Измена. Осколки хрусталя

Глава 1. Брют с привкусом пепла.

Тридцать первое декабря — это день, когда мир официально сходит с ума, а я становлюсь его главным психиатром. В моем ежедневнике нет места для «чуда», там всё расписано по минутам: от поставки устриц до температуры подачи «Дом Периньон».

— Блять, я же просила: гортензии должны быть ледяного голубого цвета, а не этого дешёвого оттенка туалетной бумаги! — я почти шиплю в трубку, лавируя между официантами в холле отеля «The Carlton».

— Майя Александровна, поставщик подвел, — заикается на том конце девочка-стажер.

— Мне насрать на твоего поставщика. Если через сорок минут зал не будет выглядеть как чертов замок Снежной Королевы, ты пойдешь работать аниматором в костюме какашки. Уяснила?

Я сбрасываю вызов. Пальцы мелко дрожат, но я сжимаю их в кулак. Идеальный маникюр, цвет «тихая роскошь». Мой костюм-тройка от миланского ателье сидит как влитой, подчеркивая талию, которую я поддерживаю на одних детокс-смузи и чистой ярости.

В зеркале лифта на меня смотрит чужая женщина. Холодная, безупречная, с глазами, в которых застыл лед. В инстаграме у меня сто пятьдесят тысяч подписчиков, которые пускают слюни на мою «идеальную жизнь в Сити». Они не знают, что за этим фасадом — только хронический недосып и желудок, скрученный в узел от вечного стресса.

На восьмидесятом этаже гремит музыка. Басы бьют по вискам. Это главная вечеринка года. Здесь собрались все: от депутатов до айти-миллиардеров. И всё это организовала я. Мой личный триумф.

— Малыш, ты как всегда — само совершенство, — мужские руки ложатся мне на талию, и я вдыхаю аромат «Tom Ford» и больших денег.

Артем. Мой мужчина. Мой будущий муж. Мы вместе три года, и наш союз — это идеальный бизнес-кейс. Он инвестирует, я создаю смыслы. Мы — пара с обложки, на которую все равняются.

— Ты опоздал на десять минут, — я поворачиваюсь в его руках, поправляя ему галстук. — Инвесторы из Сингапура уже в вип-зоне.

— Оставь дела, Майя, — он улыбается той самой белозубой улыбкой, от которой у половины Москвы подкашиваются ноги. — Сегодня особенная ночь. Ты ведь ждешь подарок?

Он лезет во внутренний карман пиджака, и мое сердце на секунду пропускает удар. Я вижу очертания маленькой бархатной коробочки. Наконец-то. Это логичное завершение моего плана. Кольцо, свадьба в Комо, статус. Всё, ради чего я пахала как проклятая, выжигая в себе всё живое.

— Потерпи до полуночи, — шепчет он мне на ухо, обжигая кожу дыханием. — А пока — иди, властвуй. Ты сегодня королева этого бала.

Он целует меня в щеку — сухо, почти формально, чтобы не испортить макияж.

Следующие три часа превращаются в сюрреалистичный марафон. Я улыбаюсь нужным людям, решаю вопрос с внезапно погасшим софитом, матерю в подсобке шеф-повара за пересоленное карпаччо и снова выхожу в зал — сияющая и недоступная.

К одиннадцати вечера я чувствую, что сдыхаю. Ноги в туфлях на двенадцатисантиметровой шпильке превратились в два куска ноющей плоти. Мне нужно всего пять минут тишины. Пять минут без этого ебаного пафоса и фальшивых восторгов.

Я беру бокал брюта с подноса проходящего официанта. Первый глоток обжигает горло холодом и пузырьками. Вкусно? Нет. Дорого.

Я направляюсь в сторону служебных помещений, подальше от грохота диджея. Там, за тяжелыми дубовыми дверями малого банкетного зала, есть небольшая гримерная, которую я зарезервировала для личных нужд.

«Еще час, Майя, — говорю я себе, прислонившись лбом к холодной стене коридора. — Еще час, и ты получишь свое кольцо. Твоя жизнь станет окончательно завершенным пазлом».

Я подхожу к двери гримерной. Из-за нее доносятся странные звуки. Глухие стоны и какой-то ритмичный скрип.

Мой мозг, настроенный на решение проблем, тут же выдает: «Кто-то из персонала решил трахнуться в рабочее время. Уволю нахер».

Я резко толкаю дверь, уже набрав в легкие воздуха для уничтожающей тирады.

— Вы что, блять, совсем страх поте…

Слова застревают в горле, превращаясь в колючий пепел.

На кожаном диване, среди моих вещей и запасных букетов, Артем. Его брюки спущены до колен, лицо искажено гримасой животного удовольствия. А перед ним, на коленях, в моем любимом шелковом халате, который я приготовила для переодевания, — Лика. Моя младшая ассистентка. Та самая «наивная девочка», которой я помогала с арендой квартиры в прошлом месяце.

В комнате пахнет сексом, дешевыми духами Лики и моим крахом.

Артем открывает глаза и встречается со мной взглядом. В его зрачках нет ни капли стыда. Только легкое раздражение, будто я прервала его важный телефонный звонок.

— Майя? — он даже не ускоряется, доводя дело до конца под всхлип Лики. — Ты рано. До курантов еще пять минут.

Бокал в моей руке дрожит. Брют выплескивается на пальцы, и в этот момент я отчетливо понимаю: хрусталь не просто треснул. Он разлетелся в пыль. И эта пыль сейчас забивает мне легкие, не давая дышать.