Избранная Светом и Тьмой

Пролог

Тронный Зал. Осень

- Когда слишком чистая и невинная душа найдёт своё пристанище,

Когда она станет чем-то материальным,

Когда дитя двух противоборствующих светил родится в запретной любви,

Когда она снизойдёт до простых ребят,

Когда её магия пробудится от крепкого сна, поразив своим появлением весь мир!

Когда она останется одна,

Отвергнутая!

Брошенная!

Когда её злость станет неуправляемой!

Когда она совершит несовершимое!

Когда она победит злейшего своего врага!

Когда мир погрузится во мрак,

Она останется последним шансом на спасение,

Если не поддастся тьме!

В Его сумрачных глазах!

- Что это, Рикард? - злобно прошипел король, сидя на величественном троне на небольшом пьедестале, сверху вниз глядя на своего секретаря

- Предсказание, которое передал вам оракул! - тревожно воскликнул верный поданный Симона Миклсона.

- Этому предсказанию триста лет! - гневно воскликнул правитель и устало провёл по лицу ладонью, словно сбрасывая маску хладнокровного короля.

- Но оракул сказал, что время пришло! Душа уже родилась!

Король заинтересовано посмотрел на Рикарда и мотнул головой, приглашая в кабинет.

Кабинет Оракула. Через год

Старик мерил шагами небольшое пространство комнаты, в которой находился. В полной тишине слышно было только его тяжелое дыхание, вырывавшееся с лёгким хрипом, и скрип половиц. Для своего возраста и грузного тела он, на удивление, ходил беззвучно. Привычка из далекого прошлого. Внезапно в его глазах потемнело, он ссутулился, ощущая непривычную тяжесть чужой силы, разливающейся в воздухе.

- Богиня Иня! - старик бухнулся на колени, ничего не видя, только ощущая чужое божественное присутствие, от которого стены дома мелко задрожали, а засохший цветок зацвел в горшке на подоконнике, источая приятный аромат, очищающий разум от мыслей

- Когда слишком чистая и невинная душа найдёт своё пристанище,

Когда она станет чем-то материальным,

Когда дитя двух противоборствующих светил родится в запретной любви,

Когда её девственное тело перестанет быть таковым,

Когда она прольёт хоть каплю чужой крови,

Когда её глаза поглотит тьма...

Она чужая! Она твоя! Она чужая! Она не твоя! Она моя!

Когда весь мир её отвергнет,

Она утопит его во тьме.

Вы будете сыты ею по горло!

И только лишь она

Остановит вечное противостояние

Этого мира.

Эта душа единственная, кто способен спасти

Этот обреченный на забвение

Мир.

Не противься! Дай ей войти в тебя!

Позволь ей стать единым целым с ней, с ним.

С ними.

Если чужак попробует на вкус её кровь,

Её кровь зальет все океаны, реки, моря и озера.

Весь мир.

Вы умоетесь ею.

Даруйте этой душе свободу!

Вы победите!

Она победит для вас.

Она очнулась для вас.

Прочитав новое предсказание, она легонько погладила старика по седым волосам, от чего он задрожал, ощущая благоговение перед столь величественной персоной.

- Ты можешь встать. Ты можешь видеть, Саймон. - он растерянно моргнул, старик внезапно стал видеть намного лучше, чем раньше. Увидев высокую фигуру, закованную в стальные доспехи, Саймон еще сильнее склонился. В руках Богиня держала огромный, явно тяжелый меч, впрочем, не чувствуя его веса, и скучающе крутила его в руках. Её синие, как волнующееся море, волосы были заплетены в пышную косу.

- Богиня Льда, Хаоса, Металла! Сильнейшая Богиня Великой Триады! Могучая валькирия! Прародительница демонов! Защитница нашего мира! Спасибо, что вы почтили меня своим присутствием. Жалкого, грешного старика, Вашего верного жреца, взывающего к Вам каждый день, каждый час. Спасибо за Вашу... - старик начал лебезить перед Богиней, подползая к её ногам и целуя пальчики. Девушка брезгливо поморщилась от ощущения липких слюней и пнула его в лицо.

- Ты убил мою жрицу. Я не прощу тебе этого. - холодно произнесла она и исчезла, испарилась в воздухе. - Ты больше не можешь служить мне. Ты лишен всех титулов, которых достиг с моей помощью. - прозвучал её равнодушный голос в голове Саймона

- Нееееееееет. - он сел на колени, судорожно закачавшись из стороны в сторону, его тело бил озноб. Облизав сухие губы, Саймон почувствовал на них соленый вкус. Слезы стекали по старому, исчерченному морщинами, лицу.