Идеальный враг

Глава 1

Результат первой игры — это еще не показатель

Анабель

- Сколько можно постоянно вести себя как избалованный ребёнок пяти лет? – голос в гостиной заставляет меня остановиться на полпути. Опустив ладошку на лестничные перила с силой сжимаю её. Владелец голоса рассержен, а это означает одно, что сейчас лучше не попадаться ему на глаза.

- Байрон, ты слишком строг с Аной, она очень чувствительна, а поддержка отца не помешала бы…

Не успевает мама договорить, как по комнате раздаётся сильный и резкий хлопок, по всей видимости, удар рукой о стол.

- Не смей, не смей этого делать! – злость пропитана в каждом слове, а по воздуху разносится яд, заставляющий чаще, хватать кислород ртом.

- Но дочь…

- Заткнись! – ещё один удар, но уже звонкий, а после приглушённое оханье, Байрон ударил маму по лицу.

Первое, что у меня возникает, желание оказаться рядом с ней, обнять. После врезать надменному и отвратительному человеку, так чтобы боль, обида, разочарование, злость лавиной обрушилась на голову этому мерзкому человеку, с которым по волю судьбы мне приходится жить под одной крышей, дышать одним воздухом и терпеть его присутствие рядом.

- Никогда слышишь, никогда не смей называть это отрепье дочерью, тем более моей! У меня есть только одна дочь, поняла!

Далее следует гробовая тишина, несколько секунд всё словно застыло, а после тяжёлой поступью Байрон Стайрос покидает гостиную, ставя жирную точку в сегодняшнем разговоре сильным хлопком двери.

Мама стоит спиной ко мне, а взгляд её направлен в приоткрытое окно. Как же безмятежна, и спокойно она сейчас выглядит. Аккуратно собранные волосы в толстую косу, лёгкое платье голубого оттенка обволакивает её хрупкую фигуру, а руки сцеплены за спиной. Вся эта картина выглядеть идеально, за исключением того, что пальцы рук она безостановочно сгибает, сжимает.

-Мамочка… -шепчу подходя. Моё сердце не устаёт обливаться кровью при виде того, как этот монстр мучить её,- Мам!

- Да милая, уже готова? – руки расцепив она быстро смахивает, по всей видимости, с щёк слезы,- Завтрак готов, правда, Белла не вернулась ещё, да и папа…

- Мам! – вновь зову, после разворачиваю её к себе, глаза блестят, на правой щеке горит алым след от пощёчины. – Не нужно делать вид, что всё нормально, я прекрасно слышала, этот ублюдок снова поднял на тебя руку!

- Ана, детка,- ласково проводит ладонью по моим волосам, всего десять минут назад я заплетала их в косу, но из – за того, что они непослушные, причёской уже назвать нельзя.

- Это твой папа, мой муж, не нужно так выражаться. Бывает так, что случаются невесёлые дни, сегодня именно такой, к тому же молодой девушке не к лицу такие словечки!

- Ты не должна это терпеть! - отрицаю, немного отстраняясь от мамы. Меня бесит то, что она постоянно находит тысячи отговорок тому, почему Байрон так себя ведёт. - Это уже далеко зашло, а то, что Байрон меня ненавидит, для меня это не секрет!

- Анабель, ты не должна так говорить! – мама всё ещё продолжает защищает своего мужа, пытаясь меня переубедить, но это так глупо и смешно, что я лишь фыркаю, проходя к столу, -Ана…

В это время открывается входная дверь и на пороге появляется Изабель в чёрных велосипедках и топе, на шее свисают наушники, а по её возбуждённому виду понятно, что сестра вернулась с пробежки.

- Всем привет! – не замечая наших растерянных взглядов, она проходит к холодильнику. Достав оттуда бутылочку воды, Изабель делает несколько жадных глотков, снова смотрит на нас,- Эй, вы чего такие перепуганные, где папа?

- Это, милая, он ушёл…- поспешно тараторит мама, с её лица исчез испуг, она вновь привычная мама. - Да, он ушёл уже на работу!

- Понятно, понятно! – качая головой произносит Белла, запихивая в рот кусок ветчины, - А ты чего молчишь, завтракала?

- Не успела, -пытаясь скрыть свою раздражительность и злость. Изабель не виновата, что меня ненавидит Байрон Стайрос. Да и вообще, у сестры некая суперспособность в упор не замечать, что твориться в этом доме и какой же ублюдок - её папаша!

Моя мама, Лилит Эмирсон выросла в прекрасной семье. Дедушка и бабушка очень любили её и оберегали, но вот такая забота с ними и Лили сыграла злую шутку. То ли от навязчивой заботы и отекания, либо оттого что для юной Лилит мир казался безопасным и дружелюбным она встретила и полюбила Байрона Стайроса, на то время обычного студента подающий огромные надежды.

Ей пятнадцать, ему девятнадцать. Юность, максимализм и гормоны сыграли все, и через год на свет появилась крошка Изабель, моя сестра, плод сумасшедших чувств и полнейшей безответственности. Но к общему удивлению, даже несмотря на то, что Байрон относился строго с Лилит, они прожили первый год в любви и согласии, что не сказать о последующих.

Через какое-то время ситуация дошла до пика. Нехватка денег, осознание того, что оба не готовы к взрослой жизни, а ответственность вбила приличный такой клин в семейный лад.

Каждодневные скандалы, ругань, драки всё это стало обыденной рутиной в их семье, пока моя дорогая мамочка решила это прекратить. В одно прекрасное утро Лилит собрав небольшой чемодан и забрав Изабель, сбежала от законного супруга, деспота и тирана.

Глава 2

Анабель

Меня не любил такое ощущение весь университет, с персоналом и самими его постройками.

На территории располагалось несколько кампусов, разбитых по факультетам, на территории каждого кампуса зоны, где была мужская и женская часть. Я жила в северной части, кампус-север, незатейливо гласила табличка у тропинки ведущую на территорию. Тут собрались студенту факультетов управления, бизнеса, менеджмента и юриспруденции, самая большая часть приходилось на север, видимо, в соединённых штатах Америки был дефицит всей нечисти под названием менеджеры и банкиры.

На юге расположились факультеты психологии, педагогике, медицины и биоинженерия, Белла входила в их число, её факультет был самым престижным, так как биоинженеры славились выпускниками по всему миру гениальными и известными. Запад занял спортивный факультет и военная кафедра, преимущественно в западных числились парни, тем самым их кампус был самым шумным, славясь грандиозными вечеринками. Восточная часть была занята обслуживающим персоналом, преподавательским составом, и практически не вызывал интереса у студентов.

В центре расположимся сам университет, с тремя зданиями, остроконечными, больше похожими на башню, соединёнными на втором и третьем этажах между собой туннельными проходами. Они представляли собой стеклянные коридоры, в которых на переменах толпились студенты.

Двор университета был самым любимым для меня, вокруг располагались беседки и скамьи, затерявшиеся среди огромных величественных деревьев и кустистой растительностью. В тёплое время года буйство красок поражало, а беседки с полукруглыми каркасами оплетала вьющаяся роза, различных оттенков, заполняя ароматом всё вокруг.

Парковка заполнена различными марками машин, тут можно было отыскать Порше и ламбарджине соседствующую с небольшими пикапами и старенькими моделями, наподобие моей тойоты. Объясняется такой размах очень просто, раз в год двадцать мест присуждалось абитуриентам, которые выиграли конкурс, преимущественно в это число входили дети из малообеспеченных семей, так как богачам незачем напрягаться, для них местечко всего припасено заботливыми родителями. Ещё десять мест выдавали для воспитанников детских домов, и хотя никто не воспринимал их, для меня они били немного опасные и намного взрослее нас. Будто они прожили эту жизнь на лет пять семь дольше, чем мы, хотя по факту все были ровесниками.

Я сюда попала не просто так, естественно, для меня было куплено место заботливой мамой, которая выбила у Байрона обещание, что, как и Изабела я буду ходить в этот колледж, но вот осознание того, что я, буду должной этому мерзавцу, не давала мне покоя, и поэтому я просто отправила документы на отборочный тур. Какое же было удивление и моё и семьи, когда я заветное место выиграла, и полноправно могла гордиться тем, что сама вершу свою судьбу.

Но вот не все были рады тому, что я такая особенная, если, можно сказать. Как только в моём потоке узнали, что из двадцати бюджетных мест занимаю я, приёмная дочка конгрессмена США, входящего в палату представителей конгресса США, как с цепи сорвались. Каждый, который себя хоть немного позиционировал защитником общество, кричал мне в спину, что я избалованная эгоистка, забравшая места того, кто действительно заслуживает здесь учиться. Многие просто крутили у виска, удивляясь тому, что вместо того, чтобы спокойно взять уже купленное, пошла и испытала судьбу, напрягалась, как нищеброда.

Но громче всех кричала и возмущалась первая красавица, президент кампуса Север, и по совместительству единственная дочка ректора университета Салли Мур.

Да и вообще, её титулов просто не пересчитать вот так на память, тут тебе и чемпионка по большому теннису, и титулованная красавица, успешный организатор добровольного движения " МИР", самый молодой активист и член общество молодых руководителей в нашем университете. Мне иногда кажется, что легче сказать, чем Салли не занимается, так как подозреваю, в расписании девушки вряд ли найдётся свободная минутка.

В первую нашу встречу стало понятно, что нормальных отношений нам с ней не иметь, как только я появилась на пороге школы, всё внимание было обращены к такому чудовищу, как я, прямая цитата Салли. За очень короткий промежуток времени она состряпала петицию об отмене моего гранта, призывая голосовать за отчисления, так как загубила жизнь человеку. Вот только это лишь догадки и разговоры, и предполагаемый студент лишь упустил возможность, так как, умнее оказалась я, а значит, и место по праву заслуженное. Но даже спустя два года, как мы учимся вместе, ни проходит и дня, чтобы Салли Мун не напомнила мне о том, насколько я ничтожна.

Такая красивая, высокая с копной волос пшеничного оттенка, Салли могла посмотреть так, что стыла кровь в жилах свысока, своими светло-зеленными глазами, вздёрнув аккуратный носик. Я давно подозреваю, что не так она и милосердна, и добра ко всем, как желает показать, этот взгляд её выдаёт, ту надменность и жестокость, которая возможно в ней копиться выдаёт, но пока она словно девушка с картинки, без изъяна, популярная и успешная.

Мне всегда было любопытно побывать в её голове, узнать, чем обосновывается такое поведение блондинистой принцессы, почему от ненависти ко мне она забывает обо всём, и только я как красная тряпка для быка маячу перед носом. И пускай мне никогда не быть с такой, как она подружками, интерес испытывала я всегда, возможно потому, что ненависть тоже проявление чувств. Страшнее всего знать, что человеку ты безразличен, то, что он не испытывает к тебе ровным счётом ничего, пустоту. А так, эта энергия, которая также меня подпитывает и веселить, когда в общем коридоре, мы, схлестнувшись огненными взглядами, пытаемся проявить себя, поставив оппонента на места. На данный момент у нас ничья, где-то Салли обходила меня, а именно оценки, похвала преподавателей, всё то, что меня выводит из себя- учёба. Я же любила задавать Салли неудобные вопросы, вспоминать о том, что отец Салли не последний человек в колледже, и всё, то что хотя бы издалека напоминает о том, от девушка имеет особое положение. Салли бесилась, краснея и шипя, она каждый раз попадается на эту удочку, пытается доказать, что всего заслужила сама.

Глава 3

Анабель

Он уходить. Аккуратно лавируя между студентами, секунд десять продолжаю всматриваться в спину человека, взгляд которого словно прожог меня изнутри. Не могу сказать, что в нём прочитала враждебность, нет, но ощутила физически напряжение, которое вибрациями передавалось от незнакомца, а ещё дикий интерес. Не могу сказать, что я ханжа, и стараюсь парней, нет, но все те, с кем мне доводилась ходить на свидания, принимать ухаживания и рядом не стояли. Никогда я не испытывала такого трепета, граничившего со страхом, и интереса узнать, услышать ещё раз голос, то, как он выговаривает слова.

- Может, объяснишь? - шепчу, но сестра тут же прикрыла мой рот рукой, насторожена осматривает меня.

- Александр Прайм, – говорит она, но мне мало этого, я хочу больше узнать об этом парни, которого, к слову, не видела у нас в университете. – Он перевёлся из Финикса, будет учиться на бизнесе…- улыбка лукавая растягивается на её лице, - Кампус Север, с тобой будет учиться!

- Мне он совершенно не нравится…- не могу сказать и объяснить почему, но неприятное ощущение, мягко обволакивает мои внутренности, оставляя липкий след. Даже при условии, что я испытала интерес, но моя интуиция подсказывает, что я не должна связываться с ним. Александр Прайм, повторяю его имя, словно желая в этом, что-то понять. Александр...

- А по мне, ничего такой…- Белла продолжает скалиться, намекая на что-то. Кусаю губы, вспоминая, как он посмотрел на меня, какой у него спокойный и тяжёлый голос, какая широкая спина и уверенная поступь.

Меня встретила моя светлая и небольшая комната, на втором этаже, с небольшим окном и запахом книг. С Робинсон мы сразу сошлись на том, что нужен небольшой шкаф для книг, так как у меня и у неё непреодолимая страсть к такому времяпрепровождению. Мы, не сговариваясь, привезли кучу литературы, которая и привносит в нашу комнату этот запах. В остальном обстановка была такая же, как и в десятках других комнатах, две кровати друг напротив друга, один длинный стол у окна к нему два стула, большой бельевой шкаф, и два индивидуальных комода. Мне нравилось здесь жить, Роби не доставляла дискомфорта, а вечерние посиделки с перемыванием косточек тех, кто нам особо не нравился, стали определённым ритуалом в нашей жизни.

Небрежно бросив дорожную сумку на кровать, подошла к окну, вид выходил на задний двор, напротив, располагались несколько спортивных полей, чаще всего проходили тренировки по футболу, вот и сейчас преподаватель по физкультуре, что-то грозно объяснял футболистам, а те, опустив голову, пытались делать вид, что внимательно слушают.

Присев на край стола смотрю, как начиналась тренировка, и парни нехотя передвигали ногами. Мысли закрутились вокруг предстоящего семестр, который явно не предвещал ничего хорошего, так как высокий незнакомец, который явно чем - то меня зацепил с первой секунды нашего знакомства, не выходит из моей головы. Отношения с парнями у меня были мягко говоря, странные. На первом году за мной пытались ухаживать два моих однокурсника, Билли и Томи были братьями — близнецами, которые обратили на меня внимание, устроили соревнование за моё сердце. Поначалу меня это забавляла, но чем дальше придвигались их ухаживания, больше походившие на спортивный интерес, тем ощутимее я испытывала дискомфорт. В какой-то момент почувствовала, что симпатия их не так сильна, а желание стать призом в этой схватке совсем отвратила. Позвав их двоих на разговор, я каждому чётко дала понять, что мне это не интересно, к слову, они особо не расстроились.

Дальше был Мартин, старшекурсник, футболист с невероятно добрым сердцем и высоким ростом. Мне нравился Мартин искренни, но вот наше общение, которое, не успело перерасти во что-то более серьёзное, закончилось, он просто перестал даже со мной здороваться, не говоря, о чем - то большем. Позже я узнала, что всему виной стала Салли, которая преуспела и тут, узнав о том, что Мартин мне симпатичен, она сделала всё, чтобы перевести его внимание на себя, и как только ей это удалось, сразу парень наскучил. Я страдала, несколько недель не могла нормально существовать, а демонстративные походы за ручку Салли и Мартина доводили до истерики.

После появился Аден. Темноволосый красавчик учился на военной кафедре, но несколько лекций у нас с ним совпадали. Каждый вторник и четверг мы встречались на естествознание, садились вместе, стараясь не мешать противному мистеру Крюну своей болтовнёй. Всё бы ничего, но вот Аден для меня друг, которого я практически в ином амплуа не вижу, а парень, наоборот, по уши в меня влюблён, чем заставляет чувствовать себя неловко. Получается он находиться в железобетонной френдзоне, из которой вряд ли выйдет, а я как эгоистка пользуюсь этим положением, делая вид, что не замечаю, как Аден смотрит на меня каждый раз.

От моего мыслей меня отвлекает сигнал телефона.

«Ты куда пропала?»

Сообщение прислала Роби, мы с ней расстались после того, как Миниски сообщила, что в середине месяца ожидается тематическая вечеринка в честь юбилея университета. Будет организован огромный бал, с живой музыкой, приглашённой прессой и профессорами с разных концов мира. Также пригласят представителей крупных концернов для общения с выпускниками и учащими, такой неплохой шанс оставить о себе хорошее впечатление и получить приглашения на стажировку.

" В комнате решила разобрать вещи"

Быстро набираю ответ, после вновь перевожу взгляд на улицу.

" Давай к нам, Фрэя привезла новые пластинки!"

Глава 4

Анабель

- Твоё? - в руках он держит мою ленту для волос, машинально касаюсь их. - Ну и?

- Да, спасибо...- протянув руку пытаюсь забрать, но он одёргивает её, пряча в глубину кармана брюк, его улыбка становится шире, а моё сердце начинает разгонять ритм.

- Не так быстро, придётся заслужить! - этот тон мне знаком, так как в академии особо избалованные особи мужского пола постоянно отпускают грязные шутки в мою сторону, считая, что это позволительно для таких, как они, молодые, богатые и беспринципными. - Увидимся, крутышка!

Я ничего не могу произнести, просто стою и молчу, переваривая всё, что только услышала, в какой-то момент обстановка вокруг меня начинается кружиться, а перед глазами маячит то ли цвет моей потерянной ленты, то ли цвет глаз парня, который её присвоил себе. Ком неприятного волнения сгущается в животе, всё, что сейчас звучит в моей голове, это насмешливый тон мерзавца, который, как в замедленной съёмки разворачивается и отдаляется.

- Я..я ...- пытаюсь хоть что- то ответить, но язык словно перестал слушать меня, ещё секунда и я понимаю, как ноги становятся ватными, а тело неминуемо летит на встречу с пыльным бетонным полом.

Открываю глаза, натыкаясь на знакомый потолок, с небольшими тёмными крапинками, неловко поворачиваю голову понимая, что нахожусь в своей комнате, а за столом сгорбившись, сидит Роби, что - то увлечённо рассматривая.

- Что случилось? - охрипшим голосом произношу, пытаясь подняться на локтях. Но как только моя голова отстраняется от подушки, тут же понимаю, что совершаю ошибку. Всё вокруг плывёт, дико болит голова.

- Эй, ты чего! - подруга мгновенно реагирует, подлетая ко мне и пригвоздив меня к кровати грозно смотрит. - Ты несколько часов назад рухнула без чувств во дворе, куда так резко поднимаешься? Ну и напугала меня, я, как услышала, сразу рванула к тебе... а ты вся такая лежишь бледная и неподвижная, что это вообще было?

- Не помню ничего, пластинки, мы сидели с Фрэей, после...- голова гудит, а во рту образовалась пустыня Сахара, бросая взгляд полный мольбы, в сторону графина с водой. Робинсон мгновенно реагирует, и уже через несколько секунд бережно передерживая меня за голову, прислоняет к моим губам стакан с кристально чистой водой.

- Тебя принёс в комнату Алекс Прайм...- как только слышу это имя, тут же вся жидкость, которая благополучно растекалась по моим внутренностям, направилась назад. В сознание просачивается неприятный образ фривольно стоящего человека, который прижигает своим взглядом меня.

- Это же тот... - всё же, надеюсь, что возможно Алекс Прайм, это совершенно не тот надменный новенький, а просто его однофамилец, но внутренности продолжают, скручиваются в неприятный узел.

- Не смотри на меня так, да, тот самый новенький, кажется, у вас знакомство совсем не задалось! - Роби аккуратно села на край кровати. - Что вы успели не поделить?

- Нет, нет, нет... только ни это! - не хочу в эти верить. - И он был в моей комнате! - последняя фраза звучала как смертный приговор.

- Ну да, ты упала, а Алекс оказался рядом, быстро среагировал и оказал первую помощь, так что ты ему должна быть благодарна! - должна, но чувствую, что ничем хорошим не обернётся это для меня, - Да и вообще, он очень милый парень…уже весь университет только о нём говорит! Может, к врачу?

- Нет, не нужно, я с утра практически ничего не ела, плюс перенервничала...прости Роби, но мне нужно поспать наверно…- у меня нет ни сил, ни желания — это слушать, понимая, что теперь я должна быть благодарна этому неприятному Алексу Прайму. Не дождавшись ухода подруги, я медленно отворачиваюсь, закрываю глаза и мгновенно погружаюсь в сон.

Несколько дней пролетели как мгновенье. Учебный процесс погрузил весь университет, на переменах можно было выдохнуть, но уже через короткий промежуток времени снова классы заполнены учениками, монотонные голоса учителей и желания побыстрее закончить учебную неделю преследовало каждого.

Оставалась последняя на сегодня дисциплина, бизнес-план, которая особенно мне нравилась. Тут мы больше общались между собой и коммуницировали с преподавателем, не было скучных лекций, и заумных формул, заставляющих чахнуть каждую секунду.

Преподавала нам молодая женщина, которая безумно красиво выглядела, высокая, с длинными и блестящими, чёрными волосами, а на лице располагались очки, в чёрной оправе ей безумно шли. Мне кажется, что всё студенты, которые посещали её урок, были влюблены в неё. Сочетание молодости, высоко интеллекта и фигуры стриптизерши делали своё дело, я же смотрела на неё и ловила эстетическое удовольствие, а ещё у неё был приятный голос, от которого не хотелось спать, что немаловажно.

- Добрый день, мне нужен человек, что бы помог раздать планы, на которых мы будем тренироваться сегодня! - она широко улыбнулась, а я залюбовалась её грацией, - Салли, спасибо!

Естественно, этим человекам выступает Салли, в первых рядах готовая подлизываться к учителям, и это делает она не для того, чтобы ей завышали оценки, нет, она просто по-другому не может.

Вдохнув воздуха побольше в лёгкие, прикрываю глаза, борясь с желанием не выкрикнуть какую-нибудь мерзость, пока Мур шествует мимо рядов, раздавая материалы. Но через пару минут чувствую, как рядом кто-то с шумом сел, а в нос ударяет мужской достаточно приятный аромат.

Глава 5

Анабель

Тут же она достала из коробки зелёный кусок такой же ткани, только изумрудного оттенка. Расправив и приложив к своей фигуре, Изабель смотрит с надеждой в глазах, на мою реакцию, но я ничего не могу сказать, лишь смотрю на прекрасное изделие портных. Платье прекрасно - на завязках, с разрезом на ноге, пикантно оголяя её, оно настоящие сокровище, не могу представить его на себе, на своей неуклюжей фигуре не привыкла носить такого рода одежду, которая словно кричит о сексуальности и нежности, ни в моих правилах выражать себя через одежду.

- Изабелль, оно прекрасно! - подхожу и легонько касаюсь ткани, прохладной и невесомой,- Но я не могу его принять, это слишком красиво для меня!

- Что за вздор? - сестра откладывает его на кровать, - Ничего не может и сравниться с тобой, а тем более какой-то кусок ткани! И ты даже не вздумай мне перечить, я заказала его для тебя! - её наигранная обида немного развеселила меня, - Я, между прочим, вносила некоторые корректировки в наши наряды, хочу, чтобы все обомлели от нас!

- Они снова высмеют меня, и это не прикроют, никакие прекрасные платья...

- Ну, Ана, не будь занудой,- сестра надула губы и небрежно бросила своё платье рядом с коробкой. Ну вот как после этого отказать, когда на тебя смотрят этими хитрыми прекрасными глазами, недовольно вздохнув присаживаюсь рядом.

- Когда ты всё успеваешь? - задаю вопрос, та мило морщит лоб, но ничего не отвечает,- А ещё оно очень откровенное, у меня вся грудь наружу!

- Что? - девушка подскочила и подхватила платье, вновь расправив на себе, - Так в этом и есть задумка, у тебя отличные сиськи и скрывать их настоящее преступление, это не обсуждается! Ты будешь в нём, и пусть все с ума сойдут при виде красивой девушки, да и вообще прекрати стесняться своего тела. Ты не должна быть такой зажатой!

- Ладно, хорошо! - попытки дать хоть один весомый аргумент увенчались полнейшим недоразумением, - Слушай, а где ты познакомилась с Алексом... С Алексом Праймом? - мой голос звучит крайне заинтересованно, а при произношении имени и фамилии парня мой голос меняется, что пугает меня.

- С новеньким? Так, это...- она замолкает, - А, точно, встретились в администрации, у меня что- то с дверным замком случилось, а Александр любезно предложил мне помочь. Вежливым показался, расспрашивал про папу и нашу семью, про себя рассказал чуть-чуть, переехал из Тенеси, кстати, его отец — мэр округа...

- И что же он тут забыл? - слишком агрессивно говорю, Белла вопросительно смотрит на меня.

- У тебя с ним проблему? - настороженно спрашивает она, слишком резко мотаю головой, но Белла решает не развивать эту тему.

- Хорошо, побегу, у меня ещё сегодня поездка в город запланирована, поедешь со мной?

- Нет, но если мне привезёшь мне вупи пай, буду самой счастливой!

- Сладкоежка моя! - проговаривает Бела, целуя меня в щеку.

Сегодня во время занятий все студенты вели разговоры лишь о предстоящем вечере и, то, что их ждало, а именно бессонная ночь. Вот уже какой год середина года ознаменовалась тем, что после отбоя все спускались к океану и проводили там время до утра, жгли костры, жарили маршмеллоу, рассказывали истории, играли вправду или действие и конечно же, напивались. Кто-то особо смелый отправлялся купаться, заманивая остальных. Учителя привыкли к такой традиции, а особо активные также присоединялись к нам, занимали наблюдательный пост и тихонько переговаривались между собой. Конечно, они понимали, что молодость берёт вверх, а когда такое количество молодых людей, запирают в одном удалённом месте от внешнего мира, нужно понимать, что выпускать пар это обязательная составляющая.

Прошлая вылазка на ночёвку для меня прошла особенно скучной, Робинсон напилась, Фрэя всё время хныкала, что хочет спать, а Белла исчезла на полночи, вернувшись ничего не стала объяснять. Тем самым я с одной стороны была нянькой, с другой аниматор и с третьей паникующая сестра, каждые десять минут набирая по мобильному Изабель. Сегодня намерена пропустить это событие, скоротав вечер в своей кровати, с какой-нибудь книгой наперевес, радуясь, что наутро буду свежа и бодра.

Но все мои планы спутала Робинсон, которая влетела в комнату и плюхнулась на мою идеально заправленную кровать, её глаза странно блестели, а откровенный наряд давал понять, что ни спать она собралась, ни спать.

- Таак…- протянула, садясь рядом с подругой, от неё пахнет алкоголем и мятной жвачкой,- И, куда ты так вырядилась? –я многозначительно посмотрела на её откровенный топ бежевого цвета и ультракороткую юбку золотого цвета, естественно понимала, но хотелось немного позанудничать.

- Как куда?- девушка ойкнула и прикрыла рот рукой, – Ну хватить, Ана, ты сейчас похожа на смотрительницу женской общины, и что-то это ты ещё в пижаме?

- Я не пойду! - вполне серьёзно отвечаю, а для пущей наглядности, что мои намерения достаточно серьёзны, демонстративно открыв книгу.

- Ну да ладно…- вымолила Роби, поддевая пальцем страницу романа. - Пойдём, будет весело, слышала, что и Аден собирается...

- Ты, наверно забыла, что где бы я ни появилась, тут же начинается хаос!

- Думаю, небольшой переполох в этой сверхэлитной компании заносчивых людишек не помешает! - смеётся подруга, уже практически навалившись на меня.

Глава 6

Анабель

Но меня хватает на несколько несчастных минут, снова поднимаю голову, сталкиваясь с пристальным взглядом тёмно-синих глаз, они практически стали чёрного цвета, но я всё равно угадывала в них блеск синевы. Как под гипнозом не отвожу взгляд, словно пытаюсь поджечь им его, заставив ощутить, что- то, кроме надменности, но он ни пробиваем. Холодный еле заметно приподнял уголки губ и нежно проводит рукой по пятой точке Салли, не разрывая наши взгляды, дразнит меня, провоцирует, но не дождётся, того, что я отведу глаз и не дам воли слезам. Это не конец, спектакль, который, явно для меня, продолжается набирает обороты, он опускает голову и жадно впивается в её рот, слышаться улюлюканья и свисты, люди вокруг радостно хлопают этой парочки.

Баста!

Поднимаюсь, направилась прочь от этого безумия, да пусть меня простит Роби, но мне нечего тут ловить. Пытаюсь идти как можно быстрее, но песок заставляет постоянно тормозить, забиваясь в босоножки. За спиной послышались шаги, испуганно разворачиваюсь, вижу приближающую фигуру Холодного, отчего захотелось бежать ещё быстрее, что, собственно говоря, я и делаю.

- Стой! - кричит он, но я и не подумаю его слушать. – Да постой же ты!

Он догоняет и преграждает дорогу своим высоким и сильным телом, я, всхлипывая, смотрю на свои ноги, боясь поднять глаза.

- Куда ты так рванула? - спрашивает Алекс, шагнув ко мне, молчу, продолжая рассматривать обувь. Он делает ещё шаг вперёд, после ещё один, а моё сердце пропускает удар, ощущая этот напор, продолжаю пятиться назад, в надежде сбежать. Что ему от меня нужно? Может закричать? Бежать? Но вряд ли я смогу далеко убежать, он ведь нагонит меня на раз-два.

- Не приближайся! - попытаюсь как можно спокойнее говорить, но голос предательски дрожит. Алекс ухмыльнулся, естественно, продолжал наступать. Собрав остатки силы и храбрости, кидаюсь вперёд, надеясь проскочить мимо парня, но он меня ловко хватает за руку и тянет на себя. Развернув голову, посылаю взглядом тысячу огненных стрел, чтобы дать понять, не стоит этого делать. – Отстань от меня! – рычу, дёрнув рукой, но у меня ничего не получилось, Холодный, в свою очередь, ещё сильнее сцепил моё запястье, наверно после этого ещё и синяки останутся!

- Дикарка! - Алекс издал тихий смешок – Знаешь, маленьким леди не подобает так себя вести, ты как зверёныш!

- Как хочу, так себя и веду! - продолжала дёргать руку, - Тебе какое дело? И что ты за мной ходишь? Отстань от меня!

Но Алекс даже не пошевельнулся, лишь глупо улыбался, показывая всем своим видом, что все мои попытки ничтожны, как и я сама. Не знаю, что на меня нашло, но в следующую секунду со всей силы ударяю его свободной рукой в живот, вкладывая в этот удар всю злость и ненависть, от неожиданности он выпустил мою руку и согнувши рычит, параллельно посылая проклятья.

Я же спокойно, поправляю топ, шагаю прочь. Это было прекрасно, на душе словно поднялось солнце и распустились розы. Собой я была довольна на все двести процентов, и к чёрту все мысли о том, что завтра наверняка буду сожалеть об этом, но сегодня я чувствовала себя отлично.

***

За окнами послышались крики и какая-то возня, чуть нахмурясь продолжала штудировать конспекты, готовясь к уроку, несмотря на то, что у меня хорошая успеваемость. Переживаю о том, что упущу не примерно какую-нибудь мелочь, а моя душа перфекциониста не выдержит такого провала. Но звуки не утихали, а наоборот набирали обороты, что и заставила меня приподняться со стула и выглянуть в окно. Напротив, окон библиотеки расположился небольшой закуток, где располагались мусорные баки, и хозяйственные принадлежности, вот тут в окружение лопат и метёлок сгрудилась толпа парней, в центре которой возвышался Холодный, синий пиджак был небрежно брошен на низенькую лавку, а рубашка топорщилась из брюк. Переведя взгляд с него, замечаю слегка осунувшегося студента, он опустил голову и как-то неровно дышит, рядом стоять трое парней, и что - то весело выкрикивают, а один, что ближе к бедолаге изредка награждает его пинками и подзатыльниками, после заискивающе смотрит на Алекса, который одобрительно делает кивок.

От увиденного у меня кровь начинает стучать в висках, а воздух практически перестал поступать в мой организм. Не знаю, что мной двигала в тот момент, но я срываюсь с места направляюсь во внутренний дворик, даже не представляя, что буду делать. Гнев и злость настолько захлебнули меня, а отчаянное чувство справедливости просто застилало инстинкт самосохранения, и вот я уже выбегаю на крылечко, со всей дури стукнув тяжеленную дверь, оповещая всех о своём присутствие. На несколько секунд повисла тишина, Алекс продолжал стоять ко мне спиной, но вот его дружки все как один уставились на меня, излучая недоумение, недовольство, удивление и даже страх.

Как в замедленном съёмке, Холодный поворачивается, а на его лице застывает кровожадная улыбка, и только сейчас ко мне пришло осознание того, что я сотворила, сама пришла в логово зверя, натоптав, наследив конкретно. Его взгляд просканировал меня с ног до головы, особо уделив внимание короткой юбке, отчего я машинально обернула синюю в белую полоску материю, после взгляд перемещается выше, обследовал лицо, отчего мои щёки в момент загорелись красным.

- Не может быть! - Холодный чуть скривил рот, а у меня пересыхает в горле, ох, и зря всё это затеяла. - Что же госпожа Стайрос здесь забыла, закончились книги, которые ты не успела перечитать? - послышались смешки его дружков.

Глава 7

Анабель

Нет, нет, нет… я проспала, впервые за год!

Выскочив из ванной комнаты, замечаю, что постель Робинсон идеально заправлена, могла бы и меня разбудить!

Со скоростью света натягиваю джинсы на высокой посадке, начиная глазами искать рубашку, которую ещё перед сном спланировала надеть, но как назло, нигде не вижу, она словно провалилась сквозь землю, возможно, Роби вновь решила совершить набег на мой гардероб. В очередной попытке перешагнуть кучу одежды, вывернутую из шкафа, спотыкаюсь, падая на колени сверху всего добра.

- Чёрт! – коса, которую несколько минут назад я наспех заплела, распалась, и волосы упали на лицо, выдохнув обречённо опустила голову, это день не предвещает ничего хорошего. Бросив поиск несчастной рубашки, хватаю водолазку, красную с белыми разводами, которая первая, что попалась мне на глаза, вытаскиваю уже полностью растрепавшие волосы из горлышка, пытаясь не нервничать. Ненавижу опаздывать!

Вбегаю в холл корпуса, понимая, что ещё пять минут, и лекция начнётся, но я не теряю надежды войти в аудиторию до прихода преподавателя. У лифта никого нет, это хорошо, обычно там толпятся студенты в ожидание кабинки, а после набиваются до отказа, словно это последний лифт в их жизни. Не желая обтираться об чьи-то спины, в другое время, где я не спешу, спокойно поворачиваю в сторону лестницы, но не сейчас, на это у меня нет времени.

Створки лифта начинают открываться, а я, уже моля всем богам, влетаю в него естественно, не разбирая, что вокруг, уже на полпути понимаю, как неизбежно падаю, но встречи с полом не произошло, так как врезалась во что-то твёрдое и тёплое. Что - бы не упасть на колени, хватаюсь за первое, что смогла нащупать, и это, оказывается, край свитера, но хозяин свитера успевает перехватить меня за запястье и грубо возвращает на ноги.

Вскрикнув, поднимаю глаза, встречаюсь с холодным блеском синих глаз, после чего чувствую, как рука держащее моё запястье ещё сильнее сжалась. Какого? Опять он, Александр смотрел на меня снизу-вверх, а я не могу понять, что сделать извиниться, поблагодарить, или просто послать.

- Пропусти! - грубо выговорил он, будто выплюнул эту фразу и с отвращением откидывает мою руку, почему ему обязательно нужно быть таким козлом? Плюс этого, мне не нужно выдумывать ничего, чтобы отблагодарить, минус я снова словно побывала в выгребной яме, а Холодный вновь приложил руку к моему фиаско. Двери лифта закрылись, откидываю голову назад, со звуком выдыхаю, отличное начало нового дня, Анабель, можешь поприветствовать своё жалкое существование.

Ну, на этом ничего не закончилась, на третьей лекции я опозорилась, не сумев и двух слов, связать, так как Александр пристально смотрел на меня, и в какой-то момент почувствовала себя абсолютно голой и отнюдь не привлекательной. Только закончилась эта пытка, пришла очередь нашей принцессы, в столовой Салли как бы невзначай опрокинула на меня свой чечевичный суп, и до конца следующей лекции я нещадно воняла этой дрянью, красуясь пятном на всю грудь.

- Хочешь, я ей волосы вырву? - засмеялась подруга, протягивая мне влажные салфетки. - Очень давно мечтаю об этом!

- Спасибо, но не нужно, поверь, это лишь больше разозлит её, она ведь ещё тот энергетический вампир! – конечно, я понимала, что любой, кто попытается встать на мою защиту, подставляет себя, мне не хотелось, чтобы Роби стала объектом дурацкой мести.

-Ты на этих выходных собираешься домой? - отрицательно мотаю головой, Роби вопросительно смотрит на меня, ожидая продолжения.

- Куча дополнительных занятий, а дома мне сложно сконцентрироваться, плюс с мамой должны на недели встретиться! - умышленно промолчала про Байрона, хотя это был главный фактор того, что мне не хотелось ехать домой.

- Аден меня пригласил в кино! - резко говорит Робинсон, я же удивлённо вскидываю брови, не веря в то, что услышала.

- Мой...то есть наш Аден?

- Ну как пригласил...- вздыхает Роби, - Случайно узнала, что Аден с парнями собираются на премьеру, и напросилась, да мы будем не вдвоём, но у меня появился шанс, которым я хочу воспользоваться, что скажешь?

Качаю головой, определённо я почувствовала облегчение, хотя не должна так реагировать. Аден мне друг, Роби моя близкая подруга, и я первая, кто должен быть заинтересован в их союзе, но вот заставить себя в это верит, не могу. Они не подходят, по-моему, мнению, Аден слишком собран и строг, а Роби лёгкая и воздушная, он её будет приземлять, а она вскоре ему наскучит. В итоге у них обоих будет разбитое сердце, и неприязнь, а я буду метаться между двух огней. Нет, такое мне совершенно не подходит!

- Звучит не очень...- тихо проговариваю, но Роби на это не обращает внимания.

В пятницу вечером осталась в комнате одна, Роби несколько часов назад упорхнула счастливая и довольная, в ожидание той минуты, где по её имению они с Аденом останутся одни. Я же законов писать контрольную работу вытягиваюсь на стуле, закрывая глаза. Спина затекла, а глаза болят нещадно, к моему несчастью, очки я забыла на прошлой неделе дома, а купит запасные, не было времени, теперь я ощущала неприятное жжение.

- Привет! -слышу за спиной, резко выпрямлять после разворачиваюсь. В дверях стоит Алекс Прайм, выражение лица мне совершенно незнакомо и непонятно в нём я не читаю надменности и наглости, которая стала его визитной карточкой за всё время, сколько мы знакомы. Он смотрит, немного опустив голову, рот растянут в улыбке да, да это не привычная ухмылка, а самая настоящая улыбка. - Я могу войти?

Глава 8

Анабель

Сегодня днём мы встречаемся с мамой в нашем любимом месте. Это был небольшой скверик вдали от центра окружённым офисными зданиями. Тут практически никого никогда не было, такое пустынное и забытое людьми место с огромным налётом одиночеством. Когда ты считаешься семьёй подающего надежды конгрессмена, постоянно ловишь на себе любопытные взгляды незнакомцев, что невероятно бесит. Мне нравится одиночество и отшельничество, когда меня не замечают, я испытываю облегчение, но это очень редко бывает, и пока я с этим ничего поделать не могу.

Мама появилась спустя минут десять, лучезарно улыбаясь, она крепко обнимает меня, заставляя сердце болезненно сжаться, я очень соскучилась по ней.

- Здравствуй, детка! Долго ждёшь?

- Нет, - отрицательно помотала головой, пристально разглядывая маму. Как всегда, безупречная причёска, в виде затянутого хвоста, ноль косметики на лице, и печальные глаза. Только вдали от неё особо ощущаю невыносимую тоску, то, как мне не хватает звука её голоса, её тёплых касаний и нежного взгляда, порой я готова плюнуть на присутствия Байрона, чтобы лишний раз остаться с мамой. - Я очень соскучилась...- после этих слов вновь оказалась в маминых объятиях, вдыхая такой знакомый с детства запах.

- Что читаешь? - спрашивает она, когда мы разрываем объятия.

- Это мой любимый политический деятель, Уинстон Черчилль! - с восхищением проговариваю.

- Лучше бы ты со сверстниками больше общалась, а не с политическими деятелями! - укоризненно смотрит она на меня, качая головой, но я прекрасно знаю, что мама — это не всерьёз.

- Я достаточно общаюсь, как ты сказала со сверстниками, и мне за глаза хватает Робинсон и Беллы, а ещё...- тут останавливаюсь на полуслове, понимая, что ляпнула лишнего.

- Ещё что? - от маминого голоса сквозит любопытством.

- Ничего такого нет, что бы я могла рассказать, - попыталась улыбнуться, чтобы это выглядело, естественно, но, видимо получается всё плохо, так как взгляд мамы недоверчив, а я не могу собраться с мыслями, образ Алекса появляется перед глазами, доставляя дикое неудобство. Это плохо, очень плохо, так как брови мамы начинают сходиться на переносице. - Мам... всё хорошо, правда, это не то, что ты подумала... просто... просто есть один человек, который слишком груб ко мне, заносчив и глубоко мне неприятен!

- Значит, один человек! - её лицо посветлело, а на губах появилась улыбка, -У сэра Черчилля появился конкурент?

- Глупости! - мои щёки запылали, а взгляд просто физически не могу понять, почему-то мне стало стыдно за свою реакцию.

- Моя упёртая девочка! - мама берёт меня за руку, чуть сжимаю её. - Испытывать чувство, это хорошо, хуже, когда в твоём сердце равнодушие. А что насчёт этого человека, ты молодая, красивая девушка, и всё логично, тебе могут нравиться мальчики, ты можешь также их интересовать, но прошу тебя, милая, будь осторожна! Знаю, какое у тебя хрупкое сердце, и как ты нуждаешься в любви, но не нужно слепо доверять, понимаешь меня?

- Мама, правда, ты меня не так поняла, между нами ничего нет кроме обоюдной ненависти! - меня только от одной мысли начинает трясти, погладив обложку томика лежавший на моих коленях, пытаюсь сконцентрироваться,- И пускай Уинстон будет спокоен, я его ни на кого не променяю!

- Хорошо! - соглашается она, но на её лице всё ещё читается лёгкое недоверие, - Анабель, я хотела вот что сказать, мне кажется, что у Байрона какие-то неприятности, и если есть такая возможность, пока не приезжайте с Изабель домой. Ей я не стала говорить, знаешь, какая она эмоциональная, поэтому прошу тебя, договорились?

- Не поняла, что это значит?

- Ты же знаешь, что скоро начнётся кампания отца, все нервничают, он практически не появляется дома, но вот уже несколько ночей подряд нам на домашний поступают звонки, - внимательно слушаю маму затаив дыхание, - Вначале я не обратила вниманию, ну знаешь, думала, что ошиблись. Но вот звонки поступали и поступали...- Может, нужно обратиться в участок?

- Байрон запретил, сказал, что это нормально, пытаются напугать такими примитивными методами! -мамин голос немного стал тише, словно она опасалась, что нас могут подслушать. - А вчера нам в почтовый ящик подкинули письмо, я не успела посмотреть, что там, но по лицу отца поняла, что ничего хорошего там не было!

- А вот теперь мне немного страшно стало! Байрон доигрался, я не удивлюсь, что теперь за его действия мы будем нести ответ! - со злостью проговорила я, хотя меня жутко напугала вся эта история.

- Детка, ты главное — не переживай, вы в надёжном отдалённом месте находитесь, куда вряд ли смогут сунуться нехорошие люди! - мама провела рукой по моим волосом.

- Я за себя не переживаю, мне страшно за тебя!

- Ана, Байрон усилил охрану дома, плюс со мной круглые сутки ходит охранник! - только сейчас я заметила человека в чёрном костюме, с суровым видом сидящего неподалёку от нас.

- Нехорошо это, чувствую, что ничем хорошим это не закончиться.

- Вы уверенны, что это хорошая идея? – восклицаю, мисс Миниски смотрит на меня через свои толстые очки, натянуто улыбаясь.

Ко мне учителя относились холодно. Они никогда не заводили беседу не относящаяся к изучаемому предмету, никогда не улыбались мне, когда я отвечала на их вопросы правильно, и уж тем более никак не коммуницировали вне учебной аудитории. Конечно, их поведения я могла понять, всё элитное заведение пропитано взятками и угрозой, что за малейший проступок этих научных гениев выпнут за считаные секунды, а зачем дразнить красного быка?

Глава 9

Анабель

Роби вернулась в воскресенье поздно вечером, когда я уже практически спала, тихонько прошла к кровати и упала на неё. Мы перекинулись несколькими фразами и уснули. Я очень хотела ей рассказать, как прошли мои выходные, а именно встречи с Александром, предупреждение мамы, и конечно, хотелось узнать, как прошла их свидание с Аденом, но видя её усталость и нежелание обсуждать что-либо, отбили желание настаивать на чем - либо. Но глубина моего любопытства не уменьшилась, больше всего мне хотелось узнать, как прошло свидание с Аденом, оправдались ли надежды подруги или всё было расставлено по своим местам. В моих преставлениях Робинсон должна была вернуться разочарованная, но по её виду не смогла понять, как всё прошло. Аден также не ответил на мои два смс, которые я ему написала, трудно признаться, но меня это безумно бесило.

Адена я нашла во дворе, возле фонтана. Он сидел ко мне спиной и что-то печатал на телефоне. Трость аккуратно лежала рядом.

Аден Хэйзл с детства хромает на правую ногу, чаще всего он ходит с чёрной тростью, но иногда справляется без неё. Ещё на первом курсе парень мне рассказал, что его хромата это врождённая аномалия, недоразвитость бедренной кости, излечить этот дефект практически нереально, а парень с самого девства объездил полмира в поисках именно того врача, который бы смог это исправить. Но всё оказалась безуспешно, перед поступлением в университет он окончательно прекратил поиски и варианты, смирился с тем, что он калека и начал жить с чистого листа, где не было погоне за несбыточными мечтами обрести обычную жизнь. Всё это он рассказывал с опаской, словно после такой информации я перестану с ним общаться. Так была со многими его друзьями и знакомыми, с девушками, которые ему нравились, все смотрели на него как на неполноценного, ни такого, как все, Аден просто перестал доверять людям, чувствуя отовсюду подвох.

Но меня совершенно это не напугало, наоборот, вся история Адена меня восхитила, его стойкость и выдержка заставляла верить в настоящую силу духа. Ведь каждый день он сталкивается с колкими взглядами в университете, будто он прокажённый, насмешки и пренебрежения с каждым разом делают его сильнее. Но это было не всегда, по первости Аден вступал в конфликт с тем, кто хоть немного ни так посмотрел, то отпускал неприятные комментарии и шутки, пару раз случались драки, но современным успокоился. К тому же я постоянно говорю, что это всего лишь наружностью, а душе он прекрасен, умён и невероятно добр.

- Привет! — обнимаю его за плечи, парень тут же блокирует телефоны, чуть поворачивая голову. Провожу рукой по его длинной чёлке, которая упала на глаза, - Что тут делаешь?

- Ничего! - быстро отвечает он, отпускаю его, присаживаясь рядом.

- Как выходные прошли, слышала, что в кино ходили… - словно, между прочим, говорю.

- От тебя ничего не скрыть, да! С ребятами ходили на Тарантино, ничего особенного! - говорит спокойно Аден, я же продолжаю улыбаться, ожидая, что он расскажет о Робинсон. Пытаюсь прислушаться к своим чувством, когда смотрю на него, разглядывая его светло-серые глаза, прямой нос и плотно сжатые губы. Такое ощущение, что он не особо хочет со мной эти делиться, а меня это лишь чуть задевает.

- Ничего особенного! - вторю ему, не могу определённо сказать, что испытываю разочарование, нет, но во мне где-то в глубине зажигается огонёк ревности, словно в эту самую секунд я хочу услышать признание чувств парня ко мне.

- Ана, я так понимаю, что ты хочешь узнать о Роби, правильно? - смущено улыбаюсь, - Да, Робинсон тоже была с нами, отправились на показ картины, накупила кучу еды, а после подвезла меня домой!

Молчу. Меня вполне устраивает такой исход, выдыхаю, словно я готова была услышать совершенно другой рассказ, но обрадовалась, как только убедилась в обратном. Аден продолжает на меня смотреть, ожидая моих комментариев, но мне нечего сказать, только, что я эгоистка, которая боится, что моя лучшая подруга может понравиться парню, к которому я не испытываю романтических чувств, правильно ли это? Определённо нет, когда последних несколько ночей засыпаю с мыслями о другом, это всё неправильно!

- Ты нравишься Робинсон! - выдают сама не понимая зачем. Девушка никогда не просила меня об этом, возможно, я поставляю Роби этим.

- Знаю, я калека, но не слепой! - смеётся Аден, толкаю его в плечо, ведь не это имела в виду.

- И…- протягивают, ожидая продолжения.

- Тебе всё прекрасно известно, Ана! -его взгляд стал тяжелее, он не сводит с меня его, сглатываю, понимая, что заигрываюсь, совершенно не отдавая отчёт своим действиям.

- Предлагаю пойти в столовую у тебя следующая, какая пара? -подскакивают на ногти, словно не замечаю его влюблённого взгляда, Адену ничего не остаётся, как смахнуть лица напряжение и улыбнуться. Он так всегда делает, за что ему безмерно благодарна.

- Картография, - со вздохом говорит он, беря в руки свою трость, - Пойдём перекусим, Ана Стайрос!

Робинсон уже ждала в столовой, отпивая через трубочку молочный коктейль. Как только за моей спиной она разглядела Адена, тут же выпрямляет спину, и нервно заправила волосы за ухо.

- Наконец, то мы увиделись! - смеюсь, чмокая девушку в щеку, она напряжённо сжимает мою ладонь, но после вновь улыбается.

- Аден… это… привет! - смущение Роби заметно на километр, даже забавно видеть её такой, сбитой с толку и застенчивой, так как всё остальное время Робинсон совершено не такая.