Избранная 147/2: Завершение

Пролог

– Да откуда здесь столько пыли? – я схватила швабру с ведром и потащила к каменной арке. Гулкое эхо храма тут же подхватило мой голос, усиливая его в десятки раз. – Если ты столько лет не работаешь, почему тут так грязно?

Я снова прошлась взглядом по небольшому помещению. Работы предстояло много.

Водрузив тяжеленный табурет на стол, я добралась до окна. С третьей попытки ржавые петли поддались. Ставни распахнулись настежь, впуская стылый воздух улиц. Резкий, колючий ветер ворвался в алтарную, пахнув мокрым камнем и дымом чужих очагов. Первые лучи света красили небо пурпурными оттенками.

– Вы зря тратите своё время и силы.

Худой, почти изможденный мужчина боком протиснулся сквозь тяжелые створки, стараясь не тревожить их лишним скрипом. Тусклый свет замер на его морщинах, делая пришельца старше, чем он есть на самом деле. Он сложил старую ветошь и металлический скребок в углу.

– Я принёс всё, что вы просили, но прошу отказаться от затеи.

Я подобрала добычу и задалась вопросом:

– Как вы передвигаетесь без света? Это какое–то заклинание?

– Я вырос в этих стенах. Знаю каждый камень, каждую трещинку наизусть.

– Ого! Ладно. Что ж, приступим. – Я отодвинула ногой швабру в сторону. Сложила руки перед собой и опустила взгляд. – Меня зовут Анна. Я не знаю, как и почему оказалась здесь. Этот мир чужд и опасен. В нём существует магия, которой люди пользуются также буднично, как я когда–то своим телефоном, взятым в рассрочку. Боже, как до сих пор больно–то об этом вспоминать.

– Что вы делаете?

– Вхожу в образ. Не мешайте. – Я набрала воздуха в грудь и продолжила: – Вы приютили меня в сложный час. Единственное, чем я могу отплатить за доброту – вычистить ваш… эм дом… храм до блеска… – я тяжело вздохнула, разглядывая ладони, – своими нежными белыми руками.

– С мозолями от упражнений с мечом. – Хмыкнул мужчина.

– Тссс… Я же вашу жизнь пытаюсь наладить.

– То что вы предлагаете – невозможно и абсурдно. – Впервые выдал он свои эмоции. – Как вы можете внедрять новые методы, не зная основ, не практикуя их годами, не имея банального образования? Как можете предлагать отчаявшимся душам спасение?

– Я целых пятнадцать минут консультировалась с тем, кто буквально создавал магию! А также, находилась в окружении тех, кто этой магией колдовал. В моём мире этого вполне достаточно.

– Какое кошмарное место.

– К тому же, – с нажимом произнесла, – у меня есть образование. Высшее.

– Торговое? – предположил мужчина.

– Нет.

– Психология магии?

– Нет.

– Может, связанное с управлением?

– Ой, да что вы как моя мама! Я же сказала: сделаю всё, чтобы вновь наполнить эту обитель светом и прихожанами. Желательно, состоятельными. Кхм. Моя цель – дать второе рождение опустевшему храму, наполнить его молитвенными песнопениями, чтобы в воздухе вновь заискрится магия, а я, между делом, смогла совратить вашего ученика.

– Что?!

– Который много лет назад предал вас, ступив на кривую дорожку ложного знания. Пожалуйста, не перебивайте. Дальше та часть, где я забираю себе звание пророка великой силы, которая вскоре явится в ваш мир, и немного про то, как несчастной мне устоять перед искушением, сохранить своё сердце и самой не пасть от чар коварной любви.

– Вам, наверное, лучше прилечь. Я заварю травы.

– Нет, у меня всего три дня, чтобы отдраить это помещение до чего–то приличного, где вы могли бы провести вашу ежегодную мессу.

– Анна, одумайтесь. Он же придёт на неё, как делает каждый раз, чтобы посмеяться над тщетными попытками старика. Что он сделает, увидев вас, мне даже страшно представить.

Я закатала рукава, швырнула тряпку в ведро и улыбнулась.

– Мне тоже. К счастью, за моими плечами опыт вмешательства в пророчества. Я их меняла, перекраивала и восстанавливала. Мне известно минимум сто сорок семь их вариаций. Как–нибудь состряпаю одно лично для себя. Ваша задача только одна.

– Упомянуть в проповеди об истинной любви. Об этом я и хотел спросить. Что это такое?

- 1 -

Насыщенный алый бархат распахнулся.

Под размытой зеркальной поверхностью, покрытой сгустками заражения, проступили очертания каменного зала. Протёртый до дыр палас за два десятилетия выцвел под лучами солнца, едва пробивающимися сквозь грязные окна. Густой слой пыли покрывал огарки свечей, поблекший металл алтарных принадлежностей и испещрённый магическими символами талмуд.

Едва я коснулась гладкого зеркала, как портал призывно завибрировал.

Тонкая нить Предназначения потянула поводок.

– Тише–тише, – пробормотала я, успокаивая воображение. – Ещё рано.

Поток из ста сорока шести мирно дремал в своих комнатах.

Проверив, надёжно ли на пальце сидит кольцо Странника, сделала глубокий вдох стерильного воздуха.

Если не сработает, если система миров функционирует не так, как представлялось, все события моей жизни, начиная с момента изъятия с Земли, будут утеряны. И тогда… Впрочем, разбираться с этим «тогда» придётся не мне, а тому «Я» из прошлого. А сюрпризов будет много. Особенно через три–четыре месяца, когда начнёт расти живот.

– Я уже была в тех мирах. – Произнесла в портал, продолжая удерживать картинку, чтобы та не поплыла дальше. – Стресса для сознания быть не должно. Никаких блоков на память.

Пока не запустится цепь Предназначение.

Посчитав, что в достаточной степени мотивировала реальность действовать согласно моему плану, я сжала ладонь в кулак, приблизив перстень к мельтешащей поверхности. Лишившись удачи, оставалось уповать только на артефакт Странника.

– Первая! – Значок на моей груди с ненавистной цифрой «один» засветился, уши резануло лязгом. – Не смей!

Где–то в глубине тоннелей шло совещание богов.

– Первая, ты ещё не готова, – куда мягче и спокойней прозвенели кристаллы голосом забытого бога. – Твой опыт велик, но ты далека от понимания истинной сути Предназначения.

– Меня зовут не Первая. – Процедила сквозь зубы.

Антрацитовый камень скрипнул острой гранью по стеклу и то мгновенно покрылось золотистой сетью, окончательно разгоняя мутную завесу. Магия призывно разошлась волнами. Я замерла, наблюдая, как золотистое свечение пульсирует в такт моему собственному сердцу.

Третьего призыва остановиться так и не прозвучало.

Лёша хранил молчание, а вот металло–бог не сдавался:

– Избранная, ты совершаешь огромную ошибку!

– Как и всегда, Клод. Не переживай, я передам от тебя привет.

Цветастый водоворот межмирья поглотил юношеский крик. Новые ощущения накрыли с головой. Переход в иной мир без поддержки бога и золотой магии, – совершенно безумное и невероятно опасное занятие. Как выпрыгивать из самолета без парашюта, в надежде что ветви одинокого дерева смягчат падение, а заплутавший друид воспылает желанием с помощью древней магии собрать твои мозги с полянки, восстановить косточки и вызвать карету скорой помощи.

То есть, не то что бы совсем невозможная ситуация в реалиях стандартной попаданки, но крайне маловероятная.

Давление обрушилось стокилограммовым прессом. Стальные щипы сдавили черепушку, кожа затрещала по швам. Сознание поползло тонким слоем лужицы по межпространству. Не сказать, что после нескольких недель изматывающих рыданий и продолжительных истерик от него осталось довольно много, чтобы иная сила могла им поживиться, но мне хватило.

Он должен знать.

Собрав остатки ненависти и упрямства, на которых догорали остатки свободы воли, я устремила мысли в кольцо Странника, в той последней издыхающей надежде, что артефакт доставит меня к цели.

И сохранит рассудок.

Страшно.

Дико.

Но, я не молилась.

Молиться в Золотой оси – преступление, страшнее убийства. А именно туда я и направлялась.

Я не сбегала из Центра. Не собиралась противостоять богам. Но до той поры, когда меня поглотит Предназначение, у меня было право на последний звонок.

В другом мире.

И не по телефону, а в дверь.

С небольшой пересадкой по дороге.

Туда и обратно.

Мои мысли закружились вокруг каменной арки, раскидистых садов, музыкальных фонтанов, обилия магии. Всё то, на что мог ориентироваться артефакт.

За долю секунды до того, как ноги коснулись пола, а воздух иного мира попал в лёгкие, яркая вспышка ударом молнии парализовала сознание.

Нить Предназначения опасно свернулось в кольцо, готовясь накинуть петлю.

В голове раздался механический щелчок, а следом я обнаружила себя в тихом помещении, пахнущем пылью. Сквозь грязные окна, находящиеся под самым потолком, с трудом просачивался свет. Из щелей сквозило холодом.

Мышцы будто наполнились кипящим оловом. Угрюмые стены ходили ходуном. Меня подташнивало, но разум оставался кристально чистым. Я помнила, кем являюсь и свою цель.