногда самая смелая птица взмывала выше облаков, чтобы взглянуть на парящие острова, и драконы не прогоняли её.
Но люди, жившие за горами, завидовали бессмертным. Они не умели летать, не умели петь так, чтобы зажигать звёзды, и решили уничтожить тех, кто умеет.
Они призвали демона.
Демон не имел плоти. Он был голосом, шёпотом, тенью на границе сознания. Он не убивал сам - он заставлял убивать друг друга. И его любимым лакомством была ненависть между теми, кто когда-то мог бы стать друзьями.
Демон шептал драконам: «Птицы смеются над вами. Они считают вас неуклюжими чудовищами, которые только и умеют, что жечь и разрушать. Они хотят занять ваше место в небе».
Демон шептал птицам: «Драконы презирают вас. Для вы, лишь мошкара, которую можно сжечь одним выдохом. Они ждут момента, чтобы стереть ваш лес с лица земли».
И вражда началась.
Она росла, как пожар в сухом лесу. Сначала мелкие стычки, потом битвы, потом великие войны. Лес горел, острова падали с неба, кровь лилась рекой.
А демон пировал.
И вот после одной из таких битв, самой кровавой за всю историю, когда полегло столько воинов, что их телами можно было усеять путь от леса до гор, в опустевшем стойбище осталась одна старая шаманка.
Её звали Сияна. Она была последней из своего рода - все, кого она любила, погибли. Дети, внуки, правнуки - всё сожрало пламя войны. Она осталась одна, сидеть у потухшего костра, и слёз у неё уже не было.
Три дня и три ночи она сидела так, не двигаясь, не принимая пищи, не чувствуя холода. А на четвёртую ночь, когда луна скрылась за тучами, а ветер принёс запах гари с полей битвы, она поднялась и пошла в самую глубь Леса.
Туда, где не ступала нога ни птицы, ни дракона, ни человека. Туда, где деревья росли так плотно, что даже днём царил полумрак, где корни переплетались в причудливые арки, а воздух был напоён такой древней магией, что у любого, кто заходил туда, начинало кружиться голова.
В самом сердце этой чащи стояло Великое Древо.
Говорили, что оно было здесь всегда. Что оно помнит рождение мира и будет помнить его смерть. Что его корни уходят в самое сердце земли, а ветви касаются небесных чертогов, где обитают духи.
Сияна упала на колени перед древом и заговорила.
-Духи Леса, - прошептала она разбитыми губами. -Я пришла к вам не просить за себя. Мне уже нечего терять, нечего ждать, нечего любить. Но посмотрите, что стало с моим народом. Посмотрите, что стало с нашими детьми. Вражда пожирает нас, и некому остановить её.
Она подняла голову к ветвям, где сквозь листву едва мерцали звёзды.
-Я знаю, вы не вмешиваетесь в дела смертных. Я знаю, у вас свои законы. Но если в вас осталась хоть капля жалости к тем, кто населяет этот мир... дайте нам знак. Дайте нам надежду.
Дайте нам того, кто сможет остановить эту бесконечную бойню.
Тишина.
Лес молчал. Только ветер шелестел листвой, да где-то далеко ухнул филин.
Сияна опустила голову, готовая принять поражение. Но вдруг почувствовала, воздух вокруг неё изменился. Стал плотнее, гуще, наполнился странным свечением, которое исходило, казалось, отовсюду и ниоткуда.
-Встань, дочь Леса.
Голос был негромким, но отзывался в каждой клеточке тела. Он шёл не извне, он рождался внутри, в самой глубине души.
Сияна подняла голову.
Перед ней стояла женщина. Прекрасная, как сама природа, и такая же древняя. Её волосы переливались всеми оттенками зелени, от молодой листвы до тёмной хвои. Глаза были глубокими, как лесные озёра, и в них мерцали звёзды.
-Я, Дух Леса, - сказала женщина. -Та, кого вы называете Матерью-Чащей. Я слышала твою мольбу.
Сияна хотела поклониться, но мягкая сила удержала её.
-Не нужно поклонов, - улыбнулась Дух. -Я не богиня. Я просто часть этого мира, как и ты. Но я действительно могу дать вам надежду.
-Прошу тебя, - взмолилась Сияна. -Если есть способ остановить эту войну, скажи. Я отдам всё, что угодно.
-Я знаю, - кивнула Дух. -И потому выбрала тебя.
Она подошла ближе и коснулась груди Сияны. Там, где прошёлся её палец, вспыхнул тёплый голубой свет.