Исцеление.

1 Глава.

ГЛАВА 1: КОНЕЦ СТАРОЙ ЖИЗНИ

Дождь лил как из ведра.

Мирель шла под зонтом, стараясь обходить лужи, но туфли всё равно промокли. Холодная вода просочилась сквозь кожу, пробирала до самых костей. Было уже почти десять вечера.

“Почему я живу так?” — подумала она, шагая по мокрому тротуару.

Ей двадцать семь лет. И что есть в её жизни? Работа в бухгалтерии с восемью до шести, бесконечные отчёты, начальник, который всегда требует “вчера”, домашние обязанности, муж…

Муж. Антон.

Мирель поморщилась, вспомнив вчерашний вечер. Он снова пришёл пьяным. Шатался, ругался, разбросал вещи. Она даже не спросила, где был. Лучше не знать.

Просто убралась, приготовила ужин, легла спать до его прихода. Так безопаснее.

Она вздохнула и ключом открыла дверь квартиры.

Сначала она не поняла, что происходит.

В коридоре было темно и тихо, только из спальни доносились… странные звуки. Тихие стоны. Шёпот. Скрип пружин.

Мирель положила сумку на пол и на цыпочках подошла ближе. Дверь в спальню была приоткрыта, щель пропускала тёплый жёлтый свет.

И она увидела.

Антон лежал в их постели. С какой-то женщиной. С ней. С той самой коллегой, с которой он работал уже три года. Лена. Светлые волосы растрепаны, пышная фигура, этот раздражающий смех…

Мирель не могла оторвать взгляд. Её мозг отказывался понимать происходящее. Это не может быть правдой. Это сон. Кошмарный сон.

На стене рядом с кроватью стояла её любимая ваза. Старинная, с нежным розовым рисунком, которую она купила на распродаже антиквариата. Это была единственная красивая вещь в их унылой квартире, единственное, что она позволила себе купить просто так.

Ваза стоила безумных денег — почти половину её зарплаты. Но она всё равно купила. Это был её маленький кусочек красоты в серой жизни.

— Антон? — голос Мирель дрогнул.

Муж резко поднял голову. На секунду он застыл, но в глазах не было страха. Только раздражение.

— Ты чего так поздно? — буркнул он, не особенно стараясь прикрыться.

Мирель стояла в дверном проёме и не могла оторвать взгляд.

Это не сон.

— Ты… ты изменял мне? — тихо спросила она.

Голос прозвучал чужим. Несуществующим.

Коллега уже начала собираться, натягивая платье. Но Антон остановил её жестом.

— Очнись, Мирель. Мы с Леной давно вместе. Ты что, не понимала?

— Давно? — её голос сорвался на вскрик. — Антон, я твоя жена!

— Какая жена? — он сел на кровати, совершенно не стесняясь наготы. — Ты скучная. Ты только и делаешь, что работаешь, готовишь, потом сидишь дома. С тобой даже поговорить не о чём.

Эти слова ударили сильнее, чем пощёчина.

Мирель почувствовала, как внутри что-то лопнуло. Всё это время. Годами она терпела его пьянки, его грубость, его подзатыльники, когда он был не в духе.

Она думала, что это просто давление на работе. Что он хороший человек внутри, просто усталый. Что если она будет хорошей женой, он изменится…

А он просто изменял ей. Давно.

Горло сжала тошнота. Желудок перевернулся. Её стало тошнить.

— Уходи, — сказала она коллеге, стараясь, чтобы голос не дрогнул. — Вон из моей квартиры.

Лена испуганно посмотрела на Антона, но тот лишь махнул рукой:

— Иди, потом поговорим.

Когда женщина вышла, Антон встал. Мирель никогда не видела его таким — полностью лишённым сожаления. Просто злым.

— Ты испортила всё, — сказал он хмуро. — Зачем ты пришла домой так рано? Почему не на работе?

— Это мой дом! — закричала она. — Это наша постель!

Слёзы текли по щекам. Она не могла их остановить.

Он шагнул к ней, и Мирель инстинктивно попятилась. В коридоре было темно, только тёплый свет из спальни падал на стены.

— Ты будешь мне угрожать? — его голос стал опасно тихим.

Мирель знала этот тон.

Каждый раз перед тем, как он поднимал на неё руку.

Но раньше он всегда потом извинялся. Говорил, что это с нервов. Что она сама довела…

— Я не угрожаю, я просто хочу, чтобы ты…

Он ударил её.

Не рукой.

Он схватил первую вещь, что попалась под руку.

Ваза.

Хрустальный звон. Осколки разлетелись по полу. Резкая боль в виске. Тёплая жидкость потекла по щеке.

Мирель упала на колени, пытаясь удержать равновесие.

— Антон, что ты…

Второй удар.

Теперь уже в лоб.

Мирель потеряла сознание ещё до того, как упала на пол окончательно.

Тёмная пелена накрыла её.

*

Когда она “очнулась”, боли не было.

Вообще ничего не было.

Мирель стояла в поле. Огромном, бескрайнем поле цветов. Вокруг — только зелень и цветы, насколько хватало глаз. Небо было неестественно ярким, почти белым, но при этом не слепило.

Вдали поле закрывалось высокими горами, но до них было очень далеко.

Пахло цветами. Свежестью. Чем-то неземным.

— Здравствуй, дитя моё.

Мирель обернулась.

Перед ней стоял старец. Лысый, с длинной седой бородой, в простом белом одеянии. Но лицо… оно было одновременно и молодым, и древним, как будто он видел всё, что было, есть и будет.

— Кто… вы? — спросила Мирель, удивляясь, что может говорить. — Потому что она же мертва, правда? Она умерла.

Она помнила удар. Вазу. Кровь.

Она умерла.

— Я — тот, кого ты называешь Всевышним, — ответил он спокойно. — Я дал тебе жизнь, я забрал её, и теперь я здесь.

Мирель отступила на шаг.

— Я умерла.

— Да, твой муж убил тебя, — Всевышний сказал это без осуждения, просто как факт. — Жестоко. Но всё предопределено.

— Почему? — голос Мирель задрожал. — Почему я должна была так умереть? Я терпела его годами. Я пыталась быть хорошей женой. Я…

Она заплакала. Слёзы текли по щекам, но старец вытер их своим пальцем.

— Ты спрашиваешь почему, но не спрашиваешь — зачем, — он сделал шаг к ней. — Мирель, твоё убийство — это не конец. Это переход.

2 Глава.

ГЛАВА 2: НОВЫЙ МИР

Мирель лежала и смотрела в потолок кареты.

Потолок не был сделан из дерева. Материал был тёплым, словно живым, и слабо светился голубоватым оттенком. Мирель потрогала его — пальцы чувствовали тепло, как от живого существа.

Где она?

Что произошло?

Последнее, что она помнила — это ваза. Удар. Боль. Кровь. Тёмная пелена.

Она умерла.

Она точно умерла.

А потом… Всевышний. Выбор. Согласие жить снова.

Мирель подняла руку и посмотрела на неё. Те же пальцы. Та же кожа. Но… светлее. Прозрачнее.

Она жива.

Но как? И главное — где?

Она повернула голову.

Рядом с ней лежали ещё четыре женщины. Все молодые, от двадцати до тридцати, одеты в красивые одежды из лёгкой ткани — материал был незнакомым, но приятным на ощупь.

Две из них спали. Две о чём-то разговаривали.

— аль-Касим… ар-рахим… — слышался обрывок фразы.

Мирель попыталась сесть, но голова закружилась. Она положила руку на лоб — там не было шрама. Ни боли. Ни следов от удара вазой.

Она жива.

Но где?

Карета резко качнулась, и Мирель чуть не упала. Девушка рядом сильно наклонилась, но соседка подхватила её и усадила обратно.

Девушка что-то быстро сказала, поправляя Мирель. Голос был мягким, успокаивающим, но Мирель не понимала ни слова. Язык был совершенно незнакомым — мягкие звуки, много шипящих, что-то среднее между арабским и персидским.

Но девушка улыбнулась. Тепло. Дружелюбно.

Она была молодой, лет двадцати двух, с карими глазами и тёмными волосами, собранными в косу. На ней было простое платье из синей ткани, а на шее — тонкая цепочка с каким-то камнем.

Девушка снова что-то сказала и показала на себя:

— Амина.

Амина. Её зовут Амина.

— Мирель, — тихо сказала она сама, указывая на себя.

Девушка кивнула и повторила:

— Мирель.

И улыбнулась ещё шире. Её улыбка была такой искренней, что у Мирель на душе стало немного легче.

Ещё одна девушка, что спала рядом, открыла глаза. Она была старше, около тридцати, с строгим лицом и холодными серыми глазами. Когда она посмотрела на Мирель, в этом взгляде было что-то неприятное. Оценивающее. Недоброе.

Мирель почувствовала, как внутри сжалось.

Старшая девушка что-то резко сказала, и Амина тут же ответила встречно.

Мирель поняла — они спорят. О чём — она не могла понять, но тон старшей был явно недовольным. Холодным. Словно она считала, что Мирель здесь не место.

Карета вдруг замедлилась.

— Прямо сейчас, — сухо сказала старшая девушка, и все остальные тут же притихли.

Мирель почувствовала, как карета остановилась.

Дверь открылась.

Впервые она увидела внешний мир.

И замерла.

Небо было не таким, как на Земле. Более ярким, насыщенным, с оттенками фиолетового на горизонте. Солнце — два светила, одно больше другого, — окрашивали всё в золотистые тона.

Два солнца.

Мирель не могла оторвать взгляд.

Это не Земля. Это не сон. Это реальность.

Во дворе, где остановилась карета, стояли… кони.

Но не обычные.

Их гривы состояли из огня. Копыта оставляли следы из голубоватого пламени на земле. Глаза светились ярко-оранжевым, и когда одно из животных фыркнуло, из ноздрей вырвался клубок дыма.

Мирель замерла.

Магия.

Это была магия.

Она читала о магии в книгах, видела в фильмах… но видеть её в реальности? Это было невероятно. Потрясающе. Страшно.

Один из коней вдруг повернул голову и посмотрел прямо на неё. Глаза животного горели ярко-оранжевым, и в них был интеллект. Осознание.

Мирель отшатнулась.

— Быстрее! — крикнул кто-то снаружи.

Дверь кареты открыли полностью. Два вооружённых охранника в странной форме — лёгкая броня, сабли у пояса, ткань плащей, что переливалась всеми цветами радуги, — жестикулировали, приказывая выходить.

Девушки начали выходить одна за другой.

Мирель замерла на месте.

Куда? Куда они идут? Что будет?

Амина вернулась, взяла её за руку и подтолкнула вперёд. Она была маленькой, худенькой, но сильной — легко поддержала Мирель, когда голова снова закружилась.

— Не бойся, — сказала Амина что-то успокаивающее, и хотя Мирель не понимала слов, она поняла интонацию.

Мирель пошла.

Когда все вышли, она впервые увидела себя.

Отражение в металлическом щите одного из охранников показало ей…

Её не изменили.

Те же тёмные волосы. Те же карие глаза. То же лицо, которое она видела в зеркале каждое утро. Только сейчас оно было бледнее, а в глазах — страх и непонимание.

Но одежда была другой.

На ней было простое платье из белой ткани, похожей на шёлк, но более прочной. Пояс — тонкая кожа с серебряной пряжкой. На ногах — мягкие кожаные сандалии вместо её привычных туфель.

Она была одна.

Полностью одна в этом мире.

— Вперед! — снова крикнул охранник, и они повели девушек через огромный двор.

Мирель шла посередине, между Аминой и той недоброй женщиной, чьё имя она ещё не знала.

Двор был огромным. Вокруг — высокие стены из того же тёплого светящегося камня. Растения, которых она никогда не видела: цветы размером с голову, деревья с фиолетовыми листьями, какие-то кусты, что светились слабым зелёным светом.

И магия.

Магия была везде.

В фонтане, что бил в центре двора, — вода поднималась вверх, не касаясь краев, и образовывала сложные узоры. В фонарях, что висели вдоль стен, — огонь горел без топлива, холодный и белый. В самом воздухе — она чувствовала её, как электричество перед грозой.

Мирель старалась не паниковать.

Но внутри холодело.

Где она? Куда её ведут? Что будет?

Амина, словно почувствовав её страх, сжала её руку.

— Не бойся, — снова сказала она, и на этот раз добавила что-то, указывая на дворец. — Это дом шейха. Аль Касима.

Мирель поняла только имя “Аль Касим”, которого слышала раньше в карете. Шейх. Правитель. Тот, кто владел этим местом.

3 Глава.

ГЛАВА 3: ПЕРВЫЙ РАЗГОВОР

Остальные девушки вышли.

Дверь закрылась за ними.

В огромном тронном зале осталось только двое.

Аль Касим всё ещё стоял перед Мирель, не отрывая от неё взгляда. Его тёмные глаза были пронзительными, словно он пытался прочитать её мысли.

Мирель не могла оторвать взгляд.

Сердце бешено колотилось.

Что он будет делать с ней?

Шейх сделал шаг к ней, затем ещё один. Он был высоким — почти на голову выше её. Близко он казался ещё более… внушительным. Могущественным. Опасным.

Но не пугающим.

— Встань, — сказал он.

Мирель не поняла слов, но поняла жест — он протянул руку, помогая ей подняться.

Она встала, колени дрожали.

— Ты не понимаешь наш язык, — сказал он. Не вопрос, а утверждение.

Мирель покачала головой.

— Я думал, — он продолжил. — Ты из других земель. Другого мира.

Мирель замерла.

Как он узнал?

Шейх подошёл к трону и сел. Легко. Естественно. Словно он не хозяин этого величественного зала, а просто человек, который устал и хочет присесть.

Он указал на место перед собой — на ступеньке, ведущей к возвышению.

— Сядь.

Мирель колебалась, но потом села. Её ноги дрожали.

Аль Касим смотрел на неё долго. Молча. Внимательно.

Он указал на себя:

— Я — Аль Касим. Шейх. Правитель.

Потом указал на неё:

— Ты?

Мирель поняла. Он хочет знать её имя.

— Мирель, — тихо сказала она.

— Ми-рель, — повторил он, разделяя слоги. — Странное имя. Красивое.

Он снова замолчал.

Мирель не знала, что делать. Говорить? Ждать? Бежать? Но куда? Она в этом мире никого не знала, не понимала языка…

— Ты боишься, — вдруг сказал он.

Мирель подняла на него глаза.

— Не отрицай, — он продолжил спокойно. — Я вижу. В твоих глазах страх. Много страха.

Мирель опустила взгляд.

— Я не буду тебя обижать, — тихо сказал шейх. — Ты в безопасности здесь. Со мной.

Почему эти слова прозвучали так… искренне?

Она подняла глаза.

Аль Касим смотрел на неё спокойно. Не как владыка на рабыню. А как… человек на человека.

— Ты голодна? — спросил он.

Мирель вспомнила, что последний раз ела… когда? В прошлой жизни? В день, когда она умерла?

Она кивнула.

— Пойдём, — сказал шейх. — Поедим.

Он повёл её к двери, но остановился.

— Мирель?

Она обернулась.

— Добро пожаловать домой, — тихо сказал он.

Дом?

Это не был её дом.

Это был дворец шейха. Место, где её продали. Где она была рабыней. Наложницей.

Но когда он сказал “дом”, в её сердце что-то дрогнуло.

Не от страха.

От чего-то другого.

Что-то, что она никогда не чувствовала.

Она посмотрела в его тёмные глаза и поняла:

Это может стать домом.

Если она позволит.

***

Они пошли по коридорам.

Охранники склонялись в поклоне, когда проходили мимо. Слуги останавливались и опускались на одно колено.

Мирель шла рядом с шейхом, и все смотрели на неё.

Удивлённо. Любопытно. С завистью.

Она была не просто наложницей.

Она была той, которую выбрал шейх.

Тем, с кем он шёл обедать.

Они вошли в небольшой зал — не такой огромный, как тронный, но всё равно величественный. В центре стоял стол, накрытый блюдами с едой.

Фрукты, которых Мирель никогда не видела. Мясо. Овощи. Что-то похожее на хлеб, но более сложное.

— Сядь, — шейх указал на место рядом с собой.

Мирель села.

Она никогда не ела… так. За таким столом. С такими блюдами.

В прошлой жизни её ужин обычно состоял из чего-то простого. Картошка. Хлеб. Иногда мясо, если хватало денег.

А тут…

— Пробуй, — сказал Аль Касим, указывая на странный фрукт.

Мирель взяла его. Он был похож на яблоко, но фиолетовый и больше размером.

Она откусила.

Сладко. Сочно. Немного кисло. И какой-то привкус, который она не могла назвать.

Вкусно.

— Нравится? — спросил шейх.

— Да, — тихо сказала она. — Спасибо.

Он кивнул и начал есть.

Мирель последовала его примеру.

Они ели молча.

Но это было не неловкое молчание. Это было… мирное.

Как будто они знали друг друга целую жизнь.

Мирель пробовала разные блюда. Мясо было нежным, с пряностями, которых она никогда не пробовала. Овощи — хрустящими, свежими. Фрукты — сладкими, сочными.

Она не знала, как называются эти продукты, но всё было невероятно вкусно.

— Откуда ты? — вдруг спросил шейх. — Как оказалась здесь?

Мирель замерла с вилкой в руке.

Что сказать?

Правду? Он не поверит.

Выдумать? Но она не умела лгать.

Она посмотрела на него и решила:

Частичную правду.

— Я… из другого места, — начала она осторожно. — Другого мира.

Шейх положил вилку на стол.

— Другого мира?

— Да, — кивнула она. — Я… умерла там. И Всевышний дал мне второй шанс. Вернуться. В другом мире.

Аль Касим смотрел на неё долго. Молча.

Затем сказал:

— У нас есть легенды. О том, что Всевышний иногда даёт людям второй шанс. Выбирает тех, кто… достоин.

Он посмотрел на неё с уважением.

Но потом добавил:

— Почему ты согласилась? Вернуться, я имею в виду. Почему не осталась? В вечном покое?

Мирель задумалась.

Почему?

Она вспомнила свою жизнь. Двадцать семь лет подчинения, страха, одиночества.

Она вспомнила Антона. Его измены. Его жестокость. Его равнодушие.

Она вспомнила вазу. Удар. Боль. Смерть.

А потом вспомнила слова Всевышнего:

“Хочешь ли ты любить и быть любимой? Хочешь ли ощутить запах свободы?”

Она посмотрела на Аль Касима.

— Потому что я никогда не любила, — тихо сказала она. — Никогда по-настоящему. И хотела попробовать.

Шейх замер.

В его глазах что-то дрогнуло.

4 Глава.

ГЛАВА 4: ПЕРВЫЙ ДЕНЬ В ГАРЕМЕ

Мирель проснулась от лучей света, пробивающихся сквозь окно.

На секунду она забыла, где находится.

Она попыталась потянуться, как делала каждое утро в своей квартире, но рука коснулась не привычной краше, а чего-то мягкого. Шёлкового.

Она открыла глаза.

Потолок был высоким, расписным орнаментами. Стены — из тёплого камня. Около окна стоял фонтан, в котором вода поднималась вверх, не касаясь краев.

Ничего не напоминало её прошлую жизнь.

Кроме памяти.

Мирель села на кровати и посмотрела на свои руки. Те же пальцы. Та же кожа. Но…

Она закрыла глаза и попыталась найти то, что чувствовала вчера. Тёплое. Светлое.

Что-то внутри.

Сначала ничего.

Потом… лёгкое тепло в ладонях. Почти незаметное.

Но это было там.

Она открыла глаза и посмотрела по сторонам. Комната была большой, красивой, с мебелью, которую она никогда не видела — резная, с драгоценными камнями, но при этом удобная.

В углу стоял шкаф. Она подошла и открыла его.

Внутри — одежда. Много одежды. Платья, накидки, нижнее бельё. Всё из тонких тканей, расшитых золотом.

Мирель выбрала простое платье из синей ткани, надела. Оно оказалось идеальным по размеру.

Как будто её знали заранее.

Она подошла к зеркалу. Отражение показало ту же женщину, что и вчера, но… лучше. Отдохнувшую. С сияющей кожей. С волосами, которые уже не были собраны в сложную причёску, а просто спадали на плечи.

Она была красивой.

Даже без золотых украшений.

Дверь тихо открылась.

Мирель обернулась.

Вошла Амина. Она несла поднос с едой.

— Доброе утро, — сказала Амина на своём языке, но добавила жест, который Мирель понимала. Она подняла ладонь, показывая на солнце за окном.

— Доброе утро, — повторила Мирель, используя тот же жест.

Амина улыбнулась и поставила поднос на стол. Там были фрукты, что-то похожее на кашу, и кувшин с водой.

— Ешь, — сказала Амина, показывая на еду. Потом добавила что-то ещё, указывая на дверь.

Мирель не поняла слов, но поняла смысл: потом будут занятия.

Амина вышла, оставив Мирель одну.

Она села за стол и начала есть. Каша была странной, но вкусной — сладковатой, с какими-то травами. Фрукты — те, что она пробовала вчера за обедом.

Пока она ела, она думала.

О своём прошлом. О маме. О папе. Они умерли, когда она была ещё ребёнком. Мама — от болезни. Папа — от несчастного случая на работе.

Она выросла в приюте. Потом училась, работала, встретила Антона…

А потом Антон убил её.

И теперь она здесь.

В другом мире.

С магией.

С шейхом, который, кажется, не такой, как остальные.

Мирель вспомнила его тёмные глаза. Его голос. То, как он сказал “Я защищу то, что моё.”

Она не знала, что чувствовать.

Но впервые за… за всю взрослую жизнь, она чувствовала… надежду.

***

Когда она закончила, дверь снова открылась.

На этот раз вошли все девушки.

Амина, Зара, и три другие, которых Мирель ещё не знала.

Все посмотрели на неё. Кто с любопытством. Кто с завистью. Кто… недружелюбно.

Зара, особенно.

Она была старше всех, примерно тридцать два года, с холодными серыми глазами и строгим лицом. Когда она смотрела на Мирель, в этом взгляде было что-то неприятное.

Как будто Мирель что-то украла.

Но что? Она ничего не брала!

Амина, наоборот, улыбнулась и подошла к ней.

— Учиться, — сказала она, показывая жестом — книги, чтение.

Она протянула Мирель книгу.

Том был странного формата. Не как на Земле. Страницы из чего-то похожего на бумагу, но более прочного. Текст был на том же языке, который говорили здесь.

Амина открыла книгу и показала на первую страницу.

— Читай, — сказала она.

Потом начала указывать на буквы, произнося их.

Мирель поняла: её будут учить языку.

Она села рядом и попыталась повторить звуки.

— А…

— А.

— Ли…

— Ли.

— Аль…

— Аль.

— Ка…

— Ка.

— Сим…

— Зим.

— Аль-Ка-зим, — произнесла Мирель.

Амина зааплодала.

— Молодец, — сказала она, хотя Мирель не понимала слова, но поняла интонацию.

Зара фыркнула:

— Бесполезно. Она слишком старая. Ничему не научится.

Мирель не понимала слов, но поняла тон. Зара считала, что она не сможет выучить язык.

Она посмотрела на Зару и что-то сказала. Твёрдо. С вызовом.

Зара удивилась.

Амина засмеялась.

Мирель посмотрела на книгу. На странные буквы. На непонятный текст.

Она училась языкам в школе? Немного. Английский. Немного французского. Но это… это было другое.

Другие звуки. Другие правила.

Однако она попробует.

Она будет учиться.

Потом были другие уроки.

Танцы.

Мирель не умела танцевать. В прошлой жизни она была слишком стеснительной. Слишком боялась, что будет выглядеть глупо. Слишком напугана, чтобы кому-то показаться.

Но здесь…

Здесь никто не знал её прошлого.

Здесь никто не знал, какая она была — неуверенная, застенчивая, всегда в тени.

Здесь она могла быть кем угодно.

Мирель встала и попыталась повторить движения, которые показывала Амина.

Сначала вышло криво. Неловко.

Она чуть не упала, споткнулась на собственные ноги.

Зара фыркнула.

Две другие девушки засмеялись.

Мирель покраснела и хотела прекратить, но Амина остановила её:

— Продолжай, — сказала она. — Не бойся.

Мирель посмотрела на неё. Посмотрела на Зару, на остальных.

И решила:

Нет.

Она не будет бояться.

Больше никогда.

Она снова начала танцевать. На этот раз она перестала думать о том, как она выглядит. Перестала стесняться.

И танцевала.

Не идеально. Нет.

Но она танцевала.

Амина удивилась. Зара фыркнула, но в этот раз не так недружелюбно.