Исчезни, бывший!

Глава 1

Этот день не задался с самого начала. А вечер просто стал моим личным адом.

С утра мне “повезло” забыть, что сегодня — год, как мы “официально” вместе с моей девушкой. Что по факту означает, что в этот день год назад я развёлся с женой — именно эта дата стоит в свидетельстве о расторжении брака.

Если бы не Яна — моя девушка, — я бы об этом и не вспомнил. Ей же обязательно нужно устроить праздник по любому поводу. Месяц назад был год, как мы съехались, а ещё раньше — год, как мы стали встречаться.

Ну как встречаться...

Встречались мы не раз и до этого, но тогда она была просто массажисткой в мужском салоне, который я посещал раз в неделю. А в один, наверное, всё же прекрасный (хотя вряд ли моя бывшая жена считает так же) день Яна взяла инициативу в свои руки (и не только), и мы перешли на другой уровень отношений, став любовниками.

Это привело к разводу и к череде "юбилеев" год спустя.

Короче, я об этом событии ожидаемо забыл, и теперь замаливаю грех, отбывая повинность на романтическом ужине, с которого перманентно идут прямые включения в её блогерский канал. Не самый пока раскрученный, но Яна не теряет надежды. И не сдается.

— Ну почему ты не захотел снять для нас весь рестик, кисуш? — капризно дует она губы. — Тогда я могла бы все здесь украсить по своему вкусу.

"Вот именно поэтому и не захотел", отвечаю мысленно, ничего не говоря вслух — все равно не поймет.

Но я реально рад, что ее вкус не добрался до интерьера ресторана. Иначе жрать бы мне пришлось под аркой из шаров-сердечек, а лепестки роз торчали бы у меня даже из ушей — с чувством меры у Яны есть проблемка. В некоторых вещах я эту ее особенность даже поощряю, но не во всех.

Меня спасло только то, что,выбирая между местом, где ей позволят устроить карнавал, и тем, которое можно с гордостью пометить на фото, она выбрала второе. Еще бы — самый модный, пафосный и, конечно, дорогой ресторан в городе.

Неплохое место, если бы Янкина навязчивая идея все снимать, из-за чего я пожелал уйти отсюда уже минут через десять после прихода. Сразу за третьим дублем "внезапного" вручения ей огромного букета каких-то круглых цветов, который она сама и купила.

— Дорогой, поверни голову, — встав рядом, она управляет мной, — смотри на меня и улыбайся, широко-широко, как будто это лучший день в твоей жизни. Тем более это так и есть.

— Я не могу улыбаться, у меня в зубах петрушка застряла, — отбиваюсь без особой надежды.

— Ну так достань ее, что ты как ребёнок? — пеняет она возмущенно.

— Я ем, Ян!

— Ты все время ешь. Мы же не за этим сюда пришли, а чтобы показать всем, как мы счастливы!

Цели у нас явно разные, но я киваю, потому что сопротивляться бессмысленно — я проиграю этот спор.

Сделав очередное парное селфи, она плюхается на стул напротив, а я спокойно доедаю свой стартер. Делаю знак официанту — они не подходят без предварительного разрешения, чтобы ненароком не испортить эфир, — чтобы наполнил мне бокал. Иначе я этот вечер не вывезу.

— Кисуш, не забудь репостнуть мою сторис про нашу годовщину.

— Которую из них?

— Ну ту, где мы… Ой, ладно, я пришлю тебе ссылку, чтобы не перепутал. — Она не улавливает сарказма.

Пока мы ждем основные блюда, Яна находит, что еще поведать своим подписчикам, и увлеченно вещает во фронтальную камеру. Я от нечего делать сканирую зал, разглядывая других посетителей — вдруг знакомых встречу.

Мне не везет, за столиками сплошь незнакомцы. Скучающий взгляд скользит дальше, на секунду задержавшись на симпатичном лице хостесс, и упирается на дверь в наш зал. Гашу тяжкий вздох — как же хочется свалить в закат! Даже вкусная еда не радует, когда бонусом к ней идет вся эта мишура.

С тоской смотрю на вход пару секунд и уже кручу головой, чтобы вернуться к своему бокалу, но краем глаза цепляюсь за что-то знакомое.

Резко поворачиваюсь обратно и из меня вырывается:

— Да ну на…

В дверях стоит Ярослава. Моя бывшая жена, годовщину полного и официального расставания с которой я сегодня и отмечаю.

Жестко.

Если это ирония, я её не заказывал.

В моей голове происходит что-то похожее на взрыв. Как одиночный выстрел "Авроры".

Ярослава выглядит иначе. Совсем не так, какой была в браке со мной. Другая прическа, цвет волос, эффектный макияж. Не могу не признать, ей новый образ очень идет. Она выглядит охеренно. Развод со мной однозначно пошел ей на пользу. Я не могу оторвать от нее глаз, даже не моргаю, словно боюсь, что она исчезнет.

Она будто чувствует мой пристальный взгляд, потому что в следующее мгновение наши глаза встречаются. И ее зрачки на миг расширяются и сужаются вновь. Как пульсация. Она замирает.

— Привет, — произношу только губами.

Она сразу отворачивается и только сейчас я замечаю, что бывшая пришла не одна. Рядом с ней мужик.

Не из простых. Выше меня, шире в плечах и в костюме, который явно стоит как десять моих. Лицо кирпичом — самоуверенный тип, без тормозов. Такие как он не говорят лишнего, да и другие при них предпочитают помалкивать.

Его рука по-хозяйски лежит у нее на пояснице, и у меня это почему-то вызывает неуместное желание лупануть по ней посильнее, скинуть.

Перевожу взгляд обратно на Яру. Она что-то говорит ему, как будто просит. Я не умею читать по губам, но догадываюсь сразу — просит его уйти отсюда. Не хочет быть в одном периметре со мной.

Это неприятно как удар током.

И уже в следующую секунду меня и правда бьет, но не током, а ладонь Яны шлепает меня по руке.

— Руслан? Ты чего застыл? На кого там уставился, а?!

Глава 2

Скандал мне Яна закатила грандиозный.

Того масштаба и уровня, после которого половина зала делала вид, что очень внимательно читает меню, а вторая в два раза чаще прикладывалась к бокалам, мечтая перестать слышать визги.

Я тоже об этом мечтал, но мне была не судьба.

Не знаю, как Яна узнала мою жену — я сам как будто бы узнал ее не сразу. Мой сканер узнавания сработал с запозданием, потому что она изменилась. Очень изменилась. А ведь я прожил с Ярославой почти пять лет, тогда как Яна видела ее пару раз от силы.

Или я чего-то про нее не знаю, или реально женщины видят не глазами, а какими-то другими частями тела. Но, поняв, что я не свожу глаз с бывшей жены, Яна натурально взбесилась.

Она вопила так, что, наверное, слышали даже на кухне.

— На кого ты пялишься, Красилов?! — угрожающе тыкала мне пальцем в грудь. — Может, за столик ее сядешь? Цветы мои подаришь?

— Прекрати, — пытался я усмирить ее гнев.

— А ты прекрати таращиться! — шипела она, делая это громко и на публику.

Несколько голов повернулись в нашу сторону, и даже Ярин мужик. Она — нет.

Яна вскочила:

— Я пришла сюда отмечать годовщину, а не смотреть, как ты раздеваешь глазами свою бывшую!

С трудом мне удалось заставить ее сесть и заткнуться. Хотя думаю, что куда сильнее, чем мои просьбы и угрозы, на нее повлияло то, что сразу после ее отвратительной вспышки Ярослава ушла — ее мужик внял ее просьбе или его отпугнула "развлекательная программа" ресторана.

По сути, я видел жену всего несколько секунд, считай, ничего, она пролетела мимо, как комета, но оставила яркий след в моей душе. И остаток вечера я не мог перестать думать о ней.

О ней и о том, почему мы встретились снова именно сегодня. Почему судьба столкнула нас в этом месте и не когда-нибудь, а через год после развода, день в день. Может, в этом есть какой-то знак, тайный смысл?

Я сидел напротив Яны, почти не видя и точно не слыша ее. Во мне зрело ощущение, что эта встреча с бывшей не случайна, и, как я ни старался, не мог вытравить его из себя.

Меня штормило от самого себя. От того, как взгляд безвольно возвращался туда, где она только что стояла. От того, как в голове без спроса и без всякой логики всплывали воспоминания. Что за идиотский и совершенно неуместный приступ ностальгии?!

Я даже начал понимать и разделять негодование Яны — сам был в ахере оттого, что меня так цепанула эта встреча.

Ведь я никогда не жалел, что Яра застукала нас с Яной, поймала с поличным. Не пытался просить прощения или сохранить наш брак — мы развелись быстро и по обоюдному согласию. Даже имущество поделили мирно и спокойно. Просто разошлись как в море корабли. Без скандалов и сожалений.

И за этот год я ни разу не поинтересовался тем, как она живет теперь, чем занимается, одна или нет. Не спрашивал о ней у знакомых, не звонил по пьяни — просто перевернул страницу и жил дальше.

Но вот увидел ее, и меня замкнуло.

Хрень какая-то…

Но и на следующий день это не прошло. И потом тоже. Я раз за разом возвращался к мыслям о Ярославе. И не мог выкинуть эти мысли из головы.

Приходил домой, видел Яну и автоматически, сам того не желая, начинал сравнивать ее с женой. И если раньше эти сравнения были — или казались — не в пользу Ярославы, то теперь все с точностью до наоборот.

Яра всегда была очень спокойной, слишком рациональной, слишком правильной, а Яна — полной противоположностью: огонь, темперамент, легкость, сексуальное тело и вечная готовность "сделать приятно". Тогда меня это затягивало, как воронка. Девочка-праздник, девочка-удовольствие.

А сейчас… я смотрю на нее и понимаю, что она как бижутерия — всего лишь дешевая подделка. А Ярослава — бесценный оригинал, редкий экземпляр, который я выбросил за ненадобностью, не подозревая о его ценности.

Еще я пытаюсь вспомнить, из-за чего мы развелись. Формальная причина понятна — Яра узнала про измену и категорично потребовала развод. Я не спорил, мне казалось, значит, так и надо. Мы уже давно были не так близки, как раньше, чувства поутихли, мы мало разговаривали — типичные симптомы наевшейся браком пары.

Но почему я изменил? Что конкретно было настолько плохим, что я позволил себе изменить, повелся на Яну?

Я копаюсь в памяти, ищу причины, аргументы, свои претензии к жене — хоть что-то, — и ничего не нахожу. Ничего, кроме банальной похоти и доступности женщины, которая сама запрыгнула на меня. Женщины, которая умела многое, знала, чего я хочу, и не требовала ничего взамен, кроме времени. Тогда мне это показалось выгодной сделкой.

Сейчас я в этом не уверен.

Когда увидел Ярославу такой, какой она стала… Когда осознал, что она живет дальше, и без меня ей, очевидно, лучше, чем было со мной… Это реально цепляет и не отпускает.

Я все чаще ловлю себя на том, что хочу увидеть ее снова. Хочу поговорить с ней.

Убедиться, что она действительно так сильно изменилась, а не приоделась для одного вечера. Понятия не имею, почему мне это важно. Но важно.

Черт!

Я просто знаю, что должен поговорить с ней. Любой ценой. И плевать, что она, скорее всего, не захочет меня видеть и, тем более, говорить. И надо не забывать про наличие у нее того мужика. Хотя, может, они просто знакомые? Может, там пока ничего серьезного? Сам же одергиваю себя — они в отношениях, это было видно по тому, как он на нее смотрел и как ее трогал. Подпустит ли он меня к ней?

Надо что-то придумать. Найти способ подобраться к ней так, чтобы никто мне не помешал.

Даже она.

Даже если она возненавидит меня еще сильнее, я все равно устрою еще одну встречу.

Глава 3

Ярослава

Сигнал будильника будит меня на рассвете. Обычно я позволяю себе подольше понежиться в постели, потому что как правило обрабатываю фотографии до полуночи, но на сегодня запланировано чересчур много дел, чтобы я могла терять драгоценное время.

Потянувшись, спрыгиваю с постели и босиком шлепаю в ванную комнату. Быстрый душ, укладка на скорую руку и легкий макияж — сейчас еще кофе выпью и буду готова рваться в бой.

С тех пор, как год назад я развелась, каждый день напоминает битву. Сначала со своими внутренними демонами, которые пытались отыскать во мне причины измены бывшего мужа, все глубже вгоняя в депрессию, потом с внешним миром, который казался мне неуютным и враждебным. Но я справилась. И справляюсь до сих пор. Даже неожиданная встреча с Русланом в ресторане неделю назад не пошатнула мой с таким трудом обретенный внутренний дзен.

Такая ирония судьбы! Мы с ним встретились ровно год спустя после официального развода. Как будто кто-то там наверху нарочно спланировал это столкновение, чтобы показать мне, какой внутренний путь я прошла. Руслан, судя по компании за столиком, все также был в отношениях с массажисткой Яной. Тронуло ли меня это? Ничуть. Даже сердце не екнуло, хотя когда-то я пролила море слез, жалея себя и сравнивая с женщиной, которую предпочел мне муж. Теперь же я не испытывала ничего кроме легкой брезгливости. И нежелания находиться в одном помещении с этими двумя.

Все в прошлом. Руслан в прошлом. И я сама в той версии, которую он знал, тоже в прошлом.

Сейчас я сама за себя. У меня есть квартира, пусть в ипотеке, но своя. Как раз хватило части денег, что досталась мне от продажи общей с Русланом квартиры, на первоначальный взнос за однушку в хорошем районе. У меня есть любимая работа, которая одновременно и хобби. Я всегда любила фотографировать, но только после развода всерьез начала развиваться в этом направлении. Первые съемки делала за скромные донаты знакомым, потом по сарафанному радио обо мне узнали мои первые заказчики. Лучше всего мне удаются портреты, но сейчас я пробую себя еще и в предметной съемке. Как раз вчера на меня вышел клиент, которому нужно обновить фотографии для меню в сети кофеен. Им так понравились мои работы и концепт, который я предложила, что они сразу же прислали мне договор на съемку, попросив распечатать и подписать заблаговременно. Так что теперь, когда я уже получила задаток, мне не терпится приступить к реализации проекта, который станет вишенкой в моем портфолио!

В личной жизни все тоже наладилось. После Руслана я не искала любовь, не хотела даже интрижки, слишком сильным потрясением стало для меня предательство бывшего мужа. Но четыре месяца назад на одном мероприятии, на котором я работала фотографом, со мной познакомился Матвей Сафронов — совладелец модного архитектурного бюро. Его не смутило мое нежелание идти на контакт — он проявил настойчивость и уже на первом свидании, на которое я шла без каких-либо ожиданий, смог расположить меня к себе.

Матвей оказался прекрасным человеком. Надежным, ответственным и немногословным. И полной противоположностью моего бывшего, который легко забывал про обещания и никогда не знал, когда лучше промолчать. Я знаю, что Матвей уже готов к новому этапу в отношениях, но съезжаться с ним я пока отказалась. Думала, он психанет или обидится, но он спокойно принял мою просьбу еще немного повременить с этим важным шагом, чем окончательно меня покорил.

В общем и целом жизнь пришла в норму. И сейчас я сама поражалась, как могла так долго терпеть выкрутасы Руслана. По-хорошему мне надо было не дожидаться того дня, когда я поймала его с любовницей, а развестись давным-давно. Ведь подозрения на то, что он ходил налево, одолевали меня задолго до развода…

— Алиса, включи музыку, — прошу я голосового помощника, наливая себе свежесваренный кофе.

Сейчас я неспешно позавтракаю и еще раз пройдусь по мудборду, который собрала для съемки. И к встрече с менеджером кофеен, которая назначена на одиннадцать, буду во всеоружии.

Пока я еду на метро, мне звонит Матвей. Он знает, что сегодня у меня важная рабочая встреча и специально звонит заранее — немного подбодрить меня и пожелать удачи. Заодно предлагает поужинать вечером у него, обещая заказать в сервисе доставки мою любимую корейскую еду, и остаться на ночь. Я с радостью соглашаюсь — наверное, еще немного и дам согласие на то, чтобы переехать. Мы с Матвеем живем в разных частях города и это становится просто неудобно.

За пять минут до назначенного времени я стою у входа в кофейню. Ненавижу опаздывать, поэтому всегда строю свой график с учетом возможных форс-мажоров. Захожу внутрь, подхожу к администратору и представляюсь. Девушка с вежливой улыбкой провожает меня к столику у окна, предлагает чай или кофе на выбор и просит немного подождать — менеджер задерживается.

Двадцатью пятью минутами и двумя выпитыми чашками чая позже наконец-то появляется менеджер. Я понимаю это по тому, как начинает суетиться персонал, когда в зал входит мужчина. Несколько секунд я вижу только его спину и макушку — потому что его сразу обступают повар и администратор. Но когда он оборачивается и начинает движение ко мне, вежливая улыбка застывает на моем лице, а сердце обрывается.

Варианта тут три: или у меня галлюцинации, или я что-то неправильно поняла, или… или менеджер сети кофеен, с которым мне предстоит работать — это Руслан. Мой бывший муж.

Глава 4

Я вся подбираюсь, ощущая как неприятно сосет у желудке. Две встречи за неделю — это чересчур для случайности. И выражение лица, с которым мой бывший муж идет к моему столу, тоже не оставляет сомнений — он знал, что увидит меня здесь и все это спланировал.

— Яся… — начинает он с улыбкой, останавливаясь рядом. А меня аж передергивает от отвращения — этим укороченным нежным именем он называл меня в браке.

— Добрый день, Руслан, — говорю спокойно, не отвечая на его улыбку. — Прошу тебя больше не использовать это имя — в данной ситуации это неуместно. Я Ярослава. Яся давно в прошлом.

Если его и смущает моя подчеркнутая сдержанность, то виду он не подает.

— Даже не обнимешь? — спрашивает заискивающе, по-мальчишески склонив голову набок. Эта его манера раньше казалась очень милой, теперь же не вызывает ничего, кроме раздражения. Мы же не дети малые, чтобы играть в эти игры.

— Что ты задумал?

Поняв, что не дождется от меня нежностей, бывший муж опускается на стул напротив меня.

— Ничего, Ясь… Просто увидел тебя тогда в ресторане, вспомнил, что ты фотографируешь, — объясняет небрежно. — А нам как раз нужно было обновить меню. Вот и все.

Вот и все?

Я знаю Руслана. Я знаю его очень хорошо. Он ничего и никогда не делает просто так.

— Ты знаешь, я считаю, что это в корне неправильно, — говорю как есть.

— Вздор! Что плохого в том, если два давно знакомых человека поработают вместе? Мне нужен классный фотограф, тебе — работа и портфолио. Разве не так?

Как же у него все просто выходит! Это поразительно. После того, как он годами втаптывал меня в грязь своими изменами, которые вскрылись уже после развода, теперь ему «хорошо» просто поработать вместе.

Больше всего мне хочется встать и уйти — не тратить на этого человека ни минуты, но моя врожденная воспитанность и деликатность не позволяют мне так поступить. Хочется как-то закрыть этот вопрос раз и навсегда, чтобы больше никогда не попадать в подобную ситуацию.

— Руслан, мы не просто два знакомых человека. Мы были женаты. И наш развод нельзя назвать приятным событием, — напоминаю я.

— И я готов это исправить!

— Прошлое? — я скептически приподнимаю брови.

— Слушай, Ясь…

Я посылаю ему возмущений взгляд и он поднимает руки, будто признает поражение.

— … Ок, я понял, Ярослава. Так вот, послушай. Я многое понял за последний год. Правда. И я понимаю, как все выглядит со стороны, но… Просто дай мне шанс искупить свою вину перед тобой.

— Я дам тебе шанс, — говорю твердо. — Шанс закончить все здесь и сейчас. Я могу порекомендовать тебе другого фотографа и…

— Нет, я хочу только тебя! — Он замирает на мгновение, будто понимает, что только что произнес. И как двусмысленно звучат его слова. — Ты понимаешь, о чем я.

— Если честно, не очень. Вообще не понимаю, зачем все это, — я развожу руками. — Твоя нынешняя подруга в курсе?

— Это рабочий вопрос, — защищается он. — Яне это неинтересно.

— А моего мужчину это очень заинтересует.

Лицо Руслана кривится, будто я произнесла что-то отвратительное. А мне вдруг хочется рассмеяться — подобную историю я вообще не могла себе представить, учитывая, как мы разводились. Он был счастлив избавиться от меня. Вдогонку рассказал мне, какая я скучная и как тяжело ему было каждый день приходить домой, зная, что там буду я. А теперь что?

— Твой мужчина лезет в твою работу? — бросает он язвительно. — У нас подписан договор. И мы должны соблюсти его условия, Ярослава.

Я вдруг тоже вспоминаю про договор. Господи, почему, ну почему у меня не вызвала подозрений спешка с подписанием документов еще до знакомства с заказчиком? Так не работают. Многие фрилансеры месяцами ждут и договор, и аванс…

— Я не понимаю, Руслан. Просто зачем?

— Может быть, я понял, какую ошибку совершил…

— Слишком поздно. У тебя есть девушка, я в отношениях. Нас уже ничего не связывает.

Он внезапно тянется через стол и обхватывает пальцами мою ладонь. Я даже не сразу успеваю ее одернуть — настолько неожиданным становится этот жест.

— Ясь, прошу тебя…

— Нет, нет и нет! — я, наконец, высвобождаю руку из его захвата.

— Окей, — внезапно соглашается бывший. — Тогда просто давай поработаем вместе. Как профессионалы. Я помню, что раньше ты всегда держала слово. Ты прислала нам концепцию, мы ее утвердили, подписали договор. Дело за малым — выполнить то, на что ты подписалась.

— Я не могу работать с тобой, Руслан. Просто не могу, — я качаю головой.

— А если я пообещаю, что наша коммуникация будет чисто профессиональной? Согласись, это хороший проект, — искушает бывший. — Для тебя, как для начинающего фотографа, очень ценный.

В этом он, конечно, прав. Для меня этот проект станет огромным шагом вперед. Но… Есть такое большое “но”.

Я не хочу работать с Русланом. И я не верю ему.

— Чего ты боишься, Ярослава? — мягко напирает он. — Конечно, если ты переживаешь, что мы не сможем сдержать своих чувств, то…

А вот это уже даже смешно! Настолько, что я не могу сдержать насмешку.

— Конечно, я этого не боюсь! Мы — давно в прошлом.

— Тогда соглашайся. Этим ты убьешь сразу двух зайцев. Вырастешь профессионально. И докажешь мне, что у тебя больше нет чувств…

Я знаю, что совершаю ошибку. Я это знаю.

Но внезапно сбить спесь с бывшего, который когда-то так сильно ранил меня, становится важнее доводов рассудка.

— Я согласна. Очерти фронт работ. Давай распределим съемки по дням недели и обсудим реквизит. Я бы хотела закончить проект как можно скорее, — перечисляю я.

Губы Руслана растягиваются в удовлетворенной улыбке.

— Ты не пожалеешь.

Я киваю. Но в глубине души знаю, что жалею уже сейчас.

Глава 5

Руслан

— Ты куда в такую рань? — с недоумением смотрит на меня вышедшая из спальни Яна.

Какое такое шестое чувство заставило ее проснуться именно сейчас? Для меня это время слишком раннее, чтобы идти на работу — тут она права, — для нее же сейчас невозможно рано даже для того, чтобы хотя бы встать с постели.

— Работа срочная, надо приехать пораньше, — не вдаюсь я в подробности, снимая с крючка ложку, чтобы надеть обувь.

Разумеется, о том, что я нанял Ярославу и планирую проводить с ней все дни, что будет длиться съемка, чтобы не упустить ни единого шанса вновь сблизиться с бывшей женой, я ей не рассказал. После того позорного скандала, что она закатила в ресторане, я не упоминаю при ней даже имени бывшей.

Яна приближается ко мне, претендуя на то, чтобы я поцеловал ее на прощание. Быстро коснувшись сухими губами ее щеки, бормочу:

— До вечера, — и сваливаю из квартиры.

Пока еду в филиал, в котором сегодня будет проходить съемка, вспоминаю, чего мне стоило убедить директоров в том, что нам просто необходимо и немедленно обновленное меню. И не только. Я вдохновенно плёл им про острую потребность полного перезапуска визуальной концепции кофеен, что современные потребители — визуалы, и без качественного фуд-контента в соцсетях мы проигрываем конкурентам. Болтовней я не ограничился, подготовив атаку по всем фронтам: сваял мега-презентацию с цифрами, графиками, трендами и кейсами и даже привел аналитику вовлеченности посетителей. Но игра стоила свеч — на фотосъемку с привлечением профессионального фотографа дали зеленый свет и выделили бюджет.

Дальше пришлось еще заморочиться, чтобы не засветить Ясе, кто именно предлагает ей этот проект, ведь я прекрасно понимал: если она узнает, кто стоит за этим заказом, она в жизни под него не подпишется. Но, главное, своего я добился, и теперь мы работаем вместе. Хочет Яся этого или нет.

Она, конечно, меня просчитала, но это было уже неважно. И поздно — у меня была ее подпись.

Первый наш разговор, правда, не удался, но одна неудача меня не остановит, я буду пробовать еще и еще, благо время и возможность у меня теперь есть.

На место первой съемки я приезжаю раньше нее, поймав себя на том, что никогда так не рвался на работу, как в эти дни.

Ярослава, войдя, замечает меня сразу и тут же хмурится — недовольна моим присутствием. Но быстро отводит взгляд и отворачивается, будто я всего лишь предмет интерьера.

— Доброе утро, — говорю я, подходя к ней.

— Руслан, тебе вовсе не обязательно приходить, — отвечает она ровно. — Мне не нужна помощь. У меня есть концепт съемки, я все сделаю сама и пришлю тебе отснятый материал.

Я улыбаюсь и вскидываю брови:

— Я тебе мешаю?

— Мешаешь, — бросает, не глядя. — Я, в отличие от тебя, сюда работать пришла, а не разговоры говорить и прошлое бередить.

Я так близко к ней, что чувствую аромат ее парфюма. Он другой, не тот, что был раньше, но в все равно узнаваемый и этим родной.

Год прошел с нашего развода, а я до сих пор помню ее запах.

Но я хочу не помнить его, а вдыхать. Каждый день.

— Я — заказчик, — парирую невозмутимо. — Имею право присутствовать и вносить корректировки в процесс.

— Где я буду снимать? — спрашивает, явно не желая продолжать спор.

Я провожаю ее в помещение, выделенное для съемки. Она осматривается и молча приступает к работе. Достает камеру, выставляет свет, раскладывает принесенный с собой реквизит для фона, рассматривает тот, что подготовили мы.

Я устраиваюсь в дальнем углу, не лезу под руку.

Просто смотрю.

Смотрю, как грациозно она двигается по мини-студии, как пробует фокус.

Смотрю, как склоняет голову, придирчиво осматривая выстроенную композицию.

Смотрю, как прикусывает губу, как делает всегда, когда сосредотачивается на чем-то.

Смотрю, как уверенно движутся ее руки, когда она работает с камерой.

Черт! Как же давно я не видел ее такой…

Красивой.

Реальной и одновременно эфемерной.

Я любуюсь ею. Такой сильной, цельной, четко знающей, чего она хочет, и чего не хочет.

Меня, например.

Я понимаю это. И поэтому не спешу.

Для меня главное, что я хочу ее. Хочу вернуть ее в свою жизнь. Хочу исправить свою ошибку.

И верю, что у меня это получится.

Этот день пролетает незаметно.

Я словно отмираю, когда вижу, что она начинает собирать свои вещи.

— На сегодня все? — спрашиваю, подходя ближе к ней.

— Да. Все блюда отсняты в нескольких вариантах.

— Завтра фотосессия десертов? — уточняю зачем-то, хотя помню все расписание съемок наизусть.

— Да. Надеюсь, у тебя есть дела поинтереснее, чем еще один день провести в углу, — ее голос звучит устало, но не без язвительности. — Мне действительно будет проще работать, если ты не будешь торчать рядом.

Она надевает на плечо явно тяжелый рюкзак.

— Ты на машине? — спрашиваю, игнорируя ее невыполнимую просьбу.

— Нет. Правами я все еще не обзавелась, — отвечает с нескрываемой неприязнью.

Ее раздражает мое присутствие. Моя близость.

И от этого мне, как ни странно, спокойнее. Значит, ей не все равно на меня, как она пытается показать.

— Я могу тебя подвезти, — предлагаю, не питая иллюзий насчет ее ответа.

Она даже не поворачивает головы в мою сторону.

— Не нужно. У меня свои планы.

— С тем мачо? — вырывается у меня ревностное.

Она вскидывает на меня голову, смотрит в упор.

— Даже не думай, Руслан, лезть в мою личную жизнь! — голос ее становится металлическим, а взгляд — убийственным. — Или я начну лезть в твою. Ты сказал, что твоей массажистке неинтересна твоя работа, может, и так, но, уверена, если она узнает, что работаешь ты со мной, ее интерес резко возрастет. Проверим?

Глава 6

Ярослава

— Проверим? — произношу с такой хладнокровной решимостью, что сама себе поражаюсь.

Но решимость эта не притворная. Я знаю, что действительно позвоню, если он, решив, что я просто блефую, скажет "давай". Позвоню, потому что готова на все, чтобы не позволить Красилову лезть к Матвею.

Я могу стерпеть, что он докапывается до меня — сама сглупила, сначала связав свою жизнь с мерзавцем, а потом не глядя подписав договор на работу с ним, — но на Матвея пусть не покушается. Иначе Руслан узнает, что я действительно изменилась, и не только внешне.

Но, как я и ожидала, Красилов стухает сразу, как только перед ним начинает маячить перспектива выяснять отношения со своей горластой массажисткой. Всю его браваду и показной мачизм, всю псевдоуверенность, что он напялил с утра, моментально сдувает с самодовольного лица.

— Не будем, — глухо произносит он, стиснув челюсти.

Я удовлетворенно киваю:

— Я так и думала.

Разворачиваюсь и иду к выходу, не прощаясь и не дожидаясь, пока он вновь попробует перехватить инициативу и попытается уколоть меня в ответ. У него в этом большой опыт.

Дверь кофейни хлопает за спиной — и только тогда я позволяю себе выдохнуть. И вновь вдохнуть. Глубоко и жадно, как человек, вынырнувший после долгого погружения без акваланга.

Я и не замечала, как всё это время мне трудно было даже дышать. Рядом с бывшим мне не хватает воздуха. С ним мне тесно и неуютно.

Невыносима не только его близость, но и сама необходимость находиться в его поле.

Когда он рядом, мне тяжело дается все.

Свободно дышать. Думать. Выполнять работу, которую я так люблю, но не сейчас, не в этой компании.

Выкладываться. Креативить. Сосредотачиваться.

Просто быть.

Мне казалось, я пережила это. Была уверена, что давно оставила позади весь негатив, все уничижительные эмоции, связанные с бывшим мужем и разводом, но нет, не пережила.

Стоило ему вновь появиться в моем периметре, и я опять чувствую себя ущербной, ненужной, униженной и надломленной. А самое отвратительное — то, как легко у него получается возвращать меня в это состояние. И от этого мне плохо физически и морально. И особенно плохо являться такой к Матвею.

Он замечательный. Он надежный, заботливый — самый лучший. И он не заслуживает кого-то настолько разобранного по частям, настолько неуверенного в себе, как я после общения с Красиловым.

Поэтому на пришедшее полчаса назад от него сообщение: "Вечером увидимся?" я отвечаю: "Не сегодня".

Следом отправляю еще одно: "Устала. Прости".

Мне противно врать ему, но по-другому я сейчас не могу. После нескольких часов, проведенных в компании бывшего, мне хочется очиститься. Мне физически необходимо отмыться от его липкого голоса, от масленых взглядов, от удушливого запаха его парфюма, которые я буквально ощущаю на себе. И не могу тащить весь этот "шлейф" к Матвею.

Мне нужен комплексный детокс, а делать это лучше в одиночестве.

Такси, вызванное заранее, подъезжает почти сразу. Я загружаюсь в него со всем своим профессиональным оборудованием — не в метро же соваться с таким-то богатством.

Матвей предлагал заехать и забрать меня, как делал уже неоднократно, но в этот раз я вынуждена была отказаться от его помощи. Это еще одна причина, по которой я хочу держать Матвея подальше от себя — чтобы он никаким образом не пересекся с Красиловым. Я не хотела этого и раньше, а сейчас, после выпада того в адрес Матвея — тем более.

Я не знаю, что ему взбредет в голову ляпнуть — от Красилова можно ожидать любой гадости, — и не уверена, как отреагирует на него Матвей. Вряд ли он обрадуется, узнав, что я работаю с бывшим мужем. Мы как-то никогда не касались этой темы, но сомневаюсь, что его устроит такой расклад.

Приехав домой, сразу иду в душ, и, ожесточенно смывая с себя "бывшего", я вновь возвращаюсь мыслями к тому, зачем Руслан нанял меня, чего он на самом деле добивается.

В то, что он говорит об осознании и прощении я не верю. Слишком цинично поступал он со мной, чтобы теперь каяться. Но, правда, никакой другой причины для чего ему понадобилось нанимать меня, не вижу. Только если он задумал какую-то пакость.

У меня не так много времени, чтобы с этим всем разобраться. А если не получится, просто закончу проект и забуду о нем навсегда.

Выхожу из душа в полотенце, завернутым поверх еще влажного тела. Я реально очень вымоталась за этот день, как никогда. Я опустошена и ничего не хочу. Просто свернуться клубочком на диване, укрыться пледом и залипнуть на сериале — неважно каком, лишь бы не думать о сегодняшнем дне и "вчерашнем" муже.

Но не успеваю дойти до спальни, как раздается звонок в дверь.

Я изумленно смотрю на нее — кто там? Я никого не жду. Ни курьера, ни подругу, и с Матвеем мы не договаривались. Да и не стал бы приходить без звонка.

Поспешно натягиваю белье и длинную футболку и иду открывать.

Рука тянется к замку и… замирает в сантиметре — а если это Руслан?

В договоре ведь указаны мои паспортные данные и адрес. Ему хватит дури явиться…

Живот в страхе сжимается, но я все равно поворачиваю вертушку замка и облегченно выдыхаю — на пороге Матвей.

— Впустишь? — спрашивает невыразительно.

— Конечно, — улыбаюсь, впуская его.

— В душе была? — смотрит на мои еще влажные волосы.

— Да, только вышла, и тут звонок… — я шагаю к нему, встаю на цыпочки, чтобы поцеловать.

Он склоняется, отвечает на поцелуй — вроде, все как всегда, но как будто что-то не так. Вкус у его губ другой, прохладный, как океанский бриз. И сам Матвей, хоть и ответил мне, но кажется отстраненным. Или настороженным. Не знаю…

Я отступаю на шаг и смотрю ему в глаза.

— Все хорошо?

Он отвечает не сразу. Несколько секунд смотрит на меня, словно что-то выискивает, и наконец, выдает:

— А у тебя?

Меня будто током прошибает. Сердце срывается в галоп, я ощущаю себя в ловушке.

Глава 7

Такси катится по утреннему городу, а я, обычно с жадностью вглядывающаяся в смазанные пейзажи за стеклом, сегодня смотрю на все невидящим взглядом.

Ночью я плохо спала, если это вообще можно назвать сном. Легла я рано, но уснуть не получалось. Чувство вины и растущая уверенность, что я сделала неверный выбор, гнали сон прочь. И я лежала, уставившись в темноту и слушая тишину, и гоняла по кругу одни и те же мысли, пока часы на прикроватной тумбе отсчитывали час, два, три ночи.

Мысли мои крутились вокруг разговора с Матвеем. Я прокручивала в голове каждое его слово, каждую фразу — такие честные и открытые, — и свое вранье в ответ… и сгорала от стыда.

Да, я боялась сказать правду. Боялась, потому что не знала, как он воспримет. Точнее, была уверена, что ему не понравится моя работа с бывшим мужем, но не подумала о том, что еще меньше ему понравится, если он узнает, что я лгала ему.

Лгала в глаза, чтобы скрыть это вынужденное общение с бывшим. В этом я тоже не сомневаюсь.

И я корила себя за то, что выбрала лгать, а не признаться во всем. Он ведь дал мне шанс. Он просил не скрывать от него ничего, но я промолчала. И пожалела о своем решении сразу, как только он ушел.

Потому что я точно не готова потерять Матвея из-за Красилова. А если я буду лгать, потеряю точно.

И я не могу этого допустить. Никакая работа и дурацкое портфолио не стоят того, чтобы Матвей разочаровался во мне и расстался со мной. Не стоят. Ничего в мире этого не стоит.

И я решилась — я не хочу и не могу больше его обманывать, не хочу рисковать нашими отношениями. Я сегодня же ему все расскажу.

Поеду к нему сама и признаюсь. Объясню все. И почему не смогла отказаться от этой работы, и почему не сказала ему все сразу.

Мне по-прежнему страшно, что он не поймет, но сейчас шансов на это гораздо больше, чем если он узнает позже. И не от меня.

А я не могу быть уверена в Красилове. Он способен на любую подлость, и рассказать все Матвею, рассорить нас — это то, на что он пойдет влегкую, если увидит для себя в этом выгоду. Я должна опередить его.

И очень хочу верить, что Матвей все поймет правильно. Что он не станет наказывать меня за честность. Он же Матвей. Лучший из мужчин, которых я встречала. Он должен понять.

Потому что если нет… я не знаю, что тогда будет со мной. И как я это переживу. Но точно знаю одно: я не позволю Руслану еще раз разрушить мою жизнь.

Он однажды это уже сделал — разворошил все внутри, оставил после себя разрозненные осколки, пустоту и боль, из которых я собирала себя по частям заново. Хватит.

Я больше не собираюсь страдать из-за него. Ни одной минуты, ни секунды. Таких ночей, как сегодняшняя, у меня из-за него больше не будет!

Даже если он снова припрется на съемку, я справлюсь. Его присутствие меня больше не собьет. Не затронет.

Сегодня съемка в другой кофейне — по концепции, мы снимаем в разных филиалах, блюда разных шефов, чтобы сохранить индивидуальность подачи. Сегодняшняя точка просторнее, светлее, и съемка будет прямо в зале. До открытия — в основном, а после — в отдельной нише за декоративной перегородкой.

Я вхожу, осматриваюсь и мне нравится место. Нравится панорамное стекло, за которым снуют туда-сюда прохожие, они могут стать отличным живым фоном. Смазанным — как я люблю. Все должно получиться красиво.

— Как тебе твоя сегодняшняя студия?

Красилов, конечно, тут как тут.

Я не замираю. Не дергаюсь. Спокойно оборачиваюсь и встречаю его равнодушным взглядом.

— Прекрасная, — отвечаю ровно. — Пока я готовлюсь, распорядись, чтобы начали выносить десерты. Я хочу сегодня закончить пораньше.

Не дожидаясь ответа, принимаюсь за свою подготовительную рутину.

— Куда-то торопишься? — голос звучит небрежно, но с подтекстом.

— Тебя это как-то касается? — отбиваю я, не поворачивая головы.

Когда приносят десерты, съемочный уголок уже готов. Свет ложится как надо, я оформила несколько фоновых композиций — пастельные, глянцевые, фактурные, с бликами. Красота.

Я беру первый муссовый десерт в яркой глазури и начинаю снимать.

Полностью включаюсь в процесс, абстрагируюсь от внешних раздражителей.

Все. Больше я не вижу и не слышу Красилова. Он для меня просто фон.

Как белый стул у стола. Как выключатель на стене. Как прохожие. Такой же безликий и размытый.

Работа идет ровно. Почти идеально. Каждый кадр как мазок кистью. Смена угла съемки, и композиция начинает дышать. Я довольна, и настроение понемногу выравнивается.

Руслан не вмешивается в работу, не отпускает ни замечаний, ни комментариев. Даже взглядов его на себе почти не чувствую. Словно он оставил свои бредовые идеи. Или делает вид — мне все равно.

Я в кадре. Я в процессе. Я в себе.

Выбирая лучший ракурс для фотографирования шоколадного фондана с карамельным сердцем в разрезе, я присаживаюсь, опуская объектив ниже уровня тарелки, ловлю его отражение в ее глянцевом дне, щелкаю затвором, и вдруг слышу резкий хлопок двери. И тут же громкий, кажущийся знакомым, голос требовательно спрашивает:

— Где он?!

Инстинктивно поворачиваю голову на звук и вижу ее — Красиловскую массажистку.

В зале все замерли. Все — и бариста, и официанты, и даже посетители, которых утром, к счастью, не много.

Она тоже вертит головой, видит меня и несется в мою сторону. И глаза ее мечут молнии.

Я медленно выпрямляюсь и опускаю камеру.

Ой, что сейчас будет…