Иди через лес

Пролог

Новый год приближался на всех парах. Гирлянды и Деды Морозы, выставленные на витринах и мозолившие глаза еще с середины ноября, неожиданно заиграли новыми красками, а от обновившихся ценников хотелось хвататься за сердце и срочно уходить в отшельники. Кира задумчиво разглядывала балык, прикидывая, стоит ли его брать сейчас, и мужественно терпеть еще полторы недели, мысленно твердя себе материнским голосом: «Не трогай, это на Новый Год!», то ли придушить жабу и взять позже, чтоб не испытывать собственную выдержку. Желтый ценник ненавязчиво намекал, что в следующий раз настолько выгодной цены уже не будет. Банковское приложение на телефоне напоминало, что стипендии еще не было, а деньги от благодарных клиентов уже заканчивались.

— А, пес с тобой, — Кира взяла балык и кинула его в корзинку. Туда же отправились бутылка шампанского — как раз с девчонками выпьют в новогоднюю ночь, икра, оливки, ананасы… Очнувшаяся жаба взревела пожарной сиреной и схватила ее за горло липкими лапками, вынуждая остановиться. Кира вздохнула, полюбовалась на сыр и покорно побрела на кассу. Денег хватило впритык, видимо, завтра придется им с Ольгой и Таней вновь потрошить заветную кучку «НЗ».

«С другой стороны, — утешила себя Кира, бредя по улице и стараясь не зацепиться пакетом за прохожих, — скоро уже Новый Год, а там обязательно пара-тройка фотосессий точно нарисуется, и КОТы будут в деле»

С деньгами всегда было… непросто. Особенно если вспомнить, что Киру зачем-то понесло на филфак. Нет, летом удавалось подзаработать репетиторством для будущих первоклассников, а вот с наступлением осени и зимы приходилось рассчитывать только на стипендию и разовые подработки в стиле «напиши статью про пульверизаторы»: тянуть деньги с родителей Кира считала бессовестным, они и так работали на износ. А маму и папу она любила и мысленно желала им долгой жизни и крепкого здоровья.

Родоначальницей их подработки была именно Ольга, согласившаяся как-то поснимать свадьбу двоюродной сестры Юли. Фотоаппарат у нее был, держать его ровно она умела, и получившиеся снимки весьма обрадовали новоиспеченную жену.

— А знаешь, — вдруг протянула Юлька, разглядывая особенно удачную фотку. — Сюда бы еще дракона… Или там единорога.

— Хм, — Ольга задумалась, и не откладывая дело в долгий ящик, позвонила Кире, которая давно увлекалась фотошопом и могла за пару часов из посредственного снимка, сделанного на телефон, слепить фентезийное полотно. — Золотце, сможешь сделать дракона?

— Из чего? Из палок и земли? — вяло спросила Кира.

— Нет, на фотографии.

— За «спасибо»?

— За очень приличное спасибо, — с нажимом пояснила Ольга, и Кира, приободрившись, включила компьютер.

— Кидай фото, будет тебе дракон.

Через пару недель Юля была обладательницей свадебной фотосессии в фентези-стиле, а Ольга и Кира квадратными глазами смотрели на сумму, которую им перечислил обрадованный супруг.

— Кира. Мы очень сильно сглупили, когда пошли в филологический, — сказала Ольга, пересчитывая цифры.

— Ты особо не облизывайся, может, это единичный подарок судьбы, — Кира старательно отгоняла видение нового процессора для компьютера.

— Не попробуем — не узнаем, — Ольга хлопнула себя по колену и села за телефон.

Сарафанное радио сработало безотказно, зацепив не только молодоженов, но и просто желающих засветиться в соцсетях в образе Гендальфа или Арвен. Вскоре пришлось подключать третью подругу, Татьяну, единственную из всей тройки, у кого был автомобиль. Таня без лишних раздумий согласилась поучаствовать в этом акте спланированного безумия, и вот так на свет появился «Фото-КОТ», по первым буквам их имен. Ольга делала фото, Кира их обрабатывала, а Таня выполняла роль личного шофера Ольги, которую тут же язвительно окрестила «Княгиней Ольгой», и дурашливо кланялась, умоляя «не велеть казнить, а велеть миловать». В любом случае, деньги не то, чтобы полились рекой, скорее, это был ровный и стабильный ручеек, который выручал их в сложной жизни студенток филфака.

Где-то с треском взорвалась петарда, и Кира, вздрогнув, вынырнула из своих мыслей.

— Да когда ж уже их запретят вообще, поубиваются же… — проворчала какая-то женщина, бредя мимо. Кира бездумно кивнула. Да, ближайшие недели придется терпеть канонаду взрывов и мальчишеских воплей дикого счастья. Она переложила пакет в другую руку и пошевелила пальцами, жалея, что не взяла перчатки. Как всегда в середине декабря погода стояла непредсказуемая. Утро было ясным и безоблачным, столбик термометра показывал уверенные +10, в середине дня из ниоткуда наползли тучи, а к вечеру температура рухнула до неприличных низин. Электронный термометр на остановке утверждал, что сейчас «-1», приложение в телефоне писало «-3, ощущается как 0», но в любом случае, лужи, оставшиеся после вчерашнего дождя и не успевшие просохнуть за день, сковал тонкий ледок, который радостно блестел в свете фонарей.

Пряча лицо в воротнике пуховика, Кира дошла до перехода и осторожно посмотрела по сторонам, прежде чем перейти дорогу. Машины двигались медленно, но всегда ведь найдется лихач, да еще и на летней резине, которому море по колено, горы по плечу и сам черт не брат. До дома оставались считанные метры, и она окончательно взбодрилась. Дома ее поджидал любимый кот, которого она в свое время окрестила Смаугом за его потрясающие желтые глаза, черную шерсть и страсть лежать на груде вещей, как дракон на золоте. Сейчас она переоденется, заберется в кресло, завернувшись в теплое одеяло и с кружкой горячего чая, в которую обязательно добавит профилактическую ложку малинового варенья, включит какой-нибудь сериал… И начнет готовиться к сессии, чтоб ее! Кира тяжело вздохнула. Настроения учиться не было, скорее, хотелось весь вечер лениться и валяться, изображая довольного тюленя в одеяле. Ну и ладно, завтра она точно-точно возьмется за учебу, благо, что весь семестр она не валяла дурака, и все, что надо — это лишь слегка освежить в памяти пройденный материал…

Глава 1

Кира лежала, и разглядывала белый потолок, украшенный лепниной. Все равно больше заняться было нечем. С эстетической точки зрения вид ее полностью устраивал — неназойливый цветочно-растительный орнамент не мозолил глаза, не давил на нервы, как это обычно  бывает в больницах с их унылыми потолками, покрытыми трещинами и разводами сырости, а напротив — даже слегка поднимал настроение. А вот с точки зрения логики…

Нет, Кира, конечно, любила фентези. Да черт побери, она обожала фентези! Могла часами играть в разные РПГ, то за эльфийку, то за какую-нибудь друидку-некромантку, Толкин и Сапковский у нее стояли на полочке не для красоты — стоило только взять в руки увесистый томик, как сразу становилось ясно, что держится он на честном слове от постоянных перечитываний, да и стена, увешанная постерами с драконами, магами и эльфами тоже не оставляла простора для сомнений, но одно дело — любить фентези, сидя в своем уютном цивилизованном и насквозь материалистичном мире, и совсем другое — попасть в это самое фентези! И, как назло, ни одного прекрасного и мудрого эльфа верхом на волшебном лосе рядом не наблюдалось. Да что там, она бы и на старика в остроконечной шляпе согласилась… Вот только повезло ей, как утопленнице.

… — Я в порядке. А вы кто? — спросила она тогда. И мужчина отшатнулся, напряженно глядя на нее со смесью недоверия и страха.

— Ран… Это же я, — медленно сказал он. Это было довольно странно: словно Кира смотрела фильм с многоголосым переводом. Она одновременно слышала и чужой язык и, в то же время, сразу родную речь на русском. Мимо с треском пролетела молния, и к ним подбежал еще один незнакомец — высокий, тоже в доспехах, забрало опущено, и оттого голос казался гулким и громоподобным:

— Варстан, вы чего застряли? Живо на ноги!

— Ортвиг… Она меня не помнит, — темноволосый полуобернувшись, взглянул на него. Кира лихорадочно соображала: это его имя или звание? Мамочки, да куда же она вообще попала?! Кира догадывалась, что выглядит ну явно не великого ума человеком: с вытаращенными глазами, приоткрытым ртом и выражением полного непонимания на лице. В глубине души слабо тлела надежда, что это все — просто какая-то странная шутка, игра подсознания, что она сейчас очнется на асфальте… ну ладно, хотя бы в больнице, или даже в машине Скорой Помощи, и все это безумие прекратится.

— Что… — что-то грохнуло, и Кира, взвизгнув, дернулась было бежать. Она еще жаловалась на петарды? «Верните меня обратно, я готова лично купить всем пацанам во дворе по ящику петард!» — мелькнуло у нее в голове. Рядом с ними — или не рядом, а у нее уже в голове все помутилось от страха и стресса, — в землю врезался огненный шар, расплескавшись по траве рыжими языками.

— Варт, отведи ее в лазарет и возвращайся. Потом решим, — бронированный незнакомец вскинул копье и… Кира испытала жгучее желание протереть себе глаза — он выпустил из наконечника копья ветвистую молнию, взмывшую куда-то в небеса.

— Ран… идем. — Темноволосый потянул ее за руку и, вскинув щит, повел куда-то. В любом случае — подальше от молний и огня, за что Кира уже была готова его расцеловать.

— Ты действительно не помнишь? — спросил он, бросая на нее косые взгляды.

— Извините, — выдавила Кира, вновь поймав себя на том, что слышит два голоса, звучащих синхронно. «Да так и свихнуться можно», - мрачно подумала она, вертя головой: как бы страшно ей не было, а любопытство никуда не делось. За спиной мрачной тенью возвышался лес, а шли они по лугу. Симпатичному лугу, стоит сказать, но сейчас Кире больше всего хотелось увидеть родные каменные джунгли городов и серый асфальт. Но никакого масштабного сражения, сравнимого с битвой Пяти Воинств, не наблюдалось. Кроме них троих она заметила группу из четырех человек вдалеке, и только.

— Варт! — кто-то окликнул ее спутника и они остановились. — Что-то случилось? Киран, ты чего, ранена?

У этого человека хотя бы шлема не было, и Кира уставилась на круглое, симпатичное лицо с добродушной улыбкой на губах. Пшеничного цвета волосы были перехвачены на лбу кожаным шнурком, а в руках мужчина держал крепкий и очень большой лук. Да и сам он ростом не был обижен — Кира мысленно прикинула, и выходило, что метра два у него точно есть. Даже с лишним.

— Гаур, отведи ее в лазарет, Ортвигу нужна помощь.

— Варстан… Я чего-то не знаю?

— Я сам ничего не знаю! — в сердцах бросил Варстан и, разжав пальцы, отпустил ее руку. Несколько секунд смотрел в ее лицо, а затем резко, будто борясь с собой, отвернулся и быстрым шагом направился назад.

— Кхм… Ран, может, ты мне объяснишь? — осторожно поинтересовался великан, опуская лук. Кира поняла, что еще немного, и ее рассудок отправится в долгое и увлекательное путешествие по волнам истерики и глубоко вздохнула.

— Знаете… Вся беда в том, что я — не Ран. Я вообще никого из вас не знаю. Правда.

— Чтоб мне провалиться в подземный котел…— потрясенно произнес мужчина.

— Да-да, в рот мне ноги, Дэвид Блейн, — пробормотала Кира. Позади вновь хлопнуло и затрещало, и она, подпрыгнув на месте, метнулась к лучнику.

— Эм… — протянул он, глядя на Киру, спрятавшуюся за его спиной. — Вот теперь точно верю, что ты — не Ран. Идем-ка… Меня, если что, зовут Гаур.

— Спасибо, — Кира протянула руку совершенно машинально и Гаур  удивленно хмыкнул, разглядывая ее ладонь. — В смысле… меня зовут Кира и… и у вас, кажется, здороваются иначе, — упавшим голосом закончила Кира, глядя на свою руку в темной перчатке с металлическими пластинками, прикрывающими кисть. До нее только сейчас дошло, что она одета не в пуховик и джинсы, а… Она лихорадочно опустила голову, разглядывая себя, и издала жалобный стон. Плотная кожаная куртка, наглухо застегнутая под самое горло, с металлическими пластинами на груди и плечах, такие же пластины на ногах, а на поясе…. Это что, рукояти кинжалов? Да она только ножом для разделки мяса умеет обращаться. Она схватилась за голову, хлопнула себя по шлему и поспешно его сорвала. Вцепилась в волосы и почти взвыла — где ее нормальная прическа?! Где ее длинные, замечательные волосы, которые она старательно отращивала после выпуска из школы?!

Глава 2

Конечно, толковой беседы с мэтром не получилось. Еще когда они поднимались по лестнице, тоже сработанной из белоснежного камня, Кира почувствовала, как ее глаза слипаются. В кабинет она вползла сонной мухой и почти сразу уселась на стул, пытаясь сдержать зевоту. Мэтр Ардан, прищурившись, смерил ее внимательным взглядом.

— Вы принимали синекорень? — уточнил он, и Кира вяло кивнула. — Это один из побочных эффектов — чрезвычайная сонливость.

— Сначала эйфория, потом сонливость… Нет в мире совершенства, — пробормотала она, потирая глаза. Ардан еле заметно улыбнулся.

— Полностью согласен… Вы как, хотите услышать все сейчас, или попозже?

— А можно кратко? В двух словах? — взмолилась Кира. — А то все вокруг понимают, а я вот ничего вообще…

— Хорошо. Если кратко — есть множество миров, и некоторые из них оказываются связаны друг с другом. Чаще всего связь эта длится несколько минут, изредка — часов. Таких гостей из иных миров мы называем фантомами. Выглядят они как полупрозрачные силуэты.

— А… призраки, — Кира заставила себя сесть прямо. — В моем мире тоже иногда говорят, что видели призраков, но чаще всего это либо буйное воображение, либо, кхм, последствия алкоголя.

Ардан улыбнулся, садясь за крепкий стол из темного дерева.

— Возможно, в некоторых случаях это действительно фантомы из иных миров.

— Ладно… А я кто? Я, вроде, не полупрозрачный силуэт, — Кира с сомнением оглядела себя.

— Вы — воплощенный фантом, явление более чем редкое. За всю историю есть всего шесть упоминаний о таких случаях. Вы — седьмая. — Ардан, заметив ее печальный взгляд, поспешил объяснить: — Воплощенные фантомы вселяются в тело человека, живущего в этом мире. Но не в любое. Есть строгое условие — это должен быть человек, который умер, не успев осознать этого.

— Так, стоп. Я что — мертвец? — Кира вскочила на ноги. Всю сонливость с нее как рукой сняло. Она принялась лихорадочно ощупывать себя, пытаясь вспомнить, когда начинается трупное окоченение и не развалится ли она на части прямо сейчас.

— Нет. Киран умерла, но в ее тело сразу притянуло ваш… дух, если можно так выразиться. Поэтому у вас бьется сердце, вы дышите, видите, чувствуете тепло и холод, можете испытывать голод и усталость… Вы живы. Просто  в чужом теле.

— Охренеть, — выдала Кира, без сил опускаясь на стул. — Охренеть можно. А как умерла… ну, получается, она?

Ардан развел руками, а затем чуть склонил голову набок.

— Рискну предположить… Возможно, взрывной волной от огненного шара ее отшвырнуло в сторону, и она ударилась о камень. Если позволите…

Ардан поднялся со своего места и осторожно протянул руку к ее голове. Кира настороженно следила за ним, но мэтр так и не коснулся ее волос, только смотрел, прищурившись, будто читая мелкий текст. Кира ощутила странное покалывание в голове, и дернулась от неожиданности. По спине прошла дрожь и тут же исчезла.

— Да, травма головы, трещины, отек… Не волнуйтесь, уже ничего нет, — поспешно добавил он, увидев, как ее глаза начинают округляться. — Я залечил все травмы, включая небольшое растяжение и пару трещин в ребрах.

— Охренеть, — Кира не стала оригинальничать. — А… что теперь мне делать?! Я хочу вернуться в свой мир… если я там, конечно, живая, я ж ведь тоже грохнулась головой в асфальт… — добавила она, потрясенно.

Ардан отвел взгляд.

— Никто не знает, как вернуть вас обратно. В случае с обычными фантомами, как я уже говорил, через несколько минут или часов они исчезают. Воплотившиеся же… Живут неопределенно долго.

— В смысле?!

— Рано или поздно они… исчезали. Никто не знает, куда и как. Последний воплощенный фантом явился в наш мир почти три сотни лет назад, и пропал через два года.

Кира замерла, глядя перед собой. Перспектива вырисовывалась отвратительная. Неопределенно-долгая жизнь в чужом мире, в чужом теле… А потом — таинственное исчезновение в никуда. Она зажмурилась, сосчитала до пяти, и распахнула глаза, разглядывая кабинет мэтра. Что угодно, лишь бы отвлечься от навалившейся апатии.

Через широкое окно напротив двери светило солнце. По неправдоподобному синему небу лениво ползли легкие облачка, напоминающие птичьи перья. Кира пару минут медитировала на них, убеждая себя, что не все так плохо, и могло бы быть хуже… «Куда уж хуже-то?!» — назойливой мухой вертелась мысль, но Кира упорно ее отгоняла. Она скользнула взглядом по левой стене — там тоже была фреска, но уже не с лесом, как внизу. На этой был изображен высокий рыжеволосый мужчина в белоснежной хламиде — наконец-то она вспомнила нужное слово. В одной руке он держал букет трав, а в другой — тонкий серп.

— Это Кархт маб Даани, сын Праматери Даани, — негромко сказал Ардан, заметив ее взгляд. — Покровитель целителей, первый лекарь мира.

Кира бездумно кивнула. Ей было абсолютно безразлично, кто это, чей он сын и чем занимается, просто взгляд зацепился за ярко-рыжие волосы.

— Знаете, — Ардан присел рядом с ней на корточки, глядя в лицо. — Мне кажется, сейчас вам лучше отдохнуть. Идемте за мной.

Он отвел ее в отдельную комнату — хотя, наверное, лучше ее называть палатой? Вот только не обычной, на шесть коек с облупившейся краской на стенах, а эдакой вип-палатой, с одной единственной кроватью, которая так и манила к себе.  Едва за мэтром Арданом закрылась дверь, как Кира рухнула на постель, погружаясь в сон.

Проснувшись, она несколько секунд полежала с закрытыми глазами, всем сердцем надеясь, что это был всего лишь сон: реалистичный, потрясающий и яркий, но все-таки сон… Увы, стоило открыть глаза, как она сразу уставилась на потолок, которого у нее просто не могла быть. Вот она и лежала, прокручивая в голове события прошлого дня, пока не скрипнула дверь. Кира приподнялась на локтях и чуть поморщилась — мало того, что не разделась, так еще и не разулась… «Ну и свинья же ты, КираСанна!» — подумала она, лихорадочно соображая — то ли вскочить на ноги и сделать вид, что уже оделась, то ли набросить одеяло поверх… Дверь приоткрылась, пропуская темноволосую женщину. Она доброжелательно улыбнулась Кире, даже не отреагировав на ее вид, и подошла к кровати.

Глава 3

Киран. Тогда

Она неторопливо заплетала длинные волосы в толстую косу, краем глаза следя за своим отражением в зеркале. Медальон ученицы отражал солнечный свет, льющийся из окон, заставляя ее улыбаться — уже сегодня она сменит его. Восемь долгих лет обучения искусству остались позади. Ее дар открылся, когда она встретила уже десять весен, и в тот же год ее забрали в Цитадель. Родителям заплатили полную цену — сорок солеров и с того самого дня она уже не была Киран мерх Эйгир Миртин, дочь Эйгир и Миртина. Она стала просто «ученицей Киран». Она улыбнулась, завязывая волосы темно-синей, в тон платью, лентой. Однажды она станет магистром Киран, войдет в Созвездие Мудрых… Мечты прервал стук в дверь

— Киран! Ты еще долго будешь возиться? — в комнату ворвалась юркая, словно мелкая птичка, светловолосая девушка.

— Керидвен, собьешь — буду заново заплетать волосы, — Киран надменно вскинула голову, но уже через мгновение расхохоталась вместе с подругой.

— Ты веришь, что мы уже не ученицы? — спросила Керидвен, сев рядышком на низкую скамью, обитую зеленой тканью. Она подперла подбородок ладонью, глядя на их отражения.  — Восемь лет — а как будто восемь дней.

— Мне так не показалось, — вздохнула Киран. Керидвен снова хихикнула.

— С твоей-то страстью к учебе неудивительно… Ты решила идти дальше по пути Мудрости?

— Да. А ты так и не передумала?..

— Нет. Создавать обереги мне нравится гораздо больше, чем дни и ночи напролет торчать в темной библиотеке. Да и свобода...

Керидвен была по-своему права. Тем, кто выбирал путь Созидания — работу над оберегами и артефактами, создание и отладку магических устройств — дозволялось больше, чем следующим пути Мудрости, который заключался в создании и совершенствовании заклинаний. Киран услышала тонкий перезвон мессурда, измерителя времени.

— А вот теперь точно пора! — Керидвен легко вскочила на ноги, оправляя такое темно-синее, как у Киран, платье. — Ох, во имя мудрой Бриад, я так нервничаю…

Киран молча кивнула — у нее и самой сердце ушло куда-то в пятки. Держась за руки, будто они не на церемонию выпуска шли, а только начинали свое обучение, они спустились в  Лунный Зал. Круглое помещение, выдержанное в серебристо-синих тонах, действовало успокаивающе на всех, кто туда входил. На витражных окнах тонко улыбалась Бриад Луноликая, и Киран ненадолго задержала на ней свой взгляд. Говорили, что великие магистры — из тех, кто входил в Созвездие, могли общаться с самой Бриад напрямую…

Девушки сели на длинную жесткую скамью, тесно прижавшись друг к другу. В зале царила прохлада, а благодаря волнению это ощущение усиливалось многократно. Постепенно зал заполнялся другими выпускниками, послышались первые смешки, кто-то — Киран была уверена, что это проделки Малдвина, которому точно никакой путь Мудрости не грозил, — тихо пел весьма фривольную песню про нелегкую магистерскую участь… Все стихло, едва в дверь вошел магистр Лоренс. Светловолосый и статный красавец, в чьих глазах неизменно светилось участие и искренняя доброжелательность — о, сколько девичьих сердец забилось чаще  в этот миг. Киран, скосив глаза на Керидвен, закусила губу, чтобы не захихикать — подруга была давно и безответно влюблена в магистра, и сейчас только вздыхала, прижав руки к груди.

— Я безгранично счастлив видеть вас здесь, мои любимые и дорогие ученики и ученицы, — начал магистр, взойдя на кафедру. Ответом ему был дружный девичий вздох. — С завтрашнего дня кто-то из вас будет создавать прекрасные и удивительные вещи, облегчающие нашу жизнь, и я уже заранее горжусь вашими будущими успехами. А еще больше я горжусь теми, кто выберет путь Мудрости, чтобы изучать искусство магии на новом уровне и постичь загадки  мироздания. Я уверен, мы с вами совершим грандиозные открытия!

Уже не ученики разразились аплодисментами. После такой прощальной речи у каждого в душе расцвела уверенность в том, что именно он или она станет величайшим в своем деле, и его имя будет внесено в книгу Светочей…

Лоренс, выждав минуту, начал зачитывать список выпускников. Названный подходил к кафедре и вручал свой ученический амулет, взамен получая другой — либо со свечой, если шел путем Мудрости, либо с алхимической колбой, если выбирал путь Созидания.

— Керидвен, — громко произнес Лоренс, и та еле слышно застонав, вскочила на ноги. Дрожащими руками сняла амулет и вручила его магистру, прошептав: «Созидание». — Поздравляю, Созидательница Керидвен. Да направит Бриад твою руку.

Керидвен вернулась на место с раскрасневшимися щеками.

— Он такой… — прошептала она, глядя на магистра влюбленными глазами. Киран прикусила губу, чтобы не расхохотаться в голос, и вздрогнула, услышав свое имя. Выйдя к кафедре, она поняла, что не может нащупать застежку амулета. Лоренс, заметив ее растерянность, взглядом указал на замочек.

— Какой путь ты выбираешь, Киран? — мягко спросил он, принимая амулет.

— Мудрости.

— Я не сомневался в твоем ответе, Светоч Киран, — Лоренс улыбнулся, вручая ей новый амулет. — Да разгонит Бриад тьму незнания.

Выйдя из Лунного Зала, Киран ошеломленно взглянула на свой амулет. Видит Праматерь Даани, она еще не до конца верила в то, что это не сон.

— Пойдем в город? — спросила Керидвен, налетев на нее со спины и стиснув в объятиях. — Я так рада! Хочу весь мир обнять!

— Керидвен! Я же не мир, ты меня задушишь! — Киран захохотала и тоже обняла подругу.

— Не забывай меня, — строгим голосом заявила Керидвен. — А то знаю я тебя, зароешься в архивы с головой, и поминай, как звали.

— Я буду писать тебе, честное слово, — Киран сжала ее руки. — И ты тоже не слишком там увлекайся…

Они вышли из Цитадели Знаний, счастливые и опьяненные надеждами. Миновав внутренний двор, они присоединились  к другим выпускникам, которые уже стояли у ворот в город.

— Открывайте! Нам уже можно, — то и дело раздавались звонкие голоса. Привратник, хитро прищурившись, потребовал предъявить амулеты, и, убедившись, что ни одного ученика в их толпе не осталось, снял запирающую печать.