Избранная драконом. Королевская академия

Глава 1. Пора возвращаться

Первая книга бесплатно здесь: https://litnet.com/shrt/mV7-

Это вторая часть цикла :)

Примерно 2 месяца спустя

Дакота

— Сейчас атакует в полную силу, – раздался над плечом скучающий шепот.

Как же она меня раздражала!

Ласориан сделал взмах рукой. Иллюзорный поток молнии загорелся в его ладони, и выстрелил. Я отлично видела, насколько большое количество энергии дракон вложил в этот удар. Нужно было пытаться увернуться. Но я с протестующим рвением резко вскрикнула:

— Нет!

Сжала кулак, активируя волну антимагии. Хотела попытаться противостоять даже столь сильному заклинанию…

Это было глупо.

Конечно же, разряд Ласа проигнорировал мой приказ развеяться. А я уже не успела бы уйти в сторону.

Молния пронзила грудь. Я тут же пошатнулась и рухнула на землю, в снег. Хоть Лас и управлял иллюзиями, боль от них в первые мгновения была настоящей. До тех пор, пока он не развеивал её.

Мне кажется, дракон мог бы атаковать меня и пустышками, но… какая тогда будет мотивация стараться? Что ни говори, а Ласориан оказался суровым учителем.

Мои руки и ноги задрожали от боли из-за силы тока, которая всё бегала по клеточкам тела. Патрон поскорее подошёл и одним касанием к плечу развеял действие своей магии.

Я смогла выдохнуть.

Мгновения, когда мучение отпускает – великое счастье. Жаль вот так просто он мог убрать лишь физическую боль.

Ласориан протянул мне руку в замшевой черной перчатке. Я приняла помощь и вскоре уже стояла на ногах, отряхивая штаны и полупальто от снега.

— Порядок? – короткий вопрос от него.

— Да, – такой же ответ от меня.

Наши тренировки были эффективными, но энергозатратными. Уверена, даже парни у профессора Зерга так не выдыхаются, как я.

— Дакота, тебе нужно лучше анализировать ситуацию. Ты отлично развиваешься, но не можешь отражать магию любой силы. Ты не заметила, что в этот раз я вложил куда больше энергии?

— Заметила, – честно буркнула я.

Лас удивился.

— Тогда зачем подставилась и рисковала? Если видишь, что враг сильнее – защищайся иначе.

Я повернула голову, оглядываясь за плечо, где недавно слышала шепот. Мне хотелось сделать это наперекор её ненужному совету.

Тёмной леди не было. В момент удара, она ядовито усмехнулась и исчезла. Приходила и уходила, когда ей хотелось.

Да и вообще существовала ли эта странная женщина?

Или я схожу с ума?

— Слишком сильно поверила в себя.

Ласориан недоверчиво посмотрел на меня, а затем в сторону, куда чуть ранее был направлен мой взгляд.

— Опять её слышала?

Я лишь коротко кивнула.

— И она сказала, что ты можешь попробовать отразить удар такой силы?

— Нет. Наоборот. Просто я… повредничала, – звучало так глупо, что мне аж стало неловко.

Ласориан тяжко вздохнул, но на его лице вдруг появилась добрая улыбка, которая подбодрила. Когда он вот так тепло реагировал, мне и самой становилось легче.

— Повредничала она, – с этими словами дракон похлопал меня широкой ладонью по плечу. – Идём, ветер становится больно неприятным, да и ты вся замерзла. Сделаю горячего шоколада, чтобы согреться. На сегодня с тренировками можно закончить.

Вскоре я сидела с ногами на диване, грела ладони о кружку, и тихо попивала согревающий напиток. Сверху в нём плавали маленькие зефирки, которые таяли и придавали шоколаду ещё больше сладости. Но Лас абсолютно мастерски умел приготовить всё так, чтобы не было и намека на приторность.

За окном и правда разыгралась вьюга. Однако в доме было от этого ещё уютнее. За несколько месяцев это место успело стать моей крепостью, которая ограждает от всего мира. Мы с Ласом даже перестали выбирать в рестораны. Готовили вместе ужины, а свободное время отдавали тренировкам.

Ну и в академии я тоже не появлялась…

… однако когда дракон вздохнул, опустившись в кресло, я поняла, что он собирается заговорить как раз об этом.

— Дакота, тебе пора возвращаться к учебе. Даже если не брать в расчет время каникул, ты пропустила уже месяц. Дальше я не смогу оправдывать твоё отсутствие никакой придуманной болезнью.

Я знала, что этот момент настанет. И не собиралась бежать от него. Хотя эта пара месяцев наедине с Ласом в укромном доме, когда можно было погрузиться в развитие магии, оказалась необходимой разрядкой.

— Хорошо, – спокойно согласилась и опустила взгляд в кружку. – Тогда поедем туда уже завтра?

Как раз выходные подходили к концу.

— Да. Ты готова?

— Более чем. Я училась всё это время не меньше остальных. К тому же, у меня проснулась моя магическая специализация…

Глава 1.2. Упертый парень

— Ты великолепно выглядишь, – встретили меня приятные слова Ласориана.

Я вышла из парикмахерской, где простилась со своими длинными кучерявыми волосами. Теперь они доставали лишь до плеч и были прямыми. Даже странно, когда ничего не пушится и навязчиво не лезет в лицо.

— Спасибо.

Мы постояли с пару секунд напротив друг друга. Дракон внимательно всматривался в меня, изучая все изменения. Я же не удержалась, и отвела взгляд.

— Поедем?

— Конечно, – он подал мне руку, чтобы помочь взобраться в карету и запрыгнул следом. – Нам стоит поторопиться, чтобы быть в академии к полудню.

С этими словами Лас постучал по стенке, приказывая кучеру трогаться.

— Зачем? Занятия начнутся лишь завтра.

— Мне нужно успеть встретиться с ректором Гантом и уладить кое-какие дела, – дракон улыбнулся с легкой хитринкой. Я успела понять, что обычно в такие моменты он не договаривает. Но пытать не стала.

Лишь бы снова не сошёлся с Ифемией. У меня прям неприятные мурашки идут по телу, когда я вспоминаю эту рыжую дрянь. Как представлю, что она и правда крутилась рядом с Ласом… фу.

— Почему ты решила изменить прическу? – поинтересовался дракон, выбивая меня из омута неприятных мыслей.

Я задумчиво коснулась русой прядки. Такая гладкая.

Однако прежде чем ответила, со стороны раздался шепот:

— И правда. Мы словно в подростковом романе, а это маленький бунт.

Я невольно оглянулась. Казалось, она сидела вот здесь, по правую руку от меня. Но никого, конечно же, не было. Её голос всегда звучал так, словно она рядом, но одновременно где-то далеко. Или говорит со мной через широту водной глади.

— Опять? – настороженно заметил Лас.

— Да.

Мы с ним назвали это странное явление «Леди». Своего имени она никогда не называла. Если я пыталась говорить о чём-то хоть немного неудобном – просто исчезала, словно её и не было.

Я отнюдь не сразу призналась дракону в происходящем со мной. Но в какой-то момент стало искренне не по себе и пришлось довериться. Благо он не отправил меня в больницу лечить голову.

— Что-то она зачастила.

— Чем сильнее я становлюсь, тем больше болтает, – я вздохнула.

— Если моя кузина права, то духовное олицетворение магического дара так и работает. Просто тебе повезло, и в твоём ядре спрятано нечто большее. Энергия пародирует полноценную личность.

— Повезло? – переспросила я с усмешкой.

Лас покачал головой.

— Ну да. Такое бывает только с очень способными магами. Это хороший знак.

— Ты правда думаешь, что эта женщина – просто отражение моей магии?

— «Просто» или нет – судить нельзя. Однако старайся не давать ей надоедать тебе слишком сильно.

— Словно она меня слушает…

— Со временем научишься её затыкать. Я надеюсь.

— Звучит обнадеживающе, – я невольно засмеялась. Когда главный знаток всех миров говорит тебе лишь «я надеюсь», в пору задуматься.

— Если она будет переходить границу, обязательно сообщи мне, – неожиданно очень серьёзно потребовал Лас.

Я тут же перестала смеяться и растерянно кивнула.

— Пока что она просто даёт не прошеные советы, и иногда издевается надо мной. Если эта Леди и правда духовное отражение моей силы… у меня очень высокомерная магия, скажу я тебе.

Лас стёр суровую строгость и улыбнулся в ответ. Телегу чуть качнуло из-за заснеженности дороги.

— Так что на счёт прически?

— А, ну, – я задумчиво потупила взгляд, – если честно, моя кучерявая копна непослушных волос слишком уж меня молодила. Я с ними вечно казалась маленькой девочкой. Этакой наивной простушкой. Наверное, такой я и была, но… хочется верить, что переросла это.

Ласориан ответил не сразу. Когда я подняла взгляд, он внимательно осматривал меня. Вдруг снял перчатку, потянулся вперед и провел ладонью по моей голове и волосам. Как бы проверяя результат работы парикмахера.

В эти мгновения я сидела неподвижной куклой.

— Главное не потеряй себя, ладно? – произнес он вдруг тише обычного с непонятным волнением. – Тебе не обязательно что-то кому-то доказывать. Казаться старше, бесчувственнее и мудрее. Не слушай теневую язву, которая нашептывает тебе на ухо и оставайся собой.

Подобные слова сильно удивили. Даже если я и хотела показать всем в академии, что изменилась… хотелось верить, что это не навязанное желание из-за обиды, а моя новая правда.

— Конечно, – только и ответила я, и Лас вновь откинулся на спинку своего сидения.

— Дакота, если хочешь, я могу поговорить с ректором, и тебя отселят от Миранды.

Неудобный вопрос и одно из двух болезненных имен кольнули в самое сердце. Но мне предстоит встретиться с ними. Я сдержала эмоции и хладнокровно мотнула головой.

— Нет, с чего бы?

Визуал и обращение автора

Дорогие читатели, спасибо огромное, что следуете за мной и моей Музой по истории Дакоты. В этой части нас ждёт значительное взросление героини. Надеюсь, вам будет всё также интересно!

Пожалуйста, поддержите книгу звездочкой! Для меня это очень важно :)

Наши герои в этой части:

А также я попросила артера изобразить нам некоторые сцены из прошлой книги, чтобы мы могли их вспомнить здесь. Кое-где они могут быть не совсем точными, но зато отлично передают атмосферу!

Дакота с ректором в первый день прибытия в академию:

Чудесный Кедрик:

Встреча с сорванцом неболапом:

С Ласорианом в лазарете после неловкого инцидента в магическом лесу:

Магия Ласа, когда он смог наложить иллюзию поверх раны Дакоты:

Примерка нарядов в магазинчике "Мурьян", где нашим героям встретилась милая Беллисия, в прошлом также студентка Королевской академии.

(Посмотрите на этого котинка с лентой, я с него не могу

Глава 3.1. Холодок по коже

Я очень много раз прокручивала эту встречу в голове за прошедшие два месяца. Выдуманные реакции успели неоднократно поменяться и прийти к попыткам показать своё спокойствие, даже хладнокровие. Я выстроила отличную речь, которую собиралась произнести, едва увижу Ская. Однако сейчас…

Из головы вылетело вообще всё. А по телу разошлось тягучее, отравляющее волнение. Я будто ступала не по скрипучему снегу, а по топкому болоту. И с каждым шагом идти дальше становилось всё сложнее.

Я держала лицо и не показывала истинных чувств. Не отводила взгляда, смотрела в сторону Ская и одновременно как бы сквозь него. Однако чем ближе мы с Ласорианом подходили, тем я лучше осознавала: ничего не прощено. И не забыто. Мне всё ещё не плевать. И как бы не хотелось откинуть ситуацию в сторону, будто ненужный кусок прошлого, волнение всё равно смешивалось с щемящей болью под ребрами.

Ладно.

Даже если я не смогу идеально вести себя в момент разговора с ним, одно я знаю точно – уже не расплачусь и не убегу. Хорошо, что мы встретились сразу. Не нужно будет ходить по академии и оглядываться в пугающем ожидании. Нам обоим необходимо всё обсудить.

Скай был настроен также решительно. Он ни разу не улыбнулся с момента, как заметил меня. Стоял, будто каменная статуя, которая всё время сторожит академию именно на этом проклятом месте. Его широкие плечи даже припорошило снегом за время ожидания. Единственная эмоция, которая читалась сквозь непробиваемую маску – тоска в серых глазах.

Мы встретились взглядами.

В воспоминаниях невольно всплыл момент из детства, когда он вот также смотрел на меня с чистой любовью и восхищением. Сейчас эти образы расцарапывали душу. Желудок и легкие сильнее свело от накатывающих эмоций. Я не выдержала, и всё же отвела взгляд в сторону.

Как раз в этот момент мы поравнялись.

— Добрый день, – Лас спас меня, когда начал говорить первым. – Должно быть, вы Скай?

Дракон говорил будничным тоном, даже с ноткой дружелюбия. Однако за время, что мы провели вместе, я начала чуть-чуть различать, когда он врёт. Или наивно верила в это. Так вот сейчас… было в голосе Ласа нечто схожее с дипломатической натянутостью, которая при любом неверном движении оппонента может обернуться войной.

Дракон протянул руку.

Скай отвлекся от меня и пожал ту.

— Аксель. Здравствуйте.

В меня воткнули ржавую иголку. Он будто специально представился новым именем, чтобы очертить свою позицию. Мол «я уже другой человек».

Я сжала сильнее зубы, но ничего не сказала. Лишь спокойно смотрела в сторону рукопожатия.

— Ласориан Рэндолский. Патрон Дакоты.

— Наслышан. Приятно.

— Взаимно.

Короткий, сухой разговор мужчин прервал шепот над моим ухом:

— Зря мальчик здоровается с ним без перчаток, – Тёмная Леди звонко цыкнула языком, будто ядовито осуждала происходящее. Я же хмуро оглянулась. Конечно же, её не было видно.

Затем вернула взгляд к уже размыкающимся ладоням. И правда. На Скае изначально не было перчаток, а Лас почему-то оставил их в карете, хотя было весьма холодно, и он нёс мой чемодан.

Впрочем… и что с того?

Я не понимала комментария Леди, да и не до этого было.

— Оставлю вас наедине, – кивнул дракон. – Дако, я пока отнесу твои вещи. Если ещё тебе понадоблюсь, какое-то время буду в кабинете ректора.

Мне показалось, или Лас специально назвал меня уменьшительным именем, как бы демонстрируя, что мы близки? Хотя это уже из разряда бреда. Но мне стало чуть-чуть спокойнее от осознания, что получилось показать Акселю: у меня есть кто-то ещё рядом, я не так уж несчастна, как ты думаешь.

— Хорошо, спасибо, Лас, – поблагодарила я в ответ с ноткой такой же дружелюбной фамильярности. Дракон улыбнулся, и вскоре о его недавнем присутствии говорил лишь скрип удаляющихся шагов.

Мы со Скаем постояли молча какое-то время, смотря Ласориану вслед.

— Поговорим? – спросил он, наконец, и указал в сторону расчищенной от снега тропы. Та вела в академический сад.

Хотелось грубо ответить в духе: «А надо?», но это какая-то детская реакция. Мы оба понимали, что ответ:

— Да.

Медленно выдвинулись вперед. Вскоре остались наедине там, где даже стража нас не слышала. День был холодным, потому в выходной даже те крохи студентов, которые остались в академии, не высовывались на улицу. Впрочем, солнце всё равно выглядывало, и снежный ковёр красиво поблескивал на свету.

Мы шли молча. Тропа была узкая. Потому Скай шёл впереди, а я сзади, смотря в спину. Так непривычно было видеть его таким. Взрослым, высоким, широкоплечим, с торчащей из-под зеленого пальто татуировкой на шее, и светлыми волосами.

Я представляла Ская совершенно иначе. Думала встречу хоть и такого же высокого, но поджарого юношу с россыпью черных кудрей. Приятной улыбкой и аристократическими манерами. С этакой поэтической внешностью принца, что кружит спасенную принцессу на балу.

Фу. От очередного воспоминания обо всех этих сказочных ролях, которыми мне промыли голову, стало мерзко.

Глава 3.2. Этого недостаточно!

Я хотела! Я правда хотела вести себя нарочито отрешенно. Как это называют «по-взрослому». Без обиняков и грубых реакций. Просто сесть, поговорить и отрезать рудимент прошлого.

Но мало ли чего я хотела разумом?

В такие моменты сердце, щемящееся от обиды, всё равно брало верх.

— Из-за чего конкретно? – не сдержала ядовитого смешка, за иронией которого хотелось спрятать ранимость и обиду.

— Ты прекрасно понимаешь, о чём я, – вздохнул Скай. Теперь он смотрел на меня, а я продолжала глядеть на снег под ногами. – Да, я виноват. Я признаю это и извиняюсь.

— Ох, ну если ты извиняешься, тогда мы можем пожать друг другу руки и сделать вид, что ничего не было.

— Зачем ты язвишь?

Потому что мне больно. До жути обидно. И я до сих пор чувствую себя разбитой, хоть и стараюсь делать вид, что это не так.

— А что ты хочешь от меня услышать, Скай? – я резко посмотрела на него, и показалось, что прозвучавшее из моих уст настоящее имя пришлось хлыстом по его коже. – Что я прощаю тебя?

— Я… – он растерянно смолк. Моё осуждение возымело особую силу.

— Но это так не работает, – продолжила я с искренним эмоциональным напором. – Нельзя просто сказать «извини» и думать, что это может всё исправить.

— Я и не надеюсь всё исправить одним словом! – Скай быстро растерял спокойствие и заговорил громче, но без агрессии. – Но я пытаюсь сделать первый шаг. Что мне ещё остаётся? Как я могу загладить вину?

— Ох, нет, Скай, – я фыркнула. – Даже не надейся сыграть на «скажи, что мне сделать, и я сделаю». Не перекладывай на меня ответственность…

— Я и не пытаюсь… – захотел встрять он.

— Не перебивай, пожалуйста. Я хочу сказать, что в такой ситуации нельзя просто извиниться, а потом спросить: «ну а что ещё делать?». Я сама не знаю ответа. Если бы я могла, я бы отключила свою обиду и вообще забыла бы о тебе. Но не могу. Я знаю, что вы все мне скажете. Все! Попытаетесь объяснить «ну, вы были детьми», «ну, вы сейчас другие люди». Так вот нет, это не работает. Оно может быть сколько угодно раз справедливым, но мне всё ещё плохо. И от этого чувства никуда не деться.

— Я это понимаю, Дако…

— Не называй меня так, – невольно прошипела.

— Ох, теперь твоему патрону можно, а мне теперь нет? – возмутился он вдруг.

— Да, ведь Лас не поменял меня на первую встречную!

— Что?! – здесь не мне одной было сложно сдерживать эмоции. – Во-первых, ты прекрасно понимаешь, что называть Миранду «первой встречной» – совсем неправильно.

— Давай, начни мне ещё рассказывать, какая твоя новая девушка расчудесная!

— Я не… – он протяжно рыкнул, пытаясь выдохнуть и взять себя в руки, – я не об этом. Я хотел сказать, что ты слишком жестока ко мне, Дакота. Я искренне верил во все обещания и старался. Я ждал тебя в прошлом году. Я месяц стоял каждый день у проклятых ворот академии в полдень. И сейчас…

— Ой, сейчас ты сделал это ради какой-то дешевой показухи! – слова вылетели до того, как я подумала, насколько они обидные. Скай побледнел и смолк. Я стиснула зубы, а после всё же продолжила: – ну а что, не так? Каждый день, бедный, приходил в полдень к воротам, чтобы дождаться меня. А потом шёл к Миранде отогреваться, когда замерзал.

— Дако, это слишком…

— Слишком?! Слишком, Скай – это жить больше пяти лет с мыслями о тебе. Просыпаться и засыпать, представляя, как мы встретимся. Слишком – это жить твоей мечтой и желаниями. Слишком – это стремиться туда, куда ты позвал меня. Слишком – это оставаться твоей Дакотой всё это время, а потом… потом узнать, что ты просто выбрал другую!

— Ты так говоришь, словно «моя мечта» привела тебя к чему-то плохому! Мы учимся в лучшей академии мира на самом престижном факультете. Нет другого более хорошего места для обычных сирот.

— Твоя мечта чуть меня не разбила, Скай, – прошипела я, сдерживая ком в горле. – И я не про академию. Плевать мне на неё. Ты дал обещание, что мы будем вместе. И они оказались пустым звуком.

— Это совсем не так! – громче прежнего перебил Скай. – Я всё ещё хочу идти по жизни рядом с тобой. Я всё ещё люблю тебя, Дако, как и в детстве.

Я замерла, широко распахнув глаза. Эти слова выстрелили в самое сердце, но… я знала, что сейчас он выдохнет, продолжит, и мне станет ещё больнее, чем прежде. Ведь это не могло быть правдой. Не в той мере, в какой я бы хотела.

— Просто… – Скай нервно поджал губы, мотнул головой, проглотил подступившие эмоции и с болью произнес: – …просто это всегда была любовь к сестре. Очень чистая, светлая и настоящая. И да, моя главная ошибка в том, что я не смог отличить это чувство от того, как любят женщину. И мне тоже очень-очень больно, Дако. Я бы так хотел дать тебе всё то, что обещал. Я хотел бы любить тебя так, как ты того ждёшь и, конечно, заслуживаешь. Ты невероятно дорога мне. Ты – моя настоящая семья. Но разве… – он начал запинаться, что было столь неестественному сильному, брутальному образу, – …разве виноват я… разве виноват тот мальчик из приюта, который не знал вообще никакой любви в том, что не разобрался в своих чувствах? У меня не было ни матери, ни сестры. Мне никто ничего не объяснял. Я просто читал все эти глупые сказки, где самая важная женщина для мужчины – это его возлюбленная. Они учат любить девушку, но не объясняют, что такое любовь брата к сестре. А после я повзрослел и изменился, Дакота, понимаешь? Даже если предположить, что тот Скай из прошлого мог любить тебя как девушку, я… я не могу. Потому что я вырос и стал совсем другим.

Глава 3.3. Противоречия

Как же сложно было сдерживать слезы. Я отвела взгляд, смотрела вниз, стискивала кулаки. Хотелось разрыдаться или закричать. Но я обещала себе, что не сделаю этого, и смогу справиться с болью.

— Мы можем сколько угодно говорить об этом, – давя в себе чувства горечи, процедила я. – Но что толку? Я же сказала. Простое «извини» не залечит того, что творится у меня внутри.

— Я знаю. И я готов делать всё, чтобы тебе становилось легче. Я очень надеюсь, что мы сможем пережить это. Дако… – он попытался коснуться моей руки, но я резко одернула её, – … ладно. Просто знай, я всё равно рядом с тобой. Ты важна мне. Я не хочу выбрасывать тебя из своей жизни.

Вот как. Интересно. Я залезла в карман своего пальто и показательно достала медальон в виде золотого сердца.

— А это что тогда? Ты продал его, не желая выбрасывать меня из своей жизни?

Глаза Ская расширились от удивления и ужаса. В его серых глазах отразился целый омут горьких сожалении.

— Так это ты выкупила его…

— Да.

Он откинулся на спинку скамьи и устало потер переносицу.

— Как же это всё отвратительно совпало, Дако. От медальона до твоего соседства с Мирандой. Будто специально сложилось самым ужасным образом. Пожалуйста, прости. Но знай, что я продал медальон, исключительно чтобы закрыть долг по учебе, иначе меня бы выгнали. Мой приемный отец, если его можно так назвать, отобрал у меня даже желание называться старым именем, что уж говорить о какой-либо поддержке. Я работал и старался найти другие пути. Но… в какой-то момент просто встал выбор: вылететь из академии или продать медальон. Я делал это с ужасной болью на сердце и думал лишь о том, что эта жертва ради нашей встречи здесь.

Он потянулся к золотому сердцу, чтобы потрогать или даже забрать, но я резко сжала его в кулак и спрятала обратно в карман. Нет уж.

— Когда я нашла медальон, я придумала, как оправдать тебя. Я всё равно ждала всё также искренне. Не сомневалась, что в день первых каникул мы увидимся, и ты расскажешь мне подобную историю.

— Я поехал за ним сразу же, как вернулся. Поэтому опоздал в академию. Но медальона уже не было в лавке.

— Теперь это уже неважно. Дело совсем не в нём…

— Но, Дако, всё это не отменяет того, что ты – моя семья. Я люблю тебя настолько…

— Не говори мне этих слов! – с обидой рыкнула, опять сжимая кулаки. – Не надо. Это больно. И даже подло.

— Прости. Ты настолько важна мне, что я готов убить за тебя, если потребуется.

Ах, какие громкие слова!

Я не сдержала горького смешка.

— Готов убить, а подождать ещё месяц, чтобы сказать о своей любви к другой мне в глаза прежде, чем изменить – был не готов. Какая ирония!

— Я ведь не знал, что ты будешь здесь. Я думал, в этом году ты вновь не поступила…

— Хорошо, прости, подождать чуть меньше полугода, чтобы встретиться у этих проклятых ворот и сказать всё вот там, – я невольно подняла руку и на эмоциях указывала в нужную сторону. – Этого ты не смог. Ты говоришь, что продал медальон, дабы учиться здесь и всё-таки дождаться меня. И тут же появляется «ну я же не знал, поступишь ли ты». Я верю, что это было нужно для учебы. И всё же в твоих мотивах какое-то гадкое противоречие. И я уже не знаю, ты продавал медальон, чтобы остаться здесь ждать меня или потому что не смог бы иначе быть с Мирандой? Она ведь такая замечательная! Ещё бы сбежала от тебя за эти полгода. Так лучше закрутить роман сразу, а не ждать наивную дурочку для объяснений.

С каждым словом атмосфера становилась всё более тяжелой. Говорят, что если обсуждать чувства честно, ситуацию легче отпустить. Но пока что совсем не получалось…

— Когда я продал медальон, я ещё не думал о Мире. Честно. Я знаю, как это паршиво всё выглядит. И да, я последний ублюдок, потому что не объяснился с тобой до того, как завести отношения. Здесь мне нет оправданий.

— Хоть в чём-то мы схожи во мнении.

— Но сама Миранда ничего не знала…

— Не смей! – резко перебила я и выстрелила в него злым взглядом. – Не смей сейчас вот в этом разговоре пытаться заставить меня лучше относиться к твоей новой девушке, на которую ты меня променял!

— Дако, в первую очередь, она твоя подруга.

— Я сказала, не смей! – рыкнула я громче прежнего, и Скай замолчал.

Меня же натурально затрясло. Не от злости. От отчаяния. Я знала это. Очень много раз прокручивала у себя в голове, и убеждала себя саму.

У меня было право обижаться на Ская.

Но Миранда…

Я понимала, что все скажут. Я и сама себе это говорила.

Она ничего не знала. Она не виновата. Ты не можешь злиться на неё.

Но что мне делать, если я злюсь? Выкинуть эти чувства? К сожалению, я не умею. Хоть иди к ментальному магу и проси выжечь тебе часть личности. Потому что по-другому просто по щелчку пальцев относиться к Мире как прежде, я уже не могла.

Да, глупо.

Да, иррационально.

Но едва я думала о ней, едва вспоминала, как мы весело проводили время, как в голове тут же всплывали образы, где её целует Скай. Как они обнимаются. Держатся за руки. Мило болтают и… не только.

Глава 4. Новый виток

Ласориан

Я шёл по коридорам академии и думал о последних двух месяцах. Поначалу казалось, что совместная жизнь с Дакотой будет утомлять, но в итоге время пролетело незаметно. Приятным благом для нас стало пробуждение её дара. Появилась возможность уделять как можно больше внимания тренировкам, и различные выезды, когда казалось, что я должен «развлекать ребенка», ушли на второй план. Мы довольно быстро достигли уютной атмосферы, в которой вечерами тихо сидели у камина и могли вообще не общаться, занимаясь своими делами. Это дорогого стоило.

Пожалуй, в идеале нужно было больше говорить с ней о случившейся ситуации со Скаем, чтобы Дако быстрее смогла проработать её и отпустить. Но ей пора взрослеть. А значит, нужно разобраться в столь щепетильной проблеме самостоятельно. Любовный треугольник студентов – меньшее из зол, которое ещё предстоит пережить.

Я невольно остановился возле одной из статуй королевы Соларии. Поднял взгляд на белоснежную величественную фигуру и… улыбнулся.

Мои планы медленно, но верно приходили в действие. Всё шло отлично. Было приятно переигрывать «противников» на их собственной территории. Они ведь надеялись пробудить в Дакоте королевский дар лишь к последним курсам академии. Теперь же ловким крысам в замке придется забегать быстрее. В решающий момент они окажутся менее подготовлены. И это сыграет мне на руку.

Впрочем… я всё ещё не решил до конца, хочу ли вообще отдавать Дакоту в их руки. И чем ближе мы становились, тем меньше мне хотелось пускать её судьбу под откос даже на моих условиях. Но если так будет нужно для благополучия Первого мира – ничего не поделать. Такова моя работа.

... хотя кошки на душе от этих мыслей начинали царапаться всё сильнее.

— Господин Рэндолский! – приветствовал меня радушный паук, когда я переступил порог общежития. – Здравствуйте!

— Добрый день, господин Шарс. Я хочу отнести вещи Дакоты в её комнату. Откроете?

— Значит, Дакота к нам вернулась, – голос коменданта стал более взволнованным. Мы говорили прямо по пути к нужной спальне. – Сейчас там её соседка. Вы можете просто постучать.

Ох, вот как. Миранда сейчас здесь.

— Почему она не у родителей?

— После возвращения Акселя наша ядовитая леди начала больше времени проводить в академии, – паук посмеялся в бороду, говоря с отцовской заботой об обоих студентках. Сразу после он оглянулся и перешел на шепот: – Господин Рэндолский, я подумал… быть может… будет целесообразнее переселить Дакоту в другую комнату?

— Значит, вы в курсе ситуации?

— Мне необходимо следить за детьми, – комендант начал спешно оправдываться. – Да и, если между нами, об этом многие в академии судачат. Все видели, как Дакота в слезах запрыгивала в карету. И как бы я не любил моих студентов, а всё же общежитие – рассадник сплетен. Даже моя паутина их не удержит.

Отчасти жаль, что я не смогу быть подле Дако и дальше. Мы вновь будем видеться лишь в выходные. Хотелось бы с первого ряда наблюдать, как она со всем справится. А заодно контролировать некую сущность, которая не даёт ей покоя.

— Ясно. Нет, расселять их не нужно. Я спросил у Дакоты то же самое. Она заверила меня, что собирается бежать от проблемы.

— Во-о-от как, – задумчиво протянул комендант. – Ну, я постараюсь на ними присмотреть. Можете на меня положиться.

Вскоре мы распрощались с Шарсом. Я дошёл до нужной комнаты и постучал.

— Входи, – прозвучал отвлеченно голос изнутри, словно ждали совсем не меня.

Без лишний уточнений я открыл дверь. Миранда сидела ко мне спиной, за столом за книгами.

— Замерз? – сосредоточенно спросила девушка. Она явно ждала Акселя. Даже забавно, что он уходил к воротам нести службу по прошлому, а её это не очень-то смущало. Впрочем, по рассказам Дакоты её соседка была довольно осмысленной девушкой.

— Да, на улице довольно холодно. Спасибо за заботу, – не без улыбки ответил я. Меня нисколько не увлекали студенческие драмы, и всё же решил своим присутствием предупредить юную ведьму, что её подруга вернулась.

Миранда тут же вздрогнула и растерянно обернулась.

— Ласориан, вы? – она замерла на мгновение, анализируя ситуация. – Простите я… кое-кого ждала и не подумала…

— Ничего страшного. Здравствуй, Миранда. Полагаю, кровать Дакоты – эта? – я указал на постель, которая выглядела наиболее нетронутой и поставил рядом с ней чемодан.

— Да. Она… вернулась? – напряженно, но без страха в голосе уточнила студентка.

— Да. Они сейчас говорят с Акселем.

— Ясно, – Миранда с трудом выдохнула и отодвинула книгу, которую ранее читала. – Раз вы принесли сюда вещи, она… не собирается съезжать?

Забавно, что этот вопрос звучит уже в который раз.

— Нет. Но, думаю, первое время вам будет непросто.

Миранда понимающе кивнула. Затем поднялась и подошла к окну, но, видимо, ребята успели уйти от главных ворот. Я тоже не собирался задерживаться.

— Мне пора. Всего доброго.

— До свидания, – она вдруг спешно добавила: – спасибо вам большое, что всё это время поддерживали Дакоту.

Глава 4.2. Я буду говорить прямо

Вскоре передо мной уже была знакомая дверь в приемную ректора. Едва я вошёл, как раздался скрежет отодвигающегося стула. Секретарь подскочила в изумлении. Мы пересеклись взглядами с Ифемией, и я только сейчас вспомнил о её существовании в стенах этой академии.

— Ласориан, – взволнованно произнесла девушка и забегала взглядом по столу, словно искала там какие-то подсказки, – ты…

— Передайте ректору Ганту, что господин Рэндоский пришёл поговорить о будущем моей подопечной.

Едва я расставил правильные акценты без фривольности в обращении, лицо Ифемии тут же изменилось. В её взгляде загорелись искорки неприязни. У этой эмоции есть особый сорт, когда речь идет об уязвленной женщине. И даже несмотря на это, Ифи смиренно проговорила:

— Может быть… обсудим?..

— Нам нечего обсуждать, – коротко обрезал я, сам подошёл к двери ректора и сразу постучал, не взирая на возражения секретаря. Благо я не дал ей ни крупицы информации, которая могла хоть как-то мне навредить. Конечно, можно было быть помягче, но и она не особо заботилась о своём поведении, когда выставляла плачущую Дакоту прочь за порог. А если она попытается хоть как-то навредить самой Дако… ну, пусть попробует.

— Войдите, – довольно быстро ответил ворон, чем избавил меня от неприятного общества.

— Добрый день, ректор Гант, – с притворным, но идеально вымеренным дружелюбием поприветствовал я.

— Господин Рэндолский, – не без удивления протянул адепт королевы. – Здравствуйте. Мы уже успели начать волноваться.

Носатый ворон указал на гостевое кресло, куда я и опустился.

— Да, я тоже успел немного попереживать, когда понял, что вы, дорогой товарищ, решили не рассказывать мне о столь важном возвращении студентов зеленого факультета в родные пенаты.

Я говорил без враждебности в голосе, но не стал скрывать кусающейся иронии.

— Профессор Зерг, сопровождающий спортсменов, отличный боец и преподаватель, но дисциплина и отчеты – не его сильная сторона, – Гант пожал плечами, явно уже давно заготовил ответ на мою маленькую претензию. – Поэтому мы и сами узнали всё в последний момент.

— Ох, вот как, – я задумчиво покивал. – Что же, надеюсь, он и правда так хорош, как вы говорите. В моей подчиненной за время её «болезни» успел проснуться талант к боевой подготовке.

Мои слова резко изменили тон диалога. Если до этого голоса напоминали театральную комедию, которую каждый из нас пытался «ломать» как можно сильнее, то сейчас ректор драматично смолк. Его и без того бледное лицо стало ещё белее. Длинная тонкая фигура в черном балахоне вытянулась натянутой струной. И если можно было сравнить его с вороном даже сейчас, на ум пришла бы только очень больная и испуганная птица.

В одно мгновение я ощутил, как кабинет накрыло звуконепроницаемым магическим куполом. Чудесно.

— Вы говорите… о чём я думаю? – проговорил ректор чуть ли не сакральным шепотом. Словно вся академия не узнает о таланте Дакоты буквально после первого боевого практикума.

— Да, – я не сдерживал улыбки триумфатора.

— Дакота пробудила дар королевского управления магией? – спросил он в лоб, словно не верил.

— На данный момент лишь её отрицание. Но уверен, это не предел. Драма, которая разыгралась вокруг вернувшегося Акселя, сильно подтолкнула её ментально.

Гант откинулся на спинку своего кресла и глубоко, взволнованно задышал. Он перестал смотреть на меня, упер взгляд куда-то в стол, сжал пальцами обивку подлокотников и молчал. Возможно, прямо сейчас сообщал своей святой королеве мою маленькую новость.

— Дако сильно подорвала все намеченные сроки, не так ли? – с наигранной отвлеченностью заговорил я, мешая ментальному диалогу. – Кажется, вы планировали начать реализацию плана только на последнем курсе. Что же собираетесь делать сейчас?

— Я… я теряюсь, – еле выдавил из себя ворон, словно ему не хватало воздуха. – На первом курсе. Проучившись буквально пару месяцев. Только получив ядро. Это… это невозможно. Вы уверены?

Он вцепился в меня взглядом фанатика. Будто смотрел на божественного посла, которого послали нести священное слово. После такого захотелось помыться…

— Абсолютно. Сможете сами убедиться, когда она приступит к учебе.

— Так Дакота здесь?

— Ну разумеется. Она всё ещё обычная студентка, которая собирается учиться, – мой тон стал отточено металлическим. Я неспроста спрашивал о дальнейших планах Соларии.

— Конечно.

Вдруг я заметил на глазах ректора, который нервно вжимался в спинку своего кресла… настоящие слезы. Крупные капли покатились по бледным щекам. Вечно собранному ворону пришлось шумно вдохнуть, чтобы успокоить царапающий горло ком. Едва он понял, что я заметил прилив эмоций, как не скрываясь вытер пальцами глаза.

— Что с вами, Гант? – спросил я без любой толики сочувствия.

— Это слезы счастья, – промямлил он и выдохнул ещё раз. – Вам не понять. Если… если всё так, как вы говорите, у нас есть будущее. Твердое и уверенное. Наконец-то можно будет жить без мыслей о возможном исходе.

Я знал, что священник говорил искренне. Было в этом что-то фанатичное. Он нездорово ратовал за своё дело. И от этого мне становилось мерзко. Ведь реализовать своё «будущее» они хотят за счёт моего котёнка.

Глава 5. Давай всё обсудим?

Дакота

Разговор со Скаем высосал из меня все соки. Я еле натянула улыбку, чтобы поздороваться с дедушкой Шарсом. Он встретил меня всё с той же любовью и заботой. Был даже мягче, чем обычно. Наверное, уже знает обо всём случившемся.

Мне не хотелось, чтобы меня жалели. Я была рада, когда поняла, что Лас не будет проводить мне сеансов психотерапии. Мы почти не говорили о случившемся, и это было здорово.

Казалось, что никто не может осознать моей боли. Для всех вокруг моё отношение к Скаю – лишь наивная, детская влюбленность. Ну кто всерьёз верит, что мальчик из прошлого и правда будет рядом, как обещал? Прошло ведь столько лет.

Понять меня полноценно могла лишь такая же сирота. Легко говорить «отпусти связь детства, это так наивно», когда у тебя есть родители, братья, сестры или хоть кто-то из близких.

У меня же был только Скай. Он заменял всех. Друзей, семью, возлюбленного.

Если бы я узнала о его предательстве, когда была совсем одна, даже без Ласориана, не знаю, как бы справилась. Сейчас чуть легче. И всё же… больно.

Я со стеклянным взглядом дошла до комнаты и надеялась, что смогу немного поспать. Был выходной, в это время все студенты ещё находились у своих родителей хотя бы до вечера. Но… увы, одиночество оказалось слишком дорогой блажью.

— Дакота? – взволнованный голос Миранды прогремел громом. Но это был лишь отголосок и глухое эхо после случившейся в саду эмоциональной бури. Потому я не смогла даже удивиться.

Соседка стояла у окна.

Высматривала меня?

Или Акселя.

От одной мысли о них двоих по спине вновь пробежали холодные, гадкие мурашки, а под ребрами защемило. Но моё выражение лица не изменилось.

— Здравствуй, – произнесла я сухо и взглядом пробежалась по комнате. Ничего не изменилось. Разве что мой чемодан с вещами стоял у кровати.

Состояние было такое, будто я только-только проснулась. Хотелось говорить тише, чтобы не оглушать себя собственным голосом. Опустить голову на подушку и закрыть глаза. Мне нужно было немного выдохнуть, потому встреча с Мирандой оказалась совсем не к стати.

— Ласориан уже заходил, – ответила Мира на немой вопрос, заметив, что я ищу глазами чемодан. Она звучала чуть нервно. Словно расстроенная скрипка, которую держит искусный музыкант и пытается выдавливать верные ноты, но струны всё равно не слушаются.

— Я вижу, – коротко кивнула и прошла к шкафу, чтобы снять верхнюю одежду.

Ненадолго воцарилась тишина. Наверняка Миранде было неловко, а мне… как-то всё равно. Внутри разрасталась пустота. Из меня ранее выжали эмоции, как из мокрой губки.

— Вы… говорили с Акселем? – спросила вдруг Мира, помедлив.

У меня дрогнули руки. Так странно. Чувствую опустошенность и бессилие, а когда она произносит его имя, тело всё равно реагирует напряжением.

Я обернулась, Миранда успела сесть на стул.

— Да.

— И как?

Что я могла ответить? Многое. Но не хотелось. Обсуждать это с ней я точно не собиралась. Они наверняка встретятся с Акси, он всё ей расскажет, и она ещё пожалеет бедолагу, который был со мной столь открытым, а я, этакая эгоистка, ничего не хочу слышать и понимать.

Прежде чем ответить, я стряхнула пальто и повесила его на вешалку. Стянула шарф. Убрала перчатки.

— Глаза у него всё ещё на месте, – произнесла, не оборачиваясь.

— Что? – Миранда искренне не поняла.

Я не сдержала совсем тихого смешка.

— Ну… ты сказала, что если Скай вдруг забудет меня, предаст и сделает больно, ты выцарапаешь ему глаза, – я говорила медленно и размеренно. – Так вот, они всё ещё на месте.

Я посмотрела на Миранду через плечо. Мы встретились взглядами, и она растеряно отвернулась. Даже необычно видеть вечно бойкую и сильную ведьму в столь уязвимом положении.

— Я ведь тогда не знала…

— Что он предал меня, выбрав тебя, а не какую-то другую девушку? Да, это и правда многое меняет.

Я сняла пиджак, осталась в одной рубашке и юбке. Говорила между делом. Уже подошла к кровати и села на край.

— Дакота, давай всё обсудим? Честно, открыто и без резких уколов.

Я знала, что это было правильно. Но… мне совершенно не хотелось начинать ещё один выматывающий разговор. В какой-то момент появилась мысль, что они с Акселем спешат поскорее со мной всё обсудить, чтобы очистить свою совесть. Выдохнуть и жить дальше. В то время как мне от всех слов легче совсем не станет.

— Тогда конечно, – раздался над ухом голос, полный иронии. – Давай тонуть в болоте страданий.

— Отстань, – резко рыкнула я, и поняла, что Миранда удивленно вытянулась.

— Что?

— Я… – хотелось сказать «не тебе», но если буду распространяться о неком голосе в голове, меня наверняка сочтут за ненормальную. – Прости, Миранда. Сейчас я не готова говорить. Я вымотана дорогой и встречей с Акселем. Хочу просто отдохнуть.

Глава 5.2. Какое-то издевательство

Миранды не было довольно долго. Уснуть у меня не вышло. Едва закрывала глаза – всплывали навязчивые образы. Боялась встать и выглянуть в окно, чтобы случайно не заметить парочку, прогуливающуюся за руку или что похуже.

Когда поняла, что дневной сон – непозволительная роскошь в моем нервном состоянии, я занялась делами. Разобрала вещи, приняла ванную, почитала и переоделась в пижаму. И хоть ещё не объявили отбой, но когда соседка вернулась, я уже была в постели и сделала вид, что сплю.

Мира наверняка захотела бы поговорить. Я же планировала избегать её вопросов и слов до тех пор, пока что-то для себя не решу. Она ведь будет ждать какого-то решения. А я сейчас принять его не в состоянии.

Смогла уснуть, лишь когда осознала, что Миранда здесь, а не гуляет где-то рядом вместе со Скаем. Не представляю, когда эти мерзкие мысли меня отпустят.

Проснулась я ещё до рассвета. Тихо собралась, надела зимний спортивный костюм, собрала волосы в хвост. Парикмахер не обманула. Её настойка и правда расправил мои кудри, и локоны остались прямыми даже после мытья и сна.

Академия спала, а я уже шла в лес профессора Хёрт. Её саму я там явно не застану, но возле входа всегда дежурил студент или практикант с факультета птиц.

Каково же было моё удивление, когда дойдя до ворот, я услышала знакомые голоса у смотрового пункта.

Только не это…

— Кто идёт? – бодро окликнул меня один из парней.

Уже заметили. Назад не повернуть. Да и с чего бы я должна избегать встреч?

— Дакота Синк, – я подошла ближе к деревянной стойке, от которой исходило тепло. Оно согревало сторожей леса даже зимой. Протянула пропуск для отметки. – Первый курс факультета зеленых пауков.

На меня с удивлением посмотрели двое. Руперт, который когда-то познакомил меня с Кедриком, и Скай. Первый был на своём месте, он ведь с белого факультета, который помогает профессору следить за лесом и его обитателями. А вот что тут забыл второй – я не понимала. Какое-то гадкое совпадение...

Я надеялась вообще ни с кем не встретиться. Только отметиться у смотрителя. Выглядела максимально просто и по-спортивному. Хвост, никакого макияжа, глупый согревающий костюм.

Да и ладно. Не собираюсь я перед ним красоваться.

Мы невольно встретились взглядом со Скаем, и он постарался дружелюбно улыбнуться. Я хмуро потупила взгляд. Никогда не привыкну к мысли, что могу теперь вот так встретить его за любым поворотом.

— Ты чего здесь так рано? – усмехнулся Руперт и взялся за мой пропуск.

— А это важно? – я спрятала ладони в карманы зеленого, теплого жилета. Радовало, что могу отвлечься на разговор с кем-то ещё.

— Мне нужно указать цель визита, – птиц сегодня звучал довольно приветливо, я запомнила его хмурым грубияном.

— Хочу побегать и сделать зарядку вместе с моим питомцем.

— Занялась спортом? – Руперт окинул меня заинтересованным взглядом. – Чего это?

— Просто тренируюсь, чтобы быть сильнее.

Я недовольно хмыкнула. Не хватало ещё объяснять столь простые вещи. Но хотелось дать понять, что совершенствуюсь я не ради кого-то, а только для себя.

— А вы почему здесь так рано? – постаралась спросить как можно более буднично и не враждебно. Чтобы не повисло неловкой тишины, пока заполняют пропуск. Конечно же, под «вы» я имела ввиду лишь Ская.

— Я на дежурстве, а Акси решил составить мне компанию, – задумчиво пробубнил второкурсник, ставя магическую печать.

— Мы с Рупертом дружим. Я ведь поступил сначала на факультет белых птиц. Отучился год там, а затем уже перевелся на зеленый. Правда снова на первый курс. Чем завоевал клеймо бестолкового второгодки, но… ненадолго.

Скай самоуверенно усмехнулся. Я не сдержала досадного вздоха от осознания ситуации.

— Ну отлично. Я успела познакомиться с твоей девушкой и другом, но правду узнала лишь в последний момент.

— Эй, я не врал тебе, когда сказал, что не знаю никакого Ская, – возразил Руперт и протянул мне пропуск. – Я знаю лишь Акселя. Твоего имени он тоже не говорил. Да он меня даже с Мирандой-то не познакомил. Всё стесняется.

Птиц посмеялся, чем заслужил болезненный толчок локтем в бок и неодобрительный взгляд от друга.

— Что я такого сказал?

— Да он вообще… не большой любитель своего прошлого, – я фыркнула и убрала пропуск в карман. Уже зашагала по тропе дальше вглубь леса, как вдруг Скай пробежал следом и окликнул меня:

— Дакота!

Я обернулась и уперла в него серый на эмоции взгляд.

— Если ты идёшь тренироваться, – он замялся, словно понял, что заговорил о сущей глупости, – хочешь, я помогу? Если ты, конечно…

— Не хочу, – резко прервала я.

— Уверена? Моя специализация – ближний бой.

Я скривила губы, моргнула и активировала силу глаз. В наш первый разговор не делала этого, потому что Скай прекрасно осведомлен, что именно я вижу. Даже сейчас, когда я научилась за пару месяцев использовать анализ аур как можно незаметнее, Скай всё равно нахмурился.

Глава 6. Пушистые тренировки

Лес профессора Хёрт под пушистым полотном снега выглядел ещё волшебнее, чем прежде. На деревьях горело больше огоньков: животные явно освещали свои домики, ведь даже сейчас стояла утренняя полутьма. Пушистые звери обзавелись ещё более внушительными шубками. А свежий воздух из-за щиплющего холодка казался свежее обычного.

Спустя десяток глубоких вдохов, когда ворота оказались позади, и голосов уже не было слышно, я смогла отпустить ситуацию. Нужно меньше волноваться в моменты встреч со Скаем, ведь они будут происходить всё чаще. Хочу я того или нет.

Едва я переступила черту знакомой поляны, как один из сугробов вдруг зашевелился. Сначала из него показался синий хвост, который щеткой сметал все преграды, а после два длинных рога.

— Кедрик!

Не успела я натянуть на лицо широкую улыбку, как ко мне на всех парах уже несся неболап, отряхивая с себя снег прямо по пути. Счастье от встречи столь сильно переполняла волшебного пса, что он путался в собственных лапах.

Я же вдруг кроме радости ощутила кое-что другое. Глаза мои расширились от удивления, а внутри зародилось то ещё опасение, ведь за два месяца, пока я не видела моего питомца, он вымахал раз в десять! И теперь наверняка был выше меня, если встанет на задние лапы. И это хорошо, плохо другое – в своём порыве эмоций он абсолютно не понимал новых габаритов!

— Подожди! – растерянно вскрикнула я, но было уже поздно. Большущая туша размером с жеребенка сбила меня с ног резким прыжком. Единственное, что спасло меня от нового посещения лазарета – мягкая подушка из снега, на которую я и приземлилась.

Кедрик на секунду замер, осознав ситуацию. Но когда услышал, что я подаю признаки жизни, тут же счастливо заелозил снова и начал облизывать горячим языком мне лицо.

Да уж. Можно было не умываться.

— Я тоже рада тебя видеть, малыш, – искренне, хоть и с трудом прохрипела я, пытаясь вдохнуть грудью под массивом пушистости. – Правда ты скорее «малышище». Ну и вымахал!

Кедр поддержал моё высказывание громким лаем, который уже и рядом не стоял с щенячьи попискиванием. От его мощного голоса у меня на пару секунд заложило одно ухо, а с ближайшего дерева с негодованием во все стороны разлетелись птички-светлячки.

— Как здорово, что я успела напитать тебя магией до того, как пропала, – я подняла руки и запустила их в шерстяную грудку, пёс тут же задрыгал задней лапой, невольно имитируя почесывание. – Прости, что меня так долго не было.

Неболап замер на секунду с неожиданно растерянным выражением морды. Показалось, что в его большущих глазах даже отразился огонёк тоски, от которого у меня сжалось сердце. Но уже скоро он весело уткнулся мордой мне в щеку, явно намекая, что не держит зла.

— Спасибо, – шепнула совсем тихонько и погладила питомца вновь. – А теперь слезь с меня, пожалуйста, а то я скоро не смогу дышать.

После пламенной встречи я приступила к первому физическому упражнению: несколько подходов активных почесываний пуза и за ушами. У моего неболапа оказалось так много зимнего подшерстка, что все вопросы: почему он спит в сугробе, а не уютном домике, отпали сами собой.

— Давай пробежимся, а потом потренируемся с твоими навыками.

Казалось, Кедрик согласен на любое предложение, если я буду проводить время с ним вместе. В общении с ним я чувствовала отдушину. Вот уж и правда существо, которое любит меня несмотря ни на что. Ему неважно, какой я выросла, на какой факультет поступила, какая магия во мне пробудилась. Казалось, даже если я стану самым плохим человеком на свете, он всё равно будет радостно встречать меня снова и снова.

Я оставила вещи на поляне неболапа, и мы начали наш забег по расчищенным тропам волшебного леса.

— Старайся дольше лететь, – командовала я. – Вряд ли твой полет зачтут нам за одну из магических способностей, но на это точно будут смотреть на экзамене.

Кедрик брал разбег длинными лапами, бодро взлетал, пролетал порядка минуты и всё равно невольно приземлялся, путаясь в своём чересчур массивном теле и рогах. Однако я была уверена: если мы будем так заниматься каждое утро, скоро он сможет летать куда выше и дольше. Когда я только начала бегать по утрам, тоже быстро сдавала. Но на потоке негативных эмоций, чтобы выплескивать их хоть куда-то, заставляла себя двигаться дальше. Оказалось, ничто так не прочищает голову, как хорошая нагрузка на тело, да ещё и на свежем воздухе.

Когда пробежка была завершена, мы сели на поляну и перекусили парочкой сочных яблок, которые я успела прихватить с собой, и настало время переходить к другой тренировке.

— У тебя ведь явно талант к какой-то ментальной магии. Попытайся приказать мне дать тебе ещё одно яблоко, – бодро попросила я, протягивая сладкий плод. Кедр попытался просто схватить его зубами, но я вовремя одернула ладони.

— Нет, нет! Прикажи с помощью магии. Как тогда, с конём Харланда.

Неболап надулся, почесал задней лапой за ухом и когда понял, что ему и правда не получить угощение без стараний, взялся за дело. Я видела, как напрягается его морда, глаза расширяются, а хвост сосредоточенно приминает снег из стороны в сторону, но… никакого воздействия не ощущала, хотя даже не собиралась сопротивляться.

— Нужно лучше выбирать подчиненных, – послышался голос над ухом. – А не брать под крыло первую попавшуюся милую мордашку, которую стало жалко. Тем более если тебе сразу сказали, что он неполноценный.

Глава 6.2. Я ведь твоя подруга?

Когда я вернулась в комнату, Миранда уже проснулась и собиралась на занятия. Я же была просто рада, что не застала здесь ещё кого-то, ведь у ворот в лес Ская к тому моменту уже не было.

— Доброе утро, – довольно бодро поздоровалась соседка, отвлекаясь от настольного зеркала. Она как раз наносила макияж.

— Доброе, – я кивнула, сняла верхнюю одежду и кинула к кровати свою сумку.

Мира продолжила красить ресницы, поглядывая на меня лишь через зеркало. Я распустила хвост, поскольку собиралась взять чистую одежду и принять душ.

— Мне нравится твоя новая прическа, – на лице Миранды появилась приятная улыбка. – Тебе приходится как-то поддерживать прямоту волос? Я могу попробовать сварить подходящее зелье, чтобы эффект держался дольше.

— Спасибо, – я невольно покрутила между пальцами прядь, – но не нужно. Их запечатали магией. Обещали, что эффект продержится несколько месяцев.

На какое-то время возникло ощущение, что ничего не произошло. Мы просто снова мило беседуем утром. И никакой Скай не ворвался в наши жизни.

— Ясно, – Мира полноценно обернулась, я продолжила доставать из шкафа нужные вещи и полотенце. – Впрочем, мне и твои кудряшки нравились. Они тебе шли.

— Я чувствовала себя в том образе наивной деревенской дурой, – честно, но довольно резко ответила, и тут же уловила, как соседка поменялась в лице. Воцарилась неловкая тишина, и я знала, что за ней проследует логичный вопрос:

— Поговорим за завтраком?

— Нет.

— Ну или можем здесь, если тебя смущают посторонние…

— Не смущают, я просто… – мой взгляд остекленел, – не хочу.

Мне казалось, что после этого Миранда лишь кивнет, отпустит меня в душ, а сама пойдет пожалуется Акселю. Но Мира не слыла бы ведьмой, если бы не решила настоять.

— Дакота, – окликнула она меня вдруг куда менее мягко, чем раньше. Я уже была у двери в ванную, но остановилась и обернулась. Миранда тоже поднялась со стула и нервно скрестила руки на груди. Она не смотрела на меня, а буравила взглядом пол. Если бы её магическая сила была иного толка, мы бы могли загореться.

— Да? – я оставалась спокойной. Мне даже было интересно, что она скажет.

— Если ты не хочешь со мной разговаривать обо всем случившемся, – взгляд зеленых глаз уперся в мою фигуру, – зачем вернулась сюда? В эту комнату.

— А как ты связываешь эти два… фактора? – мне было немного сложно подобрать слова. Однако в разговорах с Мирандой я и правда чувствовала себя сдержаннее, чем когда видела того же Ская. Не потому что отношения с Мирой были мне неважны. Просто боль мне причинил он, а не она. И да, пока что я не могу дружить с ней как раньше, но от её вида сердце не ноет. Лишь когда я представляю рядом Акселя.

А вот при Ская мне гадко на душе всегда.

— Я подумала, что раз ты решила жить со мной и дальше, а не съехала в свободную комнату, ты хочешь… продолжить дружить, – Мира нервно усмехнулась. – Звучит так, словно мы мальчика на детской площадке не поделили, но по-другому сформулировать не могу.

Лучше бы она не говорила последнего.

Конечно.

Для неё мои чувства – это всего лишь «любовь с детской площадки».

Ах, как легко говорить, когда у тебя с рождения была вся любовь мира.

Я постаралась скрыть, что ненужный комментарий меня задел. Лишь задумчиво отвела взгляд в пол.

— Я решила и дальше жить здесь… хм, ну, во-первых, потому что это такая же моя комната, как и твоя…

— С этим я не спорю!

— А во-вторых, – почти перебила соседку, когда уже вновь смотрела ей в глаза, – я надеюсь, что если буду видеть вас двоих как можно чаще, быстрее смогу отстрадать, переболеть и выкинуть это из себя.

С холодом моего голоса в этот момент мог сравниться лишь мороз на улице. Наверное, поэтому Миранда на секунду замерла в удивлении.

— Звучит как мазохизм, Дакота.

— Ну а что мне ещё делать? – я пожала плечами с притворным равнодушием. – Сидеть в стороне, увы, не помогло.

— То есть ты просто не хочешь говорить со мной о всех тех чувствах, которые тебя явно мучают? Я ведь всё ещё твоя подруга.

Я потупила взгляд. Мира уловила в этом неуверенность в её последнем высказывании. Это её разозлило. Она была мудрой девушкой, но с горячим характером. И хоть я не смотрела ей в лицо, но заметила, как сжался один из кулаков.

— Серьёзно? – процедила она с обидой.

— Я не знаю, – ответила честно и почувствовала, как к горлу подступает ком. В последнее время он ощущался колющим изнутри лезвием, которое разрывало гортань и мешало говорить. – Поэтому и не хочу сейчас это обсуждать. Скажу одно: если тебе вдруг со мной некомфортно – съезжай, пожалуйста, сама. А сейчас мне нужно принять душ. Иначе опоздаю на занятия.

Миранда больше ничего не сказала. Я ушла в ванную, и слышала, как она довольно быстро собралась и ушла, хлопнув дверью.

Я же стояла под горячими каплями воды, и надеялась, что они смоют с меня неприятный осадок, что остался после разговора.

Глава 7. Враг моего врага…

В столовой за завтраком меня ожидала неприятная картина. Едва я села с едой за свободный столик, взгляд сразу упал на парочку, которая сидела в отдаленном углу. Я знала, что замечу их, как сильно не пыталась смотреть в тарелку.

Мы встретились взглядами с Скаем. Я заметила, как он тут же дрогнул в желании встать и уйти, но Миранда сжала его руку на столе и что-то сказала. Аксель кивнул ей и остался сидеть. У меня же внутри всё неприятно заворочалось.

Мира потребовала у него остаться? Чтобы дальше мозолить мне глаза? А ведь могли просто из чувства понимания позавтракать где-то в другом месте.

Хотя это так глупо.

Я ведь сама ей недавно сказала, что вернулась, чтобы смотреть на них чаще и переболеть поскорее. Но это на словах легко и просто. А на деле я растеряла весь аппетит, а желудок гадко сжался.

Отвела взгляд, чтобы больше не видеть, как они там переговариваются и держатся за руки. Замечала, что Скай периодически поглядывает в мою сторону и молилась Королеве, чтобы он не додумался подойти и опять заговорить о нас.

К моему счастью, ко мне решили подсесть. Я продолжала всё смотреть в чашку с чаем, потому мозг быстро сам достроил теорию: «наверняка это Фанни, а кто ещё?». Но меня ждало глубокое разочарование.

— Я успел соскучиться, – поразил меня знакомый голос с едкой усмешкой.

Из моего взгляда тут же исчезла любая надежда. Утро становилось всё хуже.

— Харланд, – с вязкостью на губах просмаковала я имя вместо приветствия, – с чего бы тебе по мне скучать?

Одно радовало – однокурсник сел так, чтобы его широкая спина закрыла мне проклятый стол в углу. Но ненадолго. Ведь для демонстрации своего ответа, Харланд чуть отодвинулся и сел в пол-оборота.

— Меня тошнило от этой милующейся парочки. А теперь приехала ты, и я могу с огромным удовольствием наблюдать, как Акселя корёжит.

Сын ректора настолько обнаглел, что поднял руку и с гаденькой улыбкой помахал неприятелю. Я всё же посмотрела в ту сторону. Если бы Скай был котом, его шерсть полезла бы во все стороны от напряжения, с каким вздыбилась. Он смотрел в сторону Харланда столь недовольным взглядом, будто вот-вот собирается подойти и без вопросов ударить.

Появилось странное чувство. Вроде как мерзко от «нового собеседника», а в то же время иррационально приятно. То самое удовлетворение, которое испытываешь, но разумом себя за него осуждаешь.

И всё же я не собиралась становиться красным мячиком, которым крутят у носа злой собаки.

— Пошёл вон, Харланд, – холодно произнесла я и поднесла кружку к губам, будто наш разговор окончен.

Однокурсник тут же выпрямился и уставил всё внимание на меня. Зря он поворачивает спиной к такому как Аксель. Но его плотно на привязи держит одна змея.

Ох, Святая Королева, ну почему у меня рождаются такие плохие мысли о Миранде? Хочет выскрести их из головы. Это всё так неправильно.

— Прости, Дакота, – куда более дружелюбно запел Харланд. – Я слышал о твоей истории. Будем честны, уже почти все знают.

— Рада за вас, – я скучающе поставила локоть на стол и подперла ладонью подбородок. – Мне-то что?

— А ты изменилась, – многозначительно хмыкнул вдруг сын ректора. – Взгляд какой-то стеклянный. Где та девчонка, которая кинулась на меня с кулаками, чтобы отбить фейские книжечки?

— Как видишь, люди меняются.

— Впрочем, да, глупый вопрос, – он почесал затылок. – Я к чему это всё. Помнишь, когда мы встретились в лесу профессора Хёрт, я уже тогда тебе говорил, что Миранда – ядовитая змея. И зря ты с ней водишься.

— Я всё ещё не считаю Миру таковой.

— Даже когда она увела у тебя парня?

Захотелось выплеснуть ему в лицо горячий чай. Хотя говорил-то правду. Но она впервые звучала столь прямо и беспардонно.

Вдох. Выдох.

— Там много своих тонкостей. Но даже так, ты пришёл с таким видом, словно пытаешься сказать: «я предупреждал», однако на деле ни я, ни ты, ни Мира ничего этого предвидеть не могли.

— Ну, менее змеей Миранду это не делает. Погляди, как она держит Акселя за ручку и даёт ему пойти набить мне морду, – он опять чуть отстранился и посмотрел из-за плеча. Но я не стала поднимать взгляда. – А он определенно горит желанием.

— И вот мы возвращаемся к тому, чтобы ты проваливал отсюда, – в моём тоне появилось больше жесткости. Она вернула Харланда «ближе к теме».

— Ну не прогоняй меня вот так, – он улыбнулся. – Не подумай, я сел не чтобы поиздеваться на Акси, хоть я его и терпеть не могу. Я хотел сказать, что мне очень жаль. И я тебе сочувствую. Правда.

Я моргнула и активировала силу глаз. Неожиданно, аура Харланда и правда светилась голубой доброжелательностью и легкой… неловкостью? Было тут что-то ещё. Когда человек врёт, его аура может в местах хаотично меняться. Судя по частоте смены оттенков, Харланд не врал, но явно что-то недоговаривал.

В то время из-за его спины прямо огнём била чёрная аура ненависти, когда я видела кусочек силуэта Ская. Я невольно усмехнулась.

— Я серьёзно! – воскликнул Харланд, думая, что смеюсь над ним.

Глава 7.2. Да кто ты такой? Именно! Никто.

Едва Харланд понял, что происходит, тут же вскочил со стула. Скай оказался рядом с нашим столиком буквально за считанные секунды. Его скорость поражала воображение. И при этом он не использовал ни крупицы магии.

Секунда, и мой барьер был пробит кулаком без каких-либо затруднений. Скай даже бровью не повёл. Кажется, он и не понял, что это я поставила защиту. Всё его внимание было сконцентрировано на моем недавнем собеседнике. Пришлось отключить силу глаз, настолько аура гнева застилала всё вокруг.

— Не смей к ней приближаться! – яростно выпалил Скай в лицо Харланду, грубо хватая его за шиворот и встряхивая.

— А то что? – усмехнулся сын ректора, будто ещё больше пытался спровоцировать.

Я осталась сидеть на своём месте. Наблюдала за этой картиной с вымученным спокойствием, хотя внутри всё кипело возмущение. Почему он вообще лезет, когда следить ему нужно уж точно не за мной?

Точно. Миранда. Я мельком взглянула в сторону. Соседка вовсю бежала к нам. Однако она не успела до первого выпада. Скай замахнулся и собирался красноречиво объяснить своё недовольство, отпечатав кулак на лице Харланда. Меня шокировало, насколько резким и вспыльчивым он стал.

— Эй! – выкрикнула я, поднимаясь, но…

Харланд будто ждал отмашки. И как только получил её, тут же гневно проскрипел:

— Лежать.

Удар Ская достиг своей цели, но не в полную силу. Всё потому что после грубо брошенного слова, он вдруг начал мгновенно задыхаться. Как если бы его не просто лишили воздуха, но и выкачали остатки кислорода из легких.

Хватаясь за горло, Скай упал на колени и пытался сделать хоть короткий вдох. К нему подоспела Миранда, которая тут же принялась искать в своей сумке хоть что-то, что может помочь.

— Харланд, тебе нельзя использовать эту магию! – гневно взревела соседка.

— Можно, если твой бешеный пёс начинает кусаться первым, – тот харкнул кровью в ответ. Скай даже с замедленного удара знатно рассек ему губу.

Я не до конца понимала, что вообще происходит. Знала, что Харланд маг воздуха, но никак не думала, что он может вот так просто лишить кого-то возможности дышать.

— Твой выход, – послышался надменный, смешливый шепот над плечом.

— Без тебя знаю, – рыкнула я тихо, а после громко приказала: – Хватит!

От меня разошлась физически ощутимая волна, даже посуда на столе пошатнулась. Вся магия рядом тут же развеялась. Скай моментально начал ртом глотать воздух, как если бы вынырнул после долгого погружения под воду.

Глаза Харланда и Миранды расширились от осознания. Да и прочие студенты, которые не решались подходить, но смотрели со стороны, застыли в тихом изумлении.

— Дакота, ты… смогла пробудить магию своей специализации? – удивленно шепнула Миранда. Я бы подумала, что она рада за меня, но… её руки заботливо легли на плечи Ская, и мне стало гадко смотреть.

— Да, – коротко ответила и посмотрела на Харланда. – Поэтому давайте без убийственных заклинаний.

Тот растерянно хлопал глазами, не веря в произошедшее. Понимаю. Я бы и сама не поверила, если бы увидела магию отрицания от обычной сироты.

— Мне ваши заклинания и не нужны, – прохрипел вдруг Скай и поднялся на ноги, отводя плечи от прикосновений Миры.

— Акси! – попыталась вмешаться соседка, но её не слушали.

Харланд сделал опасливый шаг назад. Он понимал, что без своей магии ничего не сможет противопоставить в этом бою. Видимо, огромная сила Ская была его особенным даром, на который я повлиять не могла.

Потому я резво вышла вперед, встала между парнями и преградила Акселю путь.

— Перестань!

Он остановился передо мной, недовольно смотря сверху вниз из-за роста. Будем честны, физически я для него даже преградой-то не считалась, настолько он вымахал. Однако встретившись взглядами, Скай всё же замер, сжимая кулаки и играя желваками

— Что ты вообще себе позволяешь?! – возмутилась, забыв обо всех прочих студентках, которые наблюдали со стороны.

— Дакота, он мерзавец! – рыкнул Скай, тыча пальцем в сторону Харланда через моё плечо. – Такой как он даже подходить к тебе права не имеет!

У меня внутри всё содрогнулось от такой прямолинейной наглости! Захотелось дать ему отрезвляющую пощечину, развернуть к Миранде и отправить командовать ею.

— Это не тебе решать!

— Я пытаюсь тебя защитить!

Я не сдержала нервного смешка. Защитник нашёлся! Посмотрите на него! На моём лице отразилась буря эмоций от растерянности до злости.

— Да кто ты вообще такой, чтобы решать, с кем мне общаться, а с кем – нет?!

— Я… – он с таким уверенным видом начал говорить, будто сейчас скажет самую святую и нерушимую истину. Но смотря мне в глаза, в которых невольно отразилась обида, Скай вдруг стыдливо осекся. Он невольно обернулся на Миранду, что следила за нами с опасением и переживанием на лице. Но всего на секунду. После он вновь смотрел на меня, однако уже без той уверенности. Будто только сейчас эмоции улеглись, и до него дошло осознание абсурдности ситуации.

Глава 8. Фейская поддержка

Это утро казалось каким-то бесконечным. Я знала, что будет сложно в первый день учебы. Но не думала, что выплеснется столько эмоций.

До начала занятий оставалось около получаса, когда я смогла найти укромный уголочек в коридоре у окна, и просто смотрела на падающий снег. Внутри полыхали самые различные чувства, а из головы не выходила одна лишь мысль: «неужели так больно будет каждый раз, когда я его вижу?».

В этом потоке размышлений я не заметила, как со спины кто-то подошёл. Холодная ладонь легла на плечо. Я тут же подумала, что это Харланд, который так и не понял моих слов. Поэтому обернулась и резко выпалила:

— Я же сказала, что хочу побыть…

Однако неловко запнулась. Передо мной стояла удивленная рыжая фея в своей неизменной длинной мантии. Она испуганно захлопала глазами. В её руках было два свертка.

— Ох, Фанни? – впервые за последние дни у меня внутри разгорелось тепло от встречи с кем-то знакомым. – Прости, я подумала, что это Харланд.

— О-о-о, – протянула студентка из серых кошечек и растерянно улыбнулась, – тогда понятно.

Мы с ней вместе ощутили нотку неловкости, когда ты не понимаешь: достаточно ли вы близки с человеком, чтобы обняться при встрече? Да, мы общались ранее, но в основном из-за Миранды, с которой они были куда более дружны.

Пока я мимолётно раздумывала, Фанни первая набралась смелости и сделала шаг навстречу.

— Здравствуй, Дакота.

Она потянулась, чтобы обнять меня, хоть и вытянула ладошки со свертками повыше. Мне стало невероятно приятно от этого маленького жеста, и я с теплотой обняла её в ответ. В моменте почувствовала, как под тканью мантии трепещут крылышки.

— Здравствуй. Я очень рада тебя видеть.

Когда Фанни отступила, она протянула мне один из бумажных свертков.

— Мне рассказали о сцене в столовой. Я подумала, что ты не успела позавтракать. Вот.

Я развернула бумагу и увидела несколько бутербродов, аккуратно нарезанных треугольниками. На лице невольно появилась улыбка, а горло даже зацарапал ком. После всех эмоциональных качелей было очень приятно осознать, что кто-то в этом месте о тебе заботится просто так. Не чтобы загладить свою вину или утолить жажду совести.

— Спасибо большое.

Фея живо кивнула. Мы вместе присели на подоконник и взялись за импровизированный завтрак.

— Тебе Миранда с Акселем рассказали?

Мне было немного страшновато. Всё же между мной и ребятами произошёл конфликт, как на эту ситуацию не посмотри. А Фанни была куда ближе с ними, чем со мной. Потому я думала, что если отсекла от себя Миру и Ская, то и с ней общаться не смогу.

— Угу, – Фанни буднично кивнула. – Я как раз пришла в столовую через пару минут после случившегося. Как ты?

— Сложно.

Я опустила взгляд на надкусанный бутерброд. Возможно, фея была единственной, с кем я могла говорить худо-бедно откровенно. Ведь она стала свидетельницей того возвращения Ская в академию. Но при этом оставалась некой «нейтральной стороной».

— Я не знаю, что мне делать. Хочется всё забыть и жить дальше. Но так просто не получается.

— Понимаю, – кивнула Фанни. – Хотя у меня никогда не было такой связи, как у вас с Акселем. Поэтому быть до конца объективной я не могу. Но я тоже злюсь и обижаюсь на профессора Рейка, который оставил меня одну, хотя обещал оберегать и быть рядом. И за это время не написал мне почти не строчки.

Прошло столько времени, а у меня до сих пор разгорался огонь гнева внутри, когда я слышала это имя. Однако Фанни не в курсе о настоящем облике своего покровителя. Лучше пусть так и остаётся.

— Быстро бы ты его простила, если бы он вернулся сейчас?

— О, моментально, – мечтательно протянула Фанни, с детским чистым энтузиазмом. – Я бы хотела как можно больше времени быть с ним рядом, нежели тратить дни на обиды.

Это ощущалось уколом в мою сторону. Хоть я и понимала, что фея этого не хотела.

— А если… если бы он сказал, что нашёл другую студентку, которой будет помогать? И ты тут теперь как-нибудь сама справляйся с учебой и прочим. И вообще ему больше хочется быть наставником у аристократки с зеленого факультета? Но он будет за тобой приглядывать как просто твой профессор.

Улыбка Фанни стерлась. Она сделала ещё один укус и задумчиво прожевала, прежде чем начала говорить:

— Да, это было бы больно. Но твоё сравнение очень уж прямолинейное и грубое. Хотя я и понимаю, к чему ты клонишь. Хм-м-м, – она протянула последнее, качая ножкой. – Наверное, я бы обиделась на него куда сильнее. Но, пожалуй, я бы не стала злиться на девушку, которой он решил помочь. Она ведь не виновата. Да и знаешь, я была в академии рядом с ребятами, когда ты ушла. Всем в этой ситуации очень нелегко. Конечно, кому-то больше, кому-то меньше. Но каждый очень хотел бы не делать никому больно. Просто так уж вышло. Я считаю, что вы все трое очень хорошие люди. И мне очень грустно от того, что судьба подкинула именно вам такое испытание.

Ох уж это «так вышло», «всем больно», «такова судьба». Я всё это понимала. Но ведь от этого нелегче принять жестокость ситуации.

Глава 8.2. Маленький подарок

— Спасибо, что пришла ко мне, – я решила перевести тему и тоскливо улыбнулась. – Я боялась, что ты отстранишься от меня, ведь с ребятами общаешься куда дольше.

— Вы все мне важны. И всем вам я очень сочувствую. Может быть, тебе постараться переключиться на общение с кем-то? Я всегда рада с тобой поболтать, но наверняка вас ждёт много учебных моментов, где тебе будет грустно оставаться одной на фоне Миранды и Акселя.

— Да-а-а, набивается ко мне тут один кандидат, – я тихо посмеялась.

— Харланд-то? – весело спросила Фанни.

— Да. Но ты не подумай. После того, что он с тобой делал, я его видеть не хочу.

Фея задумчиво подняла взгляд к потолку.

— Знаешь, мне кажется, Харланд не плохой. Вернее не так. Иногда он очень несправедливый и гадкий, но… люди ведь не становятся озлобленными просто так, верно? Мне всегда хотелось узнать, что и когда в нём сломалось. Многие говорят, что это избалованность. Но ректор Гант не кажется мне родителем, который слишком много позволяет своему единственному сыну.

Странно было слышать такое от Фанни. Это очень мудро с её стороны смотреть на столь зловредного обидчика столь разнопланово. Всем кажется, что она слабая девочка, но испытания явно подарили ей кое-что важное: умение слушать, думать, анализировать, а главное – прощать.

Мне бы её талант очень пригодился сейчас.

— Я знаю лишь одно – если я продолжу с ним общаться, у него может сломаться нос от следующего выпада Ская…

— Ох, да, я слышала. Акселю тоже полезно немного сдерживаться. Все эти бои что-то слишком его раззадорили.

Я вздохнула и доела свой бутерброд. Фанни присоединилась к немой минутке трапезы. Вроде бы разговор не принес конкретных ответов: что же делать, но мне всё равно стало немного легче.

— Спасибо ещё раз.

— Совсем не за что, – фея вдруг что-то вспомнила и быстро затолкала кусочек бутерброда себе в рот, отчего одна из её щёк смешно округлилась, как у хомячка. – Кстати, у меня для тебя кое-что есть, – добавила она последнее, когда с трудом проглотила еду и принялась копаться в своём рюкзачке. – Вот…

Фанни протянула мне блокнот в твёрдой обложке. Вполне обычный, нежно-зеленого цвета. Однако когда я попыталась его открыть, у меня не вышло.

— Моё новое маленькое изобретение. Вернее такие наверняка уже где-то продаются, но я решила сделать себе сама и подумала, что тебе тоже может пригодиться.

Фанни очень деловито указала пальчиком на маленькую руну, похожую на замок. Когда она делилась своими открытиями в рамках бытовой магии, она всегда менялась, хоть и сама себе не отдавала в этом отчёт.

— Это печать. Она пока не тронута. Ты можешь запустить в неё немного своей магии, она её запомнит и дневник будет открываться только в твоих руках.

— Как здорово.

— Да. Когда мне было сложно при поступлении в академию, я ходила на разговоры к профессору Онкс. Она хоть и лечит скорее физические раны, а не ментальные, но Рейк попросил её немного пообщаться со мной, ведь ему рассказывать о переживаниях мне было неловко. Я очень хотела тогда услышать от неё ответы: как мне поступать, как найти друзей, как перестать тревожится о мелочах. Но она лишь слушала, спрашивала, а потом дала мне вести такой вот дневник. Когда мне сложно собрать воедино все мысли в голове и понять себя, я записываю эмоции сюда. Дотошно и даже наивно, как ребенок. Пишу, что я чувствовала, какая была ситуация, как эти эмоции ощущались физически, что я думаю об этом. И в моменте, если честно, не очень помогает. Но потом ты видишь большую картину, и сложить пазлы становится куда проще. Просто чтобы лучше понять себя и происходящее. Знаю, может звучать глупо, но мне помогает.

— Совсем не глупо, – я искренне улыбнулась. – Спасибо, я обязательно попробую.

Фанни весело кивнула. Мне показалось, что рассказывать о таком своеобразном дневнике эмоций ей было сложно. Вдруг нарвётся на осуждение и непонимание. Но она переступила через это, чтобы помочь.

Возле ног феи вдруг раздалось недовольное, протяжное мяуканье. Я же ощутила, как по моей ладони мягко взбираются пушистые паучьи лапы. Видимо, мы прослушали мелодию начала занятий, и за нами прислали вестников.

— Кажется, пора бежать, – я ловко спрыгнула с подоконника.

— Определенно, – Фанни засуетилась. Она уже собиралась поскорее уйти, но вдруг остановилась и обернулась напоследок:

— Дакота!

— М? – я тоже задержалась.

— Не закрывайся в себе. Жизнь не заканчивается. Попытайся найти новые впечатления, чтобы хорошее хоть немного уравновешивало плохое, ладно?

Я улыбнулась.

— Постараюсь.

Мы простились, и я со всех ног побежала в аудиторию. Первой парой было занятие по целительным искусствам. Уж к кому не хотелось опаздывать, так к профессору Онкс.

— О, Синк, мы вас заждались, – с ноткой осуждающей иронии в голосе протянула тёмная седовласая фигура, когда я влетела в аудиторию. – Причем во всех смыслах. Как ваше здоровье?

— Спасибо, всё хорошо, – выпалила на выдохе и улыбнулась. Но эту улыбку быстро стерли с моего лица.

Глава 9. С тобой – куда скажешь

Каким бы тяжким не показался первый день после возвращения, дальше всё поползло своим чередом. Находиться в одной комнате с Мирандой было сложновато. Мы переговаривались разве что по каким-то будничным мелким темам, словно из статуса подруг отдалились до «просто соседи». Поначалу было неловко, но потом я привыкла.

Стоит отдать Скаю должное. После сцены в столовой он больше не лез со столь рьяной заботой. В паре они с Мирандой старались не сталкиваться со мной лишний раз, если того не требовали обстоятельства вроде занятий в общей аудитории. Конечно же, в комнату к нам Скай не заглядывал. Думаю, им было банально некомфортно. У меня же в дневнике эмоций, который подарила Фанни, часто мелькала запись: «Мне жаль, что я одним присутствием стыжу кого-то за их счастье, но не думаю, что я могла бы это поменять по щелчку пальцев, даже если бы захотела».

Выходные с Ласорианом не сильно изменились. Разве что я начала ощущать себя ещё больше «как дома», когда приезжала туда. Докучать патрону подробностями о студенческом любовном треугольнике мне не хотелось. Потому я отвечала, только если он спрашивал, да и то старалась не вдаваться в подробности. Однако Лас был столь искусным эмпатом, словно это у него сила видеть чужие эмоции, а не у меня. Потому в моменты тоски, он невзначай всегда находил способ поддержать меня.

Время вне занятий я могла проводить с Фанни. Но наше расписание не сильно совпадало, у пауков всегда было куда больше академических часов. Потому определенную нишу в моём окружении занял Харланд…

Я не была дурой и понимала, что не стоит сильно доверять этому прохвосту. Он был ко мне исключительно доброжелателен и всегда сам старался проявлять инициативу. Я же решила его просто не отталкивать.

С самого начала нашей экспромт-дружбы я поняла, что Харланд использует меня, чтобы насолить Акселю. Потому решила, что я тоже могу не стесняться использовать наше общение. Нет, мне не хотелось делать всё назло Скаю. Но Фанни была права – я нуждалась в какой-то компании на занятиях. Часто нам давали задания в парах или что-то подобное. В такой ситуации оставаться одной и смотреть, как Миранда со Скаем исполняют что-то в своём гениальном дуэте, было бы сложно.

Да и слова феи о том, что «человек не становится озлобленным просто так» запали мне в голову. Я всегда была довольно наивной, но после недавней пощечины судьбы, захотелось научиться разбираться в людях чуть глубже и без силы глаз. И Харланд казался занятной загадкой в очень яркой, хамоватой упаковке. Вдруг я соберу из него что-то дельное?

Правда я быстро поняла, что в качестве напарника по учебе Харланд не самая надежная опора…

— Скоро сдавать доклад по монстроведению, где мы вызвались работать в паре, – заговорила я после очередного занятия, когда все студенты уже расходились из аудитории. – Пойдём сегодня в библиотеку?

— Ой, да расслабься, – протянул Харланд всё ещё сидя за партой и сладко потягиваясь. – Я уже попросил заучку Мэгги найти для нас всю подходящую информацию. Так что можем спокойно отдохнуть.

Иногда его выходки заставляли меня тут же закипать, но я старалась вести себя хладнокровно. Словно я наблюдаю странным поведением какого-то необычного существа в ходе социального эксперимента.

— А если ты в будущем столкнешься с даркисом в будущем, после выпуска из академии?

— Тогда я просто его задушу, – Харланд весело пожал плечами.

Как раз в этот момент по проходу меж партами за моей спиной проходил Скай. Случайно или специально уловив наш разговор, он не смог удержаться, презрительно фыркнул и грубо произнес:

— Даркисы не нуждаются в воздухе. Потому профессор и дал именно тебе на разбор это существо, придурок.

Скай не остановился. Просто пошёл дальше, даже не посмотрев в сторону однокурсника. Миранда за его спиной тихо усмехнулась.

— Пошёл ты, Акси, – сразу же огрызнулся Харланд и вытянул средний палец вслед уходящим. – Наверное, тебе на изучение дали монстров, которые испытывают слабость к нищебродам, что держатся за дорогую юбку.

Этот укол было сложно пропустить мимо ушей. Я проследила за тем, как Скай останавливается, сжимает кулак и через плечо всё же оборачивается на Харланда. Из любопытства активировала силу глаз. Всё та же чёрная аура ненависти. Она не ослабла за прошедшие дни.

— Не надо, – шепнула Миранда и нежно похлопала Акси по спине. – Будь выше этого.

Харланд презрительно усмехнулся, однако Скай всё выдохнул и разжал кулак. Я думала, они уйдут, но в моменте Аксель неожиданно посмотрел прямо на меня и потребовал:

— Хватит это делать, Дакота!

Я решила, что он опять завёл мелодию о дружбе с Харландом. Но чернота его ауры быстро начала сменяться на светло-песчаный, который обычно отражает обиду.

— Что?

— Смотреть. Даже если этого визуально по тебе и не скажешь, я всегда знаю, когда ты смотришь.

Я невольно отвела взгляд в сторону. Моргнула и развеяла силу глаз. Аксель и Миранда всё-таки ушли, а Харланд буркнул в воздух:

— Вот же гад, ещё что-то тебе запрещает…

Я не ответила. Просто молча пошла по ступеням вниз.

— Эй, Дакота, ты куда?

Глава 9.2. Непрошенный свидетель

Моё влияние на Харланда и правда было благотворным. Уж не знаю, почему ему так сильно хотелось мне нравиться, но ради этого он шёл на хорошие вещи. Перестал грубить персоналу академии, начал прилежнее учиться, а главное – не смел даже смотреть с негативным подтекстом в сторону Фанни.

Когда Харланд в очередной раз выразил недовольство, ведь я не разрешала ему завтракать со мной, потому что утром всегда встречалась с Фанни, он даже вкинул между делом, что готов извиниться перед феей, лишь бы его взяли в тесный круг «бутербродов на подоконнике». Но я заверила, что уж с такой мотивацией Фанни его извинения точно не нужны. Да и новый ритуал в виде женских бесед очень радовал. Всё же мне не хватало Миранды…

В один из дней у нас в расписании получилось окно, и мы с Харландом собирались пойти прогуляться. Я сидела у главного входа, на краюшке постамента Её Величества. Но никто так и не шёл. Взглядом я буравила окна впереди, однако на периферии зрения уже давно видела чёрный силуэт, который вился вокруг королевской фигуры, как бы осматривая её со всех сторон.

— Не лучшая из королевских статуй, – услышала я вдумчивый шепоток, но решила проигнорировать.

Поднялась и пошла обратно в общежитие. Ненадолго остановилась перед списками комнат, чтобы найти нужную. Как раз в этот момент мимо по коридорам пробегал господин Шарс.

— О, Дакота, – паук зашевелил пышными усами и остановился рядом. – Как твои дела? Кого-то ищешь?

— Здравствуйте, дедушка Шарс, – я искренне улыбнулась, комендант заботливым вниманием всегда вызывал внутри теплый отклик. – Всё хорошо. Я ищу комнату, где живет Харланд.

— Он в двадцать второй, – паук взобрался чуть вверх по стене и длинной пушистой лапкой указал на нужную комнату.

Я уже хотела поблагодарить за помощь и простится, но взгляд зацепился за второе имя, и тело замерло от удивления.

— Аксель… живет с ним?

Как они друг друга не поубивали во сне?

— Официально – да, – уклончиво протянул дедушка Шарс. – Но, по правде говоря, мы с комендантом белого общежития, леди Аир, сделали для Акселя исключение. Он ведь раньше учился на факультете птиц и жил со своим другом. Потом уже после перевода поселился здесь. Но с Харландом у них совсем не заладилось, – комендант перешел на шепот: – Потому Акси тайно остаётся в старой комнате в белом общежитии, а мы… делаем вид, что не замечаем этого маленького нюанса.

— Вот как…

Интересно, а когда меня не было, он оставался в нашей комнате?..

— Так нельзя, конечно, но нам с леди Аир больно уж полюбился этот разбойник, – дедушка тихо захихикал.

— Понимаю, – я печально улыбнулась.

— Ой, прости, Дакота…

— Нет, что вы? Всё нормально. Я пойду. Спасибо, что подсказали комнату.

— Береги себя! Если что – обращайся в любой момент.

Я попрощалась с комендантом и поспешила к двадцать второй спальне. Уже когда я собиралась постучать, вдруг услышала изнутри какой-то жуткий шум. Словно что-то массивное упало и… кажется, разбилось.

— И ты хотел скрыть это от меня, гадёныш?! – раздался приглушенный, но отчётливый мужской голос. Я растерялась и замерла на пороге.

— Я и так делаю всё, что ты просишь! – куда громче отвечал Харланд. – А ты цепляешься из-за такой мелочи?!

— Не исполнять мой приказ – это не мелочь! Ещё раз задумаешь меня ослушаться – вылетишь отсюда прямиком к своей мамаше, раз не ценишь всё то, что я для тебя делаю!

Я не успела опомниться, как дверь вдруг открылась, и мы столкнулись нос к носу с ректором Гантом. Несколько фраз пролетели стрелами, от которых я попросту не успела увернуться. Потому оказалась в неловкой ситуации с поднятым кулачком, ведь ещё секунду назад собиралась стучать.

— Здравствуйте, – нервно выпалила и отступила назад.

Лицо ректора покраснело от гнева, а вечно аккуратно уложенные назад пряди седых волос выбились из прически. Я ещё не видела его столь озлобленным. Тут и силы глаз не надо, чтобы понять – случилось что-то очень неприятное.

Однако едва адепт заметил меня, как тут же поправил ладонью волосы, выдохнул и спокойно, уважительно произнес:

— Здравствуй, Дакота, – он кивнул, завёл руки назад и зашагал по коридору в сторону своего кабинета.

Я осталась перед открытой дверью. Невольно заметила, что внутри упала тумба, а с той свалился какой-то стеклянный конструкт, осколки которого оказались на полу.

Харланд стоял у окна ко мне спиной. Я же растерялась и не знала, как себя вести, когда становишься свидетелем ссоры, в которой тебе явно не место. Однако вдруг заметила кровь на полу возле осколков и невольно сделала шаг внутрь.

— Харланд, ты в порядке?

— Дакота, уходи. Встретимся после занятий, – он явно сдерживал эмоции. Я активировала силу глаз и на меня тут же обрушилась волна разгоряченной обиды. Настолько сильной, что у самой ком к горлу подступил.

Возможно, надо было оставить его в покое. Но я ослушалась и подошла ближе. Харланд попытался сразу же отвернуться, едва заметил меня рядом, но я успела разглядеть, кровь, что капала из щеки.

Глава 10. Позорная мантия

— Никуда я не уйду, – я фыркнула и пошла к ящикам, в которых обычно хранится небольшая аптечка. Быстро нашла, что искала. Здесь было самое основное, в том числе микстура с касериями, которое можно было промыть рану.

Харланд наблюдал за моими действиями спокойно, но без энтузиазма. Ему явно не нравилось, что я вижу его в столь щепетильном положении. Однако я уже здесь. Глупо дальше кричать и выгонять.

— Сядь, пожалуйста, я посмотрю, не застрял ли какой-нибудь из осколков в ране, и обработаю её.

Харланд молча послушался. Я осмотрела царапины. Благо, те оказались чистыми.

— Здесь ничего нет, но тебе всё равно стоит пойти в лазарет, – с этими словами я аккуратно начала вытирать кровь и обрабатывать раны ватным тампоном, пропитанным травяной микстурой. Она явно жгла, Харланд сжал губы.

— Профессор Онкс, да и обычный медик в лазарете мигом залечит всё. Иначе могут остаться рубцы.

— И что я им скажу?

Я растерялась. Мне до конца не хотелось верить в произошедшее. В глубине души надеялась, что картинка иная, и ректор не поднимает руку на сына. Но по состоянию Харланда было ясно – я зря себя обманываю.

— Он… часто так делает? – тихо спросила, стараясь концентрировать взгляд на царапинах. Смотреть в глаза было неловко.

Поначалу повисла тишина, но через пару секунд Харланд горько ухмыльнулся и произнес лишь:

— Обычно он куда более предусмотрителен и не оставляет следов. Это сегодня глупая статуэтка разбилась очень уж некстати.

Я успела отключить силу глаз, но всё равно ощутила весь спектр обиды, которую Харланд пытался прятать за ухмылкой. У меня никогда не было родителей, но оттого я всегда очень идеализировала эту связь. Мне кажется, в любом возрасте тебе будет очень больно, если отец или мама вот так с тобой обходятся. Всё же это самый родной человек. Единственный, кто любит тебя просто за то, что ты у него есть. От него меньше всего ждёшь жестокости.

Может быть вот оно? То зерно, которое взрастило Харланда тем ещё эгоистичным самодуром. Когда обижаешь первым, всё становится куда проще.

— Я закончила, но лучше заклеить царапины, чтобы остановить кровь. Но лучше всё же нанести какое-то заживляющее средство. А то вдруг останутся рубцы после заживления. Хочешь, я схожу в лазарет?

— Тебя всё равно заставят рассказать, зачем оно тебе. Не надо. Он вернется и залечит сам. Просто даёт мне время, чтобы оно поболело, и я успел подумать над своим поведением.

Харланд продолжал усмехаться. Но я-то понимала, что слова царапают ему горло. Особенно когда признаешься кому-то в проблемах семьи. Ведь зря люди думают, что если твой отец может управлять целой академией студентов, то с тобой он ведет себя столь же чудесно.

— И ты просто сидишь здесь и ждёшь?

«Это так… унизительно», – промелькнула мысль в голове, но я не стала её озвучивать.

— Да.

— Но за что он так с тобой?

Харланд потупил взгляд, стерев болезненную ухмылку с лица.

— Прости, Дакота, я не хочу об этом говорить. Спасибо за помощь, но… это всё же наше с ним дело.

Я решила, что в такой ситуации пытаться прощупать больше с помощью глаз – это слишком нагло и бесчувственно. Потому лишь кивнула. Молча взяла из аптечки пластыри и заклеила царапины, чтобы остановить кровь. Харланд всё это время не смотрел на меня. Я же ощущала, как на плечи давит напряженная обстановка в столь богатой спальне лучшего факультета, где стоят дорогие вещи, но на полу валяются осколки с каплями крови. Ещё одно доказательство, что аристократы бывают несчастны также, как и бедняки.

Вдруг в этот момент в голову пришла хорошая идея. По крайней мере, мне она показалась таковой.

— Знаешь, пойдём со мной, – я крепко взяла Харланда за руку и потянула к двери.

— Куда? – он боязливо затормозил. – Я же говорю, не хочу никому рассказывать ничего. И давать пищу для сплетен – тем более.

— Там у тебя ничего не спросят. А коридоры сейчас пустые, все на занятиях, это только у нас окно. Идём, – я потянула настойчивее. – Доверься мне.

Харланд посопротивлялся ещё немного, но в итоге согласился. Перед выходом я достала из шкафа тёмный плащ с капюшоном и накинула на плечи парня. Он скрыл лицо за тканью, и мы вышли в пустой коридор.

— Только бы на Шарса не наткнуться…

— Ничего, – я старалась ободрить бедолагу, хотя сама не была уверена, насколько мой план сработает. Однако мне казалось, что это отличная возможность наладить мосты. – Пойдём обходным путём. Нам в лес.

— Что? Зачем? Там наверняка сейчас занятие.

— Да. У серых котов.

Уговорами, правдами и неправдами, но я смогла убедить Харланда пройти через коридоры и охранный пост в лесу. Он прятал своё лицо, потому редкие свидетели не заметили напасти. Впрочем, мне кажется, если бы он сказал, что ему просто дал по лицу тот же Аксель, все бы поверили. Но я не предлагала врать. Может, Харланд и надумывает про сплетни и прочее, однако в такой ситуации он имеет право быть слишком мнительным.

— Скажи уже, куда мы идём?

Глава 10.2. Пусть это будет услугой

Харланду всё это очень не нравилось. Когда Фанни скрылась за деревом, поманив нас за собой, он замер снежной статуей и только скрипел зубами в приступе раздражения. Если бы младший Гант знал, куда я его поведу, никогда бы не согласился. Однако по какому-то волшебству он очень многое мне прощал.

— Идём, – я подошла к однокурснику и вновь взяла за руку. Он сжал мою ладонь куда сильнее нужного. На секунду даже стало больно.

— Зачем ты меня сюда притащила? – зашипел Харланд в полголоса. – Поиздеваться?

— Нет. Чтобы тебе помогли.

— Эта фея? – он возмущался, но не повышал тона. – Чем она может мне помочь?!

— Её питомец обладает лечебными силами.

— Даже если так, она никогда не будет помогать такому как я после всего, что было. А даже если прикинется всепрощающей, потом сто процентов пустит про меня какие-нибудь гадкие слухи. Ты даёшь ей такой шанс отомстить.

Я смотрела на Харланда с тоской в глазах и понимала, что в рамках парадигмы его мира он абсолютно прав. Да и вообще большая часть людей именно такая, какой он сейчас рисовал мою подругу. Однако я знала, что исключения есть.

— Фанни никогда не будет слепо никому мстить, – твердость моего голоса заставила Харланда растеряться. – Она о таком даже не подумает. И в этом большая разница между вами. Ты творишь всякое, ведь тебе это сойдет с рук. Часто ставишь себя выше других. Поэтому и судишь всех по себе. Но вокруг нас всё ещё есть добрые и искренние люди, подобные Фанни. И меньше их становится лишь потому, что такие вот эгоисты их травят.

— Чего же ты тогда со мной так носишься, если я такой омерзительный? – фыркнул Харланд, выдернув свою руку.

— Потому что думаю, что ты ещё не совсем потерян. И если поближе познакомишься с хорошими людьми, возможно, это покажет тебе мир с другой стороны. Наивно, конечно. Но я надеюсь, что хотя бы оскорблять Фанни ты перестанешь, если увидишь, какая она на самом деле.

— Сомнительно. Не верю я, что после всех моих издевательств, она поможет мне за «спасибо» и никому ничего не разболтает.

Я пожала плечами.

— Дай ей шанс. Если ты окажешься прав, я возьму всю ответственность на себя и буду всячески помогать тебе расхлебывать ситуацию. Тем более, у тебя повязки уже кровью напитались. Раны неприятные. Наверняка останутся рубцы. Получается, у тебя из вариантов либо доверится Фанни, либо ползти к отцу, чтобы он смилостивился и вылечил тебя. Правда хочешь снова пойти по второму сценарию?

Харланд замер, смотря то на дерево, то на меня. Фея ни разу не показалась больше. Тихонько ждала нас. Он всё молчал, потому я устало вздохнула и добавила:

— Будем считать это услугой. Можешь попросить что-то у меня взамен.

Младший Гант посмотрел на меня более заинтересованно.

— Ладно, – хмыкнул он и пошёл вперед по хрустящему снегу. – Сделаю это, просто чтобы после сказать тебе в лицо: «я же говорил».

Я тихо посмеялась и кивнула. Вскоре мы дошли до скамьи, которая была очищена от снега. Фанни уже достала всё необходимое: несколько баночек со слизью её питомца, вату, бинты. Я даже удивилась: зачем она всё это носит с собой.

— Садись, пожалуйста, – Фанни указала на скамейку. Харланд молча опустился на указанное место. Я села рядом и принялась наблюдать.

В воздухе моментально повисло чувство неловкости. Вот только исходило оно лишь от Харланда. Фанни неожиданно оживилась и выглядела куда увереннее, чем обычно. Это с ней обычно бывает, когда она работает над какими-то своими проектами.

— Сниму капюшон, отклею наложенную повязку, – Фанни стояла рядом с Харландом и комментировала каждое своё маленькое действие. Будто давала ему возможность возмутиться в случае, если что-то не понравится. Однако её маленькие ладошки ни разу не дрогнули.

Я незаметно посмотрела ауры ребят. Эмоции феи были всё такими же небесно-голубыми, туда лишь совсем немного примешалось желтого чувства неловкости. Харланду же было не по себе…

— Обработаю рану, – сказала Фанни и обмакнула вату в зеленую баночку. – Это слизь моего питомца. Конкретно эту я своей магией направила на обеззараживание.

— Ты ведь не маг-целитель, – буркнул вдруг Харланд, заставив фею остановиться до того, как та прикоснулась к его лицу. – Ты на такое просто не способна.

— Да, – спокойно кивнула Фанни. – Все лечебные свойства – исключительно сила Милкса. И она ни в какое сравнение не идет с настоящей магией исцеления. Это лишь хорошее лекарство. Я своей магией не вношу что-то новое. Просто могу отделить некоторые компоненты и смешать с травами, чтобы они лучше работали. Если просто нанести слизь Милкса – это тоже приведет к обеззараживанию и более быстрому заживлению. Но если использовать его слизь лишь как основу, которую можно улучшить и сделать более узко специализированной – эффект будет лучше. А теперь замри, – я удивилась, ведь последнее прозвучало почти как приказ из уст вечно неуверенной в себе Фанни. – А то кровь сейчас закапает одежду.

Харланд прикусил язык и фея принялась обрабатывать его раны. Видимо, лекарство было куда более действенным, но и жгло сильнее, поскольку парень невольно зажмурился. Однако помогло – кровь перестала течь.

— Отлично, теперь главное…

Глава 11. Вороний заговор

Ласориан

Я перебирал почту, когда наткнулся на конверт с королевской печатью. Прошло так много времени с моих угроз, кинутых прямо в лицо Ганту, что я перестал воспринимать всерьёз его слова: «Королева обдумает и пригласит вас для обсуждений». Успел решить, что Солария достаточно благоразумна, чтобы принять мои слова на веру и не вступать в конфликт.

Но вот приглашение доставлено. Я даже тихо усмехнулся. Меня нисколько не пугала нужда идти наперекор здешней богине. Напротив. Было даже интересно, какой следующий ход она сделает. В конце концов, драконья кость – не рыбья. Пытаясь проглотить, подавишься.

Однако к моему удивлению в конверте оказался не запрос на личную аудиенцию, а приглашение на званый вечер. Как интересно. Наверняка многие аристократы придут со своими детьми-студентами. Отличная возможность посмотреть воочию, как дела у Дакоты с Мирандой.

Едва я подумал об этом, как в дверном проёме показался мой котёнок. После очередной тренировки Дакота приняла ванную и сейчас выглядела весьма умилительно. Пижама, мокрые волосы, которые она по пути вытирала полотенцем. Протяжно выдохнув, она устало упала в кресло и потянулась всем телом.

— Королева приглашает нас на званый вечер.

— Нас? – Дако тихо посмеялась и подобрала под себя ноги, усевшись удобнее.

— Меня, – я улыбнулся. – Но я бы хотел, чтобы ты составила мне компанию. Это будет полезно.

— О, это тот вечер, который будет на следующих выходных?

Я заинтересованно посмотрел на мою протеже.

— Именно он.

— Да, я пойду. Харланд меня пригласил, – она произнесла это непринужденно и буднично, даже не перестала трепать полотенцем волосы. Но я моментально напрягся. Даже больше, чем было нужно.

— Что?!

Мой вопрос прозвучал столь резко и громко, что Дакота замерла, не убирая рук от головы. На её милом личике отразилось внезапное удивление.

— Что? – изумленно повторила она в ответ.

Я и сам понял, что выразил свои эмоции слишком неожиданно и прокашлялся.

— Не пойми меня неправильно, но с чего бы младшему Ганту звать тебя на вечер к королеве? Я думал, вы конфликтуете.

— Ну-у-у, – Дако «отмерла» и продолжила вытирать волосы, – так и было. Однако последнее время мы дружим. По крайней мере, стараемся. Неприязнь к одной паре нас сблизила, – она осеклась. – Ну… не то чтобы неприязнь. Просто мне было не по себе одной после случившегося. И нужен был кто-то… ну, ты понимаешь.

Я понимал.

Понимал, что абсолютно не просчитал эту вероятность развития событий наперед. И очень зря. Боги, как же глупо. Я сразу решил, что Дакоте хватит общества феи, которую мы столь самозабвенно спасли, но… сын ректора. Этот ворон явно каркает в нашу сторону с недобрыми намерениями.

— Конечно, понимаю, – я сдержал любое недовольство и одобрительно кивнул. – Просто неожиданно. Ты ведь ни разу о нём не говорила.

Дакота поджала губы и непринужденно качнулась в кресле.

— Ну да. Если честно, мне не хотелось тебя нагружать подробностями студенческих разборок. Вряд ли тебе такое интересно.

— Мне важно всё, что происходит с тобой, Дако, – я постарался, чтобы это прозвучало заботливо, но не на грани навязчивой опеки. Роль сердобольного родителя меня не очень-то прельщала.

— Спасибо, – она улыбнулась в ответ, стянула с головы полотенце и магическим импульсом отправила его на крючок рядом с камином. – Ты ведь не против, что я пойду с Харландом? Я уже пообещала.

О, невероятно против. Если бы я мог, то отрезал возможность этому вороньему сыну приближаться к Дакоте на пушечный выстрел. Не верю я, что плохой мальчик-аристократ внезапно увидел красоту души сироты, которую ранее задирал, и потянулся к ней с чистыми намерениями…

— Ты не подумай, – Дако вдруг тоскливо улыбнулась, заметив мою заминку. – Я не обманываю себя на счёт Харланда. Он явно общается со мной, потому что хочет сделать побольнее Акселю. Однако я тоже общаюсь с ним ради своей выгоды: чтобы мало-мальски комфортно переживать всё навалившееся. Так что мы с ним квиты.

Эти слова меня немного успокоили. Осознанный подход. Впрочем… внутри всё равно что-то неприятно ворочалось и скреблось когтями. Предчувствие? Или просто неприязнь к ректору, который всё никак не усвоит урок? А может мне просто хотелось, чтобы возле Дакоты крутился всякий аристократический мусор.

Все эти мысли пробежали в голове секундным порывом, вслух я произнес со сдержанной улыбкой:

— Конечно, я не против. Только будь осторожна, ладно?

— Разумеется. Ты ведь всё равно тоже будешь там. А я не обещала Харланду не отлипать от него весь вечер.

— Возможно, в какой-то момент мне нужно будет поговорить наедине с королевой Соларией. Но в остальном – я и правда буду свободен, если вдруг тебе надоест твой новый кавалер, – я хитро усмехнулся, а Дакота смешливо смутилась.

— Пожалуйста, давай обойдёмся без таких вот подколок, ладно? – протянула она с улыбкой. – Я вообще согласилась, потому что должна была ему услугу. Кхм. А на счёт аудиенции с королевой… что-то случилось?

Глава 11.2. Всякий бред

На следующий день мы проводили классическую тренировку в саду, когда случилось странное. Я вновь и вновь одаривал Дакоту иллюзорными атаками, а она либо развеивала их, либо старалась увернуться. Главная цель здесь – грамотно оценивать силу, вложенную в удар.

В какой-то момент в мою голову ментально постучались. Сомнений не было, это «привет» из здешнего королевского замка. Как беспардонно. Поскольку для меня процесс был довольно простой, я решил «ответить», не прерываясь:

— Адепт Бриг, полагаю? – мысленно отозвался я, играючи выпуская очередной поток иллюзорного огня из ладони.

— Добрый день, господин Рэндолский. Прошу прощения за беспокойство. Нам важно знать, примите ли вы наше приглашение на королевский вечер? – старый пёс вещал мне в голову, но я всё равно улавливал натянутую учтивость в его «голосе».

— Разумеется.

Дакота успешно рассеяла выпад средней силы, который ещё недавно ей был неподвластен. Я улыбнулся, про себя отмечая, что моя протеже быстро растет. Дако лишь сосредоточенно кивнула в ответ, готовясь продолжить.

— Её Святейшество желает поговорить с вами наедине. Постарайтесь, пожалуйста, не опаздывать, – раздавалось тем временем в мыслях.

— Не переживайте. Принцессу Дивинику на этот раз тоже можете не отправлять. Я найду дорогу.

Я невольно усмехнулся. Дако задумчиво нахмурилась, не понимая такой реакции. Я лишь дружелюбно отмахнулся, давая понять ей, что думаю о своём. И сразу после атаковал вновь.

— Также нам важно знать, будет ли вас кто-то сопровождать?

Какая гадкая формулировка. Причем ясно, что спрашивают это отнюдь не для составления списка гостей. Едва ли Бригу нужен мой ответ, чтобы передать распоряжение о количестве персон на кухню.

На эмоциях я невольно отправил в сторону Дакоты заряд магии куда сильнее. Она всё верно рассчитала и увернулась, а не попыталась его развеять.

— Да, Дакота будет со мной, – прямо ответил я, желая поскорее закончить ментальный диалог. Одновременно кивнул ученице, которая замерла в непонятном ожидании. На секунду даже подумал, что произнес фразу вслух, но нет…

— Отлично. Будем вас ждать. Всего доброго, господин Рэндолский.

Я сдержал вздох раздражения. На автомате выпустил очередной удар в сторону Дакоты, а та вдруг болезненно вскрикнула. От неожиданности я сразу дернулся к ней. Удар был самый обычный, она могла как развеять его, так и увернуться. Но моя протеже совершенно пропустила момент.

— Дакота, ты чего? – я подошёл к ней и провел ладонью по плечу, как бы смахивая остатки собственной магии. – Устала?

Дако подняла на меня растерянный взгляд. Иллюзорная боль от ожога прошла, но она всё ещё держалась за плечо и странно смотрела на меня, широко распахнув глаза. Это показалось странным.

— Я… – девичий голос вдруг дрогнул. Дакота не договорила, резко обернулась назад и прорычала столь гневно, как ещё не выражалась при мне: – если ты не перестанешь, клянусь, я найду ментального мага и попрошу его перекроить мне всю голову, лишь выдрать тебя из моего сознания. Кем бы ты ни была, не смей так говорить.

В моменте от неё вместе со словами разошелся столь мощный магический импульс, что я ощутил его на физическом уровне.

Я нахмурился, понимая, в чём дело. Дако же напряженно выдохнула и посмотрела на меня исподлобья, точно раненый, но очень гордый зверь. Теперь всё стало ясно понятно и без объяснений.

— Она тебе мешает тренироваться? – спросил я, не скрывая обеспокоенности.

— Только своей глупой болтовней, – Дакота всё ещё была насупившаяся. – Но она исчезла. Всё хорошо.

На самом деле, я был удивлен, насколько рьяно котёнок принялась отстаивать границы. Кем бы ни была Тёмная Леди, она куда мудрее и взрослее студентки. Я опасался, что в какой-то момент она попытается захватывать власть над разумом, но… если Дако и дальше будет столь бескомпромиссна в её отношении, то бояться мне нечего.

— И что она говорила? – я невольно улыбнулся, осматривая напряженное, хмурое личико.

— Всякий бред, – отмахнулась Дакота и подняла на меня куда более проникновенный взгляд. – Ласориан, мы можем на сегодня закончить?

Я удивился. Тренировка шла совсем недолго, и обычно моя протеже была не из тех, кто отлынивает. Напротив, не раз мне приходилось поглядывать, как бы она не довела себя до изнеможения, пока выплескивала негативные эмоции в физическую оболочку.

— Всё хорошо?

— Да. Просто… – она на секунду потупила взгляд. Сама того не понимая, сейчас Дакота мастерски соединяла непреступную силу и милейшую девичью скромность. Будь мы знакомы меньше, я бы подумал, что она кокетливо лицемерит. Но это исключено.

— Просто?..

— Через неделю будут танцы, а я совсем не умею, – с неловкой улыбкой протянула она, наконец. – Ты можешь меня научить? Понимаю, за один вечер это невозможно. Но показать хоть что-нибудь.

О, и как я об этом не подумал? Действительно. Едва ли в «Королевском венце» детишек занимали танцами. Там были куда более увлекательные и опасные «развлечения».

— Конечно, – я кивнул. – Идём в дом. Не будем попусту мёрзнуть.

Глава 12. Ты просто прекрасна

Ласориан

Я читал свежую утреннюю газету, когда в дверь неожиданно постучали. Сегодня за Дакотой должен был заехать молодой Гант, чтобы по-джентельменски сопроводить её в королевский дворец. Однако сейчас было слишком рано…

Неужели под «не опаздывайте» цепной пес Соларии имел ввиду: «приезжайте в самую рань», и они отправили за мной нового «гонца»?

— Это ко мне! – послышался сверху взволнованный и бодрый голос Дакоты. Она только встала с кровати и бегом пыталась привести себя в порядок, чтобы спуститься. Но я уже был у двери, поэтому не без заинтересованности открыл.

— Здравствуйте, господин Рэндолский, – меня встретила робкой, но милой улыбкой рыжеволосая студентка.

— О, Фанни, верно? – я искренне улыбнулся в ответ. – Доброе утро.

На фее был длинный просторный плащ, под которым она скрывала свои крылья. В руках она держала большую коробку с зеленым бантом и маленькой паучьей печатью в центре.

— А Дакота дома?

— Конечно, – я отступил и жестом пригласил девушку внутрь. – Она наверху.

Фанни вошла и подняла заинтересованный взгляд к потолку, где слышался топот быстрых ножек. Вскоре лохматая русая голова выглянула из-за угла на лестнице и протараторила:

— Привет! Спасибо, что пришла! Прости, я проспала и даже волосы ещё не помыла. Поднимайся сюда скорее, хорошо?

— Ладно. Не переживай, у нас ещё много времени!

Видимо, Фанни пришла помочь подруге со сборами на званый вечер. Я думал, что сегодня съезжу с моей протеже в какой-нибудь здешний салон красоты, но… наверное, девушкам полезно вот так проводить время за приятными хлопотами.

Дакота скрылась, а фея растерянно посмотрела на меня. Я кивнул, взял у неё коробку, чтобы гостья могла раздеться. Невольно нахмурился, когда заметил под плащом дополнительную накидку.

— Фанни, тебе удобно? – как можно учтивее спросил я. – У нас внутри тепло, тебе ни к чему мантия.

— О, не переживайте, – девушка нервно мотнула головой и потянулась за коробкой. Но я решил настоять на своём:

— Знаешь, моя матушка – фея, которая всегда гордилась своими крыльями, даже когда те не желали её слушаться. Я буду рад, если в моём доме ты позволишь себе быть чуть свободнее.

Фанни заметно удивилась и невольно посмотрела мне за спину, словно хотела увидеть там логичное доказательство. Но в итоге лишь смущенно потупила взгляд.

— Если вы не против, я бы всё же осталась в мантии. Мне так сильно привычнее. Надеюсь, вы не сочтете это за… грубость или неуважение, – она старательно подбирала слова.

Настаивать было бы неправильно. Я удрученно кивнул и передал девушке коробку.

— Как тебе удобнее. Скажи Дакоте, что я скоро подам завтрак и позову вас.

— О, вам не стоит готовить больше из-за меня! – нервно пробормотала Фанни, которой и так было неловко. – Я сыта, честно!

— Тогда ты сможешь просто выпить с нами чаю. Гости Дакоты – мои гости. Я буду очень рад позавтракать в столь приятной компании.

Искренность слов, которую я даже не наигрывал, заставила робкую фею чуть успокоиться. Она поблагодарила меня и поспешила наверх. Оттуда очень быстро раздалась вереница женского смеха. Под этот приятный аккомпанемент я отправился готовить завтрак.

День промелькнул незаметно. Я смог поговорить с девушками лишь за едой, а на всё остальное время они заперлись в спальне наверху. Иногда оттуда доносились такие странные звуки заклинаний, что я невольно задумывался, всё ли у них хорошо, но… под вечер Фанни спустилась уставшая, но довольная. Фея выглядела так, будто не помогала подруге собраться на бал, а пережила маленькое побоище.

— Всё хорошо? – спросил я, когда мы столкнулись в коридоре внизу. В этот момент карета уже ожидала у дома. И в душе я надеялся, что младший Гант опоздает, и мы отправимся во дворец без его склизкого участия.

— Да, – оживленно кивнула Фанни. – Мы очень постарались. Хотя у меня маловато опыта. Миранда, конечно, справилась бы лучше.

Последнее она произнесла шепотом, потупив взгляд. Словно боялась осуждения за свои слова. Наверное, фее было сложновато меж двух огней. Но это уже не та проблема, в которую я хоть как-то собирался вмешиваться.

— Вы готовы? – донесся сверху взволнованный, но бодрый голос Дакоты.

— Секунду, – я усмехнулся и заставил вокруг нас зазвучать иллюзорную приятную мелодию, будто мы уже на балу.

Увы, маленький момент триумфа прервал стук в дверь. Я раздраженно выдохнул.

— О, это должно быть Харланд, – вновь заговорила Дакота, так и не выглянув из-за стены наверху. – Откроете?

Если бы был выбор, я бы телепортировал его в какую-нибудь глушь к другому подобному дому. Но делать нечего. Вскоре я открыл входную дверь, где, как и ожидалось, стоял самодовольный вороний отпрыск.

— О, господин Рэндолский? – он растерялся, явно ожидая увидеть какого-нибудь дворецкого, но никак не хозяина дома. – Здравствуйте.

В руках студента была корзина с букетом из алых роз.

Глава 12.2. Где ваш цинизм?

Поездка до замка прошла в большинстве своём в неловком молчании. Дакота села рядом со мной и перекинулась с Харландом лишь парой фраз, а тот не спешил сам инициировать диалог. Было забавно смотреть, как младший Гант теряется перед более представительной фигурой.

Однако в замке мне пришлось оставить мою протеже в обществе её неудачного кавалера. Гости активно собирались в главном зале, но меня перехватили прямо на входе.

— Господин Рэндолский, сюда, пожалуйста, – позвал адепт Бриг, который явно дожидался в коридоре неспроста.

Уже скоро я был у тронного зала. На этот раз он не встретил меня всеобъемлющей темнотой. Коридоры были пусты, но светлы.

Когда я вошёл, королева Солария стояла посреди зала, возле портретов королевской семьи. Вернее женской её части. Моя иллюзия работала идеально. Под этой магической вуалью божество Артикалиса выглядело всё также прекрасно и утонченно, как в тот день, когда я был здесь с Дакотой.

Однако лишь я видел истинную картину за этой красивой маской. Тело королевы выглядело ужасно. С таким попросту не живут. Её кожа потемнела, она жутко исхудала, казалось, что запястье может переломаться пополам, если она просто его поднимет. Я понимал, что дела плохи и времени мало, ещё и по мелким язвам, которые покрыли подбородок и шею. Их не было в нашу последнюю встречу. Всё говорило о том, что тело смертной не выдерживает божественную силу.

Но вела она себя как обычно. Наверняка давно выжгла себе болевые окончания и попросту не чувствовала ничего. Поддерживала себя магией.

— Добрый вечер, Ласориан, – королева обернулась и приветливо улыбнулась мне. Я моргнул, чтобы позволить себе видеть обольстительную иллюзию. Не хотелось говорить с живым трупом.

— Здравствуйте, Солария, – дипломатичная улыбка окрасила моё лицо в ответ.

Я знал, что разговор предстоит скверный. Но с тем багажом политических переговоров, который был за моей спиной, встречи со здешней королевой обычно не заставляли даже обеспокоиться, разве что вызывали жгучий интерес.

И всё же сегодня что-то было иначе. Нет, я не волновался. Однако не знал, как буду реагировать, если мне вдруг поставят ультиматум: «мы заберем Дакоту прямо завтра, сам видишь, медлить больше нельзя».

Меня пугал не авторитет Соларии в этом вопросе. Ничто и никто в Артикалисе не имел того веса, который мог бы меня задавить.

Я волновался из-за внутренней неопределенности. Единственный враг, которого мне стоит опасаться – это я сам.

— Пройдёмся? – предложила королева с дружескими нотками, когда отпустила своего пса-священника. – Коридоры возле тронного зала пусты и никто не посмеет нас там подслушать.

— Если это и правда так, – я кивнул и пропустил Соларию вперед, открыв дверь. От неё приятно пахло. Чем-то цветочным. Очень стойкий парфюм, который лишь обманывает своей ненавязчивостью. На деле он явно перекрывает другие, куда более скверные запахи истлевающей плоти.

Словно уловив ход моих мыслей, Солария с легким самоуверенным смешком заверила меня уже в коридоре:

— Не волнуйтесь, – она начала говорить приглушеннее, приходилось вычленять слова сквозь шуршание длинного шлейфа вечернего платья. – Это тело будет полноценно функционировать до тех пор, пока бьётся сердце. Даже если кожа слезет с меня полностью, оставив лишь скелет.

Интересное откровение.

— Сочувствую. Должно быть, это сложно. Видеть увядание собственного тела.

Мы говорили так, словно ведем легкую светскую беседу. Медленно шли рядом по пустым широким коридорам. И хоть где-то в замке кипело празднество, до нас не доносился шум жизни.

— Это всего лишь внешняя оболочка, – с философским подтекстом протянула Солария, смотря вперед, перед собой. – Не более.

Я промолчал. Разве что едва кивнул. Мне не хотелось подолгу размусоливать этот диалог. Потому я просто ждал, когда Солария сама перейдет к сути. Благо она была умной женщиной, и не заставила меня долго маяться.

— Адепт Гант передал мне ваши требования, Ласориан…

Она сделала нарочитую паузу, желая, чтобы я всё-таки был в роли спрашивающего.

— И что же? – я сыграл по навязываемым правилам.

— Вы слишком привязались к девочке. Я не ожидала такого от вас.

— Не ожидали? – я невольно усмехнулся. Говорит так, словно мы знакомы достаточно, чтобы она могла делать обо мне какие-то выводы. Впрочем, репутация часто бежит вперед…

— Не поймите меня превратно. В нашу первую встречу было обговорено, что вы здесь исключительно как друг и союзник Артикалиса. Это ваши слова. Однако Артикалис не сможет существовать дальше без девочки. Вы ведь это понимаете?

— Я прекрасно осведомлен о вашем положении, Солария. Возможно, даже лучше, чем вы думаете.

— Тогда почему вы наступаете на горло нашим решениям? – королева говорила спокойно. Мы не переходили на повышенные ноты, насколько бы щепетильной не была тема.

— Я желаю справедливости, – начал лгать, но без тени сомнения. – Вы хотите практически принести невинную девушку в жертву вашим идеалам.

— Это не жертва. Это огромное благо. Любой должен быть горд, что может спасти свой мир, какую бы цену не пришлось заплатить.

Глава 12.3. Безымянный кролик

Я обернулся к королеве, завел руки за спину и выдержал паузу, всё так же улыбаясь и глядя ей в глаза.

— Вы слишком плохого обо мне мнения, Солария. Я не монстр и не убийца.

Она вдруг заулыбалась в ответ. Даже не сдержала колкого всплеска иронии, промелькнувшего в янтарных глазах.

— А как же принцесса Аления?

Ну конечно. Я пробежался по стенам коридора более внимательным взглядом. Словно отвечая на немой вопрос, королева сделала более очевидным магический барьер, что отделял нас от любого ненужного внимания.

Ладно.

Поговорим более откровенно.

— Фактически, я не убивал Алению.

— Фактически, и девочка не умрёт, – ловко отпарировала Солария.

Каждое её обезличенное упоминание втыкало мне нож под ребра. Но я не подавал вида. Окинул стоящую передо мной женщину ещё одним внимательным взглядом. Не интереса ради. Хотелось вновь посмотреть, во что превращается её тело под слоем иллюзии.

— Однако судьба, которую вы готовите для неё, может показаться страшнее смерти.

Солария хотела ответить, однако я перебил куда более стальным тоном, в котором больше не было дипломатических заигрываний. Можно сколько угодно ходить вокруг да около. Это начинало утомлять, а моя позиция непоколебима.

— Ваше величество, – я сделал утомленный акцент, растягивая гласные, – поймите меня правильно. Я никогда не причиняю никому зла по своей эгоистичной прихоти. Если мне и приходилось творить страшные вещи, то исключительно во благо. Я не мерзавец. Я лишь тот, кто не отворачивается от выбора, который должен быть сделан, и принимаю на себя груз ответственности.

«Чтобы мой кузен мог и дальше строить из себя святого, доброго короля», – промелькнула мысль в голове, но я оставил её при себе.

— И в нашей с вами ситуации, я прекрасно знаю, что вы готовы были ждать четыре года, пока Дакота не закончит академию. Значит, у вас есть время. Вы сами только что хвалились передо мной стойкостью своего тела. Так почему вы сейчас пытаетесь со мной торговаться? Я прошу пару лет. Не четыре, хотя вы закладывали именно их. Это ровно половина. Компромисс.

Наконец, улыбка спала с лица Соларии, а я вновь предпочел видеть перед собой прекрасную женщину. Чтобы лучше уловить каждую морщинку хмурости, появляющуюся на лбу по мере моих слов.

— Торгуюсь? – зацепилась она за столь грубое, но очень подходящее слово. – Ласориан, вы забываетесь…

— Тогда напомните, – я произнес это без ядовитого намека. Почти искренне. – Где же я не прав? Разве два года – не компромисс?

— От моих действий сейчас зависит судьба Артикалиса. Всех людей, которые здесь живут. А вы просите меня идти на лишний риск. Ради чего?

Мне стало тошно от этого вопроса.

— Ради той, которая спасет вас всех. Без неё у вас нет будущего. Вы обязаны ей всем. И не можете дать взамен жалких два года?

Последние мои слова прозвучали столь пронзительно осуждающе, что Солария вдруг потупила взгляд. Я понимал её. Прекрасно понимал. И окажись я в Артикалисе сейчас, минуй встречу с самой Дако, я бы давно скучаще спросил у королевы, которой отправлен помогать: «Девочка магически дозрела, так чего вы тянете?».

— А если у меня нет этих четырех лет? – попыталась она найти оправдания для совести. Думаю, та ещё не успела окончательно атрофироваться под божественным эго. А даже если так… увы, в этой ситуации я выступаю за ненужное чувство стыда и мнимого блага. И спорить со мной куда сложнее, придется считаться.

— Но они у вас есть, Солария. Мы оба это знаем.

— С девочкой может что-то случится, и тогда…

Ну хватит!

— Дакота, – процедил я сквозь зубы, нагло перебивая. Однако быстро дал себе ментальную пощечину и повторил куда мягче и сдержаннее: – её зовут Дакота. Пожалуйста, перестаньте при мне говорить о ней столь обезличенно. Она не кролик с порядковым номером, который всё равно взращивается на убой, потому ему не нужно ни имени, ни уважения.

Королева смолкла. Какое-то время она напряженно смотрела на меня, окончательно осознавая, что я не отступлю. Да и не может ведь божество признать, что растила людей, словно зверей на убой. Всему этому нужно придумать куда более красивую и презентабельную обертку. И обязательно поддерживать её, не смея обнажать правду.

— Хорошо, Ласориан. Два года Дакота, – она выделила имя, будто кидая к моим ногам то, что я хочу, – может жить в безопасности. Но пообещайте мне…

Конечно, во всем всегда есть подвох.

— Что вы не помешаете нашему плану, даже если привяжетесь к ней ещё больше, чем сейчас. Я бы и вовсе попросила вас покинуть Артикалис, чтобы оборвать эту ненужную связь. Но вы ведь меня не послушаетесь.

Я усмехнулся. Хоть шансы указывать мне она рассчитывает трезво.

— Обещаю, ваше величество, – ответил выверенным дипломатичным тоном и вдруг ощутил, что ко мне нагло лезут в голову. Ну да. У неё ведь нет сил, которые они умудрились ненароком пробудить в Дако. Она не увидит моих намерений обычным взглядом.

В голове запульсировала боль, но я усилием воли отбил этот вопиющий жест. Впрочем, Солария действовала не в полную мощь. Она как бы навязчиво и громко постучала. Настолько, что в висках теперь продолжал эхом раздаваться этот «стук». Наверняка понимала, что если ворвется ко мне в голову со всей беспринципностью, я такого плевка в мою сторону уже не прощу.

Глава 13. Яд между строк

Дакота

Я чувствовала себя неуютно. Когда ушёл Ласориан, стало ещё хуже. Харланд старался разбавить обстановку разговором, но вся эта роскошь была для меня чуждой.

По коридорам королевского замка ходили уверенные, улыбающиеся и явно богатые аристократы. Всё это напоминало красивое, бурное море. И я уж точно не умела плавать.

Стоит ли говорить, что стало ещё более некомфортно, когда со спины меня окликнули:

— Дакота? – голос принадлежал Скаю. Мы встретились в коридорах на подходе к главному залу.

Харланд сжал мою ладонь сильнее в порыве предвкушения. Я не разделяла его чувств. Мы обернулись.

Конечно, Аксель пришёл сюда вместе с Мирандой. Так странно. Мы оба не принадлежали этому миру, но всё равно умудрились проникнуть на праздник жизни. На Акси был фрак. Он идеально сочетался с чёрным поблескивающим платьем Миры, которое идеально подчеркивало её фигуру. С россыпью завитых волос она выглядела впечатляюще. Словно идеальный пазл во всей королевской картинке.

— Привет, – спокойно произнесла я, ведь пауза, когда мы с легким удивлением рассматривали друг друга, затянулось.

Я чувствовала на себе взгляд Ская, и внутри шуршало навязчивое желание активировать силу глаз. Чтобы проверит, а точно ли в нём не проявится хоть капли розоватой влюбленности, когда я тоже стою в дорогом, красивом платье. Столь же утонченная и привлекательная, как выбранная им аристократка.

Но я одернула себя. Всё это ни к чему.

— Аксель, ты в коем-то веке похож на человека, – ухмыльнулся Харланд. – Фрак оплатил отец Миранды? Или взял напрокат?

Мне стало неловко за такой грубый выпад. Всё же сегодня Гант мой спутник, а ведет себя… впрочем, как обычно, чего я ожидала?

— Рад, что твоё лицо зажило, – криво улыбнулся Акси в ответ. – Правда языком ты шевелишь так, словно просишь меня это исправить.

Благо, парочкой колких фраз парни ограничились. Я уже не обращала на их конфликт внимание. Зато заметила на себе взгляд Миранды. Она глядела… осуждающе? Даже не пыталась скрывать свои эмоции. Без слов спрашивала: «и ты серьёзно водишься с этим?». А может, дело было в чём-то ещё.

— Ты отлично выглядишь, Дакота, – к моему удивлению, это произнесла именно Мира, хотя подсознательно мне очень хотелось услышать подобный комплимент от Ская. – К этому платью отлично подошли бы те серьги…

Я не поняла, зачем она сказала это. Миранда улыбнулась, казалось бы, без неприятных оттенков на лице. И всё же… это намек, что я не могу позволить себе украшения того уровня, который она когда-то мне одолжила?

Или я выдумываю?

Всё-таки это как-то низко. Мира никогда не плевалась ядом в подобном тоне.

Пока я искала, что ответить, мой взгляд невольно наткнулся на брошь однокурсницы. Ранее её скрывали чёрные локоны, но вот они спали чуть правее, и я смогла отчётливо разглядеть мой подарок. Не думая, я выдала первую же мысль:

— Ты тоже великолепна. Правда эта брошь совершенно не подходит к твоему платью. Она его… дешевит.

Глаза Миранды расширились, а после она хмуро отвела взгляд в сторону. Кажется, ей не понравились мои слова, но это была простая правда без каких-либо метафор. Хоть мастер очень постарался над горе-брошкой с олененком и змеей, но она всё равно никак не могла претендовать на украшение для королевского званого вечера.

— Мне нравится, – коротко ответила Мира и поправила брошь. – Всё же у неё есть своя история.

— Иногда вещам из прошлого стоит там и оставаться.

Говорила ли я лишь о брошке? Или в том числе о нашей дружбе? Не знаю. Беседа с самого начала не заладилась.

Я поспешила логично перевести тему, ведь «вещи из прошлого» преследовали не только нас с Мирандой.

— Скай, можно с тобой поговорить? Наедине.

Он удивился, но кивнул, не раздумывая. Показалось, что Мира не хотела его отпускать. Или мои слова в совокупности её поразили. По той или иной причине она застыла на мгновение, смотря на меня с вновь вспыхнувшим осуждением. Но я решила, что сейчас точно не место и не время для выяснения отношений между нами. Да и мне всё ещё не хотелось пытаться расставлять окончательные точки.

Я улыбнулась Харланду, и тот отпустил мою руку. Рядом с нами был открытый пустой зал, маленькая гостиная. Туда мы с Акселем и пошли. В то время как за спиной раздалось бодрое и язвительное:

— Идём, Мира, дадим твоему отцу надежду, что ты пришла на званый вечер с достойным мужчиной…

— Катись в бездну, Харланд, – очень эмоционально рыкнула в ответ Миранда, настроение которой явно подпортила наша встреча.

Аксель с тихим вздохом закрыл за нами дверь, и мы остались наедине в небольшом зале для чтения. В нём было холоднее, это отрезвляло.

— О чём ты хотела поговорить?

Логичный вопрос заставил растеряться. Я сама позвала Ская за очень конкретной целью, однако, когда пришла пора перейти к делу, внутри всё сжалось от колкой боли. С пару секунд я помешкала, однако после открыла небольшой зеленый клатч.

Среди маленького зеркальца, помады и карандаша для глаз, в сумочке поблескивали два золотых символа. Я запустила руку, чтобы вытащить медальоны, и едва прикоснулась к ним, как пальцы словно обожгло.