Хранитель для озёрной ведьмы

Глава 1

С жителями ближайшего городка мы не ладили никогда. Они шептались, что я ведьма, проклинающая одним взглядом, а я, как добропорядочная ведьма, отвечала взаимностью: внимательно рассматривала сплетников, загадочно улыбалась и иногда насылала дождливую погоду — в рамках своих небольших возможностей и вредных взглядов.

Их сплетни обо мне были куда интереснее.

Возмущённая полненькая дама в ярко-красном наряде и с помидорно-розовыми щеками считала, что я увела её мужа. Ещё вчера её благоверный сам принёс мне корзинку яблок — «за красивые глаза», как выразился.

Она уже выплеснула мне в лицо содержимое какого-то бутылька, пока я насмешливо сверлила её взглядом, накручивая чёрный локон на палец.

— Нечисть поганая! — визжала мадам, но приближаться боялась. Только упёрла руки в бока, ещё сильнее раскрасневшись. — Чёртова змея! Приворожила моего бедного Брана!

— Серьёзно? — я усмехнулась, округлив глаза в притворном страхе. Бутылёк выскользнул из её пальцев и покатился в мой цветник. — Думаешь, мне нужен твой пропойца? Яблоки у вас и то кислятина.

Я медленно обошла её по кругу, позвякивая камешками на браслете у лодыжки. Женщина металась взглядом, старательно избегая моих глаз, и наконец всхлипнула. Пальцы судорожно сжали подол платья, оставляя мокрые пятна пота.

— Ты… ты ему глаза затуманила! — голос дрожал уже не от злости, а от страха остаться одной. — Раньше он хоть ворчал, когда я пекла пироги…

Я наклонилась к её уху. Отпущенная прядь волос змеёй скользнула по её плечу.

— О, милая, — прошептала я шелковисто, — твой Бран сам ко мне лез. Развлеки наконец своего мужа. Чем-то, кроме пирогов и визгливого голоса.

Она вскрикнула, вырвалась и бросилась к тропинке. Я проводила её взглядом и крикнула вдогонку:

— Удачи в семейной жизни!

Тишина после её ухода приятно согревала душу.

Я напевала себе под нос, пробираясь мимо кустов роз к брошенному бутыльку. Покрутила его в руках — святая вода, капельки серебрились на солнце — и небрежно бросила новую добычу в большую плетёную корзину. Подобные «подарки» я собирала давно: самодельные ловцы снов, заточенные деревяшки с кривыми рунами. Коллекция уже вышла приличной.

Когда вечер перешёл в ночь, я подхватила корзинку и направилась к озеру, не забыв активировать защитную руну на двери.

Луна уже висела над водой, когда я вошла в неё босыми ногами. Холод тут же обжёг кожу. Я завязала юбку на талии и прошла дальше, собирая аквалисы — нежные белые цветы у большого камня, нужные для одного из зелий.

Вдруг свежий цветочный аромат сменился резким металлическим. Сердце замерло, а затем опасливо забилось чаще. Я отставила корзинку и медленно двинулась вперёд. Пальцы скользнули по воде — и резко отдёрнулись. На ладони осталась окровавленная золотая шерсть.

В Восточном лесу слабых животных не было. Если кто-то сумел ранить такого хищника — а это явно был кто-то крупный, — то со мной он тоже не станет церемониться.

На мелководье, в плотных зарослях тростника, лежал огромный лев. Грива в лунном свете отливала чистым золотом. Бок был исполосован глубокими рваными царапинами, алая кровь тёмными ручейками стекала в прозрачную воду.

Зверь зарычал, стоило мне приблизиться. Хвост нервно забил по воде. Я опустилась рядом, примирительно подняв руки — страх отступил перед видом ран.

Из-за камней за нами наблюдали деревенские дети. Я перевела на них злой взгляд, и мальчишки с визгом бросились врассыпную.

— Ведьма! Она призвала демона! — орал самый маленький, цепляясь за рыжего парнишку, побелевшего от страха.

Я усмехнулась. Пусть болтают.

Достав нож, я под внимательным взглядом зверя резко полоснула себя по ладони. Чёрные капли моей крови постепенно смешались с его алой, пока я шептала забытое заклинание.

Голова закружилась совсем скоро.

Я покачнулась, но рана на боку уже запеклась тёмной коркой. Запаха скорой смерти больше не было. Значит, подействовало.

Лев смотрел на меня слишком осознанно. Золотые глаза прожигали до самой души — тяжёлым, горячим взглядом, от которого по спине пробежала сладкая дрожь.

— Ну вот, — улыбнулась я, пытаясь встать, но пошатнулась и тихо зашипела. После таких фокусов всегда сложно было сразу прийти в себя. — Теперь тебе лучше. Отдохнёшь и…

Он склонил голову, словно предлагая опереться. Я благодарно погладила пушистую гриву. Шерсть была невероятно мягкой и тёплой, под ней ощущалась твёрдая, горячая плоть. Пальцы невольно задержались чуть дольше, чем нужно.

— И всё будет хорошо. Но тебя не мешало бы подлечить. Что думаешь?

Лев внимательно осмотрел меня, и я тихо рассмеялась.

— Я помогу. Идём со мной.

Зверь поднялся с удивительным спокойствием.

По дороге он иногда прижимался здоровым боком — тёплым, тяжёлым, живым. Я гладила его, чувствуя, как под ладонью гулко бьётся мощное сердце. Тепло его тела проникало сквозь тонкую ткань юбки, и по коже пробегали приятные мурашки. Ведьмы живучие. Но такого тепла я не ощущала уже очень давно.