Игрок, выйди из чата! Или руководство для тех, кто застрял.

Пролог.

Мои пальцы уже час дробят пробелы по клавиатуре, а глаза готовы вытечь и растечься лужицей по монитору. Тёмные подземелья Кровавых Топей сменяются чахлыми лесами, полными голодной нежити.

Беги, Женя, беги!

Уворачивайся, Женя, уворачивайся.

Я – Эйра, двадцать пятый уровень, эльфийка-следопыт с идеальным телом, которое ни разу в жизни не видел ни один мужик в реальности. Ну, кроме меня, но я себя мужиком не считаю, даже когда натягиваю растянутые треники и подтираю сопли рукавом.

В игре я богиня. В жизни Женя, студентка первого курса, которая сегодня третий раз за день перекусывает дошираком, потому что готовить себе нормальную еду в одиночестве это слишком высокая планка для человека, у которого вся социализация сводится к фразе «кассирша, можно пакет?».

Так, стоп.

Очередной скелет вылез из-под земли прямо перед носом.

Да твою ж за ногу!

— Ой, какие люди, — бормочу я, вдавливая клавишу мыши так, будто хочу проломить ей стол. — И чем ты тут занимаешься, костлявый? Солнышком решил позагорать? Так солнца тут отродясь не было.

Скелет шипит, замахивается ржавым мечом. Я делаю кувырок в сторону, пальцы сами выбивают комбинацию.

Вжух, стрела в черепушку.

Хруст.

Кости сыплются в пыль, оставляя после себя жалкую кучку золота и какой-то синий шмот, который мне нафиг не сдался.

Я выдыхаю, откидываюсь на спинку стула. Стул жалобно скрипит, намекая, что пора бы купить новый, а не сидеть на нем восемнадцать часов в сутки.

Локация вокруг типичные Забытые Пустоши. Разработчики, видимо, решили, что чем мрачнее, тем лучше. Небо здесь цвета синяка под глазом после неудачного свидания, у меня, кстати, ни одного не было, но я насмотрелась сериалов. Вокруг торчат корявые деревья, больше похожие на скрюченные пальцы мертвецов, которые пытаются вылезти из земли. Трава серая, пожухлая. Камни все в мху, который, если верить лору, ядовитый.

Идиллия, блин.

Впереди виднеются развалины старой башни. По сюжету там должен сидеть какой-то очередной босс, который, по задумке авторов, будет меня убивать раза три, прежде чем я выучу его паттерны.

Ну, или прежде чем у меня закончатся зелья.

— Ладно, красавчик, — говорю я в монитор, поправляя наушники. — Иду к тебе. Готовь свой легендарный лут и покорную рожу.

Мои пальцы ложатся на клавиатуру. Эйра, моя эльфийка-следопыт с грудью, которую я на ползунках выкрутила на максимум, потому что в игре можно, а в жизни я за такое спину лечу, срывается с места.

Бежим.

Первый скелет выскакивает из-за камня, как чёртик из табакерки. Только вместо «бу» у него ржавый меч и пустые глазницы.

— О, привет, — кидаю я, даже не сбавляя темпа. — А ты чего тут прячешься? В прятки решил поиграть? Так я не играю, я на вылет.

Клик мыши и стрела входит скелету точно в лоб. Костяшки с хрустом разлетаются по пустоши.

— Спи спокойно, дорогой. Или не спи. Ты же мертвый. В общем, бывай.

Бегу дальше. Из-под земли лезут медленные, тупые, с гнилыми мордами зомби. Эти даже не смешные.

Просто жалкие.

— Ребята, вы бы хоть причесались, что ли, — бормочу я, расстреливая их одного за другим. — Нет, ну серьёзно. Мёртвый не значит неряшливый.

Стрела.

Стрела.

Ещё стрела.

Зомби валятся, как кегли. Один даже руку в мою сторону тянет, прежде чем рассыпаться в труху.

— Извини, милый, не сегодня.

Дальше начинается веселье. Пустоши словно чувствуют, что кто-то посмел бежать по их территории, и выплёвывают монстров пачками.

Из-за деревьев выскакивают твари, похожие на помесь собаки и паука.

Фу, разработчики, фу!

Кто вообще такое придумал?

Вы почему в детстве маму не слушались?

Я стреляю на бегу, перепрыгивая через коряги, уворачиваюсь от чьих-то когтей.

— Ай-яй-яй! — кричу я, когда очередная тварь царапает Эйре бок.

Полоска здоровья проседает на треть.

— Вот зараза! — я всаживаю в неё три стрелы подряд. — Не трогай мою эльфийскую задницу, она наманикюрена!

Тварь дохнет, я бегу дальше.

Сердце колотится. Пальцы летают по клавиатуре. Наушники давят на уши, но я слышу только звуки игры, вой ветра, хруст костей под ногами, звон тетивы.

Кайф!

Вот она, башня. Вблизи она выглядит ещё более удручающе, чем издалека. Камни покрыты мхом, кое-где стены пошли трещинами, а огромная дубовая дверь приоткрыта, словно приглашая войти.

— Ну, здравствуй, — бормочу я, толкая дверь курсором.

Внутри темно. Эйра автоматически зажигает факел, спасибо разработчикам, хоть что-то работает без моего участия.

Винтовая, каменная лестница, уходящая куда-то вверх. Я веду Эйру по ступеням, огибая чьи-то кости и битые горшки.

На второй площадке засада.

Скелеты-лучники.

Трое.

— О, серьёзно? — я уворачиваюсь от стрелы, закатывая Эйру за угол. — Трое на одну? Не стыдно?

Стрелы в ответ не стыдно.

Я выглядываю, стреляю, прячусь.

Выглядываю, стреляю, прячусь.

— Раз… два… три…

Третий скелет валится с площадки вниз, гремя костями.

— Трое на одну, — фыркаю я, поднимаясь выше. — Ну вы и лузеры.

Последний пролёт. Я вывожу Эйру наверх и…

Вау.

Огромный, круглый зал, с высокими сводами. В стенах горят факелы, отбрасывая пляшущие тени. В центре, на возвышении, стоит трон. Не какой-то там деревянный стул, а настоящий трон, чёрный камень, резные подлокотники в виде драконов, высокая спинка, уходящая куда-то в темноту.

И на этом троне сидит он.

Я даже дыхание задерживаю.

Мужик огонь. Разработчики явно не поскупились на полигоны для этой морды. Тёмные волосы до плеч, вьются лёгкой волной. Лицо точеное, с чёткими скулами и линией челюсти, с прямым носом. Глаза светлые, с золотыми искорками. Губы такие, что даже на экране хочется…

На нём чёрный камзол, расшитый серебром, высокие сапоги, на поясе меч в роскошных ножнах. Сидит, откинувшись на спинку трона, и смотрит на Эйру.

Глава 1.

Субботнее утро наступает именно так, как и должно наступать субботнее утро у нормального человека с мыслью «ещё пять минуточек» и осознанием, что эти пять минуточек уже превратились в час, потому что будильник я, конечно же, отключила по привычке.

Просыпаюсь окончательно от того, что солнце светит прямо в лицо, а у меня даже шторы не куплены, потому что я всё собираюсь, но руки не доходят. Лежу, смотрю в потолок и пытаюсь вспомнить, какой сегодня день.

Суббота?

Суббота!

Ура. Можно ничего не делать, никуда не идти и вообще существовать в режиме овоща.

Я потягиваюсь, хрущу спиной и понимаю, что организм требует кофеина.

Срочно!

В панике!

Кофеина и чего-нибудь сладкого, потому что вчерашний доширак это не еда, это выживание.

Встаю и ковыляю на кухню. Открываю шкафчик. Банка с кофе стоит на своём месте. Я беру её, трясу.

Пусто.

Нет, не пусто. Там буквально на донышке столько, что хватит разве что кошку насмешить. Но кошки у меня нет, поэтому насмешить некого.

— Серьёзно? — говорю я банке. — Ты решила закончиться именно в субботу утром? Когда я только проснулась и ещё не готова к контакту с внешним миром?

Банка молчит.

Предательница.

Ладно. Значит, надо идти в магазин. В «Пятёрочку» за углом. Всего пять минут пешком, даже одеваться нормально не надо.

Я натягиваю те же джинсы, что и вчера, они чистые, ну, почти, сверху худи с дурацким принтом «I'm not lazy, I'm on energy saving mode» [«I’m not lazy. I am on energy saving mode» – «Я не ленивый. Я нахожусь в режиме энергосбережения»]. Волосы собираю в кривой пучок на затылке, даже в зеркало не смотрю, чего я там не видела, эту физиономию? Всё равно в магазине только бабки и такие же задроты, как я.

Телефон, наушники, ключи.

Всё.

Выхожу из квартиры и запираю дверь. Спускаюсь по лестнице, потому что лифт в нашей парадной сломался ещё в прошлом году, и управляющая компания делает вид, что это не их проблемы.

На улице хорошо. Солнышко, птички поют, воздух пахнет весной и немного бензином от припаркованных машин. Я втыкаю наушники, включаю рандомный плейлист и топаю в сторону магазина.

Прохожу мимо детской площадки. Там уже орут дети, хотя на часах только десять утра.

У них что, совести нет?

Люди спят!

Ну, я уже не сплю, но теоретически могли бы и потише.

Какая-то мамаша качает на качелях мелкого пацана. Он орёт так, будто его режут, хотя по факту просто качается. Мамаша смотрит в телефон и не реагирует.

Классное воспитание, ребёнок орёт, мама в телефоне. Через пятнадцать лет будет к психологу ходить и рассказывать, что его не слышали. А психолог будет кивать и брать деньги.

Дальше собачница. Тётенька с золотистым ретривером. Собака счастливая, хвост колесом, бегает вокруг хозяина, нюхает кусты. Хозяин стоит с пакетиком и ждёт, когда собака сделает дела, чтобы этот пакетик использовать по назначению.

Вот у собаки жизнь, проснулась, поела, погуляла, спи дальше. Ни тебе учёбы, ни сессии, ни кофе, который закончился в самый неподходящий момент.

Ретривер замечает меня, подбегает, суёт мокрый нос в ладонь. Я чешу его за ухом. Собака довольно жмурится.

— Всё у тебя хорошо, — говорю я ей. — А у меня кофе нет. Так что сочувствуй, но молча.

Хозяин извиняется, отзывает собаку.

Я иду дальше.

«Пятёрочка» встречает привычным запахом выпечки и хлорки одновременно. Странное сочетание, но я уже привыкла. Беру корзинку, топаю к стеллажам с кофе.

Кофе.

Мой кофе.

Где ты?

На полке стоит десять видов кофе. Растворимый, молотый, в зёрнах, с разными вкусами. Я беру привычную банку, проверяю цену. Дороже, чем в прошлый раз. Инфляция, чтоб её.

— Ладно, — вздыхаю я, кладя банку в корзинку. — Жить буду.

Прохожу мимо полки со сладостями. Там лежат круассаны с шоколадом, блестя упаковкой.

— А почему бы и нет? — я беру упаковку. — Суббота же. Надо себя баловать.

Ещё захватываю бутылку воды, на всякий случай пачку печенья и, подумав, шоколадку. Обычную, горькую, без наворотов. Для поднятия настроения.

Подхожу к кассе. Там очередь из двух бабулек, которые расплачиваются наличными и долго копаются в кошельках. Я стою, слушаю музыку и мысленно подгоняю их лазерным лучом из глаз.

Наконец моя очередь. Пробиваю, плачу картой, стипендия ещё есть, слава богам, складываю всё в пакет.

— Спасибо, приятного дня, — автоматически говорит кассирша, даже не глядя на меня.

— Ага, взаимно, — бросаю я и выхожу на улицу.

На обратном пути достаю из пакета круассан. Разрываю упаковку зубами, потому что ногти я грызу, но открывать упаковки ногтями не умею, и откусываю кусок.

Вкусно.

Мягкий, с шоколадом внутри.

Глаза сами закрываются от удовольствия.

Иду дальше жуя. Снова прохожу мимо детской площадки. Там уже другие дети, но орут так же громко. Собачница уже ушла, зато появился дед на лавочке с газетой. Настоящей, бумажной. Динозавры вымирают, а деды с газетами остаются.

Дед, ты как с того света, газета в субботу утром?

Уважаю!

Дед поднимает голову, смотрит на меня поверх очков. Я отворачиваюсь и ускоряю шаг. Вдруг он экстрасенс и слышит мои мысли?

Дом.

Подъезд.

Дверь с кодовым замком, который давно сломан, поэтому открывается просто рукой. Лифт по-прежнему не работает.

Поднимаюсь на третий этаж. Топаю по лестнице, дожёвывая круассан. На площадке второго этажа соседка сверху выносит мусор, тётка лет пятидесяти в халате и бигудях.

— Здрасьте, — киваю я.

— Здравствуй, — кидает она и шлёпает дальше.

Наши отношения с соседями это идеальный образец петербургской вежливости: мы делаем вид, что не замечаем друг друга, а когда сталкиваемся нос к носу, говорим «здрасьте» и разбегаемся.

Третий этаж.

Моя дверь.

Я достаю ключи, подхожу и…

Встаю.

Перед дверью, прямо на коврике, который я купила в том же магазине за триста рублей и который уже весь грязный, потому что я забываю вытирать ноги, лежит пакет с логотипом OZON.

Глава 2.

Стою посреди комнаты, смотрю на коробку и понимаю: кофе подождёт.

Круассаны подождут.

Умыться и привести себя в порядок тоже подождёт.

Тут такое дело... виртуальная реальность, блин!

Сама пришла!

В коробке!

Под дверь!

— Ладно, — говорю я сама себе. — Я просто гляну одним глазком. Просто проверю, работает ли. А кофе потом.

Кто я такая, чтобы себе врать?

Кофе теперь точно не скоро.

Рву упаковку как круассан зубами и без жалости. Картон хрустит, скотч трещит, и вот я уже держу в руках белоснежную коробку с красивым тиснением. Oculus Quest 3 PRO. На коробке изображён сам шлем белый, обтекаемый, футуристичный, как из фильмов про будущее, где все летают на тачках без колёс.

— Красавец, — шепчу я, поглаживая коробку. — Только ты вскрываешься. Больно не будет.

Открываю.

Внутри идеально уложенные предметы, как в шкатулке с сокровищами. Сам шлем белый пластик, мягкие чёрные вставки внутри, линзы загадочно поблёскивают. Контроллеры два штуки, эргономичные, с кнопочками и джойстиками, прям как у настоящих геймеров, а не как у меня клавиатура мышь.

Достаю инструкцию. Тонкая, навороченная, с картинками.

Но кто вообще читает инструкции?

— Щас разберёмся, — бормочу я, отбрасывая бумажку в сторону.

Шлем подключать надо?

Или он сам работает?

Я кручу его в руках, нахожу кнопку включения.

Нажимаю.

Загорается синий огонёк. Внутри что-то тихо гудит включается.

— О, — радуюсь я. — Живой!

Надевать?

Страшно.

А вдруг там опять тот мужик?

А вдруг он меня опять поцелует и убьёт?

Хотя в игре уже убил, а в реале... ну, в реале я просто в очках сидеть буду, ничего со мной не случится.

— Смелее, Женя, — подбадриваю я себя. — Ты взрослая девочка. Тебе восемнадцать. Ты можешь надеть очки виртуальной реальности без разрешения мамы.

Надеваю.

Шлем садится плотно, мягкие вставки облегают лицо, ничего не давит, не жмёт. Свет отгораживается полностью я в полной темноте. Только слышно моё дыхание и гул вентиляторов.

— Эй, — говорю я в пустоту. — Тут темно.

В ответ интерфейс.

Перед глазами всплывает меню. Красивое, светящееся, с иконками приложений. Я вижу его прямо перед собой, как будто в воздухе висит.

Круто!

Очень круто!

У меня никогда такого не было!

— Так, — я тыкаю пальцем в воздух, пытаясь попасть по иконке. Палец проходит сквозь неё, конечно. — А как тут выбирать?

Контроллеры!

Точно.

Хватаю их, надеваю ремешки на запястья, чтоб не улетели в стену, если я буду махать руками от восторга.

Тыкаю джойстиком.

Иконка подсвечивается.

Ура!

Листаю меню. Там куча всего: магазин приложений, настройки, какие-то демо-ролики. И тут я вижу знакомую иконку.

[Вардено. Полное погружение. VR-версия]

— Ох ты ж, — шепчу я. — Оно и тут есть?

Я и забыла, что вчера качала эту игру. Ну, в смысле, на комп качала. А оно, оказывается, и для VR есть.

Или это они мне вместе с очками записали?

Палец сам тянется к иконке.

Джойстик тык.

Подтверждение тык.

Загрузка.

В глазах темнеет, интерфейс исчезает, и я...

Я стою на Пустошах.

На настоящих Пустошах!

Не на экране монитора, а вокруг. Объёмные, реальные, до мурашек.

Небо цвета синяка нависает надо мной, тяжёлое, низкое. Ветер треплет волосы, мои волосы, не Эйры, я же в своём теле? Опускаю взгляд. Тело моё. Джинсы, худи с дурацкой надписью, кеды. Я сама. Не эльфийка.

— Ни фига себе, — выдыхаю я.

Звук разносится в стороны, как будто я в реальном лесу, а не в игре.

Вокруг те самые корявые деревья, та же серая трава, те же камни в ядовитом мху. Вдалеке виднеется башня.

Та самая.

Где он.

— Так, — я пятюсь назад, спотыкаюсь о камень. — Нет. Не хочу. Я сюда не за этим заходила. Я просто посмотреть хотела, как графика выглядит.

Пытаюсь снять шлем.

Руки нащупывают его на голове.

Пытаются стянуть.

Не стягивается.

— Что за...

Я дёргаю сильнее, шлем сидит мёртво, как будто прирос к голове.

— Эй! — ору я. — Снимитесь! Я передумала!

Тишина.

Только ветер воет.

И тут мир начинает рябить.

Картинка перед глазами дрожит, идёт полосами, как старый телевизор, который ловит только два канала и те с помехами.

Я зажмуриваюсь, трясу головой.

— Глюк! — ору я. — Устройство глючит! Так, спокойно, сейчас перезагрузится…

Картинка гаснет.

Я открываю глаза.

Я дома, в своей комнате, стою посреди ковра.

Выдыхаю.

— Фух, — шепчу я. — Ну и напугал...

И тут я понимаю: рябь не прошла.

Комната дрожит. В прямом смысле. Пол под ногами ходит ходуном. Люстра над головой раскачивается, позвякивая плафоном. Книжки с глухими ударами падают с полки.

— Что за...

Земля трясётся. Сильнее, ещё сильнее. Я хватаюсь за стену, но стена тоже трясётся. Стакан на столе подпрыгивает, падает, разбивается.

— Землетрясение?! — ору я в пустоту. — У нас бывают землетрясения?! Мы в Питере, блин! У нас болото под ногами! У нас тут даже колесо обозрения построить не могут грунты не держат! А тут землетрясение?!

Трясёт так, что я падаю на колени. Слышен гул. Глубокий, подземный, как будто там, внизу, просыпается что-то огромное.

— Мамочка, — шепчу я.

И тут сквозь гул и грохот пробиваются другие звуки.

Крики с улицы. Много голосов, перекрывающих друг друга.

— Выбегайте!

— На улицу! Все на улицу!

— Землетрясение! Не оставайтесь в домах!

Вскакиваю на ноги, еле удерживая равновесие.

Я не разулась, когда пришла, кеды на мне!

Святые угодники, первый раз в жизни моя лень меня спасла!

— Спасибо тебе, лень, — бормочу я, вылетая в коридор. — Я больше никогда не буду на тебя жаловаться.

Дверь распахиваю ударом ноги, плевать, что там замок, потом разберёмся. Лестница. Трясёт так, что ступени ходуном ходят. Я лечу вниз, перепрыгивая через три ступеньки, хватаясь за перила, которые вибрируют под пальцами.

Глава 3.

Холодная вода принимает меня в свои объятия, как любящая, но очень злая мачеха. Я ухожу под воду с головой, глотаю воду и выныриваю, кашляю, отплёвываюсь, открываю глаза и…

Что за…

Вокруг только вода.

Я кручу головой во все стороны, пытаясь найти берег, найти мост, найти хоть что-то.

Но вокруг только вода.

Бескрайняя, тёмная, спокойная вода.

Ни домов, ни тарелок, ни людей, ни криков.

Тишина.

Только плеск волн и моё тяжёлое дыхание.

— Что за хрень? — шепчу я, пытаясь не захлебнуться. — Где Питер? Где Нева? Где апокалипсис?

Вода вокруг меня простирается до горизонта. Небо серое, без солнца, без облаков. Просто серость, как в фотошопе, когда забыли наложить текстуру.

— Это сон, — говорю я вслух, чтобы слышать свой голос. — Это просто сон. Я сплю. Я утонула в Неве и теперь сплю. Или умерла. Или…

Нога сводится судорогой.

Холодно.

Очень холодно.

Я чувствую, как коченеют пальцы, как тело теряет чувствительность.

— Я не одета для воды! — ору я в эту бескрайнюю пустоту. — У меня худи! Худи, мать вашу! Оно намокло и тянет на дно! У кого вообще такая фантазия утопить человека в худи?! Это же не купальник! Это не практично! Совершенно!

Вода смыкается над головой. Я снова выныриваю, отплёвываюсь, чувствуя, что силы на исходе.

— Вытаскивайте меня обратно! — ору я в небо. — Я не подписывалась на заплывы в открытом океане! Я вообще плаваю как топор сразу на дно!

Тишина.

Только вода.

Я зажмуриваюсь, потому что сил больше нет. Руки не слушаются, ноги не гребут, тело коченеет.

— Ну и пожалуйста, — шепчу я. — Топите. Мне уже всё равно. Надоело.

Меня снова тянет под воду, а потом раз и я уже не в воде.

Я стою на чём-то твёрдом.

Мокрое худи исчезло.

Холод исчез.

Вода исчезла.

Я открываю глаза.

Глазам больно.

Слишком ярко.

Слишком много света, неона, огней.

Я в огромном городе будущего.

Вокруг небоскрёбы, такие высокие, что уходят в облака. Между ними петляют дороги, но не для машин, а для каких-то летающих штук. Они проносятся мимо с тихим гудением, оставляя за собой светящиеся шлейфы. Везде неон, синий, розовый, зелёный. Реклама на голограммах висит прямо в воздухе. Какая-то девушка с идеальной улыбкой рекламирует напиток, которого я никогда не видела. Рядом мужик в крутом костюме предлагает купить звездолёт в рассрочку на тысячу лет.

— Ничего себе, — шепчу я.

Странные люди проходят мимо. Кто-то в металлических доспехах с подсветкой, кто-то в обычной одежде, но с такими жестами, будто они с кем-то разговаривают, наверное, по встроенным в голову телефонам. У некоторых вообще руки светятся татуировки, которые переливаются разными цветами.

Подбегаю к ближайшей витрине. Стекло тонированное, в нём видно отражение.

Я замираю.

Потому что это не я, ну то есть я, но… будто обработанная фотошопом.

В отражении красивая девушка, настолько, что я бы прошла мимо такой и подумала: «Вот везёт же некоторым, ходят тут, лицами своими фотомодельными светят».

И никогда бы не подумала, что этой фотомоделью буду я.

Мои вечно спутанные волосы, вечно неуложенные патлы, которые я собираю в кривой пучок, потому что лень мыть и расчёсывать изменились, будто я побывала в дорогом салоне. Идеальная блондинка, натуральная такая, мягкая волна, которая спадает на плечи и блестит даже в этом неоновом свете. Цвет родной, но тёплый, медовый оттенок, с золотистыми прядками, будто я только что вернулась с Мальдив, хотя я никогда даже из Питера не выезжала дальше области.

Я мотаю головой. Волосы послушно перетекают с одного плеча на другое.

— Ни фига себе, — шепчу я.

Кожа лица сияет. Нет, реально сияет, здоровым таким, ровным тоном, без единой красной точки, без чёрных точек на носу, без синяков под глазами, которые у меня въелись после ночных игр. Нос аккуратный, с лёгкой горбинкой, которая добавляет характера. Губы пухлые, розовые, без блеска, но выглядят так, будто их только что накрасили дорогой помадой.

Мои глаза, цвет серый, но не мышиный, а насыщенный, с голубоватым отливом. Большие, распахнутые, с длиннющими ресницами, которые загибаются кверху сами по себе, без туши. Под глазами ни намёка на усталость. Я выгляжу так, будто спала не четыре часа за компом, а все положенные восемь в спа-отеле.

— Господи, — выдыхаю я. — Я теперь красотка. Настоящая.

Опускаю взгляд ниже.

Одежда.

Вот тут вообще треш!

На мне чёрный лифчик. Спортивный, но явно не для спорта, потому что он скорее для того, чтобы его разглядывали. Ткань блестящая, с микрофиброй, идеально облегает грудь. Которая теперь… я трогаю себя.

— Ох ты ж, — шепчу я.

Грудь моя. В смысле, она всегда была у меня, я же на ползунках в редакторе персонажа не просто так выкручивала. Но в реале она, конечно, была не такой... идеальной формы. А сейчас она просто произведение искусства. Высокая, круглая, упругая. Лифчик её приподнимает так, что создаётся декольте, достойное обложки журнала.

— Я в таком только по квартире ходить могу, — бормочу я. — Выйти на улицу в одном лифчике? Это что за киберпанковские нравы?

Чёрные, очень короткие, с высокой талией шорты. Ткань плотная, с металлическим отливом. На боку какие-то ремешки с пряжками, явно декоративные, потому что ничего не застёгивают. Шорты обтягивают бёдра так, что видно каждую линию.

Поворачиваюсь боком, потом полубоком, рассматривая себя в витрине.

Попа. Вот это попа. Отдельный вид искусства. Круглая, подтянутая, с ямочками по бокам, как у фитнес-моделей, которые постят видео со своими приседаниями и собирают миллионы лайков. Я каюсь, никогда себя не рассматривала сзади, а сейчас пялюсь!

Стройные, мои, ноги, с лёгким мышечным рельефом. Ни грамма лишнего, ни одной целлюлитной ямочки. Кожа гладкая, загорелая, будто я только что с курорта.

Стою перед витриной, рассматриваю себя и понимаю, что залипла.