1
- Ты же все уши мне прожужжала о том, что хочешь детей, - говорит подруга. – Почему это вы вдруг опять решили подождать?
Довольно бесцеремонный вопрос, от которого становится неловко. Но Галя — самая близкая мне подруга. Мы всем друг с другом делимся.
- Стас считает, что сейчас не время, - признаюсь я краснея. – Ты успеешь закончить раскройку платья до завтра?
Мы с подругой трудимся в собственном ателье по пошиву свадебных платьев. Я, так сказать, директор, идейный вдохновитель и создатель новых фасонов, а Галя, как и я, — опытная швея и ответственный исполнитель. Вместе мы отличная команда. Заказы у нас на полгода вперёд расписаны.
Вот и сегодня нам пришлось задержаться, доделывая срочный заказ, и подруга подняла свою любимую тему: «найди сто причин, почему Стас - плохой муж».
Просто Галя обижена на мужчин. А точнее, на одного конкретного, который ей изменил, как мы недавно узнали.
- Успею, конечно, - уверенно заявляет подруга, поправляя очки на переносице, - но ты не уходи от темы. Полина, вы со Стасом три года женаты, тебе двадцать семь, ему тридцать. Самое время ведь. Вдруг потом не получится?
Сердце сдавливает обидой на подругу за её бестактность и на мужа, который действительно часто ведёт себя совсем не так, как обещал до свадьбы.
Он не хочет сейчас детей. А мне что делать? Беременеть обманом? Я так не могу.
Стасу не до ребёнка. Его карьера идёт в гору, и времени на подгузники и бессонные ночи нет.
- Блин, Поля, если бы у меня была такая шикарная внешность, как у тебя, - мечтательно тянет подруга, - Стас бы уже давно лесом шёл! Я бы одела короткую юбку, чтобы все видели мои нереально длинные ноги, и вертела бы мужиками без зазрения совести. А они бы штабелями, штабелями…
-Угу, - смеюсь я, - что-то не видно этих штабелей.
Галя закатывает глаза.
- Это потому что ты, кроме своего Стаса, никого не видишь. Делаешь всё, что он скажет, как дурочка, а на других мужчин даже не смотришь!
- Естественно, ведь я его люблю, и мы женаты.
Между прочим, когда я только познакомилась со Стасом, подруга пищала от восторга. Мой муж - видный мужчина: мужественный, с атлетичной фигурой, с ума сводящей улыбкой, да ещё и с деньгами. Это сейчас наш с Галей бизнес приносит доход, а несколько лет назад мы работали почти даром, и рядом со Стасом я чувствовала себя нахлебницей.
Я хмурюсь, придирчиво рассматривая лиф будущего платья, который расшиваю белым бисером. Бережно глажу рукой свою работу. Люблю создавать красоту.
- Уверена, Стас от тебя гуляет, как и мой придурок! Они вечно где-то вместе торчат, – заявляет Галя.
Кидаю на подругу укоризненный взгляд.
- Если твой муж тебе изменил, - спорю я, - это ещё не значит, что и Стас мне изменяет.
Прикусываю губу с досадой. Меня бы не тронуло замечание подруги, если бы у нас с мужем всё было хорошо в постели.
Но это не так. В последнее время близость между нами случается всё реже. А от Стаса поступают странные намёки на то, что нужно как-то разнообразить сексуальную жизнь.
А как? Я просто люблю его и хочу быть вместе. Выгляжу вроде нормально. Галя права, природа меня не обидела. Стройная фигура с формами и ярко-зелёные миндалевидные глаза всегда обеспечивали мне внимание мужчин.
Раньше Стаса всё устраивало. Верю, что это просто плохой период. Всё наладится. Во всех браках бывают кризисы.
- Полина! – неожиданно кричит Галя, прочитав какое-то сообщение в своём телефоне. – Срочно всё бросаем и едем в офис к моему мужу!
Я аж дёргаюсь от этого визга и колюсь иголкой. Блин.
Шиплю сквозь зубы и сую в рот кончик пострадавшего пальца.
- Галь, объясни хоть, что случилось, - молю я, откладывая в сторону почти доделанную работу.
- Он там с ней! – тараторит Галя. – Давай, Полиночка, очень тебя прошу, мне нужна поддержка! Поехали скорее!
2
Галя тянет меня за руку и буквально тащит на выход.
- Помнишь, я тебе рассказывала про то, что нашла в интернете людей, которые могут помочь отомстить Костику за эту его шалаву плешивую? – спрашивает на ходу Галя.
- Угу, - я пытаюсь не навернуться на ступеньках и успеть за Галей. В глазах подруги лихорадочным огнём горит жажда возмездия.
Костик – это её провинившийся муж. А плешивая шалава – это женщина, с которой он спит за спиной жены.
Мы быстро ныряем в мою машину, припаркованную возле ателье.
- Полиночка, ну, прошу тебя, потом погреешь свою ласточку, - Галя соединяет ладони, как при молитве, - а сейчас гони! А то ведь профукаем этих сволочей!
Я скрепя сердце трогаюсь с места. Моё старенькое пежо очень не любит резких движений. Вот заглохнем где-нибудь на дороге, Галя меня тогда с потрохами сожрёт.
- Мне их страничка совершенно случайно попалась, - Галя нервно грызёт ногти, когда мы останавливаемся перед красным сигналом светофора.
- Это называется контекстная реклама, глупая, - закатываю я глаза и жму на газ, когда загорается зелёный.
- Неважно, - отмахивается Галя. – Они очень крутые и далеко не всем помогают. Клуб обманутых жён… Видишь ли, самой женщине сложно отомстить. Она и под подозрение сразу попадает, и дел может наворотить сгоряча… А они профессионалы, понимаешь?
- Не понимаю, - честно признаюсь я. – Галь, ну зачем тебе это? Просто разведись с Костей, и всё. Зачем мелочно мстить?
- Я за него двадцатилетней свежей девушкой выходила, - с ненавистью шипит Галя, - и что получила взамен? Годы слёз в подушку, десять лишних килограммов и язву желудка! И что теперь? Я останусь ни с чем, а он просто продолжит весёлую, разгульную жизнь? Нет уж, пусть хоть немного пострадает!
- Он будет страдать, когда увидит, как ты счастлива с другим, - глубокомысленно заявляю я.
- Ага, - Галя кривит губы, - пусть плачут те, кому мы не достались… Поля, ты хоть сама в это веришь? Нет, я его проучить хочу! Чтоб ходил и тени своей боялся, скотина!
- А зачем мы едем к нему в офис? – спрашиваю я.
Галя достаёт из сумочки распечатанную на принтере брошюру.
- Тут написано, что они берут только тех, кто железобетонно докажет измену мужа. Мужчины после их работы в психушку попадают, так что случайных жертв быть не должно. Требуется видео с признанием или фото самой измены.
Галя всхлипывает, сминая в руке брошюру.
- Слушай, а может, не надо… - беспокоюсь я. – Как-то это нехорошо…
- А хорошо всю ночь с любовницей развлекаться, когда я в больнице после выкидыша лежала? – от голоса Гали у меня волосы на спине встают дыбом.
- Нет, но…
- Я подкупила его секретаршу, - перебивает меня подруга. – Она написала сообщение, когда мой благоверный в свой офис эту шмару плешивую притащил. Сейчас сделаем фото, и всё! Конец ему!
Припарковавшись возле делового центра, мы, не теряя драгоценного времени, поднимаемся на восьмой этаж. Там фирма Кости снимает офис.
Выдёргиваю брошюру из ладони Гали, пока мы едем в лифте, и вчитываюсь. Кроме пугающего предупреждения о том, что клуб не несёт ответственности за здоровье и жизнь мужей, а также требует доказательств измены, оставшееся место на странице занимает длинный список возможных вариантов возмездия.
- Облить машину краской, выставить его голые фотки в интернет, уже только это звучит ужасно, - пытаюсь я вразумить подругу. – А здесь ещё есть пункт про сведение с ума и банкротство… Галя, это слишком жестоко и незаконно!
- Он заслужил! – хладнокровно заявляет подруга.
Двери лифта открываются перед нами, и подруга пулей несётся вперёд.
Чуть ли не с ноги открывает дверь в офис мужа. Кивает секретарше, сидящей перед кабинетом Кости, и делает глубокий вдох.
До нас доносятся женские и мужские стоны. Пожилая секретарша осуждающе поджимает губы, а я краснею. Как-то до этого не верилось, что Костя действительно гуляет от Гали. С виду такой приличный …
Подруга включает камеру на телефоне и толкает дверь.
Меня словно кипятком обдаёт. Сердце останавливается. С одной стороны от совершенно голой девушки на четвереньках стоит Галин муж, а с другой – мой.
- Супер! – кровожадно заявляет подруга, щёлкая камерой. – Заодно и твоего по стенке размажем!
3
Я стою и не верю. Глаза видят, но мозг отказывается обрабатывать картинку.
Мужчина с лицом моего мужа держит незнакомую мне девушку за бёдра и…
Это ведь не может быть Стас? На лице мужчины — животная похоть. Он так увлечён процессом, что далеко не сразу соображает, что кто-то пожаловал на их закрытую вечеринку.
Не прекращая поступательных движений бёдрами, он поворачивает голову к двери, и мы встречаемся взглядами.
Мой чёртов муж смотрит на меня удивлённо.
Сюрприз, дорогой!
Очевидная реальность начинает доходить до меня волной шока. Дыхание перехватывает, а мысли клинит.
Мой муж изменяет мне? Да ещё и вот так?
Человек, которого я считала самым близким на свете…
От дикой боли, разрывающей сердце, хочется выть. Вот как, оказывается, Стас хотел разнообразить интимную жизнь…
Муж выглядит поражённым. Хмурится, пытаясь сообразить, что делать.
- Я с тобой развожусь, скотина! – орёт Галя своему мужу, который не спешит кидаться к жене с извинениями.
- Идиотка! – рычит на неё Костя. – Чего ты припёрлась? Разводят на Госуслугах и в ЗАГСе, если ты не знала!
Бросаю недоумённый взгляд на девушку с короткой стрижкой и татуировкой на пояснице, зажатую между двух мужчин. Она не кажется пристыженной или смущённой. Ловлю на себе её торжествующий, самодовольный взгляд.
Что ж, каждому своё.
- Ты бы ни за что не согласилась на такое, - хрипло произносит Стас.
Сердце кровью обливается от его слов.
Мы оба согласились быть вместе. Друг с другом. Муж говорил, что любит меня… Я миллион раз признавалась ему в том же. На что я должна согласиться? Променять мечты о ребёнке и тихом семейном счастье на опыт, который мне совсем не нужен?
Здесь ведь и речи не идёт не то что про любовь, а хотя бы про эмоциональную близость.
- Мужчинам нужно именно это, - читает Стас мои мысли. – Грязный секс, Полина… и разный…
Глотаю ком в горле. Нужно сделать вдох, чтобы сказать уже хоть что-то. Вот только меня так трясёт, что я боюсь, выйдет жалкое блеяние вместо слов.
Сжимаю с силой кулаки и беру себя в руки.
- Не вижу смысла стеснять твои потребности узами брака, - выдавливаю из себя я. – Завтра же подам на развод.
На лице Стаса расползается снисходительная усмешка.
- Зачем, Полин? Следующий мужик будет либо изменять тебе, как и я, либо думать об этом.
- Да пошёл ты! – выдыхаю я с ненавистью.
- Я-то пойду, а вот ты куда от меня денешься, крошка? – усмехается Стас. – Весь твой бизнес на меня завязан. Аренда ателье на моё имя. У меня есть доступ к твоему сайту с платьями и интернет-банку. Точно хочешь со мной ссориться?
- Пошли, Полина! – Галя тянет меня за руку. – Мы уже всё, что нужно, увидели и сделали. Нечего перед ними унижаться.
Я всё ещё в ступоре. До сих пор не могу поверить…
Мой любимый Стас…
Кажется, по моим щекам текут слёзы. Тянусь к лицу дрожащей рукой и стираю с кожи солёную влагу. Точно – слёзы. Смотрю на трясущие пальцы, осознавая, как круто изменилась моя жизнь за прошедшие пять минут.
Моему браку конец. Все мои надежды на детей и маленький семейный домик выброшены в помойку ради вот такого вот разнообразия.
Кажется, теперь я лучше понимаю Галю.
- Поговорим, дома, - бросает Стас, отворачиваясь от меня обратно к своему татуированному разнообразию.
Я буквально усилием воли заставляю сердце продолжать биться.
Вскидываю подбородок повыше и беру Галю за руку.
- Ты права, пошли отсюда! – говорю я с презрением.
Разумеется, меня не будет дома, когда он вернётся. Сколько понадобится времени на сборы чемоданов? Надеюсь, эта девица займёт их достаточно надолго, и я успею собрать вещи и смотаться.
Мне кажется, мы с Галей держимся друг за друга, как за спасительную соломинку, когда выходим из кабинета её мужа.
Так, не отцепляясь друг от друга, и спускаемся вниз, обратно к моей машине.
Отпускаю Галю, чтобы найти в сумочке ключи, и меня ведёт в сторону.
- О-о-о, дорогая, да ты всё ещё в шоке, верно? – подруга подхватывает меня под локоть. – Нет, в таком состоянии за руль садиться нельзя.
Она снова тащит меня куда-то, а я даже не особо смотрю куда. Тело как будто чужое, ватное. И реальность чужая.
Разве может любимый муж так со мной поступить?
Галя заводит меня в какое-то кафе с толпой народа и ведёт к прилавку. Нет, это бар. В ушах стоит гул, сквозь который проникает громкая музыка. Передо мной ставят стопку с янтарной жидкостью, и подруга кивает на неё, предлагая выпить.
Делаю это на автомате. Просто опрокидываю в себя содержимое стопки, чувствуя, как обжигает огнём горло.
Визуализация 1
Полина. 27 лет. Любит создавать невероятно красивые свадебные платья. И мужа любила, а он, похоже, хочет от этой жизни вовсе не семью и детей.
Стас. 30 лет. Бизнесмен и блогер. Кажется, ему хочется разгульной жизни. И наличие жены он не считает поводом отказывать себе в удовольствиях.
Визуализация 2
Галя. 27 лет. Подруга Полины ещё с института. Они вместе мечтали создать своё дело и, наконец, справились с этим.
Костя. 32 года. Бизнесмен и муж Гали. Он давно забил на свой брак. Вот только Гале сложно это принять.
Неизвестная плешивая шалава. Полина с Галей, конечно, погорячились. Девушка вполне ничего. Таких жён, как наши героини, она презирает, потому что сама считает брак гиблым делом.
4
- Это Стас, больше некому… - бормочу я, обновляя снова и снова приложение банка в мобильном телефоне. – Да как он успел-то…
На счету красуется круглый и красивый ноль.
- Полиночка, скажи, что ты пошутила, - севшим голосом шепчет подруга, - там же предоплаты на несколько месяцев вперёд были…
Сглатываю ком в горле и подскакиваю на ноги.
- Срочно поехали в ателье! – теперь уже я тяну Галю за руку. – Он это сделал через планшет.
Интернет-банк был открыт ещё на моём планшете. Обычно я забираю его вечером с собой, но сегодня оставила на рабочем столе. Думала, что вернусь для того, чтобы закончить вышивку.
И Стас знает, где я храню запасной ключ…
Мы же только и успели, что дойти до бара! Сколько мы там сидели? Минут двадцать от силы…
- Вот же сволочь! – шипит Галя, пока я заказываю нам такси.
Хорошо хоть до личного счета Стас не добрался, а то осталась бы я сейчас вообще без копейки.
Выпрыгиваем из такси, буквально теряя на ходу туфли. Вбегаем вверх по лестнице так, будто от скорости, с которой мы окажемся в ателье, что-то зависит.
А находим открытую дверь и полный бардак.
Здесь явно кто-то был. И этот кто-то ограбил нас! Нет не только планшета - вынесено вообще всё ценное.
Вместо швейного оборудования, на которое мы взяли кредит, - пустые столы.
В кладовке, где хранились рулоны итальянского шёлка и кружева, осталась жалкая пара моточков.
А самое главное – платья! Часть уже почти готовых, кропотливо расшитых и подогнанных изделий пропали с вешалок!
Это просто катастрофа!
Мало того что мы полжизни будем расплачиваться за дорогие платья, так ведь вряд ли невесты великодушно оставят нас в живых. Свадьба одной из заказчиц, чьё платье пропало, должна состояться уже через две недели.
Она нас живьём сожрёт и будет права!
- Полина, нам конец, - в уже шепчет Галя, оглядывая пустые вешалки и столы. – Мы трупы… на мне один кредит… на тебе другой…
- Прекрати истерику! – требую я.
Конечно, никаких камер наблюдения у нас тут нет. И в подъезде тоже. Так что доказать что-то будет крайне сложно. Но дверь ведь не сломана! Её открыли ключом.
Я набираю номер Стаса и включаю запись на диктофоне.
Зря стараюсь – муж не берёт трубку.
- Он хочет, чтобы ты приползла к нему на коленях, сволочь, - зло цедит Галя. – Ну и что ты теперь скажешь, Полина? Разве такое не заслуживает отмщения?
- Посмотрим ещё, кто к кому приползёт, - холодно заявляю я.
Набираю номер полиции и сообщаю о краже в нашем ателье.
Вот так. Никакой жалости. Пусть Стас имеет дело с правоохранительными органами, раз решил воевать со мной такими методами.
Через полчаса к нам приезжает очень уставший от жизни полицейский. Он производит осмотр и помогает нам составить заявление. Выслушивает наш сбивчивый, полный эмоций рассказ и зевает.
- Мой вам совет: договоритесь с мужем сами, - равнодушно заявляет он. – Ваше заявление я, конечно, не принять не могу. Но сразу скажу, что полиция – это вам не арбитр в семейных разборках. Взяли тоже моду: бегают в полицию, как дети в детском саду к воспитателю. Не договоритесь – приходите через пару дней. Попробуем посадить вашего благоверного. Но поскольку доказательств его причастности у вас нет, то, скорее всего, останетесь и без имущества, и с очень злым бывшим на свободе. Решать, конечно, вам.
Полицейский уходит, и мы остаёмся с Галей наедине с нашими проблемами.
- Полина! – слышу по голосу, что Галя близка к истерике. – На тебе кредит… на мне кредит…
- Я что-нибудь придумаю, - пытаюсь успокоить подругу.
- Что ты придумаешь? Что?! – Галя уже кричит.
Я вижу, как её трясёт. Круглые очки в позолоченной оправе постепенно съезжают на кончик Галиного носа, а подруга даже не замечает этого.
- Галя, успокойся! – строго говорю я. – Если придётся, я возьму ещё один кредит на себя.
- Кредит она возьмёт…
Подруга лезет в карман за телефоном и набирает номер своего пока ещё мужа.
Хочет, наверно, попросить его убедить Стаса одуматься.
Но она и слова не успевает сказать, как из трубки слышится злой крик:
- Что ты меня достаёшь?! – орёт в трубку Костя, так что Гале приходится отодвинуть телефон подальше от уха. – Ты жалкая! Прекрати мне названивать без конца!
Костя бросает трубку, и я слышу короткие гудки.
Галю начинает трясти.
- Всё, Полина, всё… - в полной прострации бормочет она. – Я его убью, и меня посадят…
- Никого ты не убьёшь.
- Правильно, я найму киллера, пусть он убьёт.
- Ты же шутишь?
5
- Срочно пиши Луизе, что переносишь примерку на неделю, - велю я.
За это время можно что-нибудь придумать. Выбить пропавшие платья у Стаса или подготовить другой план. В конце концов, можно будет попросить Луизу осветить в своих соцсетях нашу проблему. Но это крайний вариант - не хотелось бы такой сомнительной славы.
Клиент не должен знать о проблемах фирмы. Это золотое правило, которого я придерживаюсь.
Галя послушно набирает в телефоне сообщение и допивает свой коктейль.
- Мне не хватит, - качает она головой. – Пойду возьму ещё.
Подруга не хочет слышать мои уговоры поехать домой и упрямо топает к бару за добавкой.
Как же я устала от этого дня…
За один вечер потерять мужа и своё дело мечты – это уже слишком.
Я очень-очень зла на Стаса. Я готова была ждать, когда он захочет детей. Готова была мириться с тем, что мы проводим совсем мало времени вместе из-за его работы.
А оказалось, что это никому не нужно…
Стасу просто плевать на мои желания и чувства. Он жил так, как ему нравилось, а меня заставлял подстраиваться.
А если я не согласна, получается, по его мнению, можно отобрать у меня всё, ради чего я так долго трудилась…
«Мужикам нужно именно это», - проносятся в голове слова мужа.
Я вижу подтверждение этому. Мужчины, сидящие за столиками, бросают в мою сторону плотоядные заинтересованные взгляды.
Это напрягает. Подруга ошиблась, я не чувствую себя привлекательной. Я ощущаю себя куском мяса на витрине.
Все столики с диванчиками заняты, и мне негде спрятаться от раздражающего внимания. Жду подругу у стены, вцепившись пальцами в стеклянную бутылку с тёмной газировкой.
Она уже нагрелась и стала совсем невкусной. Ну где там эта царица коктейлей?
- Привет, крошка, - низкий мужской голос совсем рядом с ухом.
Чувствую чью-то лапу на своём плече и подпрыгиваю на месте от испуга. Дёргаюсь в сторону, уходя от нежелательного контакта.
Оборачиваюсь на высокого, плечистого мужчину в джинсах и явно дорогой светлой рубашке. Этакий хозяин жизни. Смотрит на меня насмешливо сверху вниз. На губах снисходительная улыбка.
Взгляд тёмных глаз скользит по моему лицу вниз, спускается к груди и бесстыдно зависает в вырезе платья.
- Прости, не хотел пугать такую красивую зайку.
- Я вам не зайка! Нечего руки распускать! – складываю руки на груди, прикрывая ложбинку бутылкой с газировкой.
- А чего так? Не понравился я тебе? – наглый незнакомец спускается взглядом к моим голым ногам.
От него веет силой. А говорит так, будто делает одолжение. Самовлюблённый придурок. Такой же, как мой неверный муженёк.
- Хватит пялиться! – огрызаюсь я. – Я вам не картина в музее.
Мужик поднимает на меня удивлённый взгляд и усмехается одной стороной рта.
- А разве ты не для того так вырядилась, чтобы такие, как я, на тебя смотрели? – взгляд тёмных глаз становится холодным, и даже немного циничным.
- Какие такие? – хмурюсь я.
- Да брось, детка, хватит набивать себе цену. Ты явно из тех, кто ищет состоятельного мужчину, способного щедро отблагодарить за ночь.
Вот ведь сволочь! По его мнению, любая женщина в короткой юбке автоматически готова себя продать?
- Иди на трассу себе компанию ищи, - надменно выдаю я. – Там дамы твоего уровня.
- Ого! – мужик аж давится своей ухмылкой. – Откуда такие зубки? Рожа так себе, сиськи до третьего размера едва дотянут, а понтов, как у принцессы!
Ну всё! Он меня окончательно выбесил!
Урод! Относится к женщинам, как к рабыням, обязанным радоваться его вниманию. Отблагодарит он, видите ли, за ночь…
Да, он чертовски хорош собой, но этот факт, кажется, вскружил ему голову.
Вся моя ненависть к мужчинам сейчас сосредоточена на этом гадком типе.
Я просто беру и выплёскиваю ему в лицо газировку из бутылки.
Коричневые струйки сбегают по щетине на светлую рубашку, оставляя некрасивые грязные разводы.
- Что ты творишь, идиотка?! – орёт этот гад, впиваясь в меня ошалелым взглядом. – Жить надоело?
Лицо незнакомца становится откровенно злым, когда он рукой стирает с лица липкую воду.
Чёрт. Кажется, мне пора делать ноги…
- Пока, придурок, - я салютую мужику ладонью и пытаюсь сбежать.
- Пошла отсюда вон, бешеная! – рычит мне вдогонку этот кретин. – Если ещё раз увижу тебя здесь, натравлю охрану!
- Кто ты без своей охраны? – ворчу я себе под нос, проталкиваясь сквозь танцующую толпу локтями. - Жалкий хлыщ, неспособный понравиться ни одной нормальной женщине!
Господи, надеюсь, мы никогда больше не встретимся! В этот клуб я точно больше ни ногой.
6
Мужик из бмв окидывает нас ленивым надменным взглядом.
Рубашка на нём свежая, а вместо джинсов чёрные брюки с ботинками. Выглядит не в пример опрятнее нас с Галей.
Зараза.
Взгляд тёмных глаз леденеет, когда останавливается на мне, и последняя надежда на то, что он меня не узнает, тает.
Запомнил, сволочь.
- Очень интересно… - на лице нахала появляется довольная улыбка. – Как же тесен мир…
- Они что-то натворили с моим свадебным платьем, пупсик, - Луиза капризно дует губки, беспомощно заглядывая в глаза гаду из клуба. – Я не могу выйти за тебя без платья.
Я отчётливо вижу, как глаз мужика дёргается каждый раз, когда невеста называет его «пупсиком».
Не могу сдержать ехидный смешок. Приходится маскировать его, изображая кашель.
Мужик бросает на меня злой взгляд, но к своей невесте обращается подчёркнуто мягко.
- Не волнуйся, солнышко, я всё решу.
Он поворачивается ко мне.
- У тебя есть минута, чтобы объяснить, в чём проблема, - холодный взгляд обещает мне страшные муки и за пропавшее платье, и за вчерашнее унижение.
Смотрю на жениха своей клиентки не мигая. Честно говоря, он пугает меня. С таким явно шутки плохи.
- Вчера нас ограбили, - честно признаюсь я.
Бровь мужика поднимается вверх.
- Ну, разумеется… - тянет он с явным сарказмом.
У меня пересыхает во рту, а по спине уже бежит холодный пот.
Так, нужно собраться и вести себя уверенно. В конце концов, мы ни в чём не виноваты.
- Давайте, мы вам покажем, если не верите, - вмешивается молчавшая до этого Галя.
Мужик переводит на неё неприятный взгляд.
- Ну давай, - усмехается он.
Мы все вместе поднимаемся в ателье. Я отпираю дверь и распахиваю её перед злыми клиентами.
Луиза брезгливо оглядывает пустые столы и полки, а её жених деловито заглядывает в кладовку.
- Это случилось вчера вечером, - объясняю я. – Мы вызвали полицию и написали заявление о краже…
- Значит, вы обнаружили, что вас вынесли, как последних лохов, - говорит жених Луизы, - и не нашли ничего лучше, чем поехать напиться с горя в клуб? Тоже мне предприниматели…
Вспыхиваю от стыда и раздражения.
- Откуда ты знаешь, куда они вчера ездили? – Луиза смотрит на жениха с подозрением.
Давай, объясни ей, красавчик, откуда ты это знаешь.
- Я столкнулся вчера с этой девицей там, когда ездил говорить с Рустамом, - невозмутимо объясняет этот гад. – Столкнулся в прямом смысле. Она облила меня какой-то дрянью… случайно…
Вспыхиваю ещё сильнее от возмущения.
Ах, значит, случайно? Конечно, зачем признаваться невесте, что пытался склеить девушку, которую принял за эскортницу…
- Сошьёшь новое платье за неделю, - распоряжается этот тип. – Тебя это устроит, милая?
Это он спрашивает уже у своей невесты.
Все, кроме него, в этой комнате понимают, что это невозможно.
- Мы не сможем, - говорю я упавшим голосом. – Конечно, можно найти аналог итальянскому шёлку, из которого было сшито платье вашей невесты. Но уникальные стразы, которыми оно было расшито, производят в Индии специально по нашему заказу. Их доставят не раньше чем через два месяца. Если только вас устроит какая-нибудь альтернатива… есть очень красивый стеклярус… или местные стразы, они почти так же эффектно смотрятся…
Нам с Галей придётся корпеть над новым платьем без сна и отдыха, а в конце мы, вероятно, ослепнем от перегрузки, но, может быть, мы и успеем сшить его за неделю… Звучит как план…
Лицо Луизы покрывается красными пятнами.
- Мне не нужны дешёвые аналоги! – кричит она. – Я не выйду замуж в платье со стеклярусом! Я заказала у вас платье богини, а не сельской модницы! Меня устроит только полупрозрачный шёлк, струящийся по телу, как вода, и единственные в своём роде стразы, создающие эффект мерцания солнечных бликов, отражённых на водной глади.
Этими красивыми словами мы в своё время продали Луизе самые дорогие из имеющихся у нас материалов. Создали для неё мечту, от которой не отказываются.
Жених дивы пожимает плечами.
- Вы слышали, девочки. Чтоб через неделю платье у моей невесты было. Как вы это устроите – не наши проблемы. Летите в Индию сами за вашими стразами. Ищите воров. Но если через неделю моя невеста скажет мне, что она недовольна вашей работой…
Нет, это не выход. Даже если мы прилетим и будем умолять индусов на коленях, они не смогут сделать наш заказ за день, а с учётом дороги и времени на работу…
- Мне очень жаль, но наше ателье не сможет выполнить ваш заказ, - говорю я. – Мы вернём вам всю предоплату в течение двух дней.
Желудок скручивает от ужаса. Там такая сумма, что представить страшно. Если сильно повезёт, я успею взять кредит.
7
- Давай повторим наш план ещё раз, - я нервно сжимаю и разжимаю кулаки, пытаясь успокоиться.
Мы с Галей стоим в подъезде возле двери в нашу со Стасом квартиру.
- Мы не унижаемся, не рыдаем и не умоляем, - Галя словно заученный стишок произносит. – И не угрожаем ему с порога.
- Да, - киваю я. – Сначала нужно попытаться договориться по-хорошему, спокойно.
- А если не выйдет? – Галя поправляет на носу очки.
- Тогда припугнём полицией.
Я настраиваю себя, как боец на ринге перед боем.
- Галя, проверь ещё раз, включила ли ты диктофон, - прошу я.
Подруга достаёт из кармана сотовый.
- Включила, - подтверждает она.
Я тоже включаю на своём телефоне запись и прячу его в сумку. На платье, которое мне одолжила Галя, нет карманов.
На меня вдруг накатывает страх: что, если я не справлюсь? Разревусь, глядя в глаза предателя, которого любила столько лет?
Делаю глубокий вдох и достаю свой ключ. Сую его в замочную скважину.
- Что за чёрт? – я тычу ключом в разъём снова и снова, но он никак не желает влезать.
- Поздравляю, - вздыхает Галя, - твой муж сменил замки.
- Но… это же наша квартира… общая…
Вообще-то, не наша. Мы её арендуем. И в договоре аренды указаны оба. Он вообще имел право менять замки?
Прячу бесполезные ключи обратно в сумочку и нажимаю на звонок.
За дверью слышатся неторопливые шаги, и Стас открывает мне дверь.
- Явилась наконец? – спрашивает он так, будто это я ушла в загул и месяц не появлялась дома.
- Я засажу тебя в тюрьму, гад! – выпаливаю я.
Ой! Я же совсем не то собиралась сказать…
Лицо Стаса багровеет прямо на глазах.
- Полина, план… - шепчет за моей спиной Галя.
Мысленно даю себе подзатыльник.
- Мы приехали поговорить, - уже спокойно говорю я.
- Мы? – Стас смотрит через моё плечо на Галю. - Ты заходи, поговорим, а группа поддержки свободна.
С этими словами Стас затаскивает меня в квартиру и быстро захлопывает перед Галиным носом дверь.
Блин.
Мне вдруг становится страшно. Хоть Стас никогда не опускался до того, чтобы поднять на меня руку, но он и деньги мои раньше никогда не крал.
Галя трезвонит в звонок и колотит в дверь, но Стас не обращает на это никакого внимания.
- Ты украл мои деньги, оборудование и платья… - говорю я. – Лучше верни по-хорошему…
- Забавно, - усмехается Стас, - с чего ты взяла, что это я? И что, если я хочу по-плохому?
- Не валяй дурака! – требую я.
Я прижимаюсь спиной к входной двери, а Стас стоит совсем близко. Нависает сверху, упираясь рукой в дверь возле моей головы, чтобы я не могла открыть её и сбежать.
- Знаешь, Поля… - задумчиво тянет он, поддевая пальцем ворот вязаного платья на моей груди. – Мне казалось, что брак – это скучно… одна и та же женщина каждый день, даже такая красивая, как ты, надоедает… но ты так очаровательно злишься и страдаешь, что снова меня возбуждаешь…
Стас склоняется ближе к моему лицу, разгоняя во мне панику.
- Может, это и будет секрет нашего семейного счастья? - шепчет он мне. – Обещаю подкидывать тебе новые поводы для ненависти…
- Ты что, больной? – голос плохо меня слушается, срывается в несолидный писк. – Я с тобой развожусь!
- Ну как хочешь… - Стас отстраняется и отходит на шаг, давая мне возможность спокойно вздохнуть.
- Верни деньги, которые ты перевёл со счёта ателье, наше швейное оборудование и платья!
- Не понимаю, о чём ты, - Стас нагло улыбается, глядя мне в лицо.
Всё он понимает. Гад.
- Это ведь не шутки, - серьёзно говорю я. – Ты не имел права так поступать. Это преступление. И очень подлое к тому же. Ты можешь испортить свадьбу ни в чём не виновным невестам!
- Да плевать мне на них, - отмахивается Стас.
- Мы с Галей не сможем расплатиться за всё это до конца жизни! – в отчаянии заявляю я. – Да нам уже угрожают, ты понимаешь это?
Я хочу достучаться до мужа. Может, он просто не понимает, насколько всё серьёзно.
- Если ты разводишься со мной, - Стас пожимает плечами, - то твои проблемы больше меня не касаются.
- Я не понимаю, - голос дрожит от слёз, которые я сдерживаю всеми силами. – Зачем ты это устроил? Если бы ты хотел сохранить брак, то не стал бы изменять мне. Ну или попытался бы оправдаться… Ты же хочешь продолжать свои интрижки, как я поняла. Почему тогда радостно не бежишь разводиться вперёд меня?
Стас окидывает меня пренебрежительным взглядом.
- Меня всё устраивало, - заявляет он. – Допусти мысль, что твоё представление о браке не единственно верное. Нельзя закрыть все потребности одним человеком. Для совместных завтраков, постиранных носков и поездок к родителям есть жена. Для интересного отдыха – другие женщины. Многие так живут, Полина. Это нормально.
8
К тому моменту, как мы с Галей подъезжаем по указанному адресу, я успеваю немного отойти от провального разговора с мужем и начать сомневаться.
- А ты уверена, что мы поступаем правильно? – спрашиваю я подругу, когда мы паркуемся возле безликой многоэтажки на окраине города. – Может, лучше обратимся к юристам?
Галя бросает на меня недоумённый взгляд поверх очков.
- Полина, юристы могут помочь подготовить документы для суда и защищать нас во время процесса, но и только. Ты же слышала, что сказал полицейский: без доказательств закон нам не поможет. Так что у нас два варианта: либо нанимать бандитов для разборок с твоим мужем, либо клуб обманутых жён…
- Ты думаешь, они могут нам помочь?
- Да, на их сайте написано, что они могут помочь с выбиванием долгов из бывшего.
Почему-то это заставляет меня волноваться ещё сильнее.
- А чем они тогда отличаются от бандитов? – спрашиваю я.
- Ну, не знаю, - Галя усмехается. – В разделе часто задаваемых вопросов у них написано, что они не участвуют в организации и сокрытии убийств.
Мы выходим из машины и поднимаемся на лифте на пятнадцатый этаж.
Самый обычный дом. Стена в лифте исписана и покрашена сверху серой краской. В коридоре целый ряд разномастных дверей. Рядом с дальней квартирой стоит детская коляска. На окне у лестницы — грязная стеклянная банка с окурками.
Галя поправляет очки на носу и звонит в звонок нужной нам квартиры.
Дверь открывает совсем юная девушка в чёрном длинном платье. Ей едва ли можно дать восемнадцать, несмотря на мрачный вид.
- Проходите, - она отходит в сторону, позволяя нам зайти в квартиру.
Мы с Галей с любопытством оглядываемся по сторонам. Ну самая обычная прихожая. Вешалка с крючочками. Коврик. Не так я себе представляла тайное общество.
- Эту квартиру мы сняли на сутки, - девушка будто читает наши мысли. – Пока мы не знакомы с вами и не можем раскрывать конфиденциальную информацию.
Вслед за ней мы проходим в комнату с большим столом и диваном. Шторы задёрнуты. Освещает пространство только старый торшер у стены.
Вот это уже больше похоже на подпольный клуб.
За столом сидят три женщины. Они уже не молоды, но и старухами их язык не повернулся бы назвать.
Больше всего внимание привлекает дама с седыми волосами, уложенными в причёску. Твидовый костюм сидит на ней, как на королеве. Губы строго очерчены помадой. А цепкий взгляд вызывает мурашки.
Рядом с ней сидит высокая, крепкая женщина в блузке с кружевным воротником. Это смотрится несколько странно. Ростом и комплекцией дама превосходит добрую половину мужчин. И кружево на контрасте только подчёркивает широкую шею и совсем не хрупкие плечи.
Третья женщина с короткой стрижкой и очками, как у Гали, просматривает стопку бумаг, лежащую перед ней на столе.
Все они окидывают нас пристальным взглядом.
- Надеюсь, вы принесли доказательства, - спрашивает дама в очках.
- Конечно, - Галя достаёт свой телефон, находит сделанные ей фотографии и демонстрирует их присутствующим.
- Чудненько, - дама в очках забирает у Гали телефон. – Завтра напишете в полиции заявление о краже вашего телефона.
- Это еще зачем? – Галя пытается забрать свой телефон обратно, но крепкая дама в кружевах ловко убирает его в свою сумку.
- Не волнуйтесь, когда всё уляжется, получите его обратно, но сейчас вы должны обезопасить себя, - говорит дама в очках.
- Обезопасить? – растерянно переспрашивает Галя.
- Разумеется, - кивает дама в очках. – Размещение чужих компрометирующих фотографий в интернете, вообще-то, преступление. Если заявишь о краже телефона, то сможешь обезопасить себя от обвинений предателя.
- Как у вас всё серьёзно… - Галя нервно хихикает.
- Садитесь уже, - командует плечистая дама.
Мы послушно отодвигаем стулья и присаживаемся за стол.
- А вы осознаёте, что назад дороги не будет? – строго спрашивает дама в твидовом костюме. – Вы уверены, что не хотите простить ваших мужей? Ну подумаешь, погуляли, с кем не бывает?
Галя рядом со мной аж задыхается от возмущения.
- Да, они! Да, мы! Да я на него свои лучшие годы потратила! – восклицает она. – А он ноги об меня вытирает! Да я на всё согласна, чтобы ему отомстить!
- Ну хорошо, с тобой всё ясно, - кивает дама в твидовом костюме. – А ты, деточка?
Она переводит строгий взгляд на меня.
- Смотрю, ты не так серьёзно настроена, как подруга. Ещё не поздно уйти.
Сглатываю ком в горле. А что, потом уйти будет нельзя? Как-то это всё пугает…
- Хочешь вернуться к своему бабнику? – нарочито мягко спрашивает дама в твиде.
Качаю головой. Нет, точно не хочу. На глаза наворачиваются слёзы.
-Ну-ну, золотце, не стоит лить слёзы из-за этих ничтожеств, - успокаивает она.
9
Мы выходим на улицу только через несколько часов. Всё это время нас очень подробно обо всём расспрашивают. Мы рассказываем много всего очень личного и получаем сочувственные взгляды и поддержку.
А ещё заполняем целые тетради с подробными анкетами про наших мужей и обстоятельства их жизни.
Ну и ставим галочки в списке кар, разумеется.
Краем глаза вижу, как Галя, сильно нажимая на ручку, ставит галочки в каждой графе.
А я всё-таки не решаюсь.
Разрешаю выставить в интернет его голые фотки, организовать проблемы на работе и прошу помочь вернуть мои деньги.
Это будет справедливо.
Помощь клуба, кстати, не безвозмездная.
Мне придётся продать свою старенькую машину, чтобы вступить в ряды обманутых жён.
И всё же это выгодное вложение. Денег, вырученных за эту рухлядь, и близко не хватит, чтобы решить наши финансовые проблемы. Так хоть душу отведём.
Галя любезно приглашает меня погостить какое-то время у неё. Квартира, в которой она жила с мужем, принадлежит сестре, уехавшей к жениху в другой город. Продавать или сдавать квартиру сестра не хочет. А вот Галю пожить пустила. Так что Костя не может претендовать на эту жилплощадь при разводе.
И хоть возвращаемся мы уже довольно поздно, но всё равно садимся на кухню решать, как быть дальше.
Возможно, клубу удастся помочь нам заставить Стаса вернуть деньги и платья. Но когда это ещё будет? А злая Луиза со своим женихом появятся на нашем пороге через шесть дней.
Решаем действовать по всем фронтам.
Звоним несколько раз Стасу. Пишем ему сообщения и письма на электронную почту. Да, это кажется унизительным, особенно после того, что он сказал мне в нашей квартире. Но оправдываться перед разъярёнными клиентами, чьи платья пропали, будет не менее унизительно.
Впрочем, Стас игнорирует все наши попытки.
Пишет только один раз, что если я хочу что-то получить от него, то должна вернуться домой и ждать его в кровати голой.
Нет, я лучше сдохну, чем соглашусь на что-то подобное.
Иду в банк и беру на себя ещё один кредит. Часть денег размером с предоплату за платье Луизы откладываю. Не теряю надежду, что удастся договориться и просто вернуть ей деньги.
А оставшуюся часть трачу на самые лучшие материалы, которые могу найти за столь короткий срок.
Безупречный шёлк. Необычное кружево и крохотные блёстки. Из этого мы с Галей, не разгибая спин, пытаемся сшить платье, максимально похожее на пропавшее платье Луизы.
И мы даже успеваем закончить работу.
Накануне отведённого нам срока ложимся спать к утру с красными глазами и совершенно без сил.
Но никто не посмеет сказать, что мы относимся к своей работе несерьёзно. Каждая невеста для нас — принцесса. Не только Луиза.
Получившееся платье достойно самой придирчивой модницы.
Сегодня узнаем, что скажет Луиза.
10
Мы надеваем платье, сшитое для Луизы, на манекен, и ставим его у окна так, чтобы солнечные лучи подсвечивали блеск отделки. Очень надеюсь, что ей понравится.
Останавливаюсь на минуту, чтобы полюбоваться нашей работой. Платье действительно очень эффектное. Глаз не оторвать. Я бы сама о таком мечтала в своё время.
Когда я выходила замуж за Стаса, возможности купить такие дорогие материалы у меня не было. Да и наше скромное торжество не предполагало таких нарядов. Я немножко завидую своим невестам.
Раньше можно было утешиться тем, что главное — не красивая свадьба, а счастливый брак.
Но теперь у меня и этого нет.
Ладно уж, пора смотреть правде в глаза – никогда не было. Я пыталась подстраиваться под Стаса, как могла, и вот что получила взамен.
На этой неделе я думала только о платье Луизы, но вот на следующей нужно будет обязательно подать на развод. Нечего тянуть, а то Стас придумает ещё какую-нибудь пакость.
Луиза приезжает к нам после обеда.
Я правда хочу, чтобы ей понравилось платье. Не только потому, что это решит мою проблему. Но и потому что искренне хочу, чтобы её свадьба прошла хорошо. Я радуюсь вместе с невестами, когда вижу, что они в восторге от нашей работы.
Один из бонусов этой профессии – прикасаться к чужому счастью.
Но Луиза с порога рушит все мои надежды. Она окидывает нас и всё вокруг таким пренебрежительным взглядом, что у меня всё внутри падает.
- Где моё платье? – капризно и требовательно спрашивает она.
- Извините, нам не удалось его вернуть, - признаюсь я. – Но мы сшили специально для вас кое-что просто волшебное…
Галя с неестественно перетянутой улыбкой демонстрирует Луизе наш шедевр. Свет отражается от искусно расшитого корсета мягким сиянием. Юбка струится к полу изящными волнами складок.
Лицо дивы кривится.
- Это что ещё за лохмотья?! – Луиза брезгливо поднимает верхнюю губу. – Идиотки! Я же сказала, что мне нужно моё платье и только оно!
Я стояла до этого с расправленными плечами и такой же, как у Гали, широкой улыбкой на лице. Но, кажется, это провал. Я просто сдуваюсь.
- В таком случае всё, что мы можем вам предложить, это вернуть аванс, - устало сообщаю я. – Сегодня же переведу его вам на карту.
- Засунь свой аванс, знаешь куда? – Луиза взрывается некрасивым криком. – Думаешь, я не понимаю, что вы делаете? За идиотку меня держите?
С лица дивы слетает налёт кукольной милоты. Сейчас перед нами стоит прожжённая стерва.
- О чём вы? – растерянно спрашиваю я.
- Я таких, как вы, за версту чую! – заявляет Луиза. – Скандальная слава тоже слава, верно? Простое упоминание в моём канале вашего салона – это слишком мало, так? Вам подавай скандал! Хотите, чтобы я раздула эту историю в сети, чтобы к вам пожаловали журналисты. Чтобы о вас писали СМИ. Душок потом выветрится, а название вашего салона будет знать каждая собака.
- Сомнительная реклама… - возражаю я.
Может, конечно, я ничего не понимаю в современном бизнесе... Неужели такого рода популярность может принести какую-то выгоду?
- Вообще-то, вы реально могли бы помочь, - вмешивается Галя. – Мы знаем того, кто нас ограбил. Для полиции доказательств недостаточно, но давление общественности, возможно, заставило бы этого человека…
- В-о-от!! – верещит Луиза так, что у меня закладывает уши. – О чём я и говорила! Думаешь, я поверю в эту сказочку?! Вы решили развести меня! Пропиариться за мой счёт. Я вас в порошок сотру, кретинки!
Галя рядом со мной стоит с открытым ртом. Я, если честно, тоже в полном шоке. Ну что нам сказать этой истеричке?
- Послушайте, - вежливо прошу я.- Не хотите освещать это, ну и не нужно. Тем более что нет никаких гарантий, что это поможет вернуть ваше платье. Мы просто вернём вам аванс. Вот и всё.
- Ты, тупая корова! – Луиза больно тычет в меня пальцем с нарощенным ногтем. – Нельзя просто так взять и похерить моё платье, ясно тебе? Ждите проблем, идиотки!
С этими словами она разворачивается и уходит из нашего ателье.
Мы с Галей падаем на стулья так, будто только что дрались на ринге.
Меня трясёт от злости на эту капризную женщину и разочарования. Не вышло. Мы не справились.
Почти сразу у меня звонит телефон. Вижу на экране незнакомый номер. Нужно ответить. Это может быть одна из клиенток.
- Привет, портняжка, - доносится до меня низкий мужской голос. – Тебе звонят проблемы, солнышко. Что делать будем?
Наверно, я всё ещё в шоке от разговора с Луизой и плохо соображаю.
- Здравствуйте… пупсик, - отвечаю я.
Повисает многозначительная пауза, за которую я успеваю дать себе по губам ладонью. Мой язык меня до добра не доведет.
- Ты там пьяная, что ли? – грубо спрашивает жених Луизы.
Морщусь от досады. Возьми себя в руки, Полина. Ты разговариваешь с клиентом. Ты на работе.
11
Стас испепеляет нас с Галей бешеным взглядом.
- Может, мне и ваши фотки к каким-нибудь жирным вебкамшицам прилепить? – спрашивает он.
- Валяй, - я пожимаю плечами. – Нас с Галей это не расстроит. Не у нас же маленький…
- Хорошо, Полин, - перебивает меня муж. – Я думал, тебе нужны твои платья…
Сердце тревожно ёкает. Нужны, и ещё как!
- Ты думал, я ради платьев стану перед тобой на цыпочках ходить?
Стас качает головой усмехаясь.
- Нет, дорогая, за то, что ты устроила, цыпочек недостаточно. Я жду, что ты приползёшь на коленях.
Стас сваливает из ателье, пообещав напоследок прислать ответный сюрприз.
- Думаешь, он сделает это? – Галя прикладывает ладони к горящим щекам. – Приклеит наши лица к чужому телу и выложит в сеть?
Смотрю на подругу серьёзно.
- Ну мы же проделали с ним почти то же самое, - напоминаю я. – В общем-то, моральное право на это у него теперь есть.
- И тебя не волнует такая перспектива? – в ужасе спрашивает Галя.
- Волнует, конечно, - признаюсь я. – Но ты ведь сама решила бить на поражение, помнишь? Встречай последствия. Не думала же ты, что они не станут отвечать? Подожди, ещё твой муж не объявлялся.
Галя растерянно смотрит на меня. Кажется, она не задумывалась до этой секунды о том, что мужья не будут безропотно сносить издевательства.
До поздней ночи мы торчим в ателье, пытаясь как можем, спасти положение. Переназначаем встречи невестам. Ещё раз досконально проверяем, какие из платьев пропали, а какие остались висеть на вешалках.
Подсчитываем убытки и планируем бюджет на будущее. Если очень-очень сильно постараться и сэкономить кое-где на материалах, возможно, нам удастся не разориться и не подвести положившихся на нас невест.
Больше всего меня беспокоят три невесты, кроме Луизы, свадьбы которых должны состояться в ближайший месяц. Их платья были почти готовы и тоже пропали.
Я отдаю себе отчёт в том, что им, как и скандальной диве, замена может прийтись не по вкусу. А вернуть им аванс, украденный Стасом, уже не получится. Мне и этот-то кредит дали со скрипом, под бешеные проценты. Больше взять неоткуда. Галя посетила пять банков, и везде в четвёртом кредите ей отказали.
Как мне надоели эти бесконечные долги! Только кажется, что вот-вот расплатишься со всем, и обязательно что-нибудь происходит…
Аванс за платье Луизы я всё-таки возвращаю ей переводом на карту.
Печально смотрим с Галей на сумму, оставшуюся на счёте. Она очень близка к нулю. Попали мы с ней по-крупному.
Ночью у Гали прихватывает желудок. Да так сильно, что приходится вызвать скорую. Это её недолеченный гастрит обострился. С ней такое бывает, если понервничает.
Подругу забирают в больницу. А я утром привожу ей забытые тапочки и кружку, узнаю от врача, что раньше чем через десять дней Галю не отпустят, и еду в ателье в печальном одиночестве.
Значит, придётся справляться самой. Тревога просто зашкаливает. Я переживаю о здоровье подруги и о том, что без её рук работа над восстановлением платьев будет продвигаться в два раза медленнее.
Уныло переставляю ноги со ступеньки на ступеньку, поднимаясь на второй этаж к ателье, и буквально натыкаюсь на Пупсика.
То есть на Платона Богдановича Гроднева, если я правильно запомнила.
Мужчина в строгом деловом костюме выглядит откровенно злым. Он нервно барабанит пальцами по перилам и недобро щурится.
Сжимаюсь внутренне, предвкушая отповедь. Он ведь не говорил, во сколько заявится, а утро - понятие растяжимое.
Запоздало соображаю, что следовало набрать тот номер, с которого он звонил мне вчера, и предупредить, что приеду позже, но я так волновалась за Галю, что не подумала об этом.
Интересно, сколько он тут торчит? Мог бы и сам позвонить, вообще-то…
Достаю из кармана сотовый и морщусь от досады: мой телефон благополучно разряжен в ноль. Опять же из-за всех этих скорых и больниц, я забыла поставить его на зарядку…
Нервно сглатываю под злобным взглядом, которым буравит меня Гроднев.
- Если я сказал, что заеду утром, портняжка, - рычит он, нависая надо мной, - то это значит, что ты должна ждать меня с семи утра с кофе в зубах и радостной улыбкой!
12
- А как можно улыбаться, когда у тебя что-то зажато в зубах? – уточняю я под хмурым взглядом мужчины.
Невинно хлопаю ресницами.
Если уж этот тип позволяет себе агрессивные наезды в стиле «я тут первый самец на деревне», то и мне не зазорно использовать женские хитрости. Прессует меня при каждой встрече, как гопник очкарика. Надоело.
Притвориться недалёкой глупышкой – проверенный вариант. Мужчины не знают, что с этим делать.
Распахиваю глаза пошире. Смотрю на Гроднева подобострастно до карикатурности. Признаю, это почти что откровенный стёб. И мне приходится прилагать усилия, чтобы не рассмеяться.
- Мне так жаль, что мои ничтожные дела заставили вас потерять так много вашего драгоценного времени, - вкладываю в голос столько раскаяния, сколько вообще могу. – Позвольте искупить вину. К сожалению, я не умею ничего больше, кроме как шить свадебные платья. Хотите, сошью и для вас тоже? Как вы относитесь к длинным пышным юбкам?
Снова хлопаю ресницами.
Гроднев смотрит на меня растерянно и тоже хлопает ресницами.
Главное — не ржать, Полина!
Клянусь, в начале моего униженного монолога он выглядел довольным. Реально привык, что люди так к нему обращаются? Жесть.
Платону Богдановичу понадобилось время, чтобы понять, что я стебусь.
Он ухмыляется, и я чуть выдыхаю. Кажется, получилось немного разрядить обстановку.
- Больно язык у тебя длинный, Полина Сергеевна, - говорит он уже не так свирепо и кидает быстрый взгляд на наручные часы. – Пошли давай, у меня действительно нет времени на всю эту ерунду.
Он кивает на запертую дверь ателье.
Печально вздыхаю и лезу в сумочку за ключами.
На бетонном полу под дверью лежит большой чёрный пакет.
- Вы привезли вашу рубашку, чтобы я сдала её в химчистку? – спрашиваю я.
- Что? – Гроднев хмурит брови. – Нет, этот пакет тут уже был, когда я пришёл.
Наклоняюсь и берусь за полиэтиленовые ручки. Интересно, что же там такое?
- А рубашку, которую ты облила, уже давно отстирала домработница, - говорит мужчина, стоящий за моей спиной.
Поворачиваю ключ в замке и захожу в ателье.
- Непуганая ты, Полина Сергеевна, - добавляет он, следуя за мной. – Творишь чёрт-те что, хамишь и даже не извиняешься… надо бы тебя по жопе отшлёпать в профилактических целях… чтоб в ещё большие неприятности не влипла.
Я открываю пакет и заглядываю внутрь.
Там набиты мотком куски белого и молочного шёлка. Смятые обрывки серебристого фатина. Торчащие из ткани нитки. Огрызки лент. Погнутые дуги от корсета.
Мешок доверху набит изорванными и изрезанными свадебными платьями. Нашими платьями.
Шедеврами, над которыми мы с Галей трудились долгими днями и неделями. С любовью делали каждый стежок. Доводили до идеала, чтобы невесты влюбились в платья и в себя, когда их наденут.
Руки, которыми я вцепилась в пакет, дрожат. На глаза наворачиваются слёзы.
Судя по тому, что я вижу, Стас уничтожил как минимум два платья и прислал мне их истерзанные трупы.
Вот сволочь!
Прикусываю губу, чтобы сдержать рыдания, но слёзы всё равно бегут по щекам. Капают прямо в пакет на погибшие платья.
- Эй, ты чего? – Гроднев откашливается в кулак. – Это была шутка. Не реви, не собираюсь я тебя бить.
13
Плечи трясутся от всхлипов. Слёзы застилают глаза.
Это так несправедливо!
Неужели я столько лет жила с человеком, для которого мои чувства ничего не значат?
Я ведь любила его. Верила, что мы вместе навсегда. До самой старости.
Ну ладно, не хочет он быть только со мной. А я не согласна на измены. Ну, развелись бы мирно. Я бы страдала, но относилась бы к нему по-человечески.
Зачем он обнёс моё ателье? Зачем требует вернуться? Что за бред?
И, кажется, наше противостояние теперь будет только закручиваться по спирали.
Гроднев подходит ближе и заглядывает в пакет.
- Это что ещё за серпантин? – спрашивает он, поддевая пальцем один из лоскутков.
- Это было прекрасное платье из атласа, которое мы с Галей украшали вышивкой и бисером три недели, - шмыгая носом, сообщаю я.
- Ого… - Гроднев выуживает из пакета погнутую спицу от корсета. – То есть платье Луизы действительно не вернуть? Это не блеф, как она считает?
Пожимаю плечами.
- Платья вашей невесты в этом пакете нет, - упавшим голосом сообщаю я.
Горечь от осознания напрасно проделанной работы накатывает на меня с новым потоком слёз.
Кидаю пакет на пол и прячу лицо в ладонях, громко всхлипывая.
- Кхм… - откашливается мужчина рядом. – Да ладно тебе убиваться… это же всего лишь тряпки.
- Всего лишь тряпки?! – я поднимаю на Гроднева заплаканные глаза. – Да вы хоть понимаете, что для невесты значит её свадебное платье? Реакция Луизы вас не впечатлила? А что вы скажете о том, чтобы трудиться месяц, а потом выкинуть результат своей работы на помойку?
Платон Богданович поднимает вверх руки, как бы сдаваясь.
- Ладно, глупость сказал, согласен. Но вот поэтому девкам и нехер делать в бизнесе. Вас размазать - плёвое дело. Кто хоть устроил вам этот праздник жизни? Конкуренты?
Качаю головой.
- Мой муж, - с печальной улыбкой сообщаю я.
Гроднев удивлённо выпучивает глаза.
- Ты замужем? – как-то резко спрашивает он. – То есть, я хотел сказать, отличный муж у тебя, Полина Сергеевна. Чем же ты так ему насолила?
Смотрит заинтересовано. Очень ждёт ответа.
- То есть вы уверены заранее, что это я виновата? – сощурив глаза, спрашиваю я. – Типа если тебя бьют по лицу, то дело в лице? Так?
Гроднев хмурится.
- Я этого не говорил. Но если тебя жёстко подставляют, обычно у этого есть причина. Он же у тебя не злодей из мультика, который просто любит пакостить.
- Я узнала об измене и решила развестись с мужем. За это он украл дорогущее швейное оборудование из ателье, половину почти готовых платьев и снял все деньги со счёта. Ах да, ещё и замки в квартире сменил.
Я опускаю взгляд на мокасины, в которые обута. Эту обувь, как и платье, которое сейчас на мне, одолжила Галя, потому что почти все мои вещи остались там, в нашей со Стасом квартире.
- Так это, наверно, потому, что весь ваш бизнес был организован на его бабки? Признавайся! – Гроднев складывает руки на груди.
- Как бы не так! – меня прям оскорбляет его уверенность в том, что Стас имел какое-то право так поступить с нами. – Мы с Галей сами всего добились. И группу ателье в сети раскручивали. И на курсы повышения квалификации постоянно ездили. Всё, чем помог нам Стас, это объяснил, как правильно сделать сайт. И по налогам пару советов дал. Да, это помощь, но не думаю, что теперь весь наш бизнес принадлежит ему! Просто я ему доверяла, как себе, поэтому он знал все пароли от онлайн-банка, и где лежат запасные ключи от ателье.
- М-да… - Гроднев чешет в затылке. – Те, кому доверяешь, кидают нас круче всего… Я, между прочим, из-за ваших разборок тоже скоро потеряю дело, в которое вкладывался два года.
Поднимаю вверх одну бровь.
- Луиза психанула, сказала, что отменяет свадьбу, раз её платье не готово, и улетела на какой-то тропический остров, - объясняет мужчина.
У меня аж рот немного открывается от растерянности. Он считает Луизу и свадьбу делом, в которое вкладывался? Вот же чёрствый сухарь! Не удивительно, что она его кинула.
- Так вам и надо! - нагло заявляю я. – Нечего невесте голову морочить! Она правильно сделала, что бросила мужчину, который за её спиной в ночных клубах девушек снимает.
Гроднев окидывает меня надменным взглядом с ног до головы.
- Это ты о себе, что ли, Полина Сергеевна? – с усмешкой спрашивает он. – Я не пытался тебя снять, зайка, много ты о себе думаешь. В тот вечер, когда мы столкнулись, я просто сказал тебе, что ты похожа на девушку, которую можно снять. Чуешь разницу?
Гроднев нависает надо мной сверху с угрожающей злой улыбкой на лице.
И я как-то теряюсь. Может, я действительно напридумывала себе в клубе лишнего? Облила его газировкой, как полная истеричка.
- Вы правда не собирались изменять Луизе? – строго спрашиваю я.
14
- Давай звони своему ненаглядному! – командует Гроднев. – Договаривайся о встрече.
- Никакой он мне больше не ненаглядный, - ворчу я, доставая из сумочки телефон.
- Да, Полин, слушаю тебя, - доносится из трубки, когда Стас принимает вызов.
Сердце тоскливо сжимается. Я ведь любила этого человека много лет. А врагами мы стали за пару дней. Неужели так бывает?
- Привет, давай поговорим, - без особой надежды предлагаю я.
Стоящий рядом Гроднев смотрит на меня, ожидая результата.
- Ну, давай, если не шутишь, - усмехается Стас. – Я сейчас дома, приезжай. Только без Гали.
- Галя в больнице, - говорю я. – Гастрит обострился из-за проблем с мужем и ателье…
- Не грузи меня своими проблемами, детка, - перебивает муж. – Жду тебя дома. И надеюсь, ты готова перестать корчить из себя королеву.
Стас вешает трубку.
Без эмоций смотрю на телефон в своей руке. Поведение мужа уже даже не возмущает. Перегорело.
- Галя – это та пышная блондиночка в забавных очках, что крутилась тут в прошлый раз? – спрашивает Гроднев.
- Галя мой партнёр в ателье, - строго отвечаю я.
- Значит, и она тебя кинула, - во взгляде Платона Богдановича появляется даже какое-то сочувствие.
- Что значит, кинула? – возмущаюсь я. – Она в больницу попала, вы же слышали.
Гроднев усмехается, глядя на меня снисходительно.
- Кто-то сдался и отдыхает в больничке, а кто-то дальше лямку тянет, - хладнокровно заявляет Гроднев. – У тебя поводов скиснуть было не меньше, чем у неё, правда? Вот только она не потянула и оставила тебя разгребать проблемы в одиночку. Я не говорю, что она сделала это осознанно, но факт остаётся фактом.
Качаю головой.
- Вы слишком циничный! Так нельзя.
- Только так и можно, Полина Сергеевна, иначе будешь вечно попадать в задницу, как сейчас, - делится опытом Гроднев. – Ладно, поехали к тебе в гости.
Спускаюсь вслед за Платоном Богдановичем на улицу и нагло разглядываю его крепкую спину, пока иду.
Непонятный мужчина. При первой встрече показался мне пустым придурком. Но, могу допустить, что мне просто хотелось так думать, учитывая, в каком состоянии я была, когда он подошёл. Ну не могла я, только что узнав об измене муж, спокойно оценить красивого мужчину, который вроде как решил подкатить.
А он вот держится за сбежавшую невесту. Вернуть её хочет. Значит, не такой уж и пустой человек.
- И давно ты замужем? – спрашивает Гроднев, когда мы садимся в его машину.
Я таких дорогих автомобилей и близко не видела. Внутри даже пахнет как-то по-особенному. Стараюсь не выглядеть глупо, устраивая на коленях свою сумочку.
- Три года, - тоскливо отзываюсь я.
- Ты что, в восемнадцать за него вышла?
- Почему? – удивляюсь я. – В двадцать четыре.
- Понятно, - кивает своим мыслям Гроднев, - значит, на двадцать ты выглядишь исключительно из-за наивности.
Сам ржёт над своей шуткой и косится на меня, отвлекаясь от дороги.
Вспыхиваю, как факел.
- А вы на пятьдесят выглядите из-за богатого жизненного опыта или как? – обиженно огрызаюсь я.
- Во-о-от! – Гроднев убирает одну руку с руля и тянет вверх указательный палец, как бы подтверждая свои слова. – И поступаешь как малолетка: ведёшься на любую провокацию и выдаёшь яркую эмоциональную реакцию.
- А зачем вам моя реакция? – не понимаю я.
- Ну, Полина Сергеевна, ну ты вообще, что ли, в мужчинах ничего не понимаешь? – Гроднев посылает мне ещё один снисходительный взгляд. – Ну приятно же, когда симпатичная женщина в твоём присутствии краснеет, волнуется и теряется… просто приятно на это смотреть…
Таращусь на мужчину за рулём с открытым ртом. Он это серьёзно? Я что, зверёк в зоопарке для него? Потыкай палкой и посмотри, как несчастное животное рычит и злится?
Беру свои слова обратно. Этот тип ничем не лучше моего мужа.
- И мне тридцать четыре, а не пятьдесят, - добавляет Гроднев.
Пожимаю плечами. Какое мне дело?
Мы уже почти подъехали к нашему дому. Гроднев вбил адрес в навигатор, и сейчас на нём указано, что добираться до пункта назначения осталось две минуты.
Мой телефон пищит, извещая о входящем сообщении. Достаю его из сумочки и нервно сглатываю.
Ссылка с неизвестного номера.
Пальцы так и чешутся нажать и узнать, что же там. Что на этот раз устроил клуб обманутых жен для Стаса?
Но, блин, нельзя делать это при Гродневе. Придётся ждать и мучится от любопытства, пока не разберусь с ним и Стасом.
15
Гроднев паркуется за углом, чтобы не светить лицом раньше времени.
Стас может и не открыть дверь, если поймёт, что разговаривать я пришла не одна.
- Иди вперёд, - говорит мне Платон Богданович. – А я чуть отстану, чтоб твой муженёк не струхнул раньше времени.
Гроднев отстаёт от меня шагов на десять. Так что со стороны кажется, будто я иду одна.
Выворачиваю из-за угла и сразу понимаю, что увижу, перейдя по присланной мне ссылке.
Перед нашим подъездом стоит машина Стаса, и её со всех сторон облепили зеваки.
Вдыхаю полной грудью, чувствуя запах сладкой мести. Муж заботился о своей тачке гораздо сильнее, чем обо мне. Чистил салон почти каждую неделю. Полировал кузов. Не разрешал мне даже воды выпить внутри.
Уже издалека вижу, что над машиной как следует поработали. Мне даже немного жаль мужа. У него сердечный приступ случится, когда он увидит.
Подхожу ближе и наслаждаюсь впечатляющим зрелищем.
Каждая дверь, крыша и капот с багажником исписаны белой краской. На чёрной машине надписи просто бросаются в глаза.
«Гад, козёл, потаскун, предатель, гандон, гнида…»
И это только самое приличное. Остальное и прочитать стыдно.
Но это ещё не всё! Все щели по периметру дверей, а также капота и багажника тщательно заполнены монтажной пеной. Офигеть.
- Я всегда знала, что он потаскун, - со знанием дела говорит подруге Надежда Матвеевна, наша соседка.
Пожилая женщина с очень довольным видом фотографирует машину мужа.
- Это для домового чата, - объясняет она подруге. – Сейчас выложу. Пусть все знают, что тут у нас творится.
Подруга толкает её локтем вбок и указывает на меня.
- Это же его жена… - громко шепчет она Надежде Матвеевне.
- Точно… она… - Надежда Матвеевна наводит на меня камеру своего телефона и невозмутимо щёлкает, делая снимок.
Собравшиеся зеваки оборачиваются на меня один за другим. Кто-то кидает сочувственные взгляды. Кто-то равнодушные.
- Смотрите… - третья старушка указывает рукой на наш подъезд. – А вот и сам козлик явился…
Оглядываюсь и вижу взбешённого Стаса. Он мчится к нам, как на пожар.
В ужасе хватается за голову, рассматривая, во что превратили его любимую машину.
- Ты совсем с катушек слетела? – орёт он, заметив меня. – Это же… это что, монтажная пена?
С мучительным стоном Стас дёргает по очереди каждую дверь, пытаясь открыть.
Задние поддаются, а вот передние и капот успели как следует схватиться. Но и те, что открылись, все перемазаны в полузасохшей пене. Как он будет всё это счищать, понятия не имею.
- А что ты на жену бочку катишь? – возмущается Надежда Матвеевна. – Мы все видели: это не она.
- А кто же? – огрызается Стас.
- А мне почём знать? – пожимает плечами старушка. – Девка какая-то, любовница твоя, наверно. По крайней мере, она так кричала.
- Любовница? – озадаченно переспрашивает Стас.
- Ага, - кивает Надежда Матвеевна. – Я всё на видео засняла, и уже в чат выложила, голубчик.
Она открывает одно из видео в своём телефоне и с победным «Ха!» демонстрирует нам его.
Я с большим вниманием вглядываюсь в экран.
Девушка в куртке с капюшоном и чёрных солнцезащитных очках орёт на всю улицу, что Стас урод, потому что обманул её. Мол, она была уверена, что у них всё серьёзно, а оказалось, что он женат. Орёт актриса долго и старательно. До тех пор, пока вокруг не собираются зрители. Потом она достаёт монтажную пену и ловко опустошает баллон, запенив все щели в машине. Затем из кармана появляется баллон с белой краской…
К концу видео девушка плюёт на капот истерзанной машины и уходит с гордо поднятой головой под аплодисменты собравшихся.
Охренеть. Просто охренеть.
Если бы не пакет с раскромсанными платьями, мне было бы даже жаль Стаса. Но сейчас я только тихо злорадствую, глядя на его растерянное лицо. Уверена, что машину можно отмыть, в отличие от платьев.
- Не помню такую… - оторопело произносит он.
- Вот же козёл… - слышится шёпот откуда-то сбоку.
- Скотина просто, так ему и надо, - соглашается кто-то.
Стас с несчастным видом бросается тереть пятна от пены и краски подолом своей футболки. Разумеется, это бесполезно. Он только размазывает грязь и безвозвратно портит футболку.
- Нет, это всё-таки ты, Полина, признайся! – рычит Стас, пачкая руки и одежду в невысохшей пене. – Не бывает таких совпадений! Это ты сделала! И на работе мой проект как-то умудрилась увести! Это точно ты, больше некому! Всё уже решено было, а потом бах, и мимо…
- Понятия не имею, что у тебя там на работе случилось, - говорю я спокойно, – но, кажется, справедливость в мире существует, Стас. Задумайся! Обобрал моё ателье, испортил платья. А теперь жалуешься на бумеранг от вселенной?
16
- Ты кто ещё такой? – грубо спрашивает Стас у Гроднева.
Зря он так. Очень зря.
Гроднев на полголовы выше моего мужа, и явно крепче. А улыбается ему сейчас так, что у меня, просто стоящей рядышком, поджилки затряслись.
Не улыбка, а оскал хищника перед прыжком.
- Стас, я говорила тебе, что клиенты требуют платья? – встреваю я. – Вот и объясняй теперь сам, зачем ты их украл!
Стас расплывается в хамской усмешке.
- Твоё, что ли, платье пропало, мужик? – нахально спрашивает он. – Ну, так и быть, то, которое на тебя налезет, могу вернуть.
Я сжимаюсь, ожидая реакции Гроднева, но даже заметить её не успеваю.
Рука Платона Богдановича проносится мимо молниеносно.
Раз — и Стас уже валяется на асфальте в отключке.
Подслушивающие нас бабушки поражённо охают и не забывают фотографировать.
- Ну зачем же так? – стону я, оглядываясь по сторонам. – Вы же взрослый человек! Так проблемы не решаются.
- Много ты понимаешь, Полина Сергеевна, - Гроднев приседает на корточки, хватает бесчувственное тело под руки и закидывает себе на плечо. – Только так часть вопросов и решается. Пошли давай. Это ваш подъезд?
Трусцой семеню вслед за Платоном Богдановичем, тащащим Стаса к двери.
- Посмотрите, люди, что среди бела дня делается! – восклицает кто-то из зевак за нашими спинами.
- Они сейчас полицию вызовут, и вас в участок заберут! – шиплю я.
- Полина Сергеевна, пошарь в карманах нашей спящей красавицы, там где-то ключи должны быть, - игнорирует мои слова Гроднев.
Обыскиваю одежду Стаса и достаю из кармана спортивных штанов связку ключей. Открываю подъезд, приложив металлическую таблетку к панели.
Гроднев заносит тяжёлое тело мужчины вверх по лестнице так, будто оно ничего не весит. Не пыхтит, не краснеет и, кажется, даже не напрягается.
Я отпираю новым ключом дверь и распахиваю её перед Платоном Богдановичем. Тот прямо в обуви идёт в комнату и сгружает Стаса на кровать.
- И что теперь? – ехидно спрашиваю я, складывая руки в замок на груди.
- А теперь, Полина Сергеевна, сделай мне кофе, а потом иди проверь, не припрятаны ли наши платья где-то здесь, ну а потом собирай вещи, если забыла что-то забрать отсюда.
Гроднев чинно усаживается в моё кресло у окна. Я любила сидеть в нём, поджав ноги, и читать книги.
Качаю головой и иду исполнять распоряжения Платона Богдановича. Жму нужные кнопки на кофеварке, прислушиваясь к звукам за стеной. Жду, что вот-вот в дверь постучит полиция, вызванная соседями.
- Хороший кофе, молодец, - хвалит Гроднев, сделав глоток принесённого мной напитка.
Хмыкаю. Всё-таки этот мужчина в край самовлюблённый, если считает, что мне требуется его одобрение.
Заглядываю в каждый шкафчик и угол: к сожалению, пропавших платьев нигде нет.
Иду собирать вещи. С полочки в ванной выгребаю свои тюбики, стоимостью в ползарплаты.
Из шкафа достаю одежду и обувь. Документы и нужные бумаги хранятся у меня в специальной папочке. Их я тоже нахожу без труда. Подумав немного, забираю с кухни свою любимую фарфоровую кружку.
Получается запихнуть всё это в два наших больших дорожных чемодана. Как раз застёгиваю на них молнию, когда Стас со стоном открывает глаза.
- Значит так, Стасик, - пугающе кровожадным голосом произносит Гроднев. – Платьев здесь нет. А мы с тобой тут совершенно одни, не считая Полины Сергеевны. Но она отвернётся, когда я буду бить тебя по лицу. Правда, Полина Сергеевна?
Неуверенно киваю, сглатывая ком в горле. Гроднев переводит с меня на Стаса ленивый взгляд. А вот муж озирается затравленно, морщась, видимо, от боли в голове.
- Да и чёрт с ними! – огрызается он. – Забирайте, если успеете. Они у Костика, а он тот ещё затейник.
- И деньги верни! – я решаю не упускать возможности получить от ситуации по максимуму.
- Ах ты ж, гнида, - тянет Гроднев, окидывая Стаса презрительным взглядом. – Ещё и бабки у своей женщины спёр? Ну давай тогда начнём с этого.
Гроднев достаёт из своего кармана телефон Стаса и под угрозой очередного нокаута заставляет перевести на мой счёт украденную сумму.
У меня даже слёзы к глазам подступают от счастья.
- Умничка, - Гроднев похлопывает Стаса по плечу, как маленького ребёнка. – А теперь набирай своего Костика и спрашивай, где он. Скажешь что-нибудь не то, ну, сам знаешь…
Гроднев демонстративно хрустит костяшками.
Стас сглатывает и быстро находит в телефоне номер Кости.
Гроднев сам нажимает на вызов и включает громкую связь.
- Стасян! – стонет в трубку муж Гали. – Хорошо, что ты позвонил. У меня тут такой атас! Просто жесть! Прикинь, какой-то урод мне сегодня входную дверь монтажной пеной запенил! Я из квартиры три часа не мог выйти. На работу с концами опоздал. Ждал, пока с той стороны хозяин моей съёмной хаты расковыряет… это Галя мне устроила по-любому!
17
Пожимаю плечами с невинной улыбкой.
- Все совпадения случайны! – заявляю я. - Или неслучайны, учитывая, что любовницы у этих павлинов одни на двоих. Может, Костя тоже той даме обещал, что у них всё серьёзно…
- Как скажешь, Полина Сергеевна, - Гроднев качает головой с ухмылкой.
Он убирает себе в карман телефон Стаса и встаёт на ноги.
- Вечером тебе мои ребята мобилу завезут, не переживай, - успокаивает Стаса Гроднев. – А пока пусть у меня побудет, чтоб ты своего Костика предупредить не решил.
Я почти слышу, как муж злобно скрипит зубами, но с Платоном Богдановичем не спорит.
Гроднев подхватывает мои чемоданы и идёт с ними к выходу.
- Полина, ну не отставай! – командует он, заметив, что я замешкалась.
А я просто решила напоследок окинуть взглядом дом, в котором прожила три года. Кажется, эта страница жизни перевёрнута для меня насовсем.
Спешу за Гродневым вниз и обратно к его машине.
До сих пор не верю своему счастью. И вещи любимые забрала. И деньги из Стаса вытрясли.
Я сейчас готова Гроднева просто расцеловать.
- Спасибо Вам огромное! – искренне благодарю я, прижимая руки к груди, когда мы садимся в машину.
Гроднев довольно хмыкает и даже как-то приосанивается. Явно любит, когда его благодарят. А мне и не жалко.
- Вы даже не представляете, как помогли! – добавляю я.
- Ладно тебе, - довольно отмахивается мужчина. – Не притворяйся беспомощной овечкой в беде. Я ещё в клубе понял, что ты с зубками. Надо же… запенили мужикам тачку и дверь в квартиру… ай да девочки! Ай да акулы зубастые…
- Не понимаю, о чём вы, - невинно хлопаю ресницами. – Я же приехала туда вместе с вами и расправу над машиной Стаса ну никак учинить не могла…
- Угу, - кивает Гроднев. – Будем считать, что так.
Он везёт нас к больнице, в которой лежит Галя, и мы вместе поднимаемся к ней в палату, пройдя через проходную.
Уже из коридора мы слышим, что Костя успел раньше нас.
Ор стоит на всё крыло.
- Дура набитая, вот ты кто! – орёт Костя на сжавшуюся на больничной кровати жену. – Чё ты устроила? Кто это оттирать будет? Езжай давай, всё сама смывай!
Галя рыдает, даже не пытаясь что-то возразить разъярённому мужчине.
Слышу, как Гроднев тяжело вздыхает рядом со мной.
Он закатывает рукава, глядя в спину незамечающего нас Кости, а потом подходит и стучит его по плечу.
- Ну зачем ты шум больничке поднимаешь? – вежливо спрашивает Платон Богданович. – Ну что за манеры? Люди сюда здоровье поправить легли, а не твои крики слушать.
- Иди в жопу, мужик! – бросает Костя и отворачивается обратно к Гале.
На этот раз Гроднев не отправляет грубияна в нокаут. Он просто как-то хитро хватает его за шею, отчего Костя с писком пригибается.
- Пошли-ка, на улочку выйдем, воздухом подышим, поговорим, - миролюбиво предлагает Платон Богданович, не разжимая хватки.
Встречаемся с подругой обалдевшими взглядами.
- Здравствуйте, Галя, - вежливо говорит Гроднев. – надеюсь, вам уже лучше.
- Мне вот прямо сейчас сильно полегчало… - шепчет Галя.
- Ну и замечательно, - Гроднев посылает ей обворожительную улыбку, прежде чем потащить согнутого пополам Костю за собой на выход.
Я бегу за ними следом.
На улице Платон Богданович сообщает Косте, что ему очень повезло, ведь есть шанс вернуть украденное, и не увидеться с ним больше никогда.
Костя явно решает этот шанс не упускать.
- Мне с самого начала не понравилась идея обчистить девочек, - признаётся он. – Это всё твой Стас, Полина. Не знаю, чего он так бесится. Ну, послала ты его, и что? Плюнул бы, как я, и жил дальше спокойно. Нет, надо было устроить эту заварушку.
- Платья где? – спрашивает Гроднев, встряхнув Костю на всякий случай.
- На хате, которую я снимаю, - признаётся Галин муж.
- Ну так чего же мы ждём? – Гроднев расправляет плечи, предчувствуя скорую победу.
Он запихивает Костю на заднее сидение своей машины, и мы, проскакивая на жёлтый, мчимся спасать надежды Платона Богдановича на брак.
Дверь в квартиру, где теперь живёт Костя, действительно была замурована пеной. Её присохшие ошмётки красуются сейчас по всему периметру.
Костя отпирает замок и открывает для нас дверь.
- Котик, ты вернулся? – спрашивает томный женский голос из комнаты.
- Фаня, я не один, - отзывается Костя.
- Люблю, когда ты не один, - сладострастно тянет невидимая нам дама. – Идите же скорее сюда!
Гроднев толкает Костю в плечо, заставляя идти вперёд, и мы все вместе заходим в комнату.
У меня просто челюсть падает на пол.
18
- Костик, а какой у нас сценарий? – Фаня подмигивает Гродневу и игриво ведёт плечиком.
- Киса, они не работать приехали, - сдавленно отвечает муж Гали. – Они хотят забрать платья.
Фаня обиженно дует губки.
- Ты уверен, здоровяк? – томный взгляд из-под километровых приклеенных ресниц призван соблазнить Платона Богдановича. – Люблю таких крепких и холеных…
Женщина разве что не облизывается.
А Гроднев превратился в скалу. Смешно даже. Кажется, он впал в ступор и не знает, что делать. Крутить Фаню в бараний рог ему, очевидно, не хочется, но, судя по ужасу, застывшему в глазах, и соблазняться на эту знойную красавицу он тоже не планирует.
- Снимай платье! – рычу я на эту идиотку. – И если я найду хотя бы крохотное пятно или порванный стежок, тебе конец!
- Не хочу, - Фаня кидает ещё один игривый взгляд на Гроднева. – Если тебе нужно платье, крепыш, то сам его с меня снимай.
- Тебе не понравится, - холодно предупреждает Платон Богданович.
Улыбка сползает с лица Фани.
- Жаль, - разочарованно тянет она и всё-таки стягивает с себя чёртово платье.
Прямо здесь. При нас.
Фаня картинным жестом кидает в Гроднева платьем и садится на кровати так, чтобы всем было хорошо видно, что белые стринги – это единственная оставшаяся на ней одежда.
Гроднев тут же перекидывает платье мне, словно мы играем в горячую картошку.
- Где остальные платья? – спрашивает он у Кости.
- Во второй комнате, - признаётся муж Гали.
Среди склада каких-то очень странных вещей и вешалок с неприличной одеждой находим несколько пакетов с пропавшими платьями и даже наше оборудование. Швейные машинки, оверлок, распошивальная и вышивальная машинки.
Я просто готова расплакаться от счастья! Слёзы наворачиваются на глаза.
Гроднев как-то странно притих. Он молча выносит наше с Галей оборудование и грузит его в свою машину вместе с платьями.
На требование Кости оставить одну из машин в качестве компенсации за испорченную дверь отвечает предупреждающим взглядом.
Муж Гали понимает намёк с полуслова и затыкается. Вероятно, поэтому остаётся с целым лицом.
- Как я теперь буду на Луизе в этом платье жениться? – растерянно спрашивает Платон Богданович, когда мы отъезжаем от дома Кости.
- Ну, подумаешь, кто-то его примерил, - успокаиваю я. – Не переживайте, почистим, проветрим и отпарим…
- Полина Сергеевна, ты совсем слепая? – Гроднев, сидящий за рулём, кидает на меня снисходительный взгляд.
- Вы тоже заметили то пятнышко? – я краснею. Честно говоря, надеялась, что он не заметил пятна в районе груди на платье. – Не переживайте, я всё отчищу, и следа не останется!
Гроднев тяжело вздыхает и мучительно стонет.
- Полина Сергеевна, ну ты же не вчера родилась, не должна уже такой наивной быть. Разве ты не заметила камеры, установленной напротив кровати на штативе?
- Камеры? – я хмурюсь, ничего не понимая. – А зачем?
- Боюсь, что у муженька твоей подружки новый бизнес. – Гроднев качает головой. – Камера напротив кровати. Девушка решила, что мы к ней работать приехали. Ну и ролевые костюмы в подсобке…
- Вы думаете, что…
- Я думаю, что ваши платья теперь можно увидеть в интернете в видео, так сказать, для взрослых…
- О!..Ох…
Я так и зависаю с открытым ртом, когда до меня доходит. Гроднев думает, что Костя снимает у себя дома порно? Да ещё и в наших платьях?!
- Это же… - в ужасе шепчу я.- Это же конец света!
Сползаю вниз по сидению, на котором сижу. Я просто раздавлена!
На глаза наворачиваются слёзы, и на этот раз мне не удаётся их сдержать.
- Эй, ну ты чего? – хмурится Гроднев. – Мы же их спасли! Вот я знаю, что в них кого-то сношали на камеру. Мне будет непросто видеть в этом платье Луизу. Но я возьму волю в кулак и справлюсь. А другие женихи и невесты ничего не знают…
- Как вы не понимаете?! – стону я, громко шмыгая носом. – Я не могу отдать своим невестам платья из фильмов для взрослых! Так нельзя! Они наденут его в один из самых важных и счастливых дней своей жизни! И пускай сейчас люди редко ждут с сексом до свадьбы, но белое платье - всё равно символ чистоты их помыслов и любви! Эти же платья осквернены!
- Ты слишком романтизируешь свадьбу и брак, - Гроднев вздыхает. – Люди просто решили жить вместе и юридически оформить это. Платье из порно не испортит им жизнь.
- Они осквернены! – упрямо повторяю я.
Платон Богданович обидно ржёт.
- Ну давай их в церковь свозим. Святой водой на них побрызгаем, - сквозь смех предлагает он.
- На себя побрызгайте! – вырывается у меня. Слова Платона Богдановича слишком меня задели. – Это вы чёрствый сухарь! А нормальные люди трепетно относятся друг к другу! И хотят сделать день рождения их семьи светлым праздником! С таким циничным подходом…
19
- Это ведь ещё ничего не значит, - неубедительно бормочу я. – Ну, подумаешь, сфотографировались рядом…
Гроднев ничего не отвечает. Просто отдаёт мне телефон и продолжает вести машину. Смотрит на дорогу и даже ни один мускул на лице не дёргается.
- Я сейчас напишу Луизе, что платье нашлось, - говорю я, - она вернётся, и вы поговорите…
- Не пиши, - перебивает меня Гроднев, не отводя взгляда от дороги.
Почему-то я чувствую себя виноватой, будто это я в ответе за то, что Луиза сейчас на каком-то неизвестном мне пляже обжимается с другим мужчиной. Вроде как они с Гродневым поссорились из-за платья, и, получается, из-за нас. Проблемы в моём ателье сорвали свадьбу и развалили пару! Это же просто ужас!
У меня даже голова закружилась от переживаний.
- Ну как же? – я не готова сдаться. – Так нельзя. Это всего лишь фото. На нём ничего такого…
- Полина Сергеевна, помолчи, пожалуйста, - просит Гроднев.
Поджимаю губы, борясь с подступающими слезами.
Мы так и едем до Галиной квартиры в тяжёлой тишине. Хмурый Платон Богданович так же молча перетаскивает все мои чемоданы, пакеты и машины наверх. Аккуратненько ставит их в коридоре на пол.
А мне так паршиво! Я чувствую себя причастной к их драме. Хочу помочь, но не знаю как… И очень-очень хочу верить, что Луиза просто стояла рядом с этим парнем на фоне. Ну не может же она в самом деле изменить такому отпадному мужчине, как Гроднев? Он такой хороший и красивый, и умный, и сильный… С ним рядом вот вообще ничего не страшно…
- Хороший ты человек, Полина Сергеевна, - говорит Гроднев, уже стоя в дверях. – И баба красивая. Разводись с тем уродом и живи счастливо!
- Спасибо вам за всё! – я шмыгаю носом и стираю с щеки слезинку.
Платон Боглданович тянется к моему лицу. Проводит подушечкой большого пальца по другой щеке, стирая и с неё одинокую слезинку.
- Дурочка, - его низкий голос звучит неожиданно хрипло и даже как будто нежно. – Совсем ты ещё девчонка наивная…
Гроднев уходит, и я прекращаю сдерживать рвущиеся из груди рыдания. Мы так старались! Бегали за платьем Луизы по всему городу, и всё напрасно! Сбежавшая невеста не вернулась. Жених остался с разбитым сердцем, а я с огромным камнем на сердце.
Обратись Луиза в другое ателье, вероятно, ничего этого не произошло бы. Она вышла бы за Гроднева через пару недель, и они жили бы долго и счастливо. Нарожали бы детей, штук десять…
Иду искать в морозилке у Гали мороженое. На нижней полке нахожу ведёрко с карамельным пломбиром и приступаю к заеданию горя. Мысль о том, что я порчу фигуру, только добавляет противного чувства вины.
Глотаю слёзы и подтаявшее мороженое, зато к концу ведёрка понимаю, что не готова сдаться. Если бы я пасовала перед трудностями, то ни за что не смогла бы организовать своё ателье. Нужно всё исправить! Не знаю как, но я должна помирить Луизу и Гроднева! Даже если они оба сейчас не хотят общаться. Им просто нужна небольшая помощь.
Платон Богданович спас нас с Галей и наше ателье в придачу. И мы, разумеется, обязаны спасти его свадьбу!
20
Наверно, я так хочу помочь Гродневу, чтобы отвлечься от своих переживаний. Хоть Стас и показал себя полным мудаком, но идти подавать на развод было неожиданно тяжело.
Ведь это значит, что ничего уже не исправить. Я потратила кучу лет на отношения, которые кончились ничем. Мы не нажили ни детей, ни даже ипотеки. Ничего материального. Как будто нас, как семьи, никогда и не существовало.
Да так оно и есть. Мы не стали семьёй. По крайней мере, в моём представлении. Не знаю уж, как смотрит на это Стас. Я любила свои фантазии о нём и нашем будущем. А самого мужа, оказывается, так и не узнала.
Когда подавала заявление на развод, не сомневалась ни секунды. И всё же мне было грустно.
Вот так живёшь с человеком, стараешься для него, строишь планы, а он выбирает умножить всё на ноль. Изменить тебе. Предать. А потом ещё и подло шантажирует.
После такого не хочется доверять мужчинам. И в счастливое будущее с каким-нибудь прекрасным принцем совсем не верится. Нет их, принцев этих. Одни кощеи да лешие.
Вот поэтому мне страсть как хочется помирить Гроднева и Луизу.
Платон Богданович больше всего похож на положительного героя из сказки. Он только кажется злым и циничным. А на самом деле у него доброе сердце. И глаза красивые.
Словом, спасение его брака вернёт мне веру в человечество. Я просто обязана, а значит, смогу! Они женятся у меня как миленькие, не отвертятся!
Мы с Галей голову сломали над коварным планом помощи несчастным влюблённым. И так крутили, и эдак…
- Давай попробуем через сестру, - предлагает Галя.
Её всё ещё не выписали из больницы, поэтому мозговой штурм приходится устраивать в палате. Галя сидит на кровати с ноутбуком на коленях и выискивает в интернете информацию о Гродневе, которая навела бы нас на какую-нибудь идею.
- А чем нам поможет его сестра? – я сижу на стуле рядом и догрызаю один из персиков, которые купила для Гали.
- Тем, что Луиза её подруга, - Галя закатывает глаза, будто я не понимаю очевидных вещей. – Я же тебе уже объяснила, что их семьи дружат.
Да-да, Галя – настоящий детектив. Она перечитала все статьи о Платоне Богдановиче и его семье.
Все уши мне прожужжала, какой он крутой. Три интервью мне вслух зачитала, где Гроднев рассказывает о многомиллионных проектах, которыми занималась его фирма, и делится советами по ведению бизнеса.
Оказывается, родители Гроднева и Луизы давно дружат. Обе семьи богаты и влиятельны. И брак детей одобряют. Судя по светским сплетням, Платон Богданович и Луиза встречались ещё чуть ли не в школе. Потом надолго расставались, а несколько лет назад снова сошлись. Все ждут, не дождутся их свадьбы. Но и скандальные фотки с мулатом в сеть успели просочиться. Хоть Луиза и удалила их со своей страницы на следующий день.
Галя считает, что она сделала это, как только протрезвела.
Как бы там ни было, сплетники гадают: отменит ли Гроднев свадьбу, или торжество всё-таки состоится.
А младшая сестра Платона Богдановича дружит с Луизой, поэтому-то Галя и считает, что она может быть нам полезной.
- Эта Варвара, к сожалению, публичных страниц в соцсетях не ведёт, - говорит подруга, - но пишут, что она скоро прилетит из-за границы, где учится, чтобы отпраздновать с семьёй день рождения. И Луиза вчера обратно вернулась, судя по фоткам…
- Думаешь, Луиза придёт на день рождения Варвары?
- Обязательно, - кивает Галя. – Уверена, там будут обе семьи.
- А где там-то? – спрашиваю я. – Если праздновать будут дома, то вряд ли удастся просочиться через охрану. Никто в наши благие намерения не поверит.
- В Дайджестхаусе! – со счастливой улыбкой на лице заявляет Галя. – По крайней мере, так предполагают в интернете.
- Ого! – воодушевляюсь я. – Это похоже на шанс для нас!
Дайджестхаус – это дорогущий отель с огромным ресторанным комплексом. Там, конечно, тоже немало охраны. И всё же это проще, чем частный дом.
- Может, они сами помирятся, зачем тебе лезть? – спрашивает Галя.
Ей, если честно, моя идея не очень-то и понравилась. Она считает, что Луиза противная и не заслуживает такого очевидно классного мужа, как Гроднев. И что вообще их личная жизнь – не наше дело. Разойдутся или помирятся без нас.
Ничего она не понимает.
- Вот я пойду и прослежу, чтобы они помирились, - деловито заявляю я. – Галя, мы должны исправить подпорченную карму нашего ателье, как ты не понимаешь? Если без меня справятся, то и отлично. А если нет – то я им просто немно-о-ожечко помогу.
Я показываю Гале пальцами, насколько мизерным будет моё вмешательство.
- Как знаешь, - ухмыляется Галя. – Надень только брюки поплотнее. Такие, чтоб удары смягчали…
- Это ещё зачем? – я хмурюсь, не понимая, к чему подруга клонит.
- А затем, - смеётся Галя, - что если Гроднев тебя поймает, то точно по жопе надаёт от души!
Никто меня не поймает! Я очень для этого постараюсь. Нужно просто как следует подготовиться.
21
На входе в отель у меня не возникает никаких проблем. Я регистрируюсь и поднимаюсь на нужный мне этаж, чтобы оставить в снятом номере пустой чемодан. Цепляю на грудь бейджик с надписью «Елена, ивент-менеджер». Вешаю на плечо сумку, в руки беру бумажный планшет с зажимом и спускаюсь на первый этаж к залам ресторанного комплекса.
Естественно, банкет проходит в отдельном помещении, и на входе дежурят амбалы-охранники. Туда подходить опасно.
Решаю постоять пока в стороне и подождать удобного случая.
Минут через десять мне везёт: по коридору в сторону нужного мне зала идёт разодетая в пух и прах женщина. На ней яркий сценический макияж, а в ухо вставлен микрофон. Узнаю одну из популярных певиц, мелькающих на телеке.
Вслед за ней семенит целый отряд помощников.
Идеально!
Я пристраиваюсь в хвост этой компании с невозмутимым видом.
В банкетный зал мы не входим. Идём дальше. Естественно, артистка должна эффектно появиться откуда-нибудь из специального помещения с другой стороны.
Охрана и бровью не ведёт, когда мы проходим мимо.
Заворачиваем за угол и друг за другом заходим в небольшую комнату, видимо, гримёрку. Здесь уже хорошо слышна музыка, играющая для гостей в зале.
Пара ребят из звёздной свиты оборачивается на меня, поднимая брови.
- У вас всё в порядке? – спрашиваю я. Ловким движением отцепляю от планшета шариковую ручку, щёлкаю большим пальцем по колпачку и делаю вид, что готова записывать. – Воды достаточно? С оборудованием проблем не возникло?
- Деточка, организуй мне кофе, да покрепче! – стонет звезда, заваливаясь в бархатное кресло перед большим зеркалом.
- Конечно, сейчас всё будет! – обещаю я и быстро выхожу через другую дверь.
Бинго! Это банкетный зал! Точнее, небольшая сцена, укрытая пока занавесом.
Бочком спускаюсь вниз и смешиваюсь с толпой.
Как я и планировала, мой вид совсем не привлекает внимания. И гости, и официанты смотрят будто сквозь меня.
Прячусь за колонну и оглядываюсь в поисках Луизы или Гроднева. Народу очень много, но тех, из-за кого я сегодня сюда пришла, нет. Тогда решаю прокрасться к туалетам. Там можно подслушать что-нибудь интересное.
Успеваю пройти метров десять и, даже не дойдя до уборных, слышу очень интересный разговор.
- Мам, я не буду есть торт без Платона и Луизы! – красивая светловолосая девушка, неуловимо похожая на Гроднева, капризно топает ножкой. – Пусть они вернутся и сядут со мной за стол!
- Варя, ты же слышала, что они поссорились, - спорит такая же красивая женщина лет пятидесяти. – Зачем портить праздник? Ты не помиришь их насильно!
- Ещё как помирю! – заявляет сестра Гроднева. – Вот пойду и за шкирки их из номеров вытащу!
С этими словами она подхватывает подол длинного платья и стрелой мчится к лифту, двери которого расположены прямо в зале. Девушка забегает в кабину, двери закрываются, и она уезжает наверх. Над дверьми есть небольшой экран с цифрами. Один превращается в два, потом в три, четыре и пять. Эта цифра остаётся гореть на экране не меняясь.
Супер.
Кидаюсь к лифтам, надеясь, что меня никто не успеет остановить.
Сердце стучит отчаянно. Если сейчас схватят, то ведь наверняка в полицию сдадут. Проблем будет куча. Но остановиться выше моих сил.
Уже почти добегаю до лифтов, когда один из официантов с подносом возникает будто из ниоткуда, и на меня летят бокалы с игристым.
Грохот стоит на весь зал. Вот теперь уже не осталось ни одного человека, не обернувшегося в мою сторону. Даже музыка, кажется, стала тише.
Несчастный официант уже собирает с пола осколки.
А я действую чисто на адреналине.
Откидываю с лица мокрую от пролитых напитков прядь волос, расправляю плечи. Блузка тоже насквозь промокла и неприятно липнет к телу.
- Прошу прощения за бардак, - уверенно несу я первое, что приходит в голову. – Сейчас вызову помощь для уборки.
Гости отворачиваются, потеряв интерес к происходящему. Несколько официантов уже и так спешат на выручку коллеге, а я как ни в чём не бывало чешу к лифтам. Жму кнопку и не оглядываясь захожу внутрь, когда двери открываются.
- Куда вы, там же номера гостей? – всё-таки окликает меня один из официантов. – Вам же нужен другой лифт!
- Да? – я изображаю растерянность и делаю вид, что жму на отмену.
Сердце готово уже просто остановиться от страха. Чёртов Гроднев! Пусть только попробует не помириться с Луизой!
На моё счастье двери лифта закрываются, и я, наконец, еду наверх вслед за сестрой Платона Богдановича.
Выхожу, как и она, на пятом этаже и озираюсь по сторонам. Куда теперь?
Слева доносятся звуки, подозрительно похожие на крики.
Решаю, что мне туда, и осторожненько крадусь по коридору в ту сторону. Впрочем, это совсем недалеко от лифтов.
Даже в ладоши хочется хлопать, когда понимаю, как мне везёт!
22
Сестра Гроднева звонит кому-то, очевидно, собираясь доложить обо мне охране или родителям, а я стою как истукан с отчаянно колотящимся сердцем.
- Подожди! – выдавливаю я наконец из себя. – Ты ведь хочешь помирить брата и Луизу?
- Ну, допустим, - девушка всё ещё держит телефон возле уха, и до меня доносятся длинные гудки.
- Я тоже хочу их помирить, - объясняю я. – Поможешь?
Киваю на молоток и клин в моих руках.
- Ты собираешься угрожать им молотком, чтобы они помирились? – Варвара смотрит на меня с опаской и сомнением, но телефон всё-таки от уха убирает и звонок сбрасывает.
- Нет, я хочу закрыть их в номере, чтобы они не смогли выйти, пока не договорятся!
- Вбить под дверь клин? – догадывается Варвара.
- Типа того, - улыбаюсь я.
- Ладно, я в деле, - быстро соглашается сестра Гроднева. – Только давай ещё и диваном подопрём.
Она кивает на длинный пухлый диван, стоящий неподалёку в коридоре.
Наш человек! Мне уже нравится эта девушка.
- Супер! – соглашаюсь я. – Так они точно не выберутся!
Мы вместе подтаскиваем диван поближе. Он жутко тяжёлый. Чуть спины не надрываем.
- Затихли они там что-то, - замечаю я.- Уже не орут друг на друга.
Может, это хороший знак?
- Давай скорее, кто-то в номере идёт к двери! – кричит Варвара.
И правда, с той стороны слышатся шаги.
Отрепетированным движением я вставляю клин в щель под дверь и резко бью по нему молотком.
- Что там происходит? – доносится до нас недовольный голос Луизы.
Я ещё два раза изо всех сил бью по клину.
Ручка дёргается. С той стороны пытаются открыть дверь, но она не поддаётся.
- Скорее тащи диван! – Варвара уже хватается за одну из сторон этого тяжеловеса.
Я быстро берусь за вторую сторону, и мы с красными от натуги лицами перетаскиваем диван к двери. Ставим его вплотную, и даже ручку удаётся заблокировать спинкой.
- Откройте немедленно! – кричит Луиза. – Что здесь происходит?!
Я складываюсь пополам, пытаясь отдышаться и прийти в себя.
- Как думаешь, поможет? – спрашивает с сомнением сестра Гроднева.
- Не знаю, - признаюсь я. – Но мне хотелось сделать хоть что-то…
- А почему? – с хитринкой в глазах спрашивает девушка. – Ты вообще кто?
Сажусь с Варварой на диван и под крики Луизы коротенечко рассказываю ей свою душещипательную историю.
Интересно, почему Платон Богданович не требует открыть? Смирился и ждёт, пока невеста накричится и вернётся к нему в номер?
- Мне наверно, лучше уйти, - говорю я. – Если Луиза меня здесь увидит, то, боюсь, захочет отыграться потом на моём ателье. Да и брат твой не рад будет…
- А тебе разве не интересно, чем всё закончится? – спрашивает Варвара.
- Интересно, - честно признаюсь я.
- Тогда держи! – девушка протягивает мне электронный ключ-карту. – Это от моего номера. Подожди пока там, а я продержу их там ещё часик, а потом поднимусь и всё тебе расскажу. И ты мне ещё раз всё в подробностях объяснишь! И про то, как Платончика в клубе облила. И где же вы платье Луизы в итоге нашли!
- Хорошо… - говорю я и забираю из рук девушки карту.
Про то, где нашли платье, придётся что-нибудь соврать. Гроднев же запретил мне рассказывать Луизе про «прошлое» платья. Значит, и сестре нельзя говорить.
- Шестой этаж, номер шестьсот пять, - говорит Варвара. – И блузку советую сполоснуть и феном посушить. А то от тебя алкоголем пахнет на весь коридор…
- Ладно, - я принюхиваюсь к мокрой пряди своих волос и морщусь.
Фу-у-у…
Поднимаюсь, как велела Варвара, на этаж выше, нахожу её номер и отпираю его ключом.
Сразу иду в ванну, чтобы почистить одежду. Наклоняюсь и под краном в раковине споласкиваю липкие пряди волос. Затем снимаю с себя блузку и проделываю с ней то же самое. Для надёжности капаю жидкого мыла из дозатора. Вот только фена нет. Обычно в отелях он крепится на стену в ванной комнате, но здесь почему-то пусто.
С зажатой в руках блузкой выхожу из ванной. Должно быть, фен спрятан где-то в шкафу или просто лежит на полке в коридоре. Сейчас найду его и просушу одежду с волосами.
Сразу же открываю шкаф и обшариваю полки сверху вниз. Пусто. Да что ж такое?
А нет, снизу торчит какой-то провод. Тяну за него, но вытащить не выходит.
Встаю на четвереньки и пригибаюсь грудью к полу, чтобы заглянуть на самую нижнюю полку, и понять, что там такое.
- Охрене-е-еть, - раздаётся сзади знакомый хриплый голос. – Впервые удалось напиться до глюков…
Испуганно дёргаюсь и тут же ударяюсь макушкой о верхнюю полку.
23
Сердце будто вообще перестало биться. В ушах шумит. Я выдыхаю прямо в губы Гроднева, а вдохнуть уже не могу, слишком сильно давит на грудь прижимающее меня к шкафу тело мужчины.
Сильные пальцы держат мой подбородок крепко, но боли не причиняют. Тёмные глаза гипнотизируют. Я вижу в них вполне определённый циничный интерес. Но вместе с тем и детское удивление. Словно я необычное насекомое, которое любопытный мальчик поймал за тонкие крылышки.
- Ты либо самая хитрая и расчётливая из всех, кого я видел, Полина, либо - стихийное бедствие, - хрипло шепчет Гроднев. – Хочу попробовать эту стихию на вкус.
Мужские губы скользят по моим едва уловимо. Секундное касание посылает по телу волну горячего шока.
Успеваю подумать, что это он, а не я, похож на стихию. Он крушит всё вокруг, если надо, как ураган. Он встаёт стеной, которую не обойти. И именно он сейчас обжёг меня одним лишь секундным поцелуем.
А потом Гроднев набрасывается на мои губы с жадностью голодного хищника. Тут же вторгается в мой рот языком, делясь вкусом выпитого недавно горячительного. Вжимает меня в шкаф ещё сильнее. Так что от недостатка кислорода уже начинает кружиться голова.
Кого я обманываю? Голова кружится не от этого. Просто я вдруг остро ощущаю себя слабой, беззащитной женщиной. Гроднев сильнее меня не только физически. Такому мужчине, как он, сложно сопротивляться.
Сложно даже вспомнить, зачем хотела сопротивляться?
Но я нахожу в себе силы. Толкаю его в грудь изо всех сил, и ныряю в сторону.
Если бы он не захотел – я бы не сдвинула эту тушу ни на миллиметр. Не выбралась бы из капкана его рук ни за что.
Но он позволяет мне вывернуться. Чем я и пользуюсь, отвешивая ему звонкую пощёчину.
Замахиваюсь рукой и бью по мужской щеке, не стараясь рассчитать силы.
У Гроднева даже голова не дёргается. Это скорее я царапаю ладонь о его щетину.
Стою, пылая от гнева. Дышу, как после долгого бега.
Ладонь, которой я заехала по наглой физиономии Гроднева, начинает ныть, и я сжимаю её в кулак, пытаясь унять неприятные ощущения.
Меня ещё никогда так нагло не целовали. Без спроса и разрешения.
А совесть нашёптывает о том, что кое-кто действительно близок к званию падшей женщины, ведь официально я ещё замужем. Бумаги на развод пока не пришли. Я не имею морального права даже невольно оказываться в таких ситуациях.
Гроднев не выглядит злым или разочарованным. Губы мужчины растягиваются в кривую усмешку, а взгляд снова становится таким, будто он рассматривает редкое насекомое.
- Ты идеальна для того, чтобы утешиться после сорванной помолвки, - не щадя моих чувств, заявляет он. – Чего ты жмёшься, Полина? Ведь не девственница же. Я тебя хочу, ты меня тоже. После развода положено погулять. Не слышала о таком?
Платон Богданович даже не подозревает, что в эту самую минуту падает в моём воображении с пьедестала положительного героя из сказки. Низко падает. Куда-то в грязную лужу.
И больше всего злит, что меня это задевает. Напридумывала себе, что он хороший и добрый, и теперь мучаюсь от разочарования.
Прямо как со Стасом.
- Утешайте себя сами, - советую я. – А я без вашей помощи после развода прекрасно обойдусь.
Встряхиваю мокрую блузку, которую до сих пор прижимаю к груди, и пытаюсь натянуть её на себя.
Гроднев нагло таращится на мою грудь, колыхающуюся в чашечках бюстгальтера, пока я пытаюсь просунуть руки в рукава.
Я слишком сильно нервничаю. Руки дрожат, а мокрая ткань скручивается и застревает.
- Да чтоб тебя! – рычу я.
Кидаю блузку на пол, хватаю со спинки стула неподалёку мужской пиджак, накидываю его на себя и, зажав под мышкой сумочку, мчусь на выход.
За моей спиной раздаётся тихий смех.
Аж волосы дыбом встают от раздражения.
Я кажусь ему смешной? Достаточно забавной, чтобы поразвлечься со мной недельку – другую, переживая болезненный разрыв с невестой?
Да пошёл он к чёрту!
Пинаю ногой дверь и не оглядываясь несусь к лифтам.
Пошёл он! Галя права: это не моё дело. Гроднев и Луиза стоят друг друга.
С чего он взял, что я хочу его?! Вот же самомнение! Я дрожала и краснела исключительно от злости и неловкости!
Просто у него в номере было слишком душно, и именно поэтому у меня кружилась там голова.
Придурок!
Даже не могу заставить себя подняться в свой номер за чемоданом.
Спускаюсь в лифте на первый этаж и ухожу из отеля. Буквально сбегаю.
Таксист, везущий меня домой, косится с подозрением. Должно быть, странный у меня видок.
Сижу, стискивая на груди края мужского пиджака. Он велик мне размера на три. Не до конца просохшие волосы торчат в разные стороны.
Блин. И что я вечно ищу приключений на пятую точку? Сидела бы себе дома. Перешивала порнушные платья для невест.
24
- Не понимаю, - жалуюсь я Гале. – Я же не писала в анкете, чтобы мне помогли обанкротить Стаса…
Мы сидим с подругой на кухне и смотрим на лежащий на столе пухлый конверт с деньгами. Сегодня Галю выписали из больницы.
- Ну, возможно… - подруга прикусывает губу, - есть вероятность, что я тебе немного помогла…
- В каком это смысле? – с нехорошим предчувствием спрашиваю я.
Галя отводит взгляд.
- Стас не заслуживает твоего милосердия! – заявляет Галя. – Он так обидел тебя! И что? Ты хотела, чтобы он отделался просто лёгким испугом? Ну уж нет, я поставила за тебя все нужные галочки! Когда ты отвернулась…
- Что?! – я смотрю на подругу в полном шоке. – Как все галочки? Галь, там же было и про банкротство, и про сведение с ума…
- И мне ни капельки не стыдно! – Галя задирает подбородок повыше. – Потом спасибо мне скажешь.
- Спасибо, дорогая, - я хлопаю в ладоши. – Теперь мне нужно ещё раз встречаться с бывшим мужем, чтобы отдать ему эти деньги.
- Странно, что Костя и Стас притихли, - говорит Галя. - Их номера с предложением интима по всему городу на асфальте. Коллекторы Стасу уже, наверно, звонили, а ни твой, ни мой так и не объявились с претензиями…
Слышу в голосе подруги знакомые тоскливые нотки. Ей сложно отпустить Костю, каким бы придурком он ни был.
Я справляюсь с этим явно лучше. Всё произошедшее будто избавило меня от розовых очков. Я увидела наше со Стасом прошлое совершенно в ином свете. Он никогда не любил меня. Просто пользовался.
- Галя, - спрашиваю я, - а ты заявление на развод подала?
Подруга опускает глаза и краснеет.
- Не успела…
- Ах, не успела…
Чувствую, что тоже обязана помочь ей. Это ли не дружба? Она вон галочки за меня поставила. А я открываю ноутбук, захожу на Госуслуги и почти силком заставляю Галю подать заявление на развод.
- Готово, - голос подруги дрожит, а в глазах стоят слёзы, когда она нажимает последнюю кнопочку.
- Всё, Галя! – я обнимаю её крепко-крепко. – Теперь у нас начнётся новая жизнь! Ты мне веришь?
У меня в кармане вибрирует телефон. Достаю его и тяжело вздыхаю, увидев на экране сообщение от Гроднева.
- Угу, - ухмыляется Галя. – Вот тебе твоя новая жизнь уже пишет…
Бросаю на неё возмущённый взгляд. Я ведь всё ей уже рассказала. И про провалившийся план, и про поцелуй с нахальным предложением.
- Давай открывай уже, - Галя толкает меня в плечо. - Интересно, что он там пишет.
Тыкаю на экран и читаю:
«Полина Сергеевна, извини. Был неправ, потому что был нетрезв»
А ниже:
«И сведён с ума твоей красотой»
- Ответь ему что-нибудь! – требует Галя.
- Даже не подумаю, - я собираюсь убрать телефон, но он вибрирует в моей руке новым сообщением.
«Сегодня вечером заеду за своими часами».
- Какими ещё часами? – спрашиваем мы с Галей вслух одновременно.
У меня нет никаких часов… Если только…
Подрываюсь с места и мчусь в коридор к висящему на крючке пиджаку Гроднева.
Сую руку в карман и, к своему ужасу, выуживаю оттуда увесистые мужские часы.
Серебристый металл ремешка красиво поблёскивает. Старомодные стрелки бодро шагают по кругу циферблата.
- Офигеть! – Галя в шоке смотрит на нашу находку. – Ты стащила у него часы, которые стоят больше, чем весь наш многоквартирный дом целиком. Я читала в интернете об этой фирме. Чтобы купить такие, нужно ещё несколько лет в очереди стоять.
Ладошка, на которой лежат самые обычные, на мой взгляд, мужские часы, начинает потеть и дрожать.
Вот уроню их сейчас случайно, и никогда-никогда не расплачусь.
Как сапёр, обезвреживающий бомбу, трясущимися пальцами опускаю часы обратно в карман пиджака. Пиджак снимаю с крючка и сворачиваю в несколько раз. Сую этот кулёк в лежащий в коридоре полиэтиленовый пакет из продуктового магазина. Завязываю ручки двойным узлом.
Приношу с кухни ещё три пакеты и надеваю их один за другим на имущество Гроднева.
Вот так. Надеюсь, теперь с часами ничего не случится. Для надёжности прячу всё это в шкаф.
Как раз в это время звонят в дверь, и я хватаюсь за сердце.
- Неужели Гроднев? – спрашивает Галя. – А ты не накрашена и не одета… хоть халат переодень!
- Да ну тебя, - машу я рукой на подругу. – Буду я тут ещё прихорашиваться. Галь, этот нахал только притворяется хорошим. Нельзя перед ним стелиться…
Но за дверью оказывается не Гроднев. Там стоит курьер, который доставил огромный букет нежно-розовых пионов на моё имя.
- Это от Гроднева! – уверенно заявляет Галя. – Всё, Полина, попала ты! Может, зря ты его послала? Смотри, какой галантный…
Записки в букете не было. Но кроме Платона Богдановича, больше некому посылать мне такие букеты.
ТЕЛЕГРАМКанал с обзорами, анонсами новинок и книжными подборками
Книжный Вестник
Бот для удобного поиска книг (если не нашлось на сайте)
Поиск книг
Свежие любовные романы в удобных форматах
Любовные романы
Детективы и триллеры, все новинки
Детективы
Фантастика и фэнтези, все новинки
Фантастика
Отборные классические книги
Классика
ВКОНТАКТЕБиблиотека с любовными романами, которая наверняка придётся по вкусу женской части аудитории
Любовные романы
Библиотека с фантастикой и фэнтези, а также смежных жанров
Фантастика
Самые популярные книги в формате фб2
Топ фб2
книги