Искра в тенях

Глава 1

Я падала во тьме. Она обволакивала меня, густая, как смола, липла к коже, заполняла лёгкие, и с каждым мгновением становилось тяжелее дышать. Где-то внизу пульсировало багрово-фиолетовое сияние – не свет, а скорее противосвет, неестественный выворачивающий всё наизнанку. Казалось, что падаю в черном, узком туннеле...

Кричать было бесполезно – голос растворялся в этом мраке, словно его высасывали из горла.

Внезапно стены туннеля раздвинулись, и я оказалась перед гигантским чёрным камнем. Его поверхность была неестественно гладкой, будто отполированной тысячами рук, а по бокам мерцали странные символы – то ли письмена, то ли шрамы. Они пульсировали в такт моему сердцу, ускоряясь, замедляясь… как будто слушали. Он был огромен - я падала и падала на него, но он только рос и заполнял все передо мной.

Откуда-то снизу донёсся шёпот.

Не голос, а словно тысяча шёпотов, сплетённых воедино - то ли из-под земли, то ли из самой тьмы

— Алекс... Избранный... Иди ко мне... Я вижу тебя…

Камень заколебался, и его поверхность поплыла, превращаясь в вязкую пасть. Из глубины потянулись тонкие темные выросты - живые тени; они не торопясь оплетали мои ноги, грудь, руки. сдавили горло... В глазах поплыли яркие радужные искры, с каждой секундой их становилось все больше, грудь горела в попытке вдоха.

Я рванулась прочь, но тьма сжалась, как удав. Шепот в голове победно взвыл:

— Нашла тебя! — яркий свет в глазах стал нестерпимым и я закричала.

Лучи утреннего летнего солнца, пробиваясь сквозь прозрачные тюлевые занавески, падали прямо на мое лицо.

Я дернулась на кровати, сердце колотилось так, будто пыталось вырваться из груди. Во рту стоял привкус меди – прикусила язык? Или…

Пальцы дрожали, когда я провела ими по лицу. Холодный пот.

— Это просто сон, просто сон, — твердила я как мантру, массируя виски, но легче не становилось.

Этот сон, нет скорее видения - приходили уже неделю. Каждую ночь.

И с каждым разом камень становился ближе, а шёпот – громче. Сегодня я, наконец, услышала слова... Хотя лучше бы их не слышать и вовсе...

Я сжала кулаки, пытаясь загнать страх куда подальше. "Это просто кошмары. Стресс. Переутомление. Всё объяснимо."

Но тогда почему на запястье остался синяк – ровный, как от чьих-то пальцев? Я моргнула и синяк исчез. Дожила до глюков...

Резкий звонок разрезал тишину.

Я вздрогнула, как от удара.

На экране телефона – «Сашка-придурок».

— Ну чего тебе? — буркнула я, прижимая трубку к уху.

— Ты еще спишь или уже проснулась? — в трубке звенел возбужденный голос, — Витька в беде!

Остатки сна разом слетели с меня:

— Что случилось?

— Помнишь холм в лесу, где мы шарахались неделю назад? Ты еще там такой здоровенный синяк на жопе посадила...

— Напоминать не надо, — проворчала я, — Ближе к делу, что с Витькой?

— Он со своим металлоискателем поперся клады искать... И провалился под землю. Хорошо не убился на хрен и телефон не разбил! Минут двадцать назад дозвонился до Лехи, а тот мне и Валерке. Погнали с нами!

— Ладно. Сейчас соберусь.

Я потянулась к шкафу, размышляя, что надеть на подземную экспедицию. Остановилась на потертых джинсах и свободной футболке - практично, хоть и не слишком красиво. Да и по фигу - мальчишки все свои. В рюкзак запихнула фонарик, бутылку воды и ветровку, мало ли.

Родители еще неделю назад уехали в другой город по делам, так что мы с братом были предоставлены сами себе - чай не маленькие, отучились первый курс в институте, так что на каникулах в своем родном поселке вряд ли пропадем.

На улице пахло нагретой землей и скошенной травой. Где-то далеко за лесом гремел гром, но здесь солнце палило нещадно, обещая еще один знойный день.

Брат уже ждал у подъезда, нервно переминаясь с ноги на ногу. Наши общие черты всегда бросались в глаза — одинаковые медные волосы с рыжими бликами (которые я тщательно укладывала в локоны, а он оставлял в беспорядке), одинаковые зелёные глаза с золотистыми искорками. Только взгляд у него был насмешливее, а улыбка — чуть острее. Но если мои эмоции всегда читались как открытая книга, то Сашка все свои мысли и переживания мастерски прятал за шутками или просто улыбался. В восемнадцать он перерос меня на полголовы, и его черты стали резче, мужественнее… но когда мы стояли рядом, люди всё равно безошибочно угадывали: мы - одно целое. Мы с Сашкой были близнецами, не столько внешне, сколь по духу. Он - моя противоположность и продолжение одновременно. Если я машинально поправляла прядь, он через секунду делал то же самое. Если ему становилось тревожно, у меня сжималось горло, даже если мы были в разных концах города. Иногда мы заканчивали фразы друг за друга или делали что-то абсолютно синхронно вызывая восхищение и удивление у окружающих.

Если его небрежная харизма притягивала внимание, то моя утончённость тоже не оставалась незамеченной - правда, я частенько смущалась, когда парни задерживали на мне взгляд, тогда как он лишь усмехался в ответ на восхищённые вздохи девчонок.

Нас даже звали почти одинаково: Александр и Александра, что постоянно вызывало путаницу. Поэтому друзья звали меня Сашенькой или Шурой, а брата - Сашкой или просто Алексом.

— Ну наконец-то! — он схватил меня за руку и потащил за собой, — Ребята ушли вперед. Давай, ходу!

— Постой! Ты чего в такую рань где-то шляешься? Опять ночь не спал? — я уперла руки в бока и окинула его суровым взглядом: под глазами брата залегли темные круги, лицо было бледное - точно не спал.

Сашка помялся не много:

— Да... Знаешь... Кошмары замучили... — он отвернулся от меня, на миг мне почудилось, что его тень внезапно дернулась... Я присмотрелась - нет, показалось... — Да ты сама знаешь... До сих пор в ушах тот шепот...

Тут он прав - мы чувствовали страхи друг друга и понимали...

****

Дорога до загадочного холма не заняла у нас слишком много времени - мы часто бегали в лес по грибы и на пикнички, так что хорошо знали все тропки и полянки.

Глава 2

Весь мир сузился до одной быстро надвигающейся каменной руки - я видела все ее трещинки и неровности. Еще пара мгновений и она раздавит меня!

«Вот и все» - промелькнула мысль и я в ужасе закрыла глаза, гадая успею ли почувствовать что-нибудь перед смертью...

Но секунды шли, сливаясь в минуты и ничего не происходило... Я открыла глаза - рука каменного гиганта застыла прямо передо мной. В его каменных ладонях были зажаты два черных кулона в виде капель на серебристых цепочках.

Подвеска на моей правой руке рассыпалась в пыль - я медленно пропустила ее сквозь пальцы, и осторожно разжала руку брата.

Каменный гигант что-то произнёс, но звуки были бессмысленными - странные гортанные слоги, не складывающиеся в слова. Он нетерпеливо встряхнул кулоны.

Я автоматически взяла их.

— Что...— начала я и вдруг осознала, что теперь понимаю его речь.

— Вы понимаете меня, —прозвучал глухой голос Стража, — Эти артефакты позволят вам слышать и быть услышанными в Межмирье. Я Страж и Привратник. Я встречаю новоприбывших. Я охраняю от сил Зла.

Рядом заворочался брат. Он сел удивленно рассматривая гиганта. Я молча вручила ему кулон. Секунду поколебавшись, он взял артефакт и решительно надел его на шею. Я зажала кулон в кулаке, ощущая его странное тепло. Камень казался живым - пульсировал в такт моему сердцебиению.

— Этот артефакт - больше, чем переводчик, — голос Стража звучал теперь прямо в моей голове, —Он будет расти вместе с вашей силой.

— Где мы? — достаточно спокойно, учитывая обстоятельства, спросил мой брат. Сама я была на грани паники или истерики.

— Это Межмирье. Место где нет времени. Место где нет пространства в том виде, как вы привыкли, но есть место бесконечности. Бесконечные возможности для познания. Место где есть магия.

— Как нам вернуться обратно, в наш мир? — я постаралась что бы мой голос не дрожал.

— Дорогу назад вы найдете сами, после обучения. Раз вы попали сюда, ваша судьба дальше зависит только от вас самих. Вас ждет Университет. Идите же теперь.

— Куда? Везде туман и ни черта не видно за ним!!! — я пару раз обернулась вокруг себя, но кроме серой пелены ничего не видела.

— Загляни в себя, почувствуй это место, — гулкий голос Стража вызвал волны странного чувства, поднимавшиеся из глубин моей души.

Из груди, по рукам и в голову, протянулись электрические струны, на кончиках пальцев заиграли маленькие разноцветные огоньки.

— Что это? — я бросила удивленный взгляд на брата: контуры его тела, казалось, размазались, легкая черная дымка окутывала его.

— Это магия. В вашем мире ее практически не осталось. Вы носители последних ее капель, а здесь она пробуждается.

Сашка сделал несколько движений руками, черная дымка вытягивалась спиралями, свивалась в жгуты и тянулась вслед. Брат, казалось, забавлялся этой игрой.

— Направление здесь не важно - важно настрой и сила воображения. Важно как мы захотим дойти, верно? — вдруг сказал он

— Верно. Ты понимаешь это место, — в бесплотном голосе Стража чувствовалось удовлетворение.

— Что ты хочешь этим сказать? — я не понимала Сашку.

— Просто сосредоточься на мысли что тебе надо в Университет. Неважно что это и как выглядит. Подумай о самой концепции - место где бесконечные знания и начало дороги домой. Если хочешь закрой глаза, будет легче. Одень подвеску на шею. Так. А теперь дай мне руку, — голос брата был спокоен, я расслабилась и сосредоточилась, — Хорошо, а теперь делаем шаг. Еще один. И еще... А теперь можешь смотреть...

Я открыла глаза и застыла от изумления. Туман рассеялся, и перед нами раскинулся... лес где мы играли в детстве. Только теперь он казался каким-то нереальным - цвета были слишком яркими, а воздух мерцал, словно сквозь жаркое марево.

— Невозможно, —прошептала я, чувствуя, как подвеска на моей шее становится теплее.

— Не верь, тому что видишь,—тихо ответил Сашка, сжимая мою руку, — Мы не дома. Это не наш лес... Но он взял форму из наших воспоминаний. Межмирье отвечает на наши мысли.

Мы сделали несколько шагов по знакомой и одновременно чужой тропинке, и тут я заметила различия. Деревья здесь росли в невозможных направлениях - некоторые стволы закручивались в спирали, ветки других гнулись дугой и стремились к земле, а не вверх, к солнцу. Кое-где ветви врастали в землю, словно корни. В лужах вместо нас отражались чужие силуэты, извращенные магией этого мира.

— Не смотри в воду, — предупредил брат, но было поздно. Одно из отражений улыбнулось мне и помахало рукой, хотя я точно не двигалась.

— Это как наш мир, но... испорченный, — сказала я, когда мы обходили дерево с серебряными листьями, мелодично звенящими на ветру.

Сашка остановился у странного камня, покрытого то ли пятнами ледяных узоров, то ли почти стершимися рунами.

— Нет. Это мир, где всё возможно. Как в тех сказках... "Направо пойдешь — голову потеряешь, налево - судьбу найдешь", — Сашка стукнул кулаком по камню, и символы вспыхнули синим, — Вот и наш "камень у развилки".

Сероватая мгла вновь стала заволакивать все вокруг, мы шли практически на ощупь, очень медленно. Внезапно пелена тумана раздалась в стороны и перед нами открылись высокие, каменные стены. Вокруг них бежала узкая полоска земли покрытой чахлой, иссохшей травой. Мы стояли напротив огромных ворот.

Наши подвески вспыхнули синим светом, и гигантские створки медленно распахнулись... Перед нами лежал темный проход манивший нас. Мы разом шагнули в загадочную тьму и ворота закрылись за нашими спинами. Миг темноты, а затем на полу и стенах засветились небольшие огоньки. Они вспышками сопровождали нас. Идя за ними мы вскоре вышли на небольшую площадь. Ее окружали здания с весьма странной геометрией - некоторые ничем не отличались от дворцовых построек, которые мы видели в нашем мире, но некоторые были изогнуты под невообразимыми углами, закручены в спирали, а одна башня вообще, казалось, постепенно растворялась в воздухе.

Глава 3

Третья попытка «романтического» жеста от Зефа закончилась тем, что его рубиновые розы взорвались, осыпав меня лепестками... которые тут же превратились в изумрудных жуков с надписью «Будь моей» на спинках.

Я пригвоздила одного жука вилкой к столу, наблюдая, как Сашка, не отрываясь от древнего фолианта, ловил остальных и запускал обратно в лицо незадачливому ухажеру. Тень брата цепко держала Зефа, не давая ему убежать или уклониться.

— В нашем мире, — брат перевернул тяжелую страницу с таким хрустом, будто ломал кости, — женихи сначала спрашивают разрешения. А не подкидывают даме энтомологическую коллекцию. Учитесь манерам у Эйса.

Тень вышвырнула Зефа за дверь, громко хлопнув ею... но через секунду принесла оброненный им перстень с гербом - воющая голова волка, на кроваво-красном фоне.

— Фу-у-х... — брат швырнул перстень в ящик стола, — Ну и выбираешь себе поклонников, сестрёнка: один - робкий иллюзионист, второй - наглый аристократишка, чьи «чувства» так же фальшивы как его «розы»...

— А третий - зануда, который и тени проверяет на вшивость! — отпарировала я и швырнула в него жуком. Брат ловко перехватил его в полете.

Наша перепалка оборвалась, когда насекомое вырвалось из руки Сашки и вывело огненными буквами:
«Мой отец одобрил наш союз».

Пальцы брата быстро схватили жука — тени поползли по его руке, как щупальца темного спрута.

— Союз, — ледяным голосом прошептал он, и золотой панцирь жука рассыпался черным пеплом.

Внезапно пепел медленно закружился спиралью и превратился в ледяную лилию аккуратно легшую на стол.

Сашка поднял цветок и внимательно вгляделся в изящные узоры на лепестках - в последнее время я часто находила такие цветы в своей сумке после занятий.

— Так-так-так... И кто же автор этого «чуда»? — произнес брат - его Тень метнулась за дверь. Раздался грохот упавших книг и в комнату, от толчка, влетел Эйс застенчивый, долговязый, светловолосый парень, с оттопыренными розовыми ушами.

— А вот и второй поклонник... — Сашка медленно обвёл парня взглядом, пока Тень за его спиной сжималась в воздухе в подобие удавки,— Только что приводил вас в пример как образец манер, а вы... подслушиваете? Или вы хотите стать одной из моих Теней?

Эйс резко махнул рукой - тень брата бессильно упала на свое место у его ног. Сашка приподнял бровь: такого ещё никто не делал.

— Я не подслушивал, — Голос Эйса звучал тихо, но без дрожи. — Понимаете...Зеф и я... мы из одного мира. Из одного королевства.

Он разжал правую ладонь - на ней проступил шрам от ожога в форме короны, явно старый.

— Его отец - правая рука короля. А сам он с пелёнок уверен, что престол уже его, — Эйс бросил взгляд на дверь, где исчез Зеф, — Когда выяснилось, что у него есть магия... он сжёг половину нашего квартала, просто так «от радости». Ваша сестра для него - просто... новый трофей. Он жесток, очень жесток... Я испугался за вашу сестру...

— А для Вас? — брат не спускал глаз с Эйса, — Для вас она кто? Кем были вы?

— Разве важно, кем я был там! — резко оборвал его Эйс. Он расправил плечи, руки сжались в кулаки, его голос теперь был громким, в нем чувствовалась сталь, — Разве важно кем я был ТАМ? Важно кто я здесь!!!

— Вы правы... Вы абсолютно правы... — брат внезапно смягчился, откинувшись на спинку стула, — Просто в нашем мире рабство отменили... о, лет триста назад.

Эйс непроизвольно дернулся и прижал сжатую в кулак правую руку к груди.

Я подошла к нему, осторожно взяла за прижатую к груди руку и мягко раскрыла его ладонь.

— Я не обещаю, что приму предложение руки сердца, если такое будет, — мои пальцы скользнули по шраму-короне, оставляя следы из воды, — Но дружбу - да. И клянусь: теперь никто не назовёт тебя рабом.

Я убрала свою руку. Эйс посмотрел на нее: небольшие капельки воды быстро скатились на пол унося последние следы позорного клейма.

Сашка щёлкнул пальцами - и Тень принесла три чашки дымящегося шоколада. Брат взял одну себе и, глядя поверх чашки широко улыбнулся Эйсу:

— С голубого ручейка начинается река... Ну а дружба начинается с улыбки! - слегка нараспев произнес Сашка, подмигнув мне одним глазом.

После этого Эйс стал нашим постоянным спутником и другом. Если моего брата не было рядом, он ревностно охранял меня, старался и близко не подпускать Зефа. Последний пару раз порывался высказать мне какая я дура, раз отказываюсь от его внимания. Сашка выбрал момент и поговорил с ним с глазу на глаз, «по-мужски». После этой беседы Зеф появился с порезом вдоль всей щеки, будто кто-то провел очень острым лезвием. Края раны были покрыты изморозью.

Юная кристалломантка Войга, которую Зеф «назначил» в новые фаворитки, пыталась убрать этот порез своими кристаллами, но без успеха - он так и остался обезображивающим шрамом.

Мы уже хорошо обжились в этом мире и приняли его правила. Это было видно даже по нашей одежде теперь мы походили на реконструкторов - кожаные сапоги до колен, белые рубахи с широкими, раздутыми рукавами у плечей, жилеты, ремни, поясные сумки и прочие атрибуты. Сашка по-началу смеялся, что мы могли бы сойти за юнг парусного флота.

Эйс стал для нас настоящим спасением. После изматывающих занятий, когда я едва волочила ноги, его появление словно вливало в меня новые силы. Вместо того чтобы падать без сознания на кровать, я теперь с удовольствием бродила с ним по Университету.

Но самое удивительное - его влияние на Сашку. Магия Теней буквально высасывала из брата жизнь - он стал более отстраненным, в его поведении появилась холодность, а лицо заливала неестественная бледность. Казалось он медленно тает и исчезает. И все чаще после занятий брат уходил весь покрытый голубоватыми морозными узорами.

И как раз в это время появился Эйс.

Его привычка рассеянно теребить рукав и растрепанные волосы стали привычной частью нас. Он всегда одевался в неброскую одежду и застенчиво улыбался.

С его приходом Сашка словно ожил. Краски вернулись к его щекам, тени под глазами исчезли. Мы даже устраивали представления - я создавала водяные скульптуры, Эйс наполнял их золотистым светом, а Сашка... мой брат творил нечто удивительное. Его тени оживали, танцевали между струями воды, создавая потрясающие картины. Другие ученики собирались посмотреть на это, а после мы сидели вместе, рассказывая о своих мирах.

Глава 4

С того времени, когда он сказал "Я Алекс", что-то сломалось между нами.

Я больше не видела его улыбки - только холодную сосредоточенность, когда он тренировался с кинжалами на площадке. В последнее время он просто помешался на бое клинками! Даже присутствие Эйса, ранее так положительно сказывающиеся на брате, теперь не могло разрушить эту отчужденность.

Магистр Ярвин молча наблюдал за тренировками Сашки и его тень была слишком густой для рассеянного света Межмирья. Иногда мне казалось, что она шевелится когда никто не смотрит. Мастер Ярвин заставлял брата использовать магию Теней во время тренировок — его тени могли отвлекать, укутывать тьмой противника или служили порталами для перемещения - он выныривал из них, наносил удар и снова скрывался во тьме.

В этот раз я сидела в саду - единственном месте, где трава оставалась живой. Межмирье высасывало из растений соки за часы, но здесь... Здесь земля дышала. Я сняла обувь, вдавила пальцы ног в мягкий зелёный ковёр и закрыла глаза. Фолиант шумно шлёпнулся на землю, страницы веером распахнулись.

— Опять за ним подсматриваешь, — Эйс плюхнулся рядом, потирая синяк от вчерашнего спарринга. Сашка иногда уговаривал его на небольшую «дружескую» дуэль, но обычно для Эйса это кончалось сильными ушибами и ссадинами. Магия Воды легко их исцеляла, но меня больше беспокоил взгляд брата, которым он провожал побежденного друга - взгляд был как у хищника: пронзительный, алчущий крови. И мышцы на руках брата непроизвольно подергивались, как будто мысленно он уже вонзал клинки в теплое тело, сдерживал агонию умирающего.

Я не ответила. Вместо этого прислушалась к легкому, теплому шепоту под ногами. Магия Земли, медленно текла ко мне.

Резкий лязг металла заставил меня вздрогнуть.

Сашка отрабатывал удары с манекеном - но это уже не было тренировкой. Он рубил деревянное тело, как мясник, а не воин. Его тень рвалась из стороны в сторону, не успевая за движениями.

— Он снова... не останавливается, — прошептал Эйс.

Я сглотнула. В прошлый раз, когда брат вошёл в это состояние, ему потребовалось десять минут, чтобы прийти в себя - и он чуть не убил Эйса!

— К чёрту! — Эйс вскочил, — Надо его остановить! Эта магия его убивает!!!

Он рванул вперёд желая остановить друга. Светлый, добрый мальчишка с пустыми руками, против вышедшей из под контроля темной сути, против стали клинков и дубленной кожи тренировочных доспехов - и Сашка мгновенно развернулся к нему.

Я даже не успела крикнуть.

Клинок блеснул у горла Эйса. Он рванулся назад - и рухнул на спину, беспомощно раскинув руки. Брат навис над ним, подняв длинный кинжал. Его глаза были пустыми. Время загустело для меня - я видела, как кончик клинка дернулся начав свой смертоносный путь вниз, прямо к незащищенному телу Эйса.

— Сашка, нет! — от моего крика мир снова ожил

Брат замер. На секунду задержав полет кинжала вниз.

Потом тень за его спиной дёрнулась и вместе с ней рука Сашки - и кинжал полетел в меня.

Я вскинула руки, но знала - не успею.

И тогда земля взорвалась.

Трава взметнулась вверх, плотной, изумрудно-зеленой волной, сплетаясь в плотный щит. Корни свились клубками, как змеи, и кинжал застыл в паутине из трав — в сантиметре от глаз. На сверкающих откосах лезвия метались темные сгустки.

От ступней вверх, в колени и по ним прямо в живот - пробежало тепло, ступням стало щекотно, как от прикосновения травинок к коже, когда ветер играет ими на солнечном лугу. Я посмотрела вниз:

Зелёные узоры нежные, как весенние ростки, расцвели на моих лодыжках. Трава вокруг вспыхнула синими колокольчиками, которых тут никогда не было.

Брат стоял неподвижно, его тень сжалась до обычных размеров.

— Что... что это? — прошептал Эйс.

Я не знала. Но земля шептала под ногами - и я почти понимала её.

Мастер Лейра появилась внезапно - будто возникла из воздуха.

— Интересно, — она наклонилась, касаясь увядающих цветов, — Межмирье не терпит жизни. Но для тебя сделало исключение.

Сашка молча подошёл, вырвал кинжал из зелёного щита. Его пальцы дрожали.

— Ты... — он посмотрел на меня, и в его глазах мелькнуло что-то знакомое. Старое, — Ты в порядке?

Это был мой брат. На секунду.

Потом тень скользнула по его лицу - и он резко развернулся, уходя без слов. Мастер Ярвин, до этого молча и неподвижно стоявший в стороне, взмахнул рукой возвращая манекены в начальную позицию и сказал хриплым голосом:

— Плохо, недостаточно быстро... Еще раз... — клинки брата снова зазвенели на площадке.

***

Последствия этого происшествия были удручающими: Эйс стал избегать Сашку. Сначала он искал благовидный предлог, что бы уйти, а потом стал просто молча уходить в сторону. Со мной он по-прежнему был мягок и добр, но страх, посеянный в его сердце, был почти физически ощутим.

Часто я заставала его в библиотеке за изучение старого фолианта, в черной потертой обложке без названия. Каждый раз видя мое приближение Эйс поспешно захлопывал книгу. Я не старалась узнать причину, боясь оттолкнуть или испугать его. Придет время и он сам все расскажет.

Собрания и веселые посиделки тоже прекратились - никто не хотел теперь слушать резкие, холодные комментарии моего брата. При его появлении смех замирал, как огонек свечи задутый резким порывом сквозняка. Но Сашку, казалось, это совсем не трогало. Изредка, наедине со мной он немного оттаивал и проскальзывали его прежние черты - в такие моменты я старалась расшевелить его. Я вспоминала наши общие веселые происшествия, пыталась увлечь его веселой возней, как когда-то в детстве. Пару раз это сработало.

Я возвращалась с занятия от Мастера Дэриона - иллюзии мне не давались от слова совсем, но, по уверениям Дэриона, мне все равно следовало их изучать. Во-первых это тренирует силу воли, а значит в реальном мире я буду сильнее и выносливее в магии, а во-вторых знать и чувствовать истоки чужой магии - это половина успешной защиты от нее.

Глава 5

Войга, как и обещала, пришла позже - радостная, возбужденная и притащила с собой несколько древних потрепанных книг. Они пахли плесенью и старыми заклинаниями, от них исходила аура древних сил.

— А как ты Зефу объяснишь свое отсутствие? — осторожно спросила я.

— О! Зеф сейчас пишет план Большой Кампании - его сейчас ничем не отвлечь, как минимум пару часов, — в голосе Войги сквозила обида, — Я ему сказала, что пойду в библиотеку, а он просто отмахнулся от меня. Даже головы не поднял...

— Тогда не будем терять времени.

Я положила артефакт на столик. Он определенно стал теплее и прожилки на его поверхности теперь светились мягким сиренево-фиолетовым светом.

— Что ты с ним сделала? — Войга сразу увидела изменения

— Ничего. Он просто лежал у меня в сумке...

— Ладно... Тогда расскажи как ты его нашла и где? — Войга внимательно выслушала мой рассказ. С задумчивым видом перебрала свои книги, достала одну и, после небольшого поиска, открыла нужную ей страницу, — Значит арка... Тогда перед нами действительно «брат» или «сестра» артефакта Сердце Университета. Когда-то этот камень был связан с душой мага и был островком реальности в непостоянном море Межмирья...

— Дэриан говорил как-то про такие камни, — вспомнила я самые первые уроки.

В дверь осторожно постучали и вошел Эйс.

Войга поморщилась, но ничего не сказала.

— Хорошо. Мы выяснили что это. Но почему он изменяется? Он пробуждается или так и должно быть? — у меня была целая куча вопросов.

— Не знаю, — Войга смотрела на артефакт, — Но я могу попробовать спросить его...

— А ты так можешь? — восхищенно выдохнул Эйс

Войга скромно кивнула и прикоснулась рукой к камню. Ее глаза, широко открытые, постепенно затягивало фиолетовой дымкой - она закручивалась в спирали, повторяя узоры магического камня. Губы Войги шевелились, но звука не было - словно она вела безмолвный диалог.

Прожилки на артефакте на миг стали ярче, контуры его слегка расплылись и одновременно с этим все предметы в комнате и, даже часть ближайшей стены, на один удар сердца стали полупрозрачными.

Войга, стряхивая с себя остатка транса, убрала руку.

— Он готов пробудится, только ему надо набраться сил. Нужно больше места, простор. Мы же не хотим что бы ты осталась без комнаты, — она лукаво посмотрела на меня, склонив голову.

— Ты все-таки хочешь отнести его в лабораторию? Это исключено, — решительно отказала я.

— Нет, но нужно найти место где будет мало стен - вы сами наверно почувствовали как он может повлиять на созданную реальность...

— У меня есть одна идея, — медленно произнесла я, пристально глядя в глаза ей, — Но есть одна просьба...

Войга колебалась: глаза выдавали ее внутреннюю борьбу. Она закусила губу. Быстрый взгляд на дверь и сразу на артефакт. Она глубоко вдохнула:

— Говори... Какая?

— Мой брат... он теряет себя. Каждый день Тени забирают его частичку. Без родного мира он умрёт. Ты можешь вырастить для нас кристалл-портал? Взамен я отдам тебе артефакт - навсегда.

Войга надолго задумалась. Ее взгляд метался между мной, Эйсом и артефактом.

— Я могу сделать такой кристалл для вас. Если вы исчезните отсюда, думаю Зеф будет только рад, — на ее лице появилась легкая улыбка, — Но для этого потребуется немного крови: твоей и брата. Это нужно для настройки портала на ваш мир.

— Хорошо, я согласна. Это все условия? — я в упор смотрела на Войгу.

— Я сделаю маленький кристалл - семя, а вырастить его - будет ваша забота. Как это сделать, я расскажу.

— Хорошо. Как только он у нас будет, я отдам тебе артефакт.

— Договорились, — Войга протянула мне свою маленькую, изящную руку, — Ты сказала, что знаешь просторное местечко. Где оно?

— Это небольшой садик около тренировочной площадки моего брата. Знаешь его?

— Нет. Но звучит неплохо, а если твой брат там часто бывает, то Зеф туда не сунется... Ладно, я побегу за нужными вещами, скоро буду...

Мы договорились встретиться около ворот в Университет и оттуда проведем Войгу к садику. Напоследок она ткнула мой палец острием стилета и набрала в фиал несколько капель крови.

Когда за Войгой закрылась дверь, Эйс очень серьезно посмотрел на меня.

— Ты добровольно отдала ей свою кровь... Ты доверяешь ей? А если она сдаст нас Зефу? Или намудрит что-то с кристаллом?

Я сжала в руках артефакт, он был очень теплым и от него исходила легкая пульсация, казалось что держу в руках живое сердце. Фиолетовые прожилки вспыхивали в такт этому биению энергии.

— У нас нет выбора... В моем мире говорят: «Пан или пропал»... Она очень хочет получить артефакт, это желание перевесит все остальное, я так думаю. Так что да. Пока я ей верю, — я задумчиво опустилась на край кровати, — Она производит впечатление хорошей девушки. Очень жаль, что Зеф так сильно влияет на нее...

Мы встретили Войгу у ворот. Она несла свёрток с инструментами и маленький, мутный кристалл, похожий на кусок весеннего, посеревшего льда.

— Где Алекс? — спросила она, озираясь.

— На тренировочной площадке.

Мы шли быстро, прячась в тени колонн. Каждый шорох заставлял меня оборачиваться - вдруг Зеф? Или Мастера?

Вскоре мы услышали брата - он неистово рубился с оживленными манекенами.

Завидя нас, он коротко отсалютовал левой рукой с кинжалом и продолжил тренировку.

Мы расположились в центре садика, я испытала легкое дежавю - вспомнилась серебро летящей в меня стали... Этот клинок я запомнила на всю жизнь...

Тряхнув головой, я пошла к брату.

— Сашка...

— Я - Алекс, — резко оборвал меня брат, двигаясь в рваном ритме боя без остановки.

— А... Алекс, ты нужен мне...

Его движения были странными: то он дергался, как марионетка в руках у кукловода, то становились обманчиво текучими, неспешными, с внезапным переходом в шквал сокрушительных ударов.

— Алекс!!! — крикнула я, — Немедленно повернись ко мне!!!

Глава 6

Реальный мир оглушил нас: краски, свет, звуки, движения воздуха - все это яркое, сочное, живое. В Межмирье мы отвыкли от реальности. Мы стояли по середине большой площади. Люди столпились вокруг нас, громко обсуждая наше появление. Полуденное солнце ярко светило с голубого неба, дома окружали площадь высокой стеной. Город пах выпечкой, конским навозом и чем-то неуловимо родным - чего не было в Межмирье.

Зеф, стоя чуть в стороне от нас, в гордой позе поджидал стражников, что решительно пробивались через толпу.

Я мысленно потянулась нащупывая вокруг себя стихи и была неприятно удивлена насколько слабый отклик получила. Магия была, но ее было очень мало - придется заново учиться обращаться с такими скудными силами. Сашка встряхнувшись, стоял слегка наклонив голову, как будто прислушивался к чему. Было видно, что ему крайне неуютно. Тень под его ногами была короткой и не жила собственной жизнью.

Зеф со стражниками подошел к нам.

— Пошли, хватит отвлекать горожан, — он толкнул нас к стражникам. Они быстро отобрали у Сашки оружие и толчками рукоятей мечей, указали куда идти. Зеф хищно смотрел на нас.

Мы долго шли через город в сторону замка. Горожане бросали свои дела и долго провожали взглядами нашу процессию. И не удивительно: с ног до головы мы были покрыты пеплом и чужой кровью, одежды порваны в бою.

Солнце такое ласковое поначалу, теперь нещадно жгло кожу, мучила жажда. Наконец мы вошли в густую тень замковых стен.

Нас провели по подъемному мосту, под огромную железную решетку, висящую высоко над головой, и передали под надзор дворцовой стражи стоящей двумя ровными рядами сразу за входом на территорию замка.

— Стойте здесь, — бросил Зеф и прошел меж рядов салютовавших ему стражников.

Я посмотрела на свои руки - отметки магии стихий были еле видны. Я перевела взгляд на камни под ногами - они были выщерблены и истерты множеством прошедших по ним ног, но между ними легкими, зелеными мазками виднелись травинки и мох. Я потянулась к ним – мир сузился до тонкой зеленой нити. Голову сдавило, как будто чьи-то невидимые пальцы вцепились в виски. Слишком толстая стена между мирами. Но я упрямо проталкивала крохи магии сквозь эту преграду, пока из-под камня не выпрямился хрупкий стебелек с маленьким голубым цветком на конце и по телу растеклась легкая усталость. Я улыбнулась своей небольшой победе и посмотрела на брата.

Он тоже видимо не терял времени даром, но морозные узоры на его коже поблёкли, едва появившись. Сашка резко сжал кулаки – пальцы дрожали от напряжения, эта дрожь эхом отозвалась в моих пальцах. Здесь тени глухи, а магия сочится каплями, — шепнул голос брата у меня в голове. Но его тень всё же дернулась, как плеть – на мгновение став чуть длиннее, чем положено.

Тем временем Зеф вернулся в сопровождении двух мужчин: первым шел плотно сложенный, мужчина с седыми волосами, его лицо было очень похоже на лицо Зефа - тот же хищный изгиб бровей; высокий лоб, но с морщинами власти; те же тонкие губы, сжатые в привычную холодную усмешку. Отец Зефа.... Чуть сзади шел высокий, смуглый человек в яркой мантии; на шее и запястьях были украшения с крупными камнями причудливой огранки, играющие радужными бликами на солнце. От него исходило чувство угрозы. Он подошел к нам и блики от самоцветов попали на нас с братом - я инстинктивно шагнула назад руны Огня и Воды заныли – не болью, но неприятным давлением, будто кто-то провёл ногтем по свежему ушибу. Брат еле слышно зашипел и пошатнулся, там где отблески коснулись кожи появились красные пятна.

— Что с ними? — фыркнул отец Зефа, разглядывая нас.

Зеф увидел нашу реакцию, но истолковал по своему:
— Переход через Межмирье, — скрипнув зубами ответил он, — Они сейчас слабее грудного ребёнка.

— Зачем они тебе? Девчонка еще ладно - можно позабавиться, но ее брат? — отец Зефа бесцеремонно пялился на мою грудь. Гнев и стыд красным бросились мне в голову.

— Рискни тронуть, старый козел! — сквозь зубы процедила я в ответ и меж пальцев вспыхнуло маленькое пламя.

— Горяча девка! Прямо огонь! — расхохотался седовласый мужчина, но смех его оборвался, когда Зеф резко шагнул между нами.

— Отец, хватит.

Губы старика искривились в усмешке, но он отступил, широко раскинув руки - будто давая нам рассмотреть его роскошный камзол, расшитый серебряными волками.

— Знакомься, дикарка. Я - Гордрик ван Дейн. Хозяин этого города и тех, — он кивнул на стражу, — кто сломает вам кости за непослушание.

За его спиной качнулась высокая фигура в переливающейся мантии. Блики от кристаллов вонзились мне в глаза, будто иглы.
— А это, — Зеф впился пальцами в моё плечо, и огненный знак заныл под кожей, — Алрик Вейн. Наш... стильбомант.
Алрик молча склонил голову. Его ногти, отточенные как лезвия, звякнули по украшениям - и его магия, холодная и любопытная, коснулась нас.
Он вплотную подошёл ко мне, и все стихийные отметины на теле вспыхнули под его взглядом. Кончики ногтей прочертили по узору огня, заставив его гореть ярче:
— Хм... Теоглифы... Как необычно... — его пальцы скользнули к водяному знаку, и тот заструился синим, — Фламелла Огня... Азурина Воды... Слабая власть, но все четыре Стихии в одном теле? — губы его искривились в подобии улыбки, —Девочка, да ты полна сюрпризов! Будет забавно тебя изучить...
На руках Сашки проступили ледяные узоры, и от него дохнуло холодом.
— Зеф, ты хоть объяснил им, кто здесь хозяин? — Гордрик явно терял терпение.

Алрик не обращая на него внимания продолжал нас рассматривать.
— Их магия связана, как цепи. Девушка могла бы стать отличным материалом... если укротить. А брат... — Тени Сашки дёрнулись, будто живые. — ...его ноктиолы слабы, но не сломлены. Опасная забава, Зеф.

— Ноктиолы? — прошептала я, глядя на чернеющие прожилки на руках брата. Зеф рассмеялся:
— Ты даже слов таких не знаешь, дикарка. Это не просто тени... а живая сущность тьмы.

Глава 7

Шум толпы, собравшейся на Арене посмотреть на бои, был слышен задолго до того, как мы подошли к самому зданию. В окружении гвардейцев Волчьей Стражи мы следовали через толпу. Лорд Гордрик ехал на лошади впереди всех, надменно поглядывая на простолюдинов. Его телохранители бесцеремонно распихивали толпу. Я почти физически чувствовала напряжение в воздухе. Теоглифы на моих руках иногда вспыхивали, вызывая изумленные возгласы простолюдинов.

У входа в Арену нас встретил мастер Арены Гарт в сопровождении четырех рослых гладиаторов в церемониальной броне.

Нас проводили к нашим местам - первый ряд у самого барьера: отсюда была видна вся Арена. Внизу, всего в четырех метрах от нас, ярко сверкал под лучами предвечернего солнца белоснежный песок. Вокруг, ступеньками вверх уходили ряды для зрителей. Ни одного пустого места, везде движение и мельтешение цветных пятен одежды. Тяжелый гул голосов висел над Ареной.

Едва я успела осмотреться, как ко мне тихо подошла старшая служанка, я уже узнала ее имя - Эльза, и поманила меня.

— Есть традиция: перед боем, даже самому отъявленному преступнику не откажут в свидании с близкими, — она низко склонилась в поклоне, — Я проведу вас, госпожа, если желаете.

Я бросила вопросительный взгляд на Алрика, он утвердительно кивнул и отвернулся.

Эльза повела меня вниз по ступенькам к подвалам, вход туда был украшен резными колоннами и скрыт в тенях.

Я торопливо толкнула тяжелую дверь и сделала несколько шагов в полутьму за ней.

— Сегодня ты увидишь, как твой брат умрет.

Зеф стоял в дверях, позади меня загораживая выход. Его пальцы играли рукоятью кинжала.

— Ты так в этом уверен? – я не отвела взгляда, — Ты ведь помнишь ваш «приватный мужской» разговор в Университете?

Зеф невольно схватился за левую щеку, но поймав мой насмешливый взгляд, резко убрал руку, усмехнулся и отошел в сторону:

— Что ж, посмотрим... Иди к брату... Помни нашу милость, — он сделал небрежный жест, — Но торопись - толпа уже ждет крови.

Эльза подхватила меня под руку и мы помчались вглубь подземелий Арены.

Мы пробежали мимо хорошо освещенных комнат-камер, в которых проводили время перед боями, как мне на ходу объяснила Эльза, свободные воины. Те кто по своей воле стали сражаться на Арене. Здесь было много света, столы уставленные изящными блюдами и фруктами, бутыли вина.

Наконец мы добрались до камеры моего брата - он сидел на каменном полу, на левой скуле разлился красновато-синий кровоподтек.

— Саш..

Он поднял голову, секунду сидел без движения, не в силах поверить своим глазам, а потом одним прыжком оказался у решетки камеры.

— Сестренка... — он взял мои руки в свои, его пальцы были необычно холодными, в неверном свете факелов на них блеснули кристаллики льда. Он с нежностью смотрел на меня, но его глаза были необычными, будто поддернуты маслянистой полупрозрачной пленкой. Он моргнули и наваждение прошло - на меня смотрел мой брат и в глазах его кроме нежности ничего больше не было.

—Не бойся,я справлюсь...

— Зеф... Он жаждет твоей смерти... Ты бы только знал что он за человек... — горло перехватил горький спазм, на глаза навернулись слезы.

Брат посуровел:

— Я знаю, сестренка. Я чувствовал тебя все это время...

— Время... — пронеслось под каменными сводами.

Эльза торопливо потянула меня за рукав. Сашка послал мне воздушный поцелуй и вернулся на место. Изумруд браслета медленно наливался зеленоватым свечением, жег кожу, поторапливая меня. У выхода на арену, я увидела Гарта проверяющего оружие. Его кривая ухмылка стала еще шире при моем приближении.

— Ну что, магичка, готовишься оплакивать щенка? — он бросил взгляд в сторону камеры брата, — Хотя... может, он сегодня станет волчонком. Если выживет.

Я стиснула зубы:

— Вы же дадите ему шанс?

— Ха! – Гарт хлопнул меня по плечу, будто делился секретом, — Первый бой – с палками. Если не сдохнет – получит сталь.

Где-то в глубине коридоров загремели цепи.

— Пора. Беги на трибуны, девчонка.

***

Я сжимала подлокотники на трибуне, ногти впивались в дерево. Внизу, на горячем песке, стоял Сашка – босой, в простых холщовых штанах, с двумя дубовыми палками в руках. Его противник – коренастый парень с перебинтованными кулаками – сжимая палки в руках, нервно переминался с ноги на ногу.

Песок арены уже был обагрен алыми каплями, оставшимися от двух предыдущих боев гладиаторов. Теперь настало время сразится моему брату.

Гонг пробил.

Сашка даже не сдвинулся с места.

Противник рванул вперед с криком и в следующий миг уже лежал на песке, скрючившись от боли. Я едва успела разглядеть движение: два молниеносных удара – в живот и голову.

Тишина. Потом недоуменный ропот трибун.

Сашка медленно подошел к центру арены, поднял голову к нашей ложе... и бросил палки на песок.

— И это вы называете гладиатором?

Его голос, хриплый от долгого молчания, прокатился по арене. Он демонстративно плюнул в сторону Зефа и отвесил глубокий поклон мне.

Лорд Гордрик аж подался вперед, его толстые пальцы с хрустом сжали подлокотники.

– Следующего! Выпускай следующего и дать ему сталь! — прошипел он.

Новый противник вышел с парой изогнутых кинжалов. Сашке бросили те же деревянные палки.

Я видела, как мышцы на его спине напряглись, когда он принял боевую стойку.

Кинжальщик атаковал первым – серия быстрых ударов, но Сашка парировал их с пугающей легкостью. Дерево против стали – и все же...

Щелчок. Одна палка вылетела из руки брата, выбитая коварным и сильным ударом.

Сашка развернулся на пятке и дерево с хрустом врезается в колено противника. А затем сразу второй удар: в горло упавшему кинжальщику.

Тишина.

Потом – рев толпы.

Я посмотрела на Зефа и его отца: Зеф сидел бледный и в ярости кусал себе губы. Его отец, откинувшись назад, внимательно изучал стройную фигуру брата. Теперь он был заинтересован.