Хозяйка Сердца мира

Глава 1. Королевская магистраль

Первый том двухтомника тут https://litnet.com/shrt/vh1F

Столица встретила запахом тлена.

Я стояла перед порталом, крепко сжимая ручку саквояжа. Черная арка умирала: трещины ползли по камню, края осыпались.

В воздухе еще звенело эхо другого мира.

Я видела агонию Перекрестка. Но люди вокруг не замечали. Важные купцы катили телеги с товаром, дети носились у ног матерей, стража лениво подпирала стены. Никто, кроме меня, не чувствовал мерзкого привкуса смерти.

Какой-то юнец врезался в меня плечом, едва не выбив сумку из рук.

— Эй, деревенщина! Чего торчишь на проходе? — рявкнул нахал через плечо. — Не видишь, люди работают!

Я проследила за ним взглядом. Парень в расшитом камзоле спешил к одной из стоек регистрации, помахивая кожаной папкой с документами. Наверняка курьер какого-нибудь торгового дома, а я для него досадная помеха. Очередная провинциалка, не знающая правил столичной жизни.

Я стояла посреди Королевской станции и вдруг ясно поняла, в шумной столице Альвена меня действительно никто не ждет.

Красота и масштаб этого места давили. Высокие колонны уходили в каменный свод. Магические лампы сияли холодным золотом.

В памяти вспыхнул образ: да это же московское «Шереметьево»! Только вместо выходов на посадку между колоннами зияли мерцающие порталы! Я вспомнила, как стояла у паспортного контроля, окруженная солидными пассажирами бизнес-класса. Мой строгий костюм и туфли на шпильках придавали уверенности.

А здесь я никто. Чужое тело в простом дорожном платье, стоптанные туфли и натруженные руки. Невидимка в толпе без роду и племени.

Что ж. Незнакомый магический мир явно не собирался принимать меня с распростертыми объятиями.

Я глубже вдохнула спертый воздух — смесь пота, пряностей, едва уловимого запаха разложения — и встала в очередь к ближайшей стойке.

Толпа двигалась медленно. Каждый шаг отдавался в затылке чужим раздражением. Люди переговаривались.

— Опять полдня потеряем, — буркнул мужчина в расшитом камзоле, сверкая золотыми пуговицами.

— У них всегда так, — отозвалась за его спиной элегантная дама в кружевах. — Пока не сунешь десяток золотых, и пальцем не пошевелят.

Я сделала вид, что не слышу. На чужие советы сейчас лучше не полагаться.

Инспектор за стойкой оказался типичным чиновником. Лысина блестела под лампой, голос безразличный, будто разговаривал с пустым местом.

— Документы. Цель визита. Разрешение.

Я протянула зачарованный свиток, местное удостоверение личности. Клерк взял его тонкими пальцами, развернул, пробежал взглядом и посмотрел поверх очков ожидающе.

— Ну, и где остальное? Милочка, не тратьте мое время попусту.

— Но у меня только удостоверение, — призналась я осторожно.

— Этого недостаточно, — отрезал он. — Для путешествий между мирами требуется заверенное Королевской службой разрешение. Согласованное заранее. Ей-богу, дамочка, вы откуда свалились такая?

Я старалась не паниковать.

— Прибыла из Меридиса. Возможно ли оформить все эти бумаги сейчас? Дело действительно срочное.

Ага, срочнее некуда! Спасти мир от гибели. Так, мелочь, о которой чиновникам знать необязательно.

— Цель визита? — спросил тот подозрительно.

— Личные дела, господин инспектор.

По его лицу пробежала странная тень.

— Из Меридиса, говорите? — Он прищурился. — Первый раз на моей памяти оттуда кто-то вернулся. Обычно авантюристы и кладоискатели там и остаются… А вы вот явились. Причем без уведомления.

Очередь за спиной зашевелилась.

— Сколько можно! — выкрикнул кто-то. — Нам тут до вечера стоять?!

— Пусть быстрее решает, а то опоздаем к открытию вечерней ресторации, — поддакнул другой.

Инспектор наклонился ближе, понизив голос.

— Конечно, есть способы ускорить процедуру…

Его пальцы постучали по краю стойки. Намек прозрачный.

Я напряглась. Дать взятку легко. А если это проверка? Местных правил я не знаю, вдруг сунешь монету — и стража скрутит на горячем? И так уже с бумагами влипла.

Сзади кто-то проворчал:

— Давай уже, красавица, не задерживай очередь.

Я обернулась. Сутулый мужик ухмыльнулся и крутанул пальцами. Мол, золото давай. Толпа зашумела громче.

— Уточните, пожалуйста, — я снова повернулась к инспектору, — каким образом возможно ускорение? Есть официальный порядок?

Тот скривил губы.

— По правилам хотите? Задержание, проверки, штрафы. Два месяца в изоляторе Дознания, если повезет. Вам такие радости нужны?

— А неофициальный?..

— Проще.

— То есть взятка, — сухо уточнила я.

Инспектор ощутимо напрягся и покраснел. На миг даже перестал постукивать ногтями по столешнице. И я поняла: сейчас решится. Либо пропустит, либо…

— Я ничего не нарушала!

— Это выяснится при детальном допросе. И досмотре.

Ладонь вспотела, ручка саквояжа стала скользкой. Стражники у стены переглянулись. Один положил ладонь на рукоять меча, другой сделал шаг вперед.

Очередь роптала все громче:

— Давай пропускай уже!

— Из-за одной девки стоим…

Воздух сгустился. Кровь билась в висках.

Да чтоб тебя! Я не выдержу еще и этого!

Инспектор резко вскинул руку и выкрикнул:

— Стража!

Да чтоб тебя! Очередь взорвалась недовольством. Люди роптали, требовали пропустить скорее, кто-то возмущенно выкрикивал проклятия. Стражники отлипли от стены и двинулись в мою сторону.

Я застыла.

Арест. Наручники. Допрос. Каменный свод над головой, холодные стены камеры... Секунды на исходе!

Глава 2. «Теневой проводник»

Я все еще сомневалась, правильно ли поступаю. Магические светильники разгоняли полумрак гостиной, и можно было оглядеться.

Дом контрабандиста — вот куда я попала. Оружие на стенах соседствовало с древними свитками, пыльные книги громоздились на каждой поверхности. В полумраке что-то поблескивало.

Артефакты? Трофеи?

Взгляд зацепился за приоткрытую дверь. Библиотека? Я невольно сделала шаг туда, но теплая ладонь легла на плечо.

— Позже, — коротко бросил Калибан и направился куда-то вглубь дома. — Сначала ужин. Если хочешь освежиться, гостевая спальня дальше по коридору, там все удобства.

Я с благодарностью кивнула и осталась одна.

Меня окружала нарочитая, почти вызывающая роскошь: резные кресла с бархатной обивкой, мягкие ковры, стойки с винными бутылками. Все кричало о том, что тут живет азартный коллекционер и любитель приключений.

Вскоре Калибан вернулся и кинул в камин щепотку какого-то порошка. Огонь вспыхнул зеленоватым пламенем, но быстро приобрел свой привычный оттенок.

Глядя на его расслабленную позу у камина, я снова напомнила себе, что оборотню нельзя доверять. Да, он вытащил меня со станции, помог. Но все внутри кричало о том, что расслабляться здесь не стоит.

В этот момент что-то мягкое коснулось моей лодыжки. Я вздрогнула и отпрянула. Передо мной сидел... Кот?

Если его вообще можно так назвать. Серая шерсть отливала сталью, хвост заканчивался костяным шипом, а ростом зверь доходил мне до колена.

— Это Грр, — лениво произнес Калибан, появившись в дверном проеме. — Не бойся, он кусается только по вторникам.

Грр потерся о мою голень и заурчал. Затем юркнул под низкий столик и выкатил оттуда что-то блестящее.

По ковру покатилась огромная перламутровая жемчужина размером с орех. Она мягко светилась изнутри, будто в ее сердцевину положили небольшой уголек.

Кот увлеченно гонял ее по паркету, царапая когтями. Я не удержалась и присела, рассматривая питомца. Калибан за секунду оказался рядом, отобрал жемчужину и положил ее во внутренний карман.

— Долг старых друзей, — пояснил он, заметив мой взгляд. — Когда-нибудь пригодится.

Зверь недовольно рявкнул и уставился на карман оборотня, явно задумывая месть. Я протянула руку и осторожно провела ладонью по его спине, отвлекая. Шерсть оказалась на удивление мягкой, и Грр, забыв об обиде, тут же прикрыл глаза от удовольствия.

— Что за порода? — спросила я.

— Да кто ж его знает, — усмехнулся оборотень. — Иногда думаю, что это не кот, а какой-то мелкий демон. Прибился ко мне в Соленых Пустошах. Появляется и исчезает, когда сам захочет. Но, как ни странно, всегда вовремя.

Грр метнул на меня игривый взгляд, став в этот момент до боли похожим на своего хозяина.

— Любит магию и красивых девушек, — добавил Калибан и снова скрылся на кухне.

Вскоре оттуда потянуло невероятно аппетитным ароматом жареного мяса со специями, а потом появился и сам хозяин, быстро сервировав журнальный столик рядом с низким диванчиком. Я понадеялась, что оборотень не услышал предательское урчание в моем животе.

А может, это урчал магический кот? Тот сидел на полу и косился на тарелки, всем своим видом напоминая, что и ему причитается.

Передо мной аккуратно лежали уже нарезанные ломтики мяса с запеченными овощами.

— Приятного аппетита, — сказал Калибан, садясь в кресло напротив и разливая темное вино из пыльной и явно дорогой бутылки. Сделал первый глоток и тут же взялся за мясо.

Я уселась на диван и последовала примеру. Едва успела взять первый кусок, как Грр одним грациозным прыжком оказался у меня на коленях, его лапы утонули в складках платья, острый хвост подрагивал от нетерпения.

— Что, маленький, тиграм не докладывают мяса? — не сдержала улыбки и сунула ему в пасть самый сочный кусок.

Зверь деликатно прихватил добычу и тут же залез под стол с довольным «гррр». Я отставила пустую тарелку и откинулась на подушки. Тепло от камина и вина разлилось по телу приятной истомой.

Осталось поблагодарить Калибана.

— Спасибо за ужин и за то, что вытащил меня со станции.

— Пожалуйста, — отозвался он. — В следующий раз советую не хамить инспектору прилюдно и не называть его взяточником. Вилли хороший парень, но обидчивый. Пара месяцев в изоляторе Дознания плохо сказываются на здоровье, знаешь ли. Так зачем ты приехала в столицу?

Я задумалась. Сказать правду? Соврать? Но, если он и вправду живет за счет контрабанды артефактов, закрытие порталов ему невыгодно. Может, у нас есть общий интерес, не считая того, что он явно пытается затащить меня в постель.

Я вздохнула и решилась.

— Калибан, что ты знаешь о порталах?

— То же, что и все остальные, — он пожал плечами. — Это возможность шагнуть в другие миры и торговать там. Быстрая прибыль, простая схема. Все бы ничего, если бы большинство узлов теперь не контролировала Великая Гильдия Путей.

Калибан скривился.

— Уж очень большой процент они берут за мои… хм… дела. — Оборотень пересел ко мне на диван якобы подлить вина, но его бедро оказалось слишком близко. — Лисс, дорогая, ты просто не представляешь, как я рад, что твой трактир снова работает.

Я покачала головой и немного отодвинулась.

— Все не так просто, Калибан. Альвен на грани. Перекрестки не только открывают дороги между мирами. Это живые и мощные источники магии с собственной душой.

— Да что ты, — он иронично приподнял бровь и положил руку на спинку дивана. Его ладонь практически касалась моего плеча.

Я закатила глаза. Мужчины во всех мирах одинаковы. Как бы сделать так, чтобы оборотень перестал пялиться в мое декольте и действительно услышал?

— Калибан, пожалуйста, — я подалась вперед и прямо встретила его взгляд. — Речь идет не обо мне и не о твоих шуточках. Все куда серьезнее. Гильдейские маги сковали волю перекрестков, выстроив на их месте мертвые арки. Магия в них задыхается и умирает!

Глава 3. Архивы и ловушки

Калибан встал с кресла и подошел к стене, где висела уродливая маска из темного дерева. Вместо глаз пустые провалы, крючковатый нос с выемками.

Оборотень заговорщицки мне подмигнул и дернул маску именно за этот выступ. Послышался щелчок, и каменная кладка со скрипом сдвинулась в сторону. Открылся узкий проход в темный коридор.

— Сюда, — бросил хозяин и повел за собой.

Мы оказались в комнате, которая напоминала одновременно арсенал и тайник контрабандиста.

На стенах висело оружие: арбалеты, клинки, дротики. Вдоль полок рядами стояли металлические коробки с кристаллами и амулетами.

Калибан прошел к столу в центре, скинул на него несколько мешков. Похоже, он проделывал подобное сотни раз. Первыми достал из шкафа неприметные серые плащи. Стоило провести рукой по ткани, как цвет плавно менялся, подстраиваясь под окружающий фон.

— Маскирующая пропитка, — коротко пояснил он. — Скроет лучше любой иллюзии.

Следом появились амулеты-глушители: тусклые медные подвески с трещиной в центре и выцарапанными по краю рунами. Он проверял каждую, встряхивая и прислушиваясь. Потом начал распихивать по карманам небольшие шарики. Как я поняла, аналоги дымовых гранат.

— Осторожнее с ними. Стоит чуть нажать и бросить, — предупредил Калибан, — и противник увидит только белый туман со вспышками. Секунд двадцать полной дезориентации. Этого хватит, чтобы смыться или ударить первой.

Я смотрела на него и поражалась, как изменились движения контрабандиста. Исчезла привычная легкость. Осталась спокойная грация хищника. Я впервые видела его таким собранным и опасным. Как ни странно, это тревожило еще больше.

— Давненько не приходилось собираться всерьез, — пробормотал он, натягивая капюшон. Голос прозвучал сухо, без привычной насмешки.

Я все же не удержалась от вопроса.

— А если нас поймают?

Он поднял глаза, достал из ножен пару коротких метательных клинков. Играючи провернув их в ладонях, улыбнулся уголком рта.

— Будем импровизировать.

Я сжала кулаки. Его уверенность раздражала, будто оборотень нарочно не принимал моих страхов всерьез, но именно это и удерживало от паники.

— Впрочем, прямо сейчас соваться туда — чистое самоубийство, — добавил он, заметив мое напряжение. — Выдвигаемся после полуночи.

Калибан ушел в город «прощупать почву», оставив меня томиться в ожидании. Часы тянулись невыносимо медленно. Я пыталась отвлечься чтением в библиотеке, но строчки расплывались перед глазами, а смысл прочитанного ускользал.

Единственным моим компаньоном оказался вальяжный кот, который следил за каждым моим движением с высокого шкафа, словно пушистый надзиратель.

Когда хозяин дома вернулся, за окнами уже стемнело.

— Пора, — коротко бросил оборотень с порога, от него веяло холодом и ночной сыростью. — Собирайся, у нас мало времени.

Я вскочила с кресла, нервно одергивая длинную юбку, и посмотрела на него. Калибан был одет в плотную кожу, удобную для бега, прыжков и боя. Ни одной лишней детали. А я стояла перед ним, шурша подолом.

И тут меня осенило: если он подготовился, то и я должна. Нельзя идти на такое дело в платье. Не дай бог погоня, а я в юбке.

Быстро вернулась в комнату к сумке и достала штаны. Те самые, что мы шили еще в трактире. Что-то подсказывало, что для ночной вылазки в архивы они куда полезнее. Натянула их, поправила пояс и почувствовала себя немного увереннее.

Брюки цвета капучино мягко облегали бедра и свободно расходились к низу. Кремовая рубашка и приталенный жилет делали образ женственным, но не стесняли движений. Волосы я стянула в тугую косу. Спина выпрямилась, плечи расправились, будто костюм собрал мою решимость по кусочкам.

Калибан сразу заметил перемену. Его взгляд скользнул вниз и задержался на бедрах, слишком откровенно оценивая, как сидит на них ткань.

— Интересный выбор, — протянул он с усмешкой. — Никогда бы не подумал, что тебе нравится мужская одежда.

Я вспыхнула.

— Это удобно, — огрызнулась вяло. Щеки предательски горели.

— Удобно и невероятно соблазнительно, — продолжил он дразнить. — В таком виде ты куда больше похожа на воровку.

Я отвернулась. Не хотела показывать, что слова Калибана задели, но, как ни крути, он прав.

***

Ночью столица оказалась совсем иной. Дневная суета исчезла, широкие проспекты почти опустели. Наши шаги отдавались гулким эхом вдоль мостовой. Редкие фонари бросали под ноги пятна света, вытягивая из тьмы длинные тени.

По сторонам громоздились здания в стиле ампир. Они будто пришли из иной эпохи, величественные и безразличные.

— Скажи честно, — прошептала я, беря контрабандиста под локоть. — Как мы вообще попадем внутрь? У тебя ведь… есть какой-то ключ?

Калибан скосил на меня быстрый взгляд. В свете луны мелькнули подозрительно удлинившиеся клыки.

— Конечно. Кража со взломом.

Я остановилась, глупо хлопнув ресницами.

— Что? Ты серьезно?

— А ты думала, нас пригласят через парадный вход? — усмехнулся он, не сбавляя шага. — Расслабься, я делал это сотни раз.

Я едва не споткнулась. Все-таки представляла что-то более цивилизованное. Подкупленный клерк, или встречу с «нужным человеком», но никак не взлом одной из самых охраняемых королевских служб в столице!

В переулках мелькали подозрительные силуэты. Кто-то прятался в подворотне, кто-то спешил, низко натянув капюшон. Иногда впереди мелькали огни патруля: магические светляки колыхались в такт сонным шагам дозорных. Они зевали, переговаривались вполголоса, но держали копья наготове.

Впереди выросло здание архива. Стены из светлого камня, королевский герб над тяжелыми створками. И все те же унылые каменные львы, смотревшие на нас особенно мрачно. Закрытые на ночь чугунные ворота слегка светились от охранных печатей.

И мы собираемся туда залезть?!

Мне стало не по себе. Оборотень, напротив, выглядел почти жизнерадостно. Калибан достал плоский амулет, активировал его легким нажатием. Свет ближайшего фонаря погас, оставив нас в полумраке.

Глава 4. «Поиск асессора»

Тео Эстерлин

Вечер застал королевского асессора в его столичной квартире.

Аккуратно расставленная мебель, натертый до блеска паркет, оружие на стенах. Служебные кинжалы, мечи, наградные шпаги идеально вычищены и расставлены по датам службы.

Только привычный порядок не успокаивал.

Он сидел в кресле, сжимая пальцы в кулак, глядя в пустоту.

Слухи о трактире Лейров не давали покоя. Впрочем, как и все, что произошло в последние недели. Тео говорил себе, что истина очевидна, — Лисса виновна. Она отдала трактир работорговцам, наживалась на чужом горе, врала.

Все сходилось!

И все же в памяти всплывали ее глаза. Чистый, дерзкий взгляд, без заискивания или кокетства. Это никак не вязалось с образом опытной лгуньи.

Тео гнал ощущение неправды прочь, твердил себе: «Она воспользовалась моим доверием», но мысль о ее невиновности раз за разом возвращалась. А еще ее голос…

Она клялась, что в теле Лиссандры Лейр живет чужая душа.

Звучало как бред сумасшедшего или жалкая попытка оправдаться. Только эта фраза вонзилась в сознание отравленной иглой. Он убеждал себя в ее вине, но образ Лиссы не отпускал.

Асессор Эстерлин ненавидел сомнения, потому что они разъедают душу вернее любого врага.

Взгляд скользнул по полкам шкафов. Там стояли футляры с трофеями Академии защитников. Медали, дипломы, знаки отличия. Когда-то он гордился каждым из них, считал доказательством собственной силы и правильности пути. Тогда его еще называли Теодором. Теперь они казались лишь тенями прошлого. Свидетельством то ли юношеской гордости, то ли наивности.

В Академии все просто: закон и преступник, черное и белое. С Лиссой границы размылись. И чем сильнее он пытался отрицать, тем навязчивее в голове звучала фраза:

«А если она не врала?! Если сейчас Лисса где-то там, напуганная и беззащитная, проклинает меня и считает подонком? Или, хуже, уже нашла кого-то, кто поверил ей с первого слова?»

Тео сжал челюсти. Вскочил, опрокинув кресло. Кулаки сжались сами собой.

Хватит!

Он пойдет в архивы этой же ночью, найдет чертовы доказательства и закроет вопрос раз и навсегда. Ее вины или собственной ошибки — не важно.

План сложился мгновенно. Архивы. Записи о перевозках. Отследить пути, по которым гнали людей.

Если работорговля поставлена на поток, то должны остаться следы: слишком крупные партии, странные совпадения, накладные с одинаковыми подписями. Все это докажет, что кто-то сознательно прятал живой товар за фальшивой документацией. И если такие бумаги всплывут именно с печатью трактира Лейров, сомнений не останется.

Первый шаг — найти грязные накладные. Понять, когда и через какие перекрестки проходили подозрительные караваны.

Вот только нельзя подавать официальный запрос. Бумаги оставляют следы, а они ведут к тому, кто задает вопросы. Любопытство в таких делах может стать подозрительным. Значит, придется действовать осторожнее.

Королевский асессор привык работать на грани. Его имя и репутация еще кое-что значили среди сослуживцев. Их хватит, чтобы один стражник закрыл глаза, пока ночной дежурный откроет дверь в архив.

Риск очевиден, но другого пути нет.

***

Коридоры архива тянулись холодными сводами. Тусклый свет фонаря дрожал в руках сопровождавшего его клерка. Тот постоянно оборачивался и с почтительной поспешностью бормотал:

— Господин асессор, прошу вас поторопиться. Понимаете… Вы же понимаете мое положение. Конечно, для уважаемого человека вроде вас… Но без запроса, ночью… — Клерк понизил голос: — За такое мне влетит.

— Никто ничего не узнает, — коротко бросил Тео, не сбавляя шага.

— И все же… — Дежурный поежился.

Эстерлин промолчал. Он чувствовал, что риск оправдан. И все же тревога давила. Несколько дверей по пути оказались распахнутыми. Хотя по правилам ночью они должны быть опечатаны.

Здесь что-то не так.

Клерк остановился у нужного зала, отпер замок и с облегчением протянул:

— Вот. Дальше сами, господин асессор. Я подожду снаружи.

Тео кивнул.

Он вошел и сразу ощутил запах пыли и старых бумаг. Ряды стеллажей уходили вдаль и до потолка, полки ломились от промаркированных ящиков. Здесь хранились записи о перевозках всего, что двигалось через станции: зерно, ткани, драгоценности.

Тео начал методично перебирать папки. Он искал конкретные записи о поставках скота.

Открыв первый ящик, быстро пролистал отчеты: даты, печати, маршруты. Все правильно. Во втором то же самое. Дальше попались пометки об «усиленной охране».

Караваны шли по подозрительным маршрутам. Ни в Криалон, ни в Соленые Пустоши нет смысла везти столько живых коров или овец. Стада бы там просто не выжили, их нечем кормить, а вот рабы вполне.

Эстерлин нахмурился.

В бумагах значились незнакомые фамилии и печати мелких контор. Везли якобы скот, но сопровождение указывало на дорогостоящий груз.

Слишком много несоответствий…

Картина складывалась, работорговля действительно процветала. Имя Лиссы тоже встречалось в списках портальщиков, наряду с десятками других.

Асессор резко сжал край пергамента, и тонкая бумага хрустнула под пальцами. Если это правда, если Лисса действительно работала с ними…

Почему тогда он не мог в это поверить?

Эстерлин отложил очередной свиток, собираясь проверить следующую стопку, и вдруг замер.

Из соседнего зала донесся глухой звук, словно что-то сдвинули или задели. Потом послышались шаги. Осторожные, но слишком отчетливые в ночной тишине.

Тео застыл, прислушиваясь. Кто-то еще решил порыться в закрытых делах?

Нужно проверить.

Он медленно вернул бумаги на место и нащупал рукоять кинжала. Металл тускло блеснул в дрожащем свете. Асессор коротко вдохнул и двинулся в сторону шума.

***

Лисса

— Тео!

На пороге стоял он.

Асессор Эстерлин застыл, и время в архиве остановилось вместе с ним. Пространство наполнилось немой угрозой. За плечом Тео маячил щуплый клерк, прижимая к груди фонарь со светляком.

Глава 5. «Старые карты и новые тайны»

Лисса

Мы шагали по утренней столице. Город просыпался и тонул в суете: телеги, ругань возниц, запах свежего хлеба из лавок.

Я остановилась посреди улицы, и реальность провала ударила с новой силой.

— Документы пропали, — голос предательски дрогнул. — Калибан, без них король даже слушать не станет! Все напрасно…

— Эй, — мягко перебил меня он, притормаживая. — Лисса, малышка, не убивайся так. Это еще не конец.

— Нет? — горько усмехнулась я. — А что еще может пойти не так? Как он вообще нас нашел? Совпадение? Что-то не верится.

Тео. Его глаза, полные боли и решимости, все еще не отпускали. Как он смотрел на меня. Сердце сжималось от мысли, что асессор теперь мой враг.

Что он делал в архивах ночью? Искал доказательства моей вины?

Нет, сейчас не время раскисать. Нужно искать другие пути. Прошлая жизнь кризис-менеджера вбила в голову один простой урок: всегда должен быть план Б.

Я внимательно посмотрела на Калибана.

— Многое может пойти не так, — честно ответил он, — но пока мы живы, играем дальше. У меня есть идея. Только она тебе не понравится.

— Какая?

Оборотень медленно развернулся ко мне. В утреннем свете его глаза казались почти золотыми. Красивые глаза…

Опасные глаза.

Взгляд человека, который умел выходить из безвыходных ситуаций.

— Нужно копать глубже. Найти не просто бумаги, а живых свидетелей. Людей, которые видели, как работают мертвые арки, как они истощают другие миры.

— И где мы их найдем?

Калибан лениво скосил на меня глаза, будто эта проблема не стоила и медяка.

— Там, где торгуют людьми.

Меня будто окатило ледяной водой.

Работорговля!?

Сколько еще призраки чужого прошлого будут преследовать меня в этом мире?

— Сначала нужно раздобыть кое-что. В архиве я поиздержался, — задумчиво протянул контрабандист, потирая подбородок. — Инструменты нужны, скажем так. Без них никак.

— Великолепно, — пробормотала я. — Пока ты будешь бегать за «кое-чем», мне придется сидеть и ждать новостей?

— А что тебе остается? Можешь пока отдохнуть, заняться девичьими радостями.

Я закатила глаза.

Контрабандист шагал легко, что-то насвистывая. Вокруг кипела утренняя суета: на углу мальчишки играли в кости, рядом старушка тянула за рукав прохожих, предлагая сушеных жаб и зелья от всех болезней.

Молча шагая по улице, я перебирала все имеющиеся варианты. Калибан прав — нужны свидетели. Хотя есть и другой путь. Человек, который знал Эдуарда Лейра и изучал арки не как торговец, а как ученый!

Решение созрело само собой.

— Есть человек, к которому я хочу заглянуть. Тарвин Нолл. Картограф. Он дружил с отцом и кое-что знал об арках. Если кто-то и расскажет мне больше о Сердцах мира и древней магии, так это он.

Калибан впервые за утро выглядел искренне удивленным.

— Старина Тарвин? Я у него пару раз карты покупал. Редкие. Провожу.

Мы свернули на тихие улочки, и город начал меняться. Фасады канцелярий и богатых торговых домов остались позади.

Когда-то это был престижный квартал. Дома постарели, но все еще хранили следы былого величия: потускневшая позолота, облупившаяся лепнина на карнизах.

Навстречу попадались ученые с тубусами под мышкой, чиновники с папками бумаг. Изрядно помятый музыкант возвращался после ночной смены с гитарой за спиной.

У одного из домов сидела женщина с корзиной трав. Она подняла голову, когда мы проходили мимо, и пристально посмотрела на оборотня. Потом сделала охранный знак рукой и отвернулась.

— Что с ней?

— Узнала во мне оборотня, — буркнул Калибан. — Нас не очень-то жалуют в приличных кварталах. Клыки и когти всегда делают тебя изгоем. А старые люди еще и суеверны. Пришли.

У порога он задержался лишь на миг.

— Дальше сама. Картограф меня не жалует. Я ему в прошлом месяце один свиток… Э-э… Не вернул. Да и дела у меня.

И Калибан растворился в утренних тенях, оставив меня одну.

Дверь передо мной открылась почти сразу после стука. На пороге стоял Тарвин. Седые волосы торчали во все стороны, жилет чем-то заляпан, но взгляд… Радостный и одновременно полный боли, словно он видел не только дочку трактирщика, но и тень Эдуарда Лейра за моей спиной.

— Лисса, я уж думал, ты так и не навестишь друга отца. Заходи, дитя, заходи, — произнес он тепло и протянул руку.

Дом картографа дышал запахом старого дерева. Стены от пола до потолка увешаны картами. На одних свитках сияли тонкие рунические пометки, на других проступали почти выцветшие штрихи, оставленные рукой давно ушедшего мастера.

— Не обессудь за бардак. — Тарвин провел меня в гостиную, сметая со стула какие-то чертежи. — Тут у меня творческий хаос. Знаешь, что говорил твой батюшка? «Ты не картограф, а старый дурак, у которого чернил в жилах больше, чем крови!»

Свет пробивался сквозь высокое окно, разбиваясь на пыльные лучи. Они подсвечивали стол с грудами пергаментов, ножами для бумаги и прочей мелочевкой.

Тарвин провел рукой вдоль стены, где ряды карт сливались в сплошное полотно.

— Видишь, сколько всего? Я всю жизнь собирал эти свидетельства. Нельзя забывать, что дороги между мирами тоже живые.

Старик полез на верхнюю полку, что-то бормоча себе под нос.

— Ага, вот они, родимые. Держи-ка.

Передо мной легли несколько потрепанных тетрадей. Кожаные обложки потемнели от времени.

— Записки твоего отца. Когда-то он вел наблюдения за арками. В нашу последнюю встречу отдал их мне, взял слово сберечь. «Для Лиссы», — сказал. Я тогда еще спросил: «Что, прямо так и отдать?» А он усмехнулся: «Она поймет, когда придет время».

Пальцы дрожали, когда я коснулась хрупких страниц.

От бумаги исходило странное тепло, будто она сберегла память о родных руках. Горло сжалось, на глаза навернулись слезы. Не мои — той девчонки, чьи воспоминания еще хранило это юное тело. Для нее неровные закорючки были последним прикосновением к наследию отца. Для меня — ключом к спасению мира. Почерк Эдуарда Лейра оживлял его голос. Торопливый и такой знакомый.

Глава 6. «Кровавые руки. Часть I»

Калибан остановил меня у неприметной стены между двумя лавками.

Облупившаяся штукатурка, пара пустых бочек. Казалось, за ними и спрятать-то нечего.

Он легко отодвинул одну, провел ладонью по камню. Его пальцы нащупали невидимую защелку, и перед нами с сухим скрежетом открылся узкий проход. Оборотень поклонился мне и иронично изобразил приглашающий жест.

— Прошу, госпожа Лейр. Лучшие катакомбы столицы ждут вас.

Я закатила глаза, но в тот же миг тяжелый запах сырости ударил в нос. Пришлось шагнуть вперед, закрыв лицо рукавом.

Каблуки скользили по мокрому камню, и я ухватилась за холодную липкую стену, чтобы не упасть. С нее стекали крупные капли чего-то склизкого. Поморщилась, вытирая пальцы о платье и стараясь не думать, что это было.

Мы спускались все ниже. Калибан двигался уверенно, не оглядываясь, а я упрямо считала шаги и пыталась не поддаваться панике.

Двадцать три. Двадцать четыре.

— Почему ты мне помогаешь? — решилась разорвать гнетущую тишину.

— Ммм… А если скажу, что хочу выручить красивую девушку в беде, ты мне поверишь? Вдруг судьба улыбнется, и она ответит мне взаимностью?

Я фыркнула оборотню в спину.

— Не смеши.

Контрабандист пожал плечами.

— Малышка! Не стоит недооценивать эти глазки. За них многие мужчины готовы отдать душу. Впрочем, мне выгодно, чтобы порталы оставались открытыми. Весь мой бизнес на них завязан. Закроются миры — и придется снова грабить караваны. А я привык к хорошей жизни, знаешь ли.

Я кивнула. Ответ звучал правдоподобно, но внутри зашевелилось подозрение. А вдруг есть еще третий мотив, о котором он молчит?

Мы сделали последний поворот, и туннель уперся в массивную железную дверь. Тусклый блеск магической лампы высветил фигуру, загораживающую проход.

Еще один оборотень. Огромный, с клыками и шрамом через все лицо.

Я непроизвольно шагнула назад, но Калибан приобнял за талию, удерживая рядом.

— Грок, старый плут! Как жена? Детишки подросли?

Охранник издал звук, похожий на рычание.

— У меня нет жены, Кэл. Ты это знаешь.

— Нет? — Калибан озабоченно нахмурился. — Тогда чьи это дети у той рыжей из таверны?

— Не мои, — проворчал Грок.

— А, ну да, ну да, — контрабандист щелкнул пальцами, словно вспоминая. — Точно. Слишком симпатичные получились.

Я уставилась на него. Он что, серьезно?

В следующую секунду Грок взревел и схватил Калибана за горло, вдавливая в стену. Камень затрещал. Янтарные глаза моего спутника вспыхнули, клыки обнажились в ответ.

Во рту пересохло. Да они же сейчас разорвут друг друга!

— Заткнись, твою ж!.. — прорычал Грок, сжимая горло Калибану.

Чертов шут хрипло рассмеялся, не пытаясь вырваться.

— Эй, эй, Грок! Я пошутил, старик. Просто пошутил!

— Хреновая шутка, Кэл.

— Согласен. Неудачная. — Калибан примирительно похлопал того по руке. — Давай замнем, а? У меня сегодня отличное настроение, не хочу его портить дракой.

Грок буркнул что-то нецензурное и медленно разжал пальцы. Мой провожатый откашлялся, потирая шею, но на лице все так же играла усмешка.

— Ты совсем охренел, Кэл, — проворчал охранник, отступая. — Однажды тебя прирежут за язык без костей.

— Может быть, но не сегодня же? — мой спутник достал монету из кармана и ловко подбросил. — Мир?

Грок поймал серебро, проверил на зуб и прорычал:

— Проходите. Только девку держи при себе.

Я хотела возмутиться, но Калибан крепко сжал мой локоть, пришлось заткнуться и последовать за ним в огромный зал.

Сначала в уши ударил гул. Крики боли, споры, смех. Потом глаза привыкли к бликам зеленоватых магических ламп, и я увидела клетки. Ряды клеток. В них сидели люди: мужчины, женщины, дети. Их тела сковывали железные обручи и артефакты-подавители, впаянные прямо в кожу.

Я споткнулась, хватаясь за Калибана. Свет выхватывал обреченные лица малышей, похожих на зверят в обносках. Взрослые рядом смотрели пустыми глазами, будто в них давно выжгли надежду.

— Добро пожаловать на рынок, — негромко сказал контрабандист.

Здесь торговали человеческими душами.

Зверинец. Я вспомнила клетки с животными в том цирке, куда меня водили в детстве. Помню, как жалела тех хищников за прутьями, но там были звери.

А здесь…

Ноги налились свинцом. Каждый шаг давался усилием воли. Тело кричало: «Беги! Закрой глаза! Это не твое!» Но я шла. Потому что мое. Мое проклятое наследство.

Калибан лениво подхватил под руку, и мы двинулись вдоль рядов. Он шел, будто прогуливался по ярмарке. Придирчиво осматривал клетки, оценивал товар с видом бывалого покупателя, а я повисла на нем и глотала воздух, пытаясь удержаться в сознании.

— Господин, взгляните! Отличные мужчины, крепкие, здоровые! — чей-то загрубевший палец указал на клетку.

За прутьями сидели двое. Предплечья в кандалах, на шее тускло сияли железные подавители.

Оборотень сморщил нос.

— Второсортный товар. Видно же, что кости торчат. Жить им недолго.

Кто-то рядом хохотнул.

— Зато дешево! Возьмешь двоих — третий в подарок.

Я едва удержалась, чтобы не закричать. Горькая тошнота подкатила волной, и я судорожно сглотнула.

Торговцы перекрикивали друг друга: «Девчонка чистая, молчаливая. Бери дешевле!» Смех, ругань, звон монет. Все проходило так буднично, что мороз пробежал по коже. Будто речь шла не о людях, а о мешках с зерном. Запахи пота, страха и гниющей соломы смешались в ядовитую смесь.

На миг все вокруг поплыло, и вместе с гулом торговли в голову ворвался чужой крик. Пронзительный, полный боли. Перед глазами вспыхнуло видение: темный коридор моего трактира, люди, согнанные в кучу, плеть и капли крови на каменном полу.

Я едва не упала. Сжала виски ладонями, но образы из глубины памяти рвались наружу.

— Лисса? — Калибан бросил на меня быстрый взгляд, но я лишь качнула головой, не в силах говорить.

Глава 7. «Кровавые руки. Часть II»

Поцелуй был не про страсть. Скорее про выживание. Про маску, которую он надел ради нашего спасения, превратив мой срыв в пошлый спектакль для толпы работорговцев.

Калибан целовал грубо, почти зло. Циничный покупатель, развлекающийся с глупой любовницей.

Я замерла, оглушенная и растерянная. А затем мне прилетела еще одна звонкая пощечина.

Резкий удар, рассчитанный на публику. Мое лицо дернулось в сторону, во рту еще ярче вспыхнул металлический привкус. Сильные пальцы схватили мой подбородок, заставляя смотреть на оборотня. Он громко рассмеялся.

— Ах, женщины, — сказал Калибан, кивая зевакам. — Такие чувствительные создания. Малышка решила, что мальчишка похож на ее младшего брата. Глупое заблуждение, не больше.

За его спиной раздался гогот и фальшивый смех, но атмосфера оставалась натянутой. Охранники переглядывались и не спешили расходиться.

Я молчала, чувствуя жгучую горечь в груди. Его поцелуй, пощечина, унижение перед этими мерзавцами лишь подчеркивали мою беспомощность.

Я не помогла никому. Никчемная. Бесполезная. Сделала только хуже.

Браво, Алиса! Решила геройствовать? Получи оплеуху от судьбы.

Обернулась.

Юный пленник все еще не сводил с меня глаз. Огромные и светлые, они молили: пожалуйста, помоги. Их взгляд прожигал душу насквозь.

Что-то сломалось внутри. Будто цепи и артефакты-подавители впивались не в его худые запястья, а в мою кожу, сдирая ее слой за слоем.

Калибан грубо сжал мой локоть, подталкивая вперед.

— Идем, — бросил он жестко. — Не устраивай еще один спектакль, Лисса. Спасать тебя два раза за вечер — это уже перебор.

Оборотень потащил меня мимо клетки. Мы сделали несколько шагов к выходу, а настороженные взгляды летели нам в спину. Злые шепотки тянулись следом.

И вдруг Калибан резко остановился.

Я чуть не наступила ему на пятки. Развернулся, и на лице контрабандиста вновь заиграла развязная усмешка.

— А я, пожалуй, передумал, — бросил он небрежно. Поднял руку, указывая на клетку с ребенком. — Возьму мальчишку. Подарок для моей леди.

Повернулся ко мне, подмигнул и снова заговорил:

— За остальным товаром завтра загляну. Как насчет скидки за крупный заказ?

На миг мне показалось, что я ослышалась.

Хотя нет. Торговец с оспинами мгновенно ожил и поспешил к нам, подаваясь вперед. Оборотень торговался с ним холодно и расчетливо, будто покупал не ребенка, а мешок зерна.

— Пять золотых, не меньше, — отозвался хозяин пленника. — Здоровый парень, руки крепкие.

Калибан фыркнул.

— Да он на ногах не стоит. Тощий. Шея в синяках. Еще подохнет, поди, от первой же простуды. Три, и то щедро!

Торговец возмутился, повышая цену. Оборотень сбивал, скалился. Оба спорщика лениво переругивались, играя давно знакомый зрителям спектакль.

Толпа, успокоенная представлением, начала расходиться по своим делам. Охранник зевнул и ушел подпирать стену. А я молилась всем богам, чтобы Калибан все-таки выкупил мальчишку.

Не потому, что одна спасенная жизнь искупит десятки загубленных. Просто я физически не могла представить, что сейчас развернусь и уйду. Что оставлю пацаненка здесь.

Оборотень неторопливо достал кошель и на глазах жадного торговца пересыпал монеты из ладони в ладонь. Звон золота показался мне отвратительным.

— Четыре, — отрезал он. — И считай, что я сделал одолжение.

Лицо торговца перекосилось, жадность боролась с раздражением. Он явно хотел большего, но, поколебавшись, все же кивнул.

— Четыре с половиной, — процедил сквозь зубы, — и ошейник в придачу. Чтобы не убежал, пока не приручите.

Я встретилась глазами с пленником. Маленький южанин робко улыбнулся.

Калибан небрежно отсчитал деньги и кинул их на грязный прилавок. Торговец жадно сгреб монеты и с издевкой протянул:

— Ну, что ж, барышня, держите свой подарок.

Он грубо вытолкнул ребенка вперед, передавая пристегнутый к его шее поводок, словно вручал собачонку новому хозяину.

Прикосновение ремня к ладони вызвало приступ тошноты. Кожа, натертая до крови. Железо, въевшееся в детскую шею. Я сжала поводок так, что костяшки побелели, и с трудом заставила себя не швырнуть его на землю.

Не здесь. Не сейчас.

Мальчик шагнул ближе, дрожа всем телом, осторожно ступая голыми пятками по каменному полу. Весь в лохмотьях, он и вправду походил на затравленного зверька, но глядел на меня с таким безграничным доверием, будто я стала последней надеждой в его разрушенном мире.

Как же мерзко. Невыносимо.

Нужно выбираться отсюда. Немедленно!

— Закупаешься?

Голос за спиной полоснул презрением.

Я обернулась — и реальность в очередной раз рассыпалась острыми осколками.

В паре шагов от меня стоял Тео. Он снял свой строгий китель асессора, накинул плащ с капюшоном, как и многие здесь. Но я узнала. С первого мгновения.

В его глазах цвета грозового неба плескались ярость и горькое разочарование. Я не находила в них ни капли прежнего тепла. Ни тени того мужчины, чьи прикосновения заставляли меня забывать обо всем на свете.

— Скажи мне, Лисса, ты и вправду думала, что сможешь спрятаться здесь? Что я не узнаю?

Слова застряли в горле. Я стояла на этом проклятом рынке, с ребенком на поводке, а Тео смотрел на меня как на законченную мерзавку.

Что я могла ему сказать? Что я спасла одного мальчишку? Пыталась узнать правду?

Да он даже слушать не станет!

— Когда ты продала свою душу демонам? — асессор сделал шаг вперед, голос стал опасно тихим. — Сегодня, на этом рынке? Или еще раньше, в трактире, когда гнала рабов через портал своего отца?

Да чтоб его! Я так хотела доказать, что другая, но он видел только то, что хотел. И прямо сейчас перед ним стояла преступница.

Я сделала глубокий вдох, до боли закусив губу. Выпрямила спину. Подняла подбородок.

Нет, я не буду оправдываться. Не должна.

Алиса Соколова, кризис-менеджер в юбке-карандаш пережила не одну корпоративную войну. Я разберусь со всем и докажу свое право на честное имя.

Глава 8. «Ученица Хранителя»

— Знаешь, — протянул Калибан, прислонившись плечом к полуразрушенной стене старого подземного города. — Обычно я беру плату за спасение дамочек в беде. Для тебя же сделаю исключение.

Что-то в его голосе заставило насторожиться. За наигранной беззаботностью я уловила то ли усталость, то ли затаенную боль. Похоже, за каждой его шуткой стояла не одна паршивая история.

— Как великодушно, — буркнула я, пытаясь устроиться поудобнее.

— Вот оно как? Думал, ты скажешь что-то более… Благодарственное.

— Тебе все кажется игрой, да? Нас же чуть не убили!

— После такого только шутить и остается. Иначе с ума сойдешь, малышка.

Он прав. Я это знала, но признавать его логику не хотелось.

Без оборотня я бы не выбралась. Только я не хотела быть ему обязанной. Зависеть от кого-то снова, испытывать смесь благодарности и раздражения… Нет.

Долг — это крючок. А я уже сидела на одном — у Тео. Второй мне не нужен.

Калибан же явно готов назвать свою цену за помощь. Так чего тянет?

Словно уловив мои мысли, он невесело усмехнулся.

— Ты ведь знаешь, что существует семь миров? Осколки, что остались людям от некогда единого Межмирья. Соединенные Перекрестками, хранимые избранными.

Я медленно кивнула. Об этом знали все. Даже деревенские дети, играя, рисовали на песке семиконечные звезды.

— Это лишь часть правды, — продолжил Калибан. — Порталы, ведущие в иные миры, много лет закрывались один за другим. Одни еще в незапамятные времена, другие совсем недавно. Перекрестки умирали, Лисса. Вместе со своими Хранителями.

Мальчик, прикорнувший у моих ног, сонно пошевелился и что-то пробормотал. Я погладила его спутанные вихры, укрывая тощие плечи краем плаща. Даже в забытьи он тянулся к теплу и защите. Тому, чего был лишен так давно.

Калибан медленно подошел и опустился на колени рядом со мной. Его голос упал до хриплого полушепота.

— Тридцать лет назад, когда Красная Чума пришла в мой родной мир, случилось немыслимое. Все межмировые врата Долины Туманов закрыли изнутри, отсекая заразу. Наш народ, что не успел вернуться, оказался в ловушке. Мы стали изгоями, Лисса. Бездомными скитальцами. Ты же видела, как на меня смотрели в приличных кварталах? Как на угрозу и грязь под ногами.

Он стиснул кулаки до побелевших костяшек.

— Поначалу мы надеялись, что это ненадолго. Что переждем чуму и вернемся домой. Только что-то пошло не так… Врата так и не открылись. Я пытался понять, исследовал все доступные миры, скупал карты и артефакты, рисковал шкурой… И не находил ответов.

Калибан резко умолк.

— Скажи мне, Лиссандра, что ты знаешь о Восьмом мире?

В тишине я отчетливо слышала стук его сердца. Глаза цвета темного меда лихорадочно блестели.

— Сколько тебе лет? — вырвалось у меня.

Сложно поверить, что этому молодому мужчине пришлось пережить такое.

Он криво улыбнулся, отводя взгляд.

— Что, так плохо выгляжу? Пятьдесят, малышка. Для оборотня это еще юность. Но нас слишком мало, дети рождаются только у истинных пар. А как найти свою половину, если все порталы домой наглухо заперты? Мы вымираем вот уже десятки лет.

Мальчик у моих ног всхлипнул во сне. Тихо, жалобно. Словно даже в забытьи чувствовал чужую боль.

Все встало на свои места. Тридцать лет скитаний по чужим мирам. Контрабанда, поиски артефактов, риск — и все это ради одной цели. Найти путь домой. Узнать, что случилось с его народом.

— Во всех семи мирах мы лишь бродячие псы, Лисса. Те, кого гонят отовсюду. Презирают и боятся. Принимают только в местах, подобных этому, — он кивнул в сторону черного рынка за спиной. — Но я вернусь домой. Чего бы это ни стоило.

Оборотень подался вперед, почти касаясь меня. Жар его тела и терпкий запах дурманили голову.

— Помоги мне, Лисса… Ты Истинный Хранитель, с пробужденной силой. Сердца мира откликнутся на твой зов.

Его пальцы скользнули по моей щеке в странной, почти невесомой ласке.

— Мне нужно, чтобы ты отыскала Врата в Долину Туманов. Распечатала портал и вдохнула в него жизнь. Только ты можешь это сделать. Ты особенная, Лисса. Даже сама не понимаешь, насколько. Я видел многих Хранителей. Только ты... Другая!

Он не стал объяснять, а я не стала спрашивать, слишком устала.

И я запомнила его слова.

Прямо сейчас я видела совсем другого Калибана.

Не насмешливого контрабандиста. Нет. Сейчас передо мной на коленях стоял темный принц. Падший ангел, изгнанный из своего мира и обреченный на вечное скитание.

Голова шла кругом.

Слишком много всего.

И вот странное дело. После всего пережитого что-то внутри отключилось. Эмоции выгорели дотла, израсходовав весь запас адреналина и страха.

Осталась лишь пустота и какое-то отстраненное спокойствие.

Тело все еще дрожало от усталости, но разум наконец заработал четко и холодно.

Мне было искренне жаль Калибана и его народ. По-настоящему жаль. Правда же в том, что все это нисколько не отменяло моих собственных проблем. Спасти трактир из лап Гильдии, научиться контролировать свою силу, найти ответы о прошлом Лиссы.

Спасти весь Альвен, в конце концов!

И если оборотень верит в меня и готов поддержать, то кто я такая, чтобы отказываться от помощи?

Нужно это использовать. Такими союзниками не разбрасываются.

Мальчик сопел, свернувшись у моих ног. Я машинально проверила, укрыт ли он, и приняла решение. Жалость — роскошь, которую я не могла себе позволить.

— Что я получу взамен?

Калибан улыбнулся. На этот раз почти искренне. Его рука соскользнула с моей щеки и легла на тот самый, смертельно опасный артефакт на его шее.

Надо бы, наконец, узнать, как он называется.

— Защиту. Охрану. Все знания, что я скопил за эти годы. Я стану твоим проводником в столице, спрячу от Гильдии и ее ищеек.

Я помедлила, прикусив губу. Предложение соблазнительное. Но…

— Этого мало. Даже если мы откроем врата в Восьмой мир, Гильдия скажет «спасибо», а затем захватит и этот перекресток.

Глава 9. «Заклятие правды. Часть I»

Все случилось слишком быстро.

Тео ворвался в дом Тарвина, и воздух мгновенно наполнился золотым сиянием его магии. Янтарные цепи устремились ко мне, но картограф успел шагнуть вперед.

— Прочь, старик, — процедил асессор, продолжая наступать.

Тарвин попытался преградить ему путь, но Тео небрежно взмахнул рукой. Резкая вспышка! И хозяина дома, словно тряпичную куклу, отбросило к стене. Он застонал и сполз на пол. Голова бессильно опустилась на плечо.

— Тарвин! — я закричала, бросаясь к нему.

Но не успела ничего сделать.

Магические цепи сковали руки, обвились вокруг тела. Я рухнула на колени, хватая ртом воздух.

Тео рывком поднял бесчувственного старика за ворот рубахи и грубо поволок его к гардеробу у лестницы. Голова Тарвина безвольно болталась, ноги волочились по полу. Асессор швырнул его внутрь тесного пространства, как мешок с зерном, и захлопнул дверь. На косяке вспыхнули рунные знаки. Даже если картограф очнется, он не сможет выбраться.

— Пусть посидит и подумает о том, какое наказание полагается за пособничество работорговцам, — холодно бросил асессор.

Мы остались одни. Он пришел без стражи. Значит, это не арест. Это личное.

Я застыла в золотых оковах и не узнавала человека передо мной. Асессор Эстерлин. Воин. Защитник. Мужчина, которого я…

В кого он превратился?!

— Теперь поговорим, — Тео повернулся ко мне.

Он сделал шаг ближе, нависая надо мной угрожающей тенью. Свет магических ламп выхватывал резкие скулы, сжатые губы и глаза, в которых не осталось ничего знакомого. Сильные пальцы властно зарылись в мои волосы, заставляя запрокинуть голову. Встретиться с ним взглядом.

— Ты правда думала, что сумеешь скрыться? Что жалкие уловки твоего дружка-контрабандиста помогут избежать суда?

Каждое его слово било наотмашь. Я молчала, не в силах возразить, и отчаянно пыталась призвать магию. Хоть искру, хоть слабый всплеск силы. Но золотые цепи оставили лишь пустоту там, где должна была пульсировать энергия.

— Хочешь знать, как я вас нашел? — он наклонился ближе, и я почувствовала запах его кожи: теплый, знакомый, сводящий с ума. — Твой любовник, подельник, или кто он тебе там, не так хитер, как ему кажется. Его артефакт лишь ослабил связь, но не разорвал ее. Печать Неразрывных Уз живет не на коже, Лисса. Она въедается в душу. И пока бьется сердце, я найду тебя хоть на краю света.

Он стиснул пальцы сильнее, и я невольно вздрогнула. Его дыхание сбилось на неровный ритм, все тело застыло в напряжении.

И вдруг я поняла: он слишком близко. Стоило чуть податься вперед — и наши губы соприкоснутся.

— Знаешь, от чего меня рвет на части? Даже сейчас, зная правду, я все еще…

Он не договорил. Резко отшатнулся, отпустив мои волосы. Я судорожно втянула воздух, опустив голову.

В доме все замерло. Тикали часы на стене. За окном слышались шаги прохожих.

Цепи стягивали мое тело, не давая дотянуться до Искателя и обратиться за силой к Сердцу мира. А кольцо… Спустя миллион попыток магия в нем слабо отозвалась, но я никак не могла ее направить! Пыталась сосредоточиться на потоках, нащупать знакомые нити, что струились сквозь артефакт. Но мысли разбегались напуганными птицами и все рушилось.

Тео стоял ко мне спиной, сжимая кулаки.

— Я видел бумаги в архиве, — голос стал глуше, будто он с трудом выдавливал слова. — Записи о живом товаре, что гнали через твой трактир. Ты не просто знала. Ты ставила подписи под каждой партией. Каждой!

Я сжала зубы, борясь с подступающими слезами. Как мне объяснить, что все не так? Что я не та Лисса, чье имя стоит в тех проклятых документах?!

Он обернулся и снова шагнул ко мне, опускаясь рядом. Я чувствовала исходящую от него ярость. Плотную, осязаемую, готовую выплеснуться в любой момент.

Но было и другое. Что-то, что он пытался скрыть. Боль. Разочарование. И нечто темное, запретное, от чего его взгляд то и дело срывался с моих глаз на губы.

Пальцы в моих волосах слегка дрожали, выдавая внутреннюю борьбу. С собой. Со мной. С тем, что чувствует, несмотря на все доказательства моей вины.

— Надеялась, что спрячешь свои грязные секреты, Лисса? Ты хоть понимаешь, что сделала со мной? Как забыть всю ложь? Предательство? То, как ты играла со мной с самого начала?

В каждом движении Тео сквозил болезненный надлом. Он смотрел на меня, как палач на приговоренную. Но его пальцы, запутавшиеся в моих волосах, не причиняли настоящей боли. Скорее требовали. Почти ласкали. Будто тело помнило то, что разум отказывался принимать.

— Мне нечем оправдаться. Но я не делала тех ужасных вещей. А твоя вера в мою вину…

— Непробиваема? — он усмехнулся горько. — Да, так и есть. Не ты ли ночью держала ребенка в рабском ошейнике и на поводке? Стояла посреди невольничьего рынка и торговалась за человеческие души?

Любые слова стали пустым звуком. Как объяснить то, что он отказывается слышать?

— Скажи мне, — голос асессора упал до опасного шепота. — Кто еще замешан в этом? Кто отдавал приказы? Гильдия? Это она стоит за всем?