Хозяйка драконьей таверны

Пролог

Пролог

— Кыш, чешуйчатые, чего ноги раскинули? Пройти невозможно.

Несколько крупных мужчин послушно убрали ноги с прохода и растянули губы в беззлобных ухмылках. К ругательствам Халларейн они давно привыкли, как и все завсегдатаи таверны. Женщина она была строгая и с увесистым кулаком. Могла и кружкой, заполненной элем, так приложить, что даже хороший дракон покачнется. А могла и улыбкой наградить.

— Чего, мордастенький, на душе муторно? Сейчас я тебе брю крепкого плесну.

И наливала от души.

Давно не молодая, но активно пользующаяся домашними зельями и сыворотками, она выглядела не больше чем на сорок человеческих. Хотя никто не знал, сколько на самом деле лет Халларейн. Всегда зачесанные наверх иссиня-черные волосы, чистенькая одежда. Не худышка, но с хорошими выделяющимися формами, вызывающими интерес многих посетителей. Вот только рискнуть подступиться к малышке Халли, так ее звали между собой драконы, никто не рисковал, помня одного, что попытался нахрапом завоевать хозяюшку. Потом ходил с красной ошпаренной мордой и отпечатком сковороды. Больше подобных смельчаков не находилось.

Итак, женщина продефилировала мимо драконов, покачивая широкими бедрами, заставляя мужчин проводить ее жадными взглядами. Она лишь усмехнулась, сверкнула карими глазищами и скрылась за дверью, что располагалась за барной стойкой.

Женщина прошла по коридорчику и спустилась в полутемный прохладный подвал.

Чего здесь только не было! Ливерка, тушенка, консервы, наготовленные ею лично, сушеные фрукты и овощи, травы и пряности в баночках — от всего этого в воздухе витал непередаваемый аромат, от которого у любого мог разыграться аппетит. Но больше всего хозяйке нравился запах колбасок и копченого окорока в подсобке за тяжелой дверью. Туда она и направилась. Именно этими колбасками и окороком славилась таверна «Драконий хвост». Даже из соседних деревень приезжали, чтобы выпить брю с хвалеными копченостями малышки Халли. Она всегда заготавливала их впрок по осени и на всю зиму. В холода-то кто скотину колоть будет? А у Халли всегда есть запас до самой весны, даже если каждый день полная посадка будет.

Халли вошла, фонарь предусмотрительно оставила на полке: копченость не любит света. Хозяйка и так знала, где у нее что находится. Справа будут висеть окорока и вяленое мясо, пропахшее копченостью, слева стояли деревянные стеллажи с колбасками. К ним-то она и повернулась. Но позади, у дальнего окорока, ей послышался небольшой шум.

«Неужто мышь завелась! Этого не хватало. Вроде же недавно обновляла мышегонку».

Она напрягла глаза и шагнула по направлению к шуму.

«Драконьи боги!»

Под окороком темнота была гуще и плотнее. Но не ее ведьмовское зрение обманывать. Нет, там не мышь! Тень куда крупнее.

Халли отступила, нащупала палку сырокопчёной колбасы. Да покрупнее. Не убьет, но по мордасям незваного гостя точно отходит. А заодно крепче сжала нож в руках, который несла отрезать с вязанки колбасок. Вооруженная, она сделала резкий прыжок и выкрикнула:

— Стоять! Ты не думай, у меня все заговоренное. Схватишь — не отпустишь. Так и будешь здесь торчать, пока я не разрешу.

Продовольствие в таверне Халли и правда было заговоренным. А как иначе? Каким способом еще может хозяйка обезопасить свои продукты? Таверна в близлежащих окрестностях знаменита, а значит, охотников достаточно. И тех, кто халяву любит, тоже хватало. Потому хозяйка на охрану и защиту своего добра не скупилась.

Под окороком началась суета, и кто-то замычал. Несчастно и тоскливо.

Халли от испуга чуть не завизжала, но сдержалась, занесла над тенью колбасу и выставила нож, попутно направив приказ огням из фонаря приблизиться к ней. Те выскочили из стеклянной колбы и осветили окорок и находившегося под ним.

— Драконьи боги! — уже вслух воскликнула хозяйка.

Под окороком сидела девушка с длинными каштановыми волосами и огромными серыми глазами, в которых застыл ужас. Но удивительным было не это. Девушка сидела, вцепившись зубами в окорок.

— Совсем очумела? — удивленно выдала Халли, так и не опуская руку с занесенной над девушкой колбасой. Та ни на нищенку, ни на оборванку не походила. Чистое личико, одежда необычная, но тоже чистая. Белая рубашка, поверх нее тонкая серая безрукавка, серые брюки, плотно облегающие стройные ноги, черные высокие сапоги. Местные девчата в таком не ходят. — Ты чего творишь? Не сметь жрать чужой окорок!

И приказала магии, той, что накладывала от воров, схлынуть. Не тут-то было. Девушка зубы не разжала. Магия не желала ее отпускать.

— Пусти! — предупредила Халли и погрозила ножом.

Незнакомка покачала головой.

— А если так? — хозяйка замахнулась сильнее.

Незваная гостья приглушенно всхлипнула, дернулась, но окорок не выпустила. А глаза несчастные-несчастные, вот-вот разрыдается.

«Да что ж это такое! — выругалась про себя Халли. — Зверь я какой, что ли?!»

Глава 1

Пятью часами ранее

— Пей до дна! Пей до дна! Пей до дна! Фея, мы их сделаем! — взвизгнула моя лучшая подруга Элька.

И я выпила. Вытерла губы ладонью и ухмыльнулась в лицо офигевшим парням.

Не думайте, что я люблю выпить, но именно этот вечер пропустить было нельзя. Традиция перепивать первокурсников и ставить их на место родилась вместе с основами Института Чародейства. И я как правнучка его основателя просто не могла ударить в грязь лицом. Все три года обучения я уверенно перепивала любого из нашей академии. Поэтому право выступать за женскую половину на Праздновании Первокурсника в этом году досталась мне. Мало кто знал, что удивительный дар не пьянеть даже после пятой кружки местного пойла мне достался отнюдь не по наследству. Зато я умело пользовалась родовым чародейством. Правда, часа через три действие чар спадет. Пьяной я не буду, но ощущу дикий голод и сушняк, собственно, как и бывает после пьянки. Вот только если темные просто будут хотеть есть, то оборотней и вампиров вроде меня потянет на мясо и кровь (ее мы пьем достаточно редко и только из особых источников).

Давно прошли те времена, когда вампиры охотились на путников и всех остальных в надежде поживиться свежей кровью. Институт Чародейства хорошо отрабатывал лицензию и собственное существование. Помимо факультетов, где обучались будущие ученые и чародеи, существовали еще отделы по изобретению гомокрови и всяких заменителей, зелий и прочего, что помогало вампирам и оборотням уже с рождения лишаться чувства голода.

Итак, я выпила и облизнула зубы. Вернее, клыки. Клыки были моей гордостью. Ведь все знают: чем длиннее клыки, тем высокороднее вампир. Я старшая дочь ректора Института Чародейства, герцога Доминика Хесстера, среднего брата властвующего короля Василиана Хесстера. Он влиятельный, строгий и очень привлекательный мужчина. По крайне мере, женщин за ним всегда волочилось много. Он был вдовцом (мама покинула нас в далекие времена, я ее не помнила), и в доме часто появлялись претендентки на роль его пассии. Только ректор всячески избегал брачных уз и на моем веку ни одной даме не предлагал больше, чем одну ночь в его хладных объятиях. Наутро обычно претендентка пропадала. Нет, не думайте, что папочка делал все это на глазах дочерей. Скорее, это мы с Ларией втайне следили за его личной жизнью и про себя посмеивались над каждой новенькой, которая старалась завоевать сердце герцога.

Я оглянулась на притихших первокурсников и остальных ребят. Парни стояли, разинув рты, девушки — с широко распахнутыми глазами.

Кто-то подлил мне еще, и я снова с торжествующей улыбкой опрокинула выпивку в себя. После чего довольно усмехнулась. И, наверное, я бы добила их, вылакав и шестую кружку, но тут двери столовой распахнулись, и в них влетел мой однокурсник Геро.

— Атас, ректор идет!

Первокурсники перепуганной стайкой кинулись к выходу, преграждая путь мне. За ними ломанулись и остальные.

Я быстро сообразила, что не успею скрыться. Ой, как мне попадет! Намного сильнее, чем всем. Дочь ректора пьет с парнями наравне. Помнится, в прошлом году был знатный нагоняй, после чего последовал месяц жесткой отработки. Ректор не посмотрел на то, что я его дочь. Я ответила за всех.

Поэтому, крутанувшись на месте, я не нашла ничего лучше, чем кинуться к подсобкам столовой. Влетела в самую дальнюю, где пахло копченостями. И, прикрыв за собой дверь, спряталась в уголке.

Слышала, как раздался громогласный голос папеньки:

— Всем стоять!

Потом был долгий и нудный разбор полетов для тех, кто не успел скрыться.

Я сидела тихо, как мышка, молясь об одном, чтобы ректор не вздумал пойти искать других спрятавшихся. А он вздумал. Я слышала его громкие шаги. Закатила глаза и про себя взмолилась: «Нечистые, уберегите от гнева папеньки, спрячьте, скройте, хоть куда деньте, только уберегите!»

На какой-то момент мне показалось, что чары во мне отозвались, но тут же стихли вместе с тяжелыми шагами папы. Я замерла, вслушиваясь.

Тихо.

Очень тихо.

Нет, я пока не рискну выйти. Ректор может и под дверью караулить.

Я продолжила сидеть. Сколько именно я провела в тайнике, не знаю. Но действия чар от опьянения начали спадать. И вот тут я ощутила дикий, просто непередаваемый голод. Повела носом. Рядом одурительно пах копченый окорок. Облизнулась. Прокралась на запах в другой угол и впилась в мясо зубами.

И тут же пожалела.

Окорок был большим, тяжелым, и мои зубы как-то намертво в нем застряли. Я попыталась их вытянуть. Не получилось… Упиралась руками. Дергала. Тянула. Мотала головой… Да что же это!!! Нечистые, вы издеваетесь? Еще никогда такого не случалось. Я словно вклеилась в злосчастную тушку.

Я уж и так и этак… Окорок будто сам меня держал. Я продолжала попытки вырваться, пока не обессилела. Так и повисла на нем. Челюсть сводило, на глаза против воли накатывали слезы.

«О, нечистые боги! Представляю, что будет, когда придет кухарка и увидит меня повисшей на окороке. Взбучки, конечно, не избежать».

Но угнетало даже не это. В более глупую ситуацию я еще не попадала!

А потом послышались шаги. Я замерла. Папа вернулся? Или институтская кухарка пришла? В любом случае мне конец.

Глава 2

— Так, пожалуй, будет лучше, — говорила Халли с утра, поправляя на мне платье.

Я смотрела на себя в зеркало и думала, что никогда и ни за что не вырядилась бы так в институте. Скромное сельское платье в пол сдержанного сероватого цвета. Сверху черная безрукавка, подпоясанная кожаным ремешком.

— Что смогла найти с утра в местном салоне. Я попросила на тебя еще парочку платьев, их с субботней ярмарки привезут. Твоя одежда для нашего мира совсем не подойдет. Я ее выстирала и убрала в шкаф. Комната у тебя будет на втором этаже, самая дальняя по коридору. Без шика, но удобная, в ней и уборная, и душ небольшой имеется. Обычно я ее сдаю постоянным клиентам, но пока в ней ты поживешь.

Халли обошла меня, оглядела и уже довольно произнесла:

— В таком виде тебя за чужачку точно не примут. А теперь идем.

Она проводила меня в комнату. Та и правда оказалась совсем небольшой. Кровать, платяной шкаф, тумба с зеркалом, чуть дальше дверь в уборную, в ней же душ.

Халли подвела меня к шкафу и достала из него круглую коробочку. Открыла. В ней оказался синеватый крем.

— Открывай рот.

Я послушно открыла.

— Будешь мазать раз в несколько дней. Как почувствуешь, что снова пробиваются, сразу мажь.

Она нанесла толстый слой на мои клыки и лицо.

В первые секунды я ничего не ощутила, а потом появились резь у десен и покалывание кожи.

— Глянь на себя.

Я повернулась к зеркалу и просто себя не узнала. Клыки пропали, а на привычно бледном лице появился здоровый румянец. Позор всему вампирскому роду! Но эти мысли я оставила при себе.

— Как вы это сделали, Халли?

— Ну, во-первых, не вы, а ты. Помни, ты моя племянница. Во-вторых, — она усмехнулась, — ведьм в наших краях инквизиция тоже не жалует. Вот и приходится прибегать ко многим бытовым заклинаниям да зельям, чтобы во мне ведьму не распознали.

— Вы… ты ведьма, Халли?!

Она кивнула.

— Как есть ведьма. Иначе как бы простая таверна, что далеко от столицы, могла стать такой знаменитой? Очарование, привлечение и прочее. Лучше всего прятаться так, чтобы тебя все видели. Тогда ни у кого сомнения не будет.

Халли прикрыла коробочку и убрала обратно в шкаф.

— Всегда можешь сказать, что это от морщин и неприятного запаха, — она улыбнулась. — Идем, красавица. Покажу свои угодья. Сейчас посетителей нет, но к вечеру таверна будет полной. Нужно, чтобы к тому времени ты уже была готова к общению с местными. Постояльцы у нас бывают редко, так, заезжие. Моя комната на первом этаже, рядом с кухней. Комнаты для постояльцев на втором. Их немного. Твоя да еще три по коридору. Ты видела, когда мы шли. Кстати, — воскликнула она, когда мы уже спускались на первый этаж, — как тебя сокращенно называют? Фелинария — слишком уж замысловато для здешней публики.

— Феечка, Фея — так меня дома называют.

— Фея! — усмехнулась Халли. — Клыкастая ты фея.

«Теперь уже нет, — с грустью подумала я. — И мне предстоит к этому привыкать».

Хозяйка провела меня в зал. Здесь было не менее десяти столиков, на которых ножками кверху стояли стулья, барная стойка с высокими треногами и парочка диванчиков.

— Это основной зал. Сбоку есть еще парочка кабиночек. У барной стойки работает Дик, он придет после обеда. Хороший паренек, помогает мне по хозяйству и стоит на разливе. Прибылью и налогами занимается тоже он. Твое дело будет заказы принимать и на кухню относить. Там я буду заведовать. А позже, как включишься в процесс, станем вместе готовить и разносить. Убирать тоже будем вместе. Идем, покажу, где что находится.

Меня повели по таверне. Сначала Халли показала подвальчик, по пути рассказывая:

— Вот здесь приправки, соленья. Копчености ты уже знаешь где, — рассмеялась. — Но смотри, окорока, что вот за той полкой, только для особых посетителей.

— А особые — это какие?

— Мэр города, комиссары, — одним словом, высшие драконы. Но это очень редкие гости. Хотя, бывает, заглядывают. Остальным можешь резать вон с тех. Местные, как тебя увидят, будут не прочь пристать. Ты сразу на корню это дело руби. Не бойся.

— На корню?

Я, конечно, отпор дать могу. Но если я правильно поняла, то почти все местные — драконы. А с драконами я никогда не встречалась и представляла их смутно и пугающе.

Мы к тому времени уже направлялись к кухне.

— Как-как? — усмехнулась хозяйка. — Ты один раз сковородкой промеж глаз тресни, любой дракон хвост подожмет. Это они с виду грозные, а как звездочки перед глазами запляшут, куда только эта грозность пропадает! Зато другим неповадно будет. Местный люд простой, хоть дракон, хоть обычный маг. Так что будь посмелее. А если сковорода не поможет, ты мне скажи, я им быстро чешую подправлю. Ты, главное, не бойся, — Халли шла, рассказывая о тонкостях общения с местной публикой, и показывала, где что находится. Чуть позже приказала помочь ей с заготовками на кухне к вечеру.

Вот тут и начались проблемы. Дочь герцога оказалась совершенно не подготовлена к подобной работе! А кухня была большой. В то время как хозяйка ловко управляла магией, заставляя ножи резать, огонь под большой плитой и камином разгораться, а посуду мыться в глубокой чашке, я старалась познать науку готовки своими собственными руками. Судя по взгляду Халли, не слишком преуспевала.

Глава 3

— А зачем он через забор лез? — пыталась оправдаться я. — Нормальный ночью через забор не полезет. Только с умыслом. А какой умысел может быть у ночного, нежданного… инквизитора-а-а? — тоскливо протянула я.

Кто-то подал мне воды. Кажется, это был Дик.

Тушку дракона уже затащили в зал, вернее, не всю тушку, голова с шеей находились в зале аккуратно у самого деревца-метелки. Остальное на улице. Мужички к этой самой голове прикладывали лед. Деревце, позабыв о том, что оно деревце, обмахивало его ветками, никто на это даже внимания не обратил. Халли хлопотала с какими-то травками над котелком.

— Авось мы его того, хорошо приложили, и он не вспомнит, кто это его так, — предположил Дон. Ему уже не надо было чесночного супчика. Он и без того разом протрезвел, едва мы все узнали, что избили инквизитора.

— Вспомнит, — уныло отозвалась Халли, доливая в зелье воды и тщательно размешивая. — Это же инквизитор. Они и мертвые все помнят. Э-эх-х-х… — она посмотрела на меня.

— Ты же сама сказала, чуть что — сковородой, — выдавила я.

— Сказала, — вздохнула названая тетушка. — Это здешних можно сковородой, а этого… Э-э-эх… Нехорошо получилось. В Драконью Яму инквизиторы, почитай, лет пять не заглядывали. Один зашел, и того… Э-э-эх…

— У него на лбу не было написано, что он инквизитор, — хмуро сказала я. — Смотрю, лезет. Подумала, воришка.

— Подумала она! — хмыкнула Халли и, зачерпнув в ковшик зелья, подошла к тушке дракона.

— Девчонка права, — попытался вступиться за меня Свич. — У него же таблички в лапах не было. И нимба тоже. Откуда ей знать?

Хозяйка сверкнула глазами, и все смолкли.

— Пасть ему раскройте, — приказала она строго, а мне бросила: — А ты быстро наверх. Не нужно тебе сейчас на глаза инквизитора попадаться. Что-то мне подсказывает, что тебя он точно запомнил.

Я покосилась на огромную шишку и красивые разводы под глазами дракона. Как есть запомнил. Если только я ему ничего не отшибла. Очень бы хотелось. Хотя бы момент полета сковороды.

Встала и направилась наверх. Не в свою комнату, а за угол у лестницы встала, прислушиваясь к происходящему в зале.

— Пей, пей, милок, — приговаривала хозяйка. — Сейчас мы тебя вылечим. Будешь как новенький. Ага, моргнул. В себя приходит.

— Халли, может мы того… — раздался напряженный голос Дона. — Пойдем уже. Моя меня, наверное, потеряла.

— Да, нам тоже пора, — добавил Лайк. — Поздно уже.

— Вот ироды! — выругалась Халли. — Натворили дел и в кусты.

— А мы чего? Мы же защищали… — оправдывался Лайк. — Кстати, твою племянницу. И нам, правда, уже пора.

— Стоять! — приказала Халли.

Но ее не слушали. Судя по образовавшейся тишине, мужики смылись, едва раздалось грозное:

— Агр-р-р…

Дракон пришел в себя. Я в стену вжалась.

— Доброй ночи, лорд-инквизитор, — пропела Халли. — Эка вас угораздило. И чего это вы по ночам шастаете? Этак можно и на бандитов налететь.

Тишина, легкий всплеск магии в воздухе.

Я выглянула.

Перед Халли на полу сидел мужчина, сжав голову руками и прикрыв глаза. Мотя снова стояла, делая вид, что она деревце.

— Эй, лорд! — позвала Халли.

Он поднял взгляд, только посмотрел не на хозяйку, а в мою сторону. Пронзительный взгляд темно-синих глаз. Кстати, очень хорошо подчеркивающих нездоровую синеву под ними. Всколоченные волосы, некогда собранные в хвост, а теперь просто путаные. Серость лица, кровоподтеки и ссадины. И даже костюм порван. Но это ни капли не портило вида инквизитора и не скрывало его серьезного и крайне жестокого вида.

Мужчина резко поднялся, и я юркнула снова за угол, ощутив, как бешено застучало мое сердце.

— Стой, милок, тебе нельзя так шустро вскакивать… — кинулась к нему Халли. — Голова закружится. Ох, ей… Я же говорю…

Лорда-дракона усадили на стул.

Я, желавшая еще секунду назад рвануть в свою комнату, притормозила и снова выглянула.

Мужчина сидел, облокотившись на стол и опустив голову на руки.

— Дик! — выкрикнула Халли. — Воды лорду-инквизитору.

— Не надо! — раздался хриплый голос.

— Надо, надо, — протянула хозяйка, уже подавая ему кружку.

Он вскинул голову и ударом выбил кружку из рук женщины. Снова встал. Покачнулся. Схватился рукой за край стола. — Что вы себе позволяете?

Она пожала плечами.

— Это благодарность за спасение?

Он наконец удостоил Халли взглядом.

— Я инквизитор…

— У вас на лбу не написано, — спокойно парировала та. — Кто знает, кто вы на самом деле и зачем лезли ночью через мой забор.

Хозяйку таверны «Драконий хвост» трудно было испугать. Она стояла перед драконом, сложив руки на груди.

Глава 4

— Встаем, Фея. Встаем! — настырный голос Халли выдернул меня из сна. — Дел много, в отличие от времени. Поднимайся, уже Дик пришел.

Я, зевая, встала. Даже в институте нас не поднимали так рано. Сонно прошлепала до уборной, там сполоснула лицо. Вообще, день — это не время для вампиров. Как правило, дома мы вставали ближе к вечеру, а ложились к утру. В институте занятия начинались после трех дня и оканчивались после заката. Здесь же все для меня перевернулось.

Я посмотрела на свое лицо в зеркало. Десны чесались. Не стала ждать, когда гордость каждого вампира начнет пробиваться, прошла до шкафа, достала коробочку и намазала зубы, а следом и лицо. Снова посмотрела на себя. М-да… Увидел бы меня папенька… Просто позор нашему древнему вампирскому роду! Румянец и отсутствие клыков. Но не стоит горевать. Главное, чтобы никто не смог меня вычислить. Я улыбнулась своему отражению. А что, даже очень хорошо выгляжу. Наверное, в мире людей и драконов, я довольно приятная особа. Торопливо накинула платье и, подпоясавшись, спустилась.

Дик умело распоряжался в зале. Между столов кружили тряпка и новая метла.

Из кухни пахло жареным беконом и еще чем-то сдобным и ароматным.

— Все быстро к столу, — прикрикнула, выходя, Халли. — Завтракаем и за работу.

— У меня такое чувство, словно это дерево за мной следит, — сказал Дик.

Я покосилась на Мотю и пригрозила ей взглядом. Та ветки в сторону отвела, словно она тут ни при чем.

Дик аж икнул.

— Видели?

Мы с Халли пожали плечами.

— Это у тебя после вчерашнего, нервоз, — проговорила тетушка. — Успокоительного тебе надо, — тоже зло глянула на бывшую метелку. Та замерла: «Вот смотрите, я просто дерево».

Дик почесал затылок и принялся за еду, но поесть нормально нам не удалось. Дверь в таверну открылась, и вошел высокий статный мужчина. С первого взгляда я определила, что это был дракон. Не вчерашний визитер, не инквизитор. Я облегченно выдохнула. Но не менее важная персона, это читалось во взгляде. Прямом и властном. Он скользнул им по залу. Халли тут же вскочила.

— Чего изволите, лорд-мэр?

Я замерла с вилкой в руках. Мэр? Ого! Так вот он какой!

Мужчина остановился взглядом на мне. Посмотрел пристально, будто пытаясь разглядеть лучше. Но тут же потерял интерес и перевел взгляд на хозяйку.

— Легкий бульон с жареными хлебцами.

Он прошел мимо столиков, на ходу швырнув плащ на руки подскочившему Дику. И снова, проходя мимо меня, бросил мимолетный, но очень пронзительный взгляд черных глаз. Всего на секунду. Но такую, что мне захотелось исчезнуть из поля зрения мэра-дракона. Его чуть вытянутое лицо имело какой-то хищный вид. Зачесанные назад волосы собраны в косу, а лицо бесстрастное, холодное, жесткое. Казалось, только глаза на нем живые, а сам он как подобравшийся зверь. Даже мой отец, который был славным сыном древнего рода вампиров, не умел смотреть вот так, словно душу хотел вытянуть.

— Лорд Хэннер, — обратилась к нему Халли, — у меня с утра есть свежайшая выпечка. Я знаю, что ваша матушка, леди Елуиза, очень их любит.

— Заверните с собой, — он отвернулся от меня и устроился подальше, у стены. Но так, чтобы наш столик было прекрасно видно.

Дик и Халли тут же кинулись на кухню. Я встала. Если правильно понимаю, наш завтрак окончен. Подхватила сковороду и последовала за ними.

— Леди, — остановил меня голос мэра.

Я замерла. Нехотя повернулась к дракону.

— Я редкий гость в трактире, — холодным шелком прозвучал его голос. — Хотя очень люблю, как готовит леди Халли. Зачастую мои слуги приносят еду с ее кухни. Да и сам я редко, но захожу. Однако вас я не припоминаю.

— Я племянница леди Халли, — я скромно потупила взор, крепче сжав сковороду. Нет, я не собиралась ее применять, но как-то спокойнее было, когда железяка рядом. — Приехала недавно, помогать по хозяйству.

— Издалека? — голос мэра перетек в чарующее журчание. Ручей, готовый вот-вот сорваться в стихийный поток.

— Да, лорд-мэр. Издалека.

— Откуда?

Черт бы побрал этого дракона. Мы с «тетушкой» пока еще не обсуждали, насколько издалека я приехала. И где это, черт возьми, находится? Как называется? Хорошо, что на помощь мне пришла Халли, явно услышавшая интерес мэра ко мне.

— О-о-о, — радостно протянула она, приблизившись к столику и встав между мной и лордом Хэннером. — Вижу, вы уже познакомились с моей племянницей. Она прибыла совсем недавно из Гремена.

Дракон приподнял бровь.

— Вы уехали так далеко от своей семьи?

— О-о-о, это грустная история лорд-мэр, — тоскливо завела Халли, отвечая за меня. — У бедняжки погибли родители, и я единственная ее родня.

Мужчина с сомнением выслушал хозяйку, хотя той было все равно. Она тут же улыбнулась.

— А вот и ваша похлебка, — сунула дракону горячую пиалу в руки. Он поморщился, ставя ее на стол.

Похлебка выглядела более чем аппетитно: золотистая, с сухариками на поверхности.

Глава 5

Слушали мы долго. В какой-то момент хозяйка встала, прошла и заперла дверь таверны на засов.

Итак, о чем говорил инквизитор. Выходило, что в ночь, когда я появилась в таверне, инквизиторские ловушки засекли всплеск портальной магии в Драконьей Яме. И это событие вызвало вопросы. Портальная магия, конечно, применялась в Элтероне. Порталы строились только при крайней необходимости, связано это было с небольшим количеством магов, работающих исключительно на инквизицию и правительство.

А вот ловушки ставились еще во времена Темной войны, но срабатывали они редко и тихо, оповещая о возможной нечисти в округе. Это же оповещение было сильное. Резкий, тонкий звук. Кристалл, закрепленный за ловушкой, попросту разорвало. Хранители инквизиции обратились к верховному, рассказали, откуда был дан сигнал. Ни один вспомогательный кристалл не смог его зафиксировать. Верховный поведал об этом старшему инквизитору. Сам ехать в Драконью Яму он не мог.

— Это так не вовремя, — проговорил он, обращаясь к Айку. — Вы же понимаете, лорд Савал. Я не могу направляться в это… эту местность. Я должен быть в другом месте. Драконья Яма слишком далеко от Аздена. Вы же понимаете.

«Конечно, конечно, — хмурился старший инквизитор. — Разве какая-то нечисть может заставить верховного лишить возможности присутствовать на инаугурации принца Эйрона Хаана?»

Инаугурация должна состояться в ближайшее время. Все силы комиссариатов и инквизиции были направлены в Азден, на обеспечение безопасности будущего императора, замка и города в период празднества. Согласно древнему закону, наследование происходит только в день красной луны, когда она выделяет высшую магию, чтобы наделить будущего императора определенными силами. Таинство получения великой силы и последующая инаугурация проводится верховным инквизитором, после чего устраиваются народные гуляния в честь нового императора. Конечно же, подготовка к этому требовала личного присутствия верховного. И никакие факторы не смогли бы заставить его покинуть Азден сейчас.

— Я не думаю, что там нечто действительно серьезное. Может, привидения расшалились или местные решили темной магией побаловаться. В Драконьей Яме со времен Темной бойни ничего не происходило. Тихое, захолустное место. Если привидение, то отправьте его в светлый мир, а если местные, пожурите так, чтобы неповадно было. Я отправил весть местному комиссариату, они будут ждать вашего прибытия, лорд Савал, а также их силы в вашем распоряжении.

Так старший инквизитор, он же помощник верховного, оказался здесь. По пути он свернул к ловушкам и был удивлен. От них ничего не осталось. Слова о возможном привидении или играх местных сразу же отпали. Разнести ловушки инквизиторов в пух и прах могла только сильная магия. Хуже того, он явно ощутил присутствие темного следа. Чернокнижная магия?! Но откуда? Ее не было уже более сотен лет. Может, он ошибается и это земля, некогда пропитанная кровью нечисти, отторгает тьму, что в ней? Айк с подобным сталкивался. И точно знал, ничего хорошего это не предвещает.

В задумчивости он свернул на воздушный тракт и долетел до города, от ловушек до него было совсем недалеко. Буквально пять минут и десяток взмахов огромных черных крыльев. Старший инквизитор направлялся к комиссариату, и он бы долетел до него. Вот только, едва попав в город, уловил некое притяжение. Он такого никогда не ощущал. Магия буквально взбесилась, настойчиво заставляя сменить курс. Дракон стал одержим, он свернул с выбранного пути. Инквизитор пытался воззвать к голосу разума, да куда там! Спустился на полутемной улочке и с каким-то благоговением начал обнюхивать все вокруг. Замер… Потерял след? Нет, он тянулся в воздухе, словно упоительный аромат. Следуя за ним, дракон прошел к ближайшему заборчику. Инквизитор был уверен: кто-то темной магией притянул его. Но узнать об этом он не успел. На пути встретилась самая настоящая Фея. С палочкой… Вернее, сковородой в руках. Притяжение, конечно, сразу для инквизитора и его дракона затихло, как многое другое. А уж когда на него навалилась тройка крепких мужиков, тут и вовсе потерялась нить магии.

Когда же инквизитора привели в чувство, он все же достиг комиссариата, но понял, что обоняние и слух у него заметно притупились. Удар Феечки оказался более чем действенный. Как ни старался дракон залечить себя, раны снял, а остальное смог вернуть лишь частично. Ни магии притяжения, ни следа он больше не ощущал.

Я призадумалась.

«Если он частично слышал, о чем я с Диком говорила, насколько силен слух у драконов в полной мере? Пожалуй, нужно быть еще осторожнее. Тем более что проживать он теперь будет рядом со мной».

Мои мысли были прерваны дальнейшим рассказом инквизитора.

Самое интересное произошло потом. Поутру стало известно, что пропал один из влиятельных драконов городка. По рассказу супруги графа Суила, он встал среди ночи, сомнамбулой вышел из дома, обратился ящером и улетел. Она только и успела в окно увидеть зад удаляющегося дракона. Кричала, звала. Но, увы, граф словно оглох. К утру он не вернулся. Инквизитор добрался до того места, где граф обратился драконом, а далее сказалось потерянное обоняние. Он не смог поймать магический след дракона. Подключил комиссаров в количестве всех трех штук, что обитали в Драконьей Яме. И пока те унеслись в поисках следов графа Суила, инквизитор направился узнать у местных, пропадали ли ранее жители городка и не замечали ли те что-то необычное. В одной из лавок ему посоветовали пойти в таверну «Драконий хвост», место, как сказали, достопримечательное, все новости можно узнать там. Комиссары до того подсказали, что именно в «Драконьем Хвосте» лучшая еда и можно снять приличную комнату.