Здание «Волков Индастриз» возвышалось над городом подобно стеклянному монолиту, пронзающему утреннее небо. Стоя у подножия этой башни, я чувствовала себя крошечной песчинкой. Внутри всё сжалось — странный коктейль из восторга от карьерного прорыва и липкой, холодной тревоги, которую я никак не могла стряхнуть.
Мир изменился, когда они вышли из тени. Оборотни. Теперь мы жили бок о бок, работали в одних зданиях, ездили в одном метро. Но страх никуда не делся. Он просто стал тише, спрятался за вежливыми улыбками и корпоративной этикой. И вот я здесь, в самом сердце их мира.
Я глубоко вздохнула, поправила лямку сумки и шагнула во вращающиеся двери.
Холл встретил меня прохладой и запахом дорогого кофе, смешанным с чем-то едва уловимым — древесным, диким. Люди сновали туда-сюда с планшетами и папками. На первый взгляд, обычный офис. Но стоило присмотреться, и иллюзия нормальности трещала по швам. Вот мужчина у лифта — его движения были слишком плавными, почти текучими. А девушка на ресепшене, улыбаясь курьеру, на долю секунды сверкнула глазами, цвет которых показался мне неестественно ярким.
— Алина Соколова? — раздался голос сбоку.
Я вздрогнула и обернулась. Ко мне подошел мужчина средних лет, подтянутый, с внимательным, цепким взглядом.
— Да, это я.
— Влад, ваш куратор, — он коротко кивнул, не протягивая руки. — Идёмте. У нас плотный график, а время, как известно, деньги. И не только они.
Я поспешила за ним, стараясь не отставать. Мы лавировали между сотрудниками, и я чувствовала на себе взгляды. Они не были враждебными, скорее... изучающими. Словно хищники принюхивались к новой дичи, случайно забредшей на их территорию. Моя кожа покрылась мурашками, и я плотнее запахнула жакет.
— **Здесь всегда так... оживленно?** — спросила я с улыбкой, стараясь скрыть нервозность в голосе.
Влад на ходу бросил взгляд на переполненный опен-спейс:
— Это ещё затишье перед бурей. Скоро закрытие квартала.
Мы свернули в широкий коридор, и атмосфера резко изменилась. Здесь было тише, свет был приглушенным, теплым. Стены украшали не современные постеры, а старинные фотографии в тяжелых рамах и застекленные ниши с предметами, назначение которых я не сразу поняла.
Я замедлила шаг. Это была не просто галерея — это была история клана. На черно-белых снимках суровые мужчины и женщины стояли на фоне диких лесов. В витринах лежали странные костяные гребни, серебряные чаши и что-то похожее на древние обереги из кожи и клыков.
Один из снимков притянул мой взгляд. Группа людей в старомодных костюмах начала века, а в центре — фигура, излучающая такую властность, что даже через бумагу становилось не по себе. От этих артефактов исходила почти физическая волна силы. Я почувствовала себя чужой, нарушителем, вторгшимся в святилище.
— Впечатляет? — голос Влада вывел меня из транса.
— Пугает, — честно призналась я, тут же пожалев о своей прямоте.
Но Влад лишь усмехнулся, и в этой усмешке не было тепла. Мы двинулись дальше, приближаясь к массивным дверям из темного дуба в конце коридора. От них веяло холодом и какой-то давящей тяжестью. Казалось, воздух вокруг них стал плотнее.
Я невольно замедлила шаг, чувствуя иррациональное желание развернуться и убежать.
— **Вы привыкните,** — голос Влада стал тише, почти шёпотом. — **Главное помните — кое-где лучше не задерживаться.**
Он многозначительно кивнул на темные двери.
— Там кабинет мистера Волкова? — спросила я, понизив голос.
— Там территория, куда вход заказан всем, кроме избранных, — отрезал Влад. — Идемте, ваше рабочее место в другом крыле.
Следующие два часа прошли как в тумане. Инструктажи, пароли, знакомство с бесконечными регламентами. Моя голова гудела. Влад был профессионален, но холоден, и это только усиливало моё чувство одиночества.
— Перерыв десять минут, — наконец смилостивился он. — Кофе-пойнт прямо по коридору, уборная направо.
— Спасибо, — выдохнула я.
Мне нужно было не кофе, а просто побыть одной. Смыть с себя это напряжение. Я зашла в уборную, плеснула ледяной водой в лицо и посмотрела в зеркало. В глазах читался испуг.
*«Соберись, Алина. Ты хотела эту работу. Ты справишься»*, — прошептала я своему отражению.
Выйдя в коридор, я обнаружила, что он пуст. Видимо, все были на обеде или совещаниях. Тишина была звонкой, неестественной для такого большого здания. Я медленно пошла к своему кабинету, прислушиваясь к стуку собственных каблуков по паркету.
Внезапно меня охватило странное чувство. Словно воздух за спиной сгустился. Волоски на затылке встали дыбом. Это не было похоже на страх перед хищником — это было что-то другое. Магнетическое. Тянущее.
И тут я почувствовала это.
Легкое, едва уловимое касание. Словно горячие, невидимые пальцы скользнули по моим костяшкам, опущенным вдоль тела. Тепло было таким явным, таким живым, что меня словно током ударило.
Я резко остановилась и обернулась, сердце бешено заколотилось в горле.
— Кто здесь?! — вырвалось у меня.
Коридор был пуст. Абсолютно пуст. Длинная, прямая линия, залитая дневным светом. Ни открытых дверей, ни ниш, где можно было бы спрятаться.
Я опустила взгляд на свою руку. Кожа там, где я почувствовала прикосновение, всё ещё горела, словно помеченная невидимым клеймом. Я снова огляделась, вглядываясь в пустоту, ожидая увидеть тень, силуэт, хоть что-то. Но вокруг была лишь звенящая тишина и холодный блеск стекла.
Холодок пробежал по спине, заставляя меня обхватить себя руками. Я была одна. Совершенно одна.
Но я точно знала — кто-то только что коснулся меня. И этот кто-то всё ещё был здесь, наблюдая из невидимой мне тени.
Я едва успела перевести дух, как Влад, возникший словно из ниоткуда, схватил меня за локоть. Его хватка была вежливой, но настойчивой.
— Соберись, Алина. Общее собрание через пять минут. Ты должна присутствовать.
— Но я ведь только первый день... — попыталась возразить я, всё ещё чувствуя фантомное тепло на своей руке. Сердце колотилось где-то в горле, мешая говорить.
— Именно поэтому, — отрезал Влад. — Он хочет видеть всех новых сотрудников. Лично.
Мы поднялись на лифте на самый верхний этаж. Здесь воздух казался разреженным, стерильным, но в то же время наэлектризованным. Конференц-зал представлял собой стеклянный аквариум с огромным столом из темного дерева, напоминающим взлетную полосу. Вокруг уже сидели люди — мужчины и женщины в безупречных костюмах, уткнувшиеся в свои планшеты. Тишина стояла звенящая. Никто не смеялся, не болтал о погоде.
Влад указал мне на свободное кресло в дальнем конце стола. Я села, положив перед собой блокнот, и сцепила пальцы в замок, чтобы скрыть дрожь.
«Это просто стресс, — уговаривала я себя. — Прикосновение в коридоре — плод воображения. Соберись».
Внезапно разговоры стихли окончательно. Даже шелест бумаг прекратился. Двери распахнулись, но не резко, а плавно, словно повинуясь невидимой команде.
В зал вошёл он.
Я видела его на фотографиях в музее клана, но реальность ударила меня под дых. Дамиан Волков был выше, чем казался. От него исходила волна такой мощной, давящей энергии, что мне захотелось вжаться в спинку кресла. На нём был тёмно-синий костюм, сидевший как вторая кожа, но галстук отсутствовал, а верхняя пуговица рубашки была расстегнута, открывая загорелую шею.
Он прошёл к главе стола, не глядя ни на кого. Его движения были текучими, ленивыми, как у крупного зверя, который точно знает, что никто не осмелится напасть.
Когда он сел, его взгляд скользнул по присутствующим. Это был не взгляд руководителя, проверяющего подчиненных. Это был осмотр территории.
— Отчет по логистике, — произнес он. Голос был низким, с лёгкой хрипотцой, от которой вибрировали перепонки.
Собрание началось. Цифры, графики, прогнозы — всё это пролетало мимо моего сознания. Я не могла оторвать от него глаз, хотя разум кричал: «Опусти взгляд! Не смотри!».
Я чувствовала странный запах — не одеколон, а что-то более глубокое. Можжевельник, озон перед грозой и... горячий металл. Этот запах проникал в легкие, дурманил, заставляя кровь приливать к щекам.
В какой-то момент Дамиан замер. Он слегка наклонил голову, словно прислушиваясь к чему-то, недоступному другим. Его ноздри едва заметно раздулись.
Медленно, очень медленно он повернул голову и посмотрел прямо на меня.
Мир схлопнулся до точки. Его глаза были невероятного цвета — темно-карие с золотыми искрами вокруг зрачка. В них не было человеческого тепла, только холодный, голодный интерес. Меня пронзило жаром. Это было не просто смущение. Это было притяжение такой силы, что мышцы внизу живота невольно сжались.
Он смотрел на меня, не мигая. Я чувствовала себя бабочкой, наколотой на булавку. Все остальные в комнате перестали существовать.
— Новенькая, — не спросил, а утвердил он.
Влад тут же подал голос:
— Алина Соколова, отдел маркетинга. Первый день.
Дамиан не разорвал зрительный контакт. Он встал и медленно пошел вдоль стола. Каждый его шаг отдавался гулким ударом в моем сердце. Ту-дум. Ту-дум. Ту-дум.
Он остановился прямо за моей спиной. Я чувствовала жар, исходящий от его тела, чувствовала, как наэлектризовался воздух между нами. Волоски на шее встали дыбом. Мне хотелось вскочить и убежать, и одновременно — откинуться назад, прямо в его руки.
Он наклонился. Его лицо оказалось в опасной близости от моего уха. Я замерла, боясь даже вдохнуть.
— Ваше сердце бьется слишком громко, мисс Соколова, — его шёпот обжег кожу. — Это отвлекает.
Я судорожно сглотнула, пытаясь найти остатки самообладания. Я не могла позволить ему увидеть, как сильно он на меня влияет.
— Я просто... стараюсь соответствовать высоким стандартам компании, — мой голос дрогнул, но я заставила себя поднять голову и посмотреть на него, пусть и снизу вверх.
Уголок его губ дрогнул в подобии усмешки. Не доброй, а хищной.
— Стандартам? — переспросил он, глядя мне прямо в губы. — Посмотрим, насколько вас хватит.
Он выпрямился, и наваждение слегка отступило, позволяя мне сделать вдох.
— Собрание окончено, — бросил он остальным, не глядя на них.
Люди начали поспешно собирать вещи, стараясь покинуть комнату как можно скорее. Я тоже схватила свой блокнот, чувствуя, как дрожат руки. Мне нужно было уйти. Срочно.
Я почти добежала до двери, когда он снова оказался рядом. Он не преградил мне путь, но прошел так близко, что его плечо задело моё. Это было мимолетное касание, но меня словно током ударило.
Дамиан остановился на мгновение, не оборачиваясь.
— Вы пахнете страхом, Алина, — тихо произнёс он, и от звука моего имени на его языке у меня подкосились ноги. — Но под ним... есть что-то еще.
Он шагнул вперед, оставляя меня стоять в дверях с пылающим лицом, сбитым дыханием и пугающим осознанием: он знает. Я не знала, что именно он знает, но игра началась, и я в ней явно не ведущий игрок.